По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(vk, don.t.be.a.hero)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Чистилище » 26.06.14. Сосны на морском берегу


26.06.14. Сосны на морском берегу

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

1. Дата: 26.06.2014
2. Персонажи: Алексей Ланской
3. Место действия: окрестности Санкт-Петербурга, побережье Финского залива
4. Игровая ситуация: Очередной курс академии госбезопасности окончен. Впереди ждет лето и несколько недель беззаботного покоя. Пользуясь случаем, Алексей решает взять Киру, девушку из байк-клуба, и отправиться на пикник к морю. Есть место, которое дорого юноше, и он хочет привезти её туда...

Отредактировано Алексей Ланской (2018-02-26 01:06:33)

0

2

«Огонь все ярче,
Страницы жизни в нем горят.
Что будет дальше –
Об этом знаю только я.

Вопросов больше нет,
В ответ не слышно красивой лжи.
Меня в бесконечность уносит
Поток стальных машин.

Другая жизнь – не сон,
Я был для нее рожден.
И в час ночных дорог
Я не одинок…»

Солнце грело автостраду. Горячий июньский воздух плыл, размывая очертания легковушек и грузовиков. Духота стояла неимоверная. Машины еле ползли, и Алексей в очередной раз мысленно поблагодарил отца за подарок. Мотоцикл в принципе-то штука отличная, а в условиях пробок – так просто спасение. Хулигански обогнув очередного дачника на «Волге», прооравшего в спину приглушенное шумом мотоциклетного мотора ругательство, Ланской наконец вырвался на простор и, выжав ручку, помчал в сторону съезда. Крепко обхватив его руками вокруг талии, сзади восторженно кричала Кира. У девушки был свой байк, но старенький «Урал» по мощности не шел ни в какое сравнение с детищем немецкого автопрома. Но у того, что сегодня она оставила мотоцикл в гараже, была иная причина.

Рыжую зеленоглазую байкершу Алексей заприметил еще в первые выезды с командой Сашки. Ровесница Ланского, Кира между тем была куда как более опытной в моторейдах. Ибо была Сашкиной младшей сестрой и колесила с братом уже больше года. Сперва сзади, как с Алексеем сейчас, а после, получив права, на собственном байке. Алексей все думал вот так же приучить и Лизу к рейдам, но сестренка росла зубрилой и предпочитала общество Гёте и Шиллера (в оригинале) активным развлечениям. А сейчас Ланской понимал, что так, возможно даже к лучшему. Ведь приглядывая за сестрой, он вряд ли смог бы поглядывать одновременно на Киру.

Сперва она его дразнила, и насмешливо задирала, как все девчонки, которые видят, что понравились парню. Для нее, казалось, его внимание, не стоило и битого гроша. Что страшно злило Алексея. В 18 лет он еще не был искушен в искусстве отношений и все колкости принимал за чистую монету. Но с той первой встречи прошел год. Сперва прекратились насмешки. Потом она все чаще на рейде стала ехать с ним бок о бок. И началась древняя как мир игра, сперва боязливая, а затем все более и более мощная тяга молодой здоровой пары друг к другу. И сегодня, Алексей с замиранием сердца это понимал, игра шла к апогею.

Автобан кончился. Мотоцикл выехал на Петергофку и помчал на запад. До побережья было меньше километра, и Алексей вдыхал полной грудью терпкий запах моря, что проносилось, скрытое полосой подлеска, по правую руку от них.

- Ты так и не сказал, куда мы едем! – прокричала сквозь шум Кира, заглядывая из-за плеча Алексея ему в лицо. Он улыбнулся. Огненная, с острой мордашкой, густо усыпанной веснушками, она напоминала мультяшную лису.

- В очень особое место, - ему так хотелось повернуться и поцеловать ее, но дорога не терпела ошибок, и он продолжал сосредоточенно мерить взглядом белую полосу разметки, исчезающую под колесом.

- Особое же было в городе, у Чернышевки?

- Оно ни в какое сравнение не идет. Это – сверх-особое. И сверхсекретное к тому же.

- Заставишь меня подписку о неразглашении писать, господин безопасник? – Кира перехватила правую руку и, прижав ладошку к его груди, стала водить ей по кругу, как бы массируя. Алексей почувствовал растущее вожделение, и, сглотнув слюну, ответил намного более хриплым тоном:

- Непременно. Ты будешь вынуждена включиться в мою агентурную сеть. Иначе – криминал. Пожизненный домашний арест без права переписки, перезвона и выездов. Двадцать лет в углу на сухарях!

- Сатрап! – звонко рассмеявшись, Кира вернула руку на место, заметив, что Алексей начал отвлекаться и байк повело по сторонам. Его это с одной стороны огорчило, но и принесло облегчение. Сосредотачиваться, чувствуя спиной мягкое девичье тело, и так было сложно. Не говоря уж о ее манипуляциях.

Дорога вышла в поля. К аромату моря добавился сладкий медовый запах полевых цветов. Вспархивали и снова ныряли в густую траву жаворонки. Стояла вершина лета. Мир, казалось, был перенасыщен энергией, жизнью, юной свежестью. Ничто вокруг не терпело полумер и полутонов. Небо было насыщено лазурью, одинокие облака контрастировали снежной белизной. Шелковистое зеленое море трав колыхалось под ветром вокруг них. Чуть дальше отливал бирюзой Финский залив, весь в золотых крапинках солнечного света. Не верилось, что они сейчас на широте дождей, туманов, в сыром болотном краю. Казалось, словно некое волшебство перенесло их на тысячи верст к югу и дорога ведет не на Петергоф, и дальше на Прибалтику, а куда-то к зеленым горам Грузии или Крыма. Алексей не был на юге уже несколько лет, отвык от подобных ярких пейзажей, и сейчас окружавшая его красота усиливала щемящее томление в груди.

Петергоф они обогнули по дуге, вновь выйдя к побережью западнее города. Пейзаж снова поменялся, поля сменились холмами, поросшими сосновым лесом.

- Уже недалеко, - прокричал Алексей, - вон до того пригорка и будет поворот направо.

За поворотом дорога сузилась до двухполосной и запетляла  через залитые солнцем сосняки. Хвойный дух кружил голову, обволакивал и нес теплой волной вперед. Ланской снизил скорость и проехав еще с километр, вновь свернул, уже на проселок желтой глины на северо-восток. Не прошло и пяти минут, как деревья расступились  полукругом в широкую сцену. Впереди, за золотыми изгибами дюн блестело море, а в середине поляны стоял старый двухэтажный особняк с мраморной колоннадой полумесяцем.

- Ну что, вот мы и прибыли. Это и есть мое сверх-особое место. Пойдем. – Поставив мотоцикл на упор, Алексей помог Кире спешиться, и протянул руку, театральным жестом приглашая следовать за ним.

Отредактировано Алексей Ланской (2018-02-26 23:41:45)

+3

3

Широкие мраморные ступени были местами укрыты слоем прошлогодней листвы. Камень растрескался от времени, дождей и морской сырости, кое-где из разломов выглядывали молодые ростки травы. Поднявшись, Алексей толкнул резную застекленную дверь. Стекла задребезжали и дверь, скрипнув, распахнулась внутрь, взметнув облачко пыли.

- Что это за место? Лекс?... Мы ни в чей дом не вломились? – девушка вошла вслед за Ланским и опасливо озиралась по сторонам.

- Этот дом давно уже ничей, Кир. А должен был быть моим…

- Что? Как это? Он такой старый. И ветхий. Но наверняка до сих пор стоит уйму денег. Ты хочешь его купить?

- Нет, Кир, увы. Даже если бы деньги у меня были, этот дом не продается. Он изъят по императорскому приказу и ныне является державной собственностью. Но я добьюсь. Однажды я его верну.

- Лекс, я не понимаю…

Ему нравилось, когда она так его называла. Производное от “Алекс”, немецкой версии его имени, так звали его бабушка и дед. Алексей повернулся к девушке, и взяв ее за руки, внимательно посмотрел ей в глаза.

- Еще до войны это имение принадлежало моей семье. Последним его владельцем был мой дед, граф Антон Ланской. Он совершил роковую ошибку и все потерял.

Девушка увидела горечь в глазах Алексея. Память о прошлом видно задевала нечто глубоко личное и незаживающее в его душе. Молодой солдат, высокий и сильный, такой надежный, но сейчас она видела его другим. Маленький мальчик, горе которого возможно незначительно для окружающих, но для него самого столь всеобъемлюще, что ничего другого в данный момент не существует, ничто не важно. Повинуясь внезапно нахлынувшему голосу сочувствия, Кира прильнула к его груди, обхватив руками за спиной, и тихо попросила:

- Расскажи мне.

И он рассказал. Ланские получили дворянство, земли и имение еще в середине 19 века, когда предок Алексея, казачий есаул Павел Ланской разбил под Гудермесом шедшее на крепость Грозный войско Шамиля. Командующий армией на Кавказе генерал Ермолов ходатайствовал перед Александром Вторым о поощрении героя, и вскоре Ланскому был дарован графский титул.

- Этот дом был лишь загородным имением нашей семьи. С самого момента его постройки и до середины двадцатого века он был летней резиденцией семьи. Сюда выезжали, чтобы скрыться от городской суеты. Главный особняк, недалеко от дворца князя Голицына в Петербурге не сохранился, во время войны его разбомбила немецкая авиация, остался только этот дом. Но и здесь бурлила жизнь. Посмотри, - Алексей окинул размашистым жестом широкую залу, ныне темную и ветхую. – Здесь всюду были зеркала. Под потолком висели хрустальные люстры на десятки свечей. По вечерам все было залито светом. Семья давала роскошные балы. Не такие масштабные конечно, как у более богатых и знатных семей. И уж ни в какое сравнение не шедшие с балами в залах Зимнего дворца. Но друзья семьи любили здесь бывать, тут все было очень личным, очень дружеским, теплая непринужденная атмосфера добрососедства, в отличие от холодного официоза царских торжеств. Семьи  Воронцовых, Трубецких, Гагариных и многие другие менее известные фамилии прибывали сюда. Играла музыка. Пенилось шампанское. Пары кружились в ритме вальса, мелькали пышные кружевные юбки дам и строгие мундиры офицеров. Помнишь, как в том старом мультфильме была песня:

Как узор на окне
Снова прошлое рядом.
Кто-то пел песню мне
В зимний вечер когда-то.

Словно в прошлом ожило
Чьих-то бережных рук тепло.
Вальс изысканных гостей
И бег лихих коней…

Внезапно Алексей крепко сжал ее плечи и спросил:

- Ты умеешь танцевать?

Кира не умела. Но она была так заворожена тем огнем, что зажегся в глазах Алексея, что смогла только машинально кивнуть.

- Замечательно. Сейчас. Это конечно не придворный оркестр. Но лучше чем ничего.

Порывшись в телефоне, Ланской удовлетворенно кивнул, нажал воспроизведение и из динамика полились первые хрустальные аккорды старого имперского вальса. Положив телефон на подоконник, Алексей взял руку Киру в свою, положил вторую на ее талию, и сперва медленно, а затем все быстрее и быстрее закружил ее по комнате.

Кира была поражена. Столь внезапным и разительным было преображение Алексея. Какой-то час назад лихой бесшабашный байкер, мчащий по трассе под рев мотора, сейчас, без всякой смены костюма, он стал галантным кавалером, знающим свою партнершу, все слабости ее партии, все ее сильные стороны. Он вел танец, направлял ее там, где она терялась, повторял ее па, там, где она делала все верно. Память поколений, память крови словно пробудилась в нем и когда музыка кончилась и Алексей остановился, то глаза Киры сияли, а сама она едва могла дышать.

- Я… я не знала, что ты можешь вот так… вот так невероятно…

- Обычно я не могу. Никогда не учился танцевать. Знаю лишь азы. Но мне показалось, что с тобой я смогу. И не ошибся. – Он улыбнулся и нежно поцеловал ее. – Ты нравишься мне Кир. Я думаю, я люблю тебя. Я никого никогда сюда не привозил. Это… слишком личное. И ни с кем не танцевал… вот так.

- Лекс… я не знаю… не знаю, что сказать.

- Не говори ничего. Видишь вооон тот холм, поросший соснами? Пойдем туда. Оттуда открывается замечательный вид на залив, до самого Кронштадта. И я расскажу тебе, чем закончилась история нашей семьи.

И, взяв девушку за руку, Ланской увлек ее за собой к берегу моря.

Отредактировано Алексей Ланской (2018-03-04 23:15:20)

+4

4

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Алексей Ланской (2018-04-02 12:47:34)

+3

5

Огненный шар солнца садился за их спинами, заливая трассу алым и бросая длинную черную тень от байка на асфальт. Алексею казалось, что у него вырастают крылья. Сердце было спокойным и радостным, душа пела с ветром.

«Мудрец сказал : «Найди себя
Даже в центре грозы.
Ищи же розы, их цвет храня,
Не смотри на шипы».
Вот я здесь!
Пусть придет ко мне Ангел.
Вот я здесь!
На земле утренней звезды…»

Ангел сидела сзади, прижимаясь к нему и рыжие локоны, влекомые ветром, касались шеи и щек юноши. Впереди было все. Яркая, горящая молодость, музыка дорог. Рассветы и закаты в чужих городах. Аэропорты, гавани, автострады. Жаркие ночи без сна с открытым окном. И любовь.

Город вырастал из-за горизонта медленно, сначала показался шпиль «Ингерманландии», пылающий бликами алого и золотого цветов. За ним выросли небоскребы ниже, потом обычные высотки, и, наконец, панельные девятиэтажки. Пара минут – и Петербург встречал их заревом заката, отраженного в тысячах окон. Дома обступили их, байк съехал с автострады в прохладную сень вечерних улиц. Час пик уже прошел, дороги были почти пусты и вонь выхлопных газов не заглушала аромат сирени, заполонившей город этим летом. Чайки кружили над каналами, паря в восходящих потоках от остывающих домов. Алексей вырулил на Невский, миновал Дворцовую, пролетел справа императорский дворец и вот мотоцикл уже мчался по мосту через Неву. Стрелка, уютные улочки Васильевского острова. Если повернуть направо, через два квартала будет дом, где живут его бабушка и дед. Он поехал прямо.

Подворотня. Двор-колодец. Вывеска, гласящая, что с такого-то по такой-то год в этом доме проживал актер, сыгравший во множестве старых комедий в одной-единственной роли – неунывающего белобрысого очкарика, работавшего на стройке, похищавшего невесту и изобрётшего в итоге машину времени. Ланской был здесь впервые, обычно Сашка с сестрой встречал его на выезде из города, перед самым заездом.

- Кучеряво живете, - Алексей остановил байк у парадной, развернув носом к выезду. – Место-то какое!

Кира хихикнула, слезая с сидения.

- Я Дмитрия Георгиевича мало помню. Он умер, когда мне было четыре года. Если интересно, Сашку вон спрашивай о нем. Но он добрый был, конфетами угощал. Рассказывал истории с войны. Мама ругалась, что детей страстями пугает. А у него глаза были… не веселые. Не как в фильмах. Тяжелые глаза, горькие. А потом, как умер, его дочь с мужем здесь жила, но недолго, скандалили, все что-то делили. Уехали спустя пару лет, продали квартиру одному инженеру. А потом тот спился и тоже умер. И квартира пустая стоит уже много лет. Грустно…

Алексей смотрел на нее и улыбался. Она была солнечной, это выходило у нее непроизвольно – вызывать в людях улыбку, даже рассказывая о чем-то невеселом. «Ангел мой, ангел мой, крылья счастья за спиной. О любви и радости эту песню пой…»

- Леша?

- Да, рыжее сокровище?

- Ну перестань, я смущаюсь же! Слушай… ты зайдешь? – Румянец залил ее щеки, но глаза были игривыми и хитрючими-хитрючими. Как есть лиса.

- На чай? А что родные скажут? Нехорошо без приглашения…

Кира обхватила его за шею и, прильнув к уху (ты смотри, когда научилась, в инстинктах это у девушек?), горячо прошептала:

- А их нет. На даче они до завтра. И Саньки тоже, он сам… с девчонкой уехал.

- Ненасытная! Не хватило, да? – Алексей вывернулся из объятий Киры и игриво поцеловал, прихватив губами ее нижнюю губу.

- Даааа, а откуда я знала, что это так здорово? Пошли! А то обижусь! – и схватив Ланского за руку, девушка увлекла его за собой в парадную…

…Прощались на пороге квартиры, когда в окна уже смотрели звезды. Ему очень хотелось остаться до утра, но он побоялся, что после всего хорошего он не проснется вовремя, опоздает в академию. Да и родители Киры могут приехать рано, не лучший способ знакомства – из кровати дочери…

- Позвони мне завтра! Обязательно! Обещаешь? – Кира стояла в дверях, прижимаясь лбом к его лбу, а он держал ее за талию.

- Обещаю. Я люблю тебя, золото. Люблю.

- И я тебя. Не знала, что так бывает. Странно. Но так хорошо.

- Теперь знаешь. И я знаю. Мы связаны, Кир. Мы – одно. Целое.

Он поцеловал ее, прощаясь, и спустился на улицу.

Завел мотор и, вырулив со двора, помчал на север. Домой не хотелось совершенно. Нужно было осознать то, что произошло с ними. Начался дождь. Теплый, ласковый летний дождь. Запахло мокрой землей, разогретый за день асфальт парил. Счетчик мотал километр за километром, Алексей просто ехал вперед, не раздумывая о дороге. Остановился он уже за городом, где, то на пустыре возле Парнаса. Долго стоял и просто смотрел на небо, бегущие облака то заслоняли, то вновь открывали огромную желтую луну.

Вот так. Теперь у него есть любимая. Новый смысл жить. Новые желания и мечты. Внезапно Алексей вспомнил. Рассказ деда. Огромный гранитный замок на скале над морем. Там, в Германии. Ценность, потерянная навсегда. Навсегда ли? Черта с два! Он вернет и его! Имение – для отца, для мамы. Для Лизы. А Эдельштайн – для нее. Кира Ланская, герцогиня фон Нойехаузен. Звучит. Значит, решено. Я сделаю это. Я клянусь.

Эпизод завершен

Отредактировано Алексей Ланской (2019-05-07 00:30:53)

0


Вы здесь » Code Geass » Чистилище » 26.06.14. Сосны на морском берегу