По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(discord: punshpwnz)

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Для размещения ваших баннеров в шапке форума напишите администрации.

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Основная игра » 29.01.18. Пляжный эпизод на минималках


29.01.18. Пляжный эпизод на минималках

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

1. Дата: 29 января 2018 года
2. Время старта: 15:30
3. Время окончания: 23:30
4. Погода: В это время суток в окрестностях герцогства Гереро темнеет уже в районе шести вечера. Днём воздух прогрелся до 32 C°, однако ночью ожидается, что температура не будет превышать 20 C°. Разве что лёгкий морской бриз может спасти от дневной жары.
5. Персонажи: Владимир Макаров, Мария Вуйцик, Роман Малолин, Бен Кламски
6. Место действия: СБИ, 3 сектор (Мексика), Акапулько (PND+1), окрестности особняка Герреро
7. Игровая ситуация: С помощью связей Диаза группе Владимира удаётся довольно быстро добраться до Акапулько, где на берегу, недалеко от пляжа, расположился особняк Герреро, грозно взирающий на город с вышины большого искусственного холма, созданного по спецпроекту для защиты от землетрясений. Доподлинно известно, что в самом сердце холма Герреро оборудовал специальное убежище на случай военных действий. Но, по слухам, холм таит в себе и другие тайны.
Группа Макарова должна дождаться прибытия Бена, который успешно выполнил задание и смог забрать оставленную Пророчицей подсказку и должен прибыть вечером.
8. Текущая очередность: По договорённости

+4

2

— Народу больше, чем в Сочи в курортный сезон, — равнодушно промычал Владимир, стоя на кухне у окна любезно предоставленной Диазом квартиры, и через изящные деревянные жалюзи рассматривая пляж. — Никогда не понимал, что заставляет люди высовывать нос из дома в такую жару.

Поправив выбившуюся из серых брюк белую сорочку с закатанными рукавами, он отвернулся от окна. В глубине помещения, у барной стойки, приютился Роман, приобнимая рукой запотевшую бутылку минеральной воды. Из открытого окна рядом со стойкой доносилась популярная в секторе мелодия — какой-то известный бразильский певец на местном карнавальном пел о том, как весело и задорно жить в Британии, если ты сильный, смелый, умелый.

— Ты Алину не пробовал спрашивать? — саркастичным тоном отметил друг и заулыбался. — Не хочешь же ты сказать, что загар уже не в твоём вкусе?

— В 21 веке уже давно придумали солярий, — сухо, незамедлительно ответил Владимир, отстранённо наблюдая за тем, как друг открывает бутылку с водой и жадно пьёт. — А такую жару я со времён Анголы не перевариваю. Хватило мне тогда беготни.

— Наша первая горячая точка, между прочим, — на пороге кухни появился Саша, только-только вышедший из душа, о чём свидетельствовало большое красное полотенце с ярким рисунком пальм, в которое тот был обёрнут.
Владимир кивнул, усаживаясь за стойку напротив Романа.

— Хуже было только в Ираке, — отметил Владимир, бросив взгляд на друга, а затем и на минералку в руках друга, игра света на поверхности которой манила своей блаженной прохладой.

— А Китай? — спросил Роман, протягивая Макарову бутылку с водой.

— В Китае только из-за коллаборантов проблемы были, — Владимир открыл бутылку и сделал несколько глотков. — Да и то только потому что тот случай растиражировали слишком широко.

— Выбора тогда не было, — Малолин, который всегда был на стороне друга, вновь это отметил. — Эти черти сами виноваты. Хреновы борцы с злом империализма. Как они тогда пели? «Лучше быть свободной колонией Британии, чем рабами Российской Империи»?

— Уже не поют, — сказал Антонов, присаживаясь рядом. — Мария, если что, в душ следом за мной нырнула.

— А вынырнула уже без тебя? — Роман взорвался хохотом, отчего даже Владимир заулыбался.
Саша махнул рукой.

— Лучше скажи, какие планы у нас на сегодняшний день? — не обращая внимание, спросил он, глядя на своего командира.

Макаров устроился поудобнее на барном стуле, и ответ, известный заранее, не заставил себя ждать.

— Отдохнём до вечера, а попутно оценим внешнюю обстановку на местности. Патрули, охранные посты, возможные пути отступления, а также подступы к особняку Герреро. Мы с Беном на связи, он будет после шести. Основной разведывательный этап начнётся в течение двух часов после его прибытия. Если, конечно, всё пойдёт по плану.
Роман и Саша переглянулись.

— То есть, отдыхать мы не будем, — подытожил Малолин. — Ну, вот, а я в Гаванне плавки на свою задницу еле отыскал...

+11

3

Щелчок дверного замка ванной глухим эхом рассеялся в просторной ванной комнате. Не отпуская дверной ручки, Мария вздохнула. Впервые за столько дней у неё появилась возможность побыть наедине со своими мыслями. Столько дней в дороге с того момента, как Владимир рассказал ей всё.

Вообще всё!

Она ждала не таких откровений, которые звучали в последний месяц, но его откровений. Ждала, как манны небесной столько времени с тех пор, как они познакомились! Ведь он же никогда, никогда не был честен с ней! А здесь...

— Ты скотина, — сквозь зубы процедила она, чувствуя, как сердце вот-вот готово вырваться из груди. — Молись, чтобы я нашла немного дури у местных.

Она развернулась и, одним движением сняв повязку с глаза, которая тут же отправилась на полку возле зеркала над раковиной, подошла к ванне. Нога ступила на влажный акрил.

— Сука! — выругалась она и дёрнулась в сторону, понимая, что грёбанный Антонов забыл переключить душ и прямо сейчас её окатило ледяной струёй — чёртовы любители закаливания и контрастного душа, будьте вы прокляты навеки вечные!

Едва успев переключить режимы, Мария наладила воду и, разместив лейку в кронштейне на стене, села в ванну, поджав колени. Её голова опустилась вниз, а фиолетовые волосы заструились вдоль ног. В голове роился, разъедая привычную картину мира, хаос, сталкивая с собой мысли и убеждения, которые тут же рассыпались в пепел. То, что Владимир рассказал ей ещё в Москве, то, что рассказал недавно... Неужели так сложно довериться сразу?! Он же даже своему лучшему другу до сих пор ничего не сказал! Ромка сидит, общается с ним, думает, что может доверять, и даже не в курсе, как обстоит дело в действительности!

— Мы тебе что... Фигуры на шахматной доске? — прошептала Мария, чувствуя, как струи души приятно массируют макушку, но ничерта не помогают расслабиться. — Почему ты просто не можешь быть, сука, честным с теми, кто тебе дорог!

Мария подняла голову и встряхнулась. С каких это пор ей стало свойственно морализаторство? Неужели это всё — влияние Макарова, который то был рядом, то снова отдалялся? Но почему же тогда остальные этого не видят и не чувствуют? Почему тогда для остальных он — воплощение полубога, сошедшего с Олимпа?

Что с ней не так?

Мария подняла голову и струя душа ударили по лицу. Похоже, что до конца дней своих она так никогда и не поймёт — любит она его или ненавидит.

***

Мария посмотрелась в зеркало, а затем взглядом пробежалась по обширному арсеналу косметических принадлежностей. Диазу и его людям стоило отдать должное: они учли все пожелания Марии, пусть даже и весьма скромные. Необходимые уходовые средства были тут как тут. Наряду с извечными мужскими шампунями 5 в 1, да-да. Впрочем, стояли отдельно на полочке и крем для бритья, лосьон и набор бритв.

Макарову бы вниманию у Диаза поучиться. Вон как постарался. На месте Макарова Мария бы точно не отпустила Кобру к такому завидному мужчине. Да и будучи на своём собственном месте она бы не смогла сделать выбор в пользу горячего латиноса, нет.

Потому что свой выбор она сделала уже давно. И даже научилась от этого не страдать.

***

— И чего вы тут расселись? — командирским тоном вопросила она, покидая ванную и видя, как мужики сидят и просто расслабляются на кухне. — Может, пора уже на пляж сходить, раз всё равно приехали?

Пройдя к вешалке в коридоре, Мария выудила из сумки нож-бабочку.

— И купальные принадлежности не забудьте! Мало ли, придётся палочку обстругать!

[icon]https://i.imgur.com/qLtK4Bf.png[/icon][nick]Maria Wojcik[/nick][status]Ем культистов на завтрак[/status][sign] [/sign][fld4]<a href="https://codegeass.ru/pages/chronology?id=257">Личная страница</a>[/fld4][fld1]<a href="//codegeass.ru/viewtopic.php?id=1884">Анкета персонажа</a>[/fld1]

+11

4

Когда в светлой комнате воцарилась тишина, все взгляды медленно сошлись на Марии, и невысказанные вопросы повисли в воздухе, как едкий дым от только что выстрелившего пистолета.

— Выдохни, — с расчетливым спокойствием опытного оперативника скомандовал Макаров, делая очередной глоток из своей бутылки; холодная минеральная вода обдала его, наполнив нервы новой энергией. — Время — наш союзник на данный момент. И давайте не будем упускать из виду тот факт, что мы все еще ожидаем прибытия двух наших отсутствующих компаньонов.

— А не будет ли тактической ошибкой, если мы сойдемся в одном месте, начертив на этом пляже огромную красную мишень? — спросил Саша, его рука инстинктивно поглаживала столешницу, выдавая скрытое напряжение. — И цель их отбытия для нас, пока, остается загадкой. Ты нам так ничего и не рассказал.

Владимир позволил своему взгляду задержаться на товарище и с беззаботностью, которая не соответствовала серьезности ситуации, отпустил пустой сосуд с водой, отвечая так, словно обсуждал погоду и местный национальный колорит, а не вопросы чрезвычайной секретности.

— Я отправил их на разведку. Рэда, чтобы тот держался подальше от нашего отряда. А Иван проследить за ним, отвлекая внимание, чтобы мы могли вести беседу без посторонних ушей.

— Зачем тебе понадобилось проводить такой финт ушами? — На лице Владимира отразилось недоумение и недоверие, вплетенные в черты Романа, который, как правило, никогда не давал себе усомниться в словах друга. — Разве не доверие должно быть тем фундаментом, на котором мы держимся с теми, кого берём с собой для таких дел? Или ты что-то не рассказал?

Жесты Романа были жестами человека, хватающегося за неосязаемую соломинку, его голова склонилась в безмолвном вопросе, и Владимир заколебался. Ему редко приходилось оправдывать свои уловки. Готовность к однозначной ясности была его обычной позицией, но сейчас мириады потенциальных ответ лежали перед ним, как шведский стол с иллюзиями. Война, в конце концов, — это грандиозный театр лжи. А в этом Макарову не было равных на арене любого толка.

— У меня есть не просто подозрения, а полная уверенность, что кукловоды, дергающие за ниточки Рэда, причастны к покушению на Мальченко. «Хозяева», если  будет угодно. Те же самые актеры, которые организовали мое освобождение из холодных объятий тюремных стен на Борнхольме. Помншь допрос Уоррингтон? Именно из ее уст мы узнали об их цели: вырвать Россию из европейских объятий. И это в тот момент, когда единство является нашим оплотом против набирающего силу британского военного левиафана, который недавно вывел на поле боя свою воздушную громадину. Какую цель можно преследовать, ввергая страну в водоворот нового конфликта, в то время как китайский дракон дышит огнем у нашего порога? Ничего, кроме ослабления. Стас — крепкий орешек, стратег. Несмотря на его стремление усилить влияние государства в ЕС, он никогда не пойдет на конфликт с равным. Нет, даже пока ЕС борется со своими собственными демонами, одержимый ливийскими сепаратистами, превращающими некогда колыбель христианства в некрополь, Стас продолжит искать выгоду для России. Он не из тех, кто может столкнуться с быком лоб в лоб. А кукловоды, стоящие за Рэдом? У них иные аппетиты. Оставаясь верными Короне, они стремятся перестроить, переделать Британию изнутри. Их интересы всегда будут превыше наших. Я убежден, что они — архитекторы заговора против Мальченко, замышляющие возвысить новую марионетку над Кремлём, которая будет плясать под ту дудку, которую Стас никогда не услышит. Но он смог обмануть смерть. И этого исхода они не учли. Выбор — иллюзия, но его последствия всегда не определены. Их замысел? Разжечь топку глобальной войны, раздувать пламя, пока мир не будет поглощен, а из пепла восстанет Британия, феникс наций, посредник примирения, и вознесется к зениту нового мирового порядка, маскируясь при этом под предвестников минимального кровопролития. Что провозгласил Наполеон? Разделяй и властвуй. Это как раз и есть воплощение этого принципа. Отсюда мое недоверие к Рэду. Бойтесь богов, дары приносящих.

На кухне воцарилась гробовая тишина, прерывая всё тем же шумом за окном. Владимир перевел взгляд на Марию и, едва заметно дернув уголком рта, незаметно для остальных, передал её безмолвный приказ. Молчать. Она должна была молчать. Он знал, что это встанет её поперёк, как рыбья кость, упрямо застрявшая между зубов, но он был уверен, что она не бросит ему вызов. Не сейчас. Она будет поддерживать легенду, которую он раскручивает, до самого конца. Ведь Макарову были слишком хорошо известны ее уязвимые места. Все до единого.

— Ты намерен избавиться от него? — вопрос Саши прорезал тишину, такой же прямой и жесткий, как прямая трасса Гран-при.

— В тот момент, когда Рэд станет расходным материалом, когда его хозяева больше не смогут вмешиваться в наши дела, — нехарактерно откровенный ответ Макарова поставил точку в дискуссии, пронесшись по комнате эхом, подобно окончательному щелчку захлопнувшейся дверцы сейфа.

+9

5

В грязной комнате, где воздух был пропитан запахом старых сигар, а городская жара давила на треснувшие окна, Гадюка была вся в напряжении и подавляемой ярости. Мария — это имя было далеким эхом; здесь она была Гадюкой, ядовитой и смертоносной. Но даже у змей бывают моменты уязвимости, и в ее душе было выгравировано имя - Макаров.

Будь ты проклят.

Макаров, он был маэстро манипуляций, кукловодом, чьи ниточки врезались в плоть. Он играл с ней, ухмылка играла на его губах, когда он выводил ее на сцену предательства. Он знал, ох как знал, все уголки лабиринта ее сердца, как в нем течет кровь преданности командиру. И все же он был здесь, зажав ее в угол, — спектакль для жаждущих глаз его товарищей.

Ярость в ней была живым существом, зверем, бьющимся когтями о ребра, отчаянно рвущимся к самодовольному лицу Макарова. Но зверь был скован нитями уважения, которое она испытывала к нему, хотя и переплетенными темным танцем любви и ненависти.

Ева, холодная голова в игре, никогда не заказывала убийство Мальченко.
Это было ясно Марии, как холодная сталь пистолета против кожи. И все же она была здесь, играя роль, написанную Макаровым, его личную марионетку.

В голове крутился вихрь вопросов, разрывая возведенный ею фасад. Неужели она стала такой? Пешкой в жестокой игре Макарова? Воспоминания об Абу-Даби, вспышки выстрелов во время русско-китайского конфликта - все это было предупреждающими выстрелами, которые она предпочитала игнорировать, пока хватка Макарова не сжалась вокруг нее, как удав, готовящийся раздавить свою жертву.

Следующий ход в этой извращенной шахматной партии был неясен.
Кто будет отброшен следующим? Кто уже упал с доски, став безмолвной жертвой восхождения Макарова?

Слова Евы эхом отдавались в хаосе ее мыслей. Бедная Джоан, еще одна фигура, выведенная из игры волей всего одного человека.

Макаров, неприкасаемое божество, человек, который держал нити бесчисленных судеб между пальцами, готовый оборвать их по прихоти, если цена будет подходящей.

Макаров, скользкий сукин сын, ты поджарил своего последнего гуся. Сковородка раскалилась, и ты бросаешь их одного за другим. И они верят тебе. Они верят в святого, спасителя, пастыря, ведущего свою паству к земле обетованной.

Но ведь у святых не течет кровь, не так ли?

Рука Марии чесалась от желания влепить пощёчину, которую так заслуживал Макаров. Но она не стала этого делать. Не здесь, не в присутствии тех, кто его почитал. Ее уважение к его положению было тошнотворной пилюлей, которую она проглотила ради бездушного фарса лжеспасителя.

— Наши спутники не идиоты, они умеют обращаться с телефоном, — с трудом выдавила Мария, пытаясь ослабить тикающую бомбу своего гнева. — Давайте покончим с этим. Мне нужен воздух.

Ее голос, обычно острый, как нож, был притуплен, его притупила война, бушевавшая внутри нее. Она была гадюкой, но даже гадюки могут быть приручены правильным чародеем. А Макаров, он играл на своей флейте с мастерством истинного заклинателя змей.

[icon]https://i.imgur.com/qLtK4Bf.png[/icon][nick]Maria Wojcik[/nick][status]Ем культистов на завтрак[/status][sign] [/sign][fld4]<a href="https://codegeass.ru/pages/chronology?id=257">Личная страница</a>[/fld4][fld1]<a href="//codegeass.ru/viewtopic.php?id=1884">Анкета персонажа</a>[/fld1]

+8

6

Едва заметное подергивание головы подтвердило правдивость заявления Марии, словно тонкая нота, идеально сыгранная в большом оркестровом произведении. Его взгляд, острый и победный, скользнул по лицам товарищей, Саши и Романа. Мария согласилась с правилами его тактического гамбита. И это открывало ещё множество дверей, за каждую из которых Владимир обязательно заглянет, если того потребует случай.

— Да-да, они не дураки, - произнес Владимир голосом, источавшим ироничную уверенность опытного маэстро. — Не пропадут. Ты права.

Мария, воин, облаченный в атрибуты спокойствия, позволила себе легкое удовлетворение. Ее одинокий глаз, маяк упорства и нерассказанных историй, сиял с интенсивностью маяка, направляющего корабли в бурных морях. Улыбка Владимира была редким цветком, мимолетной орхидеей в густом лесу его обычно непостижимого лика. Это была негласная уступка, кратковременный союз в их постоянной шахматной партии.

Он повернулся к своим спутникам, и в его словах прозвучала ирония, богатая и темная, как выдержанное вино.

— Давайте не будем спорить с этой дамой. Я тоже устал и хочу отдохнуть. Не будем терять времени.

С хореографией, сложной как балет, квартет покинул пределы своего временного убежища, отправившись на залитый солнцем холст пляжа Акапулько. Они пересекали улицы с грацией фантомов, каждый шаг был продуманным следом яркой краски на городском полотне.

В оживленном районе, пульсирующем повседневной жизнью, невольно появлялись молчаливые дозорные британских военных. Эти стражи порядка были всего лишь шахматными фигурами, которые можно было перехитрить с помощью искусного обмана. Четверо товарищей украшали свои личины с ловкостью опытных артистов. Затемненные линзы защищали глаза знающих, одежда бесстрастно драпировалась на телах, искусственные бороды прилегали к лицам - все это было орудием их грандиозного маскарада. Солнце, беспристрастный арбитр в небе, бросало свои лучи на их путь, пока они пробирались к золотым берегам Акапулько, готовые исполнить свои роли в разворачивающейся саге. И нутро подсказывало Владимиру, что она была ой как далека от завершения. Тревожное чувство продиралось наружу через стальную броню хладнокровия, отражаясь в настороженном взгляде, скрытом под чёрной оправой.

По мере приближения к золотым пескам чувства квартета ласкал соленый шепот моря, симфония волн играла на берегу. Перед ними простирался пляж, расписанный широкими мазками загорающих и смехом детей, танцующих под дуновениями бриза. В воздухе витал аромат кокосового масла, а слух улавливал шипение со стороны палаток уличных торговцев, жаривших местные деликатесы.

Каждый шаг был размеренным, это был продуманный променад по живой диораме безмятежного отдыха местных. Патрули, вечно бдительные часовые в этом раю эскапизма, не замечали, как четверо нарушителей пробираются сквозь толпу.

Роман в своём обыкновении двигался с развязностью, которая не соответствовала его расчетливой осторожности и крепкому телосложению. Эдакий вечный весельчак. Его глаза, скрытые за темными линзами, постоянно сканировали, оценивали окружающих. Саша, сосредоточенно молчавший, излучал спокойствие, которое, казалось, растекалось по телу, точно безмятежное озеро в человеческом облике. Владимир хорошо знал о его любви к долгим заплывам. Вот уж кто определённо получит больше всех удовольствия от пребывания на пляже. Вместе они были зеркалом сдержанного спокойствия Владимира, отголоском его непреклонной решимости победить в этой бесконечной войне.

Они добрались до места на окраине, где объятия пляжа были самыми нежными. Здесь, среди смеха волн и ласкового солнца, они могли осматривать окрестности с осторожностью хищников в состоянии покоя. Патрули продолжали свой марш, играя роль актёров в пьесе, о которой даже не подозревали.

И вот, с ловкостью мастеров-иллюзионистов, Владимир, Мария, Саша и Роман заняли свое место на берегу Акапулько. Они расселились с легкостью песка, проскальзывающего в песочные часы, их присутствие было таким же естественным, как ракушки, украшающие пляж. Каждый миг был вздохом, каждый взгляд - мазком кисти, и они рисовали себя в уголке мира, который выбрали своей сценой, готовые к любому приливу и отливу.

+8

7

Мария с острым, как скальпель, взглядом изучала раскинувшийся перед ней пляжный пейзаж: каждая песчинка, каждый гребень волны, каждый шепот ветра - все это было неразрешимой загадкой, ключом, открывающим тайный путь к особняку Герреро.

«Хитро же ты устроился там. Пафосный кусок дерьма, не обделённый мозгами, хуже дурака».

Особняк, словно орлиное гнездо на искусственно возведенном холме, возвышался над городом вдалеке, окружённый высокими трёхметровыми стенами. Выполненный в характерном испанском стиле, он сильно выбивался из общей архитектуры, и был не то бельмом на глазу современного мегаполиса, не то вишенкой на этом торте, приторно-сладким от вычурной его современности. Гордая, одинокая крепость, окруженная отвесными скалами, уходящими в море, как ножевые раны в земной коре. То тут, то там с отвесных скал пробивались зеленые оазисы - площадки с травой и деревьями, служившие воротами в сеть антисейсмических сооружений, укрытых в холме.

«Ты всегда был предусмотрителен. Но и на тебя найдётся управа, сумасшедший ты сукин сын».

Пока Мария осматривала особняк, ее мысли переключились на Макарова. Этот человек представлял собой загадку, обернутую в энигму, кубик Рубика с постоянно меняющимися цветами. Его отстраненность была столь же отвратительна, сколь и харизматична. Когда она обнаружила, что ее тянет к нему? Когда смог привязать её к себе, точно железной нитью, притягивающей к его магнетической личности? Эти противоречивые эмоции постоянно перетягивали канат, в ее сердце шла молчаливая борьба, отголоски которой лишь иногда показывали себя перед ним, но и их она душила беспощадно, чтобы не переступить черту. Потому что чувствовала: за ней её не ждёт ничего, кроме бездны.

Незанятые шезлонги стали их временным убежищем, импровизированным командным центром, из которого они могли планировать свои действия.

Мария никогда не могла похвастаться мастерством аналитики, как Макаров или выбывший из игры Мальченко. Но даже сейчас она мысленно пыталась разложить карты на столе в партии со смертью, на мертвенном лице которой никогда нельзя прочесть и намёка на блеф.

Антонов с его амфибийными талантами в этом кону был спрятанной, которая ждала своего часа. Его мастерство в плавании и нырянии могло стать их секретным оружием, позволяющим незаметно проникнуть в особняк из-под самых волн, плещущихся у его подножия. Малолин с его неустрашимостью и умением идти напролом мог бы стать хорошим отвлекающим манёвром, особенно с его разговорчивостью, лёгкостью и открытостью. Еще был пока отсутствующий в их компании Бен Кламски, призрак, который проскользнул сквозь пальцы британцев, как вода сквозь сито. О его мастерстве маскировки ходили легенды, он был хамелеоном, который мог слиться с фоном так же легко, как и дышал. А также Змей, что был подобному джокеру, запрятанному в рукаве. Только вот джокеры не участвуют в покере. И смерть этим нельзя обмануть, верно? Расплата может быть слишком велика.

И Рэд...

Рэд...

Мария верила ему. Верила Еве. Но почему же Макарову они так мешают? Неужели он снова знал что-то, чего не знали остальные? И опять молчал.

«Великий, блять, гроссмейстер».

Обдумывая возможные варианты, Мария позволила себе на мгновение почувствовать себя уязвимой. Это было мимолетное ощущение, тихий вздох посреди ее мысленных расчетов. И все же это был шепот человечности под ее закаленной в боях внешностью. Напоминание о том, что, несмотря на игру, в которую все они играли, несмотря на маски, которые носили, и роли, которые исполняли, они не были простыми фигурами на шахматной доске. Они были людьми, каждый со своими надеждами, страхами и мечтами. И Мария, при всей ее силе и решительности, не была исключением.

С этими мыслями Мария продолжала внимательно осматривать особняк. Ее взгляд, острый и непреклонный, не упускал ничего. Каждая деталь была хлебной крошкой, каждое наблюдение — шагом к цели. Если особняк Герреро был крепостью, то Мария — осадной машиной, готовой разрушить его стены силой своей решимости.

Мария, поднявшись с шезлонга и устремив взгляд на особняк, словно ястреб, нацелившийся на добычу, излучала внезапную, ощутимую энергию. Ее голос, обычно спокойный и ровный, как корабль в спокойных водах, теперь был наполнен грозовым раскатом.

— Саша, - прошипела она, указывая пальцем на Антонова, — Ты плаваешь. Ты ныряешь. Под воду уходишь, да?

Ее одинокий взгляд метался между ним и особняком, представляя себе подводный штурм крепости.

— Это наш билет внутрь. Неожиданный. Невидимый. Под водой. Я, чёрт возьми, уверена, что там есть какой-то грот или вроде того. Герреро слишком печётся о своей безопасности. Территория особняка огромная, и наверняка у этой скотины на заднем дворике подготовлена вертолётная площадка на этот случай. И, я готова свой глаз отдать на поругание, с водой та же история. Ну не может он не перестраховаться лишний раз! Я слишком долго с ним работала, слишком хорошо его знаю!

[icon]https://i.imgur.com/qLtK4Bf.png[/icon][nick]Maria Wojcik[/nick][status]Ем культистов на завтрак[/status][sign] [/sign][fld4]<a href="https://codegeass.ru/pages/chronology?id=257">Личная страница</a>[/fld4][fld1]<a href="//codegeass.ru/viewtopic.php?id=1884">Анкета персонажа</a>[/fld1]

+3


Вы здесь » Code Geass » Основная игра » 29.01.18. Пляжный эпизод на минималках