1. Дата: 17 января 2018 года
2. Время старта: 13:00
3. Время окончания: 15:00
4. Погода: Пасмурно
5. Персонажи: Ляо Энлай, НПС
6. Место действия: Казахстан, Рабочий кабинет генерала внутри Лонгдана (PND+13)
7. Игровая ситуация: Китаю всегда угрожали варвары с востока. В Китае постоянно велись войны внутри страны. Очевидно, что в таких жестких условиях куются могучие герои и талантливые генералы. И сегодня ради борьбы с ветеранами из страны-медведя, прибыла Фу Хао, удостоенная чести опробовать в бою "Красного Зайца" вместо слегшего по болезни Ли Синке. Но если остальные признали её талант, то генерал Ляо Энлай еще не успел лично встретиться с героиней гражданской войны.
8. Текущая очередность: Фу Хао, Ляо Энлай
17.01.18. Битва у Семи Палат: 运斤成风
Сообщений 21 страница 24 из 24
Поделиться12024-02-26 17:25:32
Поделиться212025-10-22 12:50:29

Тото Томпсон
- Значит, будем говорить с ним. Вряд ли он будет против военно-технического сотрудничества с перспективой подключения к нему не только "О'Ши Моторс", но и подразделений "Фонда Штайнера"*, чей наследник входит в личную гвардию Её Высочества Марррибелл.
А вот вам, Тото тоже может контратаковать в диалоге, благо не без козырей играет. Ведь рыцарский орден это не только военное подразделение, это, правильнее будет сказать, военно-политическая корпорация, особенно когда в его рядах непосредственно причастные ко всякому. Леонхард Штайнер имел честь принадлежать к семье, которая была не последним игроком в военно-промышленном комплексе Империи, и в некоторой степени это сыграло роль в сотрудничестве на поле боя с "Камелотом"... Пусть генерал подумает об этом, благо уже проявил себя как сторонник работы с британским производителем.
- Договорились. Что-то могу рассказать и сейчас. Вас интересует техника или люди? Мы уверенно идентифицировали трех русских асов в недавнем бою, а также кое-что знаем о действующем на фронте европейском подразделении W-0, думаю об их нестандартных машинах вы уже должны были слышать - я имею в виду, "паучков". Европейцы и русские уже применяли их на других фронтах, но здесь впервые.
*"Фонд Штайнера" - концерн под эгидой соответствующей семьи, работающий над координацией работы ряда промышленных предприятий, КБ и НИИ по внедрению инновационных технологий в Вооруженные Силы СБИ и некоторые гражданские отрасли. В последние годы активно занимаются найтмеростроением, в том числе внедрением новых достижений такового в серийное производство. (Это пока неточно, но возможно, когда Ллойду уже неинтересно возиться с доведенным до ума творением, именно ФШ обеспечивает техподдержку и производство). В числе прочего ФШ выделяет гранты и поддержку новым проектам - например, первому найтмеру "О'Ши Моторс", как выгодному проекту на экспорт.
Поделиться222025-10-22 13:32:53
[nick]Oldrin Zevon[/nick][status]Shield & Sword[/status][icon]https://i.imgur.com/SoOsKPQ.jpg[/icon][sign]Комнатный рыцарь. Отпустили погулять.
Каждое утро делает зарядку. Пока ты спишь, она качается.
Характер рыцарский. Не жената.[/sign]
Как нередко случается, противники мыслили в чём-то одинаково - Фу Хао тоже выбрала не нарываться и двигалась оптимальным для себя способом. Соответственно из первых ходов ничего не вышло, и теперь придётся надавить. Показывать свою полную силу раньше срока так себе идея, но когда не знаешь противника - будь готов пойти с козырей, верно?
...Особенно если, как в случае Олдрин, по некоторым причинам её надежные решения со стороны выглядят слегка суицидальными.
Девушка поначалу как бы замешкалась, просто пытаясь корректировать траекторию под противника, чтобы не словить отлично работающий при такой траектории косой или боковой удар. А потом...
...Это выглядело как показная, безрассудная лихость, бравада не слишком опытного бойца, чреватая в лучшем случае неудачей. Внезапная прибавка скорости - как бы в надежде что враг не успеет исправить траекторию. Сближение и удар - лишь одним мечом, иначе не развернуться. И безумная - на такой-то скорости, да ещё и с отдачей (если отразит клинок парированием) и инерцией (если будет уклоняться) удара - попытка развернуться и ударить вторым.
По всем признакам, найтмер в таком развороте должен потерять равновесие, опираясь в ответственный момент в основном на одну ногу. Стать уязвимым - и хорошо если не прокувыркаться по снегу. Даже достаточно подготовленному пилоту такое редко сходит с рук, тут возможности машины особо и не помогут, нет в бортовом компьютере таких маневров, от них даже отучают, потому что это на грани технических характеристик, еле-еле хватает чувствительности управления.
Спору нет, на такое способны всякие мастера боевых искусств, которые и без найтмера черт-те что вытворяют и будь Олдрин таким - Фу Хао вполне могла бы угадать приём.
Вот только не была леди-рыцарь из них.
Она просто увлекалась фигурным катанием, и когда-то неожиданно для самой себя обнаружила что управление найтмеров с ним имеет кое-что общее, особенно зимой, и позволяет сохранять контроль над машиной в казалось бы безнадежных положениях. Недавно это стало сюрпризом для Потрошительницы, когда они буквально танцевали на тонком льду.
Теперь очередь этой заносчивой китаянки.
Возможно.
Поделиться232026-05-07 20:40:48
[nick]Фу Хао[/nick][status]愚公移山[/status][icon]https://i.imgur.com/VN7jFDs.png[/icon]
Борьба велась между довольно очевидными противниками. Черепаха и заяц. Заяц тут был очевиден, в облегченной машине, с двумя сравнительно небольшими клинками. В машине же новой, китайской, экспериментальной, очевидно должна была находиться черепаха. Просто потому что так положено, ведь это был уже давно проверенный конфликт. В этом стройном и логичном утверждении закралась одна маленькая ошибка. Фу Хао была символом не за то, что она выражала с какой-то невероятной точностью и эффективностью боевой архетип. Она была пилотом-асом и её задачей было быть огромной проблемой для противников.
Пришло время показывать то, за что Фу Хао заслужила свой статус, свои медали и возможность носить красивый плащ, с вышитым на ним серебряным драконом. И, разумеется это было не за то, что она готова позволять противнику ставить свои условия и правила.
Уйти от первого взмаха мечом, ускориться, вместо логичного для этой ситуации замедления, чтобы легче было реагировать на последующие удары и, наконец-то, наступает время для магии. Небольшого волшебства, которое превращает обычного вражеского пилота в смертельную угрозу.
Увороты? Парирование? Все это защитные приемы, свойственные черепахам. Заставить противника выдохнуться и забрать у него преимущество в бою. Но, в условиях быстро меняющихся технологий и растущего с ним мастерства пилотов, легко было не заметить один маленький факт. Заяц сражался не с черепахой. Противником была гора и лавина начала спускаться с её склона.
Машина, Красный Заяц, мчащийся на полной скорости, совершает свой самый неожиданный маневр. Один из лэнд-спиннеров, заблокированный системой тормозов, а гуань дао опустилось на землю, вместе с одним из колес, вызывающим две линии искр, высекаемых из земли. И разумеется, вместе с этим вращением, в дичайшей контратаке, двигалось и само орудие, по диагонали, снизу вверх, захватывая кажущееся нереальным пространство вокруг машины. Одна из самых простых идей по борьбе с быстрым противником - не пускать его к себе слишком близко.
Поделиться242026-11-16 00:25:42
14:07. Полигон. Столкновение.
Физику этой встречи расписали не люди — две траектории.
Глостер шёл в разгоне: полупетля, которой нет в бортовом компьютере, которую инструкторы запрещают, а лёд и сталь выполняют. Разворот на одной опорной ноге, отдача, которую полагалось либо поймать, либо заплатить за неё всем темпом.
«Красный Заяц» ответил не уклонением. Левый лэндспиннер заблокировался тормозом и умер на ходу; гуань-дао опустилось лезвием в укатанный снег — две линии искр, от покрышки и от стали, крошка льда столбом. Машина пошла вокруг собственной оси, и оружие, подхваченное этим вращением, вскрыло диагональ — снизу вверх, через всё досягаемое пространство.
Сталь нашла сталь в двух точках.
Первая: гуань-дао встретило «пластины» правой руки Глостера. Металл пошёл волной и лёг двумя кусками; верхний — длинный, с чистым сколом — отделился, кувыркнулся и воткнулся в снег в двадцати шагах от трибун. На изломе, ловя дневной свет, блестела режущая кромка. Не броня. Клинок.
Вторая: клинок Глостера, дошедший в развороте, рассёк левый лэндспиннер «Зайца» вдоль — от покрышки до оси. Колесо ещё четверть оборота било в арку и встало.
Дальше — арифметика падения. Глостер тяжело стал на колено. «Заяц», оставшись на одном колесе, поехал вбок и нашёл опору: древко гуань-дао воткнулось в грунт и приняло вес машины. Обе застыли, наклонённые друг к другу — красная с золотом, красная со свежими потёками грунтовки. Опёрлись, как два бойца в клинче.
Кокпиты не тронуты. Аварийные метки обеих кабин горели жёлтым — штатным.
Трибуны выдохнули не сразу. Сначала стояла тишина — та, что бывает, когда несколько сотен человек одновременно решают, что именно они увидели. Потом зааплодировал первый настил, за ним — второй; а половина смотрений всё ещё приходилась на обломок, воткнутый в снег.
14:12. Вердикт.
Старший судья — полковник строевой части, к приготовлению дня отношения не имевший — поднял планшет. Секунданты обеих машин доложили по форме: повреждения взаимные, пилоты целы, вышедшее из строя вооружение — взаимно.
Громкоговоритель объявил результат одним предложением: ничья. Журнал поединка закрыли; приличия дня были соблюдены.
14:15. Эфир.
Дальше началось то, чего в программе не было.
Репродукторы полигона и нарукавные рации разом осели в шипение; следом лёг канал дрона барражирования. Оператор дрона доложил по полевому проводу — единственному, что осталось живым: аппаратура исправна, несущая есть, модуляции нет.
К выходам с полигона подтянулись сержанты с планшетами. «Учения по плану. Отработка РЭБ. Удостоверения предъявить, выход — после проверки». Голоса не поднимались ни у кого. Очереди у КПП двигались медленно и в правильном направлении — внутрь журнала учёта.
Северная вышка наблюдения, числившаяся в расписании за «сторонними наблюдателями», стояла пустая. На площадке — проталина от штатива: снег осел, но коркой схватиться не успел. След одиночного ботинка вёл через ограждение наружу, за периметр. На перилах, продетый ремешком, висел лёгкий шлем-маска с лепным ликом зверя — яогуй. Оставлена. Как чек из чужого кармана.
14:41. Бумага.
К машине, возле которой ждала Томпсон, подошёл посыльный штаба с опечатанным кейсом: накопители камер полигона, ракурсы судейской линии, синхродорожка. К кейсу прилагалась карточка на имя капитана: «По договорённости. Взаимный обмен подтвердить». Обратный пакет — записи Рыцарей Глинды и аналитическая справка по русским пилотам — был принят штабом тем же посыльным, под расписку.
23:58. Радиорубка.
Телеграмма пришла на ленту по суточному графику приёма ставки. Дежурный радист вызвал офицера связи, офицер связи — конвой. Ленту вырезали ножницами, уложили в футляр и отнесли наверх под двумя парами сапог.
Текст: «Совет Регентов. Генерал-лейтенанту Ляо Энлаю. Назначаетесь членом Военного комитета Южного направления. Дела и участок принять полковнику Хоу Гофаню. Основание: решение закрытого заседания. Выезд — по прибытии конвоя ставки».
Ни строки сверх. Ни благодарности за Ибинь, ни названия участка, который предстояло принять преемнику. Лента, уместившаяся в одну строку, читалась двояко: как награда — и как дверь, закрывшаяся за спиной.
18.01. 07:00. Рембокс.
Утро пришло без торжеств.
В ремонтном боксе стояли рядом две машины — «Красный Заяц» на одном лэндспиннере и Глостер с обрезанной правой «пластиной»: пациенты одной палаты. Бригады лазили по обеим, не деля людей.
В канцелярии участка шла передача дел. Печати легли в ящик одна за другой — гербовая, за ней строевая; журналы нарядов и боевого учёта пошли по описи, лист за листом. Полковник Хоу Гофань принимал по-хозяйски: не спеша, без лишних свидетелей, с двумя писарями и чашкой чая, остывавшей у локтя.
В опись вещдоков — отдельной строкой, по требованию прокуратуры — легли: маска-«яогуй» с северной вышки; обломок «пластины» с режущей кромкой, изъятый с полигона под протокол; протоколы задержаний, датированные вечером семнадцатого, три листа почерком дежурного.
В общем ящике входящих, под текущей сводкой и нарядом на уголь, лежала тонкая папка прошлогодней рутины — жалоба уездного комиссара из тибетских предгорий: деревни пустеют, люди уходят к «шахте, которую нельзя трогать по приказу, которого никто не видел». Одна строка в реестре. Без пометок.
Лонгдан буднично готовился к войне. Планировщики шили маршруты, кухня гнала баки с кашей; на плацу мокло новое расписание.
Фу Хао (Lesley Small): левый лэндспиннер «Зайца» срезан — ремонт на дни; пилот невредима; вердикт судей — ничья. Реакция свободна.
Олдрин + Тото (Renly): «пластины» правой руки Глостера срезаны, обломок с режущей кромкой изъят в вещдоки — секрет вскрыт публично; пилот невредима, машина в рембоксе. Тото: кейс с записями полигона доставлен ей под расписку; обратный пакет (записи Рыцарей Глинды и аналитика по русским пилотам) штаб принял тем же посыльным.
Джун Ли (Li Jun): с 14:15 эфир полигона подавлен РЭБ, выходы перекрыты под видом «учений», у КПП проверка удостоверений. К вечеру 17-го оцеплением задержаны трое: старший-координатор и оба «глаза» из толпы — протоколы легли в вещдоки. Северная вышка пуста (проталина от штатива, след ботинка за периметр); маска-«яогуй» с перил сдана в вещдоки. Участие вашего отряда в задержании не показано.
Энлай (Миттермайер): ночью доставлена телеграмма Совета Регентов (текст в посте); выезд — по прибытии конвоя ставки.
Ван О-Чун (Миттермайер): по устоявшемуся фону (пост 19): конвой военной прокуратуры уже движется к складам ремонтной роты; сделка по «списанным» Ган-Ру не завершена. Что произошло на складах — неизвестно
Дандан (Erna): ваш прогноз сбылся: «первое поражение» Фу Хао состоялось — и оказалось ничьёй. Ночью Энлай получил телеграмму об отзыве в ставку; вы остаётесь при штабе участка. Реакция свободна.
[synopsis]17 января 2018 года, Семипалатинск, Лонгдан (PND+13). Генерал-лейтенант Ляо Энлай впервые лично познакомился с капитаном Фу Хао — героиней гражданской войны, принявшей экспериментальный «Красный Заяц» у заболевшего Ли Синке. Спор о том, беречь ли героиню как знамя в тылу, Энлай решил по-своему: переслал леди Олдрин Зевон неосторожную фразу капитана о «плохом рыцаре», превратив чужое снисхождение в прямой вызов. Дандан, жена генерала, оценила Фу Хао трезвее всех и предсказала, что «первое поражение героини» неизбежно — а клану Ляо выгодно, чтобы оно случилось раньше; она вызвалась лично последить за капитаном в бою.
К назначенному спаррингу техника, нарушив все сроки, разгоняла «Красного Зайца» всю ночь и успела к началу. Олдрин выставила доработанный «Глостер Глинда» с тайными клинками-«пластинами» вместо штатных тонф; Тото Томпсон выторговала у Энлая разрешение на запись и взаимный обмен материалами, обозначив в ответ приз «О'Ши Моторс» и «Фонда Штайнера» для китайского найтмеростроения. Параллельно Энлай запустил негласную операцию: анализ видеокамер и штатного расписания (расписание полигона утекло), «мягкое» оцепление после первого обмена ударами и РЭБ по окончании боя. В толпе залёг отряд Джун Ли, охотившейся за русскими диверсантами-«яогуями»; фоном назревал коррупционный взрыв в ремонтной роте — старший сержант Ван О-Чун плёл схему со «списанными» Ган-Ру и триадами, не зная, что к складам уже движется конвой военной прокуратуры.
Бой закончился взаимогашением двух школ пилотирования: безрассудная полупетля Олдрин, отработанная «фигурным катанием», встретила дрифт Фу Хао — «Заяц» заблокировал лэндспиннер тормозом и развернулся вокруг гуань-дао, опущенного лезвием в снег. Гуань-дао срезало «пластины» правой руки Глостера — обломок с режущей кромкой упал у самых трибун, публично вскрыв секрет британки; клинок Олдрин в ответ рассёк левый лэндспиннер «Зайца». Обе машины осели, опёршись друг на друга; пилоты не пострадали. Старший судья объявил ничью — «первое поражение героини» состоялось и оказалось ничьёй.
Сразу после вердикта ловушка Энлая захлопнулась — частично. РЭБ погасила эфир полигона, выходы перекрыли под видом «учений», у КПП проверяли удостоверения. Северная вышка наблюдателей оказалась пуста: проталина от штатива, след ботинка за периметром и оставленная на перилах маска-«яогуй» — наблюдатель ушёл до включения помех. К вечеру семнадцатого оцепление задержало старшего-координатора диверсантов и обоих «глаз» из толпы. Обмен разведкой Тото и Энлая состоялся: копия записи «Зайца» ушла к графу Асплунду.
Ночью 17→18 января телеграмма Совета Регентов обесценила любой исход дня: Энлай назначался членом Военного комитета Южного направления, дела и Семипалатинский участок принимал полковник Хоу Гофань. Ни благодарности за Ибинь, ни лишней строки — лента читалась и как награда, и как дверь, закрывшаяся за спиной.
Утром 18 января «Красный Заяц» и Глостер стояли в одном рембоксе — «пациенты одной палаты». Гофань по-хозяйски принял печати и журналы; в опись вещдоков легли маска-«яогуй», обломок «пластины» и протоколы задержаний. В общем ящике входных бумаг, под рутиной суток, осталась непрочитанной прошлогодняя жалоба уездного комиссара из тибетских предгорий — о пустеющих деревнях и «шахте, которую нельзя трогать». Лонгдан буднично готовился к войне.[/synopsis]



