По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(discord: punshpwnz)

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Для размещения ваших баннеров в шапке форума напишите администрации.

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Основная игра » 20.01.18. Шапочки и алюминий


20.01.18. Шапочки и алюминий

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

1. Дата: 20 января 2018 года
2. Время старта: 18:00
3. Время окончания: 21:00
4. Погода: Облачно, температура держится в районе 9°С, к
5. Персонажи: Рианнон О'Нейл
6. Место действия: А16, небольшой городок с населением не больше 50 тыс. человек, на юго-западных берегах Шотландии, окруженный высокими холмами (PND+7)
7. Игровая ситуация: Мушрум связывается с Рианнон, чтобы сообщить ей хорошие новости
8. Текущая очередность: По договоренности

+2

2

Когда сумерки окрасили цифровой ландшафт в оттенки мрачных серых и голубых тонов, значок Mushroom замерцал, сигнализируя о прибытии неожиданной новости, которая нарушила монотонность цифрового сумрака. Он копал, просеивая киберпочву, и раскопал сокровища леприконов.

— Рианнон, я пришел с вестями, которые сулят нам успех, — начал Мушрум, и статическое потрескивание связи придало его словам ощущение непосредственности. — В огромном саду Интернета, где семена заговора пускают корни и расцветают, я обнаружил группу, которая давно питает сомнения и подозрения в отношении предприятия, которое мы расследуем. Оказалось, что нити тайны тянутся дальше, чем мы думали, еще до того, как Британия отвоевала Альбион. С момента начала странных происшествий прошло минимум полгода.

Он сделал паузу, чтобы его следующие слова прозвучали со всей серьезностью, которой они заслуживали.

— Среди этих теоретиков есть те, кто не только оттачивал свой ум на камне заговоров, но и закалял свое тело в боевом огне. Эти люди могут оказаться бесценными для организации инфильтрации. Останется только правильно выбрать, как распорядиться выкопанным мешком с этими самородками.

С прозорливостью тактика Мушрум упреждающе сплел первые нити потенциального союза.

— Я взял на себя смелость начать контакт от твоего имени, чтобы сберечь песок в наших песочных часах. Они согласились на встречу, которая состоится в местном заведении, служащим им комнатой боевых действий, — баре «Зелёная пятка», ничем не примечательном, но пульсирующим жизненной силой их рвения докопаться до истины.

Последнюю часть головоломки он произнес с пышностью, подобающей сцене.

— Ты будешь известна им как «Святая Патриция» — уж прости, у меня так себе литературная фантазия. Они ждут твоего прибытия, готовые влиться в историю, которую мы пишем. Я свяжусь с тобой позднее. У меня срочное дело, требующее немедленного... Оперативного, я бы сказал, вмешательства.

После этого сообщение Мушрум растворилось в эфире, оставив Рианнон координаты в реальном мире — встреча, которая должна была стать следующим шагом в их танце с зловещими тенями, нависшими над Альбионом.

+10

3

За прошедшее время Рианнон успела немного ожить, привести себя в порядок, надежно спрятать снаряжение, сбегать за продуктами и даже сочинить для старушки душещипательную историю своего нахождения в квартире, числящейся за парнем. Знание обстановки на Альбионе сыграло на руку, вплетя сложные обстоятельства в получившийся из-за британского вторжения хаос с границами, разделёнными семьями и студентами по обмену. Вроде бы получилось, бабушка посетовала на кошмарные времена и нравы и на какое-то время оставила юную девицу в покое. В свете неясных обстоятельств командованию она доложила, что вроде как ухватила след контрабандистов на побережье и это дало ей некоторую передышку, благо вписывалось в имеющиеся у разведки косвенные данные - всякое нелегальное на Альбион ввозили и с него вывозили точно, но схватить за руку удалось далеко не всех, а побережье в тихом месте прям напрашивалось на подобное применение, - но теперь обязывало поторопиться...

...Как и слова Мушрума - присвистнуть и задуматься. То есть выходит, не какие-то балбесы из школьного кружка, а достаточно серьёзные люди ещё до них положили глаз на это место? Это уже не недобитые партизаны, а что-то интересное. Полгода? Ещё страньше и страньше.

- А охранники говорили про недавние работы... Выходит, либо что-то было ещё раньше, либо... Погоди! - Заметила она, переваривая информацию уже отдохнувшим мозгом, - На самой фабрике я не замечала мест, где принудительно держали бы людей. Так что высока вероятность что были или есть ещё объекты. И похоже надо шерстить информацию об Альбионе до прихода британцев.

Ох, стоит действительно нырять глубже, чем она похоже и займётся.

- Такое упускать нельзя. Не помешала бы конечно информация про них, но ладно, рискнём. - И сдавленно хихикнула, услышав свой новый псевдоним, второй за сутки. Дело в том что Рианнон знала двух женщин по имени Патриция и если одна вполне могла быть святой (с такими-то детьми), то вторая явно играла в другой лиге. Мягко говоря.

- Покровительница пьянства, хулиганства и боевого лесбиянства? - Хмыкнула девушка, - Пойдёт. Удачи там... Посмотрим что получится.

Легко сказать. Она отлично знала как одеться на ночную стелс-миссию, но вот как выглядеть социально приемлемо в местном баре? Впрочем, насколько она знала, особо экзотическим дресс-кодом тут не увлекались и предпочла практично-нейтральный вид - джинсы, рубашка и кожаная куртка. О'Нейл не была "пацанкой", но по ней было видно что она из тех кто увлекается спортом и прочими физическими активностями, а не засиживается в библиотеке или типа того, так что без необходимости и длительной подготовки лучше было не выходить из образа. Оружие? Сомнительно. На Альбионе это вызывало вопросы органов правопорядка, в результате которых ей придётся предъявлять удостоверение и раскрывать инкогнито, что сейчас вряд ли стоило делать. Компромиссом стали перцовый баллончик и пара ножей, которые при возникновении вопросов с грехом пополам вписывались в образ берегущей свою честь девицы в стране, которую недавно завоевали в некотором роде соотечественники, но есть нюанс.

Направляясь к бару, ирландка поймала себя на том, что вопреки напряжению и мрачным мыслям, сейчас её разбирают азарт и любопытство - кого же она обнаружит на месте? Главное чтобы ориентиров от Мушрума хватило чтобы точно попасть к кому следует, а её смекалки - на завоевание доверия профессиональных параноиков, чьи теории внезапно если не полностью соответствовали истине, то как минимум идейно были правы...

+10

4

Среди мощеных улочек и стоической красоты типичного английского городка бар приютился, словно тайный собеседник между древними кирпичами. Сам город, с его крутыми скатными крышами и изредка пронзающими небо шпилями церквей, нес в себе спокойное достоинство истории. Сегодняшний день слегка прикоснулся к нему, прочертив линии современной жизни рядом с архитектурным наследием, говорящим о веках прошлого.

Проходя по городу, Рианнон могла обратить внимание на присутствие военных, которые служили суровым напоминанием о недавних потрясениях. Солдаты в строгой униформе патрулировали улицы, их сапоги гулко отдавались от камней — это был ритм порядка, навязанный Священной Британской империей. Полицейские отряды тоже неслись по улицам, бдительно высматривая признаки инакомыслия, угли восстания, которые еще могли теплиться в укромных уголках.

Внешне бар был непритязателен, его фасад представлял собой сочетание дерева и штукатурки, которое органично вписывалось в соседние строения. Над дверью висела тускло освещенная вывеска, буквы которой обещали отдых и дружескую обстановку.

Внутри атмосфера была коконом тепла против холода неизвестности, царившего снаружи. Низкие балки пересекали потолок, а стены были украшены фотографиями и памятными вещами, рассказывающими о самобытности города. Посетители — усталые горожане и случайные солдаты, ищущие утешения в пинте пива, — собирались за столиками, их разговоры негромко перекликались под негромкое пение песен из музыкального автомата.

Завсегдатаи бара, казалось, сообща пытались выжать подобие нормальной жизни из своих кружек и тихих, серьезных разговоров. И все же под поверхностью ощущалось напряжение, нить предвкушения — или опасения?

Двигаясь по этой дороге местной жизни, Рианнон могла ощутить, как пространство вокруг, словно живое, общается с ней, направляя зоркий намётанный глаз по пути к заговорщикам — или городским сумасшедшим? С каждым шагом на приближалась к сердцу логова конспирологов, к пульсу потенциальных союзников, скрытых на виду в гостеприимных объятиях бара.

Барная стойка, почтенная плита из полированного дерева, повидавшая бесчисленное количество локтей и выслушавшая столько же признаний, тянулась через всю комнату, словно позвоночник какого-то древнего левиафана. На ней виднелись шрамы и пятнышки от пролитого эля и восторженных ударов праздновавшихся побед, а ее поверхность рассказывала об истории человеческих переживаний, которые разыгрывались над ней.

За стойкой стоял бармен — фигура, которая казалась такой же частью заведения, как и балки над головой. Его руки двигались с отработанной грацией, как у алхимика в своей стихии, наливая и смешивая с легкостью многолетней привычки. Его лицо превратилось в сплошное полотно морщин, каждая из которых рассказывала свою историю, а глаза были внимательны и наблюдательны, ничего не упуская. Это были глаза человека, который видел приливы и отливы городской судьбы, который разливал напитки в мирные и напряженные времена, и его присутствие было неизменным среди постоянно меняющихся волн.

Он приветствовал завсегдатаев кивком, едва заметным поднятием подбородка или короткой улыбкой - валютой знакомства. Для непосвященных его поведение было вежливо-нейтральным, ничего не выдающим, однако его взгляд иногда задерживался на мгновение, безмолвно свидетельствуя о подводных течениях, идущих по залу.

Заприметив Рианнон, он задержал на ней свой взгляд. И, вместо кивка, поприветствовал весьма одобрительным и миролюбивым тоном, будто бы ожидал её появления.

— Не видел вас здесь раньше, — с улыбкой произнёс он, вытащив из-под стойки рюмку и бутылку, на черной этикетке идеально ровными буквами зияло название «Загадка Шотландии»; янтарная жидкость быстро наполнила стопку, от которой тут же потянулся грубоватый древесный аромат скотча. — Угощайтесь, за счёт заведения. Молодые девушки редко к нам заглядывают. Здесь, в основном, находят своё пристанище фабричные рабочие и ветераны. Последние, правда, теперь опасаются сюда заглядывать... Сами знаете.

Он окинул зал разочарованным взглядом и вздохнул, а затем пытливо посмотрел на Рианнон, ожидая её хода.

+8

5

Рианнон не без удовольствия изучала городок, одновременно оценивая британское военное присутствие. В отличие от большинства местных жителей, для неё значки на форме и технике несли вполне конкретную информацию о принадлежности  подразделений, а знание тактических доктрин позволяло оценить профессионализм и в целом положение дел в округе. На первый взгляд, рвение вояк и копов было мотивировано скорее командованием сверху, чем ситуацией на месте. Истинной настороженности, возникающей там, где действительно есть сопротивление, она не чувствовала. Городку по всей видимости повезло не стать реальным полем боя во время вторжения, но своё место в новом порядке ещё только предстояло найти, и процесс этот не будет ни быстрым, ни ровным.

Бар, как островок некоего подобия уюта и спокойствия для всех, ощущался крайне уместно. Старое, "настоящее" заведение со своей жизнью, почти как в метрополии, хоть и на свой лад. Девушка задумывается, примеряя на себя жизнь этих людей - а жили ли ей предки также, когда ещё не покинули Родину? Вряд ли Изумрудный Остров - побывать бы там - похож на ирландские кварталы или городки за океаном в полной мере... А пока ирландка немного странно ощущает одновременно сходство и отличия между британцами и альбионцами. Пытается понять, ощутить их жизнь через доски пола, фото на стенах, и прочие следы и вехи истории города и людей. Рианнон не аристократка, у неё нет, как у Дункана и прочих, родового замка, куда можно рвануть - сравнивать с семейными легендами, возрождать из руин или выкуривать захватчиков. И всё же эта страна не чувствуется вовсе чужой, тут не так как в Японии. Какая-то нить между заблудшей дочерью Эрина и этими островами протянута над пропастью...

Она давно не была в баре. Причин хватало - не стоило мешать алкоголь с таблетками, но куда страшнее расслабиться и сболтнуть лишнего или просто дать слабину, потеряв решимость и хватку, которые восстановит ли ещё - вопрос. Но тут Рианнон, кажется, может позволить себе  выдохнуть хоть немного. Она буквально выдыхает, притормозив сразу за порогом, меняя холодный воздух улицы на часть атмосферы  этого убежища. Немного теплее и легче, можно идти дальше. Теперь  - люди. Точнее, главный человек здесь...

Настоящий. Не начинающий, не временный, не неуместный. Бармен как из кино или книги, но реальный. И это успокаивает ещё больше, потому что это именно тот человек, с которым она сейчас готова говорить - и даже хотела бы. Под взглядом того, кто видел многое, уже не чувствуешь себя уникально несчастной. Она улыбается, садясь к стойке.

- Я недавно здесь. - Во всех смыслах, этих самых "здесь" было уже много. Но начало ей нравится и она принимает нежданный подарок с интересом. Ещё не так уж давно запах и вкус показались бы ей слишком грубыми или жёсткими... Но не сейчас. Рианнон теперешняя называет их сильными, и ей нравится это. Этакое шотландское "Добро пожаловать" - именно такое, каким должно быть.

Вот какой для неё становится вся эта история - правильной. Что-то в том что она делает, изменилось, пусть даже это и может быть только иллюзией... Как и слишком многое в жизни, так почему нет?

- За Шотландию. - Она допивает и кивает, - Понимаю... И это жаль. В баре должно быть место для всех. И грешников, и... - Фиолетовый глаз хитро подмигивает, - Святых.

+7

6

Руки бармена, покрытые годами труда и слабыми шрамами от былых стычек, не дрогнули, когда он с практической точностью поставил ещё одну стопку на стойку. Его глаза, по-прежнему обращенные на Рианнон, не выдавали его мыслей, но легкий кивок, который он сделал, наполнил общением новой порцией взаимопонимания.

Бар вокруг них, казалось, пульсировал собственной жизнью. Музыкальный автомат переключал треки, и меланхоличные звуки скрипки наполняли пространство, смешиваясь с негромким гулом разговоров. Лица людей на фотографиях, безмолвно взирающие со стен на происходящее, неподвижные, точно стражи возвращающего своё величие Букингемского Дворца, словно прильнули друг к другу, желая подслушать разговор между таинственной девушкой и барменом.

Группа местных жителей в дальнем конце бара разразилась хохотом, их голоса резко контрастировали с остальной приглушенной атмосферой. Один из них, грузный мужчина с густой бородой, поднял свой бокал в молчаливом тосте, не обращая внимания ни на кого, а затем повернулся к своим спутникам.

Бармен тем временем занялся протиранием стойки, его движения были медленными и методичными. Время от времени он бросал взгляд в сторону входа, как будто ожидая кого-то или, возможно, опасаясь, что ночь приведет непрошеных гостей. Старые часы над баром громко тикали, и каждый звук слегка отражался в тишине между песнями.

Затем он снова обратил внимание на Рианнон, слегка наклонившись к ней, словно желая поделиться конфиденциальным секретом.

— Погода меняется, — прокомментировал он, казалось бы, безобидное заявление, но в его тоне угадывался смысл. Его рука сделала жест в сторону окна, за которым поднялся ветер, и деревья за окном стали гнуться под его напором.

Бармен ловким движением руки наполнил стопку перед Рианнон, и виски заиграл в тусклом свете, кружась в бокале. На мгновение он приостановился, обшаривая глазами бар. Остальные посетители продолжали веселиться, не обращая внимания на тихую драму, разворачивающуюся в баре, или, возможно, оставаясь равнодушными к ней.

Наконец он потянулся под стойку и достал старую книгу в кожаном переплете. Он рассеянно пролистал ее, остановившись на странице, которая показалась ему интересной. Он оставил ее открытой, молчаливо приглашая Рианнон взглянуть на нее поближе, если она того пожелает, а его рука незаметно нажала на кнопку, спрятанную под барной стойкой, — тихий щелчок был едва слышен за шумом бара.

Бармен окинул бар напоследок беглым взглядом, задержавшись на посетителях, которые сейчас глубоко погрузились в свои собственные миры тихих разговоров и бурного смеха. Он незаметно кивнул молодому официанту, долговязому парню с копной непокорных волос, который убирал с близстоящего столика. Юноша поднял голову, выражение его лица выражало вопросительное недоумение, пока он не поймал взгляд бармена и не понял тихое распоряжение.

— Слушай, присмотри за баром пару минут, ладно? — голос бармена был низким и хрипловатым, едва слышным за шумом бара.

Официант кивнул, на его юношеском лице промелькнуло волнение, и он переместился за стойку, заняв позицию с нетерпением и некоторой нервозностью. Широко раскрытыми глазами он наблюдал за тем, как бармен вытирает руки о фартук, а затем незаметным жестом пригласил Рианнон следовать за ним.

— Сюда, мисс, — пробормотал он, ведя ее прочь от бара к узкому коридору, ответвлявшемуся от главной комнаты. Коридор был тускло освещен, обшит старыми деревянными панелями, которые поскрипывали под ногами, отдаваясь тихим эхом вдали от оживленной атмосферы бара.

Пока они шли, бармен не торопился, позволяя Рианнон рассмотреть окружающую обстановку. Стены были украшены фотографиями, более ранними и личными, чем те, что висели в баре. На них были изображены различные группы людей, одни в официальных нарядах, другие в повседневной одежде, и все с серьезным выражением лица, характерным для старых фотографий.

Они подошли к тяжелой деревянной двери в конце коридора. Бармен остановился, положив руку на потертую латунную ручку двери. Он повернулся к Рианнон, выражение его лица было серьезным и в то же время недобрым.

— То, что находится за этой дверью, не всем известно, — сказал он, его голос теперь звучал как шепот. — Здесь не принято доверять легкомысленно.

Глубоко вздохнув, он повернул ручку и толкнул дверь, открыв лестницу, которая спиралью уходила вниз, в темноту. Он отступил в сторону, давая Рианнон возможность заглянуть в тенистый спуск.

— После тебя, — жестом он указал на лестницу, в его тоне чувствовалась торжественность, как будто пригласить ее дальше было одновременно и привилегией, и бременем.

+6

7

Рианнон невольно подняла стопку вслед за одним из гостей, молча присоединяясь неведомо к чему. В кои-то веки незнание, как ни странно. не вызывает дискомфорта, как будто здесь она играет настолько по другим правилам, что можно не пытаться даже понять их, положившись на интуицию. И нет, она не столько пока что выпила. Достаточно, чтобы внутри стало теплее и та ночь с паршивой погодой и перенапряжением осталась позади... Как и непогода за стенами бара сейчас.

- И то верно, ещё как... - Кивает она, занесённая ветром перемен сначала в другой конец мира, а потом сюда, изрядно кружным путём. И затем улыбается юноше на прощание, ей не жалко улыбки, раз уж удалось её призвать на лицо. Рианнон действительно в этот раз лезет черт-те во что без страха или мрачных предчувствий, хотя нельзя сказать что она расслабилась. Нет.

Рианнон О'Нейл, она же Святая Патриция - вон, смотрите, даже в книге так и записано, хоть и поди пойми, зачем так отмечать её визит - готова к неожиданным поворотам и неприятностям, но сейчас не воображает их за каждым углом сама. Видимо, это и позволяет ей улыбаться - хотя бы здесь и сейчас. Она чисто из любопытства запоминает несколько имён в книге перед её собственным, и некоторые фото на стенах - места в памяти займёт немного, а там, может, чем-то и отзовётся...

Дверь, слова бармена, лестница... Всё это укладывает недостающий кирпичик в основание гипотезы. Возможно, это не современные искатели тайн, а осколок чего-то более древнего? В голове вертятся обрывки - оговорки сестры о странных исследованиях Кловиса, не менее странные меры безопасности в резиденции, слова Мэри Мисфит, рассказы о масонах и Тамплиерах, какой-то остров у берегов метрополии, как его... Оук, остров Оук. Изрытый вдоль и поперёк как простыми охотниками за сокровищами, так и Тамплиерами вроде, пока кто-то сверху не сделал остров заповедником, якобы защитив от дилетантов и вандалов археологические памятники... Уж не Кловис ли это был? Мешанина где-то в голове, а вот в реальности...

- Если и пойду долиной смертной тени, не убоюся зла... - Шёпотом произносит она вроде бы далёкие от неё слова, но странно уместные сейчас. И спускается вниз, как Алиса в кроличью нору.

+4


Вы здесь » Code Geass » Основная игра » 20.01.18. Шапочки и алюминий