По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(vk, don.t.be.a.hero)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » События прошлых арок » 28.12.17. We are blinded


28.12.17. We are blinded

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

1. Дата: 28 декабря 2017 года
2. Время старта: 01:00
3. Время окончания: 03:00
4. Погода: сильный ветер, облачность, холодно
5. Персонажи: Юфемия ли Британия, Куруруги Сузаку
6. Место действия: 11 сектор, резиденция генерал-губернатора, личное крыло.
7. Игровая ситуация: Сузаку находит Юфи в дальних комнатах.
8. Текущая очередность: Юфи, Сузаку

+2

2

[indent] Комната сумрачна, лунного света недостаточно, чтобы рассеять поселившийся мрак. Затаившиеся тени скрадывают любые блики, что отражают оконные стекла, прочерчивают границу. Юфи пугается, когда открывает глаза. Потому что тьма уже не отступает. Принцесса подбирает под себя ноги, пряча обнаженные лодыжки от холодного дыхания монстров под софой. И со страхом оглядывается, ожидая увидеть пресловутую галку где-то в темноте. Одежда шуршит, повинуясь движению, на пол со стуком падает деревянный гребень.

[indent] Принцесса любит тепло, потому что она безопасно. В этой части её крыла — нет тепла. Все замирает — и Юфи тоже, — в ожидании неотвратимого. Но комната остается безмолвной, все крыло замерло и даже уличные прожекторы погашены к этому времени. Словно ничего не случилось, Юфи хмурится. Вместо головной боли у неё теперь звенящая пустота. Такая, что она собственного дыхания пугается, которое кажется ей слишком громким, по мере того, как затихает звук от падения гребня. Юфи на секунду кажется, что все лишь дурной сон, она забылась сном в кабинете, но вьющиеся волосы свободно ниспадают, а она точно убирала их вверх.

[indent] Юфемия глаза закрывает ради того, чтобы вспомнить тихий голос, убеждающий её в чем-то немыслимом; слегка неуверенный голос и острый взгляд из-под тёмных прядей — помощника тетушки. У принцессы много родственников, с которыми ей не слишком повезло, и проницательность никуда не теряется. Сейчас Юфи понимает, что дрожь в голосе при докладе была мнимой, взгляд был куда красноречивее. Она вспоминает о деталях доклада, а после вскакивает, наступая ступней на гребень под ногами, чтобы подбежать к окну. Но за ним пусто — никаких следов. Юфи убеждает себя в том, что кровь была бы видна даже в чернильной траве, потому следует принимать всё как сон. И судорожно-облегченно выдыхает.

[indent] Только боль в ступне настигает. Если гребень реален, то и всё остальное не было постановочным. Принцесса комнату осматривает в полной темноте, ощупывает шторы на всякий случай. Юфи всего лишь нужно выйти, там люди, подчиненные, все они военные. И Сузаку совсем рядом, сама так решила. Но она словно замирает, подвластная чужой воле. От тяжелых портьер слегка пахнет пылью, что напоминает ей о таких же прятках внутри резиденции и страшной находке. Юфи кусает губу до крови, отпуская ткань. Ей нужно отсюда выйти, чтобы обдумать всё произошедшее. Потому принцесса бредет к дверям, не замечая оставленной книги и мебели на пути, предсказуемо натыкаясь на журнальный столик коленями и падая с тихим вскриком.

+9

3

Когда он вернулся в свои комнаты, на мир за окном уже опускалась плотная пелена темноты. Двор и окрестности резиденции генерал-губернатора вечером освещались ярко – то ли чтобы разогнать тьму, то ли чтобы привлечь внимание, но ближе к ночи система безопасности отключала иллюминацию, оставляя только редкие фонари – Сузаку они чем-то напоминали сигнальные огни корабля. Возможно потому, что вся резиденция смахивала на гигантское судно. Одновременно крепость и ловушка – Сузаку начал погружение во все детали обеспечения безопасности десять дней назад, но, хоть и не чувствовал открытой тревоги, подсознательно постоянно был начеку. Не из-за себя, естественно, - он не задумывался о своей собственной участи никогда, он думал только о том, может ли безмятежно спать здесь Юфи. Было бы лучше, если бы во всех схемах, графиках и стопках личных дел он видел проблему, но это было не так. Он просто ощущал постоянное, бессознательное опасение.

То, что находилось внутри этой крепости, было опаснее того, что могло угрожать ей снаружи – это то, о чём Сузаку не колебался сказать самому себе, но он не ощущал давления тревоги – потому что Сузаку почти забыл, что значит жить в спокойном мире. Он не привык чувствовать себя в безопасности и даже не ощущал это неправильным. Но сегодня его тревога была другого рода. Он ждал Юфи - даже думать не мог, чтобы спать спокойно, пока она не вернулась в свои покои, но её до сих пор не было. Встреча с кем-то из семьи - ничего страшного в том, что её это задержало, наверное, с кем-то из родни можно было проговорить и всю ночь, но - нет. Ему казалось, что, будь это приезд кого-то близкого для неё, она бы упомянула. А если не близкий, она не должна была пропасть до ночи.

Сузаку умел держать себя в руках, но лишь пока видел причину. Когда часовая стрелка щёлкнула, встретившись с минутной на полуночи, он одним движением отвернулся от тьмы за окном и вышел из своих комнат. Её безопасность волновала его больше условностей - шагнув за внутренний порог ожидания он отправился на поиски начиная с её покоев - в них было темно и пусто, Юфи не появлялась там. Уходя от её кабинета, он сжал челюсти, так что дёрнулись углы губ - пока прямых оснований поднимать тревогу нет, он не должен демонстрировать своё беспокойство охране. Выяснить, где находится принцесса, у них можно было без привлечения лишнего внимания. Точнее, с привлечением меньшего внимания, чем при просмотре видео с камер наблюдения.  Вариант о вопросе, заданном Аарону, Сузаку не рассматривал.

Юфи была в личном крыле - Сузаку потребовалось слишком много времени, чтобы узнать это, но всё же это было тем, что он искал. Поблагодарив солдата за эти сведения совершенно искренне, он направился туда - так быстро, как было приличным. Личное крыло в резиденции не было скромным - личные покои принцессы располагались лишь в одном коридоре, но само крыло было значительно больше. Далеко не во всех его частях лежурила охрана, свет практически везде был потушен. Шаги Сузаку в полумраке, освещённом только прозрачным светом города за окнами, твёрдым стуком отдавались в голове, реже и суше стука сердца. Сузаку не пугала темнота, он заглядывал в комнаты без колебаний, долгие секунды прислушиваясь к тишине. Минутная стрелка на часах щёлкнула, завершая оборот, Сузаку сощурился, продвигаясь вперёд - и в следующее мгновение вскинулся, услышав вскрик. Он не мог бы спутать голос.

Он бросился на звук, не теряя ни мгновения, схему этажа он помнил, поэтому почти не сомневался, как попасть в нужную ему комнату. Он распахнул дверь рывком - его правая рука была уже за спиной, на рукояти пистолета. На выстрел в случае необходимости ему потребуется меньше секунды.

- Юфи! - в комнате была полная темнота, тусклый свет из-за спины Сузаку выхватил из тьмы розовые локоны и стройные лодыжки. Резкий, почти жёсткий голос Сузаку растворился в душной темноте. Он замер, выдерживая паузу, позволяющую оценить обстановку, но он не чувствовал больше ничьего присутствия. Отпуская рукоять оружия, он сделал медленный шаг вперёд, а потом рывком ускорился, оказываясь рядом.

+9

4

[indent] Боль не была отрезвляющей, она просто была — колени саднило на периферии, белую кожу рассекли малоприятные вдавленные линии. Они не наполнялись кровью, лишь разливались краснотой и небольшим отеком. Юфи не обратила никакого внимания, не оправила подол платья и не потянулась, чтобы проверить. Она не сделала ничего, лишь замерла испуганно, мгновенно растеряв всё желание покинуть внезапно безопасную комнату. Неяркий свет коридора, хлынувший потоком в комнату, ослепил на долгие несколько секунд. Тёмный силуэт сложно было опознать сразу же, Юфи распахнула глаза до рези и дернулась назад, нащупывая ладонью треклятый гребень. Сделать из него оружие было невозможно — как им причинить достаточный вред? Но пальцы сомкнулись крепко, совсем как учили, сознание только заметалось безумно.

[indent] Тогда было точно так же, как сейчас. Распахнутая дверь, яркий свет коридора военной базы, слишком чистый в сравнении с мягким ночником в комнате принцессы, и неизменно горячая красная кровь, веером брызг легшая на простенькие туфли. Тогда она не взяла с собой ничего особенного, трусливо подчинившись приказу старших и бежав от другого распоряжения. И гребень тоже был словно оттуда, дерево словно до сих пор хранило прикосновения той девочки, нагреваясь в самом деле от хватки принцессы.

[indent] И девочки до неё, что пришла с горьким древесным ароматом из рассеченных царапин, украсивших светлую натянутую кожу странным узором. Форма благородной академии сидела так нелепо на её тщедушном тельце, но никто этого совсем не замечал. Даже теперь всё казалось идеально правильным. Безукоризненное совершенство. Именно такие аристократки должны были быть в подругах у принцессы богатейшей в мире Империи. Так и было до тяжелого пиджака, который хранил остатки тепла и никакого аромата от человека, что носил его до. Кем они были? Вес того пиджака вернулся спустя долгие годы с единственно-верным ответом и ладонями на её плечах. Взгляд глаза в глаза был совсем как тогда, совсем как последовавший приказ.

[indent] Собственное имя скользнуло в сознание знакомым голосом, принося незнакомый сейчас покой. Оно вытеснило бездумные мысли-воспоминания, что бились вспугнутыми светом летучими мышами, жадными до крови. Юфи мгновением затихла, прекратив нелепую возню, только задышала горячо и шумно. Сузаку, — лишь мыслью, но не выпуская гребень. Личный рыцарь стал для Юфи остовом, страх не позволил остаться безоружной, а взгляд влажно уставился в проем за его спиной. Глаза уже обвыклись, стали различать детали — и там никого не было. Юфи выдохнула, расслабившись, подпуская Куруруги достаточно близко.

[indent] Юфемия не восстанавливает разрозненный покой одним лишь присутствие рыцаря. Она просто вдруг понимает, что Сузаку полностью исключен из болезненных воспоминаний. Там его нет, это словно огромное белое пятно, что осталось незапятнанным красным веером, оно отражает свет и поглощает всё остальное. Потому Юфи цепляется пальцами за ткань, тянет Сузаку на себя, роняя подспудным камнем:

[indent] — Они вернулись.

[indent] От Куруруги разит запредельной безопасностью прямо сейчас, Юфи же затапливает нервное желание спрятаться где-то между стеной и ним. Пальцы сжимаются болезненно-сильно, принцесса не заговаривает, но тонет в несвязанных между собой репликах, захлебываясь открывшейся правдой — и не произнося ни одного четкого слова истины. У неё приступ ужасной истерики, вернувшаяся многократно усиленная головная боль и соль, разъедающая надкушенную губу. Юфи пугается первого же громкого звука, вновь смотрит на дверь, прижимаясь сильнее. Аарон — разве его так зовут? — не должен её услышать.

+7

5

[indent] В её глазах отражается свет, тусклый свет коридора, холодный и пустой. Рыцарь ожидает увидеть в них узнавание, но вместо этого там страх. Страх и потерянность - они ледяными путами держат Юфи, будто не давая пошевелиться. Она не двигается - всё также сидит на полу, её платье и волосы разметались, единственным движением она до белизны стискивает в хрупких пальцах деревянный гребень. Между ней и её рыцарем призраки - Сузаку будто бы может их пощупать. Он не знает их в лицо, тени, что мелькают в её глазах, не позволяют ему понять. Потому что его не было рядом, когда они вырастали над ней. Раз за разом он оказывался где-то далеко, не в силах защитить, как бы ни хотел. Бесполезный рыцарь, одно только имя.

[indent] Так и сейчас - он приходит поздно. Находит её тогда, когда тени уже встали между ними. Он чувствует исходящую от них опасность, но его замешательство коротко - он уже отступал и больше не позволит себе отступиться никогда. Он её рыцарь. Поэтому он не опасается теней - наоборот, он готов сразиться с ними. И он не опасается приблизиться - в то же мгновение, когда Юфи протягивает к нему руки, цепко хватаясь за ткань. Она тянет на себя совсем не изящно, со всей силы, чтобы прижаться ближе, и Сузаку не колеблется, легко позволяя притянуть себя, опускаясь на одно колено в сантиметрах от её ног, удерживая равновесие. Он протягивает руки в ответ, берёт за плечи мягко, но хорошо зная, что его силы хватит, чтобы удержать её.

[indent] - Кто они? - Сузаку слишком мало знает о происходящем, безликие для него тени выступают вперёд, Юфи говорит о них, но её рыцарю нужно знать их лица, чтобы защищать. По его спине пробегает озноб, её голос звучит слишком надуманным, нереальным, неправильным для гордой и искренней Юфемии, и ему кажется, что в её словах - бессилие перед чем-то сильнее человеческой воли, более устрашающим даже чем власть её отца.

[indent] - Юфи, - вместо ответа - дрожь и слова, которые не разобрать. Юфи цепляется за него судорожно, в её глазах мучительные слёзы, и это выбивает Сузаку из оцепенения. Он хмурится, оборачиваясь к двери вслед за её взглядом - скрывая от неё гнев, углы его рта дёргаются вниз. Там никого нет, он не сомневается в этом - его чутьё не подвело бы его, его чувства накалены. Резиденция губернатора не крепость, скорее закрытое бронёй судно в океане. Ловушка. То, что происходит здесь, не находится в руках Юфемии, опасность изнутри больше той, что ожидает снаружи. Сузаку должен увидеть, кто был здесь, кто был рядом с Юфи, кто последним передвигался по коридорам - доступ к камерам наблюдения в его полном праве. Но это после.

[indent] Сейчас самое важное - Юфи. То, что происходит с ней - истерика, Сузаку понимает это. И он выдыхает, заставляя смягчиться собственный взгляд. Опускается на второе колени, обнимает её, прижимая к себе, вплетает пальцы в волнистые пряди её волос, касается пальцами щеки, удерживая мягко, смотрит ей в глаза. "Я не отпущу тебя", - слова обещания звучат в чувстве, заложенном в его объятия. Пряча её лицо на своём плече, он вновь бросает взгляд на дверь. Он колеблется, стоит ли отнести её в её комнаты - здесь никто не увидит её, но призраки липнут к теням, и пустой коридор ночью не охраняется. Мгновение спустя он поднимается, подхватывая Юфи. Её хрупкая фигура совсем лёгкая, сбившееся платье ложится неловкими складками, низко спускаются распущенные пряди волос.

[indent] - Не бойся ничего, - его голос звучит тихо, почти у её уха, прежде чем он делает первый шаг к тусклому свету коридора.

+7

6

[indent] Истеричные всхлипы почти стихают — только не из-за ощущения безопасности, а потому что шуметь нельзя. Принцесса тихо вспоминает, позволяя мыслям пробиться сквозь пелену боли. Ещё не все, вся её память крошится осколками — и нет единой картины, что позволит осознать всё сразу. Главное, что она помнит — злополучный завтрак, на который явились незваные гости. Юфемия тогда уже всё знала. Она эхом слышит собственную реплику, с удивлением распознавая в ней властные, но обреченные нотки. Она знала и позволила вновь с собой это сделать?.. Юфи кривится от осознания, ещё не понимая, что не могла бы им помешать тогда, ничего не сможет и сейчас. 

[indent] Тело всё ещё дергается, словно подвластное злобному кукловоду, сжимаясь с каждым рваным вздохом. Юфи не закрывает глаза, щурится на слишком яркий для неё свет, и сжимает чужую рубашку, добираясь ногтями до кожи прямо сквозь ткань. Ресницы слипаются от пролившихся слез, паника рвется вперед сердечного ритма, но принцесса упрямо поджимает губы и не отрывает взгляда от пустого пространства. Высматривать тут нечего, но перед дверным приемом она вновь дергается, стремясь стать куда меньше, и не позволить Сузаку вынести её в коридор.

[indent] — Книга, — звучит в ответ глухо, на грани едва слышного, полузадушенного шёпота. Они никуда не пойдет отсюда без той дурацкой книги. Что-то такое фигурирует в памяти, а кружащийся от паники взгляд возвращается в комнату. Где-то там должны быть листы, скрепленные типографским клеем, они таят важное — нельзя, чтобы они попали в чужие руки. Юфи не помнит, но она видела когда-то в прошлом так же ясно, как всего пару часов назад. Она должна её забрать, ради ответов. Воспоминания вечера оживают маревом.

[indent] Принцесса начинает мыслить яснее, но не перестает бояться. Напряжение не бежит прочь от нелепой сейчас мысли: «Я генерал-губернатор, это моя резиденция»; напротив, сбежать хочет Юфи. Это достаточно просто, она не знала толком новых планов, но всё отдала Сузаку. Куруруги знает, должны быть тайные пути, чтобы быстро вывести её отсюда. И ни один из них не поможет, даже если она окончательно отгонит истерику. Всё бесполезно, ей некуда отсюда уйти — она уже думала об этом.

[indent] — В ванную, мне нужно умыться, — это уже звучит как приказ, им и является. Холод в голосе граничит с пальцами, словно сведенными судорогой. Сузаку поймет или она объяснит позже, когда перестанет так загнанно дышать, бросив всего лишь один взгляд в коридор. У них выходит приходить слишком просто, Юфемия теперь уже уверена — на днях ей провели краткий курс о том, как внутренняя разведка получает сведения об аристократии, — что и она есть в неком списке. Юфи не хочется верить, что её личная резиденция нашпигована электроникой. Но здесь нет даже толком её людей, только Сузаку. Принцессе теперь сложно поверить в то, что она не будет объектом слежки — из-за должности или происхождения. Напротив, это только увеличивает шансы.

[indent] Юфи не собирается говорить, пока не приведет мысли в порядок. Чувство страха всё ещё поглощает её сердце; властная маска аристократки лишь прикрытие, выработавшееся с годами. Она так и не достигла достаточного уровня в этом, но сейчас её неискренности достаточно. Юфи сможет скрыть эмоции, пока не возьмет себя и полученную информацию под контроль.

+7

7

[indent] До выхода в коридор пять шагов. Сузаку нужно несколько мгновений, чтобы преодолеть их, но Юфи останавливает его раньше. Всего одно слово, тихое, окрашенное сиплым дыханием всхлипов сквозь слёзы. Оно кажется посторонним, лишённым логики, но Сузаку замирает. Последний шаг гулким стуком каблука выкатывается в коридор сквозь распахнутую дверь. Свет тусклым потоком проливается внутрь комнаты, заливает неуверенным свечением смазанный прямоугольник - розовые пряди волос принцессы в нём отливают мертвенной бледностью, светлые брюки Сузаку белеют призрачным лунным светом. Выше, над ровной границей света и полутьмы, черты лица теряются в сумерках.

[indent] - Книга? - Сузаку замирает на долгую секунду, прежде чем переспрашивает почти мягко, одновременно разворачиваясь от выхода. Он чувствует её напряжение почти физически - оно судорожными волнами расходится от полосок глубоких следов от ногтей на его коже. Он чувствует боль, но даже тень напряжения не пробегает от дискомфорта - такая боль ничто для Сузаку. Для Юфи он словно послушный её воле оживший каменный рыцарь - он испытывает чувства к ней, но пойдёт на любой приказ, не оборачиваясь на себя, не зная ни страха, ни боли. Юфи - это всё, что было сейчас у Сузаку. Кроме неё оставались только Лелуш и Наннали, но оба они были за пределами его досягаемости. Он помнил о них, но сейчас та, с кем были силы и мечты Сузаку, была Юфи.

[indent] Он медлит, прежде чем уйти - не от того, что колеблется. Скорее принимает решение. С принцессой на руках это может быть не очень удобно, и всё же, прежде чем вернуться в комнату он включает свет и закрывает дверь. Уединение иллюзорно, но шаги в коридоре не укроются от внимания Сузаку. Новые слова настигают его на том месте, где чуть раньше на полу была Юфи. Это не просьба - приказ, но холодный тон не обманывает Сузаку. Принцесса душит за ледяной коркой страх и слёзы, но он, тем не менее, послушен её приказам, почти бездумен. Когда идёт вперёд, к двери, ведущей в ванную, он уже не раздумывает. Он замечает книгу - она лежит на полу у дивана. Что в ней, отсюда не понять, но она очевидно важна. Сузаку вернётся к ней, позже. Пока же он открывает дверь плечом, внося принцессу и аккуратно опускает на ноги. В его движении сейчас не любовь - скорее уважение. Тепло физического контакта теряется за её состоянием - Сузаку в первую очередь делает необходимое. Полшага назад - он уйдёт, если она попросит его, и останется, если прикажет остаться. Её безопасность - его задача, но сейчас они одни. По крайней мере, пока.

[indent] Не сводя с неё напряжённого от сосредоточенности и беспокойства взгляда, Сузаку восстанавливает в голове схему крыла, просчитывая возможные пути сюда и отсюда. У него так и нет ответов о случившемся, но уверенный свет заставляет отступить вставших перед Юфи призраков, а безопасность остаётся безопасностью. У Сузаку нет привычки строить догадки, но он почти не сомневается - в этой комнате был тот, кто причинил принцессе вред, тем или иным образом. А значит, опасность внутри этой резиденции не вероятность, а факт.

[indent] Сузаку выдыхает медленно - стук собственного сердца мешает ему услышать происходящее за стенами этой ставшей его личной крепостью на ближайшее время комнаты. Он бы сожалел, что Ланселот недоступен изнутри личного крыла принцессы, но он прекрасно знает, что не бесполезен и сам.

+5

8

[indent] Яркий свет выгоняет тени по углам, тепло забирает остатки страха — Юфи не обманывается. Страх прячется глубоко внутри, затаившись до следующего раза. Но свет, несмотря на яркость, забирает не только его, но головную боль. Та отступает следом, возможно, она тоже таится, но внутри теперь царствует пустота. Принцесса отдала всё, что имела, сгорев в собственных мыслях — из пепла же не возродился чудесным образом Феникс. Из Юфемии не появиться новая личность, да и в текущей практически не будет правок — их только что снесло цунами правды.

[indent] Юфи ненавидит знание о том, что её исправляли. Ей противна сама мысль о том, что в её голову влезли без разрешения, что это вообще было возможно. Гордость дочери императора растоптана в разы сильнее, чем могла бы, и гораздо больше из-за её собственного бессилия. Даже сейчас, когда мысли приходят в норму, а вся эмоциональность загнана глубже, когда дыхание выравнивается... Даже сейчас Юфи бессильна, потому с явной задержкой отпускает руки, выпуская изрядно измятую ткань из цепких пальцев. Она боится, что не сможет устоять на собственных ногах, когда делает шаг к раковине. Дверь дарит иллюзию защищенности. 

[indent] Прохладная вода разбивается в подставленные ладони, а после обжигает щеки. Юфи не закрывает глаза, позволяя неласковым холодным иглам омыть и их. У неё и без того ресницы слипшиеся от слез, но кожа слишком бледная — она напугана, смущена. А красные пятна всё равно не находят себе место на мелованной пустоте. Юфи могла бы посоперничать в бледности с белыми розами, что украшают её покои на этой неделе. И вода никак не помогает ей справиться с этим, но дает время, чтобы выровнять самообладание не только внешне.

[indent] Плечи сами расправляются в привычную осанку; мокрые пряди волос обвисают безвольными плетями. Юфи ещё ничего не понимает, потому смотрит в отражение с легким страхом — вдруг в расширившихся глазах появится та самая дымка, что неоднократно преследовала в кошмарах. Не нагнав в сновидениях, она добралась до неё сейчас — в чужих словах, глазах. Правде. Юфи шумно выдыхает, когда не обнаруживает в собственных глазах ни капли красного, лишь зрачок расширен так, словно внутри произошло затмение. Чёрная луна заслоняет сиреневое солнце, и мир погибает в темноте.

[indent] Сузаку теперь ближе, чем официально можно, но слишком далеко, чем нужно. Юфи закрывает глаза, заходясь в сомнениях — и почти в очередных слезах. Но она сдерживается, вцепляясь в раковину до боли в подушечках пальцев. Разломанный тихий смех крушит всё, что она столь кропотливо возвращала себе за последние минуты. Она действительно не имела права позволять себе всё это. Юфи резко опускается вниз, теряя из вида себя, прижимаясь лбом к холоду раковины. Затекшие ранее ноги мгновенно колет сотней иголок от резкого прилива крови. Но так ей будет проще.

[indent] Принцесса не в силах принять разумное решение, поэтому выбирает то, которое будет правильным для неё лично. Юфемия с детства знала, что её личный рыцарь станет опорой. Именно поэтому тот список состоял из тех людей, с которыми в будущем Империи считались бы. Для неё искали если не стену, то хотя бы прочную ограду из своих, не представляя даже, что ей взбредет в голову выбрать чужестранную крепость. Никто не думал, что у неё хватит смелости — и дурости, — пойти против всех, и даже заплатить за это небольшую цену. Так думала и сама Юфи, что расплата её всё же не нагонит, но вот же она, нашла в два счета.

[indent] — Они правят миром, — третья наследная принцесса впервые в жизни подбирает слова взвешенно, но при этом совершенно не нервничает. Только вспыхивающие отголоски страха заставляют кусать губы, словно пытаясь заставить замолчать. Разумным было отправить Сузаку прочь немедленно, а после притвориться, что ничего не было. Зато будет живым. Только Юфи не верит в то, что сможет, потому продолжает:

[indent] — Они... Их сила. Автор так хорошо написал эту книгу, — неконтролируемая дрожь проскальзывает по сжатым до белых пятен пальцам, демонстрируя дьявольское коварство. За зажмуренными веками вспыхивают воспоминания, завершаясь неизменно красной галкой. Даже если их слышат, они подумают, что принцесса, всегда действующая на эмоциях, просто заснула после прочитанной книги. И ей приснился дурной кошмар. Юфи уверена, что у неё выйдет всё представить именно так. Они смогут спокойно поговорить потом, покинув эти стены.

[indent] — Если бы они существовали в нашем мире, война была бы более разрушающей. — Юфи почти проглатывает окончание фразы, но четко проговаривает всё остальное: — Прости, мне нужно было читать у себя.

[indent] В её голосе действительно звучит сожаление и вина, Юфи не может ничего сказать прямо. Горечь замечательно переплетается с вымученной улыбкой, слышимой слишком глухо, чтобы её можно было разобрать. Тем не менее, Юфи верит, что Сузаку всё поймет.

+7

9

[indent] Она могла бы сказать "уходи" - тогда Сузаку шагнул бы назад, оставляя принцессу одну в ванной комнате. Оставаться с ней - выходит за рамки слишком далеко, но она ничего не говорит, и Сузаку остаётся на месте, готовый подойти ближе. Контраст с властным приказом, который произнесли её губы минуту назад, велик - достаточно, чтобы смять рамки, толкая рыцаря к прямому осознанному решению. Теперь это не только чувства, толкавшие его на искренние, пусть необдуманные поступки. Бросающаяся искрами жара в голову тоска по долгожданной встрече, нежность, вина, её тёплые руки - десять дней исполнения долга и грозящегося придавить весом объёма информации, которую ему необходимо быстро и эффективно воспринять, заставили их остыть, позволяя работать, не отвлекаясь, но никогда не были бы в силах сделать их ложью.

[indent] Осознание решения не делало его, однако меньшей дерзостью и переходом границы рамок. Если бы на кону были лишь его чувства, Сузаку никогда не позволил бы себе поступиться правилами - но на кону было не это. На кону была жизнь Юфи, запертой в этой крепости. То, что происходило сейчас, могло оставаться для него опасностью за туманной дымкой отсутствия информации, но Сузаку полагался на то, чем пользоваться умел лучше, чем расчётом - чутьё. Стоя перед дверью своего собственного решения, он слушал и ловил каждое слово Юфемии. Для него, привыкшего воспринимать всё прямо и искренне, слова звучали абсурдом, но тон принцессы не лгал - и это позволило ему понять её, понять настоящий смысл. Пока по-настоящему прямо она не объяснит ему случившееся, он никогда не позволит себе поверить в то, что слышит собственными ушами, но прямо сейчас важно не то, что значит узнанное ей. Важно то, что они должны делать прямо сейчас.

[indent] "Они правят миром". "Более разрушающая война". "Книга". Сузаку запомнит эти слова - секунда за секундой они проникали всё глубже в его разум, заставляя тяжело хмуриться. Угол его губ дёргается, когда слова достигают дна - он поднимает взгляд, направленный в пространство, ловя выражение глаз Юфи, и тень не исчезает, выдавая ясно - то, что она хотела передать, не осталось не понятым.

[indent] Сузаку вдыхает, вздёргивая подбородок - словно прислушивается к пространству, выражение его глаз меняется. Он услышал слова - и понимал, что сейчас нужно действовать. Угроза, возможно, непонятная ему до конца, была от этого не менее материальной. Те, кто правят миром, перепишут его по своей прихоти. С ними сложно сражаться силой оружия - лучшее, что ты можешь иметь, это твоя воля. Когда-то, в детстве, которое Сузаку хранил на самом дне своей памяти, он был воспитан не как солдат, но как самурай. Его воля ковалась иначе, чем у подданных империи.

[indent] - Вам стоит вернуться в свои покои, моя принцесса. Уже слишком поздно, - на контрасте с глазами и тоном, звучавшим всего минуту назад, слова, более чем подобающие его положению рядом с наследницей императорского трона, звучат неуместно, но в его голосе нет лжи - Сузаку умеет вести себя.

[indent] Но его решение уже было принято.

[indent] Он отмирает, подходя вплотную. Его тёплая ладонь накрывает холодные от раковины и побелевшие от прочной хватки пальцы Юфи, сжимает крепко. Его взгляд решителен - так смотрит тот, кто намерен за руку бежать с принцессой из замка, вся охрана которого не сможет его остановить, но бежать Сузаку намерен только до её покоев. В них безопаснее - по крайней мере, на время. Главное не то, куда - главное то, что он хочет передать ей. Он знает, что обзор камеры не захватывает внутренней части ванной комнаты - и он тянет Юфи вверх и ближе. К себе, готовый поддержать в объятии, слишком далёком от приличий рыцаря. Если потребуется, он отнесёт её в её комнаты на руках - но в том, чтобы спрашивать прямо о таком, необходимости нет.

+5


Вы здесь » Code Geass » События прошлых арок » 28.12.17. We are blinded