По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(vk, don.t.be.a.hero)

New Year 2018 продлен до 10.02.

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Turn IV. Unity » Самайн: сон Сайто Ходзимэ


Самайн: сон Сайто Ходзимэ

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Эми - дружелюбный, но невероятно застенчивый ребенок. Она любит маму и папу, иногда капризничает и обижается на брата, но друзей в садике у нее очень мало - тихая ласковая девочка с трудом находит общий язык с британскими детишками. Гонористые и смелые, они одновременно восхищают и пугают ее.

У Эми почти нет проблем - только Джонатан задирает ее за разрез глаз, зато Амалия всегда вступается за нее, то и дело оставляя под глазом мальчишки добротный сиреневый синяк. Амалия - главная подруга Эми, после, конечно, Варга. Варг - ее лучший друг, высокий и сильный: они часто видятся во снах и иногда - на улице, когда что-то важное происходит. В одну из встреч Варг подарил ей медальон, который нужно отдать самому важному на свете человеку - и Эми было тепло от мысли, что Варг отдал его именно ей. А потом, нежась в отцовских объятиях, девочка повесила этот бесценный дар на шею папе.

Потому что для нее нет никого важнее папочки.

Сайто, занятый бумажной работой в своем кабинете, почувствовал неожиданный толчок в грудь – и накативший холод. На побледневшем лбу мужчины выступила испарина, а широкие плечи дрогнули. Он словно забыл, как дышать, и пытался расстегнуть воротник рубашки, но удушье не отступало, пока полицейский не потерял сознание, упав на пол. Прибежавшие ему на помощь сотрудники пытались привести начальника в чувство, а после – вызвали скорую.

[NIC]GM[/NIC][STA]Samhain[/STA][AVA]http://rom-brotherhood.ucoz.ru/CodeGeass/npc/samhain/samhain1.jpg[/AVA][SGN]Don't turn away[/SGN]

+5

2

Удар за ударом, словно в боевой барабан бол обрушивалась на виски Сайто, не давая понять, что происходит и где он. Но, она же и напоминала, что мецуке еще жив. Он никак не мог заставить свои глаза открыться. Голова кружилась, грудь давило удушье, он стоял на коленях, все глубже погружаясь в какую-то вязкую, отвратительно пахнущую жидкость, рукой цепляясь за что-то похожее на дерево. Он пытался подняться, но ноги отказывались слушаться. Как он оказался здесь? Что произошло, после того как он потерял сознание? Сколько прошло времени? Ответов на эти вопросы у Сайто не было.
Грудь холодил медальон, подаренный дочерью. Тот самый, что она подарила ему когда ее отыскали в гетто. Где малышка могла найти его, Сайто не знал, хотя и попытался выяснить. В историю о странном человеке, подарившем этот медальон Эми он не верил. Но и выяснить о нем ничего не смог. Тем не менее, мецуке каждый день надевал его, чтобы порадовать дочь. И теперь он ощущал этот камень.
Наконец Сайто удалось нормально вздохнуть и восстановить дыхание. Запрокинув голову он уцепился обеими руками за тот ствол, на который опирался. Мецуке погружался в жижу уже почти по пояс, его ноги крепко увязли. Все свои силы он бросил на то, чтобы подтянуться и выпрямится. Руки скользили о скользкую, прогнившую кору, колени не слушались, но ниндзя не сдавался.  Наконец буквально впившись ногтями в ствол, он смог освободиться и почувствовал как встал на  что-то твердое.
Теперь он смог открыть глаза. Боль отпускала, но темнота никуда не исчезла. Сайто стоял посреди непроглядной тьмы. Даже звезд на небе не было, если только над головой мецуке действительно было небо. Зато были запахи, гнилой воды, тины испарений. И звуки, которые Сайто наконец смог услышать. Вокруг будто бы кипела жизнь. То с той, то с другой стороны доносились нечеловеческие крики. Ниндзя не ощущал ничего знакомого. Но, похоже он был здесь не один. Что-то было рядом. Он ощущал движения, ощущал угрозу, чужой голод.  Что делать дальше? Все что он мог сказать об окружающем, это напоминало топь. Вот только Сайто никогда не видел подобных топей. Он еще раз огляделся, стараясь ни на что не наткнуться, и не угодить в еще одну обманчивую яму. Нужно было немедленно что-то предпринять, пока нечто, бродящее по этой топи не добралось до него. Мецуке привычным движением потянулся к оружию, но при нем не было, ни клинка, ни револьвера. Еще раз обшарив свои карманы, он убедился, что исчезло все, предназначенное для убийства. Но это не делало Сайто безоружным, его руки и его умения остались при нем.
Тут он заметил слабый  огонек, где-то вдали. Единственный проблеск во тьме. Сайто моргнул, снова посмотрел, но свет не исчез. Он не двигался, не отдалялся, меруцал. Он просто был, где-то там. Реальность ли это или галюценация, но  мецуке решил идти на свет. Если это сон, может быть там он сможет проснуться. Если же это какая-то чудовищная реальность, он все еще жив и где-то здесь должен быть выход. Вынув из кармана зажигалку он зажег огонь и осмотрелся вокруг. Вокруг были лишь огромные, кривые, скрюченные стволы, торчащие то тут, то там посреди топи. Уродливые ветви, будто и не знавшие никогда листвы напоминали когтистые лапы. А под ними булькала черная жижа. Никакого намека на тропу, на следы человека. Все это было настолько реально, насколько же и несуразно. Ледяной ветер летал над болотами, принося с собой новые звуки и запахи, но самым мягким эпитетом к любому из них было – отвратительно. Оставаться на одном месте было немыслимой глупостью. Оглядевшись, он нашел только один выход. Нащупав ветвь подлине он отломил ее. Затем взяв импровизированный посох, несколько раз окунул его в жижу. Затем подтянувшись повыше он нащупал еще одну, потолще и посуше. Отломать ее было не так просто, пришлось повозиться. Пару раз рядом с ним пронеслось нечто, напоминающее не то птицу, не то нетопыря, мецуке ощутил как крылья били его по лицу. Наконец ветвь поддалась. Спустившись вниз, он облил ее бензином из зажигалки и обернул вокруг нее свой форменный китель. Теперь у него был свет. Но самодельного факела надолго не хватит. Надо было двигаться вперед и быстро.
Шаг за шагом он нащупывал дорогу, ведущую к тому загадочному огоньку. Вокруг будто бы ничего не менялось. Все те же уродливые стволы, все тот же смрадный, тяжолый воздух, все те же непонятные звуки, то ближе, то дольше. Сайто шел вперед.
И вот деревья стали попадаться все реже и реже, огонек рос с каждым шагом, все больше тверди под нагами. Дорога пошла вверх, и Сайто разглядел впереди очертания холма. На нем виднелось какое-то строение, будто бы сваленное из камней. Именно там, внутри горел свет, но рассмотреть его не получалось, из-за густой дымки, окружавшей всю вершину холма. Топь осталась позади, но рев и крики теперь становились все ближе. Теперь казалось что стоило мецуке перейти невидимую границу, и все что осталось позади, бросилось за ним. Больше не рискуя угодить в топь, Сайто побежал вверх.
К вершине холма не было дороги, но все равно было куда легче, чем на топи. То что мецуке сначала принял за камни, оказалось надгробными плитами, разбросанными повсюду. Надписей на них он не понимал, они были сделаны на неизвестном ему языке. За его спиной слышались топот и вой, но оглянувшись Сайто не увидел ничего, будто Тьма нахынула и подирала все за его спиной. Отбросив погасший факел он бросился вперед, в последнем рывке к все ярче разгорающемуся свету.

Отредактировано Сайто Ходзимэ (2015-10-31 13:46:30)

+4

3

Все звуки за спиной стихли, когда Сайто переступил под аркой таинственного здания. Оно выглядело древним, как само время, собранное из грубо обтесанных глыб разных форм и размеров, которые поддерживая и подпирая друг друга, словно мозаика образовывали стены и потолок. Под потолком в каменной чаше горел огонь, невозможно разобрать, чем питаемый. Яркий свет резал глаза, но все же мецуке рассмотрел, единственный предмет выбивающийся из общей грубой, первобытной обстановки. В тени чаши стояло зеркало, старинное серебряное зеркало в полный рост. Откуда здесь могла взяться столь изящная вещь, Сайто не представлял, но подошел взглянуть на него поближе.
Сперва ему просто показалось странным, что он не видит своего отражения, но когда протянул к литой поверхности руку, он встретился взглядом с глазами, в которые заглядывал тысячи раз. И никогда не видел их такими печальными, даже в тот день, когда отправил Хейхатиро в Корею.
- Почему ты подчиняешь наши жизни древним тайнам, которым служишь, - со слезами текущими по щекам произнесла Акено. Сайто никогда не видел жену, настолько несчастной. Ее лицо, взгляд, тело, будто бы кричали о боли, которую она не могла больше держать в себе. Акено с первого дня их встречи была ожившей мечтой, но Сайто не мог не задумываться, какую цену платила она за их счастье, за их брак. Жена никогда не осуждала, никогда не роптала и никогда не высказывала прямо, что недовольна той жизнью, которой жили глава Кокурю-кай и его семья. Теперь же она решилась сказать ему все.
Акено стояла перед ним, обхватив свое тело руками, чтобы хоть как-то унять дрожь. Будто бы все опоры, на которых держалась их любовь в мгновение рухнули, оставив ее одну, со всем, что ей пришлось познать за годы, проведенные вместе.
- Ведь тебе ничего не стоит дать нам и нашим детям возможность жить как обычные люди, - голос Акено дрожал при каждом слове и каждое слово было наполнено такой горечью, что обжигало Сайто. Ему хотелось броситься к ней, обнять, поцеловать любимую, согреть ее. Но их разделяла полоса металла и Сайто лишь спокойно смотрел на жену.
- Но ты желаешь жить в тенях. Ты подчинил всего себя долгу, который уже не перед кем исполнять. Ты не жалеешь ради этого никого, даже свою семью. Как долго мы уже не можем быть собой? Так долго, что мы уже забыли, кто мы есть. Мы с тобой никогда не знали, что значит расти в настоящих семьях, но почему ты даже не подумал воспользоваться шанцем, создать такую семью. Твой долг лишь требует от нас все новых и новых жертв. Когда мы только встретились, твоя мать приказала убить меня. Неужели даже этого было недостаточно понять, как порочна жизнь твоей семьи?  Неужели ты доволен, что тебя растили как оружие и желаешь такого же, собственным детям? Ведь ты уже расписал роли для каждого из них и теперь не важно, будем мы живы или мертвы. Почему ты не хочешь нашей любви и нашей семьи?
Она положила руки на серебряный диск, будто бы стараясь прорваться сквозь него. Вырваться из гнетущей темницы, где есть лишь боль, память о потерянном и нестерпимая тоска.
- Ты думаешь я хотела всего этого? Я стала предательницей, служащей британцам и ты тоже. Каждый день ты надеваешь их форму и я смотрю как ты уходишь. Если в этот день ты погибнешь, я всегда буду знать, что ты умер в форме предателя, служащего врагам, осквернившим нашу страну. Я  никогда не хотела предавать свою страну. Я не хотел говорить со своими детьми на чужом языке. Почему я семь лет не видела своего сына, не знаю каким он стал и как теперь звучит его голос? Почему наша дочь растет британкой, чуждой всему, в верности чему ты клялся? Почему я каждый день вспоминаю, что он может быть последним, если хоть кто-то из твоей Империи теней оступится или допустит ошибку. Почему ты лишил своих близких того счастья, что доступно всем людям? Ты даже не задумывался никогда, что возможно по другому. Тебе важнее всего твоя иллюзия тайной власти. Ради чего ты жертвуешь нами? Чего успел достигнуть за эти годы? Неужели все это только ради того чтобы вырыть норы, где можно прятаться от британцев и стать отличным стороживым псом у них на службе? Для этого мы подвергались таким опасностям?
Верно ли, что Сайто никогда не думал о том, о чем говорила его жена? Неверно. И он никогда не забывал, что давлеет над его семьей, над самыми любимыми и дорогими для него людьми. Но Ходзиме Сайто был самураем. Даже больше, он был мецуке. Как бы далеко не пришлось зайти, он исполнял свой долг. Для жтого он был рожден, взращен и обучен. И за всю жизнь он не отступал с этого пути. Он горячо любил своих жену и детей, делал и сделает все возможное для их счастья и бедующего. Но отступиться от долга – невозможно.
- Ты обвиняешь меня в том, что я, это я? – спокойно ответил мецуке, глядя в глаза Акено. – Я был таким каждый день, что ты знала меня. И я полюбил тебя с первого взгляда. Ты всегда поддерживала меня, на моем пути и от этого наша любовь становилась еще горячее и крепче. Почему ты говоришь что нам недоступно счастье данное людям. Несмотря ни на что, мы вместе, Камимура и Эмми с нами. Разве каждый день, что бы не случилось не приносит нам радости? Нам дано наше место в жизни и за него надо платить. Путь Мецуке извилист и полон опасностей. Но почему ты называешь нас предателями. Наша служба длится всю жизнь и все что мы делаем, необходимо для нашей страны. Пока мы есть, мы защищаем Японию и народ Ямато как никто другой. Так зачем печалиться, что пришлось надеть маски. Ты говоришь о жертвах, но разве мало нам дала эта судьба. Сколько людей погибло в эту войну, сколько из них потеряли все, сколько родителей навсегда разлучены со своими детьми и сколько детей осталось сиротами? Но разве мы не остались вместе? Хейхати теперь не с нами, но мы знаем, что он жив и его учат сражаться за свою страну. Разве это хуже, чем не знать что стало с твоим ребенком, лишь слепо надеяться что он жив, год за годом. Мы претворяемся жалованными британцами и воспитываем детей в этом духе, чтобы защитить их. Разве их безопасность не стоит притворства? Я позвал тебя с собой в эту жизнь, и она будет навек мучительна для меня, если с тобой что-нибудь случится. Но и отступить я не могу. Без тебя у меня не останется ничего, кроме долга.
Сайто протянул руку к зеркалу, к руке жены.
- Ты говоришь громкие слова, но сам же поставил меня под нож. Ты позволил бы мне умереть, будь это в интересах клана. Ты позволил бы умереть нашим детям и не пролил бы и капли слез.
- Неужели за все эти годы ты не поняла, что если в моих глазах нет слез, что если я не могу плакать, это не значит что я не хочу.
- Твои желания всегда разнятся с твоими действиями - так как мне быть уверенной, что твои мысли не разнятся с твоими словами? Ты предашь нас - меня и малышей - но не предашь своего долга. В этом весь ты.
Акено отвернулась от него и медленно пошла куда-то в пустоту, скрытую за поверхностью зеркала.
- Больше всего, я хочу прожить жизнь вместе с тобой, но разве смогла бы ты любить человека, который предал даже самого себя?
Он не ждал ответа на последний вопрос, но должен был задать его. Если все это происходит в его сознании, он должен был спросить. Потому что глубоко в душе, не раз задавал их себе сам.

Отредактировано Сайто Ходзимэ (2015-11-09 22:41:12)

+4

4

Каменный дольмен в котором стоял Сайто содрогнулся. Будто бы весь холм на котором он стоял неожиданно пришел в движение. Гранитные глыбы составлявшие стену и потолок сдвинулись со своих мест и покрылись трещинами. Снаружи вновь послышался рев, уже у самого входа, буд-то бы защита этого места таит с каждой секундой и скоро Нечто, преследовавшее полицейского войдет внутрь. Но еще раньше он будет раздавлен обрушившимся потолком, уже начавшим осыпаться. Убежище к которому он шел, в одно мгновение обернулось его гробницей и манивший свет погас.
Но все внимание Сайто занимало зеркало, по ту сторону которого он только что видел свою жену. Теперь серебряная поверхность ничего не отрадала и ничего не показывала. По ней пошли разводы, сперва мелкие, затем покрывшие ее всю, и в лицо полицейского поведало жаром. Перед ним будто открылся проход, заполненный раскаленным металлом. Сайто чувствовал, что по ту сторону остались все, кто дорог ему. Камни под ногами ходили ходуном, стены трещали и рушились под собственным весом. Полицейский протянул руку к проходу. Раскаленное серебро обожгло его, но он не остановился. Хоть его тело и чувствовало боль, оно несгорало в потоке кипящего металла. И Сайто шагнул внутрь.
В мгновение ока поток подхватил его и понес. Раскаленное серебро текло под его одежду, заливалось в рот и ноздри. Полицейский испытывал казалось бы нестерпимую боль, но оставался жив. Он не мог кричать, не мог пошевелиться. Поток нес его за собой.
Так же неожиданно его выбросило на землю. Сайто просто ощутил что боль прошла и он больше не в потоке. Мгновенная реакция позволила приземлиться, ничего не повредив. Он вновь был свободен и не осталось ни следа от пребывания в раскаленном потоке. Даже боль исчезла. И он оглядел место, в котором оказался.
Вокруг него раскинулся Токио. Такой каким его сделали британцы. Но теперь он превратился в руины. Все вокруг носило отпечатки войны. Остовы небоскребов все еще взирали на город свысока, пустыми глазницами выбитых окон. Обгоревшие стены полуразрушенных зданий вокруг, выщербленные, покрытые воронками улицы и тяжелый, черный, будто выгоревший воздух. После каждого вздоха Сайто ощущал вкус пепла и копоти. Небеса, плотно застелены темнмно-красными тучами постоянно искрились от языков молний, как будто освещавших этот проклятый город. И с небес на землю лились потоки раскаленного металла, вроде того, что принес сюда полицейского. Будто бы весь мир готовился окунуться в огненную купель.
Но в этом мире еще осталась жизнь. И кровь все еще лилась на этих улицах. Ото всюду доносились звуки выстрелов и крики. Сайто узнал эти голоса и бросился вперед. Он видел людей, которых знал и которыми дорожил. Среди этих руин одни из них сражались, другие пытались спастись, но все они умирали на глазах полицейского. Товарищи, сослуживцы, доверенные люди, они все были среди этого хаоса и все были обречены. А навстречу по улицам шли другие. Одетые в глухие костюмы, полностью скрывающие их тела. С горящими безумным огнем глазами за масками, защищающими от горючего смрада заполнившего мир. В руках они сжимали оружие и методично, профессионально убивали всех, кого встречали на пути.
Сайто бежал по улицам, ведомый только своим чутьем. Он знал, просто знал, что Акено ушла сюда, и он должен найти ее здесь. Какая может быть надежда, если мир рушится прямо на глазах? Мецуке продолжал бороться несмотря ни на что. Он прорывался через город, через бойню вокруг него. Обходил врагов, подобрал себе оружие и шел к своей цели. Каким бы ни был конец, он хотел увидеть свою семью, даже если суждено все потерять. И в его сердце сейчас не оставалось ничего, кроме этого желания.
Сайто нашел жену и детей на одной из площадей. Ему оставалось совсем немного, но враги уже были рядом. Акено и дети укрывались за одной из рухнувших британских статую. Безликие солдаты, уже приближались к ним. Каким-то чудом Хейхати удавалось держать их на расстоянии. Даже сейчас старший сын, которого он не видел долгие годы, не терял самообладание. Его хорошо учили. И все то время, пока Сайто не было рядом, его сын защищал семью. Короткие точные выстрелы, не единого лишнего движения. Врагов были десятки, но Хейхати выигрывал для своих близких еще мгновения жизни.  Акено согнувшись прижимала к себе младших детей, что-то шептала им, что мецуке не мог расслышать.  Даже среди этого кошмара она была прекрасна. Пряди черных волос падали на лицо, по ее щекам текли слезы, но она держалась. Камимура все пытался вырваться, не мог позволить себе просто сидеть, не мог признать, что ничем не может помочь. Он тоже хотел защитить мать и сестру. Эми руками закрывала уши, глаза ей прикрыла ладонь матери.
Сайто бросился к ним, но он не успел. Еще одна группа черных солдат появилась с другой стороны и они открыли огонь. Очереди ударили по укрывшимся за статуей. Хейхати успел обернуться, Акено подняла голову, и дальше мецуке увидел только кровь.
Теперь Сайто действовал как машина. Ему не хватило каких-то секунд, чтобы прийти на помощь своей семье, теперь он мог только сражаться.  Черные гпадали, еще не успев заметить его. Они были умелыми бойцами, но мецуке был лучше. Он не собирался бежать и спасаться, он хотел пробиться к их телам. Если ему суждено умереть в этом аду, то рядом со своей семьей.
Но когда Сайто склонился к ним, он увидел, что его дочь жива. Акено в последний момент успела закрыть ее своим телом. Она по прежнему прикрывала дочери глаза, уже мертвой рукой, и Эми так и не отпустила руки от ушей. Сайто поднял ее и прижал к себе.
- Успокойся малышка, папа с здесь, с тобой. Не открывай глаза, я унесу тебя отсюда.
Он не знал куда идти теперь и есть ли выход. Но мецуке должен бы попытаться, ради своей дочери. Последнего, что у него есть в этом мире. Он снова бежал, прижимая свое сокровище к груди,  но теперь уже не чувствовуя дороги…
Их зажали в переулке. Каким бы умелым бойцом не был Сайто черных было слишком много. Патроны закончились и он отбивался мечом. Его прижимали к стене. И вот один из врагов вынырнув с боку пронзил тело мецуке мечем. Сайто хотел принять удар на плече, и закрыть им Эми, но черные солдаты были нечеловечески силтны. Клинок прошел и руку и плече, и вышел из спины мейцке, аонзившись по самую рукоятку. Девочка вскрикнула. Он продолжал обнимать дочь и чувствовал как из нее по каплям вытекает жизнь. Отчаянный крик, полный боли и ярости заполнил улицу, заглушив собой все звуки. Никогда в жизни Сайто так не кричал. Черные солдаты не смогли убить его. Пронзенный клинком он оседает к стене, все так де прижимая свою дочку к груди. Теперь у него ничего не осталось.
Поток раскаленного металла заполняет этот мир и ползет по улице. Сайто не обращает на него внимания, даже не оборачивается, когда кипящее серебро накрывает его.

+4

5

На этот раз пробуждение случилось неожиданно. Просто боль исчезнувшая когда его охватила тьма, вернулась и разогнала тьму. Его сознание вновь возвращалось, но куда на этот раз? Сайто открыл глаза. Он вновь был среди руин и вновь видел следы раскаленного металла и пепла. Но теперь небо было чистым. Солнце отражалась от застывшего на земле металла, так что можно было ослепнуть. Но там где не прошел металл, на руинах и камнях тянулись ползучие растения, заполонившие это место. И никаких следов людей, что когда-то жили здесь. Но сколько, же времени здесь прошло и могло ли оно течь? Этот мир умер на его глазах и теперь возрождался. За тьмой следовал свет, за смертью жизнь.  Но, тем не менее, он встретил мецуке молчанием, которое не прерывалось не единым звуком. 
Он должен был продолжить свой путь и Сайто чувствовал, куда действительно ему надо идти. Раны которые он получил никуда не исчезли и кровоточили, но не мешали двигаться. Он поднялся и пошел, будто бы на последних крохах оставшихся в его теле сил, но эти крохи не убывали. В порванном, окровавленном мундире, сжимая в руках свой меч мецуке шел по залитой металлом земле, туда где свет не отражался.
Душа Сайто кровоточила сильнее тела. Он сколько угодно мог убеждать себя, что все увиденное иллюзия, но он не мог забыть как стоял над телами Акено и детей. Как Эмми умерла у него на руках. Левая рука так и осталась в том же положении, будто он до сих пор продолжал прижимать ее к себе. Он был мецуке, но это не означало, что он не чувствует боли. Это означало лишь, что он способен идти дальше, несмотря ни на какую боль. Но боль его не отпустит. Только одно он мог сделать – дойти до конца и вернуться.
Сайто шел к высящейся посреди руин черной скале, вонзившейся в земную твердь, буд то бы рухнув с неба. Он вышел прямо к пещере, вырезанной в камне. Там под сводом этом мир кончался, мецуке ощущал это всем своим существом. Но перед ним стоял…
Сайто прекрасно знал как выглядит, но сейчас контраст был разительный. Человек, стоящий перед ним был одет в японский мундир, со всеми генеральскими регалиями. Он стоял словно хозяин этого места, изнывающий от скуки. На своего двойника он смотрел снисходительно, с какой-то отвратительной жалостью.
- Долго же ты сюда добирался, воплощение моего позора. Каково это, умирать в британской форме?
У Этого Сайто похоже было многое, в чем мецуке сам себе отказал. Он привык летать высоко, смотреть свысока и наслаждаться солнечным светом. Как будто ему сейчас было неуютно в тени и он желал воспарить на вершину скалы.
- Ведь к этому все и шло. Одна маленькая ошибочка и ты будешь похоронен как предатель. Твой прах вечно будет привязан к имени какого-то жалкого бараку. Какое упокоение ты надеешься найти после смерти, если отказался от всего, что предлагала тебе жизнь.
Двойник распростер руки будто желая казаться больше. Мецуке понял, что Этот Сайто никогда не переживал горечи поражения, не видел свою родину раздавленной и униженной, никогда не прятался в тенях.
- У тебя была возможность иметь все, если бы ты только протянул руку. Но ты предпочел стать очередным в цепи прячущихся во тьме безумцев, мнящих себя драконами. Вы сами творите свой мир, погружая его в свою тьму. Что ты делал в жизни, кроме как пестовал ее.
Двойник сделал шаг навстречу. Сайто оставался на месте. Он не сводил сглаз с двойника.
- Все еще цепляешь глазами? Только так ты и можешь что-то подцепить в этой жизни. Зачем ты хочешь вернуться назад. Чтобы снова красться в тенях. К твоей безумной идее? К твоему служению мертвой стране? К твоей недостойной жене? Кто кроме тебя мог жениться на безродной полукровке? Да, ты наплодил идеальную смену для себя. Но нужна ли кому-то такая жизнь. Ты сам больше не нужен твоему миру. Уступи дорогу мне. Дай мне быть тем, кем у тебя не хватило мужества стать.
И все же Этот Сайто не имел главного, что было у мецуке.
Двойник успел лишь схватиться за рукоять меча, когда сайто выстрелил от бедра. Пуля попала прямо в сердце, лицо того сайто исказилось и он застыл. Рана была смертельна, но он держался, хотя любое движение должно было убить его. Изо рта потянулась струйка крови.
- Кто может быть ничтожнее петуха, возомнившего себя драконом? Глупости о которых ты говорил, существуют лишь в твоем сознании. Ты существуешь лишь в моем сознании. Мое сознание существует в пустоте. В отличии от теюя, мне есть куда вернуться. И мне есть ради чего жить. И, ты не сможешь этого понять, но меня ждут там те, кого я хочу увидеть больше всего. Исчезни.
Вторая пуля ударила двойника в переносицу. Но его тело не упало, он просто исчез.

Сайто шагнул вперед. Он был счастлив, он возвращался к своей судьбе.

+4

6

Дороги назад уже не было.

Сайто, живший своим долгом - ради него, во имя него - поставил точку в прежней своей судьбе финальным выстрелом, и пришедший на смену лживому двойнику человек смотрел на него со смесью грусти и гордости.

Он представился Варгом - и имя это отозвалось в памяти мецуке должными ассоциациями. Варг был немолод, высок и широкоплеч. Голубоглазый и светловолосый, он, верно, имел европейский корни, но простое и честное лицо его напоминало скорее о славянских народах.

Варг говорил с Сайто о предназначении. Он отвечал на вопросы - некоторые из них. И за печалью его скрывалась очевидная и понятная мысль: есть вещи ценнее и важнее, чем то, что поклялся защищать мецуке. Есть цели выше и благороднее. Есть задачи - почти невыполнимые - которые так остро необходимо выполнить.

Кому как не ему, мецуке, готовому отдать все самое дорогое в жизни, понимать цену предназначения?.. Осталось лишь шагнуть дальше и понять, что предназначение Ходзимэ Сайто, спрятавшегося за личиной Гоэмона Исикавы, много выше того, о котором он привык думать.

Если за что-то и предстоит отдать жизнь свою и своих родных - то за нечто более великое. И никто не узнает имени героя, никто не воздаст ему должных почестей и не восславит его честь.

Но не этим пугать мецуке, верно?..[NIC]GM[/NIC][STA]Samhain[/STA][AVA]http://rom-brotherhood.ucoz.ru/CodeGeass/npc/samhain/samhain1.jpg[/AVA][SGN]Don't turn away[/SGN]

Гоэмон пришел в сознание на носилках скорой помощи и без труда разогнал всех, кто желал ему помочь. Он точно помнил все: каждый сон до мельчайшей детали и прозрачно-голубые глаза Варга, говорящего о Предназначении.

В этот день небо над Нео-Токио было пасмурным, точно предвещало что-то дурное, а дома дети рассказали ему о том, что их сиделке Майе стало дурно. Сайто предстояло многое обдумать и переосмыслить - и лишь ласковые руки его жены смогли оборвать противные нити липкого кошмара, что протянулись за главой семейства даже в жизнь реальную.

Эпизод завершен

+3


Вы здесь » Code Geass » Turn IV. Unity » Самайн: сон Сайто Ходзимэ