По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(vk, don.t.be.a.hero)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Turn VI. Turmoil » 21.12.17. Мастер рекрутинга


21.12.17. Мастер рекрутинга

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

1. Дата: 21.12.17
2. Время старта: 22:00
3. Время окончания: 23:30
4. Погода:
Температура воздуха: 21°С
Давление: 643 мм. рт. ст.
Влажность: 60%
Ветер: юго-восточный, 3 м/с
5. Персонажи: Урсула Димитриди, Манфред Рихтер.
6. Место действия: Ливия, окрестности Ваддана, лагерь наёмников.
7. Игровая ситуация: Бить по морде командира на глазах его подчинённых - идея, безусловно, на грани фола. За подобную дерзость полагается дырка в земле пониженной комфортности и двухразовое питание какой-нибудь дрянью. А, и ботинком по заднице. И не одним. Впрочем, разбрасываться кадрами, даже столь оригинальными, сейчас просто нельзя.
8. Текущая очередность: Манфред, Урсула.

Созданный мной эпизод не влечет за собой серьезных сюжетных последствий. Мной гарантируется соответствие шаблону названия эпизода и полное заполнение шапки эпизода на момент завершения эпизода

+1

2

[indent] Манфред пребывал не в лучшем расположении духа, когда топал в сторону ещё вчера выкопанной глубокой ямы, в которую, вообще-то, намеревался сажать папуасов, а не белых людей. Даже если белый людь - отбитая на голову баба, которая умудрилась отправить его в нокаут одним хорошим ударом. Вот уж воистину эффект неожиданности во всей своей сомнительной красе, мать его так. Или, как говорят поляки, kurwa. Да. Курва греческого розлива. Челюсть ощутимо побаливала, да и голове досталось неплохо, хотя как сказали доблестные эскулапы - ничего серьёзного. Само пройдёт, но на всякий случай - скушайте-ка, герр больной, вот эту пилюльку. Побочные явления - тошнота, головная боль, галлюцинации, диарея. Ему, вроде бы, повезло, не обделался от счастья, узрев пред собой валькирию с голой грудью, да и пол не заблевал, впрочем, тоже. Что до гречанки - ей досталось от судьбы несколько посильнее. Ну как от судьбы - проходящие мимо солдаты, которые как раз топали на плац для брифинга, не оценили её душевных порывов от слова "совсем", скрутив и неплохо приложив о сыру землицу, а от расстроенных чувств ещё и приложив тяжелыми ботинками куда придётся. После этого несостоявшуюся чемпионку отряда по боксу отправили отдыхать в яму для нигеров, предварительно разоружив и не рискуя в полной мере демонстрировать, как в этом отряде головорезов принято поступать с теми, кто пытается распускать руки не по делу. Накрыли сверху решеткой, сваренной из кривоватой арматуры. Перед этим - сбросили ведро для естественных нужд и в очередной раз обложили матом на языке Гёте. Вид она, должно быть, сейчас имеет довольно унылый, хотя будь в яме пленный повстанец, на него бы уже лили помои и справляли нужду. Урсуле повезло хотя бы в этом. Она не была пленным повстанцем.
[indent] Папка с контрактом вновь была в его руках, на сей раз - только лишь с ним одним. Ещё - фонарик и всё та же шариковая ручка. Пройдя мимо патрулирующей этот участок лагеря пары солдат, Рихтер вскорости нашёл хранилище Маслин, ориентируясь на множество следов, принадлежащих желающим поглазеть на ненормальную, которая сперва заставила сортир изображать доисторический танк, а потом и вовсе дала по морде офицеру, да так качественно, что тот аж сознание потерял. Что ж, теперь пришла его пора поглазеть, но уже не сверху, через решетку. На то, чтобы подсветить яму небольшим прожектором, ушло несколько минут, в течение которых он терпеливо ждал, пока искомое устройство принесут и должным образом разместят. Решетку убрал и лестницу спустил сам, как-никак не барин какой-нибудь. И - быстро спустился вниз, даже не помышляя о том, что может получить смачного пинка под зад. Ну не идиотка же она, в самом-то деле. Да и потом - сверху автоматчик смотрит без особого дружелюбия, этот шмальнуть может, чего доброго.
[indent] Оказавшись внизу, немец нарочито неторопливо развернулся, сохраняя на лице безразличное выражение и не собираясь первым начинать диалог. Ему гораздо интереснее было понаблюдать за реакцией женщины, станет ли она оправдываться или бранить его последними словами, или вовсе проигнорирует... выбор у неё был, хоть в конечном итоге всё свелось бы к одному. Уходить отсюда, не затащив её в свою роту, Манфред не собирался. Слишком уж неординарная, хоть и больная на голову. Интересно, среди каких придурков она начинала карьеру? Или подобное отношение к себе началось уже раньше? Впрочем, хрен бы с ним, с отношением, её бы отпинать как следует за этот сеанс мордобоя, но - успеется. Они не в диком племени, как-никак, а в цивилизованном подразделении. Ха-ха.

+3

3

Где-то в центре груди, между отзывающихся болью на каждый вдох - отделали ее, все-таки, качественно, сразу видно профессионалов, благо ничего не сломали, да и закрыть голову руками, падая от первого удара, Димитриди предусмотрительно успела, - ребер, тлели горячие угли, а слюна во рту отчетливо отдавала горечью и солоновато-пряным привкусом крови. Женщина прислонилась спиной к холодной земляной стене зиндана, сложив ноги в позу лотоса, и грея ладонями свои холодные ступни. Подрагивающие веки, отбрасывающие частоколом ресниц длинные острые тени на бледные скулы, на одной из которых наливалась густой ночной синевой свежая гематома, выдавали то, что женщина не спит, и не находится без сознания, а просто бессовестно игнорирует свет и звуки, недвусмысленно говорящие о том, что ее скромную обитель изволили посетить.

Но визитер, судя по всему, тоже не спешил первым начинать диалог. Наяда приоткрыла глаза, поворачиваясь туда, где в последний раз услышала звуки чьего-то присутствия, дабы выяснить личность того, кто явился по ее душу. Едва ли кто-то из простых солдат - их шаги и негромкие переговоры она слышала наверху, но никто из них до сих пор не спускался в яму, куда ее бросили, едва после этого не угодив по голове ведром. Невежливо, право. Хотя, они имели полное право выражать свое недовольство. Урсула и сама растерялась, когда после первого же ее удара Манфред просто рухнул с копыт. Такой подставы она от немца совсем  не ожидала. Ну дала бы она ему разок в морду, ну получила бы пару воспитательных п*здюлин обратно, ну повалялись бы немного в пыли. И все было бы в порядке. Но паскудный ганс прилег отдохнуть и посчитать в своем беспамятстве звезды, а ей пришлось испытать на себе гнев всех, кто стал свидетелями жестокой расправы одной тощей наемницы над их любимым командиром. Дерьмо, как говорится. Но что уж тут поделаешь - Урсула прекрасно понимала, что заслужила. Но виноватой себя по-прежнему не чувствовала, ибо ее действие получило свое противодействие. По счетам, как говорится, уплочено. Процентов не предполагается.

Как и ожидалось, визитером оказался сам Рихтер, видимо отлежавшийся после подлого удара, и жаждущий отмщения. Димитриди лениво прикинула, сумеет ли из своей позы уйти в глухую оборону, если ему сейчас вздумается дополнить список уже полученных ей побоев хорошим пинком. По всему выходило, что не успеет. Разве что прикроется руками, нивелируя самые серьезные последствия. Однако, Манфред не спешил следовать примеру своих головорезов, просто рассматривая ее, словно диковинную зверушку в зоопарке. Ну что же - пусть смотрит, за просмотр денег не берут, да и дыр он этим в ней не протрет. Женщина снова опустила веки и повернула голову прямо, всматриваясь в темноту своих лениво текущих мыслей. Молчание, однако, затягивалось и ощутимо нервировало. Что ему надо? На кой хрен приперся?
Понятно - на кой. Или сообщить ей о том, что с ней дальше будет, или, судя по замеченной в руках папке, все-таки уговорить (ха-ха) ее подписать таки контракт, по которому ее задница будет принадлежать ему. И что-то гречанке подсказывало, что на этот раз выбора ей не предоставят. А если и предоставят, то он ей совсем не понравится. Все же она ранила что-то большее, чем просто морду. Она протопталась по мужской гордости. А этого мужики не прощают. Урсула была в курсе таких мелочей мужской психологии, благо женщины в ЧВК были гостями пусть и не редкими, но не столь распространенными, как представители пола сильного.

- Не раскаиваюсь, - проговорила она, наконец-то, разлепляя сухие губы. - Виноватой себя не ощущаю. Прощения отсасывать не буду. Говори или катись.
Хриплый тихий голос, казалось, поглощался холодом земли, но он наверняка услышал. Когда эту яму копали, никто не позаботился о том, чтобы у заключенного было достаточно места.

Отредактировано Урсула Димитриди (2019-11-03 20:57:59)

+2

4

[indent] Урсула, как ни крути, была вредной сукой. Да, именно так, уже даже не бабой, а форменной самкой собаки. Дворнягой, которая жила между корейским рестораном, притоном зоофилов и спецшколой для садистов-пихопатов, каким-то чудом умудряясь выживать, но получая отметины на шкуре и пакостные черты характера. Отметины, к слову, были смачными - сейчас, когда она была без куртки, демонстрируя свою худощавую фигуру в полной мере, можно было обратить внимание на ожоги. Ожоги эти выглядели так, будто гречанку сунули рукой в кипяток, решив сварить бульон, но почему-то не успели. Жалкое зрелище, как говорил один персонаж мультсериала родом из России. Душераздирающее зрелище. Впрочем, Манфреду почти что наплевать, он удостаивает открывшееся зрелище лишь беглого взгляда и почти незаметной гримасы, выражающей, вроде бы, недовольство.
- Ты всегда такая сука, или только когда не знаешь, поведут тебя завтра на расстрел или оттрахают прямо здесь и зароют живьём?
[indent] Манфред, как легко догадаться, не был мастером обольщения, да и вообще со слабым полом у него были довольно своеобразные отношения. Впрочем, он не стал пинать Урсулу по колену или там ещё каким образом глумиться, это было бы уже глупостью. Ему нужна эта мерзкая дворняга. Со всеми её шрамами и мерзким характером. А уж соорудить ей будку и раздобыть годную цепь и ошейник с шипами - дело времени.
- Объясняю ситуацию. Гражданская баба со стороны несколько часов назад дала мне по морде и теперь сидит здесь и пытается изображать тёртую жизнью самку головореза, хотя на самом деле является самкой собаки. Сидеть она здесь может очень даже долго, всё равно никто не хватится. Но - у меня есть предложение. Деловое.
[indent] Ему как будто на самом деле было наплевать, что её ждёт в ближайшем будущем и есть ли оно вообще, это будущее. Вялая мимика, безразличный взгляд серых глаз, расслабленная поза. Будто рассуждает о покупке нового электрочайника, старый предлагая разобрать на запчасти ибо ну не выкидывать же. А хотя можно и выкинуть, если лень возиться. Лень ему возиться? Пока что, наверное, нет. Не с чайником, само собой - с этой вот.
- И да, изволь оторвать свою тощую задницу от земли, когда с тобой разговаривают. Не на пикнике.
[indent] Кидаться папкой на этот раз он не станет, дистанция не та. Кстати, она, дистанция эта, отлично подходила для выдачи хорошего пендаля прямо по мужской гордости Манфреда, так что стоило, наверное, задуматься о сохранности причиндалов. Не сию секунду, когда она сидит - но вот когда встанет... а ещё по нему можно пройтись ведром, грязным и с небольшими вмятинами. Или землёй в лицо запустить. Или... хотя зачем бы это ей? Не до такой степени идиотка. Шанс, пусть и ценой побоев, войти в состав крупной ЧВК, был в данной ситуации чуть ли не подарком, ради получения которого можно и потерпеть не только пару-тройку пинков по рёбрам, а и кое-что похуже. Заслужила она это "похуже"? Пожалуй... пожалуй, пока ещё нет. Вот коленом под зад и нормальный поединок в перспективе - заслужила, как-никак, отыграться за позорный нокаут ему нужно, пусть даже и просто ради "галочки". Но это потом, а сейчас у них есть дела. Манфред, разумеется, не собирался давать Урсуле время на прочтение контракта целиком, со всеми "подводными камнями", за хорошую деньгу скрытыми там знающим человеком. В сущности, он не для "Легиона" человека вербовал, а собирался прикупить себе занятную самку собаки. Именно прикупить и именно себе, хотя с формальностями, ясное дело, придётся что-то решить. Ну да ладно, сейчас время такое, что никто не будет особо разглядывать, на каких условиях кого куда берут, если эти условия не лучше обычных.

+2

5

В общем-то, ничего нового, как она и предполагала. Метод кнута и пряника, только пряник далекий и в перспективе, а кнут - вот он, помахивает кожаным витым хвостиком перед самым ее носом. И не совсем понятно, какой свежести будет тот пряник, - точно не первой, и даже не второй, но от размышлений об этом ее должен надежно отвлечь неиллюзорный кнут. По всем правилам выходило, что сейчас она должна потечь от такого выгодного предложения, и метафорически (но от этого не менее радостно) раздвинуть ноги, позволяя себя поиметь так, как ему захочется. Вот только во всем этом была маленькая, совсем крохотная проблема. Пугать Урсулу можно было с тем же успехом, с каким требовать от падающего камня зависнуть в воздухе над чьей-то дурной головой. Страх умер вместе с ней. Где-то тут же, на живописных просторах Африки, когда ей не завязывали глаза перед расстрелом, когда она смотрела в искаженное болью лицо того единственного, кто заставлял ее внутренности испуганно сжиматься в маленький леденящий комок. Кагами отучил ее бояться кого-то кроме себя, показав, что нет боли сильнее, чем боль, а страха леденящее, чем страх.

Рихтер пугал качественно, - словно и не пугал вовсе. На безразличном лице его не отражалось ничего, ни злости, ни презрения, ни даже какой-то заинтересованности. Она бы испугалась, наверное. Она боялась - какой-то своей внутренней, податливой частью, еще не успевшей забыть привычки беспрекословно подчиняться ровному негромкому голосу. Но та Урсула, что задыхалась ядовитой дрянью в арабских землях, та Урсула, что чувствовала, как плавится ее горящая кожа, лопаясь пузырями кипящего подкожного жира, та Урсула, что стояла над могилой своей спокойной жизни, снова променяв ее на винтовку и чужую войну - слишком устала бояться. Холод, совершенно нормальный для ее подземного обиталища, обнимал ее мягкими руками, даря возможность не чувствовать себя слишком живой. А мертвецу совершенно наплевать на все угрозы. Он пытается напугать ее расстрелом, но не знает, что она слышала хруст своих ломающихся под пулями костей. Он пытается напугать ее насилием, но не видел, как она несколько дней отлеживалась после того, как впервые узнала, что такое мужчина, который плевать хотел на ее согласие и желания. Страх всегда с ней, но он не причиняет боли. Только легкое неудобство, синонимичное слову «опять».
- Обойдемся без угроз, Манфред, - женщина медленно поднялась на ноги, с пустым безразличием встречая его взгляд. - Та гражданская, у которой хватило сил свалить с ног тертого жизнью кобеля головореза, не наделает в штаны, если на нее грозно цыкнуть зубом.

Конечно, напоминать немцу о его позоре было не обязательно, но уж слишком ей хотелось стереть с его лица это каменное выражение. Не кулаком, как в прошлый раз, ибо места тут было маловато, да и запал у гречанки прошел. Просто словами. Просто сделать так, чтобы он вспомнил, что она не просто какая-то дурочка, которая умеет только пресмыкаться перед теми, кто сильнее. Чтобы понял, что она пресмыкаться не хочет и не будет. Хватит и общего осознания того, что он сейчас на коне, а она - в полном дерьме.
Женщина потерла глаза, болящие от падающего сверху, пусть и не очень яркого, но после нескольких часов темноты, достаточно неприятного света и, прислонившись спиной к стене, требовательно протянула руку вперед, кивая на папку в его руках. Можно, конечно, попытаться гордо плюнуть ему в рожу и сидеть тут до тех пор, пока безумие подступающего истощения не заставит ее подписать все, что он захочет (Урсула понимала, что она, как бы не корчила из себя стальную женщину, все равно сломается рано или поздно, так зачем до этого доводить), но какой в этом был смысл? Она и без того испортила свои отношения с будущим командиром дальше некуда.

Отредактировано Урсула Димитриди (2019-11-03 18:41:58)

+2

6

[indent] Они могли бы бок о бок сражаться за обладание титула "лучшая пара пофигистов - 2017", до того всё происходило буднично и, можно сказать, пристойно. Гадкие слова - в пределах допустимого, с учётом ситуации. Угрозы - тоже... не слишком обильно, в самый раз. В свою очередь, Урсула реагировала не более эмоционально, чем ведро для опорожнения организма, заставляя задуматься, не были ли посиделки в зиндане для неё аналогом проживания в хостелах "без звёзд". Пожалуй, это было возможно. Очень уж спокойна чёртова баба. Но хоть поднялась, и на том спасибо. И не могла не поддеть. Сука черствая.
- У тебя ведро есть, туда делай. А теперь о главном.
[indent] Он протянул папку, через пару мгновений протянул и шариковую ручку, не кровью же ей расписываться в этих документах, ещё более занятных, чем банковские. В сущности, он и зла-то гречанке не желал, просто... оно так совпало, что ли. Нашла коса на камень, один мерзкий характер попытался притереться к другому, хотя нет. Даже не пытался, ни тот ни другой. Они столкнулись, проверяя крепость друг друга - и покамест не смогли определить, кто же, мать вашу, крепче и сильнее жёван этой жестокой штукой под названием "жизнь".
- Подписываешь, выползаешь отсюда подобно древнему чудовищу и топаешь в лазарет. Не подписываешь - сидишь, пока не найдётся более интересный обитатель для этой ямы, потом делишь с ним это чудесное место. Думаю, он всё же окажется посильнее.
[indent] Не угроза - просто констатация факта. Рыть ещё одну яму, чтобы было подобие гуманного обращения с пленными? Да как же, они и могилу-то получают на всех одну, под названием "куда побросали, там и будут гнить", а тут ишь, заводить зиндан просто потому, что этот занят. Прагматизм сродни таковому у швейцарских наёмников, которые пленных вообще не брали, кстати. Немцы не такие, им нужны те, кого можно пытать ради информации и казнить ради удовольствия и запугивания окружающих. Когда они успели так одичать? Скатились к тем славным временам, когда одетые в шкуры дикари лупили по башке друг друга среди мрачных европейских лесов, даже не помышляя о великом будущем и не ведая прошлого, каким бы оно ни было.
- И да. Это звучит банально, как твои месячные, но я не угрожаю. Выбор есть всегда, просто он не всегда по вкусу.
[indent] Бывший, мать его, капитан, похоже, пытался удариться в философы, к чему не особо располагала обстановка - яма эта сырая, в которой было ощутимо прохладнее, чем на улице. Освещение скудное. А хотя - почему бы не задумываться о бренности бытия именно в таких условиях? Манфред, будучи отъявленным фаталистом, про эту самую бренность размышлял не то, чтобы много и часто, но - случалось. Не раз и не два. Урсула вряд ли занималась чем-то подобным, она больше походила на человека, просто плывущего по течению, причём разбившего морду о камни и коряги по пути. Наверное, она будет полезна, ведь к гадкому характеру добавлялись неплохие навыки. Наверное, она даже не пристрелит его, когда поймёт, во что ввязалась. Наверное. Но что не стерпит спокойно то, что с ней сделают треклятые бумаги и гадкий немец - это уж точно.

+2

7

Вообще, такие вопросы не решались сидя в яме, предназначенной для военнопленных. Да даже в командирской палатке, посреди временного лагеря, - как ей было предложено изначально, до того, как Наяда решила продемонстрировать мастер-класс по рукопашному бою, - такие вопросы не решались. Они решались в офисе, в присутствии юриста, который объяснял обеим сторонам спорные моменты и мог, в случае чего, подсказать, где именно эти самые стороны пытаются друг друга наебать, и как этого избежать. Проблема была в том, что Рихтер явно не собирается давать ей время на найм юриста, который согласится прибыть в страну, в которой идут активные военные действия. Он вообще не собирается давать ей хоть сколько-то времени, судя по выбору, который и не выбор-то вовсе. Четкая постановка фразы «или-или» говорила о том, что ей дается только один шанс, и второй раз, если она сейчас откажется, к ней никто спускаться не будет. С одной стороны - совершенно не удивительно, в качестве мести за нокаут это выглядело логичным. С другой стороны - *баный ублюдок загонял ее в ошейник, и даже не давал возможности как-то смягчить жесткую петлю, затягивающуюся вокруг шеи. Гамисе та!

Гречанка нагло отодвинула застывшего в ожидании командира от лестницы, и уселась на ступеньку, устраивая папку на своем колене так, чтобы свет, падающий сверху, равномерно освещал страницы. Чтение ей предстояло долгое, так что нужно было позаботиться о минимальном удобстве. и о том, чтобы не ослепнуть, в попытках разобрать мелкий печатный текст, - такое ощущение, что Рихтер специально выбирал шрифт помельче, в надежде, что ей надоест ломать себе глаза. Хрена с два. Она должна знать, на что подписывается. После такого «приветствия» в челюсть, с него бы сталось приписать ей какие-нибудь дополнительные обязанности, вроде ежевечерней уборки отхожих мест или еще чего похуже. Не сказать, что Наяда хорошо разбиралась в документах. Она, конечно, закончила среднюю школу, и даже не в рядах отстающих, но это было так давно, что она уже не смогла бы вспомнить даже лиц своих одноклассников, не то что какие-то особенные знания. Могла посчитать, сколько денег осталось на счете после траты на снаряжение, без ошибок написать свое имя или матерный стишок в сортире, и была способна понять, что пить «царскую водку» не стоит, даже не смотря на то, что в названии вещества есть слово «водка». Умение же разбираться в хитров*ебанных канцелярских фразах было явно не ее достоинством. Но Наяда упрямо вгрызалась в текст, в попытках понять, в каком именно пункте скрывается на*бка. В то, что ее там нет, почему-то упорно не верилось. Все в этом мире хотят тебя поиметь - прими это как правило, и возможно останешься при своих.

Все это слишком напоминало события произошедшие в самом начале ее карьеры вольного наемника, и это заставляло Наяду нервничать. Снова оказаться в положении «раком» из-за своей невнимательности не хотелось. Жаль только, что читать с каждой минутой становилось все труднее, буквы расплывались перед глазами и Димитриди поминутно терла веки, под которые словно насыпали песка. Интересно, как скоро Рихтеру надоест стоять в тесной яме, в ожидании пока его будущая подчиненная закончит читать? Урсула подозревала, что очень скоро, но сдаваться не собиралась.
Если она ему и правда так нужна - потерпит.

Отредактировано Урсула Димитриди (2019-11-05 20:03:23)

+2

8

[indent] Урсула, разумеется, была бесконечно права - контракт был составлен так, что подписавшийся под ним мог считать себя чуть ли не рабом до конца дней своих. Ну или до закрытия "Легиона", хотя и в этом случае мерзкий немец мог что-то придумать. Написанный, вроде бы, стандартно, он таил множество хитро запрятанных оговорок, легко превращающих его, например, в бессрочный с огромной неустойкой в случае расторжения. Настолько огромной, что это было ровно на один нолик в конце больше той суммы, которую Манфред заработал бы за ближайшие лет пять, с учётом его текущих накоплений. В одном из приложений упоминалось, что непосредственное руководство (в лице, разумеется, всё того же Манфреда) вправе изменять и дополнять этот договор в одностороннем порядке, даже не информируя вторую договаривающуюся сторону. Выглядит форменным бредом? Что ж, изначально это могло за таковой и сойти, ведь герр Рихтер не имел представления, "выгорит" затея или нет, приготовившись на всякий случай невозмутимо заявить, что мелкие буквы и хитрые формулировки - лишь часть входного теста на сообразительность и зоркость. Теперь ему было глубоко наплевать, увидит Урсула там что-то или нет, захочет загонять себя в кабалу навечно или нет. Он действительно предоставил выбор - быть живым инструментом, на счёт которого поступают хорошие деньги, а шанс однажды получить в подарок возможность сжечь эти чёртовы бумаги вполне весом - или просто сгнить в этой яме.
[indent] Умостившись своей тощей задницей на ступеньку, наёмница пыталась выиграть у судьбы в рулетку, даже не имея возможности как-то изменить правила игры. Что ж, пусть так - его не смущало даже нахальное поведение женщины, которая то ли по морде хотела получить, то ли просто решила, что терять нечего. Пусть читает себе. Он подождёт, рассеянно переводя взгляд с повреждённой руки Урсулы на здешнее звёздное небо, частично закрываемое физиономией часового, нет-нет, а заглядывающего в яму с заинтересованно-угрюмым видом. Главное - не затягивать это слишком уж надолго, нужно успеть отдохнуть перед завтрашним набегом на позиции противника в округе, если таковые здесь останутся. Вряд ли, конечно, не эвакуировать их в сложившихся обстоятельствах было бы глупостью, но - кто знает?
- Ты закончила?
[indent] Его хватило минут на пять. Дело даже не в неудобстве, не в желании идти и заняться более интересными делами, а просто в бессмысленности происходящего. Как уже упоминалось, мнение Урсулы учитывалось весьма условно, даже если держать в уме её квалификацию, достаточно высокую. Не каждый сможет так зверски загубить назначенную цель, уйдя без лишнего шума и утащив в безопасное место какую-никакую, а добычу. Добыча, правда, была скудной, оказавшись просто личными вещами не слишком чистоплотного человека. Наверное, это чертовски обидно - умереть в вонючем сортире, разглядывая рубаху второй свежести, зачем-то убранную в столь надёжное хранилище. Хотя умирать в любом случае обидно, даже если уже смирился с неизбежностью собственной гибели и пытаешься напоследок утянуть с собой в Нижний мир побольше подонков.

+2

9

Всё это было бессмысленно с самого начала, и Урсула это прекрасно понимала. Просто изо всех сил тянула время, наслаждаясь последними минутами своей свободы. Хотя, наверное слово «наслаждалась» в данной ситуации было нихрена не уместно, ибо мало приятного сидеть в холодной яме, на твердой деревяшке, с упертостью достойной барана вглядываясь в текст контракта. Интуиция не просто кричала - она орала и захлебывалась в высоком, на грани лопающихся барабанных перепонок и тонких бокалов, орала о том, что ставить свою подпись категорически не стоит. Димитриди привыкла верить своей интуиции, ибо нет в организме более чувствительной части, чем задница. Если бы она плевала на свои предчувствия, то давно уже гнила бы где-то в джунглях Мексики. Но именно сейчас ее сверхзвуковой вой не решал ничего. Потому что что-то подсказывало Урсуле, что выбор за нее уже давно сделали.

Женщина недружелюбно покосилась на Рихтера, явно задолбавшегося стоять вот так и решившего подстегнуть ее решение.
- Нет, - издевательски проговорила она. - Не закончила. Но тебе ведь насрать, верно?
Димитриди повертела между пальцев ручку, глядя на место ее предполагаемой подписи. Как будто в насмешку, оно было едва ли не подсвечено изнутри - крупный шрифт и даже галочка. Для тупых. Гречанка скрипнула зубами и поставила свой размашистый росчерк. И второй, на следующей части, которую даже не успела начать читать. И третий, под всем этим делом в совокупности. Интуиция обиженно захлебнулась и повернулась к своей владелице задницей, всем своим видом демонстрируя, что раз к ней не прислушиваются, то и пошли они все на хрен.
Урсула подавила в себе желание швырнуть папкой Рихтеру в голову.
Коротким в этот раз выдался «отпуск». В прошлый раз она хотя бы успела уйти в кратковременный запой, из которого ее в четыре руки вытаскивали незабвенные близнецы Романовы. Хорошо, наверное, что они предпочти жаркой Ливии вонючую Мексику - по крайней мере они сейчас не видят ее, в том положении, в которое она сама себя загнала.

- Яволь, герр командир, - бесцветным голосом проговорила гречанка, протягивая документы и поднимаясь с лестницы, освобождая дорогу.
Ладно. На самом деле, все не так уж и плохо, наверное. Все-таки «Легион» был довольно известной конторой, и попасть к ним мог не каждый. В другой ситуации, Урсула бы ни за что не смогла заключить с ними контракт, даже если бы сильно захотела. Так что можно считать, что ее удача просто вывернулась под хитрым углом. Так думать будет куда приятнее, чем осознавать, что тебя просто поставили в интересную позу.
Черт с ним. Как только закончится эта сраная война, она разорвет контракт. Плевать на возможную неустойку, за то время, пока она моталась по разным странам, вышибая дурь из местного населения и лезущих отовсюду тупых бриташек, она накопила достаточно денег, чтобы считаться не самым бедным человеком под этими небесами. Даже если неустойка сожрет большую часть ее накоплений - в задницу. Переживет как-нибудь. Ей не нужно много, она привыкла довольствоваться малым. Аскетизм всегда шел рука об руку с дисциплиной.

Отредактировано Урсула Димитриди (2019-11-06 13:43:59)

+2

10

[indent] Ну вот и всё. Подписи проставлены, человек получен со всеми потрохами и без особых вариантов развития событий в перспективе. Ощущал ли Манфред удовлетворение? Пожалуй, нет. Он знал, что это произойдёт, а стало быть - воспринял происходящее как само собой разумеющееся. У Урсулы было два пути, но в сущности-то, второй оказался ещё более неприемлем, чем первый. Или нет? Она ведь не знала, во что ввязывается. И что устроит, когда узнает - известно лишь высшим силам, какие они там есть на небесах или под землей. Впрочем, отступать уже нет ни малейшего смысла, потому - будь что будет.
- В лазарет. Шагом марш.
[indent] Он мог позволить себе никуда не спешить, заполучив на руки заветные документы, поэтому предпочёл пропустить даму вперёд. Её ждало увлекательное приключение под названием "обстоятельное обследование", что было призвано подтвердить или опровергнуть наличие целого букета болячек, заявленных в том кратком отчёте, что он успел прочитать. И лупили её, и травили её, вдобавок - стреляли и жгли. В общем, если сам Манфред за свою карьеру успел получить несколько не слишком существенным ранений, то гречанка как будто работала манекеном на фабрике по производству средств уничтожения. И работала весьма успешно.
- Потом зайди ко мне, назначу спальное место. Остальное - завтра.
[indent] Складывать все яйца в одну корзину решительно не хотелось, поэтому сперва - только необходимое. Обеспечить патронами, снаряжением и всем прочим её можно и завтра с утра, а сейчас пусть отлёживается. Как-никак, отлупили, пусть и за дело. А ведь не сорвись Урсула, не вмажь командиру по морде перед его людьми, всё вышло бы совсем-совсем по-другому, начиная от физического состояния и заканчивая условиями контракта. Теперь придётся изворачиваться, чтобы за подобный документ с него самого не ободрали шкуру на заднице, но здесь можно было что-нибудь придумать. Наверное. Шкура на заднице - штуку нужная, её всенепременно следует беречь. Ну а чтобы начать процедуры шкуросбережения, сперва придётся вылезти из ямы, прихватить с собой прожектор, отнести его на склад, чтобы не гонять солдат лишний раз. Всё равно по пути. Было достаточно темно и прохладно, чтобы желание оказаться в палатке изрядно подгоняло, где-то на границе подсознания обещая хороший отдых в тёплой койке. Только вот... сперва он составит отчёт для начальства, в очередной раз запросит подкрепления, дождётся Урсулу, рассеянно водя компьютерной мышью по столу и прикидывая, где её разместить хотя бы на первое время и в каком качестве использовать. Включать в уже слаженные группы немцев гречанку как-то не хотелось, там и без неё всё отлично. А вот специальные задания разной степени опасности вполне ей подойдут - импровизировать умеет, стрелять тоже, да и мало походит на злобного наёмного головореза, который жаждет убивать, насиловать и грабить. Да, пожалуй что пусть будет сама себе подразделением под непосредственным управлением командира роты. То есть Манфреда. Опять же, таким образом можно злоупотреблять полномочиями, используя её навыки в личных целях. Вроде бы, эта лютая баба умеет водить автомобиль? Ну вот и побудет первые дней несколько личным водителем, заодно попривыкнет к гадкому характеру начальства в полной мере!

Эпизод завершен

+2


Вы здесь » Code Geass » Turn VI. Turmoil » 21.12.17. Мастер рекрутинга