Реакция офицеров шестой дивизии, Карла Райнера Воллена и Эммы Кёниг не разочаровала бригадного генерала Штерна. Они молча ударились двинутыми каблуками сапог и отдали честь, соглашаясь с решением своего командира. В глазах германских офицеров была холодная решимость дойти до конца под знаменем дивизии призрак. Капитан Воллен ограничился молчаливым согласием с решением Конрада Штерна, в нём бригадный генерал не сомневался. Как и в хладнокровной Эмме, которая умудрилась сохранить поразительное безразличие, даже после предательства Елизаветы. Женщина спокойно подошла к британской разведчице и протянула ей руку.
- Штабс-адьютант Ривер, - Эмм специально обратилась к ней так, хотя бы потому что терпеть не может ложь и фальш. - ваши погоны, немедленно, - голос был спокойным и холодным, словно зимний ветер. Казалось, что Кёниг уже вынесла приговор британке и в её мыслях, голова предательницы слетела с плеч, фонтанируя кровью. Когда офицерские нашивки Елизаветы Романовой оказались в руках Эммы, она молча передала их Штерну. А затем, обернулась к британке.
- За мной, Ривер, - Пшеничный демон вышла из штаба и с усмешкой на губах прогнала весь диалог Керза и его высочества Шнайзеля. Конечно, она не доверяла британскому принцу. Но Эмма верила, что её командир знает что делает...
А бригадный генерал Штерн, тем временем, прислонился к стене штаба и, зажав в зубах сигарету, чиркнул спичкой о коробок. Затянувшись, он обдумал слова Хильды. В том, что Ледяная Королева останется на его стороне до последнего вздоха, Конрад не сомневался. Его беспокоило другое.
"Как убедить солдат шестой дивизии перейти под британские знамёна..."
- Я хочу того же, чего и в Арденнах, Хильда, - при Воллене он называл майора по имени, Карл достаточно долго знал их обоих, в том числе и прошлое, что объединяло этих людей, - положить конец этой войне. Ты же знаешь, нам не разбить британскую армию. Мы можем выигрывать сражение за сражением, но в итоге - проиграть войну. И что тогда станет с Германией... Я знаю себе цену, знаю цену Шестой Дивизии. Но мы не наёмники и Шнайзель не сможет купить нас, ибо кто если не дивизия призрак до конца будет сражаться за Германию... - Конрад вздохнул, выпустив облако табачного дыма, - британка сослужила хорошую службу, - признался он наконец, - теперь, у меня появилась возможность закончить войну и объединить Европу, как это сделал Наполеон когда-то. Этот шанс стоит того, чтобы рискнуть и согласиться на предложение Шнайзеля.
"Даже если ради этого придётся побыть марионеткой в руках британского принца. С нами Бог, и он не оставит..."
Эпизод Закрыт.
[synopsis]В штабе Шестой Бронетанковой дивизии («Дивизия Призрак») Германии развернулась тайная операция, изменившая ход войны. Полковник британской разведки Дарси Пирс, нарушив протокол, сообщил Шнайзелю эль Британии о выходе на связь агента Элизабет Ривер, внедрённой в немецкое подразделение. Елизавета, годами скрывавшаяся под личиной штабс-адъютанта Елизаветы Романовой, раскрыла себя, установив зашифрованный канал между Шнайзелем и генералом Конрадом Штерном.
Шнайзель, используя харизму и прагматизм, предложил Штерну сделку: переход Германии под протекторат Британии в обмен на автономию, сохранение культуры и статус «коменданта Европы». Акцент был сделан на неизбежном крахе ЕС и шансе для Германии избежать уничтожения. Штерн, осознавая военную бесперспективность Союза, согласился, но выдвинул условия: отказ Британии от войны с Россией и выполнение плана «Валькирия XVII», предусматривавшего провал йеменской операции ЕС и устранение генерала Ганнибала Боты.
Реакция офицеров дивизии была неоднозначной: майор Хильда Курцман, сохраняя сарказм и верность Штерну, выразила сомнения в честности Шнайзеля, но поддержала решение. Эмма Кёниг, холодно исполнительная, разжаловала Елизавету в рядовые, подчеркнув предательство. Сам Штерн видел в сделке шанс спасти Германию от кровопролития, даже ценой временного подчинения Британии.
Переговоры завершились взаимным соглашением: Шнайзель отводил войска Корнелии для выполнения «Валькирии», а Штерн гарантировал переход дивизии на сторону Империи. За кадром остались личные драмы: предательство Елизаветы, гибель Боты как «жертвы ради дела», и неизбежное моральное падение Штерна, готового пожертвовать союзниками ради будущего Германии. Эпизод завершился на тревожной ноте — стороны начали опасную игру, где доверие стало главной разменной монетой, а цена ошибки измерялась тысячами жизней.[/synopsis]