Клаус даже с чутьём и обострёнными чувствами Совершенного Солдата ещё не мог знать, что к нему приближается самая главная угроза. Приближается, мило насвистывая песенку про день рождения и излучая любовь ко всему миру, особенно к лошадкам.

Инея тоже жила свою лучшую жизнь, где не хватало только возможности почаще видеть Маму, братьев и сестёр - а вот всё остальное что можно пожелать было точно. Все проблемы налаживания отношений и границ с оберегаемым ею Императором давно были позади, а возможностей оказалось куча и она старательно осваивала новое, не забывая отправлять Елене Сабельниковой фотографии и видео, запечатлевшие её достижения в танцах, фехтовании, кулинарии... И да, в верховой езде. Её, в отличие от Клауса, конюхи уже знали, а некоторые даже поглядывали с опасливым уважением - та история всё ещё была на слуху.

Но сейчас дело было как раз в Клаусе, который категорически нуждался в обнимашках, это даже не обсуждалось, будучи очевидным фактом. А Инея, хоть и относилась к другому классу, выслеживать цель умела отлично. Конюшни так конюшни, где нашла там и всё. Девушка честно пыталась подкрасться, но братик явно её заметит до нападения... А так даже лучше.

Для Клауса, когда он обернётся на неслышные для простого смертного шаги. дальнейшее очевидно - на нём с налёту  виснет, болтая ногами, младшая сестрёнка, разве что из-за нежелания лошадей беспокоить, обошлось без радостного визга на всё Царское Село и соответствующих травм у попавших под атаку.

- А у нас с тобой... Восемь? Или уже семь? - Интересуется она, вися.

Улыбка у Инеи, разумеется, до ушей. Даже не поверишь, что она ещё застала старые порядки в Институте... И заслуга в том за Мамой, взявшей кандидатку под личную опеку - и старшими, насколько можно, оберегавшими малышку. Клаус, хоть может и не всем такое в голову придёт, сделал здесь не меньше Риты. Так что кого-то он может пугать, но точно не её, помнящую чувство безопасности рядом.

Казалось бы, и так на жизнь грех жаловаться - а насколько рядом с братиком лучше стало! Моментально! Сейчас и ему будет, никуда не денется...

Инея - открытая, эмоциональная, импульсивная. Ей можно. Она - победа и гордость Елены Сабельниковой, порядком избалована Мамой и старшими, однако не испорчена. Знает что любима - и готова любить в ответ от всей души. И с любовью же демонстративно тыкает Клауса кулачком в твёрдый как скала торс:

- Я тебе дам - сарделька! Нельзя так с девушками разговаривать, тут тебе не Африка. - Задумывается, - Нет, даже в Африке нельзя, там теперь тоже принцессы водятся... Смотри своей такое не ляпни!

Она-то к грубоватым манерам Клауса привычна с детства, но достаточно провела времени во дворце, чтобы освоить базовые навыки этикета (продвинутые ещё предстоит учить, не подводить же Императора) и точно не хочет чтобы старший брат попадал в неловкое положение. Хотя конечно же попадёт всё равно, это ж он...

- Да отлично всё. Только учиться надо много чему, но мне нравится! - Действительно нравится, ведь у неё очень важная работа, а телохранителю надо уметь не только  выкидывать террористов из самолёта, а ещё обнаруживать угрозы и уязвимости, понимать, что к чему вокруг и кто есть кто в царском дворце. Ясное дело она должна быть в этом лучшей! А ещё её успехам радуется Мама. Более чем достаточно для пугающего энтузиазма и энергичности в нелегком деле образования, ибо у малышки много скорости и мало тормозов. Да и умом не обижена - "Ментатов" из всех не сделаешь, но память, внимание и сообразительность каждому Совершенном Солдату нужны.

- А после той истории мне особо и не докучают, понимают что всё серьёзно и я не ребёнок. - Мордашка тоже становится до забавного серьёзной, - Ну то есть те с кем работаю. Остальные... Да что с них взять. Но я учусь с ними разбираться согласно этикету и прочим сложным штукам, мне нельзя Императора подводить!

Впрочем забота Клауса без труда проламывает "серьёзный" образ и Инея его крепко обнимает и мурчит:

- Спасибо, я знаю что ты всегда поможешь! Ох, как же хорошо что ты тут теперь... Я так скучала! - Настораживается, - А ты... Как? Принцесса не обижает? Пойдём погуляем или  тебе здесь проще? Я тоже лошадок люблю, оказывается.

Если у Клауса была какая-то осознанная жизнь до Института, то у Инеи только отрывочная память о раннем детстве. Так что покататься на лошади удалось только вот недавно...

...Зато в итоге последний выезд все запомнили.

В последние дни светлую голову Александры занимают отнюдь не самые светлые мысли. Подковерные интриги — среда, в которой беспечность и счастливое неведение отмирают быстро и необратимо, превращаясь в рудименты. Зато подозрительность и тщательное планирование становятся неотъемлемой частью жизни, едва ли облегчая ее, но хотя бы не позволяя оборваться здесь и сейчас.

Потому-то Александра с особым вниманием относится к тем, кто входит в ее ближайшее окружение. Например, новоявленный Страж, который приставлен к ней милостью государя вот уже четвертый день.

Может сложиться впечатление, что принцесса забыла о нем. Однако слуга, ежедневно докладывающий о передвижениях Клауса, его повадках и занятиях, с вами не согласится. Не согласятся с вами и повара, которым было велено учитывать прожорливость новенького и его любовь к сладкому.

Удерживая Стража на расстоянии, Александра присматривается, оценивает, размышляет о том, насколько близко можно его подпустить и каким образом он может быть полезен.

Ей понравилось, что Клаус не стал навязывать свое общество. Это снизило градус подозрений в его сторону и дало возможность понаблюдать, чем столь необычный человек займет себя, пока не находится при исполнении.

И, признаться, он успел ее удивить. Например, неожиданный интерес к психологии, после чего Александра приказала предоставить ей список книг, которые просматривал Клаус.

Спортзал удивил меньше, однако принцесса распорядилась подыскать груши попрочнее и запастись ими впрок.

И, наконец, конюшня. Александра уже успела забыть, когда в последний раз была в седле. Интерес к верховой езде угас после того, как ее любимица — Стрелка — тихо ушла в одно такое снежное утро. Серая орловская кобыла прожила двадцать три года с лишком — по лошадиным меркам долго и, надеется Саша, вполне счастливо.

Александре вдруг захотелось лично посмотреть на Клауса в компании лошадей. Их же не постигнет участь двух растерзанных груш? Впрочем, тоска по былым дням и желание проветрить тяжелую от дум голову — тоже вполне достаточный повод покинуть стены дворца.

И вот она уже направляется к конюшням. Тонкая шаль свежего снега еще лежит на дорожках, кое-где виднеются темные влажные прогалины.

Мягкие сапоги ступают почти бесшумно. Несмотря на морозец, Александра не мерзнет: только кончик носа едва-едва рдеет на аристократически бледном лице. Редкие слуги, попадавшиеся навстречу, исправно кланяются, соблюдая все положенные правила этикета и так же исправно делают вид, что их не удивляет ранняя прогулка принцессы.

Чем ближе Александра подходит к конечной точке своего пути, тем сильнее ее одолевают сомнения. Изначальные причины уже не кажутся такими вескими, а порывы развернуться и уйти становится сложнее игнорировать.

Может, он и вовсе уже ушел? Она же не собиралась сюда только затем, чтобы говорить с ним? Тогда зачем вообще пришла в место, куда, по словам слуги, направился Клаус?

Принцесса останавливается, выдыхая облачко пара, и смотрит наверх, ловя снежинки ресницами.

«Поздравляю, Саш, ты странная».

Она все же приближается к конюшням и замирает у открытой двери — только одной в это холодное время года. Но даже так она чувствует тепло застоявшегося воздуха, благоухающего сеном, стружкой и лошадьми.

Раздается короткое ржание одной из постоялиц денника, и Александра невольно улыбается. В этот момент изнутри до слуха Александры доносится кое-что еще. Голоса. Один, мужской, несомненно принадлежит Клаусу, второй — жизнерадостный, девичий и звонкий…

«Неужели Инея?»

Конечно это была она — стражница Алексея. Александра была удивлена, когда узнала, что эти двое еще не виделись за эти дни. Вероятно, у малышки, работающей на действующего государя, дел гораздо больше, чем у ее старшего братца по несчастью.

Александра спохватывается, понимая, что замерла и даже перестала дышать, прислушиваясь к беседе. В этот момент она чувствует себя ужасно глупо: ее присутствие наверняка успели заметить. Теперь остается два варианта: выйти из тени или убраться восвояси.

Хотя, может, они еще не поняли, что это Александра? Надеяться на это тоже глупо. Вся эта затея с самого начала глупая.

«И вообще, почему веду себя так, словно я не принцесса, а это не мой “дом”?»

И все же, Александра остается стоять, так и не решив, как лучше поступить.

«Глупая ты, Саша. И странная».

- Тут время нужно. - Серьёзно замечает крайне взрослая и опытная стражница Инея, - Ко мне император не сразу привык. И полковник, говорят, даже ругался, когда к нему Риту отправили. Потом перестал. - Она неожиданно хихикает, - А теперь и подавно не будет!

За словами и хитрющей улыбкой явно скрывается некая история, которую ей не терпится поведать бедняге Клаусу, который, как и она, такое пропустил... Фурукава в своё время Клаусу не стала рассказывать, чтобы не выбивать его совсем из колеи в такой момент, зато Инее доверила, а та уж дальше сама. Да и Лёня некоторыми деталями поделился... И быть бы истории, но тут не иначе как волшебное слово из четырёх букв сработало и вот пожалуйста, принцесса вместо пряток решила поговорить! Можно сказать, ещё один подарок Клаусу от сестренки - вот что бы эти двое без неё делали? Точно бы бродили друг за другом вокруг конюшни до ночи.

- Доброе утро, Ваше Высочество! - Инея весьма правильно кланяется и смотрит на Александру с привычной теплой открытостью, вовсе не видя в ней помеху. Она и правда могла бы сойти за сестрёнку Клауса, только вот глаза другие - у него голубые, а у неё "имперский фиолетовый", прямо хоть теории заговора строй о потерявшихся британских принцессах - учитывая сколько их, пропажу пары-тройки можно и не заметить...

Тоже смотрит на жеребёнка, пока притормозив:

- Лапочка какая... - Пока Клаус собирается с мыслями - ей тоже хочется услышать имена - Инея объясняет, - А мы тут... Прокатиться хотели. Как раз хотела сказать, что Клаусу подойдёт Верный. Он сильный, выдержит. А у меня Бурашка, мы с ним дружим!

Выражение лица конюха в сей момент просто видеть надо.

- А вам кто больше нравится? Давайте все вместе поедем.

Стремительно оказывается рядом с принцессой и тихо сообщает заговорщицки:

- У братика сегодня день рожденья, он будет очень-очень рад!

Она категорически уверена что будет, никуда не денется.

Отредактировано Renly la Britannia (2026-05-21 08:41:34)

Александра отмечает, как по-разному держатся с ней эти двое. Одна — балансируя между светской вежливостью и детской непосредственностью, другой… Стоит принцессе поймать пристальный взгляд из-под светлых ресниц, как по телу проходит легкий разряд.

Что у парня за привычка, кланяясь, смотреть… так? Саша и сама не знает, почему с самой первой встречи это действует на нее подобным образом.

И как кстати Инея берет инициативу на себя, вырывая Александру из секундного оцепенения. Она с облегчением переключается на очаровательный девичий лепет о планах на день и конях. Может, в иной ситуации принцессе могло не понравиться то, как ловко Инея распоряжается имуществом императорской семьи, но сейчас была даже благодарна за то, что может просто кивать и ничего не решать.

Краем глаза Александра отмечает вытянувшееся лицо конюха, стоит Инее упомянуть о дружбе с «Бурашкой». Молва о буйном нраве этого демона на четырех копытах дошла даже до нее, но принцесса, внутренне усмехаясь, сохраняет бесстрастное выражение лица.

Похоже для такой необычной девочки, как Инея, ретивый конь не страшнее одичалого котенка. Если за кого и стоит переживать, то за «Бурашку». Еще бы, на его месте за такое прозвище взбрыкнул бы любой уважающий себя жеребец.

— А вам кто больше нравится? Давайте все вместе поедем.

Александра невзначай поправляет пепельную прядку у виска. Взгляд по старой привычке скользит к деннику, где когда-то содержалась Стрелка.

— У меня нет любимчиков, — прохладно отвечает она.

В голове всплывает воспоминание и тут же тает, словно попавшая на кожу снежинка: «Стрелка любила снег…»

Инея возникает рядом так внезапно, что Александра едва заметно вздрагивает.

— У братика сегодня день рожденья, он будет очень-очень рад!

Саша не сразу понимает, о каком братике идет речь. Секундное замешательство, однако, не мешает ей вспомнить: в досье Клауса датой рождения было указано сегодняшнее число. Может, именно это обстоятельство заставило Александру колебаться и не ответить отказом на предложение девочки.

«Только если недолго…»

Когда Клаус перечисляет варианты имен для жеребенка и вдогонку пытается неловко оправдаться, тонкие губы принцессы против воли кривятся в беззлобной усмешке. Едва не рассмеялась — чисто и звонко, как давно уже себе не позволяла. Саша с удивлением отмечает, что разрешила себе немного расслабиться. Даже больше: она чувствует едва ли не удовлетворение, когда шея и уши всесильного стража наливаются стыдливым румянцем — предательски ярким на фоне белесых волос и светлой кожи.

«Его не так уж сложно смутить…»

А еще, оказывается, приятно.

Вдоволь насладившись неловкостью Клауса, Александра наконец готова сжалиться. Мягко качает головой и отвечает, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Как корабль назовешь, так он и поплывет. Так что, пожалуй, лучше отказаться от последнего варианта, пусть он и… не лишен шарма.

Задумавшись, она обращает взгляд на конюха, чтобы тот принял к сведению ее слова и передал остальным.

— Раз уж вы с ним родились в один день, — Саша кивает на жеребенка, — Присмотрите друг за другом.

Мысли сами собой упархивают к Паше. Лицо становится непроницаемым и только взгляд чуть смурнеет.

«Как он там?»

— Подготовьте лошадей. Верного, Бурана и… кого-нибудь, кого посчитаете подходящим для меня, — с отсутствующим видом приказывает принцесса конюху.

Поспешив отмахнуться от печальных дум о двойняшке, Саша поворачивается к Клаусу и с легкой улыбкой произносит чуть запоздалое:

— Ну а вас... Поздравляю с днем рождения. Надеюсь, вы хорошо проводите время.

«Стоит распорядиться о том, чтобы после прогулки его угостили чем-нибудь сладким».