По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(vk, don.t.be.a.hero)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Turn II. Rising » 27.09.17. Не смотрите на меня, дядя Шан


27.09.17. Не смотрите на меня, дядя Шан

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

1. Дата: 27.09.2017 - 28.09.2017
2. Время старта: 23:35
3. Время окончания: 02:00
4. Погода: +16 градусов по Цельсию, пасмурно.
5. Персонажи: Хоу Шан, Хоу Тинсянь (НПС), Хоу Мэй, Сан Лиан.
6. Место действия: Улицы Пекина, Госпиталь, Грушевый Дворец.
7. Игровая ситуация: не дождавшись свою племянницу, обеспокоенный генерал Шан вместе со своим младшим сыном, покидают аэропорт. Затем, на сотовый телефон Хоу Шана приходит сообщение от одного из его контактов  в полиции Пекина. И вот старый генерал проталкивается через толпу зевак и полицейское оцепление под вой сирены скорой помощи...
8. Текущая очередность: Хоу Шан, Хоу Тинсянь (НПС), Хоу Мэй.

0

2

Место было оживленное и не удивительно, что даже в это время, собралась преизрядная толпа. Как всегда, оцепление чего-либо людьми в форме народ воспринимает как бесплатное представление. Тем более зрелище, обыденное для грязных окраин, в центре столицы было многим в новинку. Связанные тела не выбрасывают так близко к Запретному Городу, даже живые. Так что зевак, вокруг связанной девушки в европейском костюме и двух солдат внутренней армии, набралось изрядно еще до прибытия полиции, а на этих улицах она пока еще появлялась быстро. И сработала она неплохо, благо генерал Хоу Шан узнал о случившемся очень быстро. И прибыл не мешкая.
Медики уже были на месте. Обычно скорой было не дождаться, но еще не установив личность Мэй, полицейские увидели форму солдат внутренней армии. А у «демонов-псов» была своя медицина, работавшая куда лучше положенной обычным людям, о чем полицейские были проинструктированы. Так что, когда кортеж генерала Шана показался из-за поворота, пострадавшими уже занимались парамедики из Пекинского госпиталя Армии Черного Знамени.
Генерал Хоу не стал тащить с собой всю сою личную гвардию. Но когда в след за ним из машин сопровождения вышли пять десятков «Небесных Псов» в полном вооружении толпе даже не пришлось указывать, расступиться перед генералом и его сыном, спешащими к Мэй, уже погруженной на медицинскую каталку. Ни полицейским, ни обывателям не хотелось влезать в дела «демонов-псов». Полицейский комиссар, лично известивший Шана, сообщил что жизнь Мэй вне опасности, но еще он сообщил в каком состоянии ее нашли. И теперь в генерал буквально кипел от ярости, хотя и оставался внешне спокоен. Что за тварь, посмела тронуть его племянницу и выбросить ее связанную из машины. Любой, кто хоть сколько-то знал генерала, не дал бы за жизнь сделавшего это и ломаного гроша. «Демоны-псы» умели находить нужного человека, где бы он не пытался скрыться. Но почему напали на Мэй? Это надо было выяснить в первую очередь. Хуже всего, если хвост тянулся к покушению на императрицу.
Генерал Хоу устроил назначения Мэй и Лиан в дворцовую гвардию чтобы способствовать их карьере и с надеждой, что его красавицы смогут быстро обзавестись нужными связями при дворе или даже найдут себе подходящих женихов. Придворные члены «Общества Опадающих Листьев» должны были проследить за тем, чтобы с девушками ничего не случилось. И вот, к чему это привело. К тому таинственному приказу и стычке Мэй с военным министром. Увы, Шана не было в Пекине когда это началось и он не мог прибыть сразу как только узнал. Он не мог оставить дела в Корее, до завершения операции. Кто знает, во что могло бы вылиться выступление генерала Чжан Гаоли в Пьхемьяне. Заразу надо было задушить в зародыше, генерал Хоу хорошо знал это. Сколько таких мятежников, носивших чины от генерала до полковника он видел за свою жизнь. Всех их Шан уничтожил сам. Последние десять лет Поднебесная начала медленно забывать ужасы гражданских войн и мятежей, сотрясавших ее все правление династии Тян и всю жизнь Шана. Именно поэтому, генерал был готов на все, чтобы не дать этому пожару разгореться вновь. Но во что умудрилась впутаться Мэй?
Шан и Тинсянь были уже возле Мэй. Она была уже надежно зафиксирована на коляске и в сознании. Сжав в руке ее ладонь, генерал склонился над племянницей.
- Все будет хорошо Мэй. Теперь ты в безопасности.
Тем временем Дохан, командир «Небесных Псов», склонился над одним из телохранителей, который что-то шептал ему на ухо. Говорить громче бедолага уже не мог.

+5

3

- Дядя Шан, - прошептала Мэй, приоткрыв глаза. Свет, как скальпель, резал глаза и девушка жмурилась, различая лишь тёмные силуэты людей, окруживших её. Голос старого генерала она узнала, всё-таки это был голос, который хвалил и ругал её с тех самых пор, как Хоу лишилась отца - его защиты и наставлений. На плечи Шана легла ответственность за дочь своего недальновидного брата, семейные узы для него значили достаточно много, чтобы взять племянницу под свою опеку и покровительство. Вот только, Мэй уже разучилась бояться, ибо в тени генерала Шана она привыкла чувствовать себя в безопасности. И всё-таки теперь, когда рука дядюшки сжала ладошку Мэй, на губах девушки появилась слабая, но умиротворённая улыбка.
"Я причинила ему беспокойство... Как же так, ведь дядя Шан уже не молод, а я продолжаю расстраивать его. Неужели всё, чему он учил меня было напрасной тратой времени... Нет, я всего лишь оступилась, дядюшка! Но я встану и перешагну через страх, ради семьи. Ради вас, моей милой тигрицы, ради мальчишек, которые уже отрастили бороды, но в душе всё ещё дети. Да, я запуталась в хитросплетениях собственных интриг, но этого не повторится. Я буду осторожней."
- Жао Хао, - имя вероломного кастрата слетело с губ Мэй, - Старшие Евнухи... Императрица...
Дышать было трудно - два сломаных ребра могли пробить лёгкие, если девушка позволит себе неосторожное движение. Поэтому, её и привязали к медицинской каталке, предворительно оказав первую помощь - племянницу генерала Шана узнали не сразу, но медики редко задавались вопросом, чьи раны они обрабатывают. Это их работа, спасать жизни людей, даже если это такие коварные и жестокие люди, как Хоу Мэй.
- У неё сломаны рёбра, - к генералу Шану, почтительно поклонившись, подошёл старший медик, - и левая рука. Так же, многочисленные синяки и ушибы, содрана кожа на левом плече. Милостью Будды сотрясения удалось избежать, как и перелома позвоночника. Несмотря на то, что она сильно ударилась спиной. Мои люди сделали всё возможное извлекли осколки стекла, обработали ушибы и синяки. Действие наркоза ещё не прошло до конца, вместе с сознанием к ней вернётся и боль. Я бы советовал госпитализацию, но у человека вашего положения, наверное, достаточно недоброжелателей...
Наверное, это был уже не первый случай, когда связаных людей выбрасывали на улицу из машины, или у старшего доктора был богатый опыт лечения жертв неудавшихся покушений. Так или иначе, он верно понял ситуацию. Во всяком случае, уровень безопасности пекинских больниц оставлял желать лучшего, а у Шана не могло быть гарантий того, что его племянницу не попытаются убить, пока она прикована к постели. В отличие от Мэй, старый генерал не мог предположить, что смерть девушки не входила в ближайшие планы старших евнухов.
- Дядя Шан, - повторила Мэй и отвернулась. Ей было стыдно, что она подвела генерала. А ведь всё, что от неё требовалось, это встретить дядюшку и его сына в аэропорте...
"Как же больно, - Хоу поморщилась, её изящные пальчики сжали руку генерала Шана, - будь ты проклят, Жао Хао. Это ещё не конец..."

+5

4

Несколько слов, произнесенных слабым голосом племянницы подтвердили худшие опасения генерала Хоу. К счастью, слышали это только сам Шан, его сын и врач, принадлежавший к внутренней армии. Пусть Мэй и не сказала ничего конкретного, но пока эту нельзя выпускать наружу. И тем более не место расспрашивать ее здесь. Если в деле замешаны старшие евнухи, и оно связано с покушением на Императрицу, то разбираться с ним надо там, где у стен нет ушей и вокруг лишь трижды проверенные люди. Что это, наказание или предупреждение? Племянница нажила себе врага решившего не считаться с генералом Хоу или же евнухи с чего-то решили показать свои маленькие зубки? Ведь не могли не знать, к чему это приведет. Хоу Шан прекрасно понимал, что любой человек, как бы могущественен и влиятелен он ни был, все равно остается смертным, более того – внезапно смертным. Поэтому привык всегда быть на стороже. Его братья из общества уже успели сообщить ему подробности случившегося покушения и то, и о странном оживлении произошедшем среди евнухов, после того как его племянницу отстранили от командования гвардией. Вопросов было много, опасений еще больше, но время ответов, скоро наступит.
- Я еще не знаю, что произошло, моя девочка, - генерал Хоу наклонился и поцеловал племянницу. – Но теперь черед бояться пришел для тех, кто это сделал.
Хоу Шан, стоя над изломанным, разбитым телом своей племянницы, нисколько не кривил душой. Даже если это сделали по приказу государственных евнухов, он отомстит за подобное, чего бы это не стоило. Не таким человеком был генерал Хоу и не в то время он вырос, чтобы спускать подобное даже тем, кто фактически правит Китаем. Мэй была его крови, ее он воспитал как свою дочь и дорожил как родной дочерью. И расплата последует. Но после этого удара, нанесенного из теней невидимой рукой, надо приготовиться к защите и точно все выяснить. Хоу Шан умел понять, когда необходимо выжидать, а когда отступать. И всегда конец был одним и тем же. Ведь в Поднебесной не вспоминают генералов бездарно погубивших армии в лобовой атаке и вельмож, имевших глупость в открытую положить голову на плаху.
- Хорошо, - кивнул генерал врачу. – Вы присоединитесь к моему кортежу и доставите мою племянницу в Лиюань. В дворцовом госпитале для нее уже все приготовлено. Тинсянь, побудь с сестрой во время дороги! – по крайней мере, Мэй отделалась лишь несколькими переломами. Он знал очень многое о ранах и травмах и то что сделали с его племянницей, могло бы кончиться страшно. И сейчас он бы не доверил ее безопасность даже Пекинскому госпиталю Внутренней Армии. Только в Грушевом Дворце, под охраной «Небесных Псов» и самого Шана. – Сделайте все, чтобы она не страдала, капитан, - врачу и его бригаде тоже не светит в ближайшее время покинуть Лиюань, но вряд ли им стоило бы на это сетовать. Мало ли что они могли бы услышать, так что побудут гостями генерала Хоу.
Проводив взглядом Мэй которую погрузили в карету-эвакуатор и последовавшего за ней сына, Шан обернулся к стоящему за его спиной Дохану.  К этому времени «Небесные Псы» уже далеко оттеснили собравшихся зевак.
- Только  один из наших людей остался в сознании, господин. Их захватили в переулке по дороге к аэропорту. Бойцы имеющие спецподготовку. Солдат запомнил только синий микроавтобус и приблизительную модель. Он не видел того кто говорил с генерал-майором. Ей угрожали и упоминали вас. Не говорили за что конкретно. Это все, господин, - командир «Небесных псов» сопровождал генерала до дверей его «Хаммера».
- Хорошо, отправляемся!
- Да, господин.
Солдаты генерала Хоу начали грузиться в свои машины и кортеж тронулся по направлению к Лиюаню.
Опустившись на сидение, Шан повернулся к своему адьютанту.
- Срочно вызовите ко мне генерал Хань Фэя, - начальник разведки Внутренней Армии был главной опорой генерала Хоу в таких делах. – И сообщите моим старшим сыновьям о том что произошло,  чтобы они были на готове. Я свяжусь с ними позже, из Дворца.

Тем временем в карете скорой помощи, тинсянь устроился у изголовья Мэй. Сперва он просто смотрел на девушку, будто бы в его понимании, с ней не могло случиться такого. С кем угодно, но только не с его обожаемой красавицей. Сейчас каждый синяк, каждая царапина казались ему неимоверным оскорблением ему лично. А подобного полковник Хоу Тинсянь не терпел ни под каким видом. Наклонившись к Мэй, Тинсянь будто бы хотел поцеловать ее, но вместо этого лишь приложил напаникиенный палец к ее губам и глядя пряво в глаза своей драгоценной, возлюбленной сестре произнес.
- Обещаю тебе одно, Мэй, когда ты сможешь встать, я подарю тебе тех, кто это сделал. Они могут считать себя счасливцами, потому что самое дорогое они уже давно потеряли. Но ты будешь смотреть, как я по лоскуткам снимаю кожу с каждого из этих никчемных, бездарных, глупых, мерзорожих ничтожеств. Они не понимают на что они покусились. Но я знаю, знаю лучше чем кто бы то ни было и не забуду.

Отредактировано Хоу Шан (2014-01-22 16:37:05)

+4

5

- Ты всегда умел говорить красиво, Тинсянь, - слабо улыбнувшись ответила девушка, - спасибо за эти слова, но я не хочу, чтобы ты, или дядя Шан пострадали из-за моей неосторожности...
"...из-за моих интриг и просто потому, что я лживая с*ка, которая не подумала о том, что под удар могла попасть семья. Ах, спасибо тебе о справедливый Будда, что ни мальчишки, ни моя милая тигрица, ни дядя не пали жертвой моей глупости. Проклятые евнухи. И кто тянул меня за язык дерзить этим деспотичным кастратам..."
- Обещай мне, - прошептала Мэй, - что не станешь мстить за меня. Мой любимый брат.
Она не кривила душой, ведь Тинсянь был действительно близок с племянницей своего отца. В отличие от старших сыновей генерала Шана, которые стали образцовыми офицерами, Хоу Тинсять был больше похож на свою коварную и эгоистичную сестру. Да, он был красив, умён и у него было всё - деньги, положение, внимание женщин. Но Мэй не понимала, почему его тянет именно к ней, ведь при всём желании ответить Тинсяню взаимностью она не могла. Поэтому, она относилась к своему брату с нежностью и заботой, но никогда не позволяла ему переступать тонкую черту дозволенного.
"Спасибо, что не пользуешься моей беззащитностью... Хотя, быть может моя благодарность преждевременна."
- Во всяком случае, до тех пор, пока я не попрошу тебя принести мне их головы, - на всякий случай добавила Мэй, чтобы у Тинсяня не было возможности ей возразить. Всё-таки, она понимала, что семья, не только её любимый брат, будет хотеть мести, а генерал Шан уже наверняка готовит планы возмездия.
- О милосердный Будда, ты лучше придумай, как смягчить гнев моей милой Лиан, - вздохнула девушка, - если вы с дядей не успокоите её, в Грушевом Дворце начнётся инферно. Мы же не хотим, чтобы командир "золотых мечей" брала штурмом Запретный Город и предавала евнухов правосудию, верно?

О, этот прекрасный Грушевый Дворец... Только в его стенах, у семейного очага Хоу Шана, его вероломная племянница чувствовала себя в безопасности.
- Тинсянь, - Мэй мысленно извинилась перед братом за то, что собирается сделать, - пожалуйста, расстегни эти проклятые ремни и помоги мне подняться. Это... Невыносимо. Дядя Шан не должен видеть меня такой беззащитной, это унизительно. Он великий человек, а я должна быть достойна того, чтобы он смотрел на меня с гордостью, а не с жалостью. Пожалуйста, мой возлюбленный брат...
Эти слова были подкреплены жалобным взглядом влажных от слёз глаз Мэй (она была потрясающей лгуньей) и томным вздохом, когда девушка изобразила попытку высвободиться самостоятельно. А тем временем, гвардейцы с КПП уже оторвали Лиан от вечерней молитвы.
- Его превосходительство генерал Шан вернулся, - сообщил один из офицеров службы безопасности. Пока ещё никому не было известно о том, что случилось с Мэй, но если братец поможет ей выйти из машины на своих ногах, она будет ему благодарна. Она всё-таки была Хоу, пусть и не самой порядочной из семьи. А Хоу всегда были сильными, тем более для тех, кого они по-настоящему любили. В прочем, любовь не мешала Мэй манипулировать Тинсянем. Всё-таки, он был мужчиной и Хоу не чувствовала угрызений совести из-за того, что нагло пользуется его чувствами. Как женщина, не как сестра. Но он ведь сам этого захотел, верно?

Отредактировано Hou Mai (2014-01-25 14:26:47)

+5

6

Миниатюрные пальчики спешно принялись набирать текст на небольшом портативном компьютере. Спустя десяток секунд по видеосвязи уже красовалось лицо начальника разведки внутренней армии Хань Фея:
- Генерал, вас беспокоит адъютант господина Хоу Шана, - спокойным и мягким голосом заговорила девушка, чьё лицо было настолько умиротворённым, несмотря на ситуацию, что собеседник мог было подумать, будто бы это обычный будничный звонок. Но разве мог сам «Кровавый пёс» или же его приближённые вот так запросто беспокоить высокопоставленное лицо?
- Всё не привыкну к вашему облику, Джи, - молвил господин Фей, глядя в камеру своего технического устройства, - Что-то случилось?
- Господин Хоу хотел бы лично поговорить с вами, генерал, - краешки губ девы слегка приподнялись, дабы показать своё расположение к мужчине. Спустя пару мгновений она уже закрепила компьютер в специальную нишу перед  командующим внутренней армии, а сама отодвинулась подальше, чтобы набрать номер первого из сыновей: Гофана.
Пока в трубке раздавались губки, Джи внимательно следила за своим работодателем: пусть со стороны он казался всё таким же невозмутимым как и всегда, на деле же дух его пылал гневом, а ярость наполняла каждое движение. Привыкшая читать микромимику и малейшие изменения в его тоне Киую старалась предсказать дальнейший ход развития событий. Всё же не каждый день родную племянницу столь высокопоставленной особы выбрасывали связанной на обочину неизвестные бандиты.
- Генерал Хоу на проводе, слушаю вас, - сильный голос чётко чеканил слова. Его дыхание было тяжёлым, словно бы оторвавшая его от дел Джи попала в самый разгар боевых действий или тренировок.
- Вас беспокоит Джи, молодой господин. В семье случилось горе: достопочтенная Мэй стала жертвой нападения и сейчас направляется в Лиюань в сопровождении медиков и вашего брата господина Тинсяня, - девушка смотрела в окно, чтобы голос её не мешал общению между двумя генералами, - Прошу вас, примите к сведению эту информацию. Господин Шан вскоре свяжется с вами, чтобы выдать дальнейшие инструкции, - сухо несла она информацию, чтобы услышав «Хорошо, я всё понял», повесить трубку и тут же приняться набирать следующий номер.
Вновь несколько секунд, чтобы подумать. Джи не сильно переживала за безопасность интриганки: та могла выпутаться из любой ситуации, если бы хотела того. Её цепкий ум и умение играть на струнах человеческих душ было невозможно превзойти. Тем страннее было узнать, что «её коварство» умудрилась попасть в положение жертвы.
- Генерал-лейтенант Хоу слушает, - голос много мягче, спокойнее. Джи с радостью для себя отметила, насколько удобно было иметь прямые номера всех высокопоставленных лиц, нежели пытаться связаться с каждым через многочисленных секретарей. Адъютант повторила свою речь, услышав в ответ всё то же самое, только куда более удивлённым тоном.
Следующая пути Дао искренне беспокоилась лишь об одном: моральном состоянии своего господина, что пусть и хранил внешний покой, в душе пылал подобно фениксу.

Отредактировано Ji Kiuyu (2014-01-26 19:49:05)

+3

7

… Поэтому я хочу видеть тебя сегодня моим гостем, старый друг.
- Я прибуду сразу же, как сделаю все необходимые распоряжения. Можешь не сомневаться, мои люди перевернут там каждый камень, но найдут тех кто покусился на твою племянницу.
Оба генерала чуть склонили головы на прощание и Шан выключил связь. Генерал Хань Фэй был равен ему по чину и подчинен по должности. Но за долгие годы вместе ближайшие офицеры генерала Хоу перестали быть для него просто подчиненными. Сколько всего его связывало с одним Фэем, за те тридцать пять лет, прошедших с тех пор, как капитан Хоу и лейтенант Хань встретились среди зловонных, кишащих паразитами и мятежниками бангладешских болот. Многих из тех, кто был с Шаном с самого начала, кто помогал создавать нынешнюю Внутреннюю Армию уже не было среди живых. Тем больше он ценил тех, кто оставался под этим небом. Они были для генерала как семья, а семью он ценил превыше всего.
А сейчас управлявшие Поднебесной выродки покусились на его кровную семью. Будто бы в преддверии бури, которая сметет и уничтожит их, евнухи совсем потеряли ощущения страха и реальности. Они не могли знать правду о Хоу Шане, иначе действовали бы по другому. Но тем глупее выглядел их поступок. Неужели они считали, что взобравшись на свою мнимую вершину, они сделались неуязвимы. Что генерал Хоу просто обо всем забудет. Значит ему удалось убедить евнухов в своей преданности. Когда Шан был еще юношей, его отец рассказывал ему о последних годах династии Цин. Тогда евнухи окружавшие императрицу Цы Си уподоблялись слепым глупцам. Не знак ли это, что Небо устало от власти ничтожных над Поднебесной. Если так, то генерал Хоу Шан был рад, что дожил до этого момента. Он долго его ждал.
Генерал перевел взгляд на дорогу. Кортеж двигался быстро и скоро должен был показаться Лаюань. Шан резко выпрямился на сидении. Будующее – будующим, глупость – глупостью, но он не на мгновение не позволял себе забыть, как воздаст каждому, причастному к тому, что случилось с Мэй. Когда Дохан передал ему слова сопровождавшего его племянницу солдата, генерал Хоу почти перестал сомневаться в том, что является причиной этого грязного дела. А, как известно каждому в Поднебесной, «Кровавая Собака  Шан» грязных дел никогда не боялся. Поэтому, во что бы ни впуталась его племянница, уже не имело значения. Когда-то он не смог спасти брата от самого себя. Если бы тогда Лэй хотя бы поговорил с братом, прежде чем влезть в эту глупость. Но он тоже слишком хотел на вершину. Как же разлагающе Пекин и Запретный Город действуют на всех, кто соприкасается с ними. Лицо и движения генерала не могли выдать одолевавших его чувств, только не в это время и не в этом месте. Но его память хранила множество чудовищно жестоких картин из его прошлого и о жестокой судьбе постигавшей всех, на кого Хоу Шан обрушивал всю силу своих чувств. И вскоре ему потребуется вся сила, доступная ему. Вся сила семьи Хоу. Вся сила людей, преданных генералу Хоу Шану.
Наконец кортеж въехал в Лаюань. Теперь вокруг был сад, огромный, прекрасный сад, которому дворец был обязан своим названием. Прекраснее всего он был весной, когда груши цвели. Тогда Шан мог часами любоваться этим садом, грушевые цветы он любил куда больше, чем воспетые в «Троецарствии» и «Снах Красного Терема» сливы и вишни. Да и сейчас, когда листья на деревьях покрылись золотом, в лунном свете сад завораживал. Когда генерал окинул его взглядом, сад показался ему не таким как обычно. Все так же прекрасен, но теперь в нем виделась едва заметная печаль, будто бы дыша Лаюаня оплакивает беду своего хозяина. Или же грустит, предчувствуя надвигающиеся беды.
Кортеж остановился пройдя дворцовые ворота и слуга распахнул дверь «Хаммера». Генерал Хоу вернулся домой.

+7

8

Лиан не могла скрывать своей радости по поводу возвращения генерала. Наконец-то её отец был дома. И она искренне надеялась, что Будда поймёт и простит ей - ведь Шана девушка не видела уже довольно давно. Так ей казалось, по крайней мере.
Словно маленькая девочка, Лиан чуть ли не пулей выскочила из своих покоев, широко улыбаясь уже в пути. Да, она была воительницей, но она чисто по-женски любила свою семью. Да и для генерала Шана, который воспитывал её, как воина, она всё равно оставалась маленькой девочкой. Наверное, такова природа родительской любви.
Выскочив навстречу отцу, полковник буквально врезалась в генерала, пытаясь его обнять и зажмуриться. Вот оно, родное тепло, которого так не хватало и за благополучие которого Лиан неустанно молилась. Однако, объятия были довольно короткими - всё-таки, генерал Шан был и её начальником. Семья или нет, а субординацию надо бы соблюдать. И именно в тот момент, девушка почувствовала - и заметила - что здесь было что-то неладное... Обычно отец всегда встречал её с улыбкой, но сейчас его глаза были исполнены холодного гнева и грусти.
Сан Лиан слегка склонила голову, улыбка сползла с её губ и противное чувство тревоги резко, словно укус змеи, окутало её сердце и дух. Приподняв голову, она поняла, что её тревожило:
Мэй. Мэй не было здесь, хотя она должна была встретить своего дядю ещё в аэропорту. Полковник настороженно оглядела кортеж, мускулы сами напряглись, словно её тело ожидало внезапного нападения.
-Папа... что-то случилось? Я вижу это по твоим глазам... и где Мэй?
Тревога всё нарастала. Что если Мэй не встретила Шана потому, что с ней что-то стряслось? Что если евнухи сделали свой ход - ведь она столь нагло и почти в открытую выступила против них... Что если сейчас треклятая интригантка валяется в каком-нибудь тёмном переулке с распоренным животом, теряя последние капли жизни и тепла?
"О Будда... ну почему она меня не слушает никогда? Интригами тут ничего не добьёшься..."

+5

9

Если кто-то в семействе Хоу и мог сравниться с Мэй в хитрости и коварстве, это был Тинсянь, младший сын генерала Шана. И всё-таки, он был мужчиной, воспитанным по своеобразным рыцарским традициям, сформированным в Китае ещё во времена Троецарствия. Они во многом отличались от британских, воспетых героическим эпосом и возведённых в абсолют рыцарями круга, или сэром Гилфордом, Копьём Империи. Но по мнению Хоу Мэй, её брат был рыцарем, ничем не хуже, чем британцы, носящие разноцветные плащи. И она не ошиблась. Честь молодого военачальника нередко ставила его перед сложным выбором, ведь Мэй фактически просила его пойти против воли отца, что он и сделал, колебавшись всего несколько мгновений. Интриганка почувствовала руки брата на ремнях, его взгляд смягчился.
- Да, конечно, если хочешь, можно выждать удобный момент и ударить тогда... - Тинсянь сделал вид, что слова о мести заинтересовали его, но на деле Мэй знала, что её брат всё сделает по-своему. В этом они были похожи.
"Ах, мой милый Тинсянь, - с разочарованием подумала Мэй - как жаль, что я не могу использовать тебя в своих коварных планах... Но я дала себе слово, что не стану втягивать в свои интриги семью. Но сколького бы мы добились с тобой вместе, Тинсянь... Нет, нельзя думать об этом."
- А ты уверена, ты можешь навредить себе. Но если настаиваешь... - Мэй слабо кивнула в ответ на слова обеспокоенного брата. Он всё ещё сомневался, но слова "возлюбленный брат" подействовали на молодого военачальника именно так, как надеялась коварная интриганка. Вскоре, ремни были расстёгнуты и Тинсянь помог своей сестре подняться на ноги. Мэй громко застонала, вцепившись в плечо брата. За каждый шаг придётся расплачиваться болью, но генерал Шан не должен видеть её беспомощную и беззащитную. Она - Хоу. Такая же, как его сыновья...
"Только бы... Не упасть в обморок. О, Будда, как же больно!"
Тинсянь придерживал свою сестру, с его помощью девушка выбралась на улицу, где уже ожидал дядюшка и обеспокоенная Лиан. Мэй старалась держаться на своих ногах, опираясь на плечо брата. Стоит ли говорить, как это было непросто?
- Я здесь, моя милая тигрица, - ответила Мэй на слова своей сводной сестры, - дядюшка, добро пожаловать в Лаюань. С возвращением.
Поморщившись от боли, Мэй отпустила плечо брата, шагнула навстречу Лиан, протянув здоровую руку. Пальцы интриганки дрожали, она оступилась и, уже теряя сознание успела прошептать - не смотрите на меня, дядя Шан.

Конец Эпизода.

+3


Вы здесь » Code Geass » Turn II. Rising » 27.09.17. Не смотрите на меня, дядя Шан