По любым вопросам обращаться

к Nunnaly vi Britannia

(vk, Uso#2531)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Альтернативы » Sexuality


Sexuality

Сообщений 61 страница 80 из 194

1

http://savepic.net/7810419.png

Йен и Кэтрин

5 февраля 2012 года — Хрустальная стена
20 декабря 2014 года — Le procès
20 марта 2015 года — Руки прочь!
21 марта 2015 года — Подари мне улыбку
27 марта 2015 года — Falling
28 марта 2015 года — Запредельно близко
28 марта 2015 года — Водная гладь
31 марта 2015 года — Жестокие игры (cut)
5 апреля 2015 года — Праздник Чистого света
8 апреля 2015 года — Доверие
18 апреля 2015 года — The Price
18 апреля 2015 года — So bad
1 июня 2025 года — Скотч и талая река / активен

[ava]http://savepic.net/7801203.png[/ava][NIC]Catherine Anderson[/NIC][STA]depend on you[/STA]

+2

61

Йен не отвечает, следует за хрупкой фигурой в легком плаще. Догнать её не составляет труда, у него шаги шире и больше, она идёт быстро, но мелко. Большой тёплый шарф на нем немедленно перекочевывает на шею Кэтрин. Йен делает два оборота, не заботясь о прическе и том, что замотал Андерсон вместе с носом.

После выхватывает клатч и закидывает его в свой рюкзак, и заменяет его на легкие перчатки — лежали на виду в комнате Кэтрин. По всей видимости, девушка торопилась и не успела их прихватить. Быть может они и вовсе не принадлежат ей, он таких не дарил, но легкая и мягкая светлая ткань с серебристой вышивкой намекает на утонченную хозяйку. Айронс не ждёт, что Кэтрин сразу их наденет. В её характере немедленно выбросить перчатки, как ядовитую змею. А выбросив, она продолжит мерзнуть — её право.

— Можем поехать на автобусе, у них своя полоса и будет быстрее, — расчет был простым с того момента, когда он отпустил машину, доставившую его сюда. Рейсы автобусов до аэропорта за городом он посмотрел онлайн. Будь как всё, хочет он этим сказать. Не привыкай к роскоши, которую так легко потерять. Не ищи в этом себя. И скрывает всё это за просто практической выгодой.

На вопросы Айронс не отвечает, пока они не добираются до чистой стеклянной будки, защищающей от ветра ожидающих. Йен не смотрел за тем, шла ли она за ним — захочет остаться и чёрт с ней. И всё же сделал всё, чтобы она последовала — забрал клатч с карточками и телефоном, отдал свой шарф, зная как она не любит не сочетающиеся стили в одежде.

— Не принимать приглашение не в твоих интересах, — на остановке они выглядят как обычные школьники, а не выходцы из богатых семей. Йен привык к такому транспорту за год жизни в обычной школе — пусть на нем были брэндовые вещи, купленные Офелией, но он сразу отказался от личного водителя. Только эмблема на его ветровки выдает в них совершенно иную касту.

Йен хочет этим сказать одно — Кэтрин, пока что, живет за счет его семьи и потеряет всё, если откажется поехать. А ещё он злится за то, что она рассказала матери о ссоре, поэтому и не смягчает жестокости намеков. Он был родным сыном, но Офелия любила свою приемную дочь. Она была её девочкой и, как и любая мать, Офелия была готова её защищать. Даже от родного сына.

Айронс устало трет глаза, завидев автобус с необходимой им линией. Так сложилось, что театр находится на той же ветке, что гостиница и аэропорт — по всей видимости, для удобства туристов. Ветер, не такой сильной на остановке, всё же взбирается под ветровку и футболку.

— Возможно, ты никогда ничего не поймешь, — быстро произносит он на выдохе и тянет её за локоть к подъезжающему автобусу. В бумажнике достаточно денег, чтобы расплатиться за проезд, ведь у них нет транспортных средств.

Начать с белого листа для Кэтрин. Возможно ли это ещё? Йен много думал за последнюю неделю и уверен, что Андерсон думала не меньше. Только она ни к чему не пришла, судя по её вопросам. А он… Он осознал.
[NIC]Ian Irons[/NIC] [STA]pricked[/STA][AVA]http://savepic.ru/8891557.png[/AVA]

+1

62

Непомерно объемный и никак не подходящий к ее одежде шарф ложится на плечи, окутывает по самый нос. Кэтрин хочет скинуть его и оттолкнуть протянутые Йеном перчатки, но холод берет свое, а свежий морской запах, которым пропитаны все его вещи, заставляет ее угомониться. В конце концов, она уже не маленькая девочка, капризничающая по мелочам и всяким глупостям – ее капризы давно вышли на новый, более серьезный уровень.

Перчатки надевает, пусть и не сразу. Не благодарит: злится, что он не ответил на вопрос – и в то же самое время чутко реагирует на интонацию голоса и хмурится. Похоже, Йен сердится на нее, но Кэтрин не понимает за что, ведь это он в очередной раз отказал ей и насмехался – впрочем, как и всегда – над ее... увлечениями.

Они останавливаются на остановке среди других людей, и в потоке машин ищет глазами она большой двухэтажный автобус. Отличить один от другого она бы не смогла, хотя сейчас очень хотелось бы – чтобы найти тот, который смог бы довезти ее до Школы. Ехать к Офелии – не домой, а в гости – она не хотела, особенно после слов Йена, что звучат прямой угрозой. Кэтрин лишь убеждается, что он злится на нее – и искренне не понимает, в чем дело. Это не в его манере: уколы, ирония, даже сарказм – да, но не угрозы.

Против характера, Кэтрин проглатывает и это. Он делает ее беспомощной и слабой, неспособной постоять за себя, а его обида, сквозящая в голосе, заставляет чувствовать себя еще и виноватой. Кэтрин не любит чувство вины и хмурится недовольно – но молчит, поджав тонкие губы. Кутается в шарф, сжимает кулачки, стянутые тонкой кожей перчаток, но – молчит.

Щеки вспыхивают румянцем от вновь накатившей злости: после всего того, что Йен сделал, чтобы оттолкнуть Кэтрин, не ему говорить о "непонимании". А он, выходит, все знает и понимает, – злится она и снова молчит с завидным упрямством. Сказывается привычка не показывать чувств – ведь вокруг них огромное число людей, пусть и абсолютно незнакомых им обоим. И в этот момент Кэтрин благодарна воспитанию, привитому Офелией – только привычка спасает ее от гнева... или, быть может, даже слез.

Она позволяет утянуть себя в автобус, выбирает два свободных места в глубине. Знает, что Йен все оплатит, и отворачивается к запотевшему окну, когда замечает его приближение.

– Верни мои вещи, – вкрадчиво просит она у стекла, когда тихо скрипнуло по правую руку от нее кресло, но даже не протягивает руки. Кэтрин уверена, что Айронс ничего ей не отдаст, а сама не готова настаивать, не уверенная в том, что готова уйти сейчас и вернуться самостоятельно в Школу.

Прямо перед ними сидит молодая парочка, трогательно держась за руки. Кэтрин замечает, и сердится еще больше.

– Зачем? – Спрашивает она у Йена, оборачиваясь к нему лицом. Красивое, но холодное лицо брата сегодня слишком жесткое, и выдержать его взгляд с каждой секундой все сложнее. – Ты же все решил.

Все решил, поставив крест на ее надежде. Она мирилась три года с этим решением, а теперь получила подтверждение оному и заодно поняла одну важную для себя вещь: в доме Айронсов для нее нет будущего. [ava]http://savepic.net/7924348.png[/ava][NIC]Catherine Anderson[/NIC][STA]depend on you[/STA]

0

63

Скинув рюкзак с плеч, Йен падает на неудобное сиденье рядом с Кэтрин и прикрывает глаза. Ему определенно необходимо выспаться. И выговориться, слишком многое скопилось за неделю молчания. Ещё немного и он потеряется в вихре своих мыслей.

— Не хочу, — тихо парирует Айронс, ощущая через плотную ткань рюкзака запрашиваемый клатч. И думает, что неплохо было бы выключить телефон Кэтрин, чтобы не мешались всякие… Всякие. Но не у неё на глазах, чуть позже, когда будет покупать им обоим горячий чай в аэропорту. По его расчетам они приедут чуть раньше, чем следует, раз выбрали автобус. А горячий чай то, что им необходимо в такую погоду.

Йен неловко теперь рядом с Кэтрин. Не в первый раз, но это он чувствует — эта неловкость совсем другого толка. Он её любит. Теперь, когда осознание беспощадно накрыло своей тоской, Йен понимает себя за эти короткие четыре года.

Ребёнок, с которым рядом он повзрослел, стал прекрасной женщиной. Пожалуй, слишком рано и слишком беспорядочно, но стал. В какой именно момент Кэтрин перестала ощущаться как сестра, Йен точно не скажет теперь. После её ухода Айронс впервые пошёл против матери и целый год ходил в общественную школу. Тогда Йен думал про себя, что хочет разделить те же чувства, что сводная сестра. И даже гордился собой в тот момент. Ведь он сам принял решение, сам смог.

— Решил, — но не то, о чем думаешь ты. — Йен вспоминает нелепую и неловкую попытку Кэтрин сблизиться и хмурится. Делать выводы относительно одной ситуации он бы не стал, это даже не в его интересах. Будет слишком сложно надеяться на ответные чувства.

— Насколько надо быть глупой, чтобы так спалиться? — Голос звучит устало, первая вспыхнувшая злость уже лишь тлеет. Офелия всегда была проницательной. Йен даже уверен, что мать догадывалась о его чувствах раньше него, но оставила ему право самому разобраться в себе. — Офелия целый час меня воспитывала.

Йен считал, что между ними есть безмолвная договоренность — не рассказывать Офелии слишком многое.
[NIC]Ian Irons[/NIC] [STA]pricked[/STA][AVA]http://savepic.ru/8891557.png[/AVA]

+1

64

Андерсон вмиг вспыхивает как спичка, коснувшаяся угасающего пламени обиды Йена – как он вообще мог подумать, что она станет жаловаться Офелии на размолвку с братом? Время, когда она бегала к матери ябедничать на Йена, давным давно миновало. Совместные шалости, общие тайны и искренняя забота друг о друге выработали неосознанную привычку держать все – и плохое, и хорошее – строго между ними. Они были счастливы – молча; они ругались – и тоже ничего не говорили Офелии. Хотя, конечно, скрывать что-то у Йена всегда получалось лучше, который был способен контролировать свои эмоции и решения, в отличие от более вспыльчивой сестры.

– Ты серьезно думаешь, что я что-то рассказала Офелии? – Пылко шепчет, почти шипит она, не желая, чтобы ее слышали другие пассажиры. Лучше было бы все же взять такси. – Да как ты...

Но ранит больнее не размолвка и даже не его недоверие. "Почему ты не смотришь на меня?", – мысленно спрашивает Кэтрин, и губы сжимаются, вытягиваясь в тонкую линию.

Зато теперь ясно, почему он так злится, и почему столько обиды в его голосе. Андерсон понимает, и злость ее гаснет, тая сизым дымом в прохладном воздухе. Он так и не оборачивается, и, не поймав его взгляда, Кэтрин снова оборачивается к окну. Ей нужно время, чтобы справиться с эмоциями, и какое-то время они едут в молчании.

Тихо шуршат двери автобуса, принимающего новых пассажиров. Людей становится больше, и Кэтрин рассматривает их отражения в мутном стекле. Пытается тешить себя мыслью, что рассматривает одежду и лица впереди сидящих, но вместо этого ловит взглядом отражение Йена... и желает, чтобы он обернулся.

"Посмотри на меня", – мысленно просит она, закрывая глаза. Все равно не посмотрит, раз так сильно обижен.

– Я написала ей ровно одно письмо. Ты можешь его прочитать, – наконец говорит она – тихо и спокойно, и хотя в голосе ее не слышно извинений, это попытка примирения. В словах ее прячется безмолвная просьба: "Верь мне", ведь Йен никогда не опустится до того, чтобы читать ее почту – пусть даже она и сама предложила. [ava]http://savepic.net/7924348.png[/ava][NIC]Catherine Anderson[/NIC][STA]depend on you[/STA]

0

65

— Она не твоя соседка по комнате, — мягко упрекает Йен, уже мягко. Знает, что перегнул, но угольки злости и обиды всё ещё тлеют внутри. Он действительно не любил получать нагоняи от матери. Офелия слишком хорошо его знала, она была его матерью и прекрасно изучила какие слова могут задеть сильнее. На что нужно намекнуть, чтобы стало невыносимо стыдно и горько.

Айронс не читает чужую почту, не снимает с блокировки чужой телефон, не открывает школьный шкафчик, хотя хорошо знает все комбинации Кэтрин. Но всё равно усмехается, сам не замечая, что ухмылка отражается в стекле. За окном уже сгустились сумерки, и теперь оно отражает всё, что происходит в салоне. Андресон тоже знает, что он не будет читать. Но её слова доказывают его версию. Офелия была просто слишком проницательна. Её не сравнить с девятнадцатилетней девочкой, что откроет рот и будет слушать об их высоких отношениях и после распускать слухи по школе. Всё-таки дети всё ещё считают их парой.

Йен выдыхает и откидывается на спинку сиденья, прикрывая глаза и удерживая рюкзак на коленях рукой. Он не будет спать, просто не хочет сейчас разговаривать. Слишком много людей, слишком близко они сейчас. Но безмолвной поддержкой находит руку Кэтрин, чтобы обнять ненадолго своей. Годами сложившаяся привычка успокаивать прикосновениями.

— Она будет рада твоему приезду, — тише на тон, чем раньше, почти шепотом. Скорее всего, именно завтра, когда они долетят, Офелия объявит о своем подарке на окончание школы. Скорее всего, именно тогда она предложит Кэтрин остаться в их доме навсегда даже после окончания школы и, невзирая на решение её родного отца. Йену всегда было интересно, оставит ли он свою дочь после совершеннолетия. Айронс до сих пор не знал, оплачивает ли родной отец счета Кэтрин до сих пор или его мать создает легенду, обеспечивая их обоих. И это всё было запретной темой, одной из немногих между ними.

Кэтрин нелепо смотрится в переполненном автобусе — даже в общей мешанине красок она выделяется. Осанкой, светлым плащом, небрежным и слишком большим шарфом. Словно ей предначертано стать не той, кем она родилась. Йен же наоборот — слишком вписывается в простых серых джинсах и темной рубашке, лишь ветровка с эмблемой самой дорогой школы в окрестностях выдает в нем наследника большой корпорации.

— Мы были не правы. — Он не говорит «я был не прав», он признает вину только обоих, но никогда свою. Чего бы он не чувствовал, сейчас они брат и сестра. Это извинение. Почти.
[NIC]Ian Irons[/NIC] [STA]pricked[/STA][AVA]http://savepic.ru/8891557.png[/AVA]

+1

66

Его голос стал мягче, и на душе Кэтрин стало спокойнее. Ладонь, прежде лежащая на коленях, опустилась правее – между братом и сестрой. Глаз она так и не открыла, реагируя лишь на голос Йена и чутко вслушиваясь в гудение мотора автобуса. Ехать предстояло долго, а тихий рокот успокаивал, баюкал, и тепло столь привычной и родной ладони пришло вместе с покоем и умиротворением.

Прикосновение, настолько естественное и простое, что Кэтрин даже не сразу сообразила важность этого жеста, – было осторожным и мягким, и было бы кратким, если бы не сжала она ладонь Йена. Пальцы сплелись в замок, но его ладонь все равно осталась сверху – защищая, оберегая. Кэтрин благодарна за эту заботу, и как-то по-детски глупо склоняет голову к его плечу, опускает щеку на холодную ткань куртки. Там, под тонким слоем полиэстера, теплая рука Йена, надежное его плечо, на которое действительно хочется опереться.

И все же открывает глаза – уже не смотрит на отражения в стеклах, но рассматривает его ладонь. Ловить его взгляд боязно – слишком близко, слишком интимно.

Его извинение звучит почти так же естественно, каким кажется прикосновение. "Мы" – они всегда вместе. В школе Кэтрин всегда отвечала одинаково на прямые вопросы об их отношениях: "Мы вместе". В детстве было так же – они просто вместе. Он и она. "Мы" – и Кэтрин не поправляет его, привычная к чувству их единства.

Вместо ответа – пожимает его ладонь и поглаживает большим пальцем. "Все в порядке", – стоило бы сказать, но не хочет нарушать неожиданно наступившую идиллию. Ей столь комфортно и тепло, что ничего большего ей не нужно, даже слов. "Мне тебя не хватало", – пытается донести она осторожной своей лаской.

Все держась за руки и не проронив ни слова, они провели весь оставшийся путь, а ближе к аэропорту Кэтрин и вовсе задремала на плече Йена, спрятав усталый взгляд под пышными ресницами.[ava]http://savepic.net/7924348.png[/ava][NIC]Catherine Anderson[/NIC][STA]depend on you[/STA]

0

67

Мерный гул голосов, сливающийся с урчанием мотора автобуса вкупе с усталостью, убаюкивал. Йен держал голову прямо, стараясь не уснуть. Небольшой урок общественной жизни — какой бы благополучной не была страна, карманные воры есть везде. На Кэтрин довольно много украшений, чтобы привлечь чужое внимание. Конечно, он перестраховывался. Разумеется, никто не собирается грабить посреди позднего вечера. Не уснуть означало не пропустить свою остановку, только и всего. А остальное это всего лишь перестраховка из-за волнения.

Кэтрин всё же задремала, положив голову ему на плечо. И, кажется, будь это в первый раз, то сердце забилось бы гораздо быстрее, но Йен слишком привык к близости и корил сейчас себя за это. Драгоценное время, проведенное с любимым человеком, уже успело ускользнуть от него, пока он барахтался в собственном осознании. Начинать всё заново слишком сложно, его прикосновения никогда не станут новыми для Кэтрин.

— Просыпайся, — автобус остановился около аэропорта с легкой заминкой, выходило не так много людей. Йен потянул Кэт за руку, вытягивая из объятий Морфея и пробираясь к выходу.

На улице стало прохладнее. Они были за городом и порывы ветра лишь усилились, здесь ничего не сдерживало погоду, тогда как в городе здания перекрывали свободное передвижение для ветра.

— Будет теплее в аэропорту, — до ближайшего здания необходимо было пройти немало пути, из соображений безопасности и разъезда с бесчисленными такси, автобусная остановка находилась в нескольких сотнях метров.

Йен на себе ощутил, как холоден может быть ветер, а уж о Кэтрин и говорить не стоило — только проснувшуюся вытащили на улицу. Забросив рюкзак на плечи, Йен привычно обнял девушку одной рукой, закрывая от непогоды и направляясь к аэропорту.

Мысленно он уже выстраивал план — пройти регистрацию, забрать билеты и устроится где-то в уютном кафе, коих было не мало. Но он сомневался, что будут места.

Добрались, благодаря широкому шагу, быстрее, чем ожидалось. Кондиционер обдал теплой волной воздуха, когда они вошли внутрь.

— Нам сначала наверх, — Айронс вел себя с Кэтрин, как с маленьким ребёнком, хотя она уже десятки раз была в этом аэропорту и прекрасно знала процедуру, но ничего не мог поделать с собой. Не до конца проснувшейся она выглядела невообразимо мило.
[NIC]Ian Irons[/NIC] [STA]pricked[/STA][AVA]http://savepic.ru/8891557.png[/AVA]

+1

68

Мир заплясал яркими огнями вокруг – в тепле автобуса Кэтрин еще толком не соображала, двигаясь на автомате туда, куда вела рука Йена. А вот на улице холодный и сильный ветер мгновенно продул тоненькое пальто, не рассчитанное на такую погоду. В глазах прояснилось, перчатки немедленно вернулись на положенное им место, но озябшие вмиг пальцы не спешили согреваться.

– Холодно, – пробубнила она, шагая ближе к брату. Йен поспешил заверить ее, что в аэропорту лучше и обнял за плечи, а Кэтрин с безысходностью смотрела на мигающее огоньками здание аэропорта. Яркое, освещенное со всех сторон, оно служило ориентиром в их пути: достаточно длинном, чтобы Кэтрин успела обхватить брата за пояс одной рукой – так можно было прижаться теснее и терять меньше тепла.

Что удивительно – не ныла и не дулась, не предлагала поймать такси на эти несчастные полсотни метров и не упрекала в том, что Йен все-таки выбрал автобус. Лишь тихо сопела и щурилась на свет – быть может, слишком сонная, а может – наслаждаясь вниманием дорогого человека.

Теплом дохнуло в лицо, и объятия пришлось разорвать. Кэтрин даже не пыталась скрыть недовольства, мгновенно цепляя Йена под локоть.

– Да, – кивнула, даже не злясь на него за бесполезные и ненужные инструкции. Слышать его голос уже было в радость.

В столь поздний час путешественников было мало, гул голосов не перекрывал голоса диктора. Звонкий стук каблуков по мрамору разносился далеко вперед.

– Я хочу у окна, – высказала Кэтрин довольно глупое пожелание: город все равно погрузился во мрак и ничего кроме городских огней не различить. Тем не менее – у окна, почти как привычка, пусть даже и все время полета смотреть она будет если не сны, то на Йена.

Около стойки регистрации она отпускает руку брата, останавливается рядом, складывает аккуратно ладошки на гладкой поверхности высокого выступа. Ее документы в клатче, клатч – в рюкзаке, рюкзак – на Йене. Вывод очевиден – ей можно даже не дергаться, братец сделает все самостоятельно.

Миловидная девушка передает им заказанные билеты, и Кэтрин протягивает руку к Йену, без слов прося вернуть хотя бы удостоверение личности. Впереди их ждал паспортный контроль, и нет ничего дурного в том, чтобы она прошла его самостоятельно.

– Не сбегу, – улыбается она, перехватывая бардовую книжечку кончиками пальцев. – Верну потом.

Что логично – не в руках же ей паспорт носить всю оставшуюся дорогу до дома Айронсов. Раз уж взялся – пусть носит.

– Ты соскучился по дому? – По какой-то же причине Йен не отказался от этой поездки? Кэтрин спрашивает не только из праздного любопытства, но и чтобы скрасить время дороги до следующего этапа контроля. Сдавать багаж им не нужно в этот раз – а вот контроль пройти придется: в том числе и продемонстрировать содержимое карманов. [ava]http://savepic.net/7924348.png[/ava][NIC]Catherine Anderson[/NIC][STA]depend on you[/STA]

0

69

Наверх и к стойке выдачи билетов, предъявить документы, получить бумаги, необходимые для перелета. Довольно много формальностей в условиях одного острова. Хорошо ещё в городе был международный аэропорт, и не приходилось делать двойной перелёт.

— Иллюминатор, — по привычке поправил, улыбаясь девушке за стойкой и забирая зарегистрированные билеты. Вытащил из клатча телефон, вернул туда документы и передал его Кэтрин, а мобильный выключил и закинул в свой рюкзак. Вещей у них было не так много, да и телефоны необходимо было отключать на время полета. Его действия должны были выглядеть оправдано.

— Что-нибудь будешь? — До окончательной регистрации оставалось время, Йен оправил ветровку и вытащил портмоне из рюкзака. Зона кафе была чуть подальше и ниже этажом, около зала ожидания. Получив билеты на руки, они имели право войти в зону ожидания. Им сейчас бы не помешал крепкий чай или кофе, что можно было легко найти в кафе. Насколько он помнил, кофе тут был не таким уж плохим. Правда он не знал, как Кэтрин отнесется к пластмассовым стаканчикам, если он вдруг сэкономит и купит напитки из автомата.

В синих глазах заискрились чертята, было бы неплохо проверить её реакцию. Айронс стал оглядываться в поисках автомата ещё на эскалаторе, а после уверенно направился к нему, не проверяя, следует ли Кэтрин за ним. Следовала, конечно, куда бы она делась.

— Не особо, — Айронс отвечал на ходу, лукаво улыбаясь от попытки своей выходки. Покупать он не собирался в действительности, но сделать вид, что просто не хватило мелочи, было бы интересно. Мелочи, к слову, действительно не нашлось бы. Йен не тратился в школе, комплексные обеды входили в стоимость обучения и ему не было необходимости раскошеливаться. Поэтому оставались лишь крупные купюры и карточки. Вряд ли автомат быстрых напитков был способен рассчитать его с карточки.

Йену было всё равно относительно дома. И там, и там было четыре стены. Но он не мог не признать — отдых от школы ему необходим. Наверное, в первую очередь из-за очередных слухов про Кэтрин. — А ты соскучилась?

Айронс остановился перед табло автомата, рассматривая рисунки и цены заказа. Экономный день для неэкономной девушки, почему нет? Будет интересно.
[NIC]Ian Irons[/NIC] [STA]pricked[/STA][AVA]http://savepic.ru/8891557.png[/AVA]

+1

70

– Да это настоящее похищение, – улыбается Кэтрин, глядя, как решительно Йен лишает ее средств связи. Даже забавно от этой мысли – требовать выкуп за нее все равно кроме брата больше особо и не с кого. Это было бы самое нелепое похищение века.

– Чая, – культура распития кофе до Кэтрин Андерсон так и не дошла. Ее не слишком вдохновлял вкус – к тому же, как и всякая англичанка, она гордилась своей придирчивостью в выборе сорта чая и философией "лучше хорошего чая может быть только хороший английский чай". Так что кофе – это почти нонсенс для нее, хоть и бытует в миру нелепый миф о бодрящих свойствах кофеина.

Уже согрелась, приободрилась, почувствовала себя увереннее с клатчем в руках: пусть и без телефона, зато при деньгах и документах, а значит уже на ослабленном поводке. Иллюзия свободы: право думать, что она сама выбрала быть сейчас в аэропорту и ждать рейса, чтобы улететь в Лондон.

– Трудно ска... – Кэтрин оборвала себя на полуслове, сообразив, каким именно чаем собрался ее поить несносный мальчишка. В такие моменты иначе о нем думать и не получалось – наверняка намеренно издевается!

– Ты же не собираешься?.. – Вкрадчиво начала она вопрос, не зная, как бы поизящнее закончить довольно грубую фразу. Судя по замершему в руках Йена бумажнику и пристальному вниманию к маленьким картинкам-кнопочкам, еще как собирался. – Нет, нет и еще раз нет.

Восприняла слишком серьезно – даже не улыбнулась, зато нахмурилась недовольно, словно не веря, что это ее братец так над ней глумится. Он отлично знает, что такой чай Кэтрин пить не станет. Она даже у Каролины, когда закончился запас хорошего чая, не пила ничего кроме воды – слишком неприятным был вкус.

– И не подумаю, – довольно резко воспротивилась она, сжимая крепче клатч. Теперь у нее были привычные карточки, и она могла себе позволить не просить, а поставить перед фактом:

– Я не стану это пить.

И даже он, Йен Айронс, любимый и несносный братец, ее не заставит.[ava]http://savepic.net/7924348.png[/ava][NIC]Catherine Anderson[/NIC][STA]depend on you[/STA]

0

71

Йен хмыкнул себе под нос, выбирая бутылочку чая в автомате рядом с кофейным. Выгреб из заднего кармана мелочь, оставшуюся от проезда в автобусе — он про неё и запамятовал, а сейчас пригодилась. Промочить горло в дороге и такой чай подойдет. Автомат отзывчиво пиликнул, роняя выбранную бутылку в поддон. Вышло как-то без сдачи, что радовало — мелочь была непривычна для него, он рисковал растерять все монетки.

— Почему нет? Это же не отрава, — Айронс показательно крутанул бутылочку и указал ей в сторону полноценного кафе. — Там твой хороший чай.

Офелия настояла, чтобы они летели первым классом, поэтому все это было лишь показательным выступлением для Кэтрин. И ей стоило бы немного подумать, прежде чем громко возмущаться. Йен рассмеялся, убирая ни в чем неповинную бутылочку чая в рюкзак. Кто бы мог подумать, что кусок пластика с жидкостью внутри вызовет у человека столь бурную и отрицательную реакцию.

— Ты не ответила, — напоминает он, падая в неудобное кресло и отпуская Кэтрин в свободное плаванье. Купить себе чай и заодно подумать над ответом на его вопрос.

Казалось, Айронс закрыл глаза и погрузился в дрему, но всё равно наблюдал за замершей фигурой в светлом плаще. То ли от негодования, то ли просто так Андерсон стояла несколько мгновений рядом. А Йен просто ожидал её решения и ответа.

Сказать или не сказать о своих чувствах — вопрос не давал покоя. Планировать что-то с Кэтрин он не собирался. Йену было мало его положения, но именно оно давало ему неограниченные преимущества над всеми остальными. Неспешно просыпался собственник, который не желал делить Андерсон с кем-то ещё. И его первые решения прослеживались в действиях Айронса.

В конце концов, всё может поменяться в один миг. И начать с чистого листа гораздо сложнее, чем перелистывать страницы в черновике.
[NIC]Ian Irons[/NIC] [STA]pricked[/STA][AVA]http://savepic.ru/8891557.png[/AVA]

+1

72

Напоминание Йена заставляет Кэтрин недовольно нахмуриться. У нее не было однозначного ответа на этот вопрос – не так быстро. Отчасти поэтому реакция на чай была столь бурной – девушка надеялась за эмоциями уйти от ответа. Как видно, не удалось – как и всегда, брат успешно раскусил очередную ее уловку.

– Скучаю, – признала она глухо, не смотря на Йена. Он уселся в кресло и не собирался никуда идти, а Кэтрин застыла неприкаянной фигуркой перед ним и чувствовала себя по меньшей мере неловко. – Но не по дому.

Брякнула, сама не до конца понимая, что такое говорит. Застучали каблучки – Кэтрин развернулась в сторону кафе и направилась туда, все так же не глядя на брата.

Долго выбирала чай, все больше размышляя о своих собственных словах. Остановившись на черном крупнолистовом Riston, наконец, немного успокоилась – и заказала сразу чайничек, на случай, если Йен все же придет. Горьковатый аромат призывал к умиротворению и трезвости рассудка, а с каждым глотком по телу разливалось тепло.

Не по дому скучала Кэтрин, но по времени, когда все было спокойно и надежно. Времени, когда она точно знала, кто ее родители. Когда она знала, что ждет ее завтра. Когда она была точно уверена, что никогда не расстанется с братом. Кэтрин скучала по той стабильности, которая рухнула с появлением родной матери, чей эгоизм с удивительным упрямством снова и снова пытался сломать жизнь ее дочери.

Слишком многое изменилось. Пришло понимание, что как бы близки ни были брат и сестра – их дороги разойдутся, а тем более, когда они и не родня друг другу вовсе. Их общество съест и Офелию, и Йена, если она допустят хоть малейший слух о том, что произошло в их семье, и выхода отсюда Кэтрин не видела – не в условиях, когда Йен не хотел видеть в ней нечто большее, чем просто любимую капризную сестру.

Взгляд упал на кольцо, что не снимая носила Кэтрин на безымянном пальце левой руки. Оно было ложью с самого начала: она сама его выбрала и купила, сама надела, сама культивировала слухи об их помолвке. Йен терпел все это, чтобы защитить сестру, но ей самой уже было тошно от этой истории. Кольцо, невидимой нитью тянущееся к самому сердцу, дергало за больные струнки. Вся ее жизнь – ложь, а единственный, кто знает правду, не свяжет с ней своего будущего. Братья и сестры рано или поздно расстаются, чтобы найти себе новые семьи – и Кэтрин не знала, где ей искать новое место для себя.

В размышлениях и созерцании насыщенного бистрового цвета чая, Кэтрин и сама не заметила, как бежало время. Рефлекторно потянулась за телефоном, чтобы узнать, сколько еще осталось до рейса – и только тогда, не найдя его в клатче, вспомнила, что пора бы и возвращаться.

Расплатилась по карте, оставила так и не допитый до конца чай на столике и направилась к выходу – и в самых дверях к своему удивлению встретила Йена.

– Уже пора на самолет? – Удивилась. Не думала, что он придет, хоть и хотела.[ava]http://savepic.net/7924348.png[/ava][NIC]Catherine Anderson[/NIC][STA]depend on you[/STA]

0

73

Ушла, не оборачиваясь. Гордо (или же сломлено?) выглядела хрупкая спина, обтянутая светлой тканью. Айронс пронаблюдал до двери и, как только Кэтрин скрылась, вскочил со своего места, повинуясь порыву не потерять из поля зрения. Широкие шаги немедля привели к стеклянной витрине, но его удачно скрывала афиша объявлений с полезной информацией, наклеенная прямо около кафе. Отличная точка обзора.

Не скучает — сильный ответ. Йен и сам ответил так же, предпочитая своё место рядом с Андерсон и не воспринимая дом как дом без неё. Офелия была многим для Айронса, Кэтрин была почти всем. Почти, потому что он мог бы отказаться от неё, пусть и не слишком приятным путём.

Наблюдать было привычно. Словно занимаешь свою нишу в жизни другого человека, как ложе театра и наблюдаешь представление. С недавнего времени Йен это осознал неожиданно ярко. Пришедшее откровение всего лишь укрепило его в мыслях о невозможности их отношений. Невозможности чистого листа.

Одиноки вместе. Это им подходило. Стоя за стеклом, сидя за столиком в аэропорту они были вместе, но раздельно.

Поторопился к выходу из кафе, когда она встала. Идеальное прикрытие и слишком нелепый шарф, который она так и не сняла, не смотря на отсутствие вкуса в этом наряде. Особая мода для Кэтрин. Это грело почти так же, как мягкая ткань шарфа.

— Да, идём, — притормозил как раз перед тем, как она вышла, и махнул билетами, чуть примятыми.

Йен не представлял о чем им ещё разговаривать, словно за один раз они выпили всю воду из кувшина, некогда всегда переполненного новостями и предметами обсуждения.

— В Лондоне наверняка дождь, — погода отличное средство, когда разговор в тупике, — Стоило взять больше одежды.

Не извинялся, просто констатировал факт. Им не страшен дождь, их заберут, как только они выйдут из здания аэропорта.

Отдав билеты и скинув рюкзак на ленту, Йен отошел в сторону, пропуская Кэтрин вперед. И уже в спину задал волнующий его вопрос.

— У тебя не было свиданий на эти выходные?
[NIC]Ian Irons[/NIC] [STA]pricked[/STA][AVA]http://savepic.ru/8891557.png[/AVA]

+1

74

Разговор не клеился, и отчего-то обычно умиротворяющее и мерное обоюдное молчание сегодня казалось напряженным – должно быть, сказывалось эхо недавней ссоры. Попытка спасти ситуацию тоже не сильно помогла: Кэтрин еще с пару минут шла в молчании, словно переваривая слова Йена, и только потом спохватилась – надо же ответить.

"Если бы я знала заранее, я бы взяла сумку", – подумала, но не сказала – это было бы ложью. Если бы она знала заранее – она бы отказалась. Лгать Йену она не смогла: обернулась к нему, раскрыла было рот, чтобы ответить, да тут же и захлопнула его – совсем как рыбка. Ей нечего ответить.

Спасением впереди показались рамки металлоискателей и двое сотрудников охраны. Проход работал только один – что не удивительно в столь поздний час. Кэтрин первой прошла вперед, протягивая паспорт, с разворота которого смотрела маленькая еще светловолосая девочка. Бросилась в глаза фамилия: Андерсон. Сейчас казалось глупостью, что она все-таки настояла на этом.

Кэтрин старательно делала вид, что слишком занята, чтобы прямо сейчас ответить на заставший ее врасплох вопрос брата, но на самом деле – разозлилась. Йен, при всей своей проницательности, был порой то ли слишком наивен, то ли слишком дотошен – и говорил нелепые с точки зрения Кэтрин вещи.

Нелепо – потому что, похоже, совсем не понимал, насколько мало в жизни его сестры значат свидания с этими людьми. Они злили, радовали, приносили удовольствие, тешили самолюбие Кэтрин Андерсон, но возможность быть самой собой она ценила много выше. А возможность эта у нее была только в компании Йена.

Пройдя контроль, остановилась, пряча паспорт в сумочку. Внимательно следила за братом, ловила каждый взгляд и каждую искру, скользила по изученным вдоль и поперек чертам лица. Улыбнулась, огладив незримо широкие плечи – и тотчас же опустила взор, едва заметно поникнув, напоминая себе, где ее место. Кому бы ни принадлежал сейчас Йен Айронс, у его сестры нет ни малейшего права претендовать на его сердце.

Шорох шагов, свежий запах – брат подошел к ней, и Кэтрин, поднимая глаза, без тени улыбки ответила на заданный, кажется, вечность назад вопрос:

– Нет. Важных – не было.

Не было и едва ли когда-нибудь будет. Она не придет, не ответит на звонки, не будет потом оправдываться – и не испытывает по этому поводу никаких угрызений совести.

Первоначальная злость прошла. Имея время, чтобы прочувствовать и обдумать вопрос, Кэтрин неожиданно для себя принимает важное решение. Хоть она еще не готова, а Йену, должно быть, это покажется и вовсе нелепым, она не сядет в самолет, пока не решится. Неуверенность проскальзывает в ее глазах, и она отводит глаза, прерывая ставший невыносимым зрительный контакт с братом.

– Пойдем, – одними губами, почти без звука.

Посадка уже скоро. Ей бы чуть-чуть больше времени.[ava]http://savepic.net/7924348.png[/ava][NIC]Catherine Anderson[/NIC][STA]depend on you[/STA]

0

75

Йен удивленно приподнял брови, разглядывая ровную спину девушки впереди. Избегает прямого ответа, даже прямой контакт глаз для Кэтрин был непосилен. Это Айронс видел в то мгновение, когда наслаждался рассеянным выражением рыбки. Андерсон редко была такой, ещё реже стала после возвращения от родной матери. Одержимая желанием стать леди, сделать своё воспитание правдой она потеряла свою долю непосредственности. И сейчас Йен наслаждался. Она не видела легкой улыбки на его губах, когда он проходил проверку.

Он думал, что не видела.

— Хм, — он уже контролировал своё лицо, когда подошел к ожидающей Кэтрин. Невозмутимое и спокойное выражение, лишь в глубине глаз таилась та улыбка. Полная наслаждения и удовлетворенности.

У Йена было хорошее преимущество — он мог сказать, когда она лжет. Сейчас Кэт не лгала — движения, слова и выражение глаз были естественными, простыми, привычными. Но что-то от него неуловимо ускользало. То ли злость, то ли волнение. В этом случае Айронс поставил всё на волнение — они давно не были дома, и ещё дольше Кэтрин не разговаривала с Офелией.

— Не волнуйся, — шепнул, шутливо поддев плечом. Рюкзак взял с собой на борт. Больше вещей у них не было.

Комнаты в их особняке содержали гардеробные. И Йен нисколько не сомневался, что Кэтрин в своей комнате найдет не меньше десятка трендовых нарядов. Офелия никогда не скупилась на одежду, а параметры Кэтрин были практически идеальными, что делало покупку вещей непринужденной. Ошибиться с размером практически невозможно. Айронс был уверен, потому что мать имела привычку советоваться с ним по электронной почте, оставляя ссылки на коллекции.

— Со спины ты выглядишь сексуально, — мимоходом отметил, желая растопить атмосферу. И ни капли не солгал. — А тут у нас знакомое манное личико, — фыркнул, неожиданно склонившись и посмотрев прямо в глаза Андерсон. Йен непрозрачно намекал — не смей избегать прямого взгляда.

Кэтрин вне сомнений была красива и сексуальна. Вот только он видел это лицо в остатках манной каши, в грязи и даже измазанное дорогущей косметикой в далеком от трендов макияже.

Их ждал зелёный коридор, посадка и взлет. Через полтора часа они должны прибыть в Лондон.
[NIC]Ian Irons[/NIC] [STA]pricked[/STA][AVA]http://savepic.ru/8891557.png[/AVA]

+1

76

Сердце забилось, покорное его словам, а взгляд не отвести – Йен смотрит требовательно и настойчиво. Когда-то в детстве она бы насупилась, дуясь за безобидные в целом слова, но сейчас он не просто шутил. Слишком резкая смена интонаций, слишком пристальный взгляд – он словно угрожает, как совсем недавно у здания театра, но теперь это не столь очевидно, и ловится лишь в мельчайших переливах интонаций.

Кэтрин не понимает, почему он так себя ведет, и вопрос этот тенью омрачает взгляд. Йен всегда был заботлив и ласков – пусть даже в слегка ироничной своей манере, и никогда еще ей не казалось, что он ненавидит ее. От мысли этой становится страшно, и Кэтрин хмурится – не зло, скорее растерянно – но взгляда не отрывает. Йен всегда был сильнее.

Он отпускает, первым шагая в коридор, ведущий на взлетную полосу, а Кэтрин еще несколько секунд стоит в замешательстве, провожая его взглядом. Она не отдает себе в этом отчета, но послушно выполняет его безмолвное указание.

Снова приходится выходить на улицу, где холодный ветер вносит свои поправки в правила игры. До самолета – рукой подать, и решимость Кэтрин словно уносит в мощном потоке воздуха.

– Йен, – пытается окликнуть, но тот и не думает останавливаться: вскидывает руку, зовя за собой. Кэтрин вспыхивает, злится, сердится – для нее это важно, а он даже не желает обернуться. Еще и смеяться будет почти наверняка.

Сомнения гложут, но невольно все же ускоряется, звонко цокая каблуками по ровному асфальту. Кажется, он даже замедлил шаг? Она тянет руку, чтобы поймать его за ладонь, и лишь ощутив родное тепло, замирает, вынуждая остановиться.

– Постой, – говорить приходится громко. Шум ветра не располагает к интимным беседам.

Ловит на себе его взгляд и вновь чувствует себя неловко: ее просьба – нелепица и пустяк, не достойная того, чтобы упоминать о ней вслух. Йен высмеет эту глупость, как и многие другие в детстве, – уверена Кэтрин, но не опускает глаз.

Она отпускает его руку, складывает ладони вместе под грудью. Мимо проходит кто-то – должно быть, другой пассажир, не успевший улететь более ранним рейсом. Кэтрин ждет, пока человек уйдет достаточно далеко – ей будет слишком стыдно, если будут лишние свидетели.

И пока никто другой не нагнал их, стягивает кольцо с левой руки, протягивает его брату на раскрытой ладони.

– Пожалуйста, забери это, – просит. Она хотела бы избавиться от этого кольца, от лжи, от слухов, что ходят в школе. Она запуталась и не знает, чего хочет, но остро чувствует, что это вранье – совсем не то. Быть может, изменить что-то в себе, вернуться к настоящей Кэтрин Айронс, которую знал с самого детства Йен? Быть может, это именно то, что принесло бы покой сердцу.

Но она не может сделать этого сама: неподъемна толща обмана, сотканная за четыре года. Непреодолима пропасть между маленькой девочкой, для которой Йен – брат-близнец, и взрослой девочкой, которая сама не знает, кто же для нее этот синеглазый демон. Она не может сама поставить крест на прошлом, но лгать самой себе – еще невыносимее, и в глазах ее читается мольба: "Помоги мне".

Но ждет, как обычно, насмешки.[ava]http://savepic.net/7924348.png[/ava][NIC]Catherine Anderson[/NIC][STA]depend on you[/STA]

0

77

Вскидывает руку в повелительном зовущем жесте. Её следует поторопиться, он не хочет опаздывать на самолет. Белая массивная птица не электричка до ближайшего пригорода, задержать её не получится за все деньги мира. Не обращает внимания и на оклик, нельзя останавливаться — ветер на взлетной полосе сильный, а эта глупая в одном тонком плаще. И пытается ещё поговорить. О чем? Чувствует — Кэтрин всё ещё застряла на одном месте и оборачивается немного раздраженный. Поговорить можно в теплом нутре самолета, а не торчать на порывистом ветре.

Кольцо вызывает удивление. То есть, не оно, а сам факт, что Андерсон добровольно протягивает его, отдавая. Сама купила, сама надела, сама отдает. Вздорная девчонка. Йен прищуривается. Кажется, что виной тому ветер, бьющий в глаза, растрепывающий волосы. Лишь на мгновение ветер позволяет увидеть раздражение в обычно холодном взгляде Йена.

— Мне оно не подойдет, — и вопреки словам подцепляет легкий кружок металла с ладони Кэтрин. Верным было бы швырнуть на счастье кому-то, кто найдет среди плит взлетной полосы, но Йен немного задумчиво примеряет его на мизинец. После хмыкает и разворачивается, спеша к самолету. Он продрог.

Злость  скорее как привычка, чем взаправду. Понять Андерсон в некоторых вещах невозможно, даже зная её всю свою жизнь. Йену порой кажется, что он слишком многое знает и столь же многое уходит от его понимания. И раздражает именно это, и наверно немного тот факт, что кольцо было символом принадлежности.

И всё же, кольцо для него первый шаг. Поэтому он улыбается, когда идет к трапу и поднимается по нему, показывая билеты стюарту, а после кивает едва заметно за спину — там Кэтти, чей билет тоже у него. Йен думает, что было бы неплохо подарить что-то взамен. Что-то, что действительно будет правдой.

Йен падает в кресло первого класса, оставляя место у окна. И наблюдает, ожидая, когда Кэтрин сядет рядом, контролирует, чтобы она застегнула ремень и только после этого щелкает своим. Взлет.

— Купим что-нибудь взамен, — добавляет тихо. Йен действительно не хочет, чтобы слухи прекращались. Не сейчас, пока у него есть время наслаждаться общением с ней. Кэтри и не подозревает, что кольцо на её пальце было страховкой и для него. Он мог выбирать, не барахтаясь среди настойчивого внимания. Кто-то может сказать, что Айронс безразличен, но староста литературного кружка многое замечал.

— Не хочу, — отзывается Кэтрин, отворачиваясь к иллюминатору. Яркие прожекторы, освещающие взлетную полосу, не дают разглядеть отражение, но ее ладонь ищет руку Йена — совсем как в детстве. Находит — и сцепляет пальцы в замок, не отпуская.

— Жаль,  — Йен откидывается назад, закрывая глаза. Полтора часа достаточно для сна.
[NIC]Ian Irons[/NIC] [STA]pricked[/STA][AVA]http://savepic.ru/8891557.png[/AVA]

+1

78


Запредельно близко
28 марта 2015 года


Сон сморил Кэтрин в дороге: Йен разбудил ее уже в Лондоне, и стоило им выйти на полосу, как мелкая изморось покрыла их лица и одежду каплями дождя. Впрочем, даже прохладная влага на лице не освежила уставшую за день мисс Андерсон – в фойе аэропорта их уже ждали, укутали в более теплую одежду и укрыли зонтами, а дальше Кэтрин снова ничего не помнила: вероятно, их посадили в машину и довезли до особняка.

Отдыха, однако, такой сон не приносил. Каждый раз тревожно распахивая глаза, она чувствовала плечо Йена, его спокойное дыхание, тихое урчание мотора... и снова засыпала, убаюканная теплом, чтобы вскоре вновь проснуться.

В дом Айронсов они прибыли еще до рассвета. Кэтрин настолько устала с дороги, что даже не обратила внимание на почти привычное "мисс Айронс" – люди Офелии по-прежнему считали ее младшей хозяйкой дома, хотя ее саму это чаще злило. Как она смыла макияж и переоделась в ночную сорочку, Кэтрин уже не помнила – возможно, кто-то даже помогал ей в этом.

Проснулась же скорее по привычке, нежели действительно отдохнув. На рефлексах – принятый душ, подчеркнутые карандашом глаза и причесанные волосы. Дойдя уже до гардеробной, дверь в которую находилась прямо в спальне, вдруг осознала, что находится не в общежитии, и движется по тем канонам, что заложены были еще в детстве – и со злости на саму себя оборвала все привычные правила. Накинув обратно сорочку и спрятав плечи под ласковой тканью пеньюара, вышла из комнаты – там, конечно же, уже ждала экономка.

Джейн Аддерли, старая ее кормилица и няня, сообщила ей, что Офелия не только последнюю неделю находится на Карибах по делам какой-то чрезвычайной важности, но и ближайшую неделю приезжать не планировала. Это не было похоже на нее: с тех пор как они поступили в Школу Святого Леонарда, Офелия всегда откладывала все дела, чтобы пообщаться с детьми – ради Йена, конечно же, ведь он ее родной сын.

Первой мыслью все же было "Слава Богу" – ведь Кэтрин еще сама не определилась, как ей относиться к приемной матери и что дальше делать. Первый неловкий шаг навстречу, что сделала она неделю назад, принес свои плоды – но не покой душе.

– Спасибо, миссис Аддерли. Я сама разбужу Йена, – пообещала Кэтрин.

А затем уже закипела злость. Все складывалось в единую картинку: неожиданное приглашение домой, о котором Офелия забыла упомянуть в письме; пристальный интерес Йена к ее свиданиям на выходные и настойчивость, с которой он вел ее сюда. Одного не могла понять она: зачем это все? Неужели не было более простого способа помириться, чем протащить девушку через всю страну?

Но одного взгляда на его умиротворенное лицо хватило, чтобы погасить весь гнев. Вопросы остались – но не было никакого желания будить его, трясти, требовать ответов или еще как-либо нарушать его покой.

Рядом с его просторной, пахнущей свежестью постелью – мягкий пуф. Кэтрин опускается на него, облокачивается локтями на кровать, смотрит на Йена и ловит себя на мысли: он все-таки слишком красив. Осторожно касается светлых волос – на короткие мгновения, тут же убирая руку, боясь потревожить его сон.

Смотрит чуть в сторону – и тут же отводит взгляд почти смущенно: даже теперь, пусть и рефлекторно, замечать, что Йен – взрослый мужчина – отчего-то неловко. Неуютно становится и от своего одеяния: тончайшая шелковая сорочка и полупрозрачный пеньюар кажутся неуместными в спальне брата, и Кэтрин убирает локти с кровати – с тем, чтобы подняться и уйти переодеваться, но именно в этот момент ресницы Йена дрогнули: проснулся.

– С добрым утром, – бормочет Кэтрин, все еще ощущая неловкость и не успев даже встать с пуфа. Чтобы спрятать собственное смущение, столь несвойственное девушке с ее опытом, переходит в атаку, упрекая: – Офелии нет. И она не собиралась приезжать.[ava]http://savepic.net/7908986.jpg[/ava][NIC]Catherine Anderson[/NIC][STA]depend on you[/STA]

0

79

Привычная дорога была утомляющей, Йен успел лишь заметить — их приезду были рады. Кэтрин выглядела совсем вымотанной, он не решился её беспокоить и отправил сразу же спать. Сам же, приняв душ, побеседовал с потревоженными среди ночи пожилыми людьми. Называть их прислугой у него язык не поворачивался, они вырастили его как собственного внука. Отсутствие матери его совсем не удивило. Нечто подобное он предполагал, хотя и надеялся в этот короткий отдых увидеться с ней, скучал.

Вещи не стал разбирать, достал лишь ноутбук, положив на стол, а остальное бросил на кресло, не обращая внимания на выпавшие документы и айфон Кэтрин. Подумалось, что надо было вернуть её вещь, но было совсем не до этого. Прибраться можно было и днём.

Проснулся от чужого взгляда. К чужому присутствию привыкаешь за годы жизни в общежитии, но взгляды парней из одной комнаты кардинально отличались от того, что Йен чувствовал сейчас. Беглый взгляд из под ресниц успокоил, в комнате был не чужак, а Кэтрин. В весьма необычном наряде для обычно элегантной себя. Хотя Айронс не мог не признать чистоту образа, представленного этим ранним утром.

— Что?.. — Пробормотал ещё сонным, зевая и переворачиваясь вместе с одеялом. Поймал руку Андерсон и потянул на себя, заставляя девушку заползти на постель, — Не шуми по утрам.

Обняв одной рукой сестру, другой он подтянул подушку себе ближе под голову. Было уютно и привычно. Йен вовсе не стремился просыпаться так рано, а после ещё и что-то выслушивать. Как и объясняться. Пусть сами разбираются между собой.

— Позвони ей сама и выскажи всё, — Айронса категорически не устраивало вторжение в его комнату этим утром. Он хотел спать, зачем портить такие прекрасные мгновения дома вместо привычного и успевшего приесться общежития.

Айронс наслаждался контрастом между прохладой утра и теплым одеялом. В его комнате ничего не изменилось, да и что могло бы, если он всё время был в школе, а мать уважала его стремление к личному пространству.

— У тебя это отлично получается, — совсем тихое бормотание в подушку. У Кэтрин правда выходило устраивать разборки на пустом месте.
[NIC]Ian Irons[/NIC] [STA]pricked[/STA][AVA]http://savepic.ru/8891557.png[/AVA]

+1

80

– Йен! – Почти взвизгнула, а напускному гневу на смену пришло веселье. Кэтрин еще хмурилась несколько секунд – скорее для проформы, нежели действительно сердясь на сонного и ласкового брата. Она не противилась, когда он потянул ее к себе, и тихонько фыркнула, когда тяжелая его рука накрыла ее плечо.

– Это ты меня сюда привез, а не она, – попыталась она вернуться к теме, но укоризны в голосе не получилось. Прижатая к его одеялу, Кэтрин все же была вынуждена признать, что поездка эта пока не так уж и плоха. По крайней мере, они помирились, а момента, подобного этому, в общежитии было не пережить: хотя бы по той причине, что очаровательная и воспитанная мисс Андерсон не заявится ранним утром в мужское общежитие.

Повела плечами, пытаясь столкнуть руку брата пониже, а сама – перелечь чуть ближе. Он теплый, приятно пахнущий – он его взлохмаченных волос все еще тянет морем и свежестью, а одеяло между ними делает это объятие целомудренным и совсем не пошлым, несмотря на все естественные реакции молодых организмов.

Она, пожалуй, уже и не помнила, когда последний раз они были так близко, так тесно – и в то же время так невинно. Когда она не искала в этих объятиях защиты или поддержки, но просто наслаждалась яркой вспышкой мимолетного счастья.

Разговор про Офелию может подождать.

– Ты меня раздавишь, – пробубнила она, прежде чем дунуть ему в затылок. Серебристые пряди перепутались, послушно вертясь в кратком потоке воздуха, а Кэтрин уже не могла спрятать улыбку. Пусть обернется, чтобы отомстить безобразнице за ее маленькую шалость, и чтобы она увидела его улыбку и те самые ямочки на щеках, о которых знает так мало людей. Спать она ему уже так просто не даст.[ava]http://savepic.net/7908986.jpg[/ava][NIC]Catherine Anderson[/NIC][STA]depend on you[/STA]

0


Вы здесь » Code Geass » Альтернативы » Sexuality