Отредактировано Erna F. Nachtigall (2026-05-31 17:34:39)

Тёплый. Такой тёплый…

Елена медленно расслабляет хватку и рук, и ног, но, пока ещё не в силах открыть глаза, нежно водит носом по его шее под ухом, то и дело роняя маленькие беззвучные поцелуи. Сложно восстановить дыхание, сознание всё ещё плывёт, и кажется, что хочется добавки вот прямо сейчас.

На поцелуй отвечает с длинным умиротворённым выдохом через нос, улыбаясь в его губы. В голове так и крутятся его стоны, особенно последний — запечатлелись в памяти накрепко, и их всегда теперь будет хотеться услышать снова.

Когда Крестовский чуть приподнимается над ней, рыжая смотрит на него счастливыми, искрящимися от удовольствия глазами. Потом моргает часто, тихо смеясь:

— Перестань… Я же сейчас от избытка чувств расплачусь.

Что перестать? Смотреть? Целовать? Быть здесь с ней? Сама не знает, просто чувствует себя переполненной и физически, и эмоционально. Тушь у внешних уголков глаз растёрлась в серые пятна от таки выступивших в какой-то момент слезинок.

Сердце болезненно сжимается вокруг слов, которые очень, очень хочется сказать. Очень, очень хочется, чтобы он знал… Но ещё и очень страшно сейчас, вот так сразу, такое говорить.

По мере того, как сердцебиение успокаивается, а приятные судороги внутри утихают, оставляя саднящую усталость, разум очищается тоже.

Саша буквально может видеть, как вставшие ненадолго шестерёнки снова начинают крутиться с повизгиванием подшипников — счастливый взгляд становится испуганным на долю секунды, прежде чем Сабельникова переводит его на ключицы парня.

— Я тебе… Засосов понаставила. Извини… — хмурится, вытаскивая откуда-то из рыжей гривы злосчастную заколку-бабочку и кладёт её рядом на подушку.

“Он теперь будет считать, что я доступная”

“Который день цикла? Стоит ли принимать экстренную контрацепцию? Стоит ли у него спросить, что об этом думает?..”

“...может, написать Фурукаве, что на тренировку с Тимой не приду…”

— Пусти в душ, вытекает, — бурчит, краснея и бледнея, не зная ни что думать, ни как себя теперь вести. Но, не удержавшись, целует снова, будто чтобы уверить, что всё нормально: — Мне… Мне было очень хорошо. Просто всякие тревожности сейчас в голову лезут…

Отредактировано Erna F. Nachtigall (2026-06-09 17:42:01)

Когда-то смешной и долговязый Сашка с едва тенью щетины вот так же щипал её за щёки, допрашивая, чего натворила на этот раз — а она пыхтела и неубедительно изворачивалась.

Теперь уже возмужавший, прошедший ад и вернувшийся полковник Крестовский точно так же щиплет её за щёки, и улыбка у него ведь тоже та самая — только уже успевшая наметить лучики в уголках глаз. А Сабельникова-Мать пыхтит и выворачивается так же неубедительно, как и Ленка, попавшая в дурацкий переплёт — несмотря на то, что её кожу больше не украшают веснушки, а из голоса исчезло девчачье повизгивание.

— Тут ты прав… Про душ в смысле, — фыркает с улыбкой, таки наперекор желанию остаться в кровати чудом выбираясь из-под Крестовского. Зажимает промежность ладонью, выпрямляясь и свободной рукой убирая перепутанные волосы с лица. Смотрит на него секундой дольше, чем надо, очевидно, переваривая прозвучавшее “мы”, но не находя сейчас, как на это ответить.

— ...Лежи, отдыхай, я быстро. Постельный режим вообще-то, — вздёргивает подбородок, изображая строгого врача. Не стесняющегося дурацкой из-за руки между ног походки по пути до ванной и полной наготы.

Чего она там себе успела надумать и передумать за 5-10 минут в душе — неясно, но возвращается рыжая в постель уже спокойнее и с хитрой улыбкой плюхается рядом, тут же принимаясь без спросу приводить его в порядок влажным мягким полотенцем, где требуется.

— “Мы”, значит, да? — закончив, отправляет полотенце броском на стул, а сама забирается ему под руку и покусывает нежно за мочку уха, — А где мой мамонт? А цветы? Хочу нормальное свидание! И нежностей. И вот этих всех конфетно-букетных дуростей хочу! — внезапно обвивает его шею руками, пряча лицо в его плечо, и говорит тише, чуть дрогнувшим голосом: — Так что ты обязательно возвращайся ко мне, Саш. А то не прощу. С того света достану, не сомневайся.