Приказ Виллетты ясен. Логика в нем железная, и разумом Эмбер прекрасно это понимает. Вот только…

Она вцепляется пальцами в ткань рубашки на груди. Словно хочет вырвать тяжелое, тянущее, тупое чувство. И пусть Эмбер еще не успела свыкнуться с новым телом, эту боль она безошибочно ощущает как свою собственную.

Стоит, как вкопанная, не в силах оторваться от двери, за которой скрылись фигуры двух самоубийц.

Идиоты.

Эмбер сжимает челюсти, скрипнув зубами. Ей хочется ругаться самыми грязными словами в спину этим двоим. Кричать, срывая горло, догнать и…

Она помнит Алжир. Для нее эти события были на расстоянии не лет — дней. Липкая кровь, заливающая обзор, пыль, забившаяся в легкие, скрип песка на зубах. Животный ужас и пустота бездны, в которую, отчаянно сопротивляясь, сорвалось ее сознание.

Тогда она умерла. Он — выжил.

Каким-то чудесным, пугающе неестественным образом она дышит теперь. И расценивает это как знак, что сейчас нужно действовать. Помешать безумию, которому сопротивляется все ее искалеченное нутро.

Эмбер не может понять. Не хочет понимать. И не станет.

Поэтому она должна их догнать.

Вдохнув полной грудью, она выступает вперед и с горечью начинает говорить. Негромко, стараясь не привлекать лишнее внимание остальных к своему неповиновению.

Ей стыдно, ужасно стыдно, что придется ослушаться приказа. Но Эмбер расставила приоритеты и сделала выбор. Отступить ее заставит только пуля, пущенная между глаз.

— Леди Ню, у меня есть предложение.

Нет, это не предложение, если при отказе ты все равно сделаешь по-своему. Но Эмбер старается смягчить углы как может, пусть в нынешней ситуации это пустая трата времени. Быть может, это последние отведенные ей минуты. В лучшем случае — часы.

Но Лилия всегда была хорошей девочкой. Эмбер мало от нее отличается, и даже смерти не удалось это изменить.

— Найтмер — слишком ценная фигура на доске. Нельзя оставить его на этих двоих. Они могут отключиться в любой момент. Вы сами видели, в каком они состоянии.

В горле пересыхает. Эмбер с трудом сглатывает.

— Позвольте мне взять это на себя.

«Даже если не позволите… Я все равно сделаю это, несмотря на то что безмерно уважаю вас».

— Там мои навыки будут куда полезнее. Я не ранена, у меня есть опыт. Их нужно подстраховать, чтобы найтмер не попал в руки противника.

Нет, она идет на это, чтобы Лесли не натворил глупостей и не вздумал умереть.

Обозначив свою позицию, Эмбер делает шаг назад, виновато глядя на Вилетту. Поворачивается к Кэссиди — милому, доброму Кэссиди, которому почему-то не все равно. Слабо улыбается дрожащими уголками губ.

— Спасибо... Я постараюсь выжить, но не здесь. Береги себя, ладно?

Еще один шаг, другой, и вот она уже оборачивается и бежит в сторону, где скрылись двое раненых придурков.

Перескакивая через ступеньки, один раз оступившись и едва не скатившись кубарем вниз, она несется так, словно от этого зависит судьба мира.

Лесли и Теон из-за ранений не могут передвигаться слишком быстро, чтобы уже оказаться в кабине найтмера. И это хорошо, пусть и звучит ценично.

Плохо другое — свист, который застает Эмбер на выходе из здания, когда она успевает заметить спины двух голубков.

Раз, и оба, словно подколенные, валятся наземь.

Мозг простреливает страшная мысль — убили. Вторая не успевает оформиться, когда раздается взрыв. Эмбер приседает и инстинктивно закрывает голову руками.

И тут же вскидывается, проверяя, как там парни. Видит, что Лесли сбрасывает с себя товарища и бежит к чертовой машине. И, не отдавая себе отчета в том, что делает, Эмбер срывается с места вслед за ним. Сначала неуклюже, затем увереннее, набирая немыслимую для нее скорость. Пробегает мимо Теона, даже не оглянувшсь.

И, наконец, догоняет Лесли, крепко хватая того за запястье. Дергает на себя, заставляя обернуться.

— Даже не вздумай оставить меня.

«Только попробуй, и тогда уже я оставлю тебя здесь вместе с Бладквардцем», — говорят сверкающие злым упрямством глаза.

Отредактировано Lillian far Britannia (Сегодня 03:54:30)