По любым вопросам обращаться

к Nunnaly vi Britannia

(vk, Uso#2531)


Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » События игры » Turn I. Awakening » 18.08.17. Ну здравствуй, родная!


18.08.17. Ну здравствуй, родная!

Сообщений 1 страница 20 из 26

1

1. Дата: 18.08.17.
2. Время старта: 20:00.
3. Время окончания: -
4. Погода: холодно, сильный ветер.
5. Персонажи: Alex Cross, Ingrid Blackmane, Alison Ludenberck.
6. Место действия: корабль русского флота "Рюрик".
7. Игровая ситуация: иногда оживают старые демоны. Демоны, запертые в самых тёмных уголках подсознания. И пусть это даже самые светлые воспоминания, проклятые и забытые. Александр Крестовский узнаёт, что его недавняя пленница - бывшая любовница его подопечной, Элисон. Разлучённые войной, девушки потеряли связь и рыжая бестия, вступившая в ряды "Красноплечих" считала Ингрид погибшей в бою...
8. Текущая очередность: Alex Cross, Ingrid Blackmane, Alison Ludenberck.

0

2

Крестовский  не был до конца уверен, чем это кончится, но поступать иначе не считал возможным. Все-таки это было хоть и издевательское и жестокое, но чудо, которое нельзя просто упустить. Это было своего рода суеверие без явных условий, инстинкт, не позволяющий игнорировать подобные вещи... Причем часто выручавший Крестовского там, где от рационального подхода толку было мало. Проблемы у командования  позволили Алексу  оформить Ингрид как приложение к ее "Глостеру" и добычу "Красноплечих", получив некоторую свободу действий. Частично помогла и секретность вокруг "Александра", так что теперь можно было смело заниматься  организацией воссоединения...  Которое, хотелось бы надеяться, не закончится кровопролитием.  В этой жизни никогда не знаешь, чего ждать. Поэтому Крестовский готовился морально к чему угодно, вызывая на крейсер Элисон Луденберк. Если вспомнить, было чудом, что британка не только выжила в батальоне, но и прижилась. Даже японцы - из старого поколения - уже привыкли. (Хотя ходили слухи, что после одной партии в покер они просто должны ей все имущество, начиная с найтмеров и заканчивая последними штанами). C остальными было проще - Рудин, ее ротный командир, был спокоен как его любимые танки, Новикова помнила что и сама была не подарок когда-то, да и   национальные и прочие предрассудки в гробу видала. И так далее... Алекс сам уже относился к ней очень хорошо, не просто ровно-положительно. как ко всем своим подопечным, а действительно с симпатией...

- Рыжая, ты нужна тут срочно. Именно ты и никто другой, разговор не телефонный, так что захватывай вертолет и марш сюда. - Крестовский не сомневался, что если надо, то Элисон так и сделает. А пока он вернулся к Ингрид,

- Готовься. Кое-кто очень хочет увидеть ожившую покойницу. Одна неугомонная рыжая британка. - Алекс, несмотря на мрачные стороны происходящего, даже немного повеселел. Оставалось ждать явления Элис народу.

Отредактировано Alex Cross (2013-09-09 01:42:39)

+1

3

Британка перестала благодарно улыбаться, заметив презрение в глазах медсестры, сменившей пропитавшиеся кровью бинты. Она была японкой, скорее всего, уже слышала от выживших при Вакканае рассказы о жестокости британцев и их коварной атаке. Многие погибли на одиннадцатом бастионе, попав под залп окопавшихся по ту сторону укреплений танков, ещё больше бойцов остались лежать на забрызганном кровью песке среди обугленных останков найтмеров и тел убитых товарищей. Но японцы - гордый народ. На борту крейсера "Рюрик", который во время отступления заняли "красноплечие" было достаточно выходцев из Зоны 11. Все они желали её смерти, Ингрид не питала иллюзий касательно своей участи, попади она в руки одиннадцатых. В лучшем случае, её просто убьют. В худшем... Что-ж, одно из немногих преимуществ изуродованной химическим оружием кожи, это то, что её наврядли станут насиловать. Слишком свежи были в их памяти крики братьев по оружию, горящих заживо в пламени напалма. Но командир батальона "красноплечих" не позволил своим людям учинить над ней жестокую расправу. По слухам, он был психом, одержимым самим сатаной, но теперь британка не знала верить ли им. Она сышала о том, кто "красноплечие" устроили кровавую бойню на границе с Китайской Федерацией, это случилось в тот день, когда их батальон лишился своего командира. Крестовский поведал ей эту историю, после которой Ингрид взглянула на него с другой стороны. Он не был кровожадным мясником. Что бы ни говорили, не был. Александр укрыл пленную британку, на свой страх и риск, теперь она занимала маленькую каюту, смежную с той, в которой расположился сам Крестовский и его офицеры. Меч она спрятала под матрасом, от лишних глаз. Ингрид заметила, что командир "красноплечих" не стал запирать её камеру и не выставил часового по ту сторону железной двери. Или он поверил её слову рыцаря, или был уверен в своей репутации кровопийцы - кому взбредёт в голову наложить руки на его добычу. Её найтмер и она сама, по негласному закону, принадлежали ему, до тех пор, пока этим не заинтересуется разведка. Тогда даже рогатый покровитель Крестовского не убережёт британку от пыток и последующей казни, но его высочество уже наверняка отправил бойцов "мерроу" вернуть своего рыцаря. Может быть, его личный убийца уже где-то рядом и на спине Александра пляшет красная точка лазерного прицела. Или же, ему сообщили что она пала в бою и теперь она обречена. Мрачные мысли о самоубийстве снова посещали её - всё чаще с того момента, как тяжёлая стальная дверь закрылась за спиной Крестовского. Теперь у неё был меч и она могла покончить с собой, бросившись на клинок, или просто перерезав себе горло. Но что-то внутри останавливало её и это была не трусость, смерти Ингрид не боялась давно, с тех пор, как её тело и жизнь изуродовал ядовитый газ. Поэтому, она лежала на жёсткой кровати, обхватив руками подушку и старалась выкинуть из головы мысли о смерти. Если она погибнет в плену, наложив на себя руки, дорога в Валхаллу ей будет заказана. Не такой смерти она искала, а значит, время Ингрид воссесть в чертогах Одина подле своих славных предков ещё не пришло. И вот Крестовский вернулся, когда британка уже решила, что он потерял интерес к своей пленнице. Вернулся и сразу ошеломил её - с порога сообщив новость, от которой девушка едва сохранила самообладание. Слишком жестоко, чтобы быть шуткой. Слишком жестоко, даже для "красноплечего".
- Александр, я... - она подняла голову, когда вошёл командир "красноплечих", но осеклась на полуслове, услышав его. Крестовский был серьёзен, а издеваться над ней не стал бы, честь офицера не позволит ему пасть так низко.
- Что ты имеешь в виду, - глаза девушки расширились, она не верила своим ушам. Ухмылка на губах Крестовского недвусмысленно ответила ей - скоро сама всё увидишь...

+1

4

Рыжей везло, очень везло и на этот раз не исключение, Кросс намеренно оставил Британку на корабле, то ли из-за того, что знал, что девушка может погибнуть, то ли просто из какого-то иного чувства к ней. В любом случае, Луденберг осталась жива в этой бойне и сейчас всячески помогала раненым, пытаясь перевязывать раны или просто разговаривать с ними. Батальон ее принял, особенно после того случая с покером. Девушка умела слушать и помогать словом, успокаивать и иногда даже утешать.

- Рыжая, тебя Кросс вызывает к телефону, быстро! - голос Рудина вновь свалился на нее как гром среди ясного неба.
- Есть сэр! - резко вскочив на ноги напоследок пожелав солдату держаться и не сдаваться, побежала в на пункт связи.
- Элисон слушает. - формальность, формальностью, но мало ли в каком настроение сейчас Кросс, вдруг он зол и маленькая оплошность может стоить ей наряда вне очереди, но все обошлось и Крестовский был весьма приподнятом настроение, как дьявол в состоянии интриги, что вот вот заполучит новую душу в свою коллекцию.
- Есть! - на этом разговор был окончен. "Что могло произойти такого, чтоб Алекс так себя повел... Хм, ну приказ есть приказ..." вернувшись  к Рудину и доложив о приказе, была направлена на верх, там как раз только сел вертолет.

Дорога до корабля Крестовского заняло какое-то время, за это период бывшая британка успела даже подремать. Но сон оказался тревожным, во сне она увидела ее... Девушки сидели на берегу реки и весело смеялись, на какое-то время Лиса почувствовала вновь тепло ее рук, мягкость волос, трепет губ... Но все изменилось в тот момент, когда небо затянули свинцовые тучи. Послышалась стрельба, а Блэкмейн исчезла, словно британки не было на этой поляне. "Я никогда тебя не брошу... До победного вместе... После возвращения обязательно напьемся... Рыжая, я хочу тебя... Я люблю тебя... Я голодная..." обрывки фраз сводили с ума, по бледной щеке скатилась капелька соленой воды.
- Элисон, ты в порядке? - парень потряс девушку за плечо. - Мы приземлились.
- А, что? А, да все хорошо, сон дурной приснился... - как-то нелепо улыбнувшись, британка потянулась и наспех смахнула слезу. - Ты уже сообщил, Крестовскому о прибытии?
- Да, тебя ждут в каюте.
- Спасибо. - покинув вертолетную площадку, Луденберк легкой походкой двинулась в сторону каюты. "Как я устала от этих снов... Кросс как ты спасаешься от этих кошмаров, я сойду с ума если не разберусь с ними...". Оказавшись у заветной двери, постучалась и вошла без всякого энтузиазма.
- Кросс, ты меня звал? - подняв карие глаза, словно потеряла дар речи.
- ТЫ?! - голос сорвался на полу крик. - Ты... - ладонь машинально сложилась в кулак, два резких шага и девушка уже схватила Блэкмейн за ворот и замахнулась для удара. Глаза рыжей горели ненавистью, злобой, закусив губу до крови, Элисон была готова разорвать возлюбленную на кусочки.

+1

5

Крестовский, ожидая явления Элисон народу с  минуты на минуту, молчал как японский партизан. Нельзя было портить момент попыткой как-то подготовить Ингрид, которая скорее всего будет всеми силами противиться встрече, да  еще и раньше  времени начнет задавать  проблемные вопросы. Ну нет уж, пусть  получит последствия своего давнего выбора сполна... Нельзя оставлять близких, если еще жив, и особенно - если того и гляди помрешь во цвете лет. Элисон тоже заслужила встречу за годы веры в смерть любимой, которая, кстати, во многом и толкнула ее к Алексу в батальон. Изменится ли все теперь? Крестовскому не хотелось расставаться с рыжей. Незаметно за эти полтора года он всерьез привязался к ней. Стук в дверь, она входит... Ну кто бы сомневался, что это может плохо кончиться. Алекс еле-еле успел перехватить руку девушки, уже занесенную для сокрушительного удара. Мало бы Ингрид не показалось точно, в такой ситуации правила честного боя не действуют. Именно этим Элисон сильно напоминала Ольгу. Та как раз не любила накладывать  дисциплинарные взыскания, но вот треснуть от души по чем попало могла, и еще как. Алекс это на себе испытал, хотя ему в какой-то степени было легче за счет наличия  надежного способа мириться с командиром...  Но это к делу не относилось.

- Не надо, Элисон. Еще успеете. Мне оставить вас и через часик прислать людей вынести тела для погребения? - Улыбнулся майор.

+1

6

Ингрид не сразу узнала её, одетую в униформу батальона "красноплечих". Чёрный мундир с красной лентой, пропущенной под правым погоном. Элисон Луденберг отпечаталась в её сознании иначе, растрёпаные огненно рыжие волосы, изящное и женственное тело, демоны, танцующие в карих глазах. Этот образ отпечатался в её памяти, вышитый раскалённой до бела иглой. Ингрид так и не сумела отпустить её, сохранив в своём сердце любимую женщину, которой клялась никогда её не оставить. Неужели смерть не освобождает от обязательств перед теми, кто был дорог по ту сторону Холодной Реки...
- Элисон, - прошептала британка, когда та, кого она считала своей лучшей подругой предстала перед ней в униформе врага, которого она, Ингрид, разбила при Вакканае. Неужели и она была на том берегу, неужели она шла в бой бок о бок с этими мясниками, под огнём британских орудий, каждую секунду рискуя своей жизнью. В это было слишком сложно поверить, практически невозможно. Принять сам факт предательства Элисон, она была не готова.
- Это ведь какая-то жестокая шутка, - девушка протянула перебинтованую руку, осторожно коснувшись её щеки, а затем бросила испепеляющий взгляд на ни в чём не повинного Крестовского, - за что?!
Она дёрнулась и попыталась вырваться, кровь выступила на повязке под грудью. Ингрид оказалась в ситуации хуже, чем в самом начале. Да, это определённо не может быть правдой, Элисон никогда не предала бы Британию. Они ведь обещали друг другу быть вместе до самого конца, до победы. Из-за бинтов, рыжая не могла видеть кожу её рук, изуродованную химическим оружием, поэтому, она не могла бы понять почему её возлюбленная исчезла из её жизни.
"...ради тебя, глупая, ради тебя! Потому, что я не могла вернуться к тебе покрытая язвами, ведь ты любила меня и увидев то, что случилось с моей кожей, твоё сердце разбилось бы."

+1

7

Элисон так и не смогла нанести сокрушительный удар, Кросс перехватил руку своего бойца до того, как кулак коснулся бледного лица пленницы. На что Алекс словил испепеляющий взгляд.
- Отпусти руку! - Прошипела рыжая, отпуская ворот одеяния Блэкмейн. Не дождавшись, пока командир отпустит ее, хорошенько врезала ему второй рукой. Карие глаза застилали слезы, которые она так долго скрывала ото всех.

- Вместе до победного? Я ХОЧУ ТЕБЯ РЫЖАЯ?! - закричала Луденберк до хрипоты в голосе. - Ты все это время была жива?! Ты все это время убивала меня своим молчанием! Ты высокомерная британская шлюха! - девушка обернулась на Кросса, едва ли не бросаясь на него с кулаками.
- Для чего ты все это сделал? Ты ведь знал как мне больно, как для меня эта женщина была важна, как из-за нее и ее смерти я примкнула к тебе! Ты из-за этого оставил меня на корабле?! СВОЛОЧЬ! - Истерика, всепоглощающая истерика захватила Элис с головой. Слезы обжигали кожу на бледных щеках, Крестовский наверное впервые видел свою подчиненную в таком состоянии.
- А ты, - рыжая обернулась к пленице и со всей ненавистью зарядила ей пощечину, - Я ненавижу тебя!  - она обернулась и отдав честь, покинула каюту, хлопнув дверью. "Кросс теперь я понимаю, каково тебе видеть меня каждый день.." удар пришелся о металлическую стену, эхом разносясь по всему коридору. "Как же я ненавижу эту гребаную страну". Задыхаясь в слезах и застрявшем в горле криком, Лиса сползала по стене на пол, практически падая на колени.

Отредактировано Alison Ludenberck (2013-09-10 02:55:08)

+3

8

Ясное дело, Алекс получил по физиономии - не слишком прицельно, но от души. Зато момент для физической расправы над Ингрид вроде бы прошел. Пришло время расправы моральной, которой Крестовский и ожидал, понимая, что Ингрид иначе не переубедишь, его слова в этом вопросе для нее не аргумент.  Вот только после Ингрид пришла очередь Крестовского и сложно даже сказать, кому больше досталось. Он был не настолько виноват, как показалось Элисон, но от этого легче ему не стало. Сложно сказать, кого обозвали обиднее, но все равно. Крестовский, прежде чем идти за рыжей, посмотрел на Ингрид:

- Вот видишь... Хотела как лучше, и что вышло? А ее без тебя вот куда занесло... Черт! - Алекс вышел, подошел к Элисон и постарался осторожно поднять, обнял. Что еще прикажете делать в такой ситуации?  Крестовский  когда-то  даже не думал, что ему можно вот так поплакаться, но реальность доказала обратное. И раз так, то пусть уж лучше плачутся. Хоть и иронично, что при такой репутации приносишь пользу таким вот образом и служишь кем-то вроде психотерапевта... 

- Рыжая, я не знал, что на берегу мне она попадется. Черт, я вообще чуть ее не убил. - Крестовский сейчас об этом и сам задумался, - А тут уже понял, кого поймал. Эта идиотка... Напридумывала черт-те чего и записала сама себя в покойники. Думал, хоть ты ей мозги вправишь.

+1

9

Код:
ОСС: Ингрид пропускает ход, чтоб не нарушить логическую цепочку событий.

Дверь каюты открылась и в проеме показался командир батальона. Луденберк ожидала сейчас минимум наряд вне очереди, но мужчина поступил иначе. Крепкие руки Алекса прижали к своей груди бывшую британку, словно родную.
- Прости меня, Кросс, прости... Я столько наговорила... А ведь ты не знал... Ты не знал... Прости меня... - Элисон уткнулась носом в его грудь и расплакалась навзрыд, выпуская на свободу всю ту боль, что так долго скрывала ото всех, даже от Крестовского.
"Мы теперь по разные стороны баррикад... А может мне стоит вернуться с ней в Британию, устроить побег и вернуться... Подать рапорт о том, что я была шпионкой в тылу врага...", мысли роем надоедливых пчел кружились в голове, безумие захватывало рассудок Лис, наверное Кросс почувствовал это сомнение и продолжил говорить. "Нет... Я не вернусь в Британию... Я не смогу предать тебя... Ты и так натерпелся от меня...". Улыбка легла на припухлые губы девушки и рыжая отстранилась.
- Не знаю зачем тебе это... - вытерев последние слезы, Луденберк глубоко вдохнула и вошла в каюту. 
Сняв мундир и бросив его на стул, Элис осталась в одной черной майке и брюках. Теперь она и правда мало напоминала ту озорную девчонку, что когда-то влюбилась в лучшую подругу. Карие глаза с грустью прошлись по телу Блэкмейн, отмечая для себя какие повреждения она получила.
- Ты дура... Блэкмейн, ты полная безмозглая дура. - на выдохе произнесла предательница, беря ладони пленницы в свои.
- Кто бинтовал твои раны? Он явно ни черта не знает, это же первый курс академии, оказание первой помощи. - пусть Элис сейчас и выглядела спокойной, но было заметно как дрожат ее руки, как страшно девушке прикасаться к бывшей возлюбленной, как нежны эти прикосновения.
- Давай я осмотрю твои раны, прошу тебя не ерзай. - на этих словах, кареглазая стала снимать бинты с рук Ингрид. "Милая, кто же тебя так..." С каждым открывающемся кусочком кожи, сердце Лисы сжималось и обливалось кровью, пускай ее лицо не выражало никаких эмоций.

0

10

О том, какая драма разыгралась по ту сторону тяжёлой металлической двери, британка не знала. В её голову одна за другой заползали мрачные мысли, они душили её. Она прислонилась к стене и взглянула на свои перебинтованные руки. Сейчас, она даже меч поднять не сможет. Да что там меч, после того, как бритвенно острое лезвие оставило глубокие раны на ладонях девушки, она едва ли могла сжать руки в кулак. Ингрид думала о словах Элисон, после которых не осталось сомнений, это её рыжая бестия, сменившая своего хозяина. Теперь, вместе Империи, она служит в батальоне "красноплечих" и принять это британка не могла, ведь она исчезла ради неё, чтобы Элисон нашла себе другую, полноценную женщину. Такую, какой когда-то была и сама Блэкмейн, до того, как её лёгкие выжгло ядовитым газом, а кожа была изуродована. Ингрид поняла почти сразу, что её бывшая любовница имеет в виду. Она ведь не могла видеть её ожоги, прикрытые бинтами и медицинским халатом. А значит...
"Я идиотка... - Ингрид застонала и сползла вниз по стене, обхватив плечи руками, - Элисон... Моя любимая... ПРОСТИ МЕНЯ... У меня ведь никого не было после тебя, я не смогла бы... Если бы только мои раны не были так ужасны, я бы вернулась к тебе! Мы снова были бы вместе, до конца, до победы!"
"Красноплечие" вышли и не могли видеть её слёз. Скорее всего, они решают что делать с пленной британкой и осложнениями, которые она с собой принесла. На месте крестовского, Ингрид просто убрала бы помеху с пути, а если честь офицера не позволяет ему марать руки кровью беззащитной пленницы, он мог бы оставить ей пистолет. В личных целях. Это был распространённый в армии способ покончить с жизнью, сохранив офицерскую честь, Британия в этом плане не сильно отличалась. Порой британские командующие, в случае поражения, предпочитали пустить себе пулю в висок, лишь бы не представать перед его высочеством Шнайзелем, или самим Императором, оправдываясь за свой позор на поле боя.
И вот, дверь открывается снова и Элисон подходит к сжавшейся в углу пленнице, берёт её руки в свои. Нежно и бережно, разматывает пропитавшиеся кровью бинты. И она видит их, следы от химического ожога. Лицо рыжей спокойно, но в глазах мелькнула боль. Ингрид не сумела выдержать её взгляд и отвела глаза.
- Моя верность, - холодно ответила Ингрид на вопрос женщины, которую любила когда-то, - пожалуйста, не смотри, - она отдёрнув руку, - я не смогла к тебе вернуться, но я любила тебя, но как я могла вернуться, изуродованная химическим оружием?! Я думала о тебе, о твоём счастье! Я знала, что ты не бросишь меня, - ингрид всхлипнула, - я... ты понятия не имеешь, как я хотела увидеть тебя, подыхая от газа в госпитале. Лучше бы я умерла, тогда, или сегодня. Тогда я бы не видела своими глазами, как та, кого я любила и продолжала любить, надевает униформу врага.
Ингрид отстранилась и резко шагнула назад, уткнувшись в стену. Отступать было некуда, а дрожащий голос звучал как-то не убедительно.
- Н-не подходи... - прошептала британка - не трогай меня!

+2

11

Элисон спокойно выслушала истирию британки и только потом, схватила ее за шкирку, как провинившегося котенка.
- Закрой рот и сиди смирно! - голос прозвучал властно и в тоже время с толикой мольбы. - Что ты вообще понимаешь?! - легко усадив раненую на постель.
- Продолжала любить?! Если бы ты подумала не только о себе, но и обо мне, то приняла бы верное решение! Эта страна, Британия, отняла у меня тебя. Мне надоела война, которую начали высокомерные ублюдки, только потому что у них в штанах маловат агрегат! Какой смысл в том, что бы уничтожать людей, которые лично тебе ничего не сделали?! Послушай, послушай меня, ты не представляешь в какой ад я попала, когда мне сообщили, что ты мертва. Мне отказывали в переводе раз за разом, твой отец выставил меня за дверь, когда я появилась на пороге твоего дома. Заявив, что я не более чем отброс Британии, ему было плевать, что я такая же Аристократка как и ты, просто моим родителям чужда война. Я не смогла смириться с тем, что ты мертва по вине этой страны! - теперь рыжая уже понимала, почему ей отказывали, почему весь батальон издевался над ней и доводил до сумасшествия.
- А ты смеешь мне заявлять про форму врага?! Александр, единственный кто понял меня за все то время, которое я провела в аду, он протянул мне руку и помог встать с колен. Так что будь любезна заткнуться и дать мне осмотреть твои раны. Я уже смирилась с твоей смертью, мне сложно принять тот факт, что ты сознательно мучила меня все эти годы. Черт возьми! Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ДУРА! - закричав из последних сил, Лис села перед Ингрид на колени.
- Тебе не обязательно понимать и прощать меня, но позволь мне в последний раз прикоснуться к тебе... - мольба, просто последний крик о помощи. Разбинтовав наконец руки пленницы, аккуратно коснулась порезов губами и выдохнула.
- Ты всегда была принципиальной, истиной Британкой, а я так, рыжая девчонка, которая влюбилась в тебя. - Луденберк стала аккуратно перебинтовывать руки черной, нежно, ласково и так, чтоб раны не приносили ей особо дискомфорта. "Мне жаль, что твой поступок разделил нас теперь на всегда... Мне правда жаль..."

Отредактировано Alison Ludenberck (2013-09-10 16:28:53)

+2

12

Never ever talk, never ever smile
All I see is future full of fear...
Never ever touch, never ever feel
I can never whisper in your ear...I'm sorry.

- Hammerfall, Never Ever

"Она винит в этом меня, - поняла британка, - как она смеет оправдывать своё предательство разбитым сердцем..."
Ингрид замолчала и, казалось, что "красноплечая" говорит сама с собой, её пленница никак не реагировала на её слова. Все эти обвинения - ложь, а страшная правда заключалась в том, что Британия живёт по жестоким законам, которые не все готовы принять. И даже если Элисон приняла смерть своей возлюбленной и смирилась с ней, то она не поступила так же, как Александр Крестовский, потерявший любимую женщину в неравном бою. Она не продолжила убивать за живых и в память о мёртвых, как это делают "красноплечние", её новые братья по оружию. Вместо этого - предала всё, ради чего они обе проливали кровь на полях сражений вдали друг от друга. Всё, что они обе клялись защищать, принимая присягу. Честь британского военного, вот что остановило бы Ингрид на месте подруги и она надеялась, что Элисон найдёт в себе силы остаться верной Империи до конца, до победы, о которой девушки наивно мечтали.
"Я не предавала тебя, любимая, - британка не смогла сказать это вслух, ведь эти слова тоже были изменой, - и я всегда была рядом с тобой, в твоём сердце. Только, в отличие от тебя, я осталась верна своей клятве, а ты уже переползла в постель к "красноплечему", и кто после этого шлюха..."
Ингрид попыталась отдёрнуть руку, но когда предательница встала перед ней на колени, она не смогла оттолкнуть её. Не потому, что жалела её, ведь худшее впереди. Британка молча кивнула, давая понять, что не оттолкнёт её. Она бы не смогла, даже если бы захотела. Слишком больно было вспоминать все ночи, проведённые в холоде без любимой, к которой Ингрид прижималась во сне. Слишком страшно было думать о том, что вскоре она снова потеряет её. На этот раз, точно навсегда. Когда Элисон закончила перевязку, девушка мягко отстранилась от неё и, приложив палец к губам, развязала халат. Тонкая ткань разошлась в стороны, являя взору Лисы обнажённое тело, которое она страстно желала однажды. А вместе с нем - на бледной коже британки, следы от химического ожога. На животе и ключице, старые шрамы уродовали её гладкую чистую кожу цвета холодного молока. Когда с тихим шуршанием, халат упал на пол, девушка перешагнула через него и повернулась спиной. Там когда-то не было живого места, Ингрид помнила, как кожа слезала с неё, как с змеи и раны не заживали мучительно долго. Обернувшись, она прикрылась руками и осуждающе посмотрела на рыжую, когда британка снова заговорила, её голос звучал тихо, как шёпот.
- Видишь, что со мной стало, - это было скорее утверждением, ведь даже в скудном освещении было достаточно хорошо видно всё, что Ингрид хотела показать, - а с лёгкими ещё хуже. Каждый день может стать для меня последним, так что я всё равно, что мертва. Поэтому, я и хотела погибнуть в бою, с честью, как подобает британскому офицеру.
Теперь, когда Элисон увидела то, что стало с её кожей, британка не надеялась, что рыжая снова обнимет её. Скорее всего, отшатнётся от неё, как от прокажённой. Побежит к Александру, искать "утешения", попытается выкинуть её из головы. Легко говорить "я люблю тебя", ещё легче давать обещания.
- Посмотри, что с моим телом сделали те, кому ты теперь служишь, - спокойный голос британки дрогнул, - посмотри, во что они превратили меня. Сможешь ли ты ко мне прикоснуться...
Ингрид было непросто оправиться от ран, но ещё сложнее оказалось вернуться к нормальной жизни. Ужиться с мыслью о том, что единственная любимая женщина считает её мёртвой, она смогла не сразу. Она перестала улыбаться, редко разговаривала с кем-то, зная, что её жизнь уже никогда не будет прежней. Принять тот факт, что к ней наврядли когда-либо нежно прикоснётся рука любимой, что она назовёт её по имени, Ингрид не смогла и, может, именно это и послужило причиной психосоматической травмы, о которой говорил Александр Крестовский.
- Ад холоден как лёд, милая, - по щекам британки одна за другой скатывались слёзы, она протянула обе руки, но так и не смогла шагнуть навстречу Элисон, оставив ей сделать этот шаг, или развернуться и уйти прочь - я разучилась улыбаться, потому что впереди лишь будущее, полное страха. Ты всегда меня защищала, помнишь? А теперь, остался только холод. А всё из-за моей глупости... Прости меня, - Ингрид тряхнула головой, смахивая слёзы, её чёрные волосы рассыпались по плечам, - н-нет, нет, не прощай! Я сама не смогу себя простить!

Отредактировано Ingrid Blackmane (2013-09-10 20:11:38)

+3

13

Though this might just be the ending
of the life I held so dear
but I won't run, there's no turningback from here

Что такое сердце? Вы скажете, что это орган отвечающий за транспортировку крови в организме любого живого существа, но любящий человек готов с вами поспорить. Сердце это что-то необъяснимое, иногда, когда ты счастлив оно невесомо в твоей груди, так тихо и трепетно стучит, как правило в унисон вашим улыбкам... Но если вы испытываете боль, боль не физическую от сломанного пальца, а душевную, например от осознания того, что любимый вами человек мертв, то ваше сердце становится словно чугунным, тяжелым, оно тянет вас упасть на колени. Предательски громко стуча, что аж виски сводит. Вам хочется вырвать его и выбросить в окно, но не можете, ведь именно в такие моменты вы пытаетесь убедить себя в том, что это всего лишь группа мышц, собранная в один орган, что отвечает за транспортировку крови. Вот и сейчас, Элисон Луденберк с трудом поднялась на ноги, ее сердце стало чугунным, но ко всему прочему, эта группа мышц качала не кровь, а расплавленный свинец. Девушка чувствовала как горит ее тело, как в судороге сводит пальцы рук. Карие глаза смотрели на изуродованное тело любимой, с тоской, грустью, болью. "Как же я хочу оказаться вместо тебя, пусть это мое тело будет так обожжено." Сначала бывшая британка стояла как вкопанная, боясь лишний раз вздохнуть. Только подумать, всего пару минут назад она чуть не ударила свою любимую. Какая разница, ей сейчас оказалось совершенно все равно. "Прошу тебя не плач, не надо, милая, я... Я виновата, прости, что не защитила тебя... Я так слаба..."
- Ингрид... Ад не холоден как лед, настоящий лед обжигает твое тело, разбивая твою душу на осколки. Я не такая сильная как ты, твоя смерть сломала меня, сломала меня ту, ту что ты знала... Мне жаль, что я никогда не смогу провести с тобой ночь откровенний, но я умоляю тебя, милая, не плач, твои слезы убивают меня... - Не выдержав напала эмоций, рыжая в один шаг приблизилась к пленнице и заключила ее в свои объятия, вела подушечками пальчиков по обнаженным плечам. Касаясь шелковистых локонов волос, чувствуя ее запах и тепло. 
- Ты для меня всегда останешься красивой... В моих глазах ты самая красивая... А эти шрамы, плевать я на них хотела, ведь твои голубые глаза, твои губы, волосы - все это осталось неизменным. Эти льдинки в твоих очах, ведь именно они покорили меня тогда... А помнишь ту чертову ночь в библиотеке? - тихо шептала Лис на ушко своей возлюбленной, но понимала, что не сможет остаться с ней, ведь изменилась не только Луденберк, изменилась и сама черная. Ах если бы Блэкмейн не испугалась и сразу же появилась после ранения, то все было бы по другому, Эли бы воевала на стороне Британии, мстя всему миру, но то было бы если Ингрид одумалась.
- Тебя изуродовала война, что начала Британия... Если бы не эти высокомерные люди ты бы никогда не стала такой грустной и одинокой...

+2

14

- Понимаю я все, Рыжая. - Крестовский погладил девушку по голове, давая выплакаться. Теперь становилось ясно, насколько серьезно именно эта потеря определила поступки Элисон и насколько ее грызла до сих пор. Сейчас же для девушки настал нелегкий момент... Ингрид вполне однозначно будет воспринимать ее поступок как измену, слишком она прямая и непрошибаемая в некоторых вещах личность. Да и каково это - испытывать отчаяние от потери и вдруг узнать, что напрасно это было, включая, возможно, и  смену стороны? Не позавидуешь такому.

- Я не бросаю своих. - Улыбнулся он на ее последние слова. Так уж повелось черт знает с какого момента, что они стали  даже больше семьей, чем боевым братством, а Элис так уж точно была для Алекса не просто бойцом... хотя он бы затруднился с ходу определить свои чувства. Тут уже далеко не в сходстве с Ольгой было дело. Эти мысли занимали Алекса, пока он дал девушкам время хоть немного выяснить отношения. К счастью - если судить по доносившимся звукам - до прямого членовредительства не дошло.  Однако радоваться было рано, слова ранят порой куда сильнее оружия. И в какой-то момент, когда вроде бы все притихло, Алекс решил что стоит войти... Но  выглядело так, что у него был талант оказываться рядом в самые что ни есть неудачные моменты. А именно - аккуратно тогда, когда Элисон нежно обнимала обнаженную Ингрид. Не то чтобы Крестовского можно было шокировать такой сценой, но сам момент для его появления был неподходящий. И Алекс почувствовал. что это момент критический... Потому что сложно сказать, как поступит Элисон после такого хотя бы частичного примирения.

- Рыжая. - Просто окликнул ее он. Не мальчишка уже, чтобы смущаться и выскакивать за дверь. И много слов не нужно, она поймет.

+2

15

- Ты правда считаешь меня красивой, даже сейчас, - Ингрид смущённо вытерла слёзы и благодарно на неё посмотрела. Даже если это были пустые слова, сказанные из желания успокоить и поддержать, всё равно, они для неё много значили. Она неуверенно коснулась щеки Элисон, заглянув ей в глаза, стараясь понять о чём думает бывшая британка.
"Номера - не люди. Но ты была рождена британкой, ты не сможешь обмануть собственную кровь... Я дождусь, любимая. Я дождусь тебя, а если ты не сможешь вернуться, нам придётся сражаться на смерть. All Hail Britannia..."
Наплевав на всё, она прижалась к рыжей, обхватив её шею руками и страстно поцеловала в губы, прикрыв глаза. Она не оттолкнёт, надеялась британка, она позволит её почувствовать вкус её губ, чтобы запомнить его до конца. До победы, вот только вкус её теперь будет отдавать тленом, ведь "победа" одной будет означать смерть для Элисон, или Ингрид. И как раз в этот момент, вошёл Александр Крестовский. Ингрид не заметила, как он появился, но услышала его голос и, повалив Элисон на кровати, она уселась на неё сверху, прикрыв груди рукой. В принципе, ей было всё равно - воспринимать себя, как женщину (или, хотя бы как привлекательную для мужчин),она перестала давно, но всё-таки, она была британкой, а Крестовский при всех его рыцарских замашках, был номером. Зато он получил прекрасный обзор на её шрамы.
- Крестовский, - выдохнула девушка, её глаза сверкнули. Действительно, "красноплечий" появился в самый неподходящий момент...

Отредактировано Ingrid Blackmane (2013-09-11 00:41:19)

+2

16

- Конечно считаю, что за дурь ты вбила в свою черную голову?! - предательница засмеялась и легко щелкнула любимую по кончику носа.  "Ты прекрасна, для меня ты всегда останешься прекрасной...", наконец Ингрид ответила на близость рыжика и прижалась к ней. Ее сердце так бешено стучало, а тело горело, обвивая его руками как в бреду, Элисон ответила на поцелуй и с жадностью наслаждалась вкусом любимых губ. Возможно это их последний поцелуй, ведь в последующим поцелуй будет только для мертвой. "Я не хочу потерять тебя, я не готова быть тебе врагом, я не хочу, Ингрид, прошу убей меня или забери с собой... Мы придумаем глупую историю про плен, я даже позволю тебе прострелить мне колено... Не оставляй меня...." Мысли молитвой проносились в светлой голове девушки, она едва ли прошептала сквозь поцелуй "давай сб...", но в каюту вошел Кросс и остановил Луденберг. Она прикусила язык и испуганно посмотрела на возлюбленную, а дальше все произошло как в вихре. Бывшая Британка лежала на лопатках на кровати, между прочим на ужасно жесткой, а пленница сидела на ней верхом, ОБНАЖЕННАЯ. Глаза "пони" резко округлились.
- Алекс, я не причем! - но руки уже во всю скользили по телу черной, наконец настигнув груди, легли на эти округлости, тем самым закрывая их от глаз парня, но девушка не могла упустить возможности поиздеваться над Блэкмейн, зажав между указательным и средним пальцем правой руки сосочек, довольно хищно улыбнулась, как лиса на кусок мяса. Бестия уже теряла контроль над собой, слишком сильный удар по психике оказался, еще чуть-чуть и она переступит черту. Ах, если бы Эли была мужиком, то Ингрид бы уже была прижата к стене издавая блаженные стоны.

Отредактировано Alison Ludenberck (2013-09-11 00:48:48)

+3

17

Алекс насмотрелся всякого, но все же происходящее безобразие было уже перебором и для него. Рациональные соображения причудливо накладывались на чисто эмоциональное раздражение происходящим. Сложно сказать, что именно ему не нравилось, Крестовский редко нагружал себя  самоанализом с ходу, предпочитая сначала делать интуитивно, а потом думать. Довольно-хищная мордашка рыжей явно обещала то развитие событий, которое Алексу видеть не хотелось, то есть вообще - недостаточно было просто выйти и не смотреть.

- Отставить разврат! - Командирским тоном скомандовал майор, перейдя к силовому решению, то есть осторожно, но решительно сняв Ингрид с ее жертвы (хотя еще как посмотреть, кто чья жертва будет в итоге) и сунул ей халат.

- Приди в себя сначала, потом уже думай про оргии с моим бойцом. За смерть от оргазма в Валхаллу не примут, подозреваю. - Хмыкнул Алекс, не теряя чувства юмора, - Рыжая, и ты тоже... Могла бы умнее быть.

Кажется, в его словах было несколько больше, чем Крестовский произнес вслух. Он с одной стороны, понимал пробудившиеся чувства девушки, и то, что Элисон не похоронила их вовсе. Но чувствовал, что добром это может не кончиться, когда первый порыв утихнет и старая любовь вступит в конфликт с узами боевого товарищества. А ведь Ингрид многих друзей Элисон просто не считает людьми.

+3

18

- Т-так точно, - на автомате выпалила Ингрид, услышав командирский голос "красноплечего". Действительно, одним из главных преимуществ русского офицера перед британским была его способность преобразовывать сложнейшие тактические выкладки в форме "русского литературного с элементами русского матерного", порой ограничиваясь последним. И вот, когда Александр приказал двум благородным британкам отставить разврат, они на автомате подчинились, не вполне понимая какого дьявола ими командует номерованный. Вот что значит русский боевой дух и британская дисциплина. В прочем, замешательство длилось недолго, а именно до того момента, когда британка поняла, что вытянулась по стойке смирно в чём мать родила, к тому же, на глазах у мужчины, на глазах у бунтовщика и мятежника. Тут же покраснев от стыда, она резко отвернулась и протянула руку, требуя вернуть ей одежду, или хотя бы её подобие. Что Александр и сделал.
- Крестовский, ты ИЗВРАЩЕНЕЦ, - буквально выдернув халат из его рук прорычала Ингрид и шустро накинула его на плечи, спеша прикрыть изуродованное ожогами тело. Злобно смотря на парочку "красноплечих", она уселась на кровати, поджав ноги и принялась завязывать халат на груди.
- При чём извращенец воинствующий,- заключила она, наконец покончив с шнурками и ткнула в Крестовского обвиняющим пальцем. Конечно, вся его вина заключалась лишь в том, что он просто оказался в ненужное время в неправильном месте. Однако, её, похоже, проигнорировали и бунтовщики принялись перекидываться обвинениями и оправданиями. Ингрид не было никакого дела ло отношений в батальоне Александра, тем более до неуставных отношений. Но всё-же, то, как Крестовский разговаривал со своей, по сути, провинившейся подчинённой, вызвало у британки укол ревности. Она демонстративно отвернулась и замолчала, предоставив им возможность выяснять отношения.

+2

19

До воспаленного сознания Элисон не сразу дошло, что Алекс ее командир, а Ингрид его пленница и то, что она сейчас творит, это  из ряда вон выходящее. Резко вскочив  и вытянувшись по струнке, краснея от стыда, почувствовала себя как в Академии, когда они с Ингрид саботировали тренировку и после этого стояли на ковре директора. 
- Так точно! Отставить разврат! - аристократка чуть шумно выдохнула и наконец пришла в себя.
- Кросс, прости, я не понимаю, что на меня нашло, но ты... - только сейчас она заметила, что парень ведь видел ее любимую в нигляже и тут рыжую охватила ревность.
- Ты извращенец! А ну отвернись! Тебе тут не на что смотреть, это моя девушка, - в такие моменты, бестия была похожа на разъяренную рыжую кошку, что вот-вот вцепиться в горло своему врагу, - Александр Крестовский, да вы самый настоящий маньяк! - сколько глупостей сейчас она произнесла, за которые ее явно Кросс не погладит по головке. Хотя чего он ожидал, Кросс сначала дал печеньку, потом пнул по колену и вот-вот отберет печеньку.
- А ты бы имела совесть и не щеголяла перед моим командиров в нигляже, а то взяла моду, Блэкмейн, фу такой быть! Стыдно! Твое тело принадлежит мне и только мне. - вот и Британке досталось. Но если на Командира Красноплечих Эли смотрела с яростью и ревностью, то на черную с нежностью и трепетом.
- Знаешь, Кросс, вот что ты будешь делать если я вернусь в Британию?! - вот так поворот, рыж думала об этом последние минут 15, но чтоб вот так вот произнести. Видимо мозги при виде любой женщины помахали рукой и свалили в туман.

Отредактировано Alison Ludenberck (2013-09-12 14:26:08)

+1

20

Крестовский был доволен - все-таки сначала послушались, а уже потом разозлились и обозвали извращенцем. Значит, лидерские качества не пропьешь, и для Элисон он все еще командир,  и на Ингрид подействовало. Правда, выражение "Воинствующий извращенец" так и подмывало попросить объяснить поподробнее, но Алекс сдержался, переключившись на Рыжую и только выдав:

- Главное что не пассивный.

Элисон, в отличие от Ингрид, сразу перешла в наступление, выдав ему все, что думала в этот самый момент. Это был, пожалуй, идеальный способ отбиваться от возможных претензий, ибо слово вставить было очень трудно. Не говоря уже о том, что Алекс пытался переварить совершенно неожиданные эмоции по отношению к происходящему и словам Элисон, заявившей, что Ингрид принадлежит ей. Это ему нравилось еще меньше, чем разврат сам по себе и сильно напоминало ревность... Ему не хотелось, чтобы под влиянием воскресшей подруги Элисон изменила решение. И вовсе не потому, что это будет глупо, а потому, что ему не хочется терять рыжую. Пусть и сложно сказать, в каком именно смысле "терять".

- Я не отпущу тебя, Рыжая. Не отдам обратно, это уж точно. - Неожиданно серьезно сказал он, и добавил уже спокойнее, проще, - Сама подумай, Британия, которую ты не смогла принять - многое ли в ней изменилось от того, что Ингрид выжила чудом? А в ней самой?

+2


Вы здесь » Code Geass » События игры » Turn I. Awakening » 18.08.17. Ну здравствуй, родная!