По любым вопросам обращаться

к Nunnaly vi Britannia

(vk, Uso#2531)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » События игры » Turn IV. Unity » 24.10.17. Мои господа


24.10.17. Мои господа

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

1. Дата: 24.10.17
2. Время старта: 07:00
3. Время окончания: 09:00
4. Погода: 14С, дождь
5. Персонажи: Акено Исикава, Майя Байерн, Эми и Камимура
6. Место действия: Нео-Токио, дом семейства Исикава и окрестности.
7. Игровая ситуация: Майя приставлена приказом Киото к раненой Акено в качестве сиделки. Однако, за этим приказом стоит и другой, негласный - Киото не доверяют мужу Акено, забравшемуся так высоко по карьерной лестнице и ставшего одним из приближенных принца Ренли. Майе предстоит выяснить, что происходит в этой семье и не связана ли работающая на Киото Акено со столь стремительным карерным ростом своего мужа.
Ну и, конечно, нужно не только помогать раненой женщине, но и заботиться о ее маленьких детях.
8. Текущая очередность: Майя, Акено, гм.

0

2

Утро принесло ей устойчивую головную боль, мокрую от испарины простыню и совершенно разбитое тело – будто всю ночь таинственные мучители её били, пинали и швыряли, чтоб к утру испариться, оставив после себя даже не боль, а нечеловеческую усталость. Утром Майя проснулась не по будильнику, а за пять минут до – и лежала, тяжело дыша, пытаясь привести голову в порядок.
Это длилось уже порядка двух недель. Стоило Байерн заснуть, как наваливалось на неё что-то вязкое, липкое – то, что тает от тепла пальцев и оставляет на них твёрдый, липкий слой, который невозможно оттереть. Влажное, как матрас в доме, где она пряталась в первые дни военной операции по захвату Японии. Влажное, как вещи в давно брошенном чулане. Майя оказывалась под этой пеленой каждый раз, как засыпала, и каждый раз боялась, что это задушит её окончательно.
Если подумать, было не так много вещей, которых боялась Байерн. Но сейчас, когда она приводила себя в порядок, умывалась, положенное время шоркала зубной щёткой во рту, она понимала, что к этим вещам приплюсовался страх перед снами.
Когда один и тот же кошмар длится пару дней, это можно списать на нервное перенапряжение.
Когда он длится неделю, стоит задуматься об отпуске.
Когда, приехав с горячих источников, на следующее утро ты просыпаешься с устойчивым ощущением того мокрого и липкого на пальцах, разумные оправдания заканчиваются.
Стоило ей проснуться – хотя бы раз за ночь – как кошмар больше не возвращался. Поняв это, Байерн стала ставить будильник на середину ночи, чтобы прервать свой кошмар. Был один минус. Так она просыпалась совершенно разбитой.
Сегодня будильник она не поставила, потому что ещё вчера ей было дано важное задание.

***
Акено Исикава. Жена столь быстро взлетевшего на сладкое положение рядом с сильными мира сего человека. Всё бы хорошо – да только это сладкое место находилось со стороны Британии. Японец – всё тот же, что давал ей указания насчёт службы в ОЧР, всё тем же сухим тоном рассказал историю семьи, куда отправляли её, Байерн Майю, «британку», «дочь» британца. И так же спокойно объяснил, что Дом Киото, дружный с их семьёй, предоставляет им помощницу по дому. Что Акено ранена. Что им просто необходима сиделка, которая может выполнять минимальные функции прислуги.
У Байерн был опыт сиделки возле больного не самой приятной болезнью человека. И готовить она тоже умела.
А ещё сиделка должна предотвратить возможные покушения на жизнь госпожи, если таковые будут.
Байерн ведь умеет метко стрелять, а её умение следить за ситуацией заслуживает похвалы.
Отличный подарок, что скрывал себе второе дно: Дом Киото интересовало, не стала ли именно госпожа Исикава причиной столь стремительного взлёта своего мужа? Не она ли служит причиной утечки информации?
Байерн ведь умеет молчать, как каменная стена, слушая при этом каждый мышиный писк.
«Завтра, в семь утра явишься по этому адресу»
Байерн остаётся только кивнуть и запомнить адрес, куда её отправляют в качестве жеста доброй воли.

***
Оделась она всё так же, как и для посещения Дома Киото: чёрный приталенный пиджак, чёрные брюки. Вот только под полой пиджака скрывался Ruger, а во внутреннем кармане – нож, коль это допускалось. Волосы пригладить влажной рукой – после кошмаров Майя взяла привычку долго отмывать руки, будто грязь из сна могла просочиться в реальность – тщательно расчесать. И ничего больше. Пудра и прочие изыски красивых и праздных женщин никогда не касались её кожи. В качестве охраны, сиделки или горничной, как будет угодно господам Исикава, она и не должна была выглядеть как женщина.
Под пиджаком и рубашкой пряталось кольцо Джейка на стальной цепочке, которое Майя до сих пор не снимала с шеи.

***
Дом господ Исикава показался ей красивым – прибыв к месту на такси, Майя, вышедшая из машины, замерла у ворот. Ей, живущей сначала в небольшой квартирке Джейка, потом – в съёмной комнатке, было чуждо понятие «домашнего уюта». Здесь же, в причудливой смеси британского дома и японского стиля (последний, впрочем, присутствовал лишь отчасти), уют и домашняя обстановка были повсюду.
Она нажала на кнопку звонка, дождалась, пока чей-то голос, прерываемый дурной связью, спросит, кто именно стоит у ворот, и представилась:
– Байерн Майя. Послана домом Киото в качестве сиделки и помощницы по хозяйству для семьи Исикава.
В качестве охраны.
В качестве шпиона.

Отредактировано Maya Bayern (2014-12-27 19:28:40)

+4

3

Последовала длинная пауза, во время которой динамик хрипел, как будто где-то там около микрофона кто-то тихонько переговаривался. Время тикало, ворота не открывались, хрип динамика на какое-то время прервался, а потом уже другой, более высокий голосок ответил:

- Проходите, пожалуйста.

Правда и после этого дверь не открылась. Еще одна длинная пауза, хрипы, пыхтение в динамике и долгожданное пиликанье открытых ворот.

Коротенькая дорожка до дома, массивная дверь, приоткрывшаяся на длину цепочки, а в щелочку на приближающуюся Майю внимательно смотрели два глаза: один чуть повыше, другой чуть пониже.

- Я же говорю, она хорошая, - шепотом заверил детский голосок.

- А я говорю, она не похожа на японку. Пусть лучше вернется мисс Такамада, - таким же заговорщицким шепотом пробурчал другой голосок.

+3

4

Майя удивилась, когда вместо писка электронных ворот, возвещавших об открытии, в динамике раздался треск и шум, будто бы там возились проворные лесные духи. Тишина. Байерн вопросительно наклонила голову, потому что данный приём не вписывался в её представления о чём-то подобном. Сквозь шум пробился голос повыше, приглашавший зайти – Майя потрогала ворота, убедившись, что они всё так же закрыты, и на спокойном обычно лице явственно проступило удивление.
Наконец, когда Байерн хотела взяться за телефон, предусмотрительно взятый с собой, хоть и толку от него обычно меньше, чем от пистолета – а ведь, казалось бы, война уже давно перешла в разряд партизанских, такие войны выигрываются телефонными звонками и вовремя отправленными письмами – только тогда её желание опередил писк электронных ворот, приглашающий зайти.
Майя машинально осмотрела двор, отмечая то ли удобные позиции для стрельбы, то ли удобные позиции для того, кто хочет этой стрельбы избежать, пересекла расстояние от ворот до входной двери и осторожно постучала согнутым пальцем.
Две пары глаз в узкой щели приоткрывшейся двери были ей ответом.
Всё бы хорошо, но эти две пары глаз были на том уровне, на котором смотрит ребёнок, не иначе. Байерн, остановившаяся перед дверью, смотрела на них почти с той же насторожённостью, что и они на неё. Лишь спустя непозволительно долгие несколько секунд, она вспомнила – её действительно предупреждали по поводу детей. И если в своём умении слушать, вести какое никакое, а хозяйство, ухаживать за лежачими больными и вовремя схватиться за оружие, если будет угроза жизни подопечному, Байерн не сомневалась ни на чуть, то дети для неё были чем-то неизвестным.
– Простите? – этот вопрос как ничто другое отлично выдавал её растерянность. Ведь Байерн практически никогда не реагировала на ситуацию так.
Если подумать, она воспитывалась человеком, который никогда не рассматривал её как ребёнка. Воспоминания о жизни с матерью Майя, как ни крути, постепенно утратила – даже лицо женщины, которой она была обязана своим рождением, не вспомнила бы. С ней обращались как со взрослой – хотя Майя поначалу воспринимала это как безразличие.
Поэтому сейчас, оказавшись через дверь от двух детей, которые явно не собирались пропускать её сразу, Майя не понимала, что ей сказать этим двоим, не испугав и не настроив их против себя.
– Я… не знаю, как вас зовут, но… – Майя действительно запиналась и мучительно долго подбирала слова на японском так, чтобы не ошибиться, – Ваша мать… Акено Исикава, да? Меня прислали, чтобы я помогала ей по хозяйству.
Она даже не прикасалась к двери, опасаясь, что с её стороны это будет расценено как попытка открыть дверь силой.
– Она в порядке? – на всякий случай спросила Майя, продолжая смотреть не на детей – на дверь, чтобы не смущать их.

+2

5

- Я Эми, – жизнерадостно сообщил глаз пониже. – А это…

Мальчишка успел пытливым взглядом осмотреть одежду, и оттащить сестру в сторону, пока она не наговорила еще лишнего.

- Ну Камимура! – Громко запищала Эми, выдавая обоих с потрохами.

Невнятный шепот, тихое бормотание, а следом – звуки настоящей борьбы! Со звоном упала на пол ваза, расколовшись, а прыткая девочка выпорхнула к дверям, снова заглядывая через узенький проем между дверью и косяком – цепочку дети так и не сняли.

- А у вас правда есть пистолет? Вот тут, - Эми показала точно нужное место, да только с противоположной стороны. Но прежде чем Майя успела хоть как-то на это среагировать – дверь с глухим стуком закрылась, щелкнули все замки и с той стороны послышался глухой мальчишечий голос.

Прошло еще около минуты, прежде чем дверь все-так отворилась – и теперь на пороге стояла бледная, но необычайно красивая для японки женщина. Высокая и стройная, с длинными распущенными волосами она была похожа британскую принцессу – с той лишь разницей, что у британских принцесс не бывает раскосых японских глаз.

- Здравствуйте, мисс Байерн… Простите за эту ситуацию, проходите, пожалуйста, - проговорила белая как полотно хозяйка дома. – Гоэмон уже уехал на работу, что-то срочное.

Акено улыбнулась так, словно извинялась – не только за буйных детей, но и за работящего мужа.

- Давайте я покажу вам дом.[NIC]Акено Ходзимэ[/NIC][AVA]http://savepic.org/6938591.png[/AVA][STA]Игрок[/STA]

+2

6

Дети представились ей, а Майя смогла ответить им лишь осторожным кивком, прежде чем сглотнула – в горле у неё почему-то пересохло – и только тогда повторила:
– Майя Байерн. Я… буду помогать вашей маме по хозяйству.
Она действительно не знала, как именно обращаться с детьми, хотя во всём остальном вполне подходила под рамки поставленной задачи. Но именно встреченные ею на пороге дома дети заставили Байерн сомневаться в том, что она справится. Звон, шум и звуки возни заставили Майю широко распахнуть глаза и, что совсем странно было для неё, чуть приоткрыть рот, являя тем самым живейший образец неподдельного удивления. Вся серьёзность и разумность слетели с неё, и Майя сейчас была даже не человеком, перешагнувшим двадцатилетний рубеж, а чуть ли не той встрёпанной девушкой, пришедшей в дом Киото три года назад.
Наверно, именно безмерное удивление послужило причиной тому, что на вопрос об оружии Байерн осторожно кивнула, но показала собственной рукой на тот бок, где Ruger находился на самом деле. Снова облизнув пересыхающие губы, она прибавила, чуть запнувшись:
– Да, но он вот здесь. – и, как оно всегда бывало, сам факт присутствия с ней любимого оружия, хоть и не полностью, но поправил её душевное равновесие, поэтому Майя успела слабо улыбнуться, а вот попросить открыть вновь захлопнувшуюся перед её носом дверь дверь уже не успела.
Потому что дверь открылась сама, и перед глазами Байерн предстала женщина, глядя на которую Байерн не могла не сравнить её с собой, повинуясь типично женской привычке, и отчётливо понять, что ей она проигрывала по всем фронтам. Госпожа Исикава – это не мог быть кто-то другой – была красива той женской красотой, которой столь мало досталось Майе. И именно рядом с таким созданием Майя ощущала себя охранницей, служанкой, кем угодно – но не женщиной.
– Ничего страшного, госпожа. – спокойно, с достаточной учтивостью сразу очертила грань своего положения Майя, склонив голову. – Именно для таких ситуаций прислали меня.
Разумеется, было бы разумно посмотреть и на дом, и на детей, которых Байерн пока видела лишь частично, а именно в виде двух блестящих глаз, но прежде всего Майя, шагнув за порог чужого дома, обеспокоенно прибавила то, чего от неё требовала её новая обязанность:
– Но, госпожа, вы уверены, что вам стоит сейчас утруждать себя?
Бледность госпожи Исикава не была аристократической деталью, украшавшей лицо, она была болезненной, и Майя знала тому причину.
– Быть может, позволите проводить вас до спальни, а там вы сможете поговорить со мной, не нарушая вашего режима?

+3

7

Два очень любознательных глаза теперь смотрели в щелку другой двери - детская. Акено обернулась, желая представить детей их новой сиделке, но тех уже и след простыл. Выковыривать малышей из их комнаты - дело однозначно неблагодарное.

Конечно, Акено выдержала бы поход по дому и разговор с новой помощницей, но ее правоту она не могла не признать. Чем точнее хозяйка дома будет соблюдать предписания врачей - тем скорее она поправится и сможет вернуться к работе и заботам о семье. Без ежедневных, зачастую весьма утомительных процедур приготовления завтрака-обеда-ужина, ухода за детьми, стирки-глажки-уборки и всех прочих своих обязанностей как хозяйки дома, Акено чувствовала себя по-настоящему пустой. Оказавшись неожиданно на больничной койке, она не знала, чем себя занять: вне семьи ее попросту не существовало.

- Вы правы, - кивнула Акено, указывая раскрытой ладонью на дверь в спальню четы Исикава.

Светлое помещение, просторное и хорошо проветренное открылось взглядам двух застывших на пороге женщин. Огромная двуспальная кровать разместилась у самого окна, но примятый ворс ковра в самом центре комнаты давал понять, что обычно кровать стояла в другом месте.

На прикроватном столике лежала нетронутая книга - любовный роман, подаренный соседкой из дома напротив. Здесь же расположились выписки от врачей, рекомендации по уходу за больной и полная бинтов, мазей и таблеток аптечка. Чтобы исключить возможность воспаления очень и очень опасной раны, Акено приходилось принимать немало медикаментов.

- Спасибо большое, что согласились помогать, - сдержанно улыбнулась женщина, медленно опускаясь на кровать с королевским изяществом. - Честно говоря, не знала, как буду справляться со всем.. в таком состоянии.

В растерянности взгляда, в рефлекторном жесте ладонью, в неловкой улыбке, - во всем было видно одно: Акено не привыкла быть беспомощной. Она всегда была той, кто вытягивал все домашние хлопоты на своих плечах, и оказавшись в подобной ситуации, она не знала, куда себя деть и как вообще пережить это все.

Коротко рассказав Майе о распорядке дня детей, особенностях их питания и времени, к которому необходимо отводить их в садик и школу, Акено, похоже, очень сильно утомилась. Неохотно призналась она и в том, что все-таки вставала с постели, провожая мужа на работу - глупо было бы скрывать такое от сиделки.

Не желая утомлять госпожу еще больше, Майя отправилась собирать детей, а Акено задремала лишь услышав, как поворачивается в замочной скважине ключ.
[NIC]Акено Ходзимэ[/NIC][AVA]http://savepic.org/6938591.png[/AVA][STA]Игрок[/STA]
Эпизод завершен

+1


Вы здесь » Code Geass » События игры » Turn IV. Unity » 24.10.17. Мои господа