По любым вопросам обращаться

к Nunnaly vi Britannia

(vk, Uso#2531)


Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » События игры » Turn III. Turning point » 05.10.17. Атлантический Вал


05.10.17. Атлантический Вал

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

1. Дата: 05.10.2017.
2. Время старта: 10:30 AM.
3. Время окончания: 12:00 AM.
4. Погода: +14 градусов по Цельсию, пасмурно.
5. Персонажи: Конрад Штерн, Хильда Курцман, Ральф Виттман | Генерал Мантейфель (НПС), Капитан Воллен (НПС).
6. Место действия: Линия укреплений Атлантического Вала, неподалёку от города Вильгельмсхафен.
7. Игровая ситуация: Генерал-майор Конрад Штерн осматривает береговую линию обороны Германии, названную Атлантическим Валом. Укрепления тянутся на запад, образуя бетонный щит ЕС, защищая побережье Нидерландов и Франции. Командира VI Бронетанковой Дивизии сопровождает майор Хильда Курцман, которой Штерн собирается поручить оборону Атлантического Вала. Вернувшийся с ближневосточных линий фронта Ральф Виттман по приказу генерал-майора Штерна прибывает в Вильгельмсхафен вместе со своим командиром, генералом Мантейфелем. От туда на штабном афтомобиле они добираются до линии укреплений, где их встречает Штерн. В тени трёх 380мм орудий, офицеры будут говорить о переменах на фронте и дальнейших планах обороны Германии.
8. Текущая очередность: Ральф Виттман, Конрад Штерн, Хильда Курцман.

0

2

Ранее. БФ.
После памятного боя, когда Ральф фактически командовал всей дивизией, он достаточно долго сидел у медиков, ибо уйдя в берсеркера выдернул раскалённый ствол пулемёта и метнул его в противника. Надо сказать шаг более чем неосмотрительный. В итоге, когда подполковник нашлась, он мало походил на бравого офицера бундесвера. Хотя, надо признать появление выключило у него аппатию, хоть и не стёрло новой седины. Как оказалось, прожгло чуть не до костей, но не смертельно, хотя в ближайшее время о манипуляциях стоит забыть. Заживление шло долго и мучительно, усугубляло ситуацию то, что руки были как куски камня, и после нескольких сеансов кормления с ложечки, он таки вывернулся, выпросив полкового умельца приделать "захваты", так что некоторые проблемы были решены. К моменту поступления приказа о свёртывании даже сняли гипс, и обходились бинтами. Конечно, Ральф, да и остальной "полковничий консилиум" были недовольны, но орднунг есть орднунг. Приказы выполняются. Напоследок, перед самым отправлением, дворф связался с красноплечими, которые здорово помогли в Басре. Разговор был в ключе "простите, мы бы тут до победного, но у нас приказ. торопиться особо не будем, так что если что, прикрывать будем до конца". К неудовольствию "Панцер серафима", он и Мантейфель уходили первыми. Виттманну было немного жаль уходить, но учитывая абсолютную позционность, этот фронт превращался в форменное болото, да и после суммарных потерь в полнокровный полк, нужно было доукомплектовать дивизию, особенно это каслос ванзеров, которых осталось мало, а трофейной техники явно не хватало, а временное объединение укреплений с Красноплечими было лишь временной мерой "заплаток дыр" на скорую  руку, ибо батальон не прикрывал понесённых потерь. В прочем хоть Хельга смогла немного посоревноваться с Викторией. Ничего серьёзного, хотя... Кажется в процессе они чуть не укокошили свои мехи...

Ныне.
- Не знаю, последние годы я перестал понимать командование. Туда-сюда, туда-сюда. Прям как девки гулящие! - буркнул Ральф, скрестив на груди руки. Что примечательно, на руках были глухие перчатки из-под которых торчал кончик бинта. Руки уже зажили, но всё-же ощущения и неудобства оставались, так что мечта вновь сесть за рычаги исполнится полноценно ещё не сегодня.
- Спокойнее, Ральф, я знаю, что ты не любишь подобное, но порой оно нужно. Ты ведь понимаешь. - Мантейфель как всегда был в образе милого дедушки, за что и поймал прозвище "Дедушка Мантейфель", что вкупе с возрастом за 50 было чуть более чем полностью близко к истине.
- Понимаю - буркнул Ральф, его последнее время немного напрягало, что он вынужден прыгать выше головы и выполнять не только свои обязанности. - Но ты же знаешь, я не стратег, даже Хельга лучше заменит вас, чем я. да мало ли. Руди, Маус, они и то лучше будут смотреться чем я, но кто-то пихает именно меня! Я солдат до мозга костей, я решения принимаю лишь прогнозируя ближайшие секунд десять! - полковник как всегда бурчал, и был недоволен, да и принятый шнапс давал о себе знать. - И чёрт возьми, я хочу узнать что с Дольфом!
- Ральф. - мягкий голос "Дедушки" ударил как молот, хотя интонация была скорее тёплой - Я тебя прекрасно понимаю, и знаю, что ты бы переколотил половину шестой дивизии, если бы не обожжённые руки. Я тоже не знаю, что с твоим братом, может командир прояснит ситуацию - Мантейфель по отечески улыбнулся, и отвернулся к окну, глядя как они едут мимо величественных укреплений, монументальных орудийных башен, массивных бункеров. Но всё это великолепие морально устарело ещё после появления Глазго. Хотя поддержать оборону конечно могло помочь, да и десантные корабли потреплет. Если у британцев не хватит мозгов обработать берег ракетами.
- Я надеюсь. За последний месяц я влил в себя шнапса столько, сколько не влил с с момента рождения дочери - успел сказать до остановки автомобиля. Машина мягко притормозила и водитель открыл дверь перед генералом, Ральф же обошёлся своими силами, правда раза с третьего. Завидев Штерна, он вытянулся, и отдал честь.
- Генерал-майор! - дворф был лаконичен, ибо Штерн вызвал, и собственно Штерн должен пояснить зачем.

+4

3

Атлантический Вал. Бетонные бункеры с тяжёлыми орудиями береговой обороны, лабиринты траншей и укреплённые огневые позиции - северная граница Германии ощетинилась трёхсот миллиметровыми стволами пушек, а бетонные громадины бункеров стояли, как мрачное напоминание о решимости германской армии стоять на этом рубеже до конца. Эшелоны пехотной дивизии Хеннинга фон Трескова тянулись к укреплениям. Колонны пехоты, которой предстояло занять береговую линию обороны, проходили мимо штабного автомобиля, из которого вышли генерал Мантейфель и полковник Виттман. О манёврах пехотной дивизии командование седьмой бронетанковой узнало только на месте, но для них не было секретом, что вся германская армия пришла в движение. Верный соратник генерал-майора Штерна, Хеннинг фон Тресков перебрасывал своих людей к Атлантическому Валу, танки фон Хасселя заняли позицию на границе с Францией. Полки Остера и Ольбрихта тоже перебрасывали на север, для поддержки береговой линии обороны и контрудара танковыми клиньями в случае её прорыва. Приказов для седьмой дивизии не поступало, в отличие от пехоты генерала Гота и шестой бронетанковой, которые немедленно начали действовать согласно плану операции "Валькирия". Седьмая панцердивизия не двинулась с места. И человек, ответственный за бездействие одной из самых боеспособных и доблестных дивизий Германии сейчас неспеша прохаживался по бастионам Атлантического Вала. Конрад Штерн. Для кого-то герой, для кого-то предатель. Он был окружён штурмовиками шестой дивизии, среди которых Ральф Виттман безошибочно узнал капитана Воллена, бойцы которого поддержали союзников в Басре, несмотря на приказ Штерна не покидать позиций. По правую руку от него была женщина, имя которой тоже было наверняка известно офицерам седьмой. Хильда Курцман. Конрад о чём-то беседовал с бойцами фон Хасселя, когда ему доложили о прибытии командования седьмой панцердивизии.
-...я уверен, мы сможем перебросить необходимые пятьдесят тысяч солдат втечение месяца, - говорил генерал-майор, направляясь в сторону прибывших "гостей", - пока нашей основной задачей является удержание Атлантического Вала в случае высадки на побережье.
- Герр генерал, - заметил Карл Райнер Воллен, - для того, чтобы удержать береговую линию обороны на Западе нам потребуется триста тысяч бойцов. При условии, что правительство Франции даст разрешение на ввод германских солдат на свою территорию.
- Сейчас меня больше беспокоит оборона Германии. Капитан Воллен, проследите за тем, чтобы трёхсот миллиметровые орудия были приведены в полную боевую готовность.
- Так точно, герр генерал, - капитан козырнул и побежал в сторону укреплений, вместе с ним и пехотинцы фон Хасселя. Генерал-майор Штерн встретил командующих седьмой дивизией, сопровождаемый только Ледяной Королевой. Штурмовики остановились на почтительном расстоянии от своего командира.
- Guten tag, герр генерал, - произнёс Конрад, приветствую Мантейфеля, - увы, дела не позволили мне говорить с вами в штабе, но я не сомневаюсь, Вы найдёте Атлантический Вал достойным потраченого на дорогу времени. Полковник Виттман, я наслышан о вашем героизме в боях за Басру от капитана Воллена. Для меня честь встретиться с вами лично, можете обойтись без воинского приветствия, сейчас это неуместно, - Штерн вздохнул и протянул Ральфу конверт, который бывалый вояка узнал без труда. Именно его он боялся увидеть, вспоминая о брате, - сожалею о вашей утрате и о том, что не имел возможности сообщить раньше. Операция на Ближнем Востоке держалась в секрете до сего дня. Что-ж, я полагаю, вы хотите узнать почему германская армия была отозвана с ближневосточных линий фронта. Пройдёмся, - рука в чёрной кожаной перчатке указала в сторону укреплений и командир легендарной дивизии призрак направился в сторону бастионов, на которых кипела работа. Бойцы приводили в боевую готовность тяжёлые орудия и пулемётные гнёзда. Подтаскивали мешки с песком, ящики с боеприпасами. Пехотинцы фон Хасселя своё дело знали.
- Эта кампания безнадёжно проиграна, - мрачно признался генерал-майор Штерн, - я не вижу смысла закапывать в песок германских солдат и офицеров в то время как они могут понадобиться мне для обороны Берлина. Что-ж, планы генерала Боты о создании объединённой армии Евросоюза перечеркнули всё, чего германская армия добилась за время войны с Британией. Вам ведь не хуже меня известно, что самым ценным ресурсом, которым располагает Германия являются профессиональные кадровые офицеры и солдаты, готовые сражаться до последнего патрона, а не бросать позиции, как трусливые африканеры. И вот я позволил себе задаться вопросом, - Штерн остановился в тени бункера, достал портсигар и предложил офицерам сигареты, - почему германскую армию хотят уничтожить изнутри те, кто называет себя нашими союзниками, почему вместо того, чтобы сражаться на Ближнем Востоке, я был отозван в Париж, чтобы участвовать в политическом фарсе...
Полковника Виттмана, казалось, совершенно не интересовала не то, что политика - даже мрачные перспективы армии ЕС в грядущей войне отошли на второй план. Офицер держался, как мог, но было видно, что роковой конверт выбил из него что-то, что Хильда Курцман наверняка презрительно назвала бы "душой". Сигарету, которую ему передал Мантейфель, полковник выкурил едва ли не в одну затяжку.
- Быть может, сейчас не самое лучшее время говорить о политике, - вздохнул Штерн, - но мы и так медлили слишком долго. Майор Курцман, проводите полковника Виттмана в бастион, мне кажется, ему нужно побыть одному. Позвольте показать вам укрепления, герр генерал и замучить вас разговорами о войне и политике.
Штерн поднялся по бетонным ступеням наверх, с укреплений открывался живописный вид на побережье, где солдаты фон Хасселя устанавливали ежи и протягивали колючую проволоку. Атлантический Вал готовился к высадке британского десанта, которая рано или поздно начнётся. Если не положить конец войне, и именно об этом командир шестой панцердивизии собирался поговорить с генералом Мантейфелем, чья безупречная репутация германского офицера была известна всем в армии.
- Скажите мне, герр генерал, - после продолжительной тишины произнёс Конрад Штерн, - если я скажу вам, что могу закончить эту войну раз и навсегда, примирив уставших от этой бессмысленной бойни людей, вы пошли бы за мной?

Отредактировано Konrad Curse (2014-02-05 01:37:37)

+2

4

Генерал Ирфин Мантейфель.
http://cs617319.vk.me/v617319479/2481/nPGarlPUvks.jpg

Дедушка Мантейфель не ждал ничего хорошего уже давно, а сегодня нехорошести посыпались именно с появления конверта в руках Штерна. Любой знавший Ральфа сразу бы сказал, что это минимум подкосит полковника. Но минимальные результаты явно были запланированы не на сегодня. Судя по виду Виттманна врядли тот оправится от этого шока, разве что с головой уйдёт в войну. не переставая крушить и убивать, просто чтобы забыться. Причём отключился от реальности дворф уже когда ему протянули конверт. Проводив полковника взглядом, Ирвин вздохнул, медленно вытягивая никотин из сигареты.
- Эх, давно уже толком не курил... Зря вы так резко, лучшего танкиста угробили. Ну да ладно, ещё неделя неизвестности и он бы на людей кидался - Мантейфель выдохнул с силой дым в небо, раздумывая над словами Штерна.
- Ганнибал не один грезил о единой армии. Но мою версию командование замяло. Многим не понравилось, что я строил её вокруг бундесвера. Думаю хорошо, что никто не слышал больше чем о самой концепции, иначе меня бы самое мягкое отстранили от службы - Генерал усмехнулся, ивыпустил в небо ещё облачко дыма, но на этот раз направив струю лишь губами. Последняя фраза насторожила старого генерала, и он несколько секунд раздумывал над ответом.
- Во имя фатерланда я готов хоть вплавь добираться до Пендрагона и штурмовать его. Если это действительно поможет. Но я достаточно пожил, чтобы не хвататься ха кота в мешке. И предупреждаю, мне не понравилась формулировка. Но я готов вас выслушать

+1

5

Конрад Штерн разделял идеи генерала Мантейфеля о том, что армия ЕС должна объединиться вокруг бундесвера, перенимая бесценный опыт, который войска Германии получили в боях с британской военной машиной. К сожалению, у командира седьмой бронетанковой так и не получилось воплотить в реальность свои теории. В отличие от бородатого африканера, решившего развалить германскую армию изнутри, сделав её частью "объединённых вооружённых сил ЕС". Поэтому, на слова старого офицера о реорганизации, командир дивизии призрак ответил молчаливым кивком. А затем, закурил сигарету. Они молча курили на бастионе бетонного монстра, трёхсотмиллиметровые орудия которого угрожающе скалились на открытое море и далёкие берега Туманного Альбиона.
- Кровь его брата не на руках британцев, - поморщился Штерн, затушив окурок, - я не хочу, чтобы Ральф Виттман знал об этом, но доверю информацию вам. Горстка бессовестных солдат и офицеров обратила оружие против ветеранов шестой дивизии, во время прорыва к ближневосточным линиям фронта. Среди них был и Виттман-младший. Я не собираюсь предавать огласке эту историю и марать репутацию полковника. Иронично, но британцы не стали атаковать нас, пока мы палили друг в друга, а после этого принц Шнайзель сделал мне предложение, от которого мне не позволила отказаться честь германского офицера. И прежде чем вы схватились за пистолет, я бы хотел чтобы Вы выслушали его. А затем, - Штерн с умешкой чиркнул спичкой о коробок, закурив вторую сигарету, - уже решите предатель я или нет, герр генерал.
Удивлению Мантейфеля не было предела, что выразилось в истончабщейчя струйке дыма от сигареты и поднятым бровям, да и в глазах читалось немалое удивление. Дешушка прокашляля, и затянулся посильнее.
- Кхм... по хорошему я должен бы сдать тебя контрразведке, пусть она разбирается. Но зная вашу репутацию, я выслушаю вас, хотя в честность этого женоподобного я не верю. В прочем и в предательство Дольфа тоже с трудом. И да, пусть Ральф думает, что Дольф погиб от рук бритов, иначе он голыми руками будет танки вскрывать, чтобы добраться до тех, кто причастен. Вы ведь слышали как он в Басре разошёлся. А там он думал что потерял свою протеже. Что он будет делать сейчас... Боюсь представить. - Генерал вздохнул, и выкинул уже кончившуюся сигарету, лишь на секунду глянув на огарок, что остался от неё. - Так что вам предложили, и как вы хотите обставить, с пользой для фатерланда? - испытующий вгляд старичка упёрся в лицо Конрада, ожидая ответа.
- Предательство, - горько произнёс Штерн, - к чему это, герр генерал? Он просто сделал свой выбор и заплатил за него цену, как и должен был германский солдат. Я действительно не хотел бы говорить об этом полковнику, но это может навредить моим планам, генерал Мантейфель. Ведь мне было бы куда проще придумать красивую сказку, о том как Дольф Виттман погиб сражаясь с лучшими бойцами Корнелии ли Британия. Но я предпочитаю правду, какой бы дрянной она ни была. Майор Курцман расскажет Виттману о том, что случилось той ночью. О том, как германские солдаты шестой дивизии и пехотинцы генерала Гота сделали свой выбор и кровью заплатили за свою верность Германии, а не этой шлюхе, что называет себя Европейским Союзом. Итак, герр генерал... Вы хотите услышать о том, какие перспективы для Германии я намереваюсь воплотить в жизнь?
- Я вам допустим, верю, но Ральф не поверит. Он его носил с младенчества, учил орднунгу... Я даже опасаюсь за вашего офицера. Надо было наказать ему оставить табельное и не очень в машине. И пистолет не столь страшен в его руках. Будем надеяться, что он не поверит. В прочем не думаю что в ближайшие часы он вообще сможет хоть что-то адекватно воспринимать. - Манейфель как всегда больше заботился о людях, чем о планах, сказывался возраст, да и боевой опыт, ибо порой душевное равновесие и уверенность давали немалый профит в боевой обстановке.
- Кое в чём вы правы, ЕС какое оно есть напоминает квартал красных фонарей, только вот девочки тянут клиента в стороны, грозя порвать, а должны завлекать - Усмехнулся генерал - вещай, предвесник бури! - снова слегка усмехнулся Ирвин. но по глазам было видно, что он сейчас серьёзен до предела.
- В наши тревожные дни тяжело верить даже старым друзьям. В прочем, я не беспокоюсь за майора Курцман.
На этом можно было ставить точку. Ведь Штерн практически не лгал старому генералу. Горькая ирония заключалась в том, что командир шестой панцердивизии просто умолчал о некоторых фактах, знать о которых не следует никому, кроме его гвардии. Кроме тех солдат и офицеров, которые точно пойдут до конца. В конце концов, невозможно изменить мир, не замарав свои руки в крови и дерьме. Штерну было достаточно того, что Мантейфель готов его выслушать.
- Британия предложила мне взять ситуацию в ЕС под контроль германской армии, герр генерал, - произнёс командир дивизии призрак, - они готовы отказаться от идеи завоевания Германии, если мы объединим ЕС и избавимся от наполеоновского режима. Британская техника и оружие усилят бундесвер, британские инвестиции поднимут промышленность. Ведь победа - это достаточно растяжимое понятие, герр генерал. Война, что грозит нам унизительным поражением, может завершиться примирением народов Германии и Британии, нужно только избавиться от продажного правительства. Я говорю о военном перевороте и мне нужна седьмая бронетанковая дивизия и нужны Вы, герр генерал. Прошу вас, доверьтесь мне, ибо я не безумец. Я лишь использовал свою репутацию, чтобы договорится с Шнайзелем о выгодных для Германии условиях. И если он нарушит своё слово, что-ж, Британии придётся заплатить по сто тысяч трупов за каждую милю германской земли, как при Пашендале. Шнайзель не хуже меня понимает, что Британия не может позволить себе этого - слишком велика территория, слишком неспокойно на границах империи. Что скажете, герр генерал, вы готовы вместе со мной взять ситуацию под контроль армии и остановить гибель ЕС, пока ещё не поздно?

+2

6

На этот раз Ирвин думал долго, даже вытащил свой портсигар и машинальным движением выкинул оттуда сигарету, закурил, и даже дожёг её до половины.
- Не безумец, но действовать надо аккуратно, очень аккуратно. Не скрою, меня настораживает, что вы связались с Британией. Но если это можно поставить на службу фатерланду, я согласен. - Мантейфель опять замолчал, и докурил сигарету - Знаете, а ведь на присяге я почти зажевал ту часть о преданости ес, но вопил как резаный на части преданности народу и отчизне. - своеобразно намекнул генерал, о своей изначальной позиции - в прочем у меня есть немало друзей среди союзных стран, не хотелось бы, чтобы они попали под раздачу. А они зачастую могут воспротивиться нам. - Тяжёлы вздох и небольшая пауза - Я боюсь долгосрочных перспектив. Британия может просто медленно но верно сделать из нас такой-же сектор, как и прочие, просто не сразу. Если ты уверен, что сможешь сдержать эти самые долгосрочные перспективы, то никто из моей дивизии не усомниться в правильности твоего пути. Хотя ворчать, конечно будут, этого не избежать.
- Дело в том, что я не говорю о полном вступлении в Британию, - объяснил Штерн, - скорее о военном и политическом Альянсе. В их внутреннюю и внешнюю политику я соваться не собираюсь. А если они попытаются принудить, что-ж, пусть вспомнят Пашендаль.
- Даже альянс грозит медленным но верным разложением умов. Был у меня один друг из разведки, он поведал, почему старые сектора мало бушуют, им просто стёрли самоидентичность, медленно но верно, я боюсь именно этого. Пашендаль конечно хорошо, но объединять старую, и не очень добрую Европу надо. Причём более желательна дипломатия. Многие воспротивятся близости британцев. Что делать будем? - Ирвин вспоминал своих старых друзей по генералитету, большинство из которых были разбросаны по европе как дробь из ружья, выстрелившего в небо.
- Я буду стараться убедить каждого, кто готов слушать, герр генерал. Я хочу положить конец войне и объединить Европу, а не утопить её в крови.
- Очень на это надеюсь. И ещё, вы меня посвятите в подробности? не хотелось бы узнавать всё в последний момент, можно даже уйти с чистого воздуха для этого.
- Так точно, герр генерал, - отозвался Штерн, - вы получите полную копию "Валькирии" и право внести в неё свои добавления. Я бы хотел обсудить с вами детали после того, как вы ознакомитесь с планом.
- Пожалуй самое время. Куда следует пройти? - Спросил Мантейфель, понимая, что такие документы должны передаваться только из рук в руки без посредничества курьера и тем более нельзя доверять средствам связи.

+2

7

Штерн отказал себе в желании закурить вместе с генералом. Это был тяжёлый разговор и он требовал от Мантейфеля принять тяжёлое решение. Сложив руки за спиной, командир шестой бронетанковой предоставил старому офицеру выкурить сигарету и подумать над его словами. Операция "Walküre" всё ещё оставалась на бумаге, а германские солдаты продолжали зарываться в землю, копая километровые линии траншей. Возводились бетонные укрепления, тяжёлые трёхсот миллиметровые орудия приводились в боевую готовность. Переброска танковых дивизий к границе с Францией была завершена, а полки Остера и Ольбрихта были готовы ударить в спину седьмой парцердивизии, если её командир откажется поддержать заговор против совета пятидесяти и лояльного ему германского правительства. Что-ж, один телефонный звонок из штаба генерал-майора Штерна и танковые клинья продолжат движение в сторону Атлантического Вала, на этот раз, действительно, для укрепления обороны береговых рубежей Германии.
- Не сегодня, герр генерал, - возразил немец, - я не брал документы с собой, это не безопасно. Мы сможем обсудить детали операции в штабе шестой дивизии, в удобное для Вас время. Но предположим, что заговор увенчался успехом, совет пятидесяти и лояльное ему правительство ликвидированы. Если у нас получится установить в ЕС военную диктатуру, кто возглавит совет генералов...
- Разумно. - заметил Мантейфель - Но смею заметить, после возвращения с ближнего востока, времени у меня более чем достаточно - генерал задумался, видимо перебирая разные варанты - Думаете нужна такая централизация? Чем плох чистый совет? Или предполагается что-то вроде символической фигуры председателя?
- Я говорю о челевеке достаточно опытном, чтобы принимать решения, - объяснил Штерн, - даже в тех случаях, когда совет не сможет прийти к соглашению. Он должен пользоваться уважением и иметь репутацию человека чести. Эта честь по праву принадлежить Вам, герр генерал.
Разумеется, Штерн затеял "Валькирию" не для того, чтобы стать диктатором ЕС, на эту роль он не годился и даже Отто Пфицегентакль мог справиться лучше. Командира шестой бронетанковой не интересовала власть, или слава. Он всю жизнь делал то, что должен, то, что считал правильным. Заговор против совета пятидесяти не стал исключением.
- Эм... - было видно, что Ирвин немного... Да нет, что уж там, он мягко говоря офигел от такого внезапного поворота событий
- Кхм... С чего такая щедрость, Штерн? - поинтересовался Дедушка, приводя мысли в порядок. В принципе, он был не против, благо дивизией командовал, корпусом командовал. Много чем командовал, следовательно навыки некоторые имеются, но всё-же управление государством это нечто боьлшее, и он откровенно боялся напортачить, ибо политика дело такое.
- Вас это удивляет, - усмехнулся немец, - ах, неужели Вы думали, что я задумал избавитья от совета пятидесяти ради власти... Нет, я не так зауряден, герр генерал. И я не считаю себя достойным этой чести.
- В Вашей незаурядности я не сомневаюсь, просто удивлён, что выбор внезапно пал на меня. Компетентных офицеров, в том числе высшего состава и генералов хватает. Или, среди участников пока не нашлось иных кандидатур? - Ирвин вопрошюще посмотрел на Конрада. Собственно генерал уже был согласен, хоть и колебался в отношении того, сможет ли справиться  со столь сложной адачей.
- После мясорубки в Намибии... Вы действительно хотите передать власть в ЕС одному из, тех, кто отправил семь германских дивизий умирать в Африку?
Действительно, приказ Штерна о выводе войск из горячих точек заползал, генерал-майор не смог спасти дивизии, которые вели жестокие бои с озверевшими африканерами. Всё, что было в его власти, командир шестой дивизии сделал, но даже "Валькирия" не давала ему полномочий оспаривать решения верховного командования. Пока что...
- Конечно нет. Но речь и не о них. В основном речь о "Партизанах" - пояснил Ирвин, пользуясь совершенно солдатской терминологией, где "Партизаны" - это списанные в запас солдаты и офицеры, как правило, они достаточно преклонного возраста, но бывают и исключения - А та мясорубка... - генерал сплюнул от отвращения - Пустая трата человеческого ресурса, причём бездарная, ибо посылать столь скудный контингент во имя сомнительной цели, да против одной из сильнейших армий союза. Сыны и дочери фатерланда не пальцем деланы, но смысла в этом всё равно было крайне мало. - было похоже, что Мантейфель попросту разворчался, сказывался возраст, хотя старался он по сути говорить. Конрад ответил ему выразительным взглядом холодных серо-голубых глаз. "Больше не кому" - это было понятно без слов. И у командира дивизии призрак сомнений не было, Мантейфель - тот, кто ему нужен. Ударив сведёнными каблуками сапог, начищенных до блеска, Штерн отдал честь старому генералу.
Лёгкая улыбка заиграла на губах сарого генерала, и он ответил тем-же Штерну, приложив руку к голове, но каблуками не щёлкал
- Чтож. полагаю всё уже решено - Ирвин протянул руку для рукопожатия, но в нём уже не было официоза, скорее формальное скрепление напоследок. Штерн ответил и на улыбку и на рукопожатие генерала Мантейфеля.
- Так точно, герр генерал. Добро пожаловать.

+2

8

Из уст Ледяной Королевы вырвался лишь пустой, тихий выдох при виде этого унылого полковника. Она решительно не понимала, зачем ей нужно было няньчиться с этим маленьким, бесполезным кусочком чего-то непонятного, что Ральф сейчас и представлял. Но, всё же, его доверили именно ей, и с этим спорить было глупо.
- И за что мне всё это? – Вырвались мысли у женщины. – Он хоть вообще вменяем?

Вменяемость Ральфа была под большим вопросом, ибо сейчас он напоминал ушибленного светошумовой гранатой, который пытался изображать зрячего и слышащего, правда шатало аго заметно, очень заметно, и оптимизма это не прибавляло, правда падать он явно не собирался, хоть ноги и подкашивались слегка. Соответственно ответить Хильде он не мог просто из принципа, ибо слабо воспринимал окружающую действительность

Ответа не поступило. Собственно, он тут был и не нужен. Всё и так было ясно без лишних.
- Понятно. Значит, вот как дела обстоят.
«Сколько геморроя…»
- Ладно. Надо привести его в чувства. Ведите за мной. – Она махнула двум бравым ребятам, которые слегка поддерживая полковника, повели того за Ледяной, а в этот момент у Хильды уже созревал небольшой план действий. И похоже, ничего хорошего он для Ральфа не предвещал.

Ральф собственно не сопротивлялся, да и даже если бы захотел, сил было немного, точнее по ощущениям их не было вообще, но как показывает практика, в этой тушке силищи хватит на троих в любых условиях. Что собственно было нечаянно продемонстрировано буквально на ближайшей остановке, где он нашарил фляжку с надписью "протирка". Вообще там технический спирт для протирки контактов, но в данном случае это имело мало значения, и он попытался отвернуть крышку. не получилось, в итоге он плюнул на приличия и просто выдрал крышку вместе с горлышком. Звук рвущегося и корёжащегося металла прилагается, ибо фляга была металлическая, ну а следом он практически залпом выдул четверть литра чистого спирта, о чём говорил характерный запах, правда в чувства это его почти не привело, ибо взгляд был всё тот-же потерянный, а движения неосмыленными

Хильда ещё достаточно долго сидела и наблюдала за полковником, перебирая в голове некоторые мысли по поводу его состояния, и как бы так лучше его из него вывести.
«Конечно, есть один способ. Но, глядя на этот маленький мешок, мне что-то не очень-то хочется к нему прибегать. И что же делать?»
Женщина набрала в лёгкие воздуху столько, сколько вообще смогла, и шумно, разом выдохнула.  Всё это время на её лице красовалась не прикрытая озадаченность. С одной стороны перед ней был полковником из другой дивизии. С другой она видела перед собой лишь размазню, от которой становилось только паршиво на душе. И она даже не могла сказать, что хуже – просто размазня или то, что оно ещё является полковником с довольно неплохой репутацией.
- Вот же мелкий выродок. Пристрелить бы тебя, да дело с концом. Я бы так и сделала, если бы не Штерн. Слышишь? Ты ещё живой только потому, что наш генералишка решил оставить тебя в живых. Хотя, сейчас до тебя это не допрёт. – Она даже метнула взгляд в сторону кобуры, а затем помассировала виски. – Тошно даже находиться в одной комнате с такой размазнёй, не то, чтобы даже притрагиваться. Но, похоже, придётся.
Женщина пожала плечами, и ещё с мгновение наблюдала за реакцией Ральфа.

Если бы Хильда понимала. Но как она могла понять как это в 12 лет получить братика, нянчится с ним, а потом драпать в школу, или сбегать в самоволки, когда он заболел, как это, вспоминать о семье, когда по броне стального монстра безостановочно бьют снаряды и пули, каково это бегать как ошпаренный, вдруг узнав, что твой непутёвый братец записался в армию, ведь это была явно не его стезя. Как это стоять перед Мантейфелем, и мужественно держаться, выпрашивая его поддержки, только чтобы Дольф остался в дали от бойни, чтобы выжил. В отличии от Ральфа, Дольф был тем, чего старшему не хватало, примерный семьянин, четверо деток. Ральф же кое-как справлялся с одной единственной дочерью, которая ладно если помнила папу в лицо. Так что Когда Ральф получил похоронку, он действительно потерял часть себя, ту часть, которой ему не хватало.
Слова Хильды он почти не слышал, хотя обрывки фразз всё-же достигали его сознания через всепоглощающий звон, и он слегка волнообразно поднял взгляд на женщину. Нет, это было видно даже в глазах, что он не понял сказанного, но прогресс был на лицо, хоть и не был заслугой Курцман.

- Ну, что же…. – Женщина хлопнула в ладоши слишком громко для такой небольшой комнатки, где они оказались. – Значит, придётся всё же по-плохому.
Майор спокойно встала и подошла ближе, чуть ли не вплотную к полковнику и наклонилась, чтобы взглянуть к нему в глаза. С мгновение она наблюдала за почти бессознательным взглядом человека сидящего прямо перед ней, затем выпрямилась, и резко, со всей силы, влепила тому пощёчину. Да так, что даже сама слегка скривилась от боли в ладони.
- ПРИДИ УЖЕ В СЕБЯ, ЧЁРТОВ МЕЛКИЙ УБЛЮДОК! – Гаркнула во весь голос Ледяная. – Думаешь, я родных не теряла!? Неужели ты всего лишь простой кусок говна, который ничего не стоит, а!?
Затем она слегка отошла, и тихо проговорила в сторону, но так, чтобы тот мог всё слышать.
- Вот же… Уже здоровый мужик, который перевидал многого, а развёл нюни из-за потери родственника.  Если вспомнить, когда то давно я тоже держалась за своего единственного папеньку, и который уже давным-давно откинул копыта. – Хильда кисло усмехнулась. – Но, даже тогда я не вела себя как дерьмо, вроде него. Похоже, он действительно ничего не стоит. И понту было его сюда приводить?
Женщина вздохнула.
«Пристрелить его как собаку… Неплохая идейка. Только придётся отчитываться перед Штерном. Да и пофигу».

не то, чтобы Ральф был размазнёй, даже наоборот, но что поделать, справиться морально он мог не со всем, если бы он видел, если бы он в момент опасностьи мог хотябы попытаться спасти, но он боялся и это случилось. Неизвестно где, неизвестно как. Собственно на пощёчину он отреагировал с запозданием в секунд десять, а в момент удара лишь пошатнулся, но кажется начал всё-же приходить в себя, ибо взгяд стал более осмысленным. К слову, в момент удара он слеповато шаарил в нагрудном кармане, и из-за резкого удара рука чуть дёрнулась, и в сторону полетел небольшой кусок бумаги. Если присмотреться, это была фотография, крохотная фотография, где Ральф, ещё в чине подполковника бвл в окружении двух девушек, даже скорее девочек, ибо разница была около 20 лет, которые отличались лишь цветом волос, одна была чуть светлее, другая чуть темнее, и Дольф, явно с натугой пытающийся приподнять старшего. На обороте можно было с трудом разобрать "Будущий полковник Ральф, сестра Ирма, брат Дольф и дочь Генриетта". Собственно полковник даже не сразу понял, что чего-то не хватает, но соображать уже начал

Хильда не сразу заметила клочок бумаги, выпавший из рук полковника. Она медленно с явной не охотой подошла к Ральфу, подняла фото и цепким взглядом внимательно осмотрела её. Вот только прочитав надпись на обороте, она поняла, что к чему.
- Уверена, если бы сейчас твой дорогой братишка, который сейчас всего на всего вонючий труп, увидел тебя таким, то просто бы рассмеялся в лицо твоему убожеству. Интересно, как ты думаешь, чтобы он сказал? Не думаю, что ему бы это понравилось. Да ладно, я больше чем уверена, окажись на твоём месте, он вряд-ли стал бы разводить столько не нужных соплей, и пошёл дальше к своим, только ему известным, целям. И ради кого? Ради такого говнюка, как ты. – Глаза, который сейчас смотрели на полковника, были совершенно пусты. Таким взглядом обычно смеряют лишь мусор, который вот-вот должны будут вынести. – И что же ты сам на счёт этого думаешь?

...прежде, чем Ральф Виттман успел огрызнуться на дерзкие слова младшей по званию женщины, дверь открылась и через порог переступил уже знакомый полковнику по Басре одноглазый немец. Он вежливо кивнул оберсту и обратился к Хильде.
- Майор Курцман, командир хочет видеть Вас. Я полагаю, состояние полковника Виттмана удовлетворительное и Ваше присутствие здесь больше не требуется. Идёмте.
Уже на улице, Воллен вызвал для Ральфа медика (всё-таки, у бедняги был очевидный шок и ему нужен был специалист) и обратился к Хильде уже менее официозно.
- Можете не говорить, - он усмехнулся, - я всё понял. То, что осталось от полковника Виттмана жалкое зрелище. К слову, генерал Мантейфель с нами, я только что говорил с Штерном. Ах да, вот и он сам, так что расспросите его лично...

Конец Эпизода.

Отредактировано Ральф (2014-03-31 15:20:46)

+1


Вы здесь » Code Geass » События игры » Turn III. Turning point » 05.10.17. Атлантический Вал