Прием

в игру

закрыт


Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » События игры » Turn II. Rising » 16.09.17. Mask and Mirror.


16.09.17. Mask and Mirror.

Сообщений 1 страница 20 из 44

1

1. Дата: 16.09.2017
2. Время старта: 19:00.
3. Время окончания: 22:00.
4. Погода: пасмурно, на небе сгущаются тучи. В отдалении слышны раскаты грома.
5. Персонажи: Конрад Штерн, Елизавета Романова.
6. Место действия: Париж, банкетный зал "Vicomte de Bragelonne".
7. Игровая ситуация: после относительно благоприятного исходя судебного слушания в Координационном Штабе ЕС, Конрад Штерн и его адъютант задерживаются во Франции, для встречи с людьми, готовыми поддержать заговор Штерна. Пока германские офицеры, разделяющие взгляды командира шестой дивизии съезжаются во Францию, Елизавета настаивает на том, чтобы Конрад уделил ей время для личного разговора. Вечером двенадцатого сентября, они встречаются в банкетном зале "Vicomte de Bragelonne", где проводит время аристократия ЕС в Париже. Для Романовой, своими делами подтвердившей верность своему командиру, это возможность убедить непреклонного Штерна в том, что её маска уже стала частью реальности... Но сможет ли Конрад принять её, как британскую разведчицу, или эта девушка навсегда останется для него Елизаветой Романовой, "engel'ем" шестой дивизии...
8. Текущая очередность: Елизавета Романова, Конрад Штерн.

Отредактировано Konrad Curse (2013-12-18 16:33:48)

+1

2

Ривер ещё никогда не ощущала себя настолько... беспомощной. Ей было не привыкать находиться в обществе знати, да и в столь роскошных местах, как этот банкетный зал. Она прекрасно знала, как вести себя в подобной обстановке, как приподносить себя.
Но она никогда, чёрт побери, ещё не оправдывалась перед кем-то. Никого не просила поговорить с ней с глазу на глаз - обычно, разговор или встречу назначали ей. И никогда так долго не прихорашивалась; слегка завитые волосы, на сей раз освобождённые от причёски, без лишних украшений затенённые и подчёркнутые глаза... но главным атрибутом было изящное платье цвета холодной стали, струившееся до самых щиколоток и открывавшее вид на изящную правую ножку британки аж до бедра. Оно было без лямок и вообще казалось, что держится на одних, простите, грудях (достаточно объёмных, к слову). Но, как Элизабет уже успела проверить, оно не сползёт, пока вниз не потянут. Так же присутствовали полупрозрачные длинные отдельные рукава под цвет платья. Это был скорее аксессуар, чем часть наряда, поскольку с платьем они никак не скреплялись. А ножки украшала пара серебристых туфель на низком каблуке.
"Н-да... и всё это стоило жалованья за несколько месяцев." - пронеслась несколько удручённая мысль в её голове. - "Впрочем, куда мне его ещё тратить?"
Штерн пока что не спешил. Впрочем, у него ещё было время и агент искренне надеялась на пунктуальность германского офицера. Да, он наврят ли ей доверял, пусть она и всеми силами доказывала свою преданность дивизии... но он же не станет отвергать её приглашение, тем более в такое место? Хотя отказался бы - не согласился бы заказать столик. Вопрос был только в том, зачем он выбрал столь людное и пышное место? Лишь ради того, чтобы потешить в себе аристократа? Или может... произвести впечатление.
Нет. Точно не последнее. Она видела в его глазах презрение, недоверие... видимо, он просто хотел нормально перекусить, а не армейским пайком. Уж в этом девушка его обвинять не смела...

+1

3

Он не заставил себя ждать. Конрад появился в дверях банкетного зала минута в минуту, когда стрелки часов показывали семь вечера. Конечно, его здесь знали. Всё-таки, Штерн происходил из достаточно известной в Германии аристократической семьи. Известной в узких кругах военной элиты и людей, так или иначе связанных с промышленностью, которая всеми силами работала на нужды германской армии. Просто так в этот зал не впускали. Только по приглашениям и столики исключительно на заказ. Штерн специально выбрал именно это место для встречи с Элизабет (теперь, он решил называть её исключительно так, чтобы подчеркнуть разорванную связь с прошлым). Во-первых, здесь было достаточно людно, чтобы британка выкинула какую-нибудь выходку, а во-вторых, уж точно никто не станет подслушивать их разговор специально - присутствие шпионов Британии, или же Боты он исключал. Слишком сложно было пробиться в подобные места, тем более в Европейском Союзе, где аристократия ещё более ревностно цеплялась за свою исключительность, чем в Британии. Просто, за Океаном, превосходство благородной крови над простолюдинами не ставилось под сомнение. Аристократия же ЕС, вышла из самых разных слоёв общества и своим потом и кровью добивалась этого положения. Когда-то давно... А сейчас, это были всё те же трусливые и жадные ублюдки, как и мелкие британские дворяне. Такие слова, как честь и патриотизм уже давно не звучали в подобных банкетных залах. Люди поднимали бокалы шампанского, которое стоило, как полный комплект снаряжения пехотинца и вели разговоры о непростых временах для Евросоюза.

На нём был парадный мундир Шестой Дивизии. Конрад прежде надевал его всего лишь однажды - после Арденнской Мясорубки, когда ему присвоили звание бригадного генерала. С тех пор, белые перчатки, парадная лента и другие аксессуары лежали в ящике с личными вещами Штерна, который он без особой необходимости не открывал. Кивнув нескольким аристократам, которые, узнав генерала, захотели поприветствовать его лично, он направился к столику за которым его ожидала агентесса. Про себя, Конрад отметил, что она сделала всё возможное, чтобы произвести на него впечатление. В прочем, обжигающе холодный взгляд серо-голубых глаз генерала сводил на нет старания Элизабет. Он заговорил с ней, только после нескольких минут изучения меню.
- Что-ж, начнём с мясной закуски и сыра, - произнёс он, когда официант с поклоном приблизился к столику, - и раз уже представился случай посетить Францию, пожалуй, две бутылки Домен де Шевалье...
Официант записал заказ и удалился. Штерн расслаблено закинул ногу на ногу и, сложив пальцы, позволил себе улыбнуться.
- Терпеть не могу эти вонючие сыры, - признался он, - но раз мы во Франции...
Генерал театрально вздохнул, словно у него не было выбора. Он нарочно начал разговор с темы достаточно отдалённой от британки в принципе, хотя, согласно этикету должен был сделать комплимент. В прочем, Конраду всегда было наплевать на аристократию и её планы. Он всегда пользовался доступными преимуществами, но это не обязывало его соответствовать обществу, в котором он появлялся от силы раз в несколько месяцев. И то, в основном по важному делу.

+1

4

Мундир девушка узнала в тот же миг, когда его увидела. Кто ещё мог его надеть в такое место? Военных в банкетных залах быо видно не так часто. Сначала, Элизабет хотела было приветливо улыбнуться, но взгляд генерала её несколько осадил и она ограничилась лишь слегка приподнятыми уголками губ и лёгким кивком.
Про себя она так же отметила тонкий, но достаточно явственный аромат, доносившийся от Штерна.
"Hugo Boss. Проклятье..." - пролетела в голове мысль. Она чувствовала этот запах уже не в первый раз и, более того, Конрад был не первым, от кого так пахло. Но именно этот запах не оставлял её равнодушной. Главное не показывать, насколько он был ей приятен...
Стараясь отвлечься как от ледяного взгляда и аромата, от которого шли мурашки по коже, Лиза так же поспешила спрятаться за меню. Молчание, повисшее за столиком, одновременно напрягало и как-то... облегчало мучения. Желудок как-то не особо желал еды и девушка предоставила своему спутнику позаботиться о заказе.
-Не все сыры тут одинаково воняют, герр генерал. Но соглашусь - от некоторых воротит.
Она пыталась как-то поддержать разговор, раз он начал со столь отдалённой темы, но в голову лезли какие-то совершенно банальные вещи. Говорить о погоде? О вине? Может... о недавно прошедшем?
-К слову... не совсем в тему, но Ваше выступление в суде меня впечатлило. Вы обладаете неплохим даром красноречия... не удивительно, что столько людей за вами пошли.
"На кой чёрт я сейчас говорю комплименты... ты же знаешь, что это не сработает. Хотя с чего-то начать надо. Не с сыров же."
Проклятье, неужели оправдываться действительно так тяжко..? Выдавливать из себя слова - искренние, смею заметить... так ужасно мучительно! Почему лгать сквозь зубы - это подобно дыханию, можно сказать ложь, даже не моргнув. А убеждать в своей невиновности, говорить о преданности - так тут хрен слово скажешь. Словно тебя душат...
Надо отдать должное обслуживающему персоналу - заказ принесли достаточно быстро. В вонючести сыров был один пюс: они воняли достаточно, чтобы заглушить запах парфюма Штерна.

+1

5

Лидерские качества генерала Штерна проявились на войне, когда ему приходилось вдохновлять своих людей сражаться вдали от дома, погибать за Евросоюз и заставить их поверить в то, что вся эта война ведётся на благо Германии. Это было не просто и дивизия не сразу приняла Штерна, как своего незаменимого командира. Но тяжёлые бои в дальневосточных субтропиках закалили солдат и офицеров Шестой. Там они научились доверять свои жизни Конраду, от планов и решений которого нередко зависел исход боевых действий германских союзников. И теперь... Когда верность дивизии была доказана кровью, Штерн не сомневался в этих людях. Во всех, кроме девушки, сидящей напротив него.
- Ганнибал Бота, - спокойно ответил Конрад, - достойный человек и сильный противник. Он превосходит меня. В опыте, лидерских качествах и на поле боя. Жаль, что нам суждено быть врагами и нет надежды на примирение. Слишком далеко я зашёл и теперь поздно оглядываться назад. Но что-то подсказывает мне, что Ганнибал ещё сыграет свою роль в грядущих событиях. Кто знает...
Когда разлили вино, генерал отсалютовал Элизабет. Казалось, что между ними нет ледяной пропасти преданного доверия.
- Выпьем за достойных врагов. Без них... Мы бы не стремились к совершенству и потеряли бы самих себя. За генерала Боту. Ах, если бы ты знала, как я желаю переиграть его. Это будет... Интересная партия. И первый ход всё-же остался за ним.
Пригубив кроваво красное вино, Конрад ощутил на губах лёгкий вкус триумфа. Конечно, Бота не был разбит и, быть может, пройдёт ещё много времени прежде чем несгибаемый африканерский генерал падёт на колени.
- Но вернёмся к реальности, - генерал стал серьёзен, - я не хотел делать Ганнибала Боту своим врагом. Врагом Германии. Мы оба стали заложниками обстоятельств, я понимал, что пока жив генерал Бота, объединённая армия ЕС не сложит оружие. Теперь я вижу, что даже потеряв Ганнибала, они продолжат эту бессмысленную бойню. Но знаешь... Я ни о чём не жалею. В том числе и о том, что узнал тебя, Элизабет Ривер.

+1

6

Разведчица с тенью улыбки отсалютовала бокалом в ответ, затем пригубив немного вина. Нет, она не боялась опъянеть - всё-таки, способность выдержать большое количество алкоголя у неё была достаточно натренирована ещё во время обучения, что уж говорить о тайных поглощениях медицинского спирта в университете. Просто не хотела торопиться со столь чудесным напитком.
Но вот чёртов разговор так и подначивал. Особенно тогда, когда генерал сказал, что ни о чём не жалеет. Глядя на алую жидкость, Ривер задумчиво протянула:
-Видимо, таков печальный ход жизни. Те достойные, кто являются нашими врагами, часто желанные союзники...
Отведя взгляд от фужера, Лиза впервые взглянула на германца с неуверенностью в глазах. Несколько мгновений, она попросту не знала, как всё лучше начать. Её не учили говорить правду, её учили лгать, играть роль, играть с жизнями и душами других!!!
-Конрад. Послушай... - наконец, тихо выдавила она, не отводя взгляда, в котором теперь читалось одно: она выскажется и, чёрт побери, ничто её не остановит. Она должна высказаться, иначе то, о чём она хочет сказать, попросту сожрёт её изнутри. -Я знаю, что ты мне не доверяешь. Презираешь, более того и у тебя есть на это право... наверное. Но есть вещи, которые я должна сказать.
Чувствуя, как горло резко пересохло, а выдержка начинает лететь к чертям, девушка вновь сделала глоток вина. И было видно, как её руки дрожали. Руки убийцы и великолепного хирурга дрожали, как осиновый лист...
-Это задание... оно - самое продолжительное из всех. Три года, три треклятых года... один год на внедрение к русским и два года с твоей дивизией. Другие миссии не длились больше полугода, от силы - пара месяцев и перебрасывали в другое место. Но этой пары лет хватило, чтобы я усомнилась в своём профессионализме... - выдохнув, Ривер покачала головой, -Из меня с малых лет вытравливали всё, что только можно. И постоянно твердили, что у меня не должно быть привязанностей. Но чёрт побери... ты, твои люди, твоя дивизия... я не могла не заботиться о них. Всё это время, я не могла не думать о том, что меня больше беспокоит не моё задание, а то, насколько мне... хорошо здесь. Здесь, не дома. Я чувствовала себя не расходным материалом, а... частью чего-то большого. Да, это суровые германские танкисты, но они... ты, другие офицеры...
Вино уже не казалось столь успокаивающим. Девушка просто не знала куда себя девать, а чёртов этикет и требование не привлекать к себе особого внимания не позволяли уронить голову в ладони, дабы скрыться хотя бы частично от остального мира. Её дыхание дрожало, когда она облокотилась на стол и прикрыла лоб ладонью.
"I'm such a failure..."
-Всё это дороже мне, чем исполнение приказа. В Арденах... одного моего сообщения было бы достаточно, чтобы Шестая Бронетанковая перестала существовать. И это был бы выход. Это от меня требовалось... но я не могла этого сделать. Не хотела. Когда твои солдаты поступали с ранами... когда не хватало крови для переливаний, я делала всё, чтобы их вытащить с того света, даже жертвовала своим здоровьем, хотя оставить их умирать и сказать, что я не смогла их спасти, было бы выгоднее для Британии. И сейчас... - Лиза с трудом сумела поднять глаза на генерала, глядя на него из-под тени своей ладони. -Когда я вывела тебя на связь с Шнайзелем, я сделала это потому, что это помогло бы тебе... и это меня пугает...
"Всё... выговорилась..."
На душе сразу стало как-то немного легче. Впрочем, других мыслей тоже хватало.
"Только зачем ты всё это говорила, он ведь всё равно не поверит. Да, он сказал, что ты доказала свою преданность, но он всё равно тебе не доверяет. Он наверняка сочтёт всё это очередной игрой..."
И впервые в жизни Ривер было боязно, что этому внезапному приступу искренности не поверят. Всегда было плевать, она всегда лгала, как дышала, была мастером игры... а сейчас чувствовала себя девочкой-школьницей, признающейся в любви.

+1

7

"Не припомню, чтобы позволял тебе называть меня иначе как "герр генерал", - Штерн промолчал, но взгляд его холодных серо-голубых глаз снова обжёг британку, - но тебе действительно нужно многое мне сказать. Что-ж... Я выслушаю. В конце концов, дивизию ты не предавала. Только меня. Моё доверие."
Конрад не мог винить агентессу - она просто выполнила приказ и сделала это достойно. В этой женщине, на самом деле, оказалось больше стали, чем во многих солдатах и офицерах шестой дивизии. И всё-таки... Конрада не покидали подозрения, с тех самых пор, как его адъютант застрелила двоих профессиональных британских диверсантов. Он чувствовал, что эта девушка владеет огнестрельным оружием намного лучше, чем положено. Но тогда, эти два выстрела спасли ему жизнь.
"Это тоже было частью плана, Элизабет? Хладнокровно убить своих товарищей - бойцов британской разведки? Или этой ночью для тебя что-то изменилось... Да, я выслушаю тебя, британка."
Слова, которые произнесла девушка, в действительности подтверждали подозрения Конрада - она привязалась к нему. Привязалась к дивизии. Это многое объясняло, например то, что осведомлённость противника о действиях шестой бронетанковой в Арденнах могла быть фатально выше и тогда... Вместо "Дивизии Призрак" Германия получила бы "Дивизию Мертвецов". Да, Штерну не нужно было объяснять это дважды. Он знал цену одного профессионального разведчика в штабе противника и понимал - Ривер не лжёт. Она просто говорит ему факты, как это делал и Ганнибал Бота на судебном процессе в Координационном Штабе.
"Фарс... Нет, сейчас она говорит искренне. Что-ж, тогда Имперская Разведка лишилась одного из своих лучших агентов. Если то, что говорит Элизабет окажется правдой, для неё нет дороги назад."
- Твой вклад, - он ответил не сразу, для начала разлил вино по бокалам, - в будущее дивизии и германской армии в целом неоценим. Ты спасла многие жизни, приняв решение выйти на связь с его высочеством, пусть и не была уверена в том, что я готов пойти на сделку. И тем не менее... Ты была моим адъютантом два года и я доверял тебе, ты имела доступ к секретным документам и, наплевать на бумаги, к моим мыслям. Да, я верю, что ты привязалась ко мне и к дивизии. Но это не меняет того, что ты была и остаёшься британской разведчицей. Скажу честно, я не держу на тебя зла и не считаю это предательством. Ты выполняла свой долг, как должен каждый солдат...
Штерн не волновался, что их кто-то может услышать. Во-первых, живая музыка играла так громко, что не было слышно о чём говорят люди за соседним столиком. Во-вторых, они выбрали для разговора такое место, что даже случайное приближение постороннего человека заметил бы или Конрад, или Элизабет - со всеми вытекающими. Ну а плдслушивающие устройства... Если бы они были установлены в подобных местах, то гразные секреты аристократии очень быстро всплывали бы на поверхность. К тому же, его собеседница была профессиональной разведчицей. Поэтому, о шпионских играх генерал-майор не задумывался. К тому же, он видел очевидную пользу от Ривер. Осталось решить, насколько сильно её маскарад задел его гордость и сможет ли Штерн относиться к Элизабет так, как она этого заслуживает. В конце концов, только благодаря вмешательству Шнайзеля у Конрада появилась уверенность в том, что "Валькирия" имеет шансы на успех. В противном случае, ему пришлось бы вести переговоры с британцами на свой страх и риск. А это могло закончиться катастрофой - гражданской войной в Германии, интервенцией и кто знает чем ещё. Может быть, Ривер сама этого не знала, но она действительно спасла не одну тысячу жизней - британцев и немцев. За это её нужно было наградить, а не разжаловать в рядовые... Но Конрад не сомневался в том, что принятое им решение было правильным. В конце концов, Элизабет вернула свои офицерские нашивки.

+1

8

Их и не могли подслушать: разведчица заранее по-максимуму проверила присутствие жучков и даже сейчас, в момент глубочайшего морального упада, она машинально краем глаза следила за залом. То сквозь волосы, то сквозь щёлку между пальцами, прикрывавшими её лицо. Ривер боялась не прослушки, нет.
Боялась, что её командир не станет её слушать. В его глазах по-прежнему был тот же холод... почему, почему от этого внутри было так гадко? На ум невольно приходили те моменты, когда он слегка ей улыбался, искренне благодарил за что-то. Доверие... этого доверия сейчас так чертовски не хватало. И Элизабет понимала: вернуть это доверие наврят ли представлялось возможным... скорее уж добиться его вновь, уже как агент британской разведки, а не...
... не адьютант.
"Тебя же учили держаться, не привязываться... может, поэтому агентов внедрения надолго и не оставляют на миссиях: чтобы не дай Бог не случилось что-то подобное. Почему вся моя психологическая тренировка полетела коту под хвост?!"
Бокал был вновь наполнен - и вовремя. Эта удушающая жажда, пришедшая после откровения, всё никак не хотела утоляться. Словно хроническая болезнь, она утихла на пару мгновений и вернулась с новой силой. Про себя, Лиза нерадостно отметила, что её руки продолжали дрожать, не смотря на прорыв.
"Какой позор... а что если придётся кого-то пристрелить или оперировать?"
Несколько обречённо надеясь на успокоение сладкого яда, медик сделала один довольно большой глоток - больше, чем этого позволял этикет, - из-за чего одна капля выскользнула из уголка её рта. Скатившись вниз по подбородку, она мягко скользнула по шее и несколько затормозила при переходе на грудь. Прохлада вина на её коже заставила девушку вздрогнуть от неожиданности.
-S-scheiße... - выдохнув проклятие, разведчица достаточно расторопно стёрла каплю, слегка при этом раскрасневшись. -Хорошо на платье не попало... четыре треклятых месячных жалования.
Следующий глоток вина был уже более аккуратным - это маленькое приключение всё-таки заставило Лизу немного взять себя в руки, чтобы не дрожать. Однако удары сердца продолжали, подобно ритуальным там-тамам, отзываться в висках, в пятках и всех возможных неудобных местах. Слишком непривычна была правда...
Выдохнув, агент всё же вновь решила продолжить разговор:
-Я уже достаточно знаю те... - осёкшись, она вспомнила тот ледяной взгляд, которым Штерн одарил её, когда она назвала его по-имени. Не самое приятное ощущение, учитывая то, что он обращался к ней на "ты". -...В-вас, генерал, чтобы понять, когда Вы лжёте. Да и я просто знаю, когда кто-то лжёт... работа у меня такая.
Последовал очередной глоток вина и уже у самой Ривер создавалось впечатление, что её психика и организм впервые в жизни хотели напиться до предобморочного состояния. В таком случае, пить придётся долго и много: вино не окажет на неё столь быстрого действия, слишком высокая выносливость.
-Вы ведь чувствуете, что я предала Вас и Ваше доверие. Я вижу это по Вашим глазам...
Агент старалась говорить как можно спокойней и ровнее, но некоторая дрожь в её голосе всё ещё сохранялась, дыхание было не столь стабильным, как хотелось, что прямо выдавало её нервозность... хотя предыдущая оплошность с вином уже с головой выдала шалившие нервы.
-Вы говорите, что я была и остаюсь британской крысой. В чём-то Вы правы. Вот только я не знаю, кто я... - оторвав взгляд от кромки бокала, на котором остался призрачный след её губ, Лиза всё тем же загнанным и растерянным взглядом посмотрела Конраду в глаза. -Когда я только пришла в Шестую Бронетанковую, я знаю, что я была Элизабет Ривер. Я играла свою роль, идеально внедрясь и завоевав доверие. Я смеялась, говоря себе, насколько легко сумела это провернуть...
Ривер слегка наклонилась вперёд, отставив бокал. Дальше она говорила едва слышно, учитывая музыку и многочисленные разговоры, которые разрывали воздух в зале:
-Но чем дольше я играла свою роль, тем больше понимала, что она дороже моей реальности. Лизе... Елизавете Романовой... ей доверяют, её называют "ангелом", чёрт знает сколько солдат обязаны ей жизнью. Элизабет Ривер же не имеет того доверия, но она его испытывала... она его ощущала, нося маску Романовой. Ваша дивизия для Элизабет - семья, герр генерал. Семья, в которой она кому-то нужна... но только как Елизавета Романова. И чёрт побери... - покачав головой, агент крепко зажмурилась, руки сжались в кулаки. -... мне не нужны никакие награды и благодарности. Я просто хочу быть той, кому верят... быть снова настоящей частью этой огромной, пусть и несколько странной, но... семьи. Быть с Вами и Шестой Бронетанковой...
"Но ведь это невозможно, не так ли? Ты заигралась, Элизабет... стала жить своей очередной ролью, размечталась, как маленькая девчонка."
-Я - агент, у которого идеальная статистика... возможно, лучшая из лучших... и в то же время, я хочу быть той, за кого себя выдавала эти пару лет...

Отредактировано Елизавета Романова (2013-11-29 20:31:47)

+1

9

Неаккуратность - непозволительная роскошь для британской разведчицы. Конрад Штерн знал это. Когда кроваво красная капля упала на грудь Элизабет, он невольно проследил за ней и позволил себе задержать взгляд. Дольше, чем позволял этикет. Это немного смутило немца, всё-таки, он не позволял себе даже мыслей…
"Ты прекрасна. Как слонечный блик на бритвенно острой стали клинка. Как милосердная ласка смерти, неотвратимый удар мизерикордия. В самое сердце, британская ты с*ка..."
- Прошлого не вернуть, - спокойно ответил германский офицер, - в настоящем слишком много печали и разочарований. Но это не значит, что тебе не представится шанс в будущем стать частью этой семьи. Теперь, когда каждый из моих солдат и офицеров подписал "Валькирию" кровью, они стали братьями и сёстрами по оружию и, я уверен, пройдут со мной до конца, до ступеней парламента, если это потребуется.
Конрад замолчал и пригубил рубиновый напиток - он был прекрасен на вкус, но как однажды заметил капитан Воллен, французская аристократия умудрялась спиваться игристыми винами. Штерн никогда не позволял себе пить до потери контроля над собственными мыслями. Жить с изменённым сознанием он не собирался, слишком сложные планы рождались и умирали в его голове. Слишком много жизней зависело от решений, которые он примет.
- Да, ты права, - после долгого молчания произнёс он, - это действительно похоже на... Предательство. Не дивизии и даже не Германии, но моего доверия. Но я понимаю, Элизабет, - он вздохнул и опустил ладонь на её руку, смотря как дрожит кроваво красная жидкость в его бокале, - что у тебя не было выбора. Если бы я узнал, что ты британская разведчица два года назад, тебя бы расстреляли на месте. И тогда... Кто знает, быть может, крылья валькирии окрасились бы кровью многих германских солдат и офицеров. Благодаря тебе этого удалось избежать. И я пригласил тебя сюда не для того, чтобы говорить о прошлом.
Конрад замолчал. Конечно, он мог бы ещё многое сказать этой женщине, но разве слова смогут залечить гниющую рану на сердце Элизабет... Разве они заставят её поверить в то, что Конрад уже давно простил её, хоть и чувствовал себя преданным... Да, в нём ещё не до конца утихло уязылённое самолюбие - британка переиграла его и европейскую контрразведку. Но как мужчина он уже давно простил её вынужденное предательство. Теперь осталось лишь подвести черту.
"Мы могли погибнуть вместе, ты ведь помнишь... Тогда, зимой под Иркутском. Ты ведь могла прикончить меня, сделать то, что должна была британская разведчица. Но ты выбрала смерть. Смерть вместе со своим командиром. Разве мне нужно другое доказательство верности, хоть их и без этого было достаточно... Нет. Только не от тебя."
- Gratitude, Elizabeth Reaver, - он обратился к ней по-английски, ведь разведчица так давно не слышала родной язык. Только слова принца Шнайзеля, но они были обращены к германским офицерам, не к ней.
- For all you've done for the Ghost Division. For me. For Germany.

+1

10

Всё так же прикрыв глаза, разведчица внимательно слушала каждое слово, прислушивалась к тембру голоса генерала... и чувствовала тонкий аромат парфюма даже сквозь умопомрачительную вонь сыров, над которыми она сейчас буквально нависла. Её уже тошнило от этой французской дряни, но она не смела шелохнуться. Подобно ослепшему хищнику, она старалась прислушиваться к другим своим ощущениям... пыталась успокоиться внутри.
Неужели Штерн был действительно ей благодарен? И действительно говорил всё это сейчас? От части, это, опять же, успокаивало - хоть части своих желаний она смогла добиться. Добиться признания и благодарности за всё то, что она делала ради дивизии "Призрак", как по воле Британии... так и по собственной. Но следующий его шаг заставил Элизабет резко выйти из этого полу-транса.
Ибо он дотронулся до её руки.
Это прикосновение словно удар тока пробежало по всему телу и она несколько шокированно взглянула на своего собеседника. Даже сквозь перчатку, Лиза ощущала, насколько тёплой была его ладонь. Тёплое и спокойное прикосновение мужской руки... такое умиротворяющее... Как тогда, когда они пытались отогреться той лютой зимой. Когда силы покинули её, а треклятый холод сковал всё тело, позволяя своей спутнице - смерти, - почти что схватить их за шкирку и утащить к себе, в забвение.
"Воистину... Curse you." - со слабой улыбкой подумала агент, опустив взгляд. Штерн умел найти подход к людям, ничего не скажешь. Может, из-за его качеств, как лидера, она к нему и привязалась. К нему и всей вражеской дивизии. Когда же с его уст сорвалась благодарность, да ещё и на её языке, девушка хотела было его заткнуть, в очередной раз сказав, что благодарностей не нужно, но... язык не повернулся.
Да, ей нужно было доверие и понимание, что были раньше, а не "спасибо". Но, как метко заметил Штерн, прошлого было не вернуть. В дивизии уже знали о том, кем она была... и что благодаря ей, крови, возможно, прольётся меньше. И по-сути, она именно этим и занималась раньше - спасала других.
-Don't mention it, general. - всё так же тихо, но уже более спокойно ответила Ривер чуть погодя. Она всё раздумывала, сделать ли ещё глоток вина, дабы вновь утолить жажду, но... для этого нужно было вынуть свою руку из-под ладони генерала. Не хотелось этого делать от слова совсем. -Я... обещаю, что не подведу Вас. Может, Engel Шестой Бронетанковой оказалась не столь белокрылой, как казалось... но я надеюсь, что рано или поздно, к этому привыкнут. И пусть мне не нужна благодарность, Ваша... для меня многое значит. Вы ведь... не лгали сейчас, я надеюсь? Я была несколько в рассеянном состоянии и... не совсем смогла понять.
На сей раз, её улыбка стала уже чуть шире, но полной смущения. Её взгляд уже был менее растерянным, но она всё ещё смотрела несколько загнанно, словно извиняясь, словно чувствуя, как вина продолжает висеть чугунной наковальней на её шее.
"Неужели он действительно говорил сейчас... правду? Неужели у меня есть ещё один шанс?.."

+1

11

"Don't mention it, Reaver? But it's worth remembering..."
- Я не лгал тебе, Элизабет. Хотя бы потому, что есть тонкая грань между честью германского офицера и мужчины, которую я не позволяю себе переступать. А теперь, ешь, на тебе лица нет. Или мне нужно приказать тебе?
Немец усмехнулся и принялся за мясную закуску, которая успела уже подостыть. К вонючему сыру он пока не притрагивался, но что-то подсказывало генералу - придётся. Хотя бы потому, что иного случая побывать во Франции и отведать традиционного французского сыра ему может не представиться в этой жизни.
- У меня есть для тебя просьба, личного характера, - наконец произнёс он, - я бы хотел сделать заказ, анонимно, разумеется. На портрет. Выбор художника и фотографии человека я оставлю за тобой. Я хочу, чтобы к первым дням октября, он висел в моём берлинском кабинете.
С этими словами, Конрад достал из кармана бережно сложеный конверт и, положив его на стол, кончиками пальцев пододвинул его к британке. В нём была необходимая для заказа сумма денег и записка с именем человека, чей портрет собирался повесить в своём кабинете генерал-майор. Скорее всего, многие офицеры в его дивизии захотят использовать его для метания ножей... В особенности, один черезмерно исполнительный обер-лейтенант.
- Рассчитываю на тебя, - когда конверт оказался в руках Элизабет, офицер облегчённо вздохнул, - так же, я хотел бы видеть досье на членов германского штаба прежде чем встречусь с этими людьми. Уверен, твои связи в британской разведке предоставят информацию. Теперь, когда мы зашли так далеко...
Он замолчал, вернувшись к закуске. Интересно, что об этом думает сама Ривер. Готова ли предоставить свои таланты и связи в помощь Штерну и шестой дивизии, или она напротив, хочет отрицать свою связь с Британией... С одной стороны, это не давало Конраду покоя. С другой, он оставил выбор за Элизабет. Адъютантские нашивки он ей вернул, хоть и не исключал участие британки в боевых операциях. Обер-лейтенант Рихтер отзывался о ней как о бесстрашной и исполнительной женщине, ставя её в один ряд с лучшими штурмовиками дивизии. Доклад фельдфебеля Вольфа так же не оставлял сомнений в том, что из Ривер получился бы отличный боец. Но она была нужна Конраду в штабе. Она была нужна ему... Рядом с собой.

+1

12

Слушая то, как генерал убеждал её уже в своей искренности, Элизабет улыбнулась уже чуь шире. Тяжесть на душе наконец-то начала отпускать и то удушение, которое она ощущала весь вечер, постепенно рассеялось. Хотя бы один значимый для неё человек принял её такой. Он дал ей шанс... и его упускать агент не собиралась.
Когда же Конрад предложил ей перекусить, Ривер несколько неуверенно осмотрела приннесённые закуски критичным взглядом. Кусок в горло явно отказывался лезть, а думать о более серьёзной пище вообще не хотелось. Нервы, нервы... Но пить вино на пустой желудок - а девушка не ела уже с самого утра, - тоже было не самым полезным делом.
"Придётся есть через силу, язвы мне только не хватало."
И с молчаливой улыбкой шутливо отдав честь Штерну, она употребила для начала несколько кусочков мяса, а затем всё-таки опробовала сыр.
Запах аммиака от Бри де Мо попросту сшибал с ног, а Камамбер так вообще как аварийный выхлоп из трубы химического завода. Рискнуть употребить весь сыр Ривер не решилась: врач внутри неё попросту запротестовал при виде этой белоснежной плесени. На вкус, то что было под коркой - великолепно... но треклятый запах заставлял даже бывалую разведчицу задержать дыхание, словно проводилась газовая атака. Добавить к этому то, что почти все сыры были настолько текучи, что их можно было есть разве что ложкой...
"Господи, как это вообще можно есть?!"
Наслышавшись о изысканном вкусе французских сыров, Элизабет давно хотела их отведать, да всё случай не представлялся. Но сейчас, она глубоко жалела об этом, хотя изо всех сил старалась не показывать своего, мягко говоря, отвращения - тем более, что намечалось дело. Поспешив заесть молочный продукт ещё парой кусков мяса, агент всё же выпила вина, почти незаметно втянув в себя побольше запаха напитка, дабы перебить вонь сыра. После этого, девушка аккуратно взяла конверт и, тихонько откашлявшись, спрятала его в чулок у внутренней стороны левой ноги. Поручения, по-сути, были вполне простыми и для Лизы не составило бы труда их выполнить.
-Будет сделано, герр генерал. - она улыбнулась одними лишь губами, ибо была более, чем уверена, что треклятый сыр наверняка где-то прилип ей на зубы. В таком случае, рот лишний раз лучше не открывать. -Бумаги будут у Вас на руках... самое позднее - завтра днём, самое раннее - завтра с утра. О портрете я договорюсь.
После этого, она ещё некоторое время молчала, сложив пальцы домиком и прижав их ко рту. Это было не столько из-за задумчивости... сколько для прикрытия аккуратной проверки и чистки зубов языком - ведь ещё не раз придётся сегодня говорить. Убедившись, что "фронт чист", Ривер приняла более удобное положение и в очередной раз пригубила вино.
-Надо сказать... французы знают толк в извращениях. - протянула агент с несколько задумчивой усмешкой. -Особенно по части сыров - вкус прелесен... но вонь убивает всё удовольствие. Не сочтите за попытку подлизаться, но пара баварских колбасок мне пришлась бы больше по душе.
"Интересно, сами французы это нюхают или у них пожизненный и врождённый синусит? Судя по тому, как они говорят..."
-Мой Вам совет... - девушка чуть понизила голос. -Не дышите. Корку вообще не трогайте, это чистая плесень... если только не хотите оказаться очередным моим пациентом.

+1

13

"Знал, что могу на тебя положиться, Engel. Всё-таки, ты никогда не подводила..."
Штерн чувствовал себя неуютно, но не из за общества Элизабет. Сейчас он наслаждался бокалом красного вина с отличной мясной закуской и вонючим французским сыром, а его дивизия жарилась под палящим солнцем Ближнего Востока. Но сейчас, Конрад начинал плести интриги и готовить заговор, от которого будет зависеть не только судьба его солдат и офицеров, но и будущее Германии. Поэтому, генерал-майор Штерн решил начать с самого главного. Если британка действительно хотела вернуть доверие своего командира, он не станет отталкивать её. Ривер не раз выручала его и дивизию да и сейчас она могла быть по-настоящему незаменима. Британская разведчица могла раздобыть информацию из своего департамента, а знание можно было обратить в оружие против тех, кто тешит себя блаженным неведением. К тому же, Элизабет вернули звание и место в штабе. Она по-прежнему была в курсе планов Штерна, но теперь он сомневался в том, что она докладывает Шнайзелю о каждом слове и действии Конрада.
"Если ты уже выбрала сторону, я рад что ты осталась с шестой дивизией."
- Ты ведь понимаешь, - после продолжительного молчания, вызванного  в первую очередь поглощением мясной закуски, - что оставшись со мной, ты перестанешь быть британской разведчицей. Ты станешь полноправным офицером дивизии. Ты заслужила уважение Рихтера и его штурмовиков, вернула моё доверие. Но дорога назад для тебя будет заказана, если в департаменте тайной разведки узнают о том, что ты стала одной из нас... Окончательно.

+1

14

По правде говоря, подобные мысли посещали не только Конрада. Впрочем, бесстрашия и изобретательности Элизабет было не занимать. С лёгкой улыбкой, она игриво подмигнула генералу, пытаясь его успокоить своим дружелюбием и уверенностью. Уж что-что, а обманывать других она умела превосходно...
-Герр генерал... я не была бы одной из лучших, не умей я правильно носить маски. - немного приглушённо произнесла агент, откинувшись на спинку резного стула и закинув одну ногу на другую. -Вы наверняка понимаете, что разведка своих агентов отпускает только ногами вперёд. А значит, если они узнают, на меня начнётся охота. Я знаю слишком много... а Вы можете попасть под раздачу.
Она продолжала улыбаться, но её взгляд был совершенно серьёзен. Ривер не могла позволить подобного. Нет, нет, только не её "семья", которую она едва обрела и с таким трудом. Если уж к чему-то агент и приложит все усилия, так это к тому, чтобы защитить их от своего же начальства.
-Когда всё закончится, меня наверняка вызовут для отчёта. И в таком случае, я могу сказать, что, учитывая прошедшие годы, Вы доверяете мне... но за Вами нужно преглядывать. Пускай считают меня Вашим кукловодом - разведка не упустит такого шанса... Шнайзель не упустит такого шанса. - взяв полупустой бокал со стола, Лиза сделала небольшой глоток и, посмаковав вкус после отвтратительных французских сыров, продолжила: -Для меня эти игры не в новинку... впрочем, Вы это уже сами давно поняли. Я рискну... и сыграю в игру с самим Департаментом Разведки.
Но не смотря на всё её заслуженное и обоснованное хвастовство, в глазах призраком мелькало беспокойство. Ривер опасалась конкретных мыслей, которые могли возникнуть в голове генерала.
-Не подумайте, что я предаю свою Родину. Я не предатель... но и предавать тех, кто стал мне дорог за это время, кто... - разведчица опустила взгляд, -... стал мне семьёй за эти годы я не хочу. Поэтому, хотя бы часть тех докладов, что я буду остылать, будет правдивыми. Я говорю об этом заранее, чтобы это не стало неожиданностью. И если Вы посчитаете, что это слишком... просто пристрелите меня. Только не приставив к стенке, а тихо. Слава мне не нужна, она слишком ярко блещет в тенях. А тени... в них я и живу, чтобы слава доставалась другим.

+1

15

- Опасная игра, - заметил немец, - но если ты переиграла контрразведку ЕС, даже не надейся, что с департаментом всё будет так же просто. И если говорить о предательстве... Ганнибал Бота не заслуживал ножа в спину. Честный офицер, достойный мужчина. Если бы он был германским офицером, я бы стоял подле него. Почему же никто не назвал меня грязным предателем, или они шепчутся за спиной а имя Конрада Штерна станет символом вероломства...
Конрад горько усмехнулся на свои собственные слова. Он понимал, что в глазах многих союзников он теперь такой же трус и предатель, каким должен был выглядеть Бота, бросивший свои позиции. Если генерал-майор Штерн переступил через долг союзника по отношению к ЮАР, может ли он рассчитывать на доверие со стороны других - не считая тех, чья верность альянсу была подтверждена кровью и потом на полях сражений. Он понимал, что чувствует Элизабет, ведь Конрад предал доверие такого же патриота, как и он сам. Разница только в том, что на месте Ганнибала Боты он бы не отступил и принял бы безнадёжный бой. До последнего патрона, до последнего живого солдата.
"Я допустил ошибку, сделав ставку на его честь... Теперь, мне придётся переиграть генерала Боту в партии, правила которой будут меняться практически каждый ход. Где... Где же я оступился? Почему Ганнибал Бота всё ещё жив а я кусаю локти в бессильной злобе. Я должен уважать своего врага. Только тогда я смогу понять его..."
- Такие же слова я говорил майору Курцман на ближневосточных линиях фронта, - заметил он, печально улыбнувшись, - и я знаю, она застрелит меня, как собаку, если я оступлюсь. Сойду с верного пути. Да, я окажу тебе честь и поступлю, как должно германскому офицеру. Можешь быть в этом уверена.

+1

16

Согласие генерала вновь вернуло более искреннюю улыбку на её лицо, но призрак тревоги всё равно оставался в её душе. Хотя бы можно было жить спокойно с осознанием того, что её остановят, если она сделает неверный шаг. Остановят навсегда и ошибок больше не будет. Ведь замарать идеальную репутацию будет позором, не так ли? Слегка усмехаясь своим мыслям, Ривер не могла не подумать... а что будет, если она действительно переиграет разведку? Её назначат резидентом? Сделают дворянкой и заставят вступить в политический брак, символизирующий союз двух величественных держав?
"Ты в любом случае будешь разменной монетой, как и каждый агент. Если ты умрёшь, на твоё место придёт другой."
В конечном итоге, всему придёт конец. Разница лишь в том, когда он наступит. А до этого нужно было сделать всё возможное...
Глядя на Конрада поверх кромки бокала, она продолжала размышлять о ролях, которые им предстояло сыграть. Вот уж кто, а Штерн не смог бы стать полноценной куклой. Слишком умён, с*кин сын, чертовски харизматичен и хитёр. 30 лет, а уже столь высокого поста добился. А какие амбиции... Он ведь тоже играл с огнём, раскрывая крылья своей "Валькирии". Да, не без её помощи... но рисковал он гораздо большим.
-Какова жизнь... такова и игра. - наконец произнесла Элизабет. Она хотела было сделать очередной глоток, но... вино лишь больше затуманило бы её разум, а учитывая вполне благоприятный исход их беседы о преданности, необходимость напиться исчезала. Сейчас, они просто проводили время... если только у генерала не было ещё каких-то планов на британку. -Есть чудесная песня, которая в точности всё описывает, как есть. Может, Вы её слышали? Secret Agent Man?
Продолжая улыбаться, Ривер чуть осмотрелась по сторонам. Всё, что она говорила на родном языке, она говорила как можно тише. Лишь Штерн мог её услышать сейчас за громом музыки.
-Я бы её спела полностью, но голос у меня не певческий. В любом случае, там есть одна-единственная фраза, описывающая каждый мой... да что там мой, к Вам это тоже относится... Odds are you won't live to see tomorrow. И знаете... я уже привыкла к этому. Игра будет опасной... и чертовски интересной. Но давайте не будем о мрачном? - предложив это, девушка отправила в рот одну из виноградин, которые подали вместе с сыром. -Мы живы сейчас и есть шанс, что мы увидим рассвет. К слову... если мы будем сотрудничать, можете спросить меня о моём прошлом. Если только ответ на этот вопрос не будет из серии "совершенно секретно", я могу Вам рассказать. Всё-таки... я знаю о Вас всё, а Вы обо мне - почти ничего, и...
Тут агент несколько смутилась и отвела взгляд. Может... может, он согласится?
-И... пожалуйста, зовите меня Лиза... хотя бы с глазу на глаз. Если можно...

+1

17

- Чтобы увидеть "завтра", мы должны помнить о прошлом и жить сегодняшним днём. Иначе, "завтра" никогда не наступит. Но, действительно, эта игра обещает быть чертовски интересной... Но я готов поставить на кон свою жизнь и честь офицера, но не жизни своих солдат. Это было бы настоящим предательством и на такое я не пойду. В случае, если мой план потерпит крах, сделай всё возможное, чтобы солдат и офицеров шестой дивизии не коснулась тень Предателя Штерна.
Это было непросто - начать партию против Ганнибала Боты и всего Евросоюза. Партию, в которую вступил ещё один игрок со своими амбициями и желаниями - его высочество Шнайзель и его Британская Империя. С этим тоже придётся считаться. Конрад уже обещал принцу завоевать для него Европу, но для него это означало объединение ЕС под крыльями германского орла и только так по мнению Штерна ЕС мог оставаться сильным, оставаться единым и избежать уничтожения. Ведь если германские флаги бросят в грязь к ногам британского принца, ступившего на эту землю, завоевателем, всё ради чего сражались и умирали бойцы шестой дивизии будет напрасным. Но даже известного своим коварством врага можно обратить в союзника и доиграть эту партию достойно. А в конце концов... Победа или смерть, а на том свете, каким бы он ни был, Конраду будет уже всё равно, что произойдёт дальше. Но умирая... Он хотел бы увидеть Священную Германию - великую страну, ставшей оплотом того, что осталось от Европейского Союза.
- Лиза... - офицер улыбнулся, - для меня это будет проще, чем каждый раз выговаривать "Elizaveta" так что, с радостью, фройляйн. А теперь, выпьем за наше соглашение. За тебя, Лиза, - он отсалютовал ей бокалом вина.

+1

18

-Не за меня, герр генерал. За нас. Ведь поодиночке у нас ничего не выйдет... - поправив Конрада, шпионка улыбнулась ему в ответ и так же отсалютовала. Она не знала, сумеет ли уберечь Шестую от того, о чём говорил мужчина, но собиралась приложить все усилия, подёргать за все ниточки, если это поможет.
-А сейчас, если не возражаете, я бы приступила к более серьёзным блюдам. Я порядком соскучилась по нормальной пище, а эти закуски и вино сумели разбудить у меня аппетит.

Большую часть вечера, они провели за разговором и, казалось, уже ничто не напоминало о недоверии. Даже... можно было сказать, что сейчас доверия было больше, чем раньше - ничто так не сближает, как общее дело, хорошее вино и связывающая их тайна, которая могла оказаться смертельным для каждого из этой парочки.
Разговор затих на некоторое время на время десерта: уж от шоколада Ривер попросту не могла отказаться, а как мы знаем, французы знают толк во вкусовых извращениях.
Сейчас перед агентессой стояла изящная металлическая чаша, под которой был зажжён огонёк. Сама ёмкость была полна расплавленного тёмного шоколада. Так же, стояла ваза с достаточно большим количеством фруктов, которые в этот шоколад и нужно было обмакивать. Вообще, фондю было на двоих, но генерал пока не спешил к нему притрагиваться... Кинув на него взгляд, Элизабет слегка вздёрнула бровь, слизнув каплю шоколада с губ.
-Что-то Вы притихли, герр генерал... пытаетесь родить очередной гениальный план?
Она говорила без всякого сарказма, лишь с лёгкой улыбкой. Штерн действительно был гением и разведчица не могла этого не признавать. Или... безумцем, но столь харизматичным...
- Сначала, доведём до конца то, что начали, - ответил Конрад, поразмыслив, - а в данный момент, я пытаюсь насладиться закуской, чего и тебе советую, Лиза.
Девушка тихо рассмеялась, прикрыв рот ладонью.
-Вы всё на закусках... я уже к десерту приступила. Но серьёзно, у Вас на лице написана задумчивость.
Штерн не спешил переходить к десерту и, казалось, он его совершенно не интересовал.
- Да... Мне есть над чем поразмыслить. Пытаюсь понять, какой следующий ход сделает Ганнибал Бота.
Вздохнув и покачав головой, Ривер отложила длинную вилку. Шоколад ещё долго не остынет, учитывая подогрев. А вот то, что её генерал продолжал грузиться было не очень хорошо.
-Я понимаю тяжесть всей ситуации, но как Ваш адьютант и врач, я настаиваю, чтобы Вы хотя бы сегодняшним вечером отдохнули. Стресс может негативно повлиять на Ваши способности, как физические, так и умственные. Отвлекитесь немного...
- Нет времени, - возразил генерал, - пока я отдыхаю, Бота несомненно действует...
-Время ещё есть, а  прямо сейчас Вы наврят ли успеете понять, что он задумал. Завтра, на свежую голову или после встречи с нашими союзниками... да, тогда это имеет смысл. - когда Штерн потяулся за очередной колбаской, настал черёд шпионки мягко коснуться его руки своей, взглянув задумчивому мужчине в лицо. - Пожалуйста, генерал... не загоняйте себя.
- Я в порядке, - мрачно ответил Штерн, - в полном. Не стоит беспокоиться.
"Упрямец." - тут уж Лиза довольно грозно нахмурилась, чуть сжав свою ладонь.
-Мне Вас как маленького ребёнка отчитывать? Бота - тоже человек, сколь бы талантливым генералом он ни был. Он тоже устаёт. А Вы, если будете продолжать работать, получите от меня ремнём по генеральской заднице. И это не шутки.
Конрад изумлённо на неё посмотрел.
- Вы забываете своё место, штабс-адъютант, - холодно ответил он. Элизабет наверняка знала, чего генеральская задница натерпелась за время общения с Хильдой Курцман. Сейчас она фактически задела его за живое.
Со вздохом закатив глаза, Элизабет тихо выругалась.
-Проклятье, генерал, одумайтесь! Неужели Вы не видите, что Ваша мания переиграть Боту медленно Вас губит? К этому нужно подходить с холодным и свежим мозгом, а для этого нужен отдых. Если Вы его не получите, Вы сделаете ошибку, будь причиной недосып или стресс. - выпалив это, Лиза достаточно спокойно убрала свою руку и вновь вернулась к поглощению десерта. - Своё место я не забыла. Я должна заботиться о Вас, если Вы сами не можете или не хотите. Вы нужны дивизии живым, здоровым и полным сил, а не убитым и измотанным. Всё, я высказалась. Дальше уже решать Вам... герр генерал.
- Спасибо за твою заботу, - мрачно отозвался Штерн, - но я не одержим. Это уже вошло в привычку. Помнишь, как ты злилась на меня когда я написал в книге - "командир бронетанковой дивизии должен забыть об отдыхе..." я привык спать на заднем сиденье штабного автомобиля, в палатке полевого штаба. Несколько часов - а затем дивизия снимается с места.
-Да, злилась и всё ещё злюсь. Мы не находимся сейчас в расположении дивизии. И мы не снимемся с места через пару часов. Как врач... а, да что там... - Ривер махнула рукой. - Вы ни разу не прислушались к моим советам по поводу Вашего здоровья раньше, что уж говорить сейчас...
- Моё здоровье это расходный материал, Лиза, - спокойно ответил Штерн, - не бойся, я не загоню себя в могилу, пока не увижу рассвет Священной Германии. Даю слово.
-Может, для Вас - расходный. Но штопать-то Вас если что придётся мне. И... - агент вновь вздохнула. - Мне бы хотелось, чтобы Вы прожили гораздо дольше, чем до "рассвета Германии"... я ведь не просто так сказала, что привязалась, не для красного словца...
- Тогда, быть может... - он поднялся из-за стола, осушив бокал вина, практически в один глоток, - прекрасная фройляйн подарит мне медленный танец?

Сказать, что Элизабет была несколько в шоке - это не сказать ничего. Её? На танец? Тем более, на медленный... не то, чтобы она сомневалась в умении генерала танцевать, да и сама Ривер была обучена этому изящному искусству, но... Танец был ещё и вторым по интимности соприкосновении двух людей, ещё одним способом передать эмоции, чувства. Если только это не спортивный танец...
Но был и один плюс: думать о чём-то, кроме самого танца, было бы сложно. А значит, Штерн наверняка отвлечётся и сможет наконец отдохнуть от попыток предугадать шаги Боты. Удивление на лице шпионки сменилось хитрой и очаровательной улыбкой.
-Я всё думала, когда Вы мне это предложите, учитывая всех танцующих... - с этими словами, девушка поднялась из-за стола.

+1

19

- Что-ж, лучше поздно, чем никогда, верно? - усмехнулся Конрад. Несмотря на его шрамы, Элизабет почему-то считала его привлекательным мужчиной, это было практически очевидно. С чего бы, ведь теперь его лицо было изуродовано британским ножом. Казалось, это произошло так давно, словно в прошлой жизни, когда их жизни висели на волоске, готовясь сорваться в холодную пропасть смерти. Тогда они и представить не смели, что через два года сражений Конрад пригласит Элизабет на медленный танец. Вот так просто...
"Надеюсь, я смогу отвлечься от мрачных мыслей, - офицер опустил руку на талию девушки и они присоединились к танцующим медленный вальс под красивую, но печальную музыку, - проклятье... Как же давно я не танцевал..."
Они закружились в медленном танце под плач скрипки, мелодичное пение девушки в длинном кроваво-красном платье. Слова были наложены на классическую музыку, но Конрад постепенно узнавал их. Эту песню он слышал давно, ещё до войны. Когда только начинал свою карьеру кадрового офицера.
"Я... Просчитался в Йемене, - красивый женский вокал отступил на задний план, уступая место мрачным мыслям, от которых Штерн, как ни старался, не мог избавиться, - что если весь заговор обречён на провал, несмотря на участие принца Шнайзеля. Сейчас Бота на один шаг впереди, его бородатые ублюдки наверняка будут следить за мной и действиями шестой дивизии на Ближнем Востоке. Чёрт... Чёрт... Чёрт..."
Он смотрел куда-то сквозь Элизабет, совершенно отсутствующим взглядом, а тело лишь повторяло некогда отточеные до автоматизма движения. Конрад честно старался заставить себя не думать о Боте. Но ещё на Дальнем Востоке, тогда ещё полковник Штерн, приучил себя сохранять способность мыслить в совершенно любой ситуации. Когда штаб подвергался обстрелу орудий противника, или крики китайского десанта слышались в паре десятков метров от позиций дивизии и его, Конрада командного пункта. Даже когда они с Элизабет бежали из иркутского штаба. Он всегда думал о том, что было на тот момент важнее всего. Офицер поймал взгляд британки и Бота отправился во тьму, сгинув в подсознании Штерна. Её глаза пленили немца и он прошептал, склонившись к разведчице.
- Твоё платье прекрасно, Лиза. Как и твои глаза... - он наконец позволил себе сделать комплимент женщине, которая всего пару минут назад изливала ему свою душу. Может быть просто потому, что это было правдой или Конрад посчитал, что его адъютант всё-же достойна нескольких добрых слов.
"Надеюсь, я танцую не так же скверно, как просчитываю действия своих врагов..."

Отредактировано Konrad Curse (2013-12-02 01:21:15)

+1

20

Она всегда знала про то, что Конрад не дотягивал всего десяток сантиметров до роста Петра I (если быть точным, то не хватало как раз чёртовой дюжины). Но раньше, адьютант не особо придавала этому значение. Сечас же, когда их тела соединились в танце, Ривер ощутила себя совсем маленькой по сравнению со статным генералом. Ладно бы, будь он выше её на голову... но по сравнению со шпионкой, он был поистине великаном. Конечно, ей не пришлось прямо таки тянуться до его плеча... уж скорее ему пришлось тянуться до её талии. Несколько смутившись тем, что она доставляла Штерну такое природное неудобство, Лиза извиняющеся улыбнулась.
-Простите, что не надела высокий каблук... Вам, наверное, не совсем удобно...
Её навыки не покрылись плесенью, как опасалась агент. Правда, за Конрада она была не столь уверена. Но в танце в любом случае должен вести мужчина, так что Элизабет отдалась его воле.
"Может, оступится пару раз. Ничего... тело вспомнит."
... и это было поистине волшебно... Британской шпионке не раз приходилось присутствовать на балах, как на Родине, так и во время очередной миссии. Не всегда это были балы, порой вполне современные вечеринки, полные динамичной музыки и энергии. Но она никогда не чувствовала такой магии. Наверное, такова мечта каждой юной леди: танцевать на балу с прекрасным принцем под чудесную музыку, ощущая на себе восхищённые взгляды.
К восхищённым взглядам Ривер было не привыкать: будь она в платье или простой одежде, она умела себя подавать. Да и свою внешность она считала вполне привлекательной. Конрад, конечно, не был прекрасным принцем, но и на Квазимодо он не смахивал. Он был... интересным. Да, на его лице теперь были достаточно уродливые шрамы, но для Элизабет они, казалось, только подчёркивали как его достаточно привлекательную внешность, так и характер. Она могла их вылечить раньше, сейчас уже ничего не поделать... но Штерн предпочёл их оставить. Может, как напоминание?
Агенту же эти шрамы напоминали о вкусе крови генерала... и о спонтанном соприкосовении их губ той суровой зимой, когда они спасались из иркутского штаба.
А эта музыка... подстроиться под её ритм было довольно легко, а уж дальше всё пошло, как по маслу. Одно лишь не особо радовало шпионку: казалось, её партнёр разумом был где-то не здесь. Всё ещё в своих мыслях. Как человек, причастный к военному делу хотя бы частично, Элизабет понимала его. Штерну сейчас было отнюдь нелегко, страх оступиться был велик. Но как его адьютант и врач, она чуть ли не хотела плакать: ведь он методично продолжал себя загонять этим постоянным стрессом, этим отстутствием отдыха.
"Давай же... тебе надо отдохнуть, ты напряжён, как струна. Того и гляди порвёшься." - так и умолял её взгляд, но генерал словно бы смотрел сквозь Лизу. Уже не надеясь, она несколько раз слегка сжала ладонь, лежавшую на его плече, как бы массируя. И то ли это привлекло его внимание, то ли Конрад решил наконец забыться хотя бы ненадолго, но... его взгляд сфокуссировался на ней. Он слегка замедлил шаг, хотя музыка ещё не спешила умолкать и склонился к девушке. На совершенно подсознательном рефлексе, Ривер приподнялась на кончиках пальцев.
Этот комплимент был столь неожиданным и столь... трогательным, а сам факт того, что их лица теперь быи так близко друг от друга. Непритворно краснея, агент так же смотрела ему в глаза.
-В-вам... очень идёт этот мундир. И Вы хорошо танцуете... - так же тихо, она ответила на комплимент и в очередной раз тихонько втянула носом воздух, поскольку именно в таком положении, в котором она сейчас  находилась, аромат его парфюма ощущался сильнее всего. -Und... du riechst so gut...
"This smell is intoxicating... держаться. Только держаться, не совершать глупостей."
Запах. Глаза. Губы... и всё так близко. Наверное, по расширенным зрачкам было видно, как ей тяжко было сдерживаться...

Отредактировано Елизавета Романова (2013-12-02 23:42:32)

+1


Вы здесь » Code Geass » События игры » Turn II. Rising » 16.09.17. Mask and Mirror.