Прием

в игру

закрыт


Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » События игры » Turn III. Turning point » 08.10.17. ...остался ещё порох в пороховницах.


08.10.17. ...остался ещё порох в пороховницах.

Сообщений 1 страница 20 из 21

1

1. Дата: 08.10.2017.
2. Время старта: 00:00 АМ.
3. Время окончания: 06:00 АМ.
4. Погода: +5 градусов по Цельсию, пасмурно.
5. Персонажи: Микола Вишневецкий, Сунь Джиан, Ксиу Лан.
6. Место действия: ЕС, Украина, Запорожская Сечь.
7. Игровая ситуация: Китайские беглецы постепенно осваиваются на Сечи. Казаки радушно приняли их, вот только атамана не оставляет чувство тревоги. И беспокоит его вовсе не судьба бывшего офицера КФ и не приказ Сергея Крестовского. Что-то тёмное надвигается на Сечь... Словно эхо былых сражений шепнуло атаману, что эту ночь переживут не все казаки.
8. Текущая очередность: ГМ, Микола Вишневецкий, Сунь Джиан, Ксиу Лан.

0

2

Stay, enjoy the fading light of day
A light catches in the sky
And into hell it sleeps away...

Ночь опустилась на Запорожскую Сечь, окутав её чёрным саваном темноты. Бледный свет полной луны едва пробивался через тяжёлые рваные тучи. По крышам казацких изб застучали первые капли дождя. Отдалённые раскаты грома принесли тревогу в сердце атамана, холодный ночной ветер ворвался в открытое окно.  На мгновение, старому воину показалось, что он слышит крики в ночи... Но нет, это просто собаки завыли на луну, словно мечтая родиться волками. Да и чёрт с ними, вот только поминая нечистого, казаки обычно крестились и сплёвывали на землю. Суеверный народ жил на этих красивых и вольных землях, вот только старые сказки, которые будущим воинам рассказывали такими холодными дождливыми ночами, никогда не забываются и до последнего вздоха остаются в душе храбрых воинов Запорожской Сечи. Вот только, атаман знал, что древние легенды иногда оживают... Знал и Евтук, молча стоявший, прислонившись спиной к стене и покуривая люльку. Лишь только потрескивание дров, стук капель дождя и плач цикад в высокой траве за окном наполняли эту тихую ночь. И снова, атаман слышал крики, но принёс ли их ветер, или же эхо старых сражений тревожило бывалого рубаку, он не мог быть с уверенностью сказать. Да никто и не спрашивал.
- Вот уже в избах свет зажигается, - наконец произнёс старый казак, лицо которого скрывало густое облако табачного дыма, - но чувствую я, что-то недоброе случится этой ночью, атаман.
Прошедших через десятки сражений казаков не покидало чувство тревоги. И было в нём что-то до боли знакомое. Вот только, почему собаки так яростно бьются и воют на луну, словно им тоже не по себе. Да, знамений было достаточно.
- Эх, скотина с ума сходит, - вздохнул Евтук, сунув люльку за пояс. Не говоря больше ни слова, старый казак направился к двери, опустив ладонь на рукоять сабли. Но не успел он сделать и пары шагов, как через порог переступил человек, от которого пахло кровью, потом и смертью.
- Пан Вишневецкий... - прохрипел молодой казак, прижимая к животу руку, меж пальцев хлопца сочилась кровь, капая на деревянный пол, - батька Евтук...
- Павло, - каждого из бойцов Сечи, старый рубака Евтук считал своими товарищами и знал каждого, с кем приходилось делить тяготы дальних походов, радость побед и горечь поражений. Есаул подбежал к раненому, но тот отмахнулся, словно это было неважно. Опустившись на колени, казак прошептал - мёртвые идут - и растянулся на деревянном полу, испустив дух. Евтук перекрестился, проверил пульс молодого бойца.
- Убит, - мрачно произнёс есаул. А затем, ослепительно белый свет ударил в глаза атамана и его верного соратника.

...за пятнадцать минут до этого.

- Это называется "горилка", - объяснил казак, имя которого бывший командир "огненных тигров" выговорить не смог, как ни пытался. Поставив на стол бутылку с напитком, уже знакомым опальному офицеру китайской армии, боец довольно улыбнулся, - ну, добре, хлопцы!
Казаки подняли стопки, собравшиеся за столом приветствовали вернувшихся из дальнего похода казаков, а так же чтили память тех, кто остался на чужой земле навсегда. Они выпили, утёрли усы и принялись за еду. Гостей хутор встречал хлебом и солью, чем были богаты. Вот, на стол поставили чугунный горшок с добрым украинским борщом, горячий, только что из печи хлеб. Вскоре, появились другие яства - голубцы, каша с мясом, овощи и картошка. Заиграла музыка, оживлённые разговоры вскоре наполнили дом казака по имени Богдан, чьи сыновья вернулись вместе с есаулом из далёких восточных земель. Казаки рассказывали о своих приключениях, делились новостями и историями из мира по другую сторону хутора, такого необычного и чуждого казакам. Но точно так же себя чувствовали и китайцы здесь, в этом совершенно ином мире. Их окружали добрые и честные люди, а потому, когда в отдалении пророкотали первые раскаты грома, Джиан не почувствовал тревоги, лишь только инстинкты солдата тревожно шепнули ему - будь осторожен. Казаки запели песню и, хоть бывший командир "огненных тигров" не знал языка, ему хотелось подхватить её, открыть душу и забыть о бедах, которые он оставил позади. В прошлом. И когда белый свет прожекторов ударил в глаза, показалось, что это молния прорезала ночное небо своей ослепительной вспышкой...

...они медленно окружали хутор. Шли медленно, спотыкаясь и падая на мокрую землю. Мертвецы приближались и невыносимо белый свет прожектора скрывал их от глаз дозорных. Лишь чёрные силуэты время от времени показывались в высокой траве. Стоны наполнили ночь и холодный ветер разнёс их по вольной земле Запорожья. Вот только для мертвецов не было больше казацкой вольницы. Только тьма. Вот он впереди - свет в окнах изб, дым из печей поднимается высоко в ночное небо, сливаясь с низкими тучами. И они шли к нему, медленно, но верно приближаясь к хутору. Шаг, второй, третий... А затем, звуки выстрелов разрезали ночную тишину.

+4

3

В мире современных технологий мистике места не осталось. Учёные по всему миру находили объяснения различным явлениям. Они доказывали с научной точки зрения то, что другие считали волшебством. Магии нет считали они. Атаман считал иначе. В ночи вроде этой ему всегда снились дурные сны. Мёртвые товарищи приходили к нему в ночи и говорили с ним. Открыв глаза, он смотрел в тёмный потолок, медленно возвращаясь ото сна к реальности. В маленькой комнате было темно и пусто. Перевернувшись на дрогой бок, атаман попытался уснуть, но стук капели но стеклу, вой собак и раскаты грома не предрасполагали к спокойному и безмятежному сну. Тёмные думы одолевали его, сбивая остатки сна. Кое-как одевшись в темноте, он накинул на плечи свой плащ из меха и вышел из комнаты. Сеья его жила в Запорожье, недалеко от сестры Оксаны. Сам же он вместе с несколькими другими казаками ночевал на хуторе вблизи Сечи. Но сейчас в их доме было пусто. Гуляния не редко затягивались до утра, это нормально. Сев на широкую скамью у стены, он достал люльку и закурил. Шум не прекращался, дурное предчувствие лишь усиливалось. Со временем к нему присоединился старый Евтук. Старшину тоже не отпускали тяжкие думы...

***

Что может быть лучше, чем знатная попойка в кругу друзей? Верно, ничего. Старый Богдан Ярославович тоже так думал и по этому гулянку закатил на славу. Стол ломился от количества блюд, горилка текла рекой а сам его дом ходил ходуном от количества казаков. Жир, сок и выпивка стекали по длинным усам старого казака и капали ему на выступающее пузо. Каждый раз, как он поднимался для того, чтобы сказать тост, стол дрожал. Песни и алкоголь лились рекой, на всеобщее настроение никак не повлияло наличие китайчиков. К ним привыкли быстро и уже относились как к своим. Неожиданная вспышка света прервала хозяина дома посреди анекдота. Недовольно буркнув, он послал молодого казака Сирка посмотреть, что там творится. Прошло совсем немного времени, как он вернулся, бледный как смерть, с трясущейся губой. Бок его кровоточил.
"Мертвяки."
Только и смог он произнести. Рана была не серьёзной, но от страха он потерял дар речи. Но Богдану дважды не надо было повторять. Его голос перекрыл даже раскаты грома.
"До бою!"

***

Дозорных в это время было не много. До фронта очень далеко, места спокойные. Куда чаще можно было встретить просто мирно отливающих в кустах казаков. Даже в такую непогоду не всем сиделось по хатам. Молодые дозорные переговаривались между собой, шутили. Старшие и более опытные, заслужившие право носить чуб казаки, стояли молча, прислонившись к деревьям или стенам. У некоторых в руках можно было заметить люльки.  Они были первой и единственной линией обороны на хуторе. И, к сожалению, они оказались не готовы. Яркий свет ослепил их, на мгновение мир стал белым, слепящим. Как только зрение стало возвращаться к ним, удивление уступило место страху. Мертвецы медленным шагом наступали. Те, что были без чубов, замешкались. Но старый Тимофей Фёдорович не потратил ни секунды. Рука его инстинктивно схватилась за рог, лёгкие набрали побольше воздуха и осталось только подуть в рог, чтобы подать сигнал тревоги, но внезапным толчком из старого казака вышибло весь дух. В следующее мгновение он уже лежал и не шевелился, из раны на груди обильно текла кровь и жизнь оставляла его. Вслед за первым выстрелом раздались следующие. Стрелявших не было видно, зато мертвецы приближались. Некоторые казаки бросились бежать вглубь хутора, кто-то попрятался за деревья и стены и принялся стрелять по мертвецам, кого-то шальная пуля нашла в кустах со спущенными штанами...

***

Не поднимаясь со скамьи, атаман закрыл глаза и прислушался к звукам. На фоне лая, грома и криков можно было услышать тот звук, которого на Сечи уже давно не слышали. Автоматные очереди. Нет, это были не мертвяки. Какими бы трюками они не пользовались, что бы они ни выдумали, их враги были обыкновенными живыми британцам. Из плоти и крови. И как всякого британца, их можно заставить трястись от страха. Они решили устроить казакам нашествие мертвецов? Что же, он вернёт их в могилы, из каких они вылезли. Настало время напомнить, за что его прозвали характерником. Солдатики хотят поиграть в волшебство? Они его получат.
"Евтук, дiставай шаблю та збери козакiв. Настав час воювати."

+2

4

За пару дней Джиан успел хорошенько привыкнуть к местной кухне, тёплой постели, да обществу открытых и радушных людей. Новое имя, впрочем, всё ещё резало слух и казалось каким-то не правильным, грубым. А учитывая тот факт, что Богдан звал возлюбленную «Жена», возникал логичный вопрос: не решил ли старик поиздеваться над ним, бабой обозвав?
Спрашивать Ксиу было без толку – та еле связывала два слова между собой, а уж об иноземной культуре знала не больше чем годовалый ребёнок об окружающем мире.

Бывший вояка рубил дрова, мыл пол, помогал по хозяйству, чтобы хоть как-то отплатить за тёплый приём и щедрость хозяев. Те смотрели на него, да хохотали: дескать, нашли себе домашнего китайца, да рассуждали, не оставить ли того как служанку.

Атмамн так и не пришёл на следующий день – дела, видимо срочные у того были. А раз не пришёл, то и испытаний обещанных не было. Да и вообще, что такого они должны были проверить в китайском офицере? Бесспорно, он не был хлюпиком, но тягаться с местными мужиками в силе – дело абсурдное. Широкоплечие, могучие, они явно росли не на скудном плесневелом рисе или же протухшей рыбе. Мужчина невольно начинал любить новый дом пуще старого. В голову даже начала закрадываться мысль о том, а не сдать ли им всё, что знает, да только покуда не требовали, решил он, лучше держать язык за зубами.

На Сечь вновь опускалась ночь: прохладная, свежая, затянутая тучами. Моросил мелкий дождик, во дворе заливались лаем собаки, умолкли цикады. Вокруг повисла напряжённость: вояка это чувствовал буквально на инстинктивном уровне.
«Странно ведь: линия фронта совсем далеко. Тут, разве что, разбойники какие местные объявиться могут, да только не представлю себе сорвиголов, что пойдут со штыками на найтмеров», - жуя галушки, вертел в мыслях мужичок.
- Эй, Ксиу, - обратился он к цветочнице, что аккуратно, пожалуй даже манерно, хлебала борщ., - А ты умеешь готовить? – вопрос, чтобы разрядить обстановку, да и узнать получше единственную землячку было вполне логичным желанием с его стороны.

Да вот только не суждено ему было услышать ответ: перепуганный до дрожи  коленях казак ввалился в хату, истекая кровью на досчатый пол. Предчувствия не обманули «тигра» - беда пришла на Сечь. Да вот только услыхав от бледного «Мертвяки», он впал в ступор.
«Как это мертвяки? Что за чушь несёт хлопец? Небось столбняк подхватил и теперь лихорадит!» - даже не заметил как галушка выпала со рта, плюхнувшись обратно в тарелку. А вот «кабанчик» Богдан не растерялся. Боевой клич разнёсся по хате, да столь резвый, мощный, что все представления о ленивом бумагомараке тут же улетучились: то был настоящий воин, пусть и в теле.
Джиан быстро выскочил из-за стола, подхватил топор и приготовился к худшему.
- Ксюха, а ну брысь! Спрячься в погреб! – бросил он девице.

Глянув мельком в окно, бывший офицер не поверил своим глазам: неспешно, словно бы с трудом переставляя ноги, к ним брела самая настоящая нечисть. Вот только страху он не испытывал: уж больно слабым казался противник. Такого, поди, можно и голыми руками к земле прижать, да хребет переломать. Только вот какого чёрта тогда началась пальба? Мёртвые ведь не могли придти к ним с огнестрелом наперевес?

- Богдан, оружие в доме есть, аль мы топорами, да табуретками их крошить в капусту будем?

+1

5

Дни для бывшей Ксиу, а ныне – Ксюши, выдавались непростые. Непривычная еда вызывала дискомфорт в желудке и большую часть времени китаянка проводила в злополучной уборной. Она успела проклясть к чертям собачьим каждую трещинку в деревянном полу: согнутая в полуприседе над дыркой в полу, Ксиу меньше всего думала о любви к новой родине.
Все чаще она ходила с хмурым видом по двору – разглядывая поджарый торс Джиана, она поджимала губы и краснела, но взгляд отводила только тогда, когда ощущала вновь животные позывы к местному аналогу унитаза. Кроме того, что он был единственным земляком и тем связующим звеном, которое позволяло ей хоть немного понимать окружающих их людей, он в общем-то сам по себе привлекал взгляд – высокий, статный, да и шрам на лице не такой уж и жуткий… Но черта с два она ему скажет об этом! У этого наглеца и так самомнение раздутое.
Ее почти не трогали, позволяя слоняться без дела, хотя Ксиу и сама понимала, что так делать нехорошо. Пусть хозяева и дикари, но все-таки довольно радушны, и нехорошо было их оскорблять бездельем. Однако раз заглянув на кухню хозяйки китаянка попала если не в ад, то по крайней мере в ведьминское логово. Никем не замеченная Ксиу тогда поспешила убраться подальше.
Периодически хозяева смотрели на нее сочувственно – очевидно, из-за бледно-желтого оттенка кожи. Китаянка никогда не отличалась отменным загаром, а выжатая до нитки постоянными заседаниями над дырой в полу, она стала бледнее пущего и худела прямо на глазах вопреки всем стараниям ее закормить.

Вот и сейчас, сидя рядом с Джианом, Ксиу хмуро смотрела в свою тарелку, изредка осторожно хлебая красноватый бульон – пусть страшно вкусный, но от того не менее поносогонный. Изредка она бросала недовольные взгляды на бывшего майора – вот уж кому было хорошо! Она готова была возненавидеть его уже за то, что ему хорошо, когда ей так плохо уже который день.
От его вопроса она и вовсе едва не выпала в осадок, мечтая прибить его чем-нибудь тяжелым прямо здесь и сейчас. Что за глупые вопросы? Какая женщина не умеет готовить?
- Еще как, - прошипела она. Раздражала даже выбранная им манера разговора – такая веселая и беззаботная, как будто они у себя дома, а не у черта на куличиках в какой-то сельской глубинке. Выросшая хоть и в бедном, но все-таки относительно благоустроенном районе Пекина Ксиу была непривычна к таким условиям жизни и все ей было неудобно – и жесткая скамья, и неудобный туалет, и петухи по утрам.
Однако рассерженное шипение китаянки потонуло в шуме, поднятом ворвавшимся казаком. Ксиу вся похолодела, цепляясь за мысль, что это не кровь, а что-то другое… Игра света на воде, конечно же, только игра… И вообще все это шутка…
Короткий приказ Джиана убил последнюю надежду. Нет, не игра и не шутка. Ксиу подняла лицо на вскочившего земляка, и в сердце ее кроме страха закипала злость. Да что этот мужлан вообще о себе возомнил?
- Совсем охренел? – Брови девицы сошлись на переносице, когда она вскочила на ноги и схватила ближайшую сковородку, уже почти пустую, но всю в блестящем масле. Теплая еще ручка придала уверенности – а ведь донышко у сковороды было еще недавно раскалено! Как заедет кому-нибудь промеж глаз да сделает Джиану собрата по ранению. Черта с два она дастся без боя, кто бы там ни был!

+1

6

Наёмники из отряда "Last Whisper" более известные, как "виспы" отстреливали казаков одиночными, прикрываясь телами бредущих перед ними мертвецов. Бойцы были одеты в чёрную униформу с кевларовыми бронежилетами и полной разгрузкой, экипировка каждого из солдат была сопоставима по своему качеству и эффективности с элитными британскими частями. Да и говорили наёмники по-английски, действовали как профессиональные военные регулярной армии. Но ни нашивок, ни солдатских жетонов у "виспов" не было. Прожекторы выключили, ибо эффект неожиданности уже был использован и перегревать дорогую технику наёмники не хотели без надобности. К тому же, шлемы солдат были оснащены приборами ночного видения и потому, казаки были лёгкой мишенью для них, невидимых в ночи. Ночное наступление на Запорожскую Сечь началось успешно для наёмников, казаки несли свои первые потери и отступали в глубь хутора. Как и планировалось...
- Зажигательные, - коротко приказал командир отряда, воткнув нож в горло раненого казака, пытавшегося доползти до укрытия. Рассредоточившись по периметру хутора, бойцы открыли огонь зажигательными. По соломенным крышам, которые вспыхивали, несмотря на дождь.
- Группа "дельта" займите церковь, снайперы на позиции.
- Так точно, сэр, - небольшая группа бойцов отделилась от основного отряда, тени бесшумно скользили в высокой траве, на фоне пылающих изб их практически не было видно.

0

7

Дом казака Богдана почти опустел. Многие казаки повыбегали и вернулись в свои дома чтобы забрать оружие. Остались с китайчиками только сам Богдан, трое его сыновей да внуки. Осмотрев новых Женю и Ксюшу, он от души посмеялся их боевой экипировке и порадовался боевому настрою. Забрав у бывшего майора топорик, он положил его на стол. В углу комнаты в полу открыли крышку в погреб и оттуда старший сын Богдана начал подавать пистолеты и карабины.
"Это, - он положил на стол несколько пистолетов - предназначается для уничтожения живой силы противника."
Далее на стол отправились карабины.
"Это тоже предназначается для отстрела живой силы противника."
С чердака спустился младший сын Богдана. С собой он нёс ручной пулемёт. Двое внуков старого казака помогали своему отцу(или дяде, кто их там разберёт?) несли патроны. Пулемёт тоже отправился на стол.
"И это, кажется, тоже предназначено для уничтожения живой силы противника."
Тут не выдержал и вставил свои пять копеек ещё один его внук, что всё это время сидел на скамье неподалёку и наблюдал. Английский малой понимал довольно хорошо, что было довольно удивительно. С другой стороны, семья Богдана отличалась от всего остального казачества высокой степенью образованности.
"Але ж дiду, там бо мертв'яки. Вони ж ба не живi."
"Молодець, Олежку, розумний хлопчина. Ось, тримай сокирку, йди пограйся."
Богдан отдал внучку топор, за который до этого схватился китаец и довольный ребятёнок умчался вглубь дома. А старший сын тем временем вылез из погреба и помог среднему вынести в зал... да, противотанковую винтовку. И она тоже отправилась на стол. Рядом с ней пулемёт выглядел не очень внушительно, карабины казались зубочистками возле копья, а глядя на пистолеты хотелось просто заплакать от жалости.
"А это, дорогие гости, Антон Павлович. Как Чехов, только громче. Предназначается для поражения... да, собственно, всего."
Взяв ручной пулемёт, Богдан первым покинул дом и повёл китайчиков за собой. Джиан, он же Женя, получил карабин. Ксиу, она же Ксюша, получила краткий инструктаж по безопасному пользованию пистолетом. Следом за ними вооружившиеся сыновья Богдана вынесли местного "Чехова". На улице уже кипела подготовка. Ещё час назад это был мирный хутор. Сейчас же из сараев и конюшен выкатывали тачанки и гаубицы. Из некоторых хаток казаки выносили миномёты и начинали их устанавливать. Окраина селения горела, в небо поднимались облака пара и дыма. Однако в такую погоду распространение пожара не представлялось возможным и по этому казаки не сильно переживали.Атаман Вишневецкий верхом на коне ездил и раздавал приказы. Слышны были выстрелы не только наступающих, но и обороняющих. И выстрелов становилось всё больше. Безоружные мертвяки или вооружённые - роли не играло. Только безумец способен напасть на казаков. Никогда не знаешь, что у них может быть припасено в чулане. Раздался голос первого пулемёта, подтверждая выше написанное. Огромный казак, детина за два метра ростом, с двуручным мечом за спиной, забрал у сыновей Богдана противотанковую винтовку и пошёл себе с ней спокойненько дальше. К китайцам и Богдану подъехал атаман. Верхом на коне, что был чернее ночи, в своём чёрном меховом плаще, саблей на поясе и карабином в руке он выглядел устрашающе. А когда били молнии, озаряя его светом, выделяя при этом его крючковатый нос, с которого текла вода, и холодные глаза цвета льда, полные злости, становилось и вовсе не по духу.
"Пане Богдан, доверяю вам пехоту. Дети, за мной."
Далеко идти не пришлось. Атаман указал китайцам на тачанку. На месте возницы сидел молодой казак с причёской "под горшочек" и реденькими усиками.
"Это Максим, английский знает. Полезайте в повозку, садитесь за пулемёт и..."
Дальнейшие слова атамана заглушил первый выстрел гаубицы. На краткое мгновение звон в ушах перекрыл все звуки и даже во тьме ночи можно было видеть, как взметнулась фонтаном земля с далёкого холма. Если уж до этого в крепости не заметили происходящего, теперь сомнений не оставалось. Гарнизонные казаки не могли пропустить такое и скоро должны будут прибыть. А что же до нападающих, в этот момент они должны были осознать, на кого решили напасть.

+3

8

Джиан был приятно удивлён боевому настрою своей подруги, да только не видел смысла участия домашней девочки (пусть отнюдь и не «пай») в военных действиях. Она явно не знала и основ тактики ведения боя, не то чтобы представляла собой сколь бы то ни было внушительную силу.
Впрочем, выдавший местоположение небольшого оружейного склада Богдан так, по ходу дела, не думал, а потому Лан так же получила «дамский сверчок». Китаянка держала пистолет так, словно бы боясь уколоться о него (видимо привычка работать с розами давала о себе знать).
- Не убейся только, цветочница, - покачав головой, молвил «Женька, да взял в руки предложенный ему ствол.
Хладная рукоять топора сменилась на увесистый карабин. Простой, надёжный, удобный. Даже, несмотря на то, что модель не соответствовала привычной для китайчонка, Сунь чувствовал себя увереннее, да был готов тут же ринуться вести пальбу.
Но на простом огнестреле дело у казаков не заканчивалось: когда «громогласный писатель» посетил гостиную, бывший майор одобряюще кивнул, словно бы приветствуя того.
- Уж не знаю, что там за гады решили посетить вас, хлопцы, да только чую я, не сносить им бошки своей дурной, - и стоило «тигру» покинуть хату, как он лишний раз убедился в правильности своих выводов. Дюжие ребята выкатывали из сараев, домов, конюшен такое количество стационарных орудий, что невольно задаёшься вопросом: как же они всё это прятали доселе, что опытный боец не успел углядеть?
Но недолго сии думы волновали вояку: словно сам дух казачества в тот миг явился к ним на вороном коне, во тьме ночной казавшийся тенью ужасной, пугающей. Атаман Вишневецкий забрал гостей Сечи из под крыла своего пузатого товарища, дабы выдать им партийное задание: орудовать, ни много, ни мало, станковым пулемётом.
- Рад знакомству, Максим, - вежливости ради бросил Сунь, да запрыгнул в повозку, протянув цветочнице руку, - Ксиу, ты лучше заляг на дно, чтобы шальная пуля в голову не попала. Если меня подстрелят, подхватишь стрельбу, - молвил он, кидая карабин на дно кибитки.

Отредактировано Sun Jian (2014-03-07 01:56:48)

+2

9

Брызги грязи и клочья мокрой земли разлетелись в стороны, когда взорвался снаряд казачьей гаубицы. Женщина поморщилась, бросив раздражённый взгляд на шикарное чёрное с серебряным кружевом платье. Испорчено. Безнадёжно испорчено. И всё-таки, она хотела видеть резню своими глазами, слышать крики и стоны умирающих, наполнившие ночь. Вокруг неё стояли бойцы "виспера" из числа самых боеспособных и профессиональных, кого было немного жалко пускать в бой первыми. Судьба авангарда была незавидна, если репутация казаков соответствует действительности. И всё-же...
- Здесь не безопасно, моя леди, - один из "наёмников" подошёл к ней и, склонив голову опустился на колено, - прошу вас, перенесите свой штаб подальше от поля боя.
- Поля боя, - губы женщины скривились, - ты называешь это "боем", капитан...
- Боюсь, что так, - офицер сглотнул, уловив тревожные нотки в голосе аристократки, - мои люди перебили многих казаков, но оставшиеся запорожцы перегруппировались и приготовились к... - звуки его голоса поглотил грохот второго выстрела. Затем, ударили казачьи гаубицы, которые бойцы атамана Вишневецкого выкатили из сараев и хлевов к удивлению домашней скотины и радостных ребятишек, которые бегали по хутору с вёдрами воды и помогали взрослым чем могли - тушили пожары, оттаскивали раненых, -...отряды "альфа" и "бета" вступили в бой на окраинах хутора. Прикажете отозвать их?
- Ни в коем случае, - отрезала женщина.
- Но, виконтесса, противник превосходит нас числом, на этом хуторе достаточно оружия и боеприпасов, чтобы выдержать осаду. При всём уважении, я не вижу смысла продолжать этот бой.
- Вот как, - в руке женщины блеснул клинок и капитан упал на колени, зажимая перерубленое горло. Его тело ещё не успело упасть на землю, когда виконтесса изящным движением кисти стряхнула кровь с лезвия и убрала его в ножны, - желающий занять его место, шаг вперёд.
Стоявшие вокруг "виспы" переглянулись. С одной стороны, прибавка к жалованию - это неплохо, возможность принимать решения и отдавать приказы на поле боя - тоже. Вот только... Прямо перед ними в луже собственной крови лежал человек, которого они не один год считали своим командиром. Но решение требовалось принять быстро. Один из бойцов шагнул вперёд, снимая с головы шлем. На его щеке была выбита татуировка - римская цифра XII, прямые чёрные волосы зализаны назад, холодные серо-голубые глаза профессионального убийцы не выдавали переживаний солдата.
- Виконтесса, - он склонил голову, ожидая её согласия.
- Немедленно возьмите командование на себя, капитан, - улыбнулась аристократка, и было в этой улыбки что-то от змеи, готовой ужалить в спину, - и уберите это тело.
Виконтесса вернулась к созерцанию боя, раскинувшегося перед ней - горели деревянные избы, в дыму и пламени метались люди. Один за другим, "ожившие мертвецы" падали на землю, как и предостерегал бывший капитан "виспов", долго они не протянули. В прочем, наёмники уже вступили в бой с казаками. Времене было немного, подмога наверняка спешила на выручку к атаману.
- Вы знаете цену ошибки, капитан, - холодно произнесла аристократка ему вслед, - если потерпите неудачу, советую вам умереть достаточно быстро, чтобы я об этом не узнала.
- Yes, my lady.

...тем временем, на хуторе.

Есаул времени не терял. Когда атаман запрыгнул на своего коня, входя в обрас старого вояки, Евтук на ходу забивая люльку, направился к своему найтмеру. Это был британский "сазерленд", но своё второе рождение боевая машина получила уже на Сечи. Украшал казацкий найтмер чуб и усы, под стать пилоту, а так же красный жупан, да широкие шаровары. Портные на Запорожье были в почёте, работали не покладая рук. Открутив навершие сабельной рукояти, Евтук извлёк из неё ключ зажигания и, забравшись в кабину найтмера, отложил свою верную боевую подругу в сторону, чтобы не мешала управлять машиной в бою. Его бойцы из числа самых отчаянных и опытных воинов Сечи немедленно вышли на связь и доложили о готовности вступить в бой.
- Ну что, хлопцы, - найтмер Евтука сорвался с места, - остался ещё порох в пороховницах?!
- Остался, батька Евтук! - отвечали казаки. А навстречу им уже неслись окрашеные в чёрный "сазерленды", на ходу открывая огонь из штурмовых винтовок. По всей территории хутора, начинались поединки современных боевых машин, но казаки успели вовремя развернуть пушки и подбить несколько найтмеров. Противник недооценил воинов Сечи и заплатил за это жестокую цену. В прочем, казаков теснила пехота "виспов", профессиональные наёмники превосходили запорожцев технологически и за каждого убитого врага, казаки теряли троих хороших бойцов. Найтмеры есаула примчались как раз вовремя, казаков уже начали теснить, но Евтук пришёл на подмогу и хлопцы воспрянули духом. Да и присутствие атамана не давало им права бросить оружие и показать врагу спину. Запорожцы не отступают и в плен не сдаются.До последней пули, до последнего вздоха сражались казаки из сотни Богдана Ярославовича. Когда их осталось всего тридцать, они продолжали бой вопреки смерти и горечи от утраты верных товарищей.
- Есть ещё порох в пороховницах, - прорычал старый казак, перезаряжая винтовку, - крепка ещё казацкая сила.

+5

10

Никогда ещё в своей жизни Гришка так не боялся и при этом не испытывал такой решительности. Вокруг горели дома, свистели пули, грохотали пушки казаки сражались с неживыми и их невидимым прикрытием, а он нёс на своих плечах старшину Петра. Бравый казак, один из характерников, бойцов обладающих мистическими силами и владеющими секретными техниками, с голым торсом и двумя саблями браво рубил врага. Гришку поначалу было очень сложно выстрелить, ведь перед ним была женщина. Хоть уже и не живая, но женщина. Пётр Остапович такой проблемы не испытывал. Он рубил без тени сомнения, не колеблясь и казаки, вдохновившись его примером, пошли в наступление и даже начали отбрасывать противника. А потом в один миг всё изменилось. Первая пуля выбила сноп искр, столкнувшись с лихой саблей Петра. Вторая, не встретив никакого сопротивления, поразила казака в бок. Третья попала в уже падающего Петра, но характерник всё ещё продолжал дышать. Немало товарищей Гришка отдали свои жизни, чтобы тот смог вытащить командира из-под огня. Но всё это было напрасно. Все казаки были заняты войной, никто словно не замечал их. А тем временем силы молодого казака покидали его. Пётр был тяжёлым и тащить его дальше сил больше не было. Но он, Гришко Розливайко, не бросит своего командира. Помирать так вместе, решил он. Саблю и винтовку свои он бросил, чтобы не мешали нести Петра. Теперь они бы пригодились, но он и голыми руками сможет дать бой мертвецам. Сможет, но делать этого не пришлось. Голова первого ходячего трупа лопнула, словно спелый арбуз от удара. Спустя мгновение та же участь постигла следующий.  Конь, что был чернее ночи, появился словно из ниоткуда. Верхом на нём со вскинутым карабином восседал атаман Вишневецкий.
"Не журись, хлопче."
Гришко круглыми глазами смотрел на атамана. Правду говорят, нечеловечей силой обладает он, волшебством. Явился словно на зов откликнулся. Молодой казак на что угодно бы поспорил, что это старшина Пётр его позвал. Он же тоже характерник, тоже колдовать умеет. А тем временем Микола слез с коня, помог Гришку сесть на него и потом перекинул через коня всё ещё цепляющегося за жизнь Петра. Когда они уехали, Вишневецкий остался сам против десятка неживых. Его казаки верили, что это нечисть, злая сила. Сам же Николай понимал, что никакой магии здесь нет. Газ или какая другая отрава превратила милых девушек и женщин, его знакомых и людей, которые просто жили недалеко и возделывали поля, в подобие ходячих трупов. Он оплачет их смерти и отомстит тем, кто это сделал. Но для этого надо остаться в живых. И он будет жить не смотря ни на что. На этой мысли атаман снёс саблей голову последнему "мертвецу", подобрал свой карабин и поспешил вернуться обратно в центр. Свист пуль и грохот артиллерии пополнился и новыми звуками. Сначала заиграли трубы. Следом за трубами пошли барабаны. Следом подключились и другие инструменты.Над хутором заиграл боевой казацкий марш. Выстрелы гаубиц, мортир, пулемётов и прочих орудий, что удивительно, не заглушали музыку, а словно были её частью.

А вот и сам марш

Бравый казак Лютогон, здоровенный детина, используя перевёрнутую телегу как укрытие, вёл огонь из противотанковой винтовки. Мертвяков мне просто сбивало с ног, их сносило. Пуля, которая должна была пробивать броню танка, прошивала по несколько врагов за раз и скрывалась в ночи. Рядом с ним сидел Кирилл Колохатин, местный писарь. Как самого образованного человека во всём казачьем войске занесло за одну телегу с одним из самых лютых бойцов, остаётся загадкой. Но поладили они быстро. Лютогон вёл огонь из "Чехова", его напарник стрелял из того, что до попадания на Сечь было пистолетом-пулемётом. Не смотря на численное превосходство найтмеров противника, казаки не унывали. Им и не с таким приходилось справляться. Гаубицы продолжали вести огонь по окрестностям хутора. Под огонь попадали холмы, кустарники, рощицы. Лишь стандартные маршруты, по которым подкрепления казаков, старались не обстреливать. Мортиры и крупнокалиберные орудия, как "Чехов" в руках казака-великана, открыли огонь по найтмерам противника, помогая бойцам Евтука. Пехота Богдана вновь отступила в центр. Их примеру последовали прочие казаки. Ещё несколько веков назад тактика гуляй-города подмочила репутацию крылатым гусарам ляхов. Сейчас же телеги с большими деревянными щитами и пулемётами вместо устаревших пушек подмочат репутацию неизвестным наступающим. Не то, чтобы деревянные щиты были непреодолимой преградой для пуль, но повышали шансы казаков на выживание.

***

Поднятая рука означала команду "ждать" и ей подчинились моментально. Казак, прозванный Зубром, и его отряд пластунов первыми прибыли из крепости. Если характерников считали гениями, колдунами, овладевшими искусством войны, то пластуны были воинами, чьё умение возвелось в ранг волшебства. Если казаки были элитой среди войск Российской Империи, то они, пластуны, были казацкой элитой. Чубатый спецназ, если хотите. И сейчас этот спецназ под предводительством Зубра пробирался в тыл противника, окружившего хутор пана Вишневецкого. По пути они уже прошли один хутор, полностью пустой. Мужчины в большинстве своём мертвы, женщин и детей не обнаружено. Пластунов это удивило, но что к чему они догадались быстро. Снаряжение у них было получше, чем у обороняющихся казаков, а противник не будет ожидать нападения со спины так скоро. Задача была проста: обнаружить и обезвредить вражеское командование или подать сигнал с помощью сигнальной ракеты. А крошки-Давиды сделают всё остальное. Зубр дал команду продолжить движение.

+2

11

Тяжело бронированные пехотные единицы противника сегодня играли роль мишеней в тире – неповоротливые, широкие, не бьющие в ответ. Китайчонок, скосив с десяток этих остолопов, пришёл к выводу, что бояться «мертвяков» по сути дела и не стоит: дави себе кибиткой проходящих мимо, да выискивай настоящих противников – тех, что точно и аккуратно выстрел за выстрелом лишают жизней бравых сечевых бойцов.
Да только профессионалы те умело прятались во тьме ночной и найти их можно было разве что по звуку, который как назло перекрывался громогласной казацкой песней, артобстрелом и криками, визгами, ором.
Внезапно машину резко повело влево, она накренилась, заскрипела, да угодила в один из сараев, где свой жизненных ход и прекратила. Бывший боевой офицер лежал рядышком с место крушения, чувствуя как ссадит щеку и плечо, что ко всему прочему, ещё и вышло из сустава. Поднявшись и подойдя к кабине, он резко открыл функционирующей рукой дверь, чтобы увидеть как парнишка, с которым они и парой слов перекинуться не успели, вываливается на землю, истекая кровью. В голове зияла сквозная дыра, которая лучше любого доктора говорила: можно забыть славного Максимку.
- Ксиу! – крикнул Сунь, отводя взгляд от убитого, да заглядывая на дно кибитки, где пусть слегка и потрепанная, лежала его китайская подруга – жива целёхонька.
- Как хорошо, что ты хоть иногда умудряешься слушать, - неуместная к ситуации улыбка всё же появилась на его губах, - Кинь мне пистолет, а сама вставай за пулемёт. Это не сложно, поверь мне. Просто держи его покрепче, да жми на гашетку, - он указал пальцем на небольшой рычаг, запускающий механизм орудия.
А тем временем вокруг них уже собиралась толпа «нежити», что крайне неспешно подбирались к оставшейся отрезанными от остальных казачьих сил иноземцам.

+2

12

Со стороны церкви, к которой подобрались пластуны, раздался выстрел - руку казака, прозванного Зубром, пробило насквозь. Это было предупреждением для казкаков - не лезьте, не ваше дело. Задачей наёмников было отрезать хутор и уничтожить атамана Вишневецкого, который вместе с горсткой верных людей принял неравный бой против противника, превосходившего запорожцев технологически и тактически. Отстреливать "лишних" казаков приказа не было, а вступать в перестрелку с профессиональными бойцами, которых на Сечи называли пластунами, у "виспов" желания не было. Зубр, выругавшись сквозь сжатые зубы, зажал рану, к нему тут же подбежал казак с аптечкой.
- По нам работает снайпер, - мрачно произнёс командир отряда, упрямо игнорируя боль, ведь бывало и хуже, - продолжим продвижение к хутору, много хлопцев хороших поляжет... Павло, свяжись с десятником Короленко, пусть поспешит на выручку атаману. А мы заставим этих нехристей пожалеть о том, что засели в церкви православной.

Бойцы элитного подразделения Last Whisper заняли позции, рассредоточившись по церковному двору, на подходе к которому уже были установлены растяжки и запрещённые противопехотные мины. Место нахождения снайпера определить было практически невозможно - он ничем не выдал себя, выстрел мог быть произведён практически с любой позиции. Точное число солдат противника, их уровень подготовки и вооружения пластунам так же не был известен.

Ценой невероятных усилий и благодаря храбрости запорожцев, наёмников удалось выбить с хутора, но в бой вступил арьергард "виспов" и казаков снова оттеснили к штабу. Пока найтмеры Евтука выигрывали время, горстка уцелевших запорожцев приготовилась дать последний бой - не на жизнь, а на смерть. Отступая, китайца не бросили. Телега с пулемётом заняла важное место в обороне штаба, Джиану сунули ещё пару гранат, на случай если станет совсем туго. Уцелевшие найтмеры, в количестве семи боевых единиц (есаул потерял всего три машины) рассредоточились, занимая позиции для обороны штаба. Есаул вышел на связь с Вишневецким, сообщив ему хорошие новости.
- Если Грицько не напился в хлам и уснул в коровнике, его люди должны вот вот подойти а нам на выручку.
Теперь главной целью атамана стала организация обороны - ему предстояло стоять до конца вместе со своими людьми. Выстрелы стихли, только пламя пожирало деревянные избы. Много славных бойцов остались лежать в грязи да высокой траве.

0

13

Атаман своими речами подбадривал казаков. Тут никакой гиасс даже не нужен был - чубатые ребята и так были настроены стоять насмерть. Многие лишились жизней этой ночью и ещё многие полягут, но выжившие отомстят за павших. Пока Евтук и его хлопцы на человекоподобных роботах-казаках сражались с неприятелем, простые казаки прекратили стрелять по далёким холмам и полностью сосредоточили огонь на найтмерах и пехоте противника. Все казаки отступили за баррикады гуляй-города. Атаман лично выловил из толпы китайца Джиана и поволок за собой. Удача всегда была на стороне Вишневецкого и он намеревался пользоваться ей. Они с казаком китайского происхождения встали за одну из гаубиц, которая осталась без расчёта.

***

Зубр и его пластуны отступили и скрылись за холмами, после чего предприняли попытку зайти в тыл к противнику с другой стороны, выбирая место, не простреливаемое из церкви. В это время основные подкрепления казаков приближались к хутору.

0

14

- Ой, да не вечер, да не веечеееер... - завывал Грицько, с бутылкой горилки в руке завалившийся в свой любимый коровник. Тяжело протопав по полу, он плюхнулся на стог сена, который с утра принес сам - все равно коровам нужно будет, а уж в свете наметившейся гулянки он точно знал, что тут будет нелишним. Казак приложился к горлышку, сделав несколько глотков, и убрал бутылку ото рта, вытерев губы рукавом.
- Ой, мне малыыый-мало спалооось... - уже не в пример тише продолжил прерванную песню Грицько, подумав, что спалось-то ему и вправду малым-мало. С этой мыслью он и заснул прямо здесь, с бутылкой в руке, удобно устроившись на сене.


- Грицько!
- Я нормальний, хлопці, все гаразд... - сквозь сон отмахивался от визитеров десятник.
- Короленко, чорт тебе за ногу! На Сечь напали! - тормошил его один из казаков, что пришли будить десятника.
Короленко мигом вскочил, чуть не разлив горилку. Посмотрев на бутылку в руках, он поставил ее в сторону.
- Детальніше, - поднимаясь, уже совсем другим голосом сказал десятник. Он еще не до конца пришел в себя, но процентов на восемьдесят точно.


Грицько вывел из крепости полтысячи казаков. Разбираться было некогда, поэтому командование взял на себя - офицерский состав, как выяснилось, попал под атаку в самой деревне. Казаки бодро позабирались в танки и найтмеры, остальные расселись по БТРам, а кто и вовсе по лошадям. Еще человек триста остались охранять крепость.
В распоряжении Грицько оказалось штук 60 найтмеров, чуть больше семидесяти танков по 4 человека в каждом, и около ста пятидесяти пехотинцев. Ужо я вам покажу, как на землю нашу да с недобрыми мыслями приходить.

Отредактировано Grytzko Korolenko (2014-04-08 01:13:14)

+1

15

Наёмники отступали с разорённого хутора. Их было слишком мало для штурма укреплённых позиций, которые занимали люди казачьего атамана Вишневецкого. К тому же, найтмеры Евтука нанесли непоправимый урон роботизированному звену отряда. Таким образом, запорожцам оставалось только ждать подкреплений, которые уже были в пути. А потому, элитное подразделение оставляло руины казачьего поселения вместе с трупами и разбитыми найтмерами. В арьергарде оставались бойцы, занявшие церковь. Наёмники хладнокровно заминировали здание и его окрестности, приготовились держаться до конца. Такая решительность пойти на смерть по приказу выдавала в них профессиональных солдат.

Подкрепление, которое привёл Грицько, добралось до хутора когда выстрелы уже затихли. По пути они прошли через разорённые деревни, наткнувшись на трупы, изуродованные химическим оружием. Наёмники исчезли так же быстро и незаметно, как появились и казалось, что эту битву выиграли казаки. С разрешения своих командиров, хлопцы отправились на развалины хутора - искать тела павших товарищей.

Зубр и его пластуны обошли арьергард наёмников и оказались на временной базе противника, в которую британцы превратили один из опустошённых хутоов. Казаков встрелил огонь на поражение, они видели как в ночи в воздух поднимаются транспортные вертолёты. По запорожцам стреляли как минимум три тяжёлых пулемёта, не считая бойцов, вооружённых штурмовыми винтовками.

+1

16

Когда противник стал отступать, казаки с дружным криком "Ура!!!" принялись стрелять ещё усерднее, пока атаман не отдал приказ прекратить огонь. Они пережили эту ночь, но многие их братья так и остались лежать на земле. Местью жизни не вернёшь, и Микола это понимал отлично, но кожу он всё таки сдерёт с того, кто командовал этим нападением. Живьём. Похлопав китайчиков атаман указал им в сторону пана Богдана.
"Ото к нему идить, он сейчас с Грицьком встретится и вам задачу даст. Выполнять"
Отпустив узкоглазых казаков, атаман принялся за чубатых. Отчёт по раненым его радовал не сильно. Доклад о том, что в церкви укрепились остатки противника так и вовсе радости не вызывала. Сам он бы с удовольствием дал залп из мортир да гаубиц и похоронил под обломками всех врагов. Но пленный вражеский солдат бывает полезнее, чем мёртвый.
"Лютогон"
Огромный казак с "писателем" на плече вырос перед атаманом в тот же миг.
"Винтовку эту оставь, собери людей, экипируйтесь и таемным лазов под церковь идите. Всех вражин либо в плен, либо на смерть. Зря не рискуйте.
"Слушаюсь, пан атаман."
А тем временем Богдан встретил подкрепления в виде Грицька. Прибыли они, конечно, с опозданием, но...
"...як то кажуть, пришёл и славно. Рад видеть тебя, Грицьок. Ещё немного и мы бы всех врагов сами перебили"
Обычно звонкий смех пузатого Богдана сейчас прозвучал как-то глухо и натянуто.
"Нужно за ними идти. Пули, конечно, страшные, но танкам и чубатым роботам они не страшны."

***

А там временем Зубр и его отряд боролся за выживание. Противник отступал, бежал с поля боя. Подобраться к ним достаточно близко было крайне сложно, но и отпускать нельзя. Время настало. Сигнальная ракета или граната с маркировочным дымом, не суть важно что из, решит эту проблемы.
"Браття, назад."
Так же скрытно, как и приблизившись, пластуны стали отступать. Последним отступил сам Зубр, предварительно прицелившись и пустив сигнальную ракету. Маленькому Давиду нужна была наводка? Посмотрим, как наёмникам понравится подарочек от казаков.

+4

17

- I я радий, пане Богдан, - выбравшись из своего найтмера, поприветствовал Богдана казак.
Страшно взглянуть было на то, во что превратился хутор. Надолго теперь запомнится несостоявшийся праздник.
Грицько кивул.
- I ми підемо. Проженемо до біса з Сечи Запорожской, - после сказанного Грицько попрощался с Богданом и залез обратно, готовясь вести подкрепления. Он и рад бы помочь казакам здесь, да только медлить было нельзя - уйдут вражины.
- Ну, хлопці, вперед, за ворогом! - свежесформированная маленькая армия под командованием Короленко устремилась вслед за ушедшими наемниками. Зубр, небось, все еще там...

Отредактировано Grytzko Korolenko (2014-05-18 22:22:52)

+1

18

[dice=15488-1:100:15:Выстрел "Давида" (попадание)]
[dice=9680-1:100:0:Выстрел "Давида" (урон)]

Выстрел тяжёлого орудия пришёлся аккурат по зоне высадки британских наёмников. Вот только большинство транспортов, на которых эвакуировались "виспы" уже поднялись в воздух, но по ним начали работать найтмеры, подбив несколько машин. Если казаки поторопятся к месту падения машин, они вполне смогут взять "языка" для допроса. А поскольку настроение у запорожцев, переживших ночную резню было крайне скверное, выживщие наёмники рисковали пожалеть о своей участи и пожелать скорейшего присоединения к "боевым потерям" отряда.

Тем временем, в бой вступили наёмники из арьергарда, оставленного в церкви. Закончив минировать её, британцы расположились на удобных для ведения огня по наступающему противнику позициях и приготовились к бою.
- Сэр, - к капитану обратился один из солдат, - а что помешает им *бануть по нам из той же огромной х*рни, что по зоне высадки? У меня до сих пор в ушах звенит.
- И штукатурка посыпалась, - заметил второй боец, разглядывая стены церкви, - что там с зарядами, Билли?
- Пять минут, - отозвался диверсант, завершавший проверку установленных бомб.
- Твою мать, Билли, - командир арьергарда сплюнул на пол, - десять минут назад было три минуты.
Вскоре, бойцы "Лютогона" пробрались по потайному лазу, как раз в тот момент, когда сапёр перекинул своему командиру детонатор. Наёмник, не теряя времени, активировал заряды. Со стороны казаков было наивно надеяться на то, что профессиональные диверсанты не обыскали каждый уголок своей оборонительной позиции и таким образом, казаки "Лютогона" оказались в ловушке, которая захлопнулась у них за спиной. Но храбрые запорожцы не растерялись и бросились в бой - отступать теперь было некуда.

[dice=96800-1:100:-25:Атака запорожцев]

Наёмники встретили казаков прицельным огнём - били на поражение и многие запорожцы погибли в первые минуты боя. Потеряв около трети своих людей, "Лютогон" сумел навязать британцам ближний бой и в ход пошли острые казачьи сабли. К такому повроту событий наёмники готовы не были - на дистанции клинка вся их современная электроника и огневая мощь оказались бесполезны. Вскоре, кровавые брызги упали на православные иконы - то была кровь врагов, посягнувших на святую православную веру. Не случайно запорожцы не стали бить по церкви из тяжёлой мортиры. Здесь было место их веры. И они не отдадут его врагу на поругание.

Шум боя пробудил отца Иннокентия, который мирно дремал в церковном коровнике. Попадью с тремя детишками он давече отослал в Киев, так что не стоит задаваться вопросом, каким образом святой человек оказался в столь неожиданном месте в обнимку с бутылкой самогона.
- Ох, черти, что творят в храме то... - протянул священник, зевнув. Поправив рясу, он поднялся на ноги, расправил бороду. Подобрав церковное кадило, он направился прямо на звуки боя. Подобрав с пола второе кадило (и помянув недобрым словом вредителей, разбросавших церковную утварь), он толкнул дверь храма и обнаружил себя под прицелом пяти британских штурмовых винтовок.
- Что это за х*рня, сэр?
- Это священник.
- А он с нами, или против нас?
- Какая разница, мочи его и сваливаем!
- Yes, sir!
В прочем, британцы не успели совершить свой героический прорыв к двери храма. Раскрутив кадила в руках, отец Иннокентий обрушил всю мощь православной веры на головы британских нехристей. На верху, там, где занял позицию снайпер, проснулся звонарь Гришка. Он зарылся в стог сена, не понятно что делавший на верху колокольни и, выбравшись из него, первым делом огрел наёмника бутылкой горилки по голове.
- Эх жалко горилки... - вздохнул Гришка, доставая из-под сена тяжёлый пулемёт - Эй, хлопцы! До бою!
С этими словами, он сбежал вниз, но пустить в ход страшное оружие ему не дали. Поп шустро схватил звонаря за шиворот и осуждающе ткнул пальцем в сторону практически разрушенного церковного интерьера.
- Ты что задумал, чертёнок, в храме из пулемёта стрелять?
- Как же, отче, - обиженно возразил парень, - тут и ленты то нету.
С этими словами, он перехватил оружие за ствол и, вырвавшись из не очень-то крепкой хватки отца Иннокентия, бросился в бой. Вскоре, храм снова был в руках запорожцев, о чём немедленно доложили атаману.

+5

19

Да, храм был возвращён и это было замечательно. И хорошие новости продолжались. Пришёл гонец от пластунов. Британские подлецы не успели скрыться и часть из них ещё можно захватить.
"Браття, це наш шанс. Надо брать вражину."
Отряд Грица вместе с подкреплением от Богдана уже должен был подойти к британцам, но вряд ли они смогут их окружить. Отправив гонца обратно с приказом брать врагов живьём, если будет возможно, атаман собрал ещё один отряд и отправил их поджидать британцев в наиболее вероятном месте отступления от наступавших бойцов казаков. А сам Вишневецкий поймал ещё одного пробегавшего мимо казака и послав его в штаб сообщать другим членам совета о случившемся и созывать их в Запорожье, отправился проверить, как обстоят дела в храме.

+1

20

А Грицько тем временем вел казаков за отступающим противником. Воины были полны решимости воздать наемникам за все то, что они тут устроили, посему двигались с максимально возможной скоростью.
- Оточити, швидше за все, не вийде. Стріляти на поразку будемо, - стоило только Короленко закончить, как в этот же момент прибыл гонец от атамана.
- Пане атаман велет брати ворога живцем!
Оно и верно, подумал Короленко. Мудр был атаман, даже в такой ситуации не утратил ясность ума.
- Живцем, значить, живцем. Значить, не вбиваємо до останнього, - наказал казакам Грицько. Войска двигались на врага.

0


Вы здесь » Code Geass » События игры » Turn III. Turning point » 08.10.17. ...остался ещё порох в пороховницах.