По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(vk, don.t.be.a.hero)

Geass-челлендж потому что мы можем.

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Turn VI » 20.12.17. Контракты: Уничтожение колонны


20.12.17. Контракты: Уничтожение колонны

Сообщений 1 страница 20 из 36

1

1. Дата: 20 декабря 2017 года
2. Время старта: 6:00
3. Время окончания: 8:00
4. Погода: Декабрь в окрестностях ливийских городов Самну и Ваддан — комфортен для большинства тех, кто прибывает сюда из Европы. Всё, к чему нужно привыкнуть — к песчаным бурям и почти полному отсутствию осадков. Термометр показывает 23°С, ветер достаточно сильный, так что среди снайперов работать в таких условиях смогут лишь самые большие профессионалы. Впрочем, к вечеру ветер обещает стихнуть, а температура — упасть на 4-5 градусов. Других изменений, согласно предсказаниям синоптиков, не предвидится.
5. Персонажи: Манфред Рихтер; Шимизу Нозоми; Химера; Мамба; Карл Райнер Воллен, Артур Леман
6. Место действия: ЕС, Ливия, окрестности городов Самну и Ваддан, к югу от прибрежного города Сирт, что является столицей одноимённого муниципалитета
7. Игровая ситуация: Разгорающаяся в Ливии гражданская война набирает обороты. Европейские страны заняты своими делами, Египет обещает помочь не раньше, чем разрешится ситуация на Мадагаскаре, а Франция смогла отправить в поддержку лишь авиационную эскадрилью из пяти многоцелевых истребителей.
ЧВК «Легион» выполняет контракт по уничтожению колонны. Ранее в Ливию была отправлена 2 рота 1 батальона для поддержки ОАЛ (Оборонительная Армия Ливии), но в конечном счёте этого оказалось недостаточно для проведения действительно серьёзной операции.
2 батальон в составе немецкой и японской рот под командованием Шимизу Нозоми прибывает в расположение лагеря при Триполи 16 числа в полном составе. В течение четырёх дней идёт активная подготовка к перехвату вражеской колонны, которая должна проследовать в Ваддан.
В распоряжении наёмников:
- Штурмовые винтовки G36
- Пистолеты Glock-17
- Российские наступательные и дымовые гранаты
- 8 БТР
- 4 БТР с ракетными башнями
- 9 миномётов на колёсном ходу
- 4 Найтмера класса R2 «Зверь » (только в распоряжении 2 роты 1 батальона)
- Стационарные и переносные ракетные комплексы, мины и пластид
Общая численность:
1 бат. 2 рота - 35 человек
2 бат. 1 рота - 50 человек
2 бат. 2 рота - 42 человека
Доступная поддержка:
1) Артиллерийские удары ОАЛ (по запросу GM)
2) Авиаудары французских истребителей (по запросу GM)
3) Звериный рейд (применение R2 «Зверь» по запросу GM)
4) Разведка (по запросу GM)
8. Текущая очередность:
По договорённости

+7

2

Лагерь «Легиона» расположился на окраине небольшого горного аула. Буквально в паре километров отсюда виднелись на горизонте верхушки мечетей, а также военной базы оборонительной ливийской армии, которую по приказу генерального штаба развернули здесь три дня назад с целью координации действий наёмников. Там же ливийцы расквартировали огневой дивизион с турецкими Т-155 и специальную медицинскую роту, готовую в любой момент развернуть полевой госпиталь в ближайшей безопасной точке в непосредственной близости к району боевых действий. В свою очередь штаб для координации действий наёмников расположился в самом городе в военной резиденции.
В течение 20 минут, с 6:00 до 6:20 командиры рот ЧВК «Легион», а также командир батальона Симидзу Нозоми должны были явиться в штаб для утверждения планов проведения засады с целью уничтожения колонны мятежников. Именно для этой цели ровно к шести утра к лагерю «Легиона» подъехал джип с закрытым салоном, водитель которого уже успел примелькаться перед командующими операцией наёмникам.

+7

3

Командиром уже прибывшей в расположение роты из первого батальона был Михаил Бессонов по прозвищу «Бес». В свои тридцать лет он мог похвастаться участием в нарковойне, которую Россия объявила китайским картелям, фривольно распространявшим свою дрянь по Необъятной. Дважды он попадал в плен и оба раза успешно сбегал. Отличительными чертами Михаила было то, что на правой руке у него не хватало указательного и среднего пальцев, на левой — мизинца, а левая часть лица была искажена страшным ожогом, распространившимся и на лобную сторону головы, из-за чего волосы в этой области не росли совсем. Ну, а после войны он ушёл из внутренних войск в звании капитана, оказавшись среди тех, кому не хватило денежных компенсаций.
— Манфред! — голос зазвучал со стороны входа в палатку, а следом зашёл и сам обладатель — Бес собственной персоной, пока ещё не при боевой выкладке. — Манфред, новости хреновые. Ливийские разведчики послали весточку, что конвой может двинуться по западному направлению, через Эш Швайриф. В той области практически нет ливийских солдат, только небольшой гарнизон да пара вертолётов... О, это и есть тот самый легендарный Отто?
Когда Бессонов прошёл до центра палатки, его уже приковал к себе «тот самый». Сощурив глаз, не затронутый бельмом, Бес кивнул ему. Обезображенное лицо Михаила не выражало особого восхищения, тогда как голос был насквозь пронизан любопытством заинтересованностью в столь неординарном наёмнике.
— Похоже, работёнка будет жаркой, — Бес довольно ухмыльнулся.

+6

4

Бес. Этот человек был, пожалуй, одним из самых жутких типов, каких только приходилось встречать Шарам. Тихомирова? Комбат второго батальона? Идите к чёрту. Если вы никогда не стояли рядом с Бесом, то вы и заикаться не смеете о том, что смотрели в лицо ужасу, олицетворённому живым человеком. И даже Мамба, выросшая в диких озара1 Центральной Африки, чувствовала не только глубокое уважение к ветерану нескольких кровопролитных войн, но и какой-то первобытный страх, произрастающий откуда-то из корки самого подсознания, который можно сравнить и не ошибиться со страхом перед темнотой, высотой, змеями, пауками и прочими материальными и не очень вещами, которых бояться, в общем-то, никогда не считалось зазорным для обычных людей племени Наджи. Единственными среди них, кто не имел права на страх, оставались служители духов — шаманы, которых по большей части постигла участь отнюдь не завидная.
— Ụra na mmụọ nna nna m2, — живой взгляд карих глаз смотрит вдаль, к восходящему далеко на востоке аньянву3.
История о командире была услышана спящими. Но пока что они молчали. Почему? Шарам могла только гадать.
Потому что командир — чужак.
Потому что его земля — другая.
Потому что его племя — иное.
Духи мудры, но не всеведущи. Так говорил главный шаман племени Наджи. Ведь даже когда шёпот голоса души воина утопает в глотке мира, поглощённый эхом пустынных грёз, ты продолжаешь излучать силу и всматриваться в мир вокруг тебя. Возможно ли, что Бес был живым её источником? Шарам вновь закрывает глаза. Потоки сознания устремляются за свистом ветра.
Легенды.
Те, что знали лишь шаманы. О людях, что были живым источником священной энергии. Те, что не боялись, когда бездна всматривалась в них. Существуют ли эти люди и по сей день?
Шарам шла по следам, направляющим её по узонна4 к правде. Но путь был темен, подобно бездне. И пока что страх бездны пересиливал.
— Хватит на сегодня, — Шарам поднялась с места, на мгновение убрав руку с рукояти своего именного ножа — на земле врага оружие никогда не должно покидать длани воина, а затем резво съехала с бархана, что был в трёхста метрах от лагеря.
Наджи была не из тех, кто боится. Её не пугала смерть. Её не пугала неизвестность. Ведь там, за кругом смерти, в пучине бездны, в стране разбитых судеб и сокрушённых царств её будут ждать духи. И то была истинная отвага воинов ọnụ nke anụ ọhịa ahụ. Жить, когда нужно жить и умирать, когда нужно умереть. Таковы были устои жизни Шарам и жизни её предков. Жить, сохраняя слово «смерть» в своём сердце.
Мамба вернулась к лагерю меньше, чем за минуту — физическая подготовка и ноги, которые вспомнили пустыню, сами несли её вперёд по пескам не своей страны.
И, что характерно, прибыла Наджи аккурат вовремя, когда Бес заглянул в командирскую палатку немцев из второго батальона и подзадержался у них. А ведь германцы были для неё куда больше иностранцами, чем русские, к которым ей повезло угодить. Ведь международного языка Союза Шарам не знала. Родной, английски да русский по счастливой случайности. Пусть русские наёмники и не всегда понимали мотивов знойной дикарки из Центральной Африки, диву дивясь странным обрядам, которые со стороны больше напоминали подобие нервных тиков, зато врождённая способность выделяться из толпы не только за счёт чёрного цвета кожи помогли ей закрепить уважение среди однополчан ещё на стадии отбора, после которого, кстати, выбранный в качестве одного из командиров Бес первым «застолбил» Шарам у остальных.
— Мамбес, вот тебе не спится, а, — протянул одевающийся в песчаный комок5 Влад Есипов — курчавый парень лет 23-ёх, что вечно шутки ради любил каверкать её прозвище. — Ты на ходу что ли дрыхнуть умудряешься?
— Жизнь в пустыне закаляет, — совсем простецки, напрямую, как она умеет, ответила Шарам, усаживаясь на складной стул возле своей раскладушки и потянулась за униформой. — Бес что сказал на подъёме?
— Вот так и гуляй с утра пораньше, всё самое интересное пропустишь! Построение объявил, как от фрицев вернётся, — Федька Кулигин, мужик тридцати пяти лет, которому едва тридцатник дашь, дружески хлопнул Мамбу по плечу и затянул потуже ремень на штанах. — Ей бог, Надь, Бес тебя то ли не видит, то ли делает вид, что не видит.
Довольная белоснежная улыбка засияла на лице Шарам — очень уж пришлось по душе дитю пустыни это простое русское имя, которым её нарекли в «Легионе» ещё на стадии отбора.
Да и как её там не называли! И самбистка, и каратистка, и эфиопкой, и Мамбой... Дроков Мирон даже не побоялся коронного леща Наджи и попыталась наречь её кочегаркой, а после пары часов в полной бессознанке ещё и жениться требовал. Оттенки загадочной русской души мерцали цветным калейдоскопом искр, водки, блинов и красной икры.
— Да бросьте... — начала было Шарам, но, кажется, Влад поднял горячую тему.
— Ага, вот фартит-то, — поддакнул Влад, неумело застёгивая разгрузку и подмигивает дикарке, которая к этому моменту уже скрепила между собой все липучки на куртке. — Я бы свалил, меня б точняк в упор лёжа поставил, пока руки не посинеют и кишка наружу не вылезет!
— Хорош, а, — тонкий голос со стороны шкафа с изображением красного креста прервал высокоинтеллектуальную беседу и из-за металлической дверцы появилось миловидное личико, обрамлённое ухоженной блондинистой шевелюрой — Катя Коржева, военный хирург, вообще была девчонкой нервной. В свои двадцать шесть она могла кому угодно дать просраться бесконечными воплями, особенно когда дело касалось медицины. Пожалуй, не было во всём «Легионе» человека более ретивого, когда дело касалось здоровья. Ну, за исключением, наверное Тихомировой и пришедшего в обход отбора Медведя, которого почему-то некоторые кличут Батей. Но только у этих двоих ретивость была в вопросах физподготовки, а у этой чокнутой — в части врачевания, чем вызывала особое восхищение Шарам, которая по старой шаманской доле любила все эти вещи.
— Что тебе не нравится? — Есипов засмеялся, подбирая из тумбочки личные вещи. — Сказать должна спасибо, что не придётся мне эту кишку обратно в задницу вправлять! Я как раз с вечера банку бобов из сухпая заточил. Мм, объедение!
Остальные бойцы, до того тихонько прыскавшие в кулак от содержания диалога, наконец не выдержали и дружно заржали, не оставив попытки собираться.
— Да завалитесь уже, — мрачный голос, прогремевший над пребывающими в хорошем расположении духа солдатами, пронёсся над палаткой подобно чуме, скосившей зачатки хорошего настроения, точно и не было его вовсе.



1. Озара (игбо ọzara) — Пустыня.
2. Ụra na mmụọ nna nna m (игбо) — Спите с духами, мои предки.
3. Аньянву (игбо Anyanwụ) — Солнце.
4. Узонна (игбо Ụzọ nna) — Путь Отца.
5. Комок (жарг.) — Камуфляж.

Отредактировано Sharam Nnaji (2018-02-20 00:06:36)

+10

5

— Рота, подъём! — громогласный рык командира разорвал простыню грёз, которой укутал Химеру жгучий пустынный воздух. По-дружески, как старую приятельницу, словно извиняясь за то, в чём пустыня была не виновата. — Пять минут сбор и построение!
Некоторые из её однополчан вскочили почти сразу — под влиянием беспрекословного авторитета Беса, который он в одночасье заработал среди наёмников во время первичного инструктажа, многие из тех, кто прошёл довольно жёсткий отбор без особых затруднений, стали как шёлковые. По большей части то были труженики спорта и чоповцы, проходившие военные сборы, имевшие какие-то достижения на гражданки, но пороху не нюхавшие. Особенно сильно повлиял на таких вот ребяток показанный Бесом фильм, посвящённый гражданской войне в Ливии, где события тех дней режиссёр показал без геройских прикрас, свойственных пропагандистскому кинематографу Евросоюза. Характерно было то, что после показа фильма из зала не ушёл никто, а сразу после трое, казалось бы, подающих надежды бойцов, подали заявления об увольнении.
«Этот фильм стоит показывать соискателям до принятия в «Легион», иначе при следующем наборе Мальченко не досчитается пары десятков тысяч евротугриков», — подумала Элени и, неспешно поднявшись с кровати, принялась одеваться — в отличие от многих других солдат, Бес вызывал в ней безмерное уважение как ветеран, но не трепетный ужас. Ведь они оба побывали в том аду. И оба сумели вернуться.
Блестящий миопротез еле слышно поскрипывал, пока Элени облачалась в очень добротно пошитую текстильщиками «Легиона» песчанку. Идеально подогнанная, со множеством застёжек и ремешков, она могла сесть по размеру на любого солдата, не стесняя движений. Так что даже если бы Элени была большегрудой девицей с размером, эдак, пятым, и служила живой эргономичной подставкой под пулемётные сошки, ей не пришлось бы брать для себя форму индивидуального пошива. Потому что здесь всё было идеально. Нужно было отдать должное Мальченко, который в отсутствие полного совета директоров самостоятельно разобрался с этим вопросом.
«По слухам он спит ещё меньше, чем чернокожая, — пронеслось в голове Химеры, пока она заправляла шнурки в берцы. — Кстати...»
Элени выпрямилась и, вслепую застёгивая уже хорошо знакомый 6Ш921, осмотрела палатку. Её догадки были безусловно верны — залётной африканки здесь уже не было. Или было правильнее сказать — ещё. Химера недовольно нахмурилась, на выработанной автоматике продолжая проворно надевать на себя оставшиеся элементы защитного комплекта. Подобное фривольное аутистическое поведение было допустимо на подготовительном полигоне, но не здесь. Такая самоуверенность не раз играла с людьми злую шутку.
«Я не стану вытаскивать эту черномазую, если она попадёт в передрягу», — торопливо убеждает себя Химера.
Потому что только Мамба несла ответственность за свои самоходы их лагеря. Никто и никогда больше не заставит Элени вновь вернуться к тому состоянию, выкарабкаться из которого стоило ей времени и здоровья...
«Кому я вру?..»
Вздох сопровождает заунывный скрип протеза. От себя убежать нельзя.
«Если он будет продолжать так скрипеть, я не посмотрю, насколько Мальченко хорош во всём — просто брошу его ему в лицо при первой возможности».
Одевшись одной из первых, Химера ещё раз бегло осмотрела всех присутствующих, как раз тогда, когда темнокожая изволила вернуться из своего загула. Грозно зыркнув в её сторону, Элени, карем уха вслушиваясь в то, о чём говорят её соратники, налокнилась к походной тумбе, чтобы забрать личные вещи — остатки солдатского суточного рациона, которые по старой памяти она продолжала прятать в послеобеденное время, хотя здесь за это даже Бес не драл, потрёпанный временем боевой нож с грубо заточенным лезвием и браслет из паракорда, который тут же бал застёгнут на запястье рядом с часами.
И вот тут, конечно же, началось то, что Элени терпеть не могла.
«Как вы вообще можете так легко относиться к войне?» — недоумевая она посмотрела на сослуживцев.
На Есипова, который с виду — молокосос-молокососом, не пойми как вообще попавший сюда. На Кулигина — пожалуй, самого адекватного, но легко поддающегося той атмосфере, которую задают окружающие. На истеричную Коржеву, которая всегда сохраняла серьёзный настрой, но голосу которой для убедительности не хватало холодной воронёной стали. На ржущих во весь голос Колотилова и Клиева — молодых парней, которых Элени взяла в команду своего миномётного расчёта. И на вычурную по праву происхождения Мамбу, которая в очередной раз стала причиной бурных обсуждений.
— Да завалитесь уже, — точно движок Су-27, взмывающего в небо над самым ухом, проревела Химера. — Вы приказ командира слышали? Бегом собрались и на построение, две минуты даю!
С этими словами, Элени вышла из палатки, ловя на себе нелестные взгляды однополчан.
Холодный ветер приносит издали запах прожаренных на солнце костей, отчётливо-сладкий, с горечью, без малейшего намёка на цветочно-пряные и травянистые ноты. Химера вдыхает полной грудью. Обонятельные рецепторы ловят неорганическое пустынное благоухание золотистых барханов, щедро дарящих утренний душистый букет из минералов, пыли, солнца, нагретых скал, довершая это духом минувших поколений и лет.
Рота выстроилась перед палаткой согласно выданным Бесом распоряжениям. Отрезвляющий рык Химеры возымел нужный эффект: продолжить смеяться в строю не рискнул никто. А, может быть, все попросту с минуты на минуту ожидали появления вселяющего страх и надежду командира второй роты.
Элени устраивали оба варианта.



1. 6Ш92 — бронежилет, входящий в боевой защитный комплект 6Б22.

+6

6

Ширк-ширк...ширк-ширк... Манфред Рихтер, бывший офицер отборной германской дивизии, а ныне командир её жалких остатков, задумчиво водил оселком по кромке своей верной сапёрной лопатки, сидя за столом и, казалось, ничего не замечая вокруг. Отработанные до автоматизма движения не нуждались в участии мозга, погрязшего в воспоминаниях. Это было так давно... и, казалось, произошло вчера. Такая же жаркая и мерзкая дыра, в которой уважающему себя немцу и делать нечего. Местные обезьяны совершенно аналогичным образом не могли ничего противопоставить серьёзному противнику, вынуждая солдат Евросоюза разгребать всю ту зловонную кучу день за днём. Песок... днём паскудная жара на улице, но в палатке круглые сутки прохладно, до безобразия новый китель висит на спинке стула, где-то в стороне - прислонённая к ящику винтовка с магазинами, снаряжёнными поочерёдно JHP и FMJ патронами, а впереди бой. Сильнейшее ощущение дежа вю, разве что идти и убивать на этот раз не во имя Германии (к чёрту Евросоюз, прогнивший до основания!), но за звонкую деньгу. Ну и вместо прекрасно обученных британских солдат - шимпанзе с дрянным оружием. Занятый своими мыслями, капитан упустил появление Беса, обратив на него внимание лишь когда тень новоприбывшего легла на стол, мешая монотонному процессу приведения шанцевого инструмента к подобию вполне сносного топорика. Мужчина едва заметно поморщился, поднимая глаза... а потом поморщился уже видимо, не собираясь скрывать, что физиономия Беса была не из тех, какие вешают в кабинках спортзаловских раздевалок для мотивации. Пришлось отложить своё занятие и уделить внимание гостю - всё одно его люди могут выдвинуться в течение десяти минут, а кое-кто и вовсе даже на месте.
- Помедленнее, я записываю. Обезьяны поедут другой дорогой, где нет наших так называемых союзничков? Ерунда. Лучше скажи мне, почему их просто не раздолбают с воздуха, ведь сложные системы ПВО требуют обученного персонала, а из них половина, небось, задницу корой вытирает по-старинке.
Разумеется, он ничего не записывал - более того, откровенно ворчал, всем своим нутром ощущая подвох. Где-то он был, это неизбежно, иначе задачу авиации не переложили бы на пехоту. Что там? Едет какая-нибудь обезьянья шишка, которую нужно взять живьём? Или в небе господствуют лояльные к этим гондурасам летуны, а наёмников "забыли" предупредить? Всякое бывает, всякое возможно.
- Я отправил туда пару своих бойцов, поглядеть на работу охранения. Ближе к делу будем знать, что да как. Пока что не вижу причин менять классический сценарий с последовательной атакой с двух сторон. Главное - успеть спрятаться получше.
Отодвинув стул, герр отставной гауптман прошествовал к давешнему ящику, возле которого всё ещё находилось оружие. Он не торопился, двигаясь размеренно, со своеобразной грацией и ленцой крупного сытого хищника. Открыть ящик, выудить оттуда "разгрузку", сунуть в чехол лопатку, в "утилитарку" - оселок... и неторопливо собираться, не делая, впрочем, лишних движений. Время терпит.

http://sg.uploads.ru/t/DkQXv.jpg

НПС - Отто Пфицигентакль

"Легендарный Отто" тем временем стоял себе в уголке, скрестив руки на груди и старательно изображая вышибалу. Большого, вооружённого до зубов вышибалу с противотанковым гранатомётом на плече и ручным пулемётом на широком нейлоновом ремне.
- Штоп осколок ф лоп не бил... надеффай ты шлем, деппил!
Это не было приветствием Беса, как могло бы показаться. Здоровяк вообще начисто игнорировал постороннего, считая, что в офицерскую святая святых абы кто на сунется. Просто ему хотелось поделиться с миром народной мудростью о необходимости ношения средств защиты, вот и всё. В общем и целом, его мало интересовало происходящее вокруг, куда актуальнее были попытки справиться с "рюцки яссык", а для всего остального есть офицер и его команды. Он ведь не Манфред, его не трясло ночью от воспоминаний. Убийца? Да. Государственный изменник? Да. Ну и что с того? Так на самом деле было бы лучше для Германии. Увы, не получилось. С другой стороны, какие угрызения совести может испытывать машина для убийства и надругательств? Ведь он-то не заполнял своими руками "белый список" тех, кто выживет, отделяя людей с будущим от бедолаг, заливших своей кровью вдруг резко заалевший песок. Да и... кто б ему дозволил?

Отредактировано Манфред Рихтер (2018-02-21 20:14:12)

+6

7

Глядя на немца, Бес брезгливо поморщился, когда тот закончил говорить.
— Попридержи коней, Манфред,  — в своей манере скаля задний ряд вставных железных зубов начал Бес, — Мы ничего не знаем о личном составе этих «обезьян»-на. За три года со времён первой войны у них было достаточно времени, чтобы заменить не обученных желторотиков на профессиональных военных. И как пить дать тебе говорю, бля буду, что там целые части из ветеранов, которые валили скопищами с Ближнего Востока. Данных нет, нихрена нет, только какие-то важные новости ночью пришли в штаб, это мне лично из минобра передали полтора часа назад. Чуйка шепчет, что будет жарче, чем в 2014. И ещё: нахрена ты Отто всякую дичь на русском языке учить заставляешь-на?
Бес перевёл взгляд на лысого великана, в аутичной манере созерцавшего пустоту палатки, выдохнул, нетерпеливо перебирая пальцами на руке — стоять на месте и медлить он терпеть не мог.

+6

8

В свою очередь глядя на брезгливо морщащегося русского, Рихтер тихо вздохнул, вернув собеседнику взгляд умудрённого жизнью пожилого волкодава, взирающего на прыткую, шумную таксу. Вроде бы, обе собаки - охотничьи, но специфика работы у них больно уж разная. Немец, имея за плечами немалый опыт войны конкретно в этих условиях и в том числе с подобными, как он неполиткорректно их именовал, черножопыми обезьянами, всё никак не мог поверить, что отвоевавший три года папуас с АК или FN FAL будет хоть как-то отличаться от только что слезшего с пальмы, если речь идёт о ковровой бомбардировке, равно втаптывающей в землю всех и вся.
- Не нравится мне это. И всё тут. Работающий радиолокатор ЗРК можно засечь с изрядного расстояния, так что даже если они каким-то чудом заполучили зенитки, их вполне реально достать чем-то другим, не привлекая пехоту. Опять же, ARM. Темнят, суки, темнят, я не я буду.
Суками Манфред ласково именовал здешних союзничков, бывших до кучи и заказчиками всего этого бедлама. Сама идея, имея на вооружении дальнобойные комплексы, слать пехоту громить, в сущности, передвижной склад боеприпасов и ГСМ, была дурной от начала и до конца. Риск недосчитаться части солдат просто из-за взрыва какого-нибудь грузовика - есть. Риск получить шальную пулю - тоже есть. Попасть под удар союзной артиллерии или авиации? А что, легко и просто, раз уж они себя так странно ведут. Хотя контракт есть контракт, приказ есть приказ. Человек, отдавший войне почти всю взрослую жизнь, не мог не понимать необходимости подчиняться даже таким вот странным людям, считая необходимым лишь беречь при этом бойцов от чужой дурости.
- Ладно, проехали. И поехали. Отто, готовь людей.
Он устал торчать здесь без дела, борясь с пожирающим изнутри чудовищем, имя которому - совесть. Устал ждать чего-то, ощущать себя мерзавцем, опять же... лучшим лекарством от такой напасти была старая-добрая стрельба по живым целям. Итак... бронежилет, старый-добрый "Бристоль", способный спасти от автоматной пули и без того заигравшегося со смертью офицера. Шлем. Оружие. Разгрузка. Лопатка. Прочие мелочи типа очков, радиостанции, медпакета и запасных магазинов. Вроде бы, можно и топать во всём этом по здешней мерзкой погоде до машины, ощущая себя немного громоздким, зато отлично защищенным. Не родился ещё тот папуас, который наделает в Манфреде Рихтере дырок, если тот сам не будет тупить.

http://sg.uploads.ru/t/DkQXv.jpg

НПС - Отто Пфицигентакль

- Herr Offizier, про...племмы, ?
Отто, в целом, было наплевать на субординацию, когда дело касалось его драгоценной персоны. Опять же - формально он новоприбывшему ни разу не подчинялся, считая своим долгом ненавязчиво об этом напомнить. Да и потом - громила же хотел, как лучше, он учит новый для себя язык, чтобы наладить боевое взаимодействие, а не по тупой прихоти! А ему тут про дичь. Что такое "дичь", он не понимал, но по интонации догадался, что нечто нехорошее. Впрочем, здоровяк мигом забыл о желании самоутвердиться за чужой счёт, получив прямой приказ. Являясь - негласно - правой рукой Манфреда, он отвечал в том числе и за скорость реагирования немцев на команды и угрозы, одним своим наличием в подразделении увеличивая показатели... не в разы, конечно, но существенно. Репутация, она чудеса творит, между прочим. Особенно заслуженная.

Отредактировано Манфред Рихтер (2018-03-21 18:29:04)

+7

9

— Страхуются, — предположил Бес, снова обнажая свои наполовину искусственные зубы, отчего его щеку перекосило от мелких судорог, а на лице появилась дьявольская улыбка Нечистого — пронзительная, сумасшедшая и самую капельку злая. — Мы здесь вообще надолго-на.
С неисчезающей улыбкой Бес вытащил из набедренного чехла нож и слегка поддел грубую мозолистую кожу указательного пальца свободной руки.
— После войны от четырнадцатого года нервничают-на, — неслучайно припоминая события тех лет, говорит Бес, уперев руку в бок и, завороженно глядя на нож, который он ловко принялся подбрасывать руки, попеременно ловя двумя пальцами за левзие, либо как полагается — за рукоять всей своей неполной пятернёй. — У них сейчас концентрация зелёных вояк после учебок выше, чем у нас в «Легионе» бывших чоповцев-на. И что ждать от Аида — никто из них не знает. Но лично я считаю, что чушь этот Аид несёт. Примазался к бывшим предателям, вот и всё.
Сказал, как отрезал — слова Беса были похожи на нож, что как масло разрезает воздух, замирает у горла, убивая всякое подобие звука. И ничего больше не слышно, кроме натянутой струны напряжения, что натужно колебалась при каждом выдохе командира. В воздухе повисла тишина, но её тут же прервал холодный лязг стали ножа, который Бес скоропостижно скрыл в чехле.
— Я пойду к своим на построение, через пять минут жду в машине, — шумно прошуршав брезентом на входе, Бес широкими шагами, сопровождающимися громким топотом тяжёлых армейских ботинок, с которых при малейшем движении слетала песчаная пыль, вышел навстречу солнечному свету вступающего в свои права белого солнца пустыни, ловя потрескавшимися губами тёплый ветерок.
— Равняйсь! Смирно! — когда грозная фигура Беса мелькнула в свете утренних лучей, её, как и всегда, сопроводил громогласный рёв. — Рота!
Расставив ноги на ширине плеч, Бес занял позицию напротив выстроившихся бойцов. На лице командира мелькнула довольная улыбка — рад был, что все они относились серьёзно к своей работе, и не было тех, кто пришёл сюда прохлаждаться. За исключением, пожалуй...
— Оператор Ннаджи, — Бес обратился к темнокожей, обратив на неё свой суровый взор. — Выйти из строя. Мне уже надоело терпеть ваши выходки с походами на прогулки. Ещё один такой поход без моего разрешения, и я отправлю вас домой, пусть Макаров с вами разбирается, как только вернётся.
Бес был действительно в ярости — красный, разгорячённый, всё так же скалил стальные переливающиеся на свету зубы, борясь с нервным тиком, от которого у него раздражённо тряслись щека с губой.
— Есть устав, согласно которому вам предписано находиться в расположении лагеря или части во время выполнения задания в установленный командиром срок. И где, спрашивается, вы были? Мне безразлично, я уже всё сказал. Буду в штабе ещё около часа. Химера вместо меня, если что. Всем слушаться её и выполнять предписания. Всем всё ясно?!
— Так точно! — громогласный русский рык разлетелся над округой и Бес, довольно хмыкнув, окинул своих головорезов ещё раз.
Несмотря на зелёных чоповцев, несмотря на своенравную Ннаджи и Химеру, которая не хотела лишний раз искать общий язык с сослуживцами, в глубине души Бес верил. В каждого из них.


***

Рокот двигателя джипа раздавался над пустыней, заставляя даже стервятников в небе разлететься в стороны, расступившись перед бескрайним голубым небом. Бес всю дорогу ехал молча, вдыхая запах масла и солярки, краем уха слушая россказни водителя, которые тот пытался выдавать своим пассажирам за правду на ломанном немецком путая скамью с узами. Весь взор Беса приковывали к себе пустынные пейзажи — тогда он очень рвался сюда, ещё в далёком 2014. Но не вышло. Пустыня всегда манила этого северного воина,  одному лишь Богу известно — почему.
— Приехали, — оповестил водитель. — Вас нужно сопроводить? Мне нужно дозаправиться съездить, а то уже на нуле.
— Я в курсе, где тут штаб, — рявкнул на него Бес, махнув руками своему спутнику. — За мной.
Войдя за скрипучие проржавевшие ворота, ведущие в большой палисадник, украшенный финиковыми пальмами, Бес прошёл немного вглубь ухоженного сада, минуя одетую во всё камуфляжное ливийских солдат, безмозглыми болванчиками стоящими возле входа. Толкнув дверь, Бес пригласил Рихтера войти.
Хорошо освещённое помещение, в центре которого стоял стол с интерактивной тактической картой, на которой тут и там росли золотистые ливийские барханы и редкие здания, застыло во времени, стоило двери распахнуться, словно Михаил пустил сюда злого пустынного духа, что в считанные секунды забрал у людей дар речи и наградил деменцией.
— Наконец-то, — со своего стула поднялся глава генерального штаба. — У нас слишком много новостей, откладывать ни одну из них нельзя, проходите. Начну с главной, которая должна вас приятно обрадовать...


всем участникам: ожидайте отмашки на отпись

+6

10

[npc]9[/npc]

Внезапно, «Легион» в штабе уже был представлен никем иным, как капитаном Карлом Райнером Волленом, одетым в полевую форму танкиста. Да-да. Сбылась мечта идиота – Карл освободился не только из германского узилища, но и из штабной тюрьмы, куда его ради его же блага засадил Штерн, сам ныне сидящий неведомо где… И если честно, Карл и не хотел уже знать, где именно. Битва проиграна, дело закрыто. Им и так платить до конца жизни.

Забавно, что поначалу Мальченко тоже предложил ему должность в тылу, причем неплохую во всех смыслах… Но тут уж Волен наотрез отказался и убедил послать его на передовую, благо танки у «Легиона» имелись. Именно так он и оказался здесь, прибыв вместе со своим взводом, и вот теперь улыбался, видя старого товарища, который в итоге пошел той же дорогой. Без Манфреда и Отто было бы все же тоскливо, пусть вокруг и неплохие ребята.

- День добрый. Потом порадуемся встрече, Рихтер, а пока дело не ждет. Зато у вас теперь есть танки. Целых четыре, зато со мной.

И правда, танки плохой новостью бывают только если они вражеские. А тут хоть и только взвод, но свой. Волен на судьбу не роптал и спокойно начал с малого – успеет наверстать еще. Да и они, как ни крути, не большая армия, а навроде спецназа, не числом берут.

Снова здесь, на земле, где пролилась кровь по их вине и ради их цели. Чувствовал ли Карл  здесь это сильнее? А черт его знает. Такое будет держать тебя всегда, до самого конца и в любой точке мира, вне зависимости от расстояния. Цена, уплаченная за амбиции и веру в то, что они смогут что-то изменить – наивную, если уж на то пошло, веру. Их так легко бросили и предали, что порой он над этим даже смеялся. Но не забыл ни одного из тех, кто сохранил теплые места после раскрытия заговора. Бог даст, попадется кто-то из них еще в укромном месте – тогда и будет разговор. А пока – пусть идет как идет.

На войне мало места лишним мыслям, а немалую часть проблем можно застрелить...

+7

11

Она пристально смотрит на своего командира смеющимися глазами, даже не пытаясь скрывать, что не понимает его. Провожает взглядом отдаляющийся от лагеря автомобиль. Вздыхает. Не разочарованно - просто растерянно. Для Шарам свобода всегда была нормой, чем-то самим собой разумеющимся. И в каком бы строю она не шла, ничто не сможет изменить. И то были не принципы, не идеалы. Правильнее назвать это образом жизни, образом мышления.
Змея не умеет иначе. Рассекая барханы, сверкая чёрными чешуйками на белом солнце, она избрала свой собственный путь.
— Ну, и? — внаглую произнесла она достаточно громко, чтобы это слышала оставшаяся ща главную Химера. — Что делать будем?
— Тс, — ощутив тычок в бок от стороны стоявшего по левую руку Есипова, Мамба повела плечом.
Вот уж кого слушать, так это Химеру, она точно не собиралась.
Противная однорукая белобрысая баба с замашками уличного барыги частенько напоминала Шарам о детских годах, когда ей приходилось воевать против сброда Ганнибала Боты, ныне пригревшего свою лживую продажную задницу поодаль от британского императора. Конечно, Хима — как её прозвала сама Ннаджи, — была куда приятнее. Временами. Но как командир эта девка оставалась невыносимой, так что Шарам всегда старалась держаться от неё подальше.
— Что, тс? — Мамба едва не выдавила из себя усмешку, ткнув Есипова вбок в ответ. — Она ведь никогда не докладывает за наши косяки.
Наклонившись вперёд, Шарам нашла взглядом недобро посматривающую на неё Химеру, у которой сложилась давно репутация женщины, которая не даёт спуску, если вывести её из себя. Вот только разозлить Химу по-настоящему было действительно сложно.
— Что делаем-то? — после непродолжительного молчания, которое нарушал лишь скрип песка под сапогами Химеры, прохаживающейся напротив строя и пытающейся заглянуть каждому солдату в глаза, Есипов не выдержал.
— Хватит изображать Беса, — Шарам заложила пуки ща спину и подняла глаза к небу, нарочно перестав смотреть на Химеру. — Хреново получается, — Шарам переводит взгляд в сторону немецкого лагеря, заметив перемещающуюся туда-сюда разумную гору мышц. —Ты в курсе что там за здоровый лысый мужик крутится возле немцев?

Отредактировано Sharam Nnaji (2018-04-24 12:19:04)

+6

12

Манфред не любил две вещи: заговоры и напыщенных засранцев. Когда напыщенные засранцы пытаются провернуть заговор, да ещё за его спиной - это уже, как говорится, повод для лопаткой по башке. К сожалению, членовредительство в отношении нанимателя было запрещено. К ещё большему сожалению - его опасения, похоже, будут сбываться сегодня, здесь и сейчас. Танки. Воллен. Танки. Танки Воллена. Против какого-то конвоя каких-то папуасов. Это не просто стрельба из РСЗО по муравейнику, это нечто... в общем, это нечто. В бой брошены явно запредельные для задания силы - и, коль скоро черномазые в золотых погонах согласны оплачивать применение тяжёлой техники, что-то здесь крепко не так.
- Не балаболь. К твоим танкам я придам бойцов с ПЗРК и удвоенное прикрытие. Если этого хватит - с тебя вискарь. Если нет - обещаю не мочиться на могилу.
Вариант "если это не пригодится" уже не рассматривался. Из всего длиннючего списка возможных угроз первым на ум приходило наличие в стане противника малых летательных аппаратов, способных утюжить местность и быстро удирать. С этим справится любой мало-мальски толковый расчёт ПЗРК. Засада пехоты, угроза номер два, отлично отражалась опытными бойцами из числа тех, кто именно этому и учился. Конечно, оставалась ещё артиллерия, но здесь он просто не мог ничего поделать. Придётся довериться раззолоченным засранцам и считать, что их не будут обстреливать огромными болванками из соседнего региона, например. Кстати, у самого главного бабуина какие-то новости..?

http://sg.uploads.ru/t/DkQXv.jpg

НПС - Отто Пфицигентакль

- Пять минут на построение, время пошло.
Отто не любил орать попусту, прекрасно понимая, что его и без того слушают все и вся вокруг. Кто-то из чистого любопытства - а ну-ка, эта здоровенная хреновина ещё и разговаривать умеет? Кто-то просто потому, что умеет чувствовать исходящую от здоровяка опасность сытого, но всё-таки медведя. Остальные, а их среди немцев было большинство, просто знали, чем обычно оборачивается игнорирование Пфицигентакля... в основном от своих боевых товарищей, которым рассказали их товарищи, которым... в общем, этот ужастик тянулся давным-давно и был уже больше легендой, но проверять правдивость живодёрских слухов никому не хотелось. Во всяком случае - на своей шкуре. Таким образом, на заморской стороне лагеря царило сосредоточенное оживление, будто щёлкали и перемещались звенья некоего механизма. Без суеты, без толкотни, без вопросов. Ветераны Шестой Бронетанковой. Убийцы. Предатели. Связанные общим кровавым прошлым и непонятным будущим, в котором явно только война, они исполняли приказы здоровяка даже с какой-то мазохистской радостью, будто это лысое чудовище было им старым другом из тех дней, когда они ещё были кому-то нужны. В какой-то степени, конечно, это было чистой воды правдой.
- Речи толкать не буду, не умею. Герр гауптман считает, что наши черножопые друзья готовят пакость. Удвоить количество противотанкового оружия и переносных зениток, и чтобы у каждого были дымы и тепловизор. Всё, бегом марш.
Отто, несмотря на репутацию, несмотря на общий зловеще-дурацкий вид, был солдатом опытным и понимающим. В особенности - понимающим невысказанное его непосредственным командиром указание. Вернее - недосказанное. "Отто, готовь людей... к худшему, что нас может здесь ожидать." - и он будет готовить. Приказ есть приказ, даже если цена ему - пыхтеть на жаре с лишними железяками за спиной. И добро бы они, железяки, не пригодились, добро бы всё это оказалось простой паранойей потихоньку съезжающего с катушек Рихтера. Чертовски заразной паранойей, надо сказать.

Отредактировано Манфред Рихтер (2018-05-17 15:06:54)

+7

13

Бес прищурился, всё так же нервно дёргая одним глазом, а потом довольно ухмыльнулся.
— Твоего соотечественника прислали к нам на постоянку-на, — Бессонов то ли подмигнул Воллену, то ли нервно дёрнул глазом — понять было сложно. — Так что нам тут ещё не только биться, но и новый год плечом к плечу встречать. Ну что, немец, печень у тебя такая же крепкая, как броня у наших танков-на?!
Задорно хлопнув Воллена по плечу, Бес бодро прошёл вглубь штаба, где за большим столом, над которым сияла интерактивная голографическая карта, уже вовсю заседало остальное командование, в том числе и министр обороны Ливии, Махди Саррадж. Помимо него в помещении присутствовали ещё несколько офицеров, под командованием которых находились немногочисленные войска Оборонительной Армии Ливии.
— Ну чё, здарова, коль не ждали, — выдал Бес, умостившись на свободное место, наплевав на всякую субординацию — не до того ему, да и никто ему эти штабные генералы, которые несколько лет назад чуть не просрали свою страну. — Наши все тут. Что у нас на повестке дня?
Прокашлявшись, министр обороны встал за пульт и взял в руки интерактивную указку, с помощью которой принялся водить по неосязаемой карте.
— Ваши силы в полной готовности, с заявленным составом? — уточнил Саррадж, окинув взглядом вошедших.
— С заявленным, заявленным, — Бес скривил рот, ловя на себе взгляды генералов, которые явно с большим раздражением отнеслись не только к присутствию наёмника, но и к его поведению. — Почти сто пятьдесят человек готовы рвать и метать всё, что движется не в том направлении.
— Тогда я начну с начала, — министр обороны прокашлялся. — Как вы помните, изначально нам донесли о том, что колонна будет двигаться в Ваддан с юга. Согласно данным воздушной разведки, на данный момент это так и есть.
— Вот же падлы! — возмутился Бес. — У нас полсотни человек по вашей утренней инфе уже работают на западе!
— Это ещё не всё, — Саррадж поднял палец к потолку, а затем, точно по воле Аллаха, на карте появились несколько красных точек. — Противник действительно движется на запад, в Эш Швайриф. Это подтверждают наши люди, работающие под прикрытием, это подтверждает наша воздушная разведка. Они вышли по тому направлению сильно раньше, мы планируем провести серию авиаударов и задержать их.
В этот момент к министру обороны подошёл молодой парень с чёрными густыми усами и что-то нашептал на ухо.
— Спасибо, Равиль, — отреагировал министр. — Ваша коллега на связи с сейчас...
В темноте, на стене слева от стола, загорелся большой экран, на котором возникло угрюмое лицо красноокой Нозоми, за спиной которой
копошились её подчинённые.
— Госпожа Нозоми, как у вас обстановка сейчас?
— Скучно, — односложный ответ Симидзу сопроводил многозначительный вздох. — Вы хотите сообщить какие-то новости?
— Да, — министр обороны начал что-то быстро писать от руки. — Я вам перешлю пакет с планом под роспись, ознакомьтесь как сможете. Ваши коллеги...
Неожиданно по экрану зарябили многочисленны помехи, а из динамиков полился густым прокисшим кефиром с комочками белый шум, сквозь который, будто бы прочихиваясь, начали прорываться звуки раздающихся очередей, взрывов и разъяренные голоса.
— Госпожа Нозоми? — глядя в мерцающий экран, на котором с трудом можно было различить перемещающиеся по нему силуэты военных, министр обороны пытался перекричать нарастающий в помещении гул голосов. — Госпожа Нозоми! Генерал Асад, что случилось?!
Следом за экраном начала часто мерцать и тактическая карта, на которой к этому моменту уже появились кое-какие свежие разведданные по перемещению колонны.
— Связь с блокпостами пропала, — приложив палец к наушнику, нервничая ответил араб с поседевшими висками, поправляя лацканы генеральской униформы.
— Да что за херня у вас происходит?! — Бес в ярости вскочил с места, обращаясь к растерявшимся генералам. — Вы совсем слепые и глухие?! Там стрельба сквозь помехи! Думаете, это просто так?! Пока вы жопы грели в штабе три года назад, наших ребят по той же схеме давили под Гарьяном!
Несмотря на то, что Бес никогда не воевал в Ливии, он показывал очень хорошую осведомлённость о событиях тех времён.
— Шлите туда своих вояк! Иначе хана нашим ребятам, а повстанцы ваши встанут там намертво, как пить дать — встанут! Столько лет прошло, а воевать так не научились?!
Злости Беса не было предела — война набирала обороты и сбрасывать их пока что не собиралась. К этому моменту в штаб по приказу одного из генералов прислали обычную тактическую карту района боевых действий, на которой красным маркером был отмечен до банального простой путь колонны.
— Перестаньте нами командовать! — министр обороны гневно закричал. — Вы тут все на птичьих правах! Шайтан вас всех дери!
— Угомонись и давай ближе к делу-на, — Бес злобно оскалился. — Иначе я положу на вашу колонну и пойду спасать своих людей.
— Мы сообщили патрулям, чтобы проверили обстановку, — отчитался генерал Асад, взяв себя в руки и со всей серьёзностью отнесясь к проблеме. — Если мы потеряем этот город, то мы никак..
Всё, как это часто бывает, произошло слишком быстро. Не успел он договорить, как в помещении раздался выстрел, а затем — истошный вопль на арабском, сопровождаемый грохотом. Последнее, что увидел Бес и его товарищи перед тем, как мир перевернулся с ног на голову — как генерал Асад, вытаращив глаза, повалился вперёд, роняя стоявшие перед ним кресла, и как застыли на месте не успевшие отреагировать генералы.
Взрыв, прокатившийся по помещению, живо повалил на землю всех, кто не успел укрыться. К счастью, Бес безо всяких колебаний толкнул стол, прикрывая министра обороны и своих товарищей от направленно летящих осколков. В помещении запахло порохом, в глаза тут же полез едкий белый дым, который весьма лениво, не торопясь, принялась засасывать в себя вентиляция.
— Есть кто живой?! — прокричал Бес, прощупывая пульс министра обороны и озираясь по сторонам в поисках выживших. — Рихтер, Воллен?!
Произошедшее оставляло за собой тянущиеся к горизонту следы из кровавых вопросов. Пять изуродованных тел ливийских генералов неподвижно лежало перед наёмниками, которым, как и министру обороны, посчастливилось выжить, а возле дальней стены распластались по полу алые ошмётки помощника министра обороны, вероломно убившего генерала Асада, а затем взорвавшего себя.


Очередь Воллена

+6

14

До событий из мастерского поста

Пытаясь вобрать в себя всё своё терпение, Химера смиренно погружает взгляд в темноту своих век. Горячий воздух наполняет лёгкие вдох за вдохом, раз, два, три. По жилам струится умиротворение.
— Должна же я почувствовать хоть какую-то власть, — грубо, неуместно, как умеет, отшучивается она, в лучших традициях препода из университета, над неудачным юмором которого любят вдоволь похохотать подлизы и все тк, кто рассчитывает на лёгкую оценку. Вот только халявы не будет. Не с ней. — Этот лысый — машина для убийств, зверь, который пьёт кровь младенцев вместо кефира и ест на завтрак свежую плаценту вместо яичницы. Не дай бог вам пытаться состязаться с ним в любой силовой дисциплине. Утрёт нос, опомниться не успеете.
Важным шагом Химера прохаживается вдоль строя, то и дело заглядывая в глаза временно подчиненным.
— Вольно пока, — говорит она, наконец. — Не разбредаться от лагеря дальше, чем на двадцать шагов. Все это поняли?
Остановившись возле африканки, Химера угрожающе зыркнула ей в глаза.

+6

15

Новости, новости... новости-хреновости. Вот прямо так и есть. Находиться посреди штаба местных вооружённых силы было одновременно занятно и противно. С одной стороны, вроде как, ты в зоопарке, а вокруг - бабуин, павиан, орангутан, горилла... и все важные ходят, напыщенные, что-то лопотать пытаются по-человечьи с переменным успехом, того и гляди сойдут за неандертальцев, даже для пущего сходства военную форму нацепили. А вот с другого ракурса - общество отсталых горе-вояк настолько успело опротиветь бывшему гауптману, чей боевой пути пролегал и через такие вот места не раз и не два, что их просто и без затей хотелось уже собрать скопом и действительно сдать в зоопарк. Надоели. ей-богу, надоели. Так вот, о чём речь-то была? А. Да. Новости. Новости были неприятные, более того - в высшей степени паскудные. Если разбить их на две части, то смена маршрута колонны была больше недоразумением - как и наличие здешнего генералитета здесь, а не в клетках - причём недоразумением терпимым. А вот подтверждённый факт нападения на вторую роту это уже беда, это уже проблемы, азиаты они и есть азиаты, чтобы за них беспокоиться, ведь они блестяще умели не только воевать, но и оглушительно проигрывать. А там, между прочим, командующий "иностранным" батальоном, да-да.
- Остынь, Бес. Я на них уже успел насмотреться, не понимают они ни хрена. И того, что патрули их там сожрут - тоже не понима...
Дальше события развивались стремительно - вот немец совершенно спокойно говорит почти одновременно с этой большущей лысой бибизяной, стараясь не перекрикивать, но всё же достаточно разборчиво... вот уже раздался какой-то совсем уж дикий вопль, который мог означать только одно - сюда пролезли грёбаные смертники и им всем конец. Тренированное тело сопротивлялось перспективе гибели посреди зоопарка, сопротивлялось усиленно, хоть и достаточно неспешно в масштабах всего происходящего. Винтовку - в руки, щёлкнуть предохранителем, начиная разворачиваться в сторону входа в помещения и источника воплей для вполне уместной длинной очереди на пол-магазина... выстрел прозвучал оглушающе, эхом отразившись от стен и отдаваясь в лихорадочно работающем мозгу... градус, ещё полградуса... взрыв пресёк все потуги бравого вояки сделать из возможной угрозы кровавый фарш, щедро обдав его пылью и мелкими частицами всевозможного непотребства - от кусочков породы до мелких осколков, которые всё-таки проскочили над принявшим на себя основной удар столом и повстречались с бронежилетом. Добротная поделка из далёкой северной Европы выдержала удар без особого труда, разве что чехол теперь выглядел потрёпанным и местами надорванным, да носитель этой благословенной тяжести, опуская оружие, явно был изрядно ошарашен. Если бы сюда сейчас пробрался ещё хотя бы десятилетний мальчишка с ржавой FN FAL, ему бы не составило труда довершить начатое, превратив неподвижно стоящего офицера в кровавое месиво. Секунды тянулись непростительно долго, звон в ушах отступал с такой неохотой, будто надеялся получить в черепушке Манфреда вид на жительство или хотя бы рабочую визу.
- П...лять... ссука... сраные павианы, мать вашу через британский флаг!
Он сам не заметил, как из глубин дремучей немецкой души полилась самая настоящая русская брань, волшебным образом облегчая жизнь и придавая ясности происходящему. Покушение на местного большого босса. Здесь. Сейчас. Прощёлкали, как прощёлкали и нападение на неведомый - ему было плевать, честно - но очень важный бабуиний город, где сейчас находились их боевые товарищи. Весьма своевременно в голову влезла мысль о том, что теперь старший офицер второго батальона - собственно он, Манфред Рихтер, а это для привыкшего к жёсткой иерархии власти немца могло означать только одно.
- Принимаю командование батальоном и операцией. Бес, поднимай своих по тревоге и стереги эту обезьяну, пока не сбегутся местные недосолдаты. Воллен - твои танки должны спасать узкоглазых, пока их не раскатали. Получишь четыре БТР в прикрытие, рацию в зубы, schnell!
Он отдавал приказы офицерам с совершенным спокойствием и непринуждённостью, даже не задумываясь, считают ли они его самоназначение легитимным. В сущности, в ход пошло правило - кто громче орёт, тот и главнее. Ну или раньше начал. Или у кого автомат в руках - тут уж кому что убедительнее покажется. Слова пару раз прерывались хриплым кашлем - всё-таки, он не был роботом, но в целом разговаривать получалось. Чуть отстранённо, явно ещё под влиянием громкого звука и воздушной волны, но внятно и вменяемо. Теперь пришло время носимой радиостанции, благо что та всегда была под рукой.
- Отто. На нас напали, готовь людей. Четыре бронетранспортёра сюда вместе с тобой и солдатами, пятый пустой.
Он надеялся на здоровяка и те волшебные метаморфозы, которые произойдут с подчинёнными, когда тот действительно начнёт всех гонять. Помощь придёт, не сразу, но придёт - осталось только дождаться, немного неуклюже опустившись на колено и используя стол в качестве опоры для винтовки. Если вошедшие сюда папуасы окажутся агрессивными, он продырявит их без зазрения совести. Незримый спрут предательства растянул свои кольца, поражая явно не только одного фанатика-самоубийцу, следовало перестраховаться в любом случае. И потом, ему, чёрт возьми, просто хотелось кого-нибудь больно убить.

http://sg.uploads.ru/t/DkQXv.jpg

НПС - Отто Пфицигентакль

А вот теперь здешние края могли насладиться мощью лёгких Отто во всей красе. Пребывая в рассеянно-добродушном состоянии ровно до вызова на канале первой роты, он мигом стряхнул с себя всякое подобие и рассеянности, и добродушия.
- Ala-a-a-a-a-a-a-a-a-arm!
Если бы он находился в помещении, то оконные стёкла были бы под весьма серьёзной угрозой, а о осветительных приборах и говорить было нечего. Этот вопль был достоин глашатаев древности, чьи трубные голоса были способны вмиг переорать самую нахально-шумную толпу. Разумеется, столь свирепых децибел с лихвой хватило окружающим, чтобы, на миг вжав в головы в плечи, заметаться с особенным рвением людей, застигнутых ударом немилосердной стихии. Стихия звалась Отто Пфицигентаклем, зародилась в славной Швабии - и ждала своего часа весьма долго. Дождалась.
- Мне нужны двадцать семь бойцов, прямо сейчас. Остальным - укреплять лагерь, огонь по всему, что не похоже на наших.
Прекрасно понимая, что второго такого вопля иные слабые духом могут и не выдержать, здоровяк озадачивал своих бедовых подопечных уже нормальным голосом, громко и чётко. К сожалению, бронетранспортёры русских вмещали на троих поедателей колбасок меньше, что заставило отказаться от привычного состава групп и вот теперь уродоваться с "добровольцами". Понятно, что ими станут те, кто ухитрился оказаться недостаточно далеко от Отто, но сама концепция казалась ему убогой, до крайности убогой...

Отредактировано Манфред Рихтер (2018-05-15 20:43:04)

+5

16

[npc]9[/npc]

- Виски может и дождешься, а вот могилу вряд ли, с таким-то эскортом можно на Преторию идти прям отсюда. - Ухмыльнулся Карл, все больше ощущая себя в старых добрых временах, когда заговоры в лучшем случае маячили далеко впереди, а насущные проблемы можно было расстреливать из большой пушки, и уже Бесу подмигнул единственным глазом, - Я после Сысоевки в русском госпитале очухивался. Сам догадайся.

Дожил, Карл – вспоминаешь с теплом времечко, когда тебе выбили глаз в неведомых едренях, а спирт поглощался как обезболивающее, но ни черта не помогал. Оно конечно и по сию пору побаливает голова и глазница, но тогда-то  было – не сравнить.  Зато рядом были неплохие ребята, которые безо всякой задней мысли выходили союзничка, и баба, которая может надолго с ним и не задержалась – но и не побежала бы его сдавать куда следует при первом удобном случае. По крайней мере, он предпочитал в это верить, а обратное не доказано. И последовал в штаб, не проявляя явного неуважения,  как русский, но все же без особого почтения озирая генералов – слишком хорошо знал, что в этом племени хороших людей  раз, два и обчелся, а вот карьеристов, бюрократов и мясников – пятачок за пучок. Причем хуже всего, если кто-то кажется совсем не таким, а как дойдет до дела… В общем, Воллен тут иллюзий не питал.

И был абсолютно прав. Началось-то все еще безобидно – вот уж  неточные и несвоевременные данные получать случалось и раньше, и не раз. И хорошо хоть ошибку выявили сейчас, а не когда, к примеру, Карл уже бы  мчался к цели полным ходом. И вопрос еще, ошибка ли это, или супостаты оказались способны на дезинформацию и ловушку?

Судя по всему – еще и на постановку помех. Инстинкты Карла, в последнее время постепенно пробуждавшиеся на передовой, сразу же завопили о беде. Он не включился в ругань только по одной причине – натренированные в штабе мозги, получив от инстинктов пинок под зад, выловили из списка действий самое важное. Возможно, их частоту еще не успели заглушить? Капитан многозначительно кивнул Рихтеру – тот знает, что делать и без него – и отступил назад, включая коммуникатор:

- Циклоп вызывает Лихо-1, тревога! – Только бы услышали его ребята. Кажется, лишь они еще не под огнем.
Только вот грохнул взрыв и Карл узнать ничего не успел, успел лишь рухнуть вовремя на пол, даже кажется ногами куда следует…

...

-…ЧЛЕН ЗИГФРИДА!!! – Вот и все, что Волен ответил на призыв Беса и Рихтера, пытаясь собрать глаз в кучку и хоть понять, на месте ли руки, ноги и прочие важные органы. Подумав, добавил уже по-русски – Ё…ый п…ец. «Карл, тебе в штабе безопаснее» - говорили они...

Пошатываясь, офицер все же смог встать, стало быть ноги у него еще были. Уже приятная новость, а то и так некоторый недобор в анатомии. А еще он теперь под командованием Ритхтера. Веселуха. Но зато есть командир. который знает дело.

- Выполняю. - Карл, прежде чем идти к выходу, достал из кобуры пистолет, снова пытаясь связаться со своими танкистами.

+3

17

Власть?
Мамба закатила глаза, не понимая, была ли то тонкая самоирония, или суровая правда. Сейчас, стоя в строю — поди разбери? Слишком много в жизни Наджи было тех, кто упивался властью, чтобы верить, будто бы это шутка. Но и слепо следовать жизненному опыту и убеждениям сердце отказывалось. Слишком уж не хотелось думать, что ослеплённые властью, подобные Ганнибалу Боте, сражаются с тобой плечом к плечу.
— Ясно, — Шарам отворачивает голову, поморщившись — именно такие, как этот лысый, повинны в гибели её племени. И то было не обвинение — лишь суровая правда.
А где вообще была правда, если по обе стороны баррикад люди почти одинаковы? Если и там и там есть лысое животное, пожирающее младенцев, готовое убить просто потому что? И ответ был очевиден: нет правды кроме той, которую ты распространяешь сам. И даже сверкающая на солнце кровью лысина — всего лишь плод убеждений и опыта. Пока лысина не была виновна в смерти кого-то из близких — ты не будешь считать лысины злом. Но у Шарам был свой пунктик по этому поводу.
Мамба никак не отреагировала на слова Химеры, обращённые к ней. Кивнула разве что, пожала плечами и молча направилась к палатке, уместившись на раскладном стуле, закидывая ногу на ногу и откидывая голову назад — не важно, что там говорит Химера, и что делает Лысина, пока есть это солнце, этот воздух, этот песок. И нет ничего, кроме этого мира, который ты носишь в своём сердце.
Остальные тоже разбрелись, кто куда. Но, конечно же, большинство предпочло скрыться в тени брезента и палаток — солнце начинало медленно, но верно, припекать, несмотря на ранний час. И Шарам невольно задумалась: а много ли здесь тех, кому довелось воевать в такой местности? Она, Химера... А кто ещё?
Пытаясь вспомнить моменты из биографии своих товарищей, Мамба сама не заметила, как миновали полчаса, а она сама на это время провалилась в состояние транса, убаюканная в пустынной колыбели.
Транс — состояние особое, сильно отличное от привычного простым смертным сна. Во сне, в состоянии полудрёмы, или ты перестаёшь чувствовать себя и окружающий мир — ты ощущаешь лишь то, что находится где-то над тобой, в отрыве от всего сущего. Но когда ты погружаешься в транс — ты приоткрываешь дверь всевышнему и оно входит в этот мир мягкой поступью, позволяя тебе видеть сразу и всё. И это то, что никак нельзя сравнить с обычным сновидением. Это — нечто большее.
Поэтому, когда оглушительный рёв понёсся ввысь над жёлтыми барханами, Мамба на рефлексах выпроводила лишнее из сущего и, вскочив с места, осмотрелась. Вопила, как не сложно было догадаться по характерному говору, Лысина. И на его рёв, один за другим, высыпали из палаток один за другим и русские наёмники.
— Что случилось? — встревоженно спросила Мамба у взбудораженных бойцов, взглядом пытаясь отыскать Химеру — пусть она и стерва, но она же была и командиром, пусть и исполняющим обязанности.

+6

18

— Не возражаю, — кряхтя и кашляя от поднявшейся пыли в ворот куртки, Бес пошлепал министра обороны по щекам, грозно зарычав, уже на русском языке. — Рота подъём! Алло!
Шлёп. Удар. Ещё один. После ещё пары отрезвляющих пощёчин министр открыл глаза. Бес коснулся его скул ладонями, пытаясь разглядеть в пустом взгляде крупицы рассудка и понимания сложившейся ситуации. А потом он заметил, как дрожат чуть приподнятые, растопыренные пальцы на руках министра.
— Его контузило, и не слабо, — Бес извлёк из кармана рацию. — Займусь им позже. Чёрт, тут должны же быть медики? Химера, это Бес.
Голос командира стал ещё грубее, чем раньше, словно он нарочно хотел подчеркнуть задницу, в которой сейчас оказались буквально все, начиная с «Легиона» и заканчивая Евросоюзом.
— Собирай наших и тащи в грузовики всё, за что с нас потом три шкуры сдерут. Мы в полной жопе, по горло в дерьме, а ливийцы уже сполна жиденького нахлебались. У них всё командование тут полегло, а в соседнем городе во всю орудуют сраные партизаны. Подваливайте сюда, мы вас...
Договорить он не успел — в этот самый момент ведущая на выход дверь, в нескольких шагах от которой стоял Карл, усиленно зажимая палец на гарнитуре, с оглушительным треском врезалась в стену, отчего с потолка на пол полетела уже тронутая взрывом штукатурка, оставляя на линолиуме белые следы. А следом за столь эффектным вступлением в помещение с сорок седьмым Калашниковым наготове влетел невысокий человек в разгрузке, с красной куфией на лице. Злой взгляд сквозь прорезь за считанные доли секунды недружелюбно смерил, изучил присутствующих. За спиной вошедшего слышались гомон и шум как минимум двух голосов, раздававшихся прямо из-за широкой спины.
«Твою мать...» — только и успел подумать Бес, на рефлексах потянувшись за пистолетом, но отчаянно осознавая, что выстрелить и предотвратить то, что может вот-вот случиться, он не успеет. Всевозможные варианты дальнейших действий промелькнули в голове отмеченного войной командира, и лучи надежды осветили двух его союзников, которые ещё могли успеть что-то предпринять. И сомнений в них у Беса не было. Как и в том, что беспардонно влетевший в помещение человек не был другом.


Очередность: Рихтер, Карл, GM, Химера, Шарам, GM

+6

19

Что есть жизнь, как не суета сует? Офицеры, озадаченные новыми приказами от самозваного командующего, начали проявлять активность, главный павиан, вроде бы, не подох (а жаль, между прочим), и даже дым понемногу начинал рассеиваться, позволяя видеть чуть дальше собственного носа. И, соответственно, стрелять тоже. Кстати вот о стрелять - говорило ему чутьё, что нельзя здесь никому верить, а патрон завсегда держать в стволе, нет же, не внял. Сейчас, например, в пресловутом стволе было решительно, безобразно пусто, что разом делало из вполне боеспособного пехотинца уже куда менее боеспособного ошалелого мужика с лопаткой. Привычным движением дослав патрон в патронник, Манфред вновь воззарился прямо перед собой, немного настороженно ожидая прибытия кого угодно. Свои это будут - хорошо, сдать шимпанзе черножопого и быстро по делам. Враги - перестрелять, выживших допросить и по пуле в башку каждому. В общем, пусть уже хоть кто-ни... бум! Бабах! Здоровенная дверь, к которой здешние недочеловеки явно применили чудо техники под названием подрывной заряд, с дичайшим грохотом вмазалась в стену, заставляя на краткий миг захотеть оказаться где-нибудь в родном Кёльне, подальше от этой вот задницы. Только на миг, на один удар сердца - но этого хватило, чтобы на сцене появилась новая фигура. Какой-то низкорослый уродец со старым "калашом" явно считал, что является здесь хозяином жизни и баловнем судьбы, которому несказанно свезло застать врасплох недобитый генералитет... сюрприз, обезьяна! Он выскочил на линию огня злобного, кровожадного немецкого офицера, которому жутко хотелось кого-нибудь убить. Последствия были вполне понятными и предсказуемыми - короткая очередь в живот, чтобы неповадно было. Автомат сработал ладно, выплёвывая свинцовую смерть в мужика, который точно не был солдатом здешних дикарей. Даже слишком ладно - от грохота ажно заложило уши, а тело как будто само решило после выстрелов нырнуть за надёжный стол, уповая на отсутствие у врага гранат. Сам-то Рихтер их, к сожалению, не прихватил...
- Карл, назад!
Умм... а в состоянии ли Воллен сейчас адекватно воспринимать действительность? И если да, сможет ли он добраться до укрытия без обретения новых дырок пониже поясницы? Чтобы убедиться, что со старым собутыльником всё будет в порядке, пришлось снова высунуться, на сей раз - сбоку, чуть не повалившись на пол при этом. Взрывы и стрельба в замкнутом пространства это... не очень уютно.

http://sg.uploads.ru/t/DkQXv.jpg

НПС - Отто Пфицигентакль

Они собирались довольно прытко, но всё равно не могли поспеть за мгновения или даже минуты, столь много тяжёлого оружия придётся тащить на себе. Новость о том, что местные горе-вояки чуть ли не приравнены к врагам, заставила педантичных солдат лишний раз перепроверять снаряжение, тратя на это драгоценное время. Пусть так, жизнь важнее. Бронетранспортёры, похоже, нельзя было вывести в бой мгновенно, но близость здорового лысого громилы явно подстёгивало экипажи, заставляя выжимать из себя всё возможное и чуть сверху. Между тем - получившие приказ занять оборону уже разворачивали в сторону города тускло поблёскивающие стволы пулемётов, подкрепив их недобро темнеющими под здешним солнцем снарядами третьих "панцерфаустов". Если кто и сунется - его расстреляют без особых колебаний, даже имени не спросив. В конце концов, цивилизация пришла и в эту глухомань, захотят жить, так по рации запросят.

Отредактировано Манфред Рихтер (2018-06-29 16:04:07)

+4

20

[npc]9[/npc]

Окаянному арабу не повезло вдвойне. Помимо злого Рихтера – уже более чем достаточно – он совершил еще одну ошибку. А именно, встал между Карлом Райнером Волленом и его танками, которые всегда были для капитана неким островком уверенности в мире заговоров, неудачных бессмысленных войн и прочих мерзостей. Он и раньше втайне считал, что танки (если, конечно, они не китайские) во многом надежнее женщин, а последний опыт по женской части заметно склонил чашу весов доверия бравого вояки и неудачливого заговорщика в сторону стальных машин.

Дверью Карла не пришибло, она был не в самом проеме, а слева от него, а поскольку некоторая оглушенность от предыдущего взрыва еще не прошла,то и новый не сильно хуже ему сделал. Короче говоря, хватило реакции отпрянуть назад вдоль стены, когда Рихтер открыл огонь и не слишком изящно приземлиться на пол сбоку от злосчастной двери. Дальше пошли в дело рефлексы более агрессивные – Карл пальнул пару раз в дверь наискось из пистолета и  отползая, потянул за собой злосчастного то ли трупа, то ли раненого. Карл не страдал ни нездоровым садизмом, ни еще более нездоровым милосердием, ему просто нужно было оружие этого ублюдка, к тому же, труп врага на худой конец сойдет за укрытие.

- Порядок у меня. Только я лучше здесь останусь пока. – Воллен старательно начал освобождать покойничка от всего, что могло пригодиться,  мысленно надеясь, что граната или что-то подобное у него найдется, - Ты этих скотов видишь?

+3


Вы здесь » Code Geass » Turn VI » 20.12.17. Контракты: Уничтожение колонны