По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(Telegram, Discord: punshpwnz)

По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov (tg, dis: punshpwnz)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » События игры » 04.02.18. Сталь и холод


04.02.18. Сталь и холод

Сообщений 1 страница 20 из 22

1

1. Дата: 4 февраля 2018 года
2. Время старта: 18:00
3. Время окончания: 18:25
4. Погода: 9 Градусов по цельсию. Воздух тяжёлый, как одеяло, которым накрывают труп, когда уже нет смысла торопиться. Ветер дует с северо-запада, семь метров в секунду, сбивая запах гари. Солнце зайдёт в 17:11, и тогда Нео-Токио накроет темнота, настолько густая, чтобы скрыть всё, что было решено в кабинетах с кондиционерами и кожаными креслами. Будто кто-то наверху включил таймер, чтобы напомнить: у правды тоже есть срок годности.
5. Персонажи: Юфемия ли Британия, Стивен Лайтинг
6. Место действия: СБИ, 11 сектор, Нео-Токио, Резиденция генерал-губернатора
7. Игровая ситуация: Вечер опускается на Нео-Токио быстро, как крышка гроба — без стука, без предупреждения. В кабинете Юфемии встречаются двое: принцесса, которая завтра изменит судьбу целого народа, и солдата, который два дня назад отдал приказ нанести ракетный удар по школе, полной заложников. Оба знают, что такие решения не забываются. Оба знают, что завтрашняя церемония — либо триумф, либо катастрофа. Юфемии нужен взгляд изнутри: как вели себя Смолл и Вилетта в момент штурма, можно ли доверять Хейлу, не назревает ли ультиматум от офицеров, требующих её отставки. Лайтинг — её назначенец, но он же — часть армейской машины, которая смотрит на «мягкую» губернаторшу с растущим раздражением. Разговор будет непростым. И у Лайтинга наверняка есть вопросы, которые он не решился задать при всех.
8. Текущая очередность: По договорённости

Отредактировано Marika Soresi (2026-08-11 17:07:53)

+3

2

Дверь за Вилеттой и Лесли закрылась, и Юфемия ещё несколько минут сидела неподвижно, глядя на кружок от кофейной чашки. Теперь он казался не просто следом, а отметиной — словно кто-то выжег на столешнице маленькое солнце, чтобы она не забывала: даже безобидные вещи оставляют шрамы.

Затем она заставила себя подняться. Подошла к окну. За стеклом царила тьма, подсвеченная снизу оранжевыми огнями Нео-Токио, и ветер гнал по карнизу снежную крошку вперемешку с пеплом. Завтра здесь будет Особый округ Япония. Или не будет. Или будет, но такой, о каком она не решилась бы молиться даже в те ночи, когда складывала бумажных журавликов одного за другим, пока пальцы не начинали кровоточить. Она вспомнила тот вечер — тысячу бумажных птиц, выпущенных в море, — и усмехнулась краем рта. Сколько из них долетело до горизонта? И долетел ли хоть один?

Сейчас её ждал другой разговор. Менее запутанный, чем допрос двоих свидетелей, которые обвиняли друг друга с такой страстью, что впору было поверить обоим. Но не менее важный. Майор Лайтинг был её человеком — настолько, насколько вообще военный может быть «чьим-то» в стране, где армия подчиняется Императору, а Император, возможно, подчиняется чему-то большему, чего она пока не понимала. Она повысила его в должности. Она дала ему полномочия, от которых у Кеннеди, будь он жив, вероятно, дёрнулся бы глаз. И теперь ей предстояло понять, стоят ли эти полномочия на правильном фундаменте.

Скрипнула половица за дверью — Ньюман переступил с ноги на ногу. Время шло. Лайтинг должен был прибыть с минуты на минуту, и Юфемия мысленно прокручивала список вопросов, которые не могла задать при свидетелях.

Штурм Академии. Два дня назад он отдал приказ нанести ракетный удар по школе, полной заложников. Она читала рапорт: сухие строчки о минимизации потерь, о тактической необходимости, о том, что пуристы использовали заложников как живой щит. Но ей нужен был не рапорт. Ей нужен был взгляд изнутри. Как вели себя Смолл и Вилетта в критический момент? Кто из них действовал как спасатель, а кто — как стратег, просчитывающий ходы? И что важнее — как повели себя люди нового главы тайной полиции, Хейла? Она передала расследование Тайной полиции, но Тайная полиция была ведомством покойного Кеннеди, и доверять ей сейчас было всё равно что доверять кораблю, у которого только что сменился капитан, а карты остались прежними.

Безопасность церемонии. Завтрашнее объявление Особого округа должно было стать её триумфом. Но есть те, кто хочет, чтобы он стал её концом. Юфемия понимала это с той холодной ясностью, какая приходит после нескольких бессонных ночей подряд. Академия доказала: любой, у кого достаточно решимости и взрывчатки, может превратить праздник в бойню. Что Лайтинг думает о периметре? О готовности сил? И — опасный вопрос, который она не могла задать прямо, — не назревает ли среди офицеров что-то похожее на ультиматум? После теракта многие требовали её отставки. Лайтинг был её назначенцем, но он также был частью армейской машины. И эта машина смотрела на «мягкую» губернаторшу с растущим раздражением.

Наконец, особое поручение. Хейл — временно исполняющий обязанности главы Тайной полиции, бывший заместитель Кеннеди, человек с двадцатичетырёхлетним стажем и орденом «За заслуги перед короной». Она не знала его лично. Она не знала, кому он верен на самом деле. Но Лайтинг — военный, стоящий вне цепочки Тайной полиции, — мог наблюдать. Мог докладывать. Мог заметить странности раньше, чем они превратятся в новый теракт или — что было бы ещё хуже — в исчезновение ключевых свидетелей.

Юфемия отошла от окна и опустилась в кресло. Портрет матери на стене смотрел на неё с ледяным одобрением. Юфемия ответила ему коротким взглядом и отвернулась.

В коридоре послышались шаги — размеренные, с той особой военной чёткостью, которую она научилась распознавать за месяцы своего губернаторства. Лайтинг.

Она выпрямилась в кресле. Одернула манжету. Папка с докладами — та же, что лежала перед ней во время допроса, — была сдвинута на край стола. На её месте теперь лежал чистый лист.

— Войдите, — произнесла она, когда стук в дверь разрезал тишину.

[nick]Euphemia li Britannia[/nick][status]Bubbleboom[/status][icon]https://i.imgur.com/qWkLY4c.png[/icon][sign] [/sign][fld4]<a href="https://codegeass.ru/pages/chronology?id=18">Личная страница</a>[/fld4][fld1] [/fld1]

Отредактировано Marika Soresi (2026-08-11 18:32:40)

+9

3

Вот лучше бы он в это время был где-нибудь не здесь. Пуристов пытал, например - с огоньком, с задоринкой, явным удовольствием, а заодно и пользой для дела. Но новое назначение обязывало быть отчасти и штабной крысой - поэтому майор дисциплинированно торчал во дворце, старательно сражаясь со скукой. Пока что скука побеждала разгромно. Были запрошены и изучены сведения о недавнем штурме, которые ему следовало знать совершенно точно. Какое-то время офицер мучительно обдумывал эту информацию, пытаясь собрать воедино картину недавнего смертоубийственного безобразия. Пока что выходило, что основной целью акции было политическое самоубийство пуристов в духе японских камикадзе. С максимальным ущербом для всех. Без какого-то явного смысла и пользы для окружающих. Чистый, концентрированный дурацкий вред. Были пуристы склонными к суициду идиотами? Нет. Говнюками были, просто идиотами - сколько угодно! Но чтобы умереть, подставив целую кучу сторонников, это не про пуристов. Чёртова политика, якорь им там всем в задницу адмиралтейский...
А ещё эти Ню и Смол, сладкая парочка самых странных заговорщиков на его памяти. Руководство этой полоумной секты, которое, если свидетели не брешут, пошло против устроенной бойни. И как вот это понимать? Внезапно проснувшаяся совесть? Или понимание, что добрая принцесса Юфемия рассердится и придёт злой дядя Стивен, который всех будет больно вешать и расстреливать, сколько бы они там ни пыжились и не прятались за заложниками? Так тогда бы они и не начинали вовсе. Нет, это не банальный страх за собственную шкуру, тут сложнее. Ещё Чёрные рыцари эти, которые очень удачно оказались поблизости. Зеро, раз уж на то пошло - вообще главный выгодоприобретатель в данной ситуации, ведь его уж точно не заподозришь в симпатиях к британской радикальной военщине. Стивен, конечно, тоже их не любит - но тот-то известный террорист и, если сделать некоторые допущения... хотя нет. Не стоит их сейчас делать.
И вообще, ему уже пора - майор поднимается из кресла в комнате для посетителей, небрежно поправляет несуществующие складки на идеально отглаженном парадном мундире. Подхватывает и цепляет на пояс небольшой планшет, с помощью которого недавно донимал своих аналитиков запросами - и неторопливо отправляется на встречу с, пожалуй, самым неоднозначным человеком на этих дурацких островах. Принцесса сейчас даже не между двух огней, её норовят подпалить чуть ли не с каждой стороны, поэтому её ответные действия неочевидны. Решится ли на террор, возглавит ли крестовый поход лояльной военщины на нелояльную, вырезая заодно и безоружных сторонников явного мятежа? Или попытается лавировать, как влетевший на минное поле корабль, чтобы обойтись без кровопролития и сохранить образ миролюбивой и дипломатичной? Сам-то он бы, конечно же, давно жёг, рубил и вешал. Прямолинейный человек, в общем-то - есть враги, есть оружие для их убийства. Нужен только приказ.
Он входит после обязательного стука и последовавшего за ним приглашения. Следуя приличиям - опускается на колено, ожидая разрешения подняться. Таков порядок вещей, как и необходимость сдавать оружие при входе. Хотя казалось бы, уж ему-то точно нет ни малейшего смысла причинять вред принцессе. Но - времена нынче странные. Страшные даже.
— Ваше высочество.
А этот... не вполне понятный тип опять здесь. Вот кто он, телохранитель? Адъютант? Помимо того, что чей-то шпион - ну кто в здравом уме оставит правительницу целого сектора без присмотра? Почему-то в его обществе было слегка неуютно. Наверное, это простая зависть, ведь у этого-то точно есть при себе пистолет. Должен быть. Иначе майор зря завидует!

Отредактировано Стивен Лайтинг (2026-08-19 17:35:05)

+6

4

Сначала — колено на мрамор. Взгляд в пол. Парадный мундир, сидящий безупречно, будто прирос к телу. На поясе — планшет вместо привычного оружия, и это бросалось в глаза: её гвардия у входа забрала всё, что стреляет. Она отмечала это всякий раз с тем же смешанным чувством — облегчение пополам с горечью. Даже те, кому она доверяла, входили в её кабинет обезоруженными. Такова была реальность, в которой она жила: безопасность измерялась количеством изъятых стволов.

За креслом у стены снова замер Аарон — бесшумный, как тень, впитавшая в себя часть мрака из углов. Юфемия не смотрела на него, но знала: он уже оценил и осанку майора, и планшет, и то, как долго тот задержался у порога. Она сама когда-то научилась считывать эти детали. Ещё до того, как вспомнила, чем именно была подменена часть её памяти.

— Встаньте, майор Лайтинг. — Голос прозвучал ровно, с той теплотой, какую можно позволить себе, не переходя грань между губернатором и подчинённым. — Я рада, что вы прибыли без задержек. Мне сказали, вы дожидались в комнате для посетителей. Прошу прощения за это ожидание — день выдался... насыщенным.

Она позволила себе короткий жест — приглашающий, в сторону кресла напротив. Сама села первой, но не откинулась на спинку, а осталась прямой, как натянутая струна. Взгляд скользнул по планшету, по знакомым чертам лица, по тому, как майор держался — спокойно, почти расслабленно. Скучал, догадалась она. И тут же мысленно поправила себя: не скучал — ждал, когда позовут. Разница существенна.

— Прежде чем мы перейдём к делам, я хочу спросить: как вы себя чувствуете? — Она чуть склонила голову, давая понять, что вопрос не формальность. — После штурма прошло двое суток. Я знаю, что вы не из тех, кто отчитывается о собственных ранениях. Поэтому спрашиваю прямо.

Аарон за спиной остался неподвижен. Свет люстры дрожал на латунной карте, выхватывая из полумрака шрамы рек. Юфемия ждала ответа, но уже знала, каким он будет: «в порядке», «не из-за чего беспокоиться», «моё дело — выполнять приказ». Все они так говорили. Ренли. Корнелия. Даже Сузаку. Мужчины, для которых признаться в слабости — хуже, чем потерять конечность.

— Ваши люди, — она продолжила, не дожидаясь, пока он сформулирует привычную отговорку. — Я распорядилась, чтобы раненые получили лучшее лечение, какое только возможно в условиях сектора. Если нужны специалисты из метрополии — я запрошу. Если нужен отпуск для восстановления — увольнительные будут подписаны сегодня же, — пальцы коснулись края столешницы, нащупали знакомую неровность. — И я хочу поблагодарить вас. Официально и лично. За решительность. За то, что взяли на себя командование в ситуации, где любое промедление могло стоить десятков жизней.

Она остановилась. За окном ветер прижимал к стеклу невидимую взвесь. Свет в кабинете, и без того тусклый, сделался ещё тяжелее, будто само пространство прислушивалось.

— Но я не могу не сказать и о другом, — Юфемия выпрямилась, и голос её изменился: исчезла та почти родственная интонация, с которой она спрашивала о здоровье. Осталась губернаторская сухость, за недолгое время у власти не успевшая стать родной. — Полностью исключить, что некоторые жертвы среди невинных были спровоцированы непосредственно обстрелом, невозможно. Я читала предварительныеy рапорты. Я знаю, что удар был вынужденным. Но завтра, когда я выйду перед камерами и перед народом, я должна буду ответить не только за победу, но и за кровь.  Вы были там, и вы видели тела своими глазами. Сколькими мы пожертвовали, чтобы спасти остальных? Я понимаю, что назвать точное число вы не сможете. Сейчас никто не сможет. Но... Доли? Проценты? Хоть что-то, чтобы я знала, какой груз нести на сердце в эту ночь.

Вопрос повис в воздухе, тяжёлый, как сырой февральский туман, ползущий с залива. Юфемия смотрела на Лайтинга и думала о том, что доверить ему часть своей правды — уже шаг. Может быть, опрометчивый. А может, единственно верный. В этом секторе, где даже память могла оказаться подделкой, живой человек с холодным умом и горячим стволом был ценнее дюжины аналитических записок. Она ждала его ответа.

[nick]Euphemia li Britannia[/nick][status]Bubbleboom[/status][icon]https://i.imgur.com/qWkLY4c.png[/icon][sign] [/sign][fld4]<a href="https://codegeass.ru/pages/chronology?id=18">Личная страница</a>[/fld4][fld1] [/fld1]

+6

5

День у неё и впрямь выдался насыщенным, как ни крути. И ближайшие несколько дней будут такими, что сегодняшний покажется выходным - политика, политика, политика. Пресса, заявления, подковёрная грызня. Её мир был полон сложностей, тогда как Стивен старался свой максимально упростить. Получалось, конечно, так себе... но хотя бы с прессой общаться почти не приходится. Не любил он журналистов, перевирают они часто, приглашают каких-нибудь выпнутых под зад из армии неудачников, нарекают их "экспертами" и дозволяют с умным видом анализировать его действия из безопасной студии с кондиционированным воздухом и стаканом минеральной воды на столе. Говнюки, как есть - говнюки. Продажные порой впридачу.
Майор неторопливо поднимается, плавным движением мазнув ладонью по колену, стоявшему доселе на полу. Больше для порядка, конечно - здесь, как ни крути, достаточно чистый пол. Его хотят усадить в кресло? Что ж... лучше бы, конечно, стоять остался, насиделся уже сегодня. Но ладно, слово принцессы - закон. Он вновь не спешит, сохраняя достоинство и стараясь в принципе избегать движений, которые здешний кабинетный обормот может истолковать как резкие и подозрительные. Нет, конечно, его можно было бы понервировать, просто из вредности... но это будет уже натуральнейший детский сад. Есть дела и поважнее.
— Вам не пристало извиняться, Ваше высочество. Мне и в страшном сне не приснятся все "прелести" нынешней политики этого сектора.
Он позволяет себе слабо улыбнуться, устраиваясь в кресле поудобнее и явно настраиваясь на долгую беседу. Почти расслабился даже, относясь к происходящему, в общем, как к капризу стихий - неизбежному процессу, в котором придётся участвовать не совсем по своей воле. Кстати, насчёт страшного сна не врёт ничуть - для человека, в принципе не видящего снов который уже год своей бестолковой жизни, кошмары давно стали чем-то невероятным. Не только они, впрочем.
— Мои люди в порядке, благодарю. Лёгкие ранения, ушибы, у меня пара синяков. Пройдёт. Полицейским досталось куда круче, к сожалению. У них нет нашего снаряжения, да и опыта подобных мясорубок недостаёт.
Это была невысказанная просьба позаботиться о тех, кто действительно принимал на себя страшные удары, к которым жизнь не готовила. Принцесса, разумеется, достаточно умна, чтобы всё понять - но он уж точно не смеет указывать ей, как распорядиться судьбами людей, отдавших здоровье во имя спокойствия Британии. А кому-то и вовсе уже не поможешь, ведь пуля не выбирает, чьи внутренности превращать в кашу. О своих бойцах Стивен позаботился, чуть ли не пинками загнав к докторам наиболее упёртых. Отпуск для восстановления... интересная мысль, но не сейчас, ближайшие дни потребуют от "Чистильщиков" каждого бойца, это и к гадалке ходить не надо.
Он хотел уже привычно выдать что-то в стиле "это моя работа", пожаловаться ненавязчиво на засранцев из Тайной полиции, которые не могли не знать, что грядёт какая-то кровопролитная дрянь. Смолчал, нутром ощутив, что разговор близится к переломному моменту - и оказался прав. Бедная... бедная девочка. Он впервые подумал о принцессе именно так, хотя разница в возрасте порой обязывала. Мало ей своих проблем, ещё и за него отдуваться завтра. За его стремление поставить человеческие жизни выше груды железа и нескольких бухт кабеля. И ведь найдутся идиоты, которые не поймут очевидного, как есть - найдутся.
— Я могу поклясться могилами моих славных предков, что обстрел системы электроснабжения не повлёк за собой потерь среди гражданских. Ни единой. И если завтра кто-то возьмётся спекулировать на эту тему - он рискует получить от меня вызов на дуэль. Дальнейший бой - дело многих случайностей и неизбежных, к сожалению, жертв. Но здесь сработали чисто, даю слово.
Славные предки, ага. Обыкновенные береговые пираты, по счастливой случайности задурившие голову какому-то аристократу, узревшему в них спасителей. Отсюда и фамилия такая, собственно - свет в ночи тому первопричиной да старый маяк. Надо бы, наверное, отправить официальное письмо с благодарностями в адрес безымянных служак, которые тем паршивым днём наводили смертоносные снаряды. Ему ничего не стоит, а им приятно будет. Авось и поощрят как-нибудь, кто знает? Да и в дальнейшем поддержка с воздуха работала хорошо - когда они совершили бешеный рывок к основной группе заложников, всё могло быть гораздо хуже. Если бы не люди из морской пехоты и, как ни тяжело это порой признавать, пилоты "Найтмеров", его бы собирали по окрестностям при помощи множества маленьких пакетов и какой-то матери.

Отредактировано Стивен Лайтинг (2026-08-20 19:09:36)

+6

6

Улыбка вышла сама — короткая, почти незаметная, но искренняя. Юфемия поймала её краем сознания и тут же оборвала, как ловят чужую тень на полу кабинета, куда не следовало пускать посторонних. Радость от слов Лайтинга оказалась не той, какую позволено испытывать человеку, чьи подданные лежат в морге городской больницы, а родные ещё не опознали тела. Она обрадовалась не тому, что гражданские живы, — она обрадовалась тому, что её завтрашняя речь не рассыплется под первым же вопросом журналистов. Что её совесть, если таковая ещё имелась, останется прикрытой формулой «жертв среди населения во время непосредственного штурма и спасения заложников удалось избежать». И от этого стало так гадко, что она на мгновение перестала слышать собственное дыхание.

Свет люстры дрогнул, будто кто-то задел плафон невидимой рукой. Юфемия перевела взгляд на латунную карту и заставила себя дышать ровно.

Вдох.

Выдох.

Губернатор не имеет права тонуть в рефлексии, когда на столе лежит проект Особого округа, а за окном город, который завтра либо поверит ей, либо нет.

— Благодарю вас, майор, — голос вернулся, сухой и ясный, как треск печати на воске. — Ваше слово многого стоит. По крайней мере, для меня.

Она позволила себе короткий взгляд на Аарона — тот по-прежнему стоял у стены, ничем не выдавая, слышал ли он разговор или давно растворился в собственных мыслях. Юфемия отвернулась. Сейчас ей нужен был не надзиратель, а собеседник.

— Я хочу спросить у вас о другом, — дна подалась вперёд, локти легли на столешницу, пальцы сплелись в замок. — Вы находитесь внутри армейской среды. Среди офицеров, солдат, унтер-офицеров. А я — принцесса, которая подписывает приказы и читает сводки. Это разные миры, сколько бы мы ни делали вид, что говорим на одном языке.

За окном вновь шевельнулась невидимая взвесь — не то снег, не то пепел, не разобрать. Ветер усилился, и стекло отозвалось едва уловимым гулом, похожим на чужое предупреждение.

— Завтра... В ближайшее время я объявлю о создании Особого административного округа. Это решение уже принято, и я не стану от него отказываться. Но я должна понимать, с чем столкнусь. Какие настроения вы видите в войсках, майор? Не в столичных штабах, а здесь, в казармах, в офицерских собраниях, на плацу. Я не прошу вмешиваться, но прошу обрисовать картину, которую вы видите каждый день. Хочу понять, где проходят красные линии.

Она не сказала «если». Она уже давно перестала верить в сослагательное наклонение, когда речь шла о её собственных решениях. Слово было сказано, и теперь лишь ветер за окном мог делать вид, что ничего не произошло.

Перед глазами невольно встало лицо Кловиса. Он любил рисовать — до безумия, до исступлённого перфекционизма, до целых залов, заставленных холстами. Юфемия помнила его кисть, застывшую над очередным полотном, помнила, как он говорил, что живопись — единственный способ зафиксировать то, что скоро исчезнет. Сам он исчез раньше, чем дописал, наверное, самую важную свою картину. И ведь он был опытнее, умнее, жёстче. Но и он не увидел той тьмы, что подступала со стороны собственного окружения. От этой мысли холодок пробежал где-то под рёбрами, и Юфемия подавила его усилием воли.

Она ждала ответа Лайтинга, глядя ему прямо в глаза.

[nick]Euphemia li Britannia[/nick][status]Bubbleboom[/status][icon]https://i.imgur.com/qWkLY4c.png[/icon][sign] [/sign][fld4]<a href="https://codegeass.ru/pages/chronology?id=18">Личная страница</a>[/fld4][fld1] [/fld1]

Отредактировано Marika Soresi (2026-08-21 00:40:55)

+6

7

Ей бы люстру поменять, конечно. Вон как дуркует, будто не в сердце высокотехнологичной резиденции всемогущей правительницы островов. Впрочем... всемогущей ли? Общественное мнение, потребности сторонников, необходимость заигрывать с силовиками и промышленниками, с религиозными деятелями и всеми прочими. Наконец, влияние далёкой столицы. Тяжело быть Юфемией ли Британия, как ни крути. Ни за что бы не поменялся с ней ролями, даже будь он при том принцем с полномочиями и секретаршей из топ-моделей. Интересно, насколько она в курсе, что нескольких подраненных пуристов "Чистильщики" по сути расстреляли? Записи с нашлемных камер можно было скрыть от многих, но уж точно не от принцессы. Да и никто особо не стремился, смысл что-то утаивать? Впрочем, ладно. Реально доказать, что штурмующие действовали как-то не так - уже невозможно, это будут лишь домыслы. Удар с воздуха никого не убил, остальное легко и просто вешается на пуристов, благо что боеприпасы у них ровно такие же, с одних заводов приехали.
Армейская среда... нет, вот именно среди армейцев-то он по старой памяти старался не тереться, с лёгким снобизмом предпочитая морскую пехоту в качестве как собеседников, так и отрядов поддержки на поле боя. Хотя с чего бы Юфемии знать такие нюансы? Морская пехота это вообще отдельный кочующий по миру сумасшедший дом, набитый традициями и заморочками, что горшок лепрекона - золотом. Стивен демонстративно задумался, прикидывая свой ответ. Там ведь всё... сложнее, чем хотелось бы, на самом деле.
— Я не могу говорить за всех, только за своих подчинённых и немного за Корпус морской пехоты, с которым поддерживаю кое-какие контакты.
Его тон почти извиняющийся, как будто бы штатный губернаторский головорез должен железной рукой держать за причиндалы всех, кому государство вообще доверило оружие. Это не так, конечно же, но... всё равно неудобно. Юфемия на него рассчитывает. Бедная, бедная Юфемия с её идеалами и тернистой дорогой к пропасти или подобию всеобщего счастья. И куда дорога вывернет - они увидят завтра. А потом ведь будет ещё развилка, за ней другая, третья...
— Ходят разговоры о слабости действующей власти, о том, что пуристов нужно было прижать гораздо раньше. Но это лишь кухонная болтовня, если можно так сказать, на работу она не повлияет. Армейцы... с ними сложнее. У меня нет там знакомств.
С армией действительно было не всё так хорошо, как хотелось бы. Их, конечно, при принце Ренли почистили, но вряд ли в полной мере. А ещё кто-то теперь стопроцентно точит зуб на власти за то, что пуристов не прижимали. А кому-то всё равно. Сложно. Он поэтому и не стал продолжать, чтобы не вносить лишнюю путаницу - пусть тайные полицейские разбираются, это их хлеб с маслом и иногда икрой.
— Позволю себе лишь посоветовать сохранить морским пехотинцам их... традиции. Они не принимают в свои ряды не-британцев и граждан в первом поколении и едва ли будут рады переменам. Это, конечно, не красная линия, но сторонников у Вашего высочества резко поубавится. То же касается "морских котиков".
Что до самого Стивена - да, у него были вопросы, какого лешака пуристов не передавили ещё к концу октября, но большая политика точно не так проста, как хотелось бы. Руки у пуристов длинные, кое-где они по локоть в задницах высокопоставленных людей, превращая тех в марионеток. Если не было большой чистки, на то явно была причина.
— Мне хотелось бы присутствовать во время разговора с прессой, Ваше высочество. Пусть задают свои вопросы о штурме тому, кто собирал бронежилетом пули и видел глаза убийц.
Стивен улыбается - хищно, зловеще. Пусть задают вопросы, да. Если посмеют. У него не просто так репутация головореза, беспощадного к врагам государства. Удар примет тот, кому уже некуда падать - принцесса должна остаться безупречной, это один из столпов её грандиозного плана. А с недовольными они ещё разберутся - чистки необходимы, но должны быть аккуратными. Примерно как у людей старины Хэккета, где наиболее бестолковые вылетели в отставку или за борт с чем-нибудь тяжёлым на ногах. Только поди, докажи, что это не было несчастным случаем или самоубийством на почве внезапно проснувшейся совести...

Отредактировано Стивен Лайтинг (2026-08-21 10:06:53)

+6

8

Слова Лайтинга о морской пехоте она запомнила почти дословно. Не-британцы и граждане в первом поколении не входят в их ряды. Традиции, которые они не захотят менять. Значит, среди самых боеспособных подразделений сектора есть силы, для которых её реформа — пощечина. Пока они выполняют приказы, но завтра, когда объявят Особый округ, что-то может щёлкнуть. Она не знала, что именно. Знала только, что должна быть готова. И что Лайтинг, при всей своей кажущейся простоте, понимает расстановку сил лучше многих её советников.

— Благодарю вас, майор, — произнесла она, и голос её прозвучал тише, чем следовало. — То, что вы рассказали, для меня ценно. Я услышала вас.

Она сознательно не стала уточнять, какие именно выводы сделала. Пусть он видит, что разговор не прошёл впустую, но не знает, куда именно лягут его слова. Доверие — тонкая материя. Слишком много людей вокруг неё играли в открытую. И у многих из них судьба остаётся незавидной.

Ветер за окном на мгновение стих, и в наступившей тишине сделался слышен далёкий гул монорельсовой магистрали — звук, который обычно тонул в дневной суете. Юфемия ухватилась за него, как за якорь, позволяя себе лишнюю секунду, чтобы собраться.

— Ваше предложение присутствовать на пресс-конференции я принимаю с благодарностью, — она чуть склонила голову. — Полагаю, это разумно: пусть журналисты адресуют свои вопросы тому, кто был там лично. Однако точного расписания у меня пока нет. После всего случившегося планы приходится корректировать почти каждый час. Я обязательно извещу вас, как только будет ясность.

Она позволила себе короткий взгляд на Аарона — тот, как всегда, стоял неподвижно, но теперь Юфемии показалось, что в его молчании есть какое-то ожидание. Она отбросила эту мысль. Аарон всегда был загадкой, и разгадывать её сейчас не было ни сил, ни времени.

Внутри неё шевельнулось: Сузаку. Он должен быть рядом с ней, когда она выйдет к прессе. Не как рыцарь, стоящий за плечом, а как символ — живое доказательство того, что её слова не расходятся с делом. Но почти сразу пришла другая мысль, холодная, как сквозняк от окна: его появление рядом с ней в такой момент может быть воспринято не как жест доброй воли, а как сигнал. Кем-то — как сигнал к действию. И тогда всё, чего она добивалась, обернётся новой кровью. Её рыцарь станет первой мишенью. Эта забота была не о политике — о нём. О том, чтобы он остался жив. О том, чтобы ей не пришлось хоронить ещё одно дорогое лицо.

От этой мысли что-то сжалось под рёбрами. Юфемия заставила себя выдохнуть. Теракт в Академии, кто бы его ни устроил, уже достиг одной из целей: она сидит здесь, в собственном кабинете, и сомневается. Тратит время на то, чтобы взвесить, кого можно поставить рядом с собой, а кого — спрятать. А время, как любил повторять Шнайзель, — единственный ресурс, который не восполнить.

Она снова посмотрела на Лайтинга. Пора было переходить к следующей части разговора, и Юфемия знала, что после этих слов пути назад уже не будет. Но она и не собиралась отступать.

— Есть ещё кое-что, о чём я хочу вам рассказать, майор, — она положила ладони на стол, раскрыв их, как раскрывают карты перед игроком, которому решили довериться. — После допроса госпожи Ню и господина Смолла у меня осталось больше вопросов, чем ответов. Оба излагают события так, что их версии не стыкуются между собой. Оба настаивают на своей невиновности. И оба, что любопытно, выводят на сцену одного и того же человека. Покойного главу Тайной полиции Дуэйна Кеннеди.

Юфемия выдержала паузу, не отводя взгляда от майора. Она не собиралась скрывать, что делится с ним сомнениями — но и не собиралась раскрывать всё, что знала сама.

— Госпожа Ню утверждает, что Кеннеди сфабриковал против неё и Смолла дело, объявив их террористами, потому что они слишком близко подошли к его тёмным делам. По её версии, он был причастен к событиям, о которых я пока не готова говорить предметно, но суть в том, что Кеннеди вёл собственную игру, и они стали помехой, — она на мгновение замолчала, словно подбирая формулировки. — Господин Смолл, напротив, настаивает, что именно Кеннеди был его куратором в Тайной полиции, что он передавал ему данные против Вилетты и её окружения. По его версии, Кеннеди вёл расследование против радикального крыла пуристов, а Смолл выступал информатором, — Юфемия позволила себе короткую, почти печальную усмешку. — Как видите, один и тот же человек оказывается одновременно кукловодом и защитником. И обе стороны клянутся, что их слова — правда.

Она откинулась на спинку кресла, но взгляда не опустила.

— Своего мнения у меня пока нет. Я не могу понять, кто из них лжёт. Возможно, лгут оба. Возможно, оба говорят правду, но только о разных гранях одного и того же. Ясно одно: без тщательного дополнительного расследования здесь не обойтись. И я хочу, чтобы вы знали: я не собираюсь закрывать глаза на эти противоречия. Слишком многое стоит на кону.

Она вздохнула. Завтрашнее утро казалось ей одновременно далёким и угрожающе близким. А ведь ещё столько нужно успеть.

[nick]Euphemia li Britannia[/nick][status]Bubbleboom[/status][icon]https://i.imgur.com/qWkLY4c.png[/icon][sign] [/sign][fld4]<a href="https://codegeass.ru/pages/chronology?id=18">Личная страница</a>[/fld4][fld1] [/fld1]

+7

9

— Semper fidelis. Я ведь и сам был когда-то морпехом, Ваше высочество.
Стивен внезапно меняется в лице, став почти добродушным любителем переводить старушек через дорогу, иногда против их воли. "Всегда верен", да. В настоящий момент - верен Юфемии и её благим идеям, даже если они кому-то не нравятся; особенно если они не нравятся бывшим сослуживцам, которые и друг друга-то не особо любят. В конце концов, его понимание социал-дарвинизма означало максимально равные возможности для каждого стать достойным британцем и тем сделать нацию сильнее. А уж какого там цвета кожа, какой разрез глаз - вторично. Японцев можно сколько угодно недооценивать, но во время вторжения крови они попортили изрядно даже лучшей армии этой планеты. Если бы не гений изобретателей огромных боевых роботов, победа далась бы тяжелее, хотя в её неизбежности не было смысла сомневаться. Неужели же Куруруги был таким идиотом? Этого уже никогда не узнать, ведь разговаривать с мёртвыми ещё никто не научился.
В ответ на слова про расписание он лишь коротко кивает - всё равно ведь будет где-то неподалёку, если не случится очередного непотребства. Хотя едва ли злодеи, кем бы они ни были, соберут достаточно сил так быстро. Ну вот разве что Зеро, но насколько ему вообще это надо? С одной стороны - он, вроде бы, за всё хорошее и против всего плохого. С другой - кому нужны защитники угнетённых от произвола правительства, когда это самое правительство не особо и угнетает? В любом случае, не его ума дело, даже этот странный тип позади принцессы наверняка понимает политическую обстановку лучше и может догадываться, что нужно Чёрным рыцарям. Стоит тут, слушает всякое, собирает в голове. Молчит. Не делится мыслями. Ну и пёс с ним, в самом деле.
Показания пуристов... интересны, конечно, но для исключения неясностей он бы предпочёл обоих как следует обработать, а ну как память будет лучше работать и готовности к сотрудничеству прибавится. Пока что выходило, что они просто валят вину друг на друга, заодно и на покойного Кеннеди. Или не покойного, в его смерть верилось очень уж с трудом, не настолько глупый человек был. Что вот чёртов главный тайный коп делал там, где прозвучал взрыв? Мчался предотвращать теракт? Если у него в багажнике не было какого-нибудь компактного робота-убийцы-невидимки - чёрта с два бы получилось. Лучше бы предупредил тех, кто реально мог успеть. Говнюк.
— Госпоже Ню, как руководителю боевого крыла пуристов, сейчас есть смысл выкручиваться любой ценой. В конце концов, именно её люди оказались, совершенно неожиданно, террористами и предателями. Кеннеди уже не сможет подтвердить, был ли Смол его агентом или нет - а в этом деле может и не остаться записей, которые заменят слова покойного. Хотя оба они не запятнали свои руки кровью невинных тем паршивым днём, хотя убийц направлял другой человек - я бы на всякий случай не доверял обоим. И если эти люди не представляют какой-то большой ценности...
Он очень-очень выразительно смотрит на принцессу, совершенно недвусмысленно намекая на дыбу, раскалённое железо или хотя бы какую-нибудь новомодную химию. Разумеется, с его личным участием, ведь Тайной полиции он теперь тоже не доверял ни в малейшей степени. Решили устроить какие-то свои игрища, хотя все должны трудиться сообща на общее благо, не ради регалий. Как дети малые.
— И раз уж речь зашла о мистере Кеннеди. Если мне не изменяет память, именно его рекомендациям среди прочего я обязан своим новым положением. Что именно нашёл во мне целый глава Тайной полиции, да ещё и бескорыстно?
Желание вкручивать людям в зад горячий вертел испарилось из его взгляда, уступив место профессиональной заинтересованности. Ведь Тайная полиция не пыталась его вербовать, не просила об услугах в настоящем и будущем. Как будто бы и в самом деле здесь не было какой-то двойной игры, но верить в такие вещи - противоестественно!

Отредактировано Стивен Лайтинг (2026-08-21 20:14:50)

+6

10

Юфемия могла бы ответить сразу, но позволила себе задержаться, собирая слова в порядок, который не оставил бы места для двусмысленности. К Виллете и Лесли они всегда могут вернуться позднее. Это не главное.

— Мистер Кеннеди умел читать досье, — произнесла она наконец, возвращая взгляд к Лайтингу. — Ваши показатели, боевой опыт, характеристики от командования — всё это складывалось в портрет офицера, который делает работу, а не ищет, как обернуть её себе на пользу, — она чуть склонила голову, давая понять, что говорит не только со слов покойного, но и из собственных наблюдений. — Думаю, именно это он в вас и увидел. Человека, не мотивированного к подковёрным играм. Что, учитывая нынешние обстоятельства, делает вашу кандидатуру если не безупречной, то по крайней мере объяснимой.

Юфемия сомкнула губы, вздохнула, но внутреннее напряжение резонировало в груди. Плечи оставались прямыми, руки — сложенными на столешнице, пальцы касались края папки с докладами, которая так и не была открыта за весь вечер.

— Теперь, когда Кеннеди мёртв, его мотивы уже не проверить. Но его наследие — люди, которых он приставил к вашим «Чистильщикам», и новый глава Тайной полиции — остаётся с нами, — в голосе прорезалась та самая губернаторская сухость, которая всегда появлялась, когда разговор заходил о недоверии. — А потому я бы попросила вас... Нет, не доносить.

Ещё одна пауза. Юфи старательно подбирала слова.

— Наблюдать. Если заметите странности в действиях сэра Реджинальда Хейла или в поведении консультантов, которых вы получили от прежнего руководства, — сообщите мне лично. Без посредников.

Она выдержала взгляд на майоре, чтобы он понял серьёзность просьбы, и лишь затем перевела дыхание. За окном снова завыл ветер, и стекло отозвалось низким, почти утробным гулом. Юфемия позволила этому звуку заполнить тишину.

— Теперь о завтрашнем дне, — она подалась вперёд, упираясь ладонями в край стола. — Я хочу услышать от вас, в каком состоянии находятся ваши люди. Способны ли «Чистильщики» обеспечить порядок, если что-то пойдёт не так? — она помедлила, и впервые за вечер её голос дрогнул, едва уловимо, как струна под слишком сильным ветром. — Потому что моя собственная готовность... пошатнулась. После Академии я ловлю себя на том, что смотрю на завтрашнюю церемонию и вижу не триумф, а мишень.

Признание вырвалось раньше, чем она успела его остановить. Юфемия не опустила взгляд, но внутри что-то сжалось, будто она только что сняла с лица маску перед человеком, который мог этим воспользоваться. Впрочем, отступать было поздно. С Лайтингом она выбрала быть более честной.

[nick]Euphemia li Britannia[/nick][status]Bubbleboom[/status][icon]https://i.imgur.com/qWkLY4c.png[/icon][sign] [/sign][fld4]<a href="https://codegeass.ru/pages/chronology?id=18">Личная страница</a>[/fld4][fld1] [/fld1]

Отредактировано Marika Soresi (2026-08-22 17:22:43)

+6

11

Подковёрные игры и в самом деле были чужды Стивену - у него хватало своих проблем вне службы, чтобы заниматься ещё и попытками угождать, подставлять и выбиваться. Даже сейчас, когда пойдёт грандиозное перераспределение должностей, титулов и влияния, важнее всего было обеспечить устойчивость действующей власти. Что толку лезть вверх, если в любой момент твоя опора может подломиться? Он ставил на Юфемию и её идеалы, как прежде на Ренли - и собирался быть в этом предельно последовательным человеком. Интригуют пусть другие... пока могут. Вполне возможно, что грядущие события сметут многих из любителей втыкать другим нож в спину.
— Интриги разят военных лучше и вернее вражеских пуль.
Он неопределённо пожимает плечами - всё равно ведь ни за что не поверит, что Кеннеди опирался только на досье. В этом случае конкуренция всё равно бы оставалась, хотя бы с непосредственным начальством в виде Фостера. И сложно сказать, кто окажется более достойным почестей и подходящим для трудностей. Впрочем, ладно. Сделанного не воротишь, полномочия не сложишь. Не сейчас, да и незачем пока что - справляется, вроде бы. Только пуристов не дадут пытать, похоже, какая жалость. Будучи на редкость злопамятной скотиной, он бы заодно заставил их ответить за все проступки всех единомышленников, которые хоть когда-нибудь портили его жизнь. Увы. И ах.
— Если я замечу странности. Хорошо, Ваше высочество, будет исполнено.
Он бы предпочёл, конечно, просто и без затей арестовать подозрительных людей и... да, снова в голове пытки, боль и скрежет зубовный. А что ещё делать остаётся, если человек ставит собственное эго превыше государства? К сожалению, ему и в самом деле придётся лишь приглядывать и докладывать. Противостояние с целой Тайной полицией - слишком уж тяжёлое и неблагодарное дело, чтобы ввязываться. Принцесса же своей властью может если не разогнать этих хитрецов, то хотя бы не дать им слишком уж распоясаться. Хотя хотелось бы, конечно, чтобы они в принципе как-то начали работать заодно. Мечты, мечты...
— Не считая нескольких "лёгких", которых я оставлю в резерве на базе, мы готовы к завтрашнему дню насколько это возможно сейчас. Мои люди могут играть роль ударного кулака там, где это понадобится. Я бы хотел сконцентрировать их в одном или двух местах, а не распределять по большой площади. Оцепление и наблюдение - не наша сильная сторона. Также...
Он задумался, прикидывая, как будет лучше донести свою мысль, чтобы это не выглядело как попытка засунуть принцессе в спину тот самый нож. Просьба и в самом деле будет из серьёзных.
— Мне хотелось бы получить право применять силу на своё усмотрение, не дожидаясь согласования ни с кем.
Иначе говоря - стрелять в гражданских, журналистов, да даже собственную гвардию Юфемии, если их действия окажутся похожи на попытку сорвать церемонию и навредить принцессе. Быть не просто цепным псом, но спущенным с поводка цепным псом, кровожадным и готовым разорвать любых врагов своей юной хозяйки. Он действительно просил очень уж многого. Но если в ряды вроде бы верных людей затесался предатель, хуже того - фанатик, то последствия могут быть самыми ужасными, а времени на реакцию попросту не останется. Жаль, конечно, что там будет целая прорва представителей самых разных специальных служб, которые будут, разумеется, себе на уме. Вдвойне жаль, что они попросту не успели провести учения на месте будущих исторических событий. Но человек предполагает, а Бог... а Бог - коллективно-бессознательное, ничего он там не переиначивает, нечего на него пенять.

+7

12

Просьба Лайтинга повисла в воздухе, не выдерживая сравнения с тишиной. Юфемия не отвечала сразу. Она смотрела на майора и понимала, что он сказал ровно то, что должен был сказать человек, два дня назад штурмовавший Академию. Для него мир делился на угрозы и всё остальное. И в этом была своя правота. Но вместе с тем — чудовищная простота, которую она не могла себе позволить.

Право применять силу без согласования. Без оглядки. Без суда. По сути — карт-бланш на стрельбу, если майору покажется, что кто-то угрожает церемонии. А «покажется» — опасное слово. Ей не нужно было далеко ходить за примерами: Синдзюку начался с того, что кому-то что-то показалось.

Она провела пальцем по краю папки. Документы так и не были открыты, но сейчас это уже не имело значения. Важнее было не то, что написано, а то, что предстояло решить.

— Я понимаю, о чём вы просите, майор, — голос Юфемии прозвучал глуше, чем обычно. — И я не стану притворяться, будто не вижу в этом смысла. Если завтра кто-то попытается повторить Академию, решение придётся принимать за секунды. Любая задержка — это новые тела.

Она поднялась. Сидеть дальше сделалось невыносимо, словно само кресло перестало быть опорой. Прошла к окну, не оборачиваясь. На стекле, подсвеченные снаружи, плясали мелкие капли — не то дождь, не то конденсат. Город внизу жил своей обычной жизнью, не подозревая, что где-то в этих кабинетах решается, прольётся ли завтра кровь.

— Но я не могу дать вам такое право без ограничений. Потому что одна ошибка — и мы устроим бойню уже не руками пуристов. Нашими руками. Моим именем. — Юфемия обернулась, встала лицом к майору. Свет люстры падал ей на плечи, и в этом свете она казалась почти хрупкой. — Я не хочу, чтобы потом на каждому углу твердили, что Особый округ был объявлен под дулами собственных войск.

Она замолчала. В голове против воли всплыло лицо Корнелии. Та бы сейчас ответила иначе: холодно, жёстко, без этих метаний. Корнелия не стала бы рассуждать о репутации и невинных — она бы отдала приказ, расставила снайперов и закрыла периметр. И в этом была сила, которой Юфемия всегда восхищалась, но которой у неё не было. Потому что она не могла думать только о задаче. Она думала о людях, которые окажутся между ней и пулей.

Сестра умела воевать. А она — губернатор, который завтра должен выйти перед камерами и сказать, что всё под контролем. И если ради этого контроля придётся развязать руки одному человеку, то пусть это будет человек, который сначала докажет, что не выстрелит без необходимости.

Она вернулась к столу, но не села. Встала у кресла, положив ладони на спинку.

— Если мы и пойдём на такие меры, то сначала нужно пересмотреть регламент самой церемонии. Усилить досмотр, сократить число приглашённых, убрать точки скопления. Может быть, тогда ваше право и не потребуется, — она наклонила голову, глядя на Лайтинга с тем особым выражением, в котором сочетались усталость и решимость. — А если потребуется, то оно должно быть ограничено зоной, временем и конкретными сценариями. Никакой самодеятельности за пределами периметра.

Ветер за окном снова заявил о себе. Где-то вдали, над городом, мигнул прожектор. Юфемия проследила за его лучом, исчезнувшим в темноте.

— И ещё одно, — она выпрямилась, и голос её вновь обрёл привычную губернаторскую твёрдость. — Я не исключаю, что объявление придётся перенести. Не отменить — перенести. На несколько дней. Безопасность важнее календаря.

Она замолчала, давая майору время осмыслить услышанное.

— Но это решение я не приму сейчас. Мне нужно обсудить его с советниками. Ответ дам вам к обеду завтрашнего дня. Не раньше.

Юфемия обошла стол и вновь села, давая понять, что разговор близится к завершению. Аарон всё так же стоял у стены, и теперь, в полумраке, его фигура казалась частью интерьера. Ей вдруг захотелось, чтобы он ушёл. Чтобы ушли все. Чтобы осталась только она и этот город за окном, который завтра изменится навсегда — независимо от того, выйдет она к нему или нет.

[nick]Euphemia li Britannia[/nick][status]Bubbleboom[/status][icon]https://i.imgur.com/qWkLY4c.png[/icon][sign] [/sign][fld4]<a href="https://codegeass.ru/pages/chronology?id=18">Личная страница</a>[/fld4][fld1] [/fld1]

+7

13

Майор внимательно смотрит на принцессу, отмечая сложнейшую внутреннюю борьбу. Юфемия не была жёстким человеком, для неё в самом деле было очень тяжело допускать подобное. Стивен же, не будучи оптимистом, вполне себе собирался завтра немного пострелять в людей - не может такого быть, чтобы какие-нибудь злодеи не попытались испортить дело... ну, если не всей жизни Юфемии, то всего правления уж точно. Явно же есть те, кто с радостью выгнал бы принцессу в метрополию, позвав на правление кого-нибудь другого. Более удобного себе. А ещё ведь есть любители устраивать хаос в экономике и наживаться на нём... в общем, желающих завтра сунуться под его пули будет предостаточно. Было бы разрешение эти пули выпустить - а вот здесь принцесса медлила. Понимает ведь прекрасно, что безгрешных людей не бывает и тот же Лайтинг может устроить кровавую баню хлеще всяких пуристов. Не может не понимать.
— Проблема в том, Ваше высочество, что пересмотр регламента в сущности ни на что не повлияет. К сожалению, я ожидаю атаки изнутри - со стороны тех, кто будет проводить досмотры, стоять в оцеплении, смотреть через прицел на толпу. Силовики уже подводили Вас из-за своих глупых предрассудков, могут подвести и ещё раз. Не могу ручаться, что даже среди моих людей сейчас нет двойного агента, в том числе поэтому и хочу держать их компактно и под наблюдением.
Последние слова дались не без некоторого труда, но признавать проблемы - необходимо для их исправления. Да, даже "Чистильщики" могут подвести, не столько из-за идеологии. Подкупить или запугать можно всех, включая самого майора - вопрос лишь цены и средств. Впрочем, основной проблемой он видел снайперов и пилотов "Найтмеров", если таковые будут присутствовать. Скорее всего - будут. И вот их остановить, случись что, он попросту не успеет. Проблема была решаема, конечно - но лишь отчасти. Посадить к каждому рыцарю в кабину по наблюдателю не получится.
— А потому мне потребуется знать позицию каждого снайпера, каждого наблюдателя, каждого солдата и рыцаря, как если бы я лично их расставлял. К сожалению, представители других подразделений и служб могут отнестись к этому... не слишком лояльно, поэтому вынужден прямо просить о помощи.
Эти внутренние разборки, где морпехи косо смотрят вообще на всех, а обычная и тайная полиции любят друг друга примерно как собака с кошкой. Нет среди силовиков единства, не получится быстро его достичь. Придётся выкручиваться, полагаться на своих снайперов, которые запросто могут ошибиться или нарочно подвести - люди, они такие. Теракт в Академии, как ни крути, заставил Стивена стать ещё более параноидальным человеком, ожидающим удара буквально отовсюду. Нужно... нужно будет обратиться к людям, которые стоят вне системы. Может, подскажут что-то. Даже если и попросят что-то взамен - придётся дать, иначе завтра в том числе и его будущее может разлететься на куски.
— И последнее. Чёрные рыцари хорошо себя показали в Академии, но у меня нет идей, как они вообще там очутились раньше нас. Я не призываю ловить их и репрессировать, но не могу сбрасывать со счетов полностью. Поэтому если они каким-то образом заинтересованы в присутствии на церемонии - мне нужно знать и об этом.
Для Зеро утопить завтрашний день в крови руками британцев будет просто отменной идеей, если он хочет продолжать борьбу за что-то там своё. Кажется, знаменитого террориста не понимает до конца вообще никто из представителей официальных властей, а потому - он угроза априори. Хотя кто помешает ему наполнить толпу зрителей провокаторами, которым оружие не нужно вовсе? Или ещё какую-то гадость устроить. Как всё сложно, в самом-то деле... если никому толком не доверять, свихнуться недолго.

Отредактировано Стивен Лайтинг (2026-08-23 12:23:52)

+6

14

Юфемия выслушала Лайтинга, не перебивая. Каждое его слово — о снайперах, о двойных агентах, о возможном ударе изнутри — ложилось ровно в ту картину, которую она сама рисовала последние двое суток. Но признавать это вслух было бы слишком. Пока что ей требовалось не согласие, а время.

— Я вас услышала, майор, — заговорила она после того, как он закончил. Голос оставался спокойным, но в нём появилась та осторожность, какая бывает у человека, ступившего на лёд. — В ваших словах есть резон. Возможно, больший, чем мне хотелось бы признавать.

Она поднялась. Кресло откатилось чуть назад, но Юфемия не стала поправлять его. Вместо этого подошла к латунной карте на стене, провела пальцем по границе одиннадцатого сектора — там, где завтра должна была пройти церемония. Металл холодил кожу, и это помогало думать.

— Однако вы просите о вещах, которые требуют не минутного решения. Дать вам право применять силу без согласования — значит переписать правила игры. А переписывать их за несколько часов до того, как эта игра начнётся, — безумие.

Она обернулась. Свет падал ей на лицо, оставляя глаза в тени.

— Я не отказываю вам, майор. Но мне нужно время. К обеду завтрашнего дня вы получите ответ.

Слова о Чёрных Рыцарях задели её сильнее, чем она показала. Лайтинг прав: они оказались в Академии раньше, чем кто-либо мог ожидать. И до сих пор ни одного заявления от Зеро. Ни объяснений, ни угроз, ни требований. Это молчание казалось ей зловещим, как штиль перед штормом.

— Ваше замечание о Чёрных Рыцарях... — начала она, возвращаясь к столу. — Оно справедливо. Я не знаю, как они там оказались. И я не люблю не знать.

Пальцы легли на край столешницы, но тут же отстранились. Она не хотела снова цепляться за знакомые жесты, которые выдавали бы волнение.

— Зеро до сих пор не выступил ни с одним заявлением. Никто не взял на себя ответственность за их появление в Академии. Это не похоже на него.

Юфемия села. Медленно, выпрямив спину, сложив руки перед собой.

— Я хочу переговорить с ним. Просто услышать, что он скажет. И сделать выводы.

[nick]Euphemia li Britannia[/nick][status]Bubbleboom[/status][icon]https://i.imgur.com/qWkLY4c.png[/icon][sign] [/sign][fld4]<a href="https://codegeass.ru/pages/chronology?id=18">Личная страница</a>[/fld4][fld1] [/fld1]

+7

15

В понимании Стивена, правила игры были просты и понятны. Есть враги, их нужно уничтожать немедленно. Даже если они выглядят как какой-нибудь лорд из столицы, миловидная девочка в платье и с огромным бантом на кудрявой голове... да хоть этот вот бессловесный истукан, который переводит кислород в кабинете. Разрешение здесь будет вторично, но - его нужно испросить хотя бы чтобы принцесса понимала его мотивы, если завтра чьи-то - благородные или не очень - мозги окажутся на полу вместе с осколками черепной коробки. Конечно, если будет заявлено твёрдое, безоговорочное "нет", он потом получит по дурной башке за самоуправство. Ничего страшного, переживёт. В отличие от обладателя мозгов на полу. Бывшего, разумеется.
Он молча наклоняет голову - понял, не дурак. Подождёт, в итоге всё равно сделает так, как будет нужно для её же блага. И нет, любовь к насилию здесь почти не замешана, просто Юфемия... временами слишком мягкосердечна для этого места, этой должности и этой своры падальщиков вокруг. Ей бы походить немного на ту же Корнелию, на Ренли, на Шнайзеля хотя бы. Не в полной мере, лишь для демонстрации собственной силы и решимости. Вот, например, этих силы и решимости сейчас решительно не хватало, чтобы убедить её верного душегуба в необходимости принять правила завтрашней игры безоговорочно. Принцесса может заколебаться, может позволить колебаться другим. Головорез из "Чистильщиков" будет рядом, чтобы хотя бы попытаться спасти ситуацию. Или окончательно обратить всё прахом - ведь он тоже ошибается.
Заявлений он от Зеро и не ждал. Как-то не до того было, да и что может сказать этот человек? В смысле - что нового, не высказанного уже хоть кем-то из многих ораторов, части из которых язык бы отрезать и на лоб пришить. Пуристы - зло, британцы - слабы? Было. Чёрные рыцари - великие герои? Да тоже было, наверное. К тому же - банальщина и брехня, реально геройствовала там по большей части простая полиция.
— Полагаю, Его высочество принц Ренли мог бы как-то помочь если не с выходом на Зеро, то хотя бы с объяснением его действий.
Предыдущий губернатор был здесь дольше, успел повидать больше и мыслил достаточно неординарно. С него станется не просто иметь возможность оставить послание для лидера местных то-ли-террористов-то-ли-не-совсем, а пообщаться напрямую. Ну хотя бы потому, что в своё время он имел достаточно сил и средств, чтобы задавить Чёрных рыцарей. Не стал. Это уже изрядно попахивало какими-то договорённостями вроде тех, что сам Стивен заключал недавно. Кстати, вполне неплохо вышло, всяко лучше ещё одной бойни уже с другими действующими лицами. А если кому-то что-то не понравилось, то и ладно. Всё равно на его месте не окажутся никогда, чтобы понять мотивы.
А вообще, дался ей сейчас этот Зеро, говорить с ним. Явно ведь демагог тот ещё, заморочит голову и в итоге тоже сделает всё на свой лад. Вот какой там лад будет - поди пойми. Враг он сегодня, союзник или нечто посередине? На всякий случай, конечно, пристрелить бы его от греха подальше, но этот испытанный и надёжный способ решения проблем вообще стоило бы применять налево и направо, будь на то воля майора. Кто б ему разрешил ещё. Вилетту и ту пытать не дали. Хотя обещал ведь слово замолвить, а уже хочет пятки в камин совать или ещё какое непотребство делать. Может, она и не врёт, а сама - добрячка, милашка и пацифистка, просто детство было тяжёлым? Ладно. Отставить пытать Вилетту. Но и справляться о ней он не будет - вроде как, достаточно убедительно изложил в своём рапорте, что она не злодейка и вешать её не нужно, пожалуйста-пожалуйста. Дальше уж как карта ляжет.

Отредактировано Стивен Лайтинг (2026-08-24 19:37:25)

+6

16

Она выслушала Лайтинга, не перебивая. Фраза о Ренли зацепилась в сознании, как крючок, за что-то, что она сама не до конца понимала. Стивен был прав: брат знал сектор лучше, чем кто-либо из нынешних обитателей резиденции. И всё же из его уст это прозвучало почти как признание — будто майор допускал, что у Ренли могли быть каналы, о которых сама Юфемия не догадывалась.

— Вы считаете, что у моего брата был прямой выход на Зеро? — спросила она, и голос вышел осторожным, как шаг по тонкому льду. — Или вам известно, что кто-то из его людей вёл переговоры с Чёрными Рыцарями?

Она не стала уточнять, что сама недавно поручила Акено наладить контакт с Орденом. Это была ниточка, которую она пока не собиралась выпускать из рук, — особенно перед человеком, который только что просил карт-бланш на стрельбу. Лайтинг был надёжен, но даже надёжность имела предел, когда речь заходила о Зеро.

За окном ветер снова усилился, и стекло отозвалось низким гулом. Юфемия отметила это краем сознания, не отвлекаясь. Всё её внимание было сосредоточено на собеседнике.

Дверь приоткрылась. Сначала — едва слышный скрип, затем — фигура адъютанта, возникшая на пороге. Юфемия не обернулась, но почувствовала его присутствие по тому, как изменился воздух в комнате: лёгкий сквозняк пробежал от входа, шевельнул волосы на затылке.

— Ваше Высочество, письменные показания, — произнёс он, и в голосе его не было ни тени подобострастия. Просто констатация факта.

Юфемия кивнула, не поворачивая головы. Адъютант приблизился, положил на край стола тонкую папку и так же бесшумно исчез. Дверь закрылась с тихим щелчком.

Она не стала открывать папку сразу. Сначала взглянула на Лайтинга — коротко, оценивающе, — затем перевела взгляд на документы. Показания Смола и Вилетты. Бумага, на которой слова тех, кто ещё час назад сидел в этом самом кабинете, превращались в нечто осязаемое, что можно прочесть, перечесть, разложить по полочкам. Или сжечь.

— Прошу прощения, майор, — произнесла она, уже протягивая руку к папке. — Мне нужно взглянуть. Одна минута.

Она раскрыла папку. Листы легли на столешницу, и Юфемия быстро пробежала глазами по первым страницам. Почерк у Смола был мелким, с наклоном вправо; у Вилетты — ровным, почти печатным, без единой помарки. Слова не имели значения сейчас. Она искала детали: имена, даты, места. Всё, что можно было проверить.

Среди строк мелькнул адрес. Юфемия замерла на мгновение, затем взяла блокнот, лежавший у правого края стола, и переписала строку. Движения её были точны, без суеты, словно она делала это сотни раз.

Закончив, она вырвала листок. Свет люстры упал на белую бумагу, на которой тёмные чернила проступили, как след на чистом снегу. Юфемия сложила листок пополам и протянула его через стол.

— Возьмите, — голос звучал ровно, но в нём прорезалась та губернаторская сухость, которая всегда появлялась, когда Юфемия отдавала распоряжения, не терпящие возражений. — Это адрес квартиры. По показаниям госпожи Ню, именно там укрывались люди, которые могут пролить свет на события, предшествовавшие теракту в академии. Среди них — человек по имени Чарльз Альт, его пациент по имени Пинк Флойд, девушка по имени Крис и несколько её соседей. Господин Смолл так же упоминал об этой квартире, но касаемо лиц и произошедших там событий показания его и госпожи Ню сильно расходятся.

Юфемия пробежалась по всему написанному ещё раз.

— Не лишним будет сказать, что некоторые из указанных лиц присутствовали на фестивале в том числе. В частности, Пинк Флойд и эта девушка.

Она откинулась на спинку кресла, но взгляда не отвела.

— Я не хочу, чтобы Тайная полиция узнала об этом адресе раньше времени. Поэтому прошу вас лично наведаться туда. Хотя бы посмотреть, что там сейчас. Возможно, там пусто. Возможно, нет. Но мне нужны глаза, которым я могу доверять.

Юфемия замолчала. На языке вертелось ещё кое-что — про то, что Лайтинг не должен входить внутрь, не должен ввязываться, если что-то пойдёт не так. Но она сдержалась. Майор сам знал, как делать свою работу. Лишние слова лишь размыли бы приказ. Пусть поступает так, как посчитает нужным.

[nick]Euphemia li Britannia[/nick][status]Bubbleboom[/status][icon]https://i.imgur.com/qWkLY4c.png[/icon][sign] [/sign][fld4]<a href="https://codegeass.ru/pages/chronology?id=18">Личная страница</a>[/fld4][fld1] [/fld1]

+8

17

Стивен неопределённо дёрнул плечами, вроде бы и пожав ими... а вроде бы, и передумав это делать. Он точно не знал, но раз уж требуется более развёрнутый комментарий - его придётся дать. Догадки, но основанные на вполне себе фактах, которые он наблюдал самолично.
— Я считаю, что был, да. В период его правления мы могли зачистить Орден или хотя бы начать. Орден тоже мог что-нибудь выкинуть. Однако - всё было относительно спокойно, что навевает на мысли о договорённостях. Негласных, само собой, иначе я бы о них знал.
Ответ был честным, прямым - и достаточно неприятным, наверное. Переговоры с врагами государства, негласные, наверняка неоднократные. Серьёзное дело, рискованное. Впрочем, на месте Ренли он бы именно так и поступил - врагов в секторе хватает и без Зеро, а он не покушается на власть генерал-губернатора как таковую. Не получить бы по ушам за такие предположения, конечно.
Адъютант принёс какие-то документы, дав возможность немного поразмыслить о чёртовом Зеро и его людях. Странный террорист, взявшийся буквально из ниоткуда. Странные идеалы. Финансирование, базы, верные люди. Будто проект какой-нибудь спецслужбы, в очередной раз упущенный Тайной полицией. Ну или обладатель дара, позволяющего брать всё нужное буквально мимоходом. А ещё он может быть чокнутым богачом или вообще группой людей с одной общей говорящей головой для публики. Если завтра всё вдруг пройдёт хорошо, нужно будет уделить этой проблеме больше внимания.
Листок. Стивен принимает его, бегло смотрит - нет, адрес незнакомый. А вот люди... ай да Пинк, ай да сукин сын! Известие об его участии в каких-то делах с пуристами вызвало заметную усмешку, которую стоило бы объяснить. Да так, чтобы добрая и замечательная принцесса не догадалась, что её верный и жестокий палач знает куда больше, чем демонстрирует.
— Пинк Флойд. Что за идиотское имя он себе выбрал, этот... террорист? Пурист? Агент Тайной полиции? В чём его обвиняют Смол и Ню, Ваше высочество? Мне бы хотелось заранее знать, к чему готовиться и ожидать ли ловушек или сопротивления.
Девушка по имени Крис это, наверное, та смутно знакомая, которую он переправлял вместе с Пинком с другого адреса. Чарльз Альт - а пёс его знает, может и реально быть "своим" доктором, учитывая проблемы этого странного парня. Ладно, адрес стоит посетить, в одиночку или с кем-то проверенным и не склонным удивляться, если часть улик куда-то вдруг денется. В конце концов, там и в самом деле могли остаться сюрпризы, а получить в ногу заряд дроби и истечь кровью накануне важной церемонии - смерть паршивая и глупая. Успеет ведь сегодня? Времени ещё, в принципе, полно, а дело интересное. Присутствовали на фестивале, значит. Везде успевает, этак и встретиться ненароком можно. А это нежелательно, не готов ещё Пинк принять Стивена как союзника. И когда будет готов - вопрос интересный.
— Я отправлюсь сегодня же, пока Тайная полиция точно не разнюхала что-то. Это... официальная операция?
Имелось в виду, стоит ли ему тащиться туда в форме и с табельным оружием, конечно же. Или Юфемии важна скрытность, ради которой можно обойтись менее приметным снаряжением вместе с обыкновенной гражданской одеждой? Был у него, понятное дело, и комплект для тёмных делишек, о которых принцессе знать точно не стоило, но с точки зрения маскировки он совершенно бесполезен и потому в расчёт не берётся. Отмычки в любом случае, быть может - немного взрывчатки... так, он уже начал углубляться в планирование. Рано, майор, рано!

+5

18

Слова Лайтинга о Ренли зацепились в сознании, как заусенец, который не вытащить без боли. Юфемия не подала виду, лишь провела пальцем по краю папки, разглаживая невидимую складку. Логика в его предположении была. Ренли умел договариваться. Умел ждать, когда другие требовали немедленной крови. Если за время его правления не случилось ни одной крупной операции против ОЧР, значит, либо он считал её бессмысленной, либо существовало нечто, что удерживало обе стороны от эскалации. Третьего варианта Юфемия не видела.

Ренли, Ренли... Всё, что ты не успел мне рассказать, теперь приходится собирать по крупицам. И каждая крупица — от людей, которым я не могу доверять до конца.

Мысль о том, что нужно связаться с братом до звонка Корнелии, оформилась мгновенно. Не потому, что сестре она доверяла меньше. Наоборот — Корнелия заслуживала услышать новости первой, но именно поэтому следовало сперва прояснить детали. Не хватало ещё, чтобы воительница узнала о возможных сепаратных договорённостях с Зеро из третьих уст. Лучше пусть сначала Ренли объяснит, что именно происходило в секторе, пока его имя ещё не начало обрастать сплетнями.

— Что касается Пинка Флойда, — Юфемия вернулась к разговору, оторвав взгляд от папки. — Всё, что мне известно, изложено в показаниях госпожи Ню и господина Смолла. А они, как вы уже поняли, противоречат друг другу. В одной версии он — человек, связанный с учёным Чарльзом Альтом, невольный свидетель и едва ли не жертва обстоятельств. В другой — фигура куда более тёмная, возможно, агент или провокатор. Ни фотографий, ни точного описания у меня нет. Только имя и адрес.

Она чуть подалась вперёд, понизив голос:

— Поэтому будьте осторожны, майор. Не ходите туда в одиночку. Возьмите хотя бы двух человек, которым доверяете. Мы понятия не имеем, с кем вы столкнётесь и какие намерения у тех, кто мог остаться в этой квартире. Ваша задача на данном этапе — уточнить статус помещения. Понаблюдать. Понять, было ли там что-то после теракта. Никаких активных действий без крайней необходимости.

Юфемия замялась. Кончики пальцев коснулись запястья — жест, который она так и не сумела искоренить. Следующие слова дались труднее, потому что в них приходилось признавать: один из тех, кого она только что допрашивала, лгал. Вопрос лишь — в чём именно.

— И ещё. Ранее я сказала, что мы должны успеть раньше Тайной Полиции, но... Господин Смолл заявил, что уже сдал адрес этой квартиры, — произнесла она медленно, будто пробуя фразу на вкус. — Но... Я надеюсь...

Юфемия набрала в грудь побольше воздуха.

— В общем, по датам всё не сходится. Госпожа Ню утверждала, что в день теракта они отправились в Академию именно из этой квартиры. Если же верить господину Смоллу, он сдал её сильно раньше, и на тот момент там уже проходили обыски, — она подняла взгляд на Лайтинга, и в нём промелькнула усталая проницательность. — Получается, либо Смолл лжёт, либо Ню. Либо оба. Именно поэтому предстоящая деятельность носит неофициальный характер. Никаких ордеров, никаких рапортов в Тайную полицию. Я даже не знаю, что именно мы там найдём: опечатанную дверь, сообщников, или что похуже. Поэтому, только вы, ваши люди и моё поручение. Я хочу знать, кто из них говорит правду. И кому из них я могу верить.

За окном пронеслась ещё одна волна ветра, и стекло отозвалось едва уловимым дребезжанием. Юфемия не повернулась. Внимание её было приковано к майору.

[nick]Euphemia li Britannia[/nick][status]Bubbleboom[/status][icon]https://i.imgur.com/qWkLY4c.png[/icon][sign] [/sign][fld4]<a href="https://codegeass.ru/pages/chronology?id=18">Личная страница</a>[/fld4][fld1] [/fld1]

+7

19

О, Пинк Флойд - фигура настолько тёмная, что им можно было пугать детей на манер бабайки. Почитать бы показания эти, конечно... под благовидным предлогом каким-нибудь. Или - вторично? Если сейчас действительно намечаются гонки с Тайной полицией, то ему бы начать побыстрее. Авось и успеет опередить этих недоумков, если адрес не "засвечен" и Смол, как и положено пуристу в трудной жизненной ситуации - врёт, изворачивается и тянет время. Так что же, ускоряться? Или пара минут погоды не делает, всё равно в ближайшие полчаса не доберётся? Вопрос был непростым, заставив Стивена мысленно выматериться, пройдясь по Флойду, Смолу, Кеннеди и всевозможных вариантах их взаимодействия в тесной комнате без освещения и свидетелей. Нельзя же просто дать человеку заниматься любимым делом, нужно усложнить ему жизнь! Попадётся ему кто-то из этой троицы ещё, ой попадётся...
— Возможно, мне придётся пройти внутрь. Запертая дверь без полицейской отметки на ней всё равно не даст ровным счётом ничего, Ваше высочество. Возможно... там будут некие люди.
Этим людям майор очень не завидовал. Особенно учитывая, что он собирался взять с собой беспилотник с тепловизором и сперва оценить обстановку снаружи. А уже потом... по-настоящему верный человек у него один сейчас, если брать в расчёт именно боевиков его отряда, но даже вдвоём они наделают делов. Квартира - не особняк, управятся и малым числом. А если засады не сыщется, то перевернут там всё вверх дном, заодно уничтожив все улики, которые не смогут утащить. Следы пребывания группы людей скрыть, в общем, нетрудно - но какие-нибудь мелкие детали могли в спешке и не прибрать. Хотя Пинк - профессионал, конечно. Если хватку не растерял.
— Буду честным - даже если это будут люди из Тайной полиции, я их арестую. Нельзя сказать, на чьей стороне эта служба, а уж тем более - отдельные её представители. Разумеется, в этом случае - никаких упоминаний Вашего приказа... допустим, это было сообщение о логове наркомафии. Не так давно мы их уже щипали, так что версия жизнеспособная. Ордер здесь не понадобится, как и информирование кого угодно, это наша обыденная работа.
Майор улыбается, хотя в его глазах пробегает что-то очень уж недоброе. По отношению ли к наркомафии вездесущей, или к шпикам этим бесполезным - судить сложно. В конце концов, принцесса дала ему достаточно полномочий, чтобы творить самоуправства и не рисковать получить назавтра ботинком под зад. Вламываться в жилище без ордера... в принципе, они могут, если сыщется подходящий повод. И найти его нужно будет уже на месте. Или - аккуратно вскрыть дверь и зайти без лишнего шума. Не ночь, конечно, но могут справиться без свидетелей. Нужно только каким-то образом не выдать своей принадлежности именно к "Чистильщикам" - время сейчас дурное, мало ли кто шастает в форме и с оружием.
— Если же всё будет спокойно, мы соберём улики, проведём видеосъёмку и быстро вернёмся, убрав следы.
Он в это не верил. Там будет хотя бы сигнализация, наличие которой проверить без риска всполошить тайных копов просто не получится. Ему сейчас вообще придётся обходиться без запросов куда угодно, разбираться во всём на месте и действовать предельно нахально. Как будто снова в Европе оказался, где вокруг - война бушует и никто не горит желанием делиться важными сведениями. Ладно, он и импровизацией своей ужасен, как какой-нибудь русской. Справится.

+4

20

Эхо слов Лайтинга не успело исчезнуть, а Юфемия уже ощущала, как внутри неё сталкиваются два течения. Одно — холодное, расчётливое, говорившее её голосом, но с интонациями Корнелии: «Действуй. Времени нет. Пока ты думаешь, кто-то заметает следы». Другое — липкое, полное недоверия, напоминало, что человек, сидящий напротив, получил повышение по рекомендации покойного Кеннеди, того самого, чьё имя теперь всплывало во всех тёмных углах этого сектора, как плесень после дождя.

Она заставила себя дышать медленно. Кабинет давил привычной тяжестью — портьеры, дуб, мрамор, — и в этом окружении мысль о тайной операции без знаков различия выглядела почти кощунственной. Почти. Но где-то за стенами уже тикали часы, и каждая минута могла стоить ответа на вопрос, который не давал ей покоя: кто из двоих, Вилетта или Лесли, лгал, а кто говорил правду?

Юфемия подняла взгляд на Лайтинга. В его лице не было ни тени сомнения — только готовность, тугая, как взведённый курок. Этот человек не спрашивал разрешения из страха, он спрашивал, чтобы прикрыть её имя, если всё пойдёт не так. Она поняла это с той ясностью, какая приходит после долгой бессонницы: он уже принял решение, и теперь ждал, примет ли его она.

Перед мысленным взором мелькнула Корнелия — в пыли, с планшетом в руке, отдающая приказы, не оглядываясь на последствия. Сестра всегда знала, что власть — это не только церемонии и указы. Иногда это молчаливое «да» в ответ на вопрос, который лучше не произносить вслух.

Но Юфемия не была Корнелией. И всё же где-то внутри, под слоями воспитанной мягкости, уже зрело понимание: если она сейчас откажет, то навсегда останется той принцессой, которая боится испачкать руки. А завтра, когда наступит день, ради которого она столько вынесла, эта брезгливость может стоить слишком дорого.

Она медленно, очень медленно поднялась. Стул отъехал назад с тихим шорохом по ковру. Подошла к краю стола, положила ладони на прохладную столешницу, чувствуя, как пульс отдаётся в кончиках пальцев.

— Майор, — голос был негромким, но в нём прорезался металл, которого она сама от себя не ожидала. — Если вы пойдёте туда в форме, с табельным оружием, появятся вопросы. Вопросы породят рапорты. Рапорты — утечки. А утечки, как вы понимаете, сейчас непозволительная роскошь.

Она выпрямилась, обогнула стол, остановилась у окна. За стеклом уже совсем стемнело, лишь далёкие огни Нео-Токио дрожали, как рассыпанные угли. Юфемия смотрела на них, не видя. Она обернулась. Лицо её было спокойным, но в глазах, подсвеченных тусклым светом люстры, читалась та особая усталость, что приходит после решения, принятого через силу.

— Поэтому действуйте без знаков различия. Без опознавательных знаков. Ваше имя, ваше звание, ваша принадлежность — всё останется здесь, в этой комнате. Возьмёте с собой людей, которым доверяете как себе. Оружие — только неучтённое. Транспорт — не служебный. Если что-то пойдёт не так, официально вас там не было. Остальное, как вы и сказали.

Она помолчала, давая ему осмыслить услышанное. Аарон за спиной не издал ни звука, но Юфемия чувствовала его присутствие, как чувствуют холодную стену за спиной.

— Это не приказ, майор, — добавила она тише. — Мой приказ — не умирайте. Ваша жизнь сейчас стоит дороже любого другого приказа, который я бы могла вам отдать.

[nick]Euphemia li Britannia[/nick][status]Bubbleboom[/status][icon]https://i.imgur.com/qWkLY4c.png[/icon][sign] [/sign][fld4]<a href="https://codegeass.ru/pages/chronology?id=18">Личная страница</a>[/fld4][fld1] [/fld1]

+6


Вы здесь » Code Geass » События игры » 04.02.18. Сталь и холод