По любым вопросам обращаться

к Nunnaly vi Britannia

(vk, Uso#2531)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Альтернативы » Здесь и сейчас


Здесь и сейчас

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

1. Дата: ?
2. Время старта: ?
3. Время окончания: ?
4. Погода: за окном что-то.. дождь? Пусть дождь.
5. Персонажи: Ганнибал Бота, Милинда Брантини
6. Место действия: отель, номер Милинды
7. Игровая ситуация: после переговоров со Штерном, Ганнибал Бота навещает Милинду, что смогла вдохнуть в него новую жизнь. Им обоим предстоит многое понять - в первую очередь о самих себе.
8. Текущая очередность: Ганнибал, Милинда (в исполнении Наны)

0

2

- И не стыдно тебе старый кобель использовать служебное положение в личных целях?
Бота улыбнулся своему отражению в зеркале заднего вида. Как же ничтожно мало времени прошло с того момента, как он начал замечать в своем отражении что-то, давно забытое. И как же долго тянулось это время.
Жизнь вообще непростая штука, особенно для того кто поставил на себе крест. Но по настоящему понять это может лишь тот, кто нашел в себе силы ожить. То что сейчас затеял генерал, могло показаться мальчишеством, глупостью, пренебрежением всей окружающей его жизнью, непростительное даже безусому корнету. Разве мог главнокомандующий южноафриканской армией, глубже, чем когда либо влезший в паутину интриг Европы и Британии, позволить себе подобную встречу на вражеской территории. Оказалось мог. Несмотря на все произошедшее, на все потери и перемены, на пропасти и бури возникшие на пути, Ганнибал Бота стремился к женщине которую знал лишь несколько часов. У женщине, к которой он испытывал чувства, которых не знал долгие годы. Женщине, показавшей ему правду, что он не живой мертвец, а лишь человек, похоронивший себя заживо. Многое случилось за эти короткие недели и теперь Бота точно знал, что будет жить. Будет жить ради своих детей, ради своей страны, ради клятв которые принес и выполнит и ради синеглазой Милинды.
Если кто-то и думал преградить генералу дорогу, его разубедили еще до того, как Бота вошел в файе. А дорогу он легко нашел сам.
Чего он ждал? На что надеялся? Больше всего он хотел снова увидеть ее. Сейчас его больше ничего не волновало. Он должен был быть здесь, рядом с ней. Кстати, генерал в кои-то веки был одет в штатское, без каких либо признаков своего статуса, из привычных атрибутов осталась лишь кованная сталью резная трость из эбенового дерева. Сейчас Бота действительно больше походил на эксцентричного университетского профессора, чем на африканского бога войны.
Но какое все это имеет значение, если тебе предстоит встреча с той самой. Впервые за долгие годы Ганнибал Бота снова начал мечтать. Он не мечтал с тех пор как потерял жену. Лиза бы не одобрила то во что он позволил себя превратить. Боль от потери действительно сделала его калекой. И только гибель сына заставила его вырваться из саркофага, который он сам себе сковал. Только теперь он понял, что единственное чего покойная жена не простила ему – то что он похоронил себя, рядом с теми кого любил. Недостаточно было умереть ради них. Ради тех кого любишь, надо жить. И теперь Бота снова мечтал. О бедующем, которое наступит когда эта война отойдет в прошлое. И в этом бедующем он был вместе с Милиндой.
Генерал постучал в дверь номера.
Non temere piccolo Zuavo
Milinda attesa
Ha gli occhi azzurri
E la bocca scarlatta

+4

3

Стук в дверь застал ее врасплох. Бригадный генерал Брантини, как раз успела стянуть с себя китель и расстегнуть верхнюю пуговицу рубашки, чтобы сладко вдохнуть полной грудью. Где-то там за дождевыми тучами прятались взошедшие звезды, а капли приглушенной дробью отбивали ритм о стеклянную крышу номера-люкса. Если бы не Такамура, она бы никогда не взяла такой огромный и вычурный номер, в пустоте которого еще сильнее чувствовалось собственное одиночество.

Милинда даже не сразу осознала, что стук был именно в дверь. Обычно живая и жизнерадостная, она с трудом оторвала посеревший взгляд от залитого водой стекла, и направилась к двери.

- Chi? – Коротко спросила она. Обслуга ошиблась номером? Милинда ничего не заказывала. Или, быть может, вернулась Юи?.. Хоть подруга и говорила, что проведет ночь у знакомых японцев, к которым еще с утра отправилась для важного разговора, итальянка все же надеялась, что Такамура вернется пораньше.

Мужской голос, поющий за дверью, казался смутно знакомым. Память еще не восстановила подробности последней встреч с этим человеком, а тело вмиг запылало, вспоминая жар прикосновений и жадность поцелуев.

Милинда распахнула дверь, не чувствуя под собой ног и слыша лишь стук сердца в висках. Проклятье, четвертый десяток уже пошел, а она как девчонка радуется мужчине. К тому же, уже женатому, пусть и на малолетней калеке.

Атаки она не боялась. Тот, кто стоял за дверью, мог нанести ей смертельную рану, ни разу не коснувшись ее тела.

- Pirla, - она хотела бы сказать это со злостью, но вместо ненависти ее губами дышала страсть. Это несовпадение поставило в тупик ее саму. В растерянности она уперлась взглядом в его широкие плечи – и смутилась, вспоминая, как в прошлый раз обнимала его, прижималась к этой могучей груди.

- Allora… Ecco… - ее невнятное бормотание заполнило невнятную паузу.

Они сегодня оба без погон. Если так подумать – она сейчас не бригадный генерал Италии, а он – не командующий армией ЮАР. Мужчина и женщина, в простой одежде, без права на сомнения, без надежды на следующую встречу.

- Non so cosa mi riserva il domani… - Наконец, подняла она глаза, поймала его взгляд и… потеряла себя – ту часть себя, что ненавидела его за предательство, за союз с британцам и за свадьбу с малолеткой. И правда, ей ли, поддержавшей Штерна в заговоре против единой Европы, обвинять его в предательстве? Тем более сейчас, когда она позволила себе отпустить память об их грехах и прижаться губами к его лицу.

- Non so… - Выдохнула она, опаляя жаром его холодную с дождя щеку.

Perché no?..[AVA]http://savepic.org/7162498.png[/AVA][NIC]Milinda Brantini[/NIC][STA]Электра[/STA]

+4

4

- Mi sento come se avessi aspettato per sempre, - проговорил генерал. Даже если бы он захотел, сейчас он не смог бы оторвать взгляда  от открывшей ему дверь женщины, и собственный голос показался ему сейчас каким-то непохожим, и в то же время чем-то до боли знакомым и давно забытым.
- Pirla? Beh, li lascia, - голос и взгляд Милинды буквально обжигали Ганнибала. Он понял, что в душе итальянки сейчас идет та же борьба, что происходила в нем. Борьба истиных чувств и самой своей сути, с окружающими обстоятельствами. И если вторые из последних сил требовали закричать «нет», то первые изо всех сил говорили «да».  И так же как он не обратил бы нимания на тех, кто назвал бы этот вечер «мальчишеской выходкой», так и Милинда несмотря на все что случилось не нашла в себе гнева. Между ними действительно было нечто волшебное, чему не могли помешать никакие армии и интриги. Она тоже его ждала. Тоже не могла забыть той дождливой ночи в Париже. Тех чудесных девяти часов. Того что они сказали друг другу. И того что не успели.
Не трудно было понять, как эта женщина восприняла случившееся после. Переход на сторону врага. Женитьба на искалеченном ребенке. Война против Евросоюза. Ему наверное стоило рассказать ей все. О том почему пришлось сделать этот выбор, о том, что он нашел выход из тупика, что договорился со Штерном и они теперь снова на одной стороне. Только этой ночью все это не имело значения. И уж точно сейчас здесь не было места для исповеди. Он и она уже так много отдали своему долгу и этой войне, что теперь могли думать только друг о друге.
Губы синеглазого чуда встретились с губами Боты и дальше этот вихрь уже ничто не могло остановить. Он обнял Милинду, прижал к себеи слившись в жарком поцелуе они вошли в нутрь. Краем сознания Ганнибал сообразил, подцепить тростью дверь и захлопнуть ее. И с громким щелчком этот мир сжался до них двоих.
Этот ураган страсти прошелся по номеру, не оставля на своем пути ничего. Ганнибал обхватил итальянку за талию и закруприжал к себе, зарывшись носом в ее ароматные волосы. Она замерла, но он слышал, как бешено колотилось ее сердце, чувствовал жар, исходивший от ее тела, видел, как тяжело поднималась под атласной тканью грудь. Бота  провел носом по ее шее от уха к впадинке между ключицами. Она задержала дыхание. И тогда он  легко коснулся губами ее кожи и они вновб слились в поцелуе. Продолжая обнимать Милинду, Бота усадил ее столик стоящий у входа, с грохотом смахнув все что на нем было. Ноги златовласой красавицы обхватили генерала за талию, руки стягивали с него пиджак. Это было похоже на взрыв ярких красок, на то, как в темной комнате резко загораются все огни и начинают плясать разноцветные блики от зеркального шара под потолком, сопровождаемые неудержимыми басами.
- Qualunque cosa… accada, non dimenticherò… mai di… Parigi. Non riesco… a smettere di pensare…a tebe.Ya sai… che io sono… pazzo. Ho sempre dimenticato… di cosa… si tratta, questo è follia. Sei tornato… da me. Speravo ancora… che vstrechutebya così presto. E ora non capisco… come tanti… poteva aspettare.

+3

5

В их прошлую встречу они говорили по-немецки. Это было дико, странно, неправильно – неродной им обоим язык, в самом сердце Франции. Гортанные звуки портили всю картину их единства – итальянка не любила этот язык и была уверена, что те же чувства разделяет Ганнибал.

А теперь он… Когда только он успел?..

Non importa.

- Il demente, - зашептала она ему на ухо, стоило ему только склониться над тонкой шеей. Огонь в груди мешал дышать – они меньше минуты вместе, а они уже успели попортить обстановку номера и задохнуться страстью. – Lo stolto… Siete tutti in fiamme.

Не горит – пылает, и не он один. В одежде слишком тесно, а белье путами связывает тело. Стоит только прижаться к нему, чтобы их пламя слилось воедино, превращаясь в искусный танец любви и желания. Совсем как…

- Nove ore. Tu ti ricordi di loro? – Так важно. Не проходило и ночи, чтобы она забыла, но помнил ли он?.. Сапфиры глаз всматриваются в его лицо, и Милинда не видела в зверином голоде взгляда тех чувств, что были тогда.  – I nostri nove ore...

Non importa.

Она помнила – и это главное. Помнила каждое мгновение, каждую неуверенную улыбку, каждое слово. Помнила, как легко они открывались друг другу, не думая ни о чем. Казалось, они созданы были друг для друга – и в тот момент ей было даже наплевать, осудит ли ее Такамура, а ему – что он среди врагов, предавших его и отказавших ему в правосудии.

В конце концов, что-то же заставило его прийти сюда сегодня…

- Oggi, - тихим стоном с губ, когда в полумраке комнаты сверкнули бронзой его обнаженные плечи. – Ora

Полетели прочь и пиджак, и рубашка, Милинда выгнулась, помогая Ганнибалу стянуть с себя блузку и прижимаясь к нему все ближе и ближе.

- Vicino, - на выдохе, полном томной страсти. И повторила – снова и снова, точно безумная, в бреду, в лихорадке, ловя губами его дыхание, лаская шею тонкими пальцами. – Vici… no…

Боже, она сама совсем как влюбленная, съедаемая страстью девчонка, готовая отдаться человеку едва знакомому – и в то же время настолько близкому, что в моменты единения кажется, что она любила его всю жизнь.

Non importa.

- Posso?.. – Тихо спрашивает она, опускаясь на пол и толкая Ганнибала, вынуждая его отступить на шаг – но лишь затем, чтобы самой податься вперед, привстать на цыпочках, целуя его, и одновременно вступить в сражение с ремнем его брюк. – Lasciami, - опускаясь перед ним на колени.

- Tu mi appartieni, - прошептала она, прежде чем коснуться губами. - Solo io.

Qui e ora.[AVA]http://savepic.org/7162498.png[/AVA][NIC]Milinda Brantini[/NIC][STA]Электра[/STA]

+3

6

Бота мог устоять перед чем угодно. Но только не перед напором и пламенем Милинды. Он и не думал пытаться, пожары клокотавшие внутри них слились в один, и держаться дальше было бы просто невозможно.
- Sarebbe folle se non fossi venuto, - проговорил он, лаская золотые локоны итальянки. Их страсть не позволяла им стоять на месте. Прикосновение ее пальцев, касание ее губ, жар ее дыхания на коже, все это дарило генералу незабываемое наслаждение. - E io brucerò fino a quando sei vicino a me. – Расстегивая блузку он покрыл поцелуями шею и плечи Милинды. Она чувствовала каждое его движение, каждый ужар сердца и отвечала с неописуемой страстью.  С каждым мгновением он желал синеглазую красавицу все больше и больше.  И вихрь кружил их все сильнее и сильнее.
- Оgni minuto, - И будет помнить всю жизнь. Все ненужное уже рассыпалось вокруг. Ганнибал Бота несмотря ни на что, не торопился. В прошлый раз они пытались обогнать время, успеть все, за такой короткий промежуток времени. Теперь им принадлежало все время. И эта ночь, и следующая, и та что будет после. И любого кто попытается у них это отнять, «Африканский Буйвол» сокрушит со всей своей легендарной яростью.
И они оба старались, чтобы сделать эту ночь волшебной. Сегодня они говорили о своих чувствах только на ее родном языке. Это был подарок Ганнибаа для своей возлюбленной. К чему все эти банальности с цветами или вином. Для нее он приложил весь талант к лингвистике. Жаль только произношение у него все равно как у сицилийского грузчика.
Одна за другой исчезали последние преграды между ними.
- Can tutti voi. Sono tutto tuo. Per sempre, - ее поцелуи опускались все ниже и ниже. Генерал оперся спиной на стену, его ладониласкали лицо и плечи Милинды. И от неземного наслождения он уже не в силах был устоять на ногах.

+2

7

Наступившую тишину нарушали лишь сбитое дыхание Ганнибала и биение ее собственного сердца, эхом разносящее сладкую негу по телу. С непримиримой жадностью она снова и снова целовала его, ласкала руками. На слова не было времени – Милинда упрямо и настойчиво стремилась наверстать все то время, что они потеряли, расставшись тогда в Париже. Должно быть, ей и вовсе не стоило отпускать его тогда ни на какой самолет, умчавший его не только в другую страну, на другой конец мира, но и через ту черту, за которой они уже перестали быть союзниками, став врагами.

Но здесь и сейчас он принадлежит только ей. Ее бесценный враг, от чьих прикосновений так разгорается тело, так стонет сердце, так болит душа. Мужчина, годящийся ей в отцы, но пробудивший в ней безумную страсть сам того не ведая – и пробудившийся сам в ответ на ее звонкий смех и ласковое прикосновение. В этом было своеобразное волшебство – ни один из них не был неискушен или неопытен, но в омут чувств они бросились с пылкостью влюбленных юнцов.

И пока он принадлежал ей одной, пока не истекло их время – она забирала его себе всего без остатка, вместе с его грехами и ошибками, идеалами и принципами… выносливым и ненасытным телом.

«Solo io», - сердцем стучало в висках. – «Solo io.  Almeno fino alla mattina».

Сама потеряла счет времени, теряя в потоке страсти всю себя – чувства, мысли, даже имя. Она и он, два тела, сплетающихся в полном отчаяния танце любви.

- Oh… - Томный выдох с губ, когда в груди стало совсем тесно сжимающему стальными тисками желанию. Она забормотала что-то – невнятно, тихо, бессмысленно, точно лихорадочная ища горящими губами его лицо.[AVA]http://savepic.org/7162498.png[/AVA][NIC]Milinda Brantini[/NIC][STA]Электра[/STA]

+3

8

Бота отвечал Милинде с той же ненасытностью. Сейчас он никого и ничего так не желала как эту женщину. Словно изнывающи от жажды выпивал море и никак не мог напиться. В этом кипящем океане страсти он наконец забыл обо всем. О войне, политике, интригах, союзах и даже о боли. Рядом с Милиндой он наконец нашел то, чего так долго искал. С каждым поцелуем, каждым прекосновением, каждым томным шепотом в нем пробуждалась новая частица кого-то так необходимого и так давно потерянного. Сейчас он не вспоминал о былых ошибках, о чувстве вины, о потерях которые превратили его в живого мертвеца. Он видел только одну женщину и только о ней он мог сейчас думать. И все крепче и крепче обнимать ее.
Он хотел остаться с этим синеглазым чудом навсегда. И не хотел думать о том, что им прийдется расстатья этим утром. И не знал когда он сможет вернуться снова. Они будут принадлежать друг другу, что бы не случилось. Но только когда они исполнят выбранное ими самими предназначение и закончат эту войну, они будут вместе навсегда. Только в обьятиях Милинды генерал нашел тот покой, которого так долго искал. И утонув в ней, он сбрасывал цепи ошибык, непрощаемых грехов и бесконечной жестокости. Если бы не причина, которая свела их вместе в тот дождливый парижский вечер, он бы назвал их встречу чудом, но невозможно было так говорить о гибели сына. Как это произошло? Почему они оказались связаны? Откуда взялся весь этот огонь? Для Ганнибала это уже не имело значение. Он был вместе с Милиндой,  и этого ему было достаточно.
Бота подхватил итальянку на руки и не прерывая поцелуя понес ее к кровати. Удожив ее на атлас простыней, генерал оказался сверху и покрыл грудь красавицы жаркими поцелуями.

+3

9

Рухнув в объятия мягких простыней, текущих нежным шелком по рукам, Милинда изогнулась, подставляя тело под жар его касаний и поцелуев. Невысказанное «ti amo» застыло стоном на губах, а потом сорвалось бессвязным криком – снова и снова, снова и снова.

Пламя лилось раскаленной лавой по венам, распаляя тела и души, заставляя дрожать от желания, от страсти, от эйфории. Взрыв внизу живота незримыми песчинками расходится по всему телу, принося дрожь и слабость столь сладостные, что она едва не теряет сознание – но все же держится за него так же крепко, как за мужские плечи, и волшебство повторяется вновь и вновь, выпивая силы любовников до последней капли.

 

Как давно она не спала на мужском плече – уже и не вспомнить. Даже прошлая их встреча завершилась спешно и сумбурно – им обоим нужно было собираться и торопиться по своим делам: ей на самолет, ему – в Британию. Злая судьба, разлучившая их, лишала их права на счастье, но сейчас Милинда прижималась к мужчине, которого – она уже не сомневалась – любила всем сердцем. Такой горячий, пахнущий порохом и войной, крепкий и сильный – он не выглядел на свой возраст, а уж наедине с ней и вовсе был ей едва ли не ровесником по выносливости и пылкости.

Гладя кончиками пальцев неровную кожу на его груди, она боялась уснуть, не зная, что ждет ее завтра, и не решаясь загадывать.

 

Но наутро он тоже никуда не делся. Ганнибал еще спал, когда Милинда тихонько выскользнула из постели. Чтобы не ходить нагишом по номеру с прозрачной крышей, через которую бронзовую спину африканского генерала ласкало утреннее солнышко, она надела первое, что попалось ей на глаза в раскуроченном коридоре – его рубашку. Впрочем, не потрудилась даже застегнуть.

Рефлекторно отправилась за телефоном, оставленным на кухне. Туда горячие любовники не добрались, а потому мобильник не пострадал. Поставив чайник, чтобы заварить дрянной быстрорастворимый кофе, Милинда облокотилась на барную стойку, пролистывая пропущенные звонки и смс.

Больше двадцати звонков с неизвестного немецкого городского – должно быть, рецепция отеля, недовольная шумом и громкими криками… Милинда даже покраснела, но стыда не испытала – в конце концов, этот номер стоил бешеных денег.

Один звонок от Такамуры – проницательная подруга сразу поняла, что звонить бессмысленно.

Три звонка из штаба – зачем-то ее искали? Как странно…

«Эй, подруга, давай потише, уснуть не могу», - гласила первая же прочитанная смс авторства Такамуры. Она здесь? На этот раз Милинда залилась румянцем вполне искренне – свои-то точно не дадут махнуть рукой на созданный шум и проведенную с африканским главкомом ночь.

Она уже собиралась перезвонить в штаб, чтобы выяснить, в чем дело, когда наткнулась на еще одну смс, и внутри все похолодело.

Убей его

Анонимный номер и так хорошо знакомая ей подпись одной буквой.

В спальню она вернулась с пистолетом вместо чашки кофе.

…Все равно кофе здесь дрянной…[AVA]http://savepic.org/7162498.png[/AVA][NIC]Milinda Brantini[/NIC][STA]Электра[/STA] 

+5

10

Когда Милинда вернулась с кухни, Бота уже не спал. Эта ночь и для него была волшебной, а утро обещало быть не хуже. Как же прекрасно было это чувство. Этой ночью они принадлежали друг другу по настоящему. Этой ночью они могли не думать ни о чем, кроме своих чувств. И на этот раз утром Ганнибал заключит свою синеглазую валькирию в объятья. Он не хотел уходить, не рассказав своей возлюбленной обо всем, что произошло. Не собирался на этот раз просто исчезнуть, оставив ее ждать неизвестно чего. Сегодня он пообещает ей вернуться и сдержит слово, чего бы ему это не стоило.
Когда Милинда вошла в спальню, Бота сразу заметил в ее руках оружие, но все равно залюбовался ей. И ее взгляд все ему рассказал. Что точно случилось и, кто вторгся в их Эдем, Ганнибал не знал и не собирался сейчас спрашивать. На мгновение, зажмурившись, он стряхнул с себя остатки прекрасных грез, возвращаясь в реальный мир, со всеми его недостатками… Как бы хотелось чтобы им оставили и это утро, но увы, жизнь была неумолимым кредитором и взыскивала не спрашивая ничьего желания.
- Как же низко ты пал, мой враг.
Гнев, от того, что он увидел в глазах Милинды, будто разрывал генерала изнутри. Но внешне он оставался совершенно спокоен, продолжая смотреть на медленно подходящую к кровати итальянку. Здравый смысл требовал от него действия. Соскочит с постели, скрыться за кроватью, подобрать оружие из кобуры и… Но Ганнибал Бота не хотел никаких и. И чувствовал что сейчас делать ничего не нужно. Это он тоже прочел в глазах любимой женщины.
Слегка улыбаясь, он продолжал лежать на атласных простынях и любоваться красотой златовласой красавицы.
Конечно, это могло показаться очередным безумием, как и все произошедшее этой ночью. Но разве можно не верить той, кого полюбил по настоящему?

+4

11

Correre da me.

Душа рвется на куски. Никогда еще не было так тяжело выполнить приказ, нажать на курок. Скольких она убивала – и теперь, поставленная перед задачей, отказаться от которой не имела права, не могла этого сделать.

Correre.

Он предал Евросоюз, отказался искать способы изменить родную страну, не перебегая к британцам. Он предал ее, забрал с собой пылкое сердце и сбежал с ним кланяться тем, кто сейчас наступает по всем фронтам. Он показал слабину, сдавшись на милость победителя даже не попытавшись сражаться.

Correre

Он не хочет ей помогать. Лежит спокойно, смотрит иронично, и Милинда, все еще не опуская пистолета, чувствует, как гулко отзывается сердце в висках.
Ей все равно, что он предал Евросоюз. Плевать, что он продался британцам. Не он забрал ее сердце – она сама отдала его, и будь у нее возможность изменить что-то в прошлом, это она бы никогда не тронула.

…da me…

Ее взгляд скользит по обнаженной его груди, отмечая каждую рану. Она видит и огромный ожог, и шрамы от пуль, и удары ножей, которые не замечала прежде в порыве страсти. В душе вскипает стыд за себя – и ненависть к тем, кто отдал ей этот приказ.

Сколько раз предавали тебя, Ганнибал Бота? Сколько из этих ран нанесены теми, кого ты подпустил достаточно близко, а сколько – теми, кто искренне желал тебе смерти, всегда преследуя тебя издалека?..

...И перед сколькими из них ты был так расслаблен, выступая обнаженной грудью против заряженного пистолета?

…me…

Оглушительный выстрел взрывает тишину комнаты. Вздымаются вверх белые перья, скрывая от глаз страшную картину, а гул в ушах мешает услышать дыхание Ганнибала.

- Picchiami e andare via, - шепчет она во вновь воцарившемся безмолвии. – Va via.[AVA]http://savepic.org/7162498.png[/AVA][NIC]Milinda Brantini[/NIC][STA]Электра[/STA]

+7

12

Фонтан белых перьев взметнулся ввысь, скользил по золотым волосам Милинды, спускался на плечи и опадал к ее ногам. Как же прекрасна она была в этот момент, если бы не боль в ее глазах.
- Mark alles reg. Moenie ingaan nie! – не отворачиваясь от нее, рявкнул Бота на африкаанс. Третий нигде и никогда не был бы настолько лишним, как сейчас.
- Hit voi… - Бота так и не удостоил взглядом оружие прекрасной итальянки, он смотрел только на нее. Знал, что она не выстрелит в него и знал, чего ей это стоит. На губах Ганнибала сама собой родилась шальная улыбка. Нет, сейчас худшее, что он может сделать, это лезть к ней в душу, что-то требовать, что-то спрашивать. Он сам все узнает, а Милинде нужно время, потому что никакие битвы, никакая кровь не могут подготовить к такому. - No, niente, - Одним рывком Бота оказался рядом со своей возлюбленной и прильнул к ее губам, слившись в прощальном поцелуе. Рука генерала взяла дуло пистолета, который его синеглазая валькирия уже не старалась удержать. Бота слегка подкинул оружие и перехватил за рукоять.
- Questo Boer militaristi dall'asilo a formare animali da combattimento. Che potrebbe prendere in consegna l'arma personale.
Отойдя на пару шагов назад, Бота развернулся и выпустил весь магазин в соседнюю стену. Рикошета он не боялся, стены были отделаны резным деревом, в котором пыли благополучно застревали.
- Ma maiale africano era così ubriaco che non riusciva a entrare in un elefante con cinque passi, -  надев штаны, Ганнибал подхватил остальные разбросанные по номеру вещи. Снова взглянул на пистолет, оказалось в его руках оказалось наградное оружие.
- Lo prendo con voi. Dare, quando ci incontreremo di nuovo. E lo lasci stare fino a questo uno.
Расстегнув кобуру он достал из кармана тот самый раритетный маузер, доставшийся ему от деда, что очень помог ему в разговоре со Штерном. Бота опустил его на столик рядом с кроватью и направился к двери. Прежде чем выйти, он обернулся и подмигнул Милинде.

+3


Вы здесь » Code Geass » Альтернативы » Здесь и сейчас