По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(Telegram, Discord: punshpwnz)

По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov (tg, dis: punshpwnz)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Основная игра » 22.01.18. Песня под ледяными звёздами


22.01.18. Песня под ледяными звёздами

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

1. Дата: 22 января 2018 года
2. Время старта: 20:00
3. Время окончания: 23:00
4. Погода: каждый выдох превращался в клочья пара, будто души пытались сбежать изо рта. Звёзды на чёрном бархате неба сверкали с жестокой, безразличной ясностью — крошечные осколки льда, вонзившиеся в пустоту. Они не светили, а скорее наблюдали. Луны не было, только этот колючий, мёртвый блеск, от которого тени на пустынных улицах казались гуще, чернильнее. Мороз скрипел под подошвами, как сжатый снег на месте преступления. Он проникал под одежду настойчивым ужасом — тем, что чувствуешь, когда понимаешь: что-то уже пошло не так, но ещё не знаешь, что именно. Это была ясность, которая не сулила ничего хорошего.
5. Персонажи: Рианнон О'Нейл
6. Место действия: СБИ, А16, небольшой городок с населением не больше 50 тыс. человек, на юго-западных берегах Шотландии, окруженный высокими холмами (PND+7)
7. Игровая ситуация: Холод снаружи был таким, что, казалось, замораживал звук. Но внутри «Зелёной пятки» было тесно от тепла и приглушённого гула. Рианнон считала минуты до концерта и часы ожидания. Ждала, когда Эхо вытащит что-нибудь из архивов мэрии. Ждала сигнала от Мушрума.
8. Текущая очередность: По договоренности

+1

2

Ожидание было привычным для неё состоянием, не всегда приятным, но не выбивающим из колеи, особенно если примерно понимаешь, чего ждёшь и в списке есть что-то если не хорошее, то достаточно важное. А вот полностью расслабиться права не было - даже без предчувствий. Ясное дело, состояние предельной концентрации снайпера тут не очень подходило - это всё-таки усилие экстремальное, его берегут для дела. Но её учили другому пути и эти два дня девушка применила на изучение обстановки вокруг и слияние с нею - когда хорошо слышишь музыку окружающих людей и местности, резкий аккорд или фальшивую ноту легче заметить вовремя, а если впишешься в музыку - труднее заметить тебя.

Городок. Улицы. Дома. Люди. Военные патрули. Расстояния. Времени ей было отпущено не так много, но были свои каналы, так что она уже могла сообразить, если что-то изменится. Всё нужное - под рукой. Есть убежище. У Мушрума и новых соратников есть "аварийный" контакт, чтобы даже без ирландски испортить обитателям фабрики жизнь. Она не беззащитна.

Сегодняшнее предчувствие не основано на конкретных событиях и изменениях. Не повод игнорировать, но и не предугадаешь заранее, откуда могут прийти проблемы или искажения. Не то чтобы что-то новое для Рианнон, да и окружающие, кажется, чувствовали что-то - кто больше, кто меньше. Такое бывает - так её учили. Просто прими как факт, не теряй хватку и не игнорируй реальные сигналы, даже если они обычно принимаются за незначительные.

Сейчас важным был концерт, и чем лучше Рианнон справится, тем меньше потеряет в наблюдательности и прочем и тем больше вернёт себе сил и уверенности, точка. А Святая Патриция не должна подводить народ, верно? Спору нет, её состояние души далеко от нормы, не говоря уже про идеал... Но с этим, оказывается, можно жить и даже улыбаться. Можно петь - а вот этого у неё не получалось и не хотелось уже давно, чуть ли не с того злополучного концерта в Эшфорде, когда всё покатилось под откос по нарастающей. В эти дни даже пришлось для обретения уверенности сходить в лес порепетировать - а то вдруг арестуют за  нанесение моральных травм населению или без церемоний поднимут на вилы.

Но нет. Это всё ещё было с ней, несмотря ни на что. Вдох, выдох, готовность ко всему.

Если готова сцена - готова и Рианнон. Кивает самой себе.

"Нина, где бы ты ни была - сегодня я буду петь для тебя."

+4

3

Город застыл в январском окоченении. Холод здесь был иным, нежели в континентальной Шотландии — влажным, солёным, пробирающимся из глубин Атлантики, чтобы вцепиться в гранит стен и застывшие в объективе войны лица редких прохожих. Улицы опустели рано, будто жизнь, испугавшись звёздной жестокости, сбежала в щели между камнями. Даже патрули Священной Британской Империи были немногочисленны, двигались быстрее обычного. В порту маяки мигали с механической безучастностью, а огни на холмах, где прятались фермы, казались потухшими. Всё замерло. Сама земля, казалось, затаила дыхание, укутавшись под коркой льда.

«Зелёная пятка» стала единственным тёплым пятном в этом чёрном полотне. Из-за толстых стен и запотевших окон лился тусклый, маслянистый свет, а внутри дышал свой мир, застрявший на рубеже.

Бар был полон, как не бывал давно. Слух о том, что новая девчонка с ирландским акцентом споёт что-то старое, разнёсся с типичной для малых городов скоростью лесного пожара. У стойки теснились вчерашние фабричные, их лица распаренные после смены. У столиков сидели местные старики, пряча руки в карманы потёртых кардиганов. В углу, под фотографией давно уплывшей рыболовецкой шхуны, пристроилась кучка солдат-британцев — они вели себя тихо, почти смирно, чувствуя на себе незримые, тяжёлые взгляды. Воздух был густ от запаха пива, влажной шерсти и жареной рыбы с картошкой — стандартного ужина «пятки».

Марти царствовал за стойкой. Сегодня он двигался с отлаженной, почти балетной эффективностью, наполняя пинты, кивая знакомым, гася мелкие конфликты взглядом. Его лицо было сосредоточено, но в уголках глаз таилась непривычная мягкость. Он заметил Рианнон ещё на пороге и жестом указал на небольшое пространство у края стойки, рядом с дверью в подсобку — импровизированную гримёрку.

— Народ подобрался, — проскрипел он, протирая бокал тряпкой, которая, казалось, была ровесницей бара. — Жадные до чего-то настоящего. Тяжелые времена музыку не убивают, только прячут поглубже. Хоть кто-то её откапывает.

Он поставил перед ней короткий бокал с тёмно-золотистой жидкостью, даже не спрашивая.
— Для голоса. Не убойное, — хитро прищурился он. — Выпьешь до. Или после, мне-то что. Сцена твоя.

«Сценой» был просто свободный угол у камина, где обычно стояла бочка с сидром. Её убрали. Получилось некое подобие авансцены. Рианнон могла почувствовать на себе взгляды — не враждебные, но испытующие, с долей скепсиса. Это были люди, которых не удивишь громкими словами — их нужно было брать иным.

Пока она готовилась, Марти, наливая кому-то виски, сказал, не поворачивая головы:
Наш приятель заходил днём. Сказал, рылся в архивах. Много пыли, мало ясности. Но копал. Ждите вестей.
Он помолчал, понизив голос так, что его слышала только она:
— Чувствуется что-то в воздухе, девочка. Люди нервные. Солдаты... они обычно пьянствуют, но не сегодня. Ты не смотри на них, я сам прослежу. Пой.

Он был прав. В гуле голосов, в смехе, в звоне стекла, была натянутая струна. Кто-то слишком часто поглядывал на дверь. Кто-то прислушивался не к соседу, а к чему-то за стенами. Даже тепло от камина и тел не могло растопить лёгкую, но цепкую дрожь ожидания, витавшую под потолочными балками.

Марти дал знак — кивком в сторону собравшихся. Тишина не наступила мгновенно, она осела постепенно, как пыль после хлопка по ковру. Все взгляды обратились к камину, к фигуре девушки в простой одежде, которая казалась одновременно чужой и своей в этом грубоватом уюте.

+4

4

Публика. В последнее время Рианнон жила, прячась. Скрывала мысли и чувства, не говоря уже о делах, старалась быть незаметной и неизвестной вокруг никому, благо хватало причин. Тень. Невидимка. Маска для самой себя. Облако недоверия, отделяющее её ото всех. Какое уж там выходить на сцену... А вот пришлось, и пока что даже не случилось панической атаки.

...Только вот перед этими людьми придётся раскрыться - в куда большей степени, чем она привыкла за это время, пусть и предположительно в безопасной области. И она смотрит на них - расслабленно-внимательно зарисовывая мысленную карту паба с посетителями и персоналом. Вероятные проблемы, пути отхода - это у девушки есть. Но что в этих сердцах и душах, что лежит глубже простого желания расслабиться и развеяться в привычном для многих уюте питейного заведения? Что вылезет наружу, если проникнуть глубже?

Ей это неведомо, но Рианнон О'Нейл знает, что на глубине таятся чудовища - во всех смыслах. Знает, что сама глубина может быть ещё страшнее. И всё же собирается сегодня вытащить что-то на поверхность...

Марти - островок спокойствия, хотя чувствует неладное и он. Ирландка без сомнений опрокидывает бокал за ирландские культурные ценности и серьёзно кивает на всё остальное. Дело движется, а вот люди... С ними неладно.

- Да, в воздухе тревожно, я не спорю, и если бы ждала угрозы - то точно не простой, не как обычно... бывает тут. А что-то рангом выше. Не знаю только, что... Возможно нечто больше, для всех вообще... Но бдительность храним.

И правда. Всё-таки такие феномены массового напряжения (ещё и выраженно одинакового) обычно основаны на чем-то пусть и не самом рациональном, но существующем. По крайней мере так учила прагматичная британская доктрина, хорошо высказанная кем-то из её товарищей очень давно - "Мы верим что законы природы создал Бог. Ну так и с хрена ли им не работать?". А тут - ничего явного. Она даже отправила Мушруму сообщение - "Понимаю, звучит странно, но все тут как динозавры за полчаса до того астероида, включая меня, а причин в упор не вижу... Последи за новостями за сутки-двое. Таким штукам лучше доверять.". В целом не худший ход - возможно, и правда отголосок чего-то иного, и пожалуй так пугает даже больше. Но да и ладно. она настороже, и у неё есть дело, так что Рианнон улыбается, прежде чем проследовать на сцену:

- Но время выступать, не будем вешать нос. По крайней мере, бар не обеднеет!

Встряхивает головой, позволяя отросшим волосам свободно упасть, и решительным шагом занимает место бочки и сидром, перехватывает гриф гитары...

- Хэй-хэй, не робей! Гляди веселей! Я принесла вам немного музыки, и дорожка у меня вышла та ещё... Давайте-ка я вам о ней и спою?

Ибо начинать надо с классики, и идея как будто сама безо всяких планов скользнула ей в голову. Пальцы трогают струны, нарушая замерзшую тишину, пусть даже это и может вызвать лавину в горах, и Рианнон О'Нейл начинает свой первый концерт на этой земле...

In the merry month of June from me home I started,
Left the girls of Tuam so sad and broken hearted,
Saluted father dear, kissed me darling mother,
Drank a pint of beer, me grief and tears to smother,
Then off to reap the corn, leave where I was born,
Cut a stout black thorn to banish ghosts and goblins;
Bought a pair of brogues rattling o'er the bogs
And fright'ning all the dogs on the rocky road to Dublin.

One, two, three four, five,
Hunt the hare and turn her down the rocky road all the way to Dublin,
Whack follol de rah!

Разумеется, уснастив старую песенку дополнительными приключениями и раскидав легкие намеки, куда ж без этого... Ведь у каждого своя дорога, а ей до Дублина как до Луны ещё... Но какая в жопу разница, если жопа ищет приключений?

+3

5

Голос Рианнон, грубоватый и цепкий, как пеньковая верёвка, врезался в густой воздух бара с весёлым официозом декларации независимости. Сперва слышалось лишь постукивание каблука по полу со сторону стойки. Но к концу первого лёд оттаял. Кто-то из дальнего угла, где сидели старики, негромко, в лад, прохрипел «Whack folol de rah!». Потом ещё один голос. И ещё. Аккорды песни не требовали от Рианнон виртуозности, только решимости, а уж она-то закипала с каждой строкой. Даже солдаты перестали ёрзать и смотрели на Рианнон взглядами тех, кто нечаянно наткнулся на что-то родное и давно забытое.

Марти, застыв с тряпкой и бокалом в руке, зорко смотрел за залом из-за стойки, как часовой, контролирующий ситуацию. Он видел, как Рианнон сама разогревается и вжимается в ритм, и лишь мельком его взгляд скользил по окнам и тенями, что, казалось, прячутся за ними. Шум в баре стал гуще, теплее, но это было тепло костра, разведённого в сердце ледника. Оно не грело насквозь. Оно лишь оттеняло холод, ждущий своего часа за тонкими стенами, за стеклом, в этой безлунной, звёздно-колючей тьме.

+2


Вы здесь » Code Geass » Основная игра » 22.01.18. Песня под ледяными звёздами