По любым вопросам обращаться

к Nunnaly vi Britannia

(vk, Uso#2531)


Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » События прошлых арок » 13.12.17. Double Prime


13.12.17. Double Prime

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

1. Дата: 13 декабря 2017 года
2. Время старта: 03.00
3. Время окончания: 06.00
4. Погода: Около нуля, облачно
5. Персонажи: Ренли ла Британия, Шнайзель эль Британия
6. Место действия: Пендрагон, особняк Шнайзеля
7. Игровая ситуация: После судьбоносного разговора с отцом принц понимает - ставки высоки как никогда и желательно разобраться с незаконченными делами. Например, пообщаться со Шнайзелем. Или подраться. Или нажраться. Или... В конце концов, братья они или нет? Разберутся как-нибудь. И разумеется, нормально предупредить о визите и явиться как положено - не наш метод.
8. Текущая очередность: Ренли, Шнайзель

Созданный мной эпизод не влечет за собой серьезных сюжетных последствий. Мной гарантируется соответствие шаблону названия эпизода и полное заполнение шапки эпизода на момент завершения эпизода

+1

2

- Котёнок, ты считаешь это хорошей идеей?
- Я служил в спецназе, я умею проникать.
- Где-то я это уже слышала...

Если у вас вредная работа, сложные отношения с родителями (как минимум безмятежные пикники по выходным с папой и мамой вряд ли вам светят), и ближайший отпуск затерялся в бездне времён, рано или поздно терпение лопнет и вы решите снять стресс предельно неправильными способами. Ренли был Премьер-Министром, Лордом-Адмиралом, сыном Чарльза и Габриэллы, мировая политика не уходила на каникулы... Стоит ли продолжать? Разве что добавить что малоприятные подозрения оказались чистой правдой и многое пришлось переосмыслить, а ещё больше - предстояло. Самое обидное, об этом ещё и говорить никому толком было нельзя, кроме Кэтрин. Которая, надо сказать, после возвращения памяти была настолько зла, что принц даже не мог припомнить, было ли такое раньше. Она и раньше-то не считала Чарльза отцом года, что по её мнению было где-то на одном уровне с терроризмом, так что принимать иной взгляд на вещи было трудно. Вдобавок в её памяти порылись уже дважды, и самое паршивое - порылись у Ренли, которого она защищала. В общем, баронесса-коммандер МакБрайд была в состоянии тщательно поддерживаемой ярости средней прожарки - тот крайне неприятный вариант, когда человек сохраняет  холодную голову, действует логично и последовательно... Вот только мотивы и цели предельно людоедские. Спасибо хоть не буквально.

Так что против идеи тайком проникнуть в особняк Шнайзеля, чтобы с ним серьёзно поговорить, она возражала скорее по привычке и потому, что предпочла бы разговор при помощи десятка крылатых ракет. С её точки зрения, целый один Шнайзель - это уже слишком. Наверное, месяц-другой назад Ренли бы с ней согласился - у него была даже пара-тройка планов операции. Но многое изменилось. Так что принц просто лишний раз повторил в уме стоп-слово для тяжёлой артиллерии, на случай если ему всё же изменит самообладание,  и взялся за один из планов, помеченных как нейтральные.

Шнайзель знал многое. Даже слишком. У него не было причин помогать Ренли поудобнее устроиться на своём бывшем месте, однако попробовать что-то понять стоило. Не говоря уже о том, чтобы высказать накипевшее по полной программе, благо и тут Ренли отчасти пересмотрел оценку поступков старшего брата.

Между ними не было откровенной вражды - но не было и любви, не говоря уже о доверии. Слишком уж разные вышли братья - не настолько чтобы драться и враждовать, но... Дистанция всегда была. Оно и к лучшему - Ренли не идеализировал брата (хоть и признавал его заслуги), не доверял ему сокровенных тайн и почти никогда не просил помощи. Будь всё иначе - кто знает, куда бы это Ренли завело? До истории с Валерианом они особо не задевали друг друга и всех всё устраивало. Когда доходило до дела, Шнайзель по достоинству ценил умения Ренли, а тот прислушивался к его рекомендациям. Сейчас принц понимал, что это было в немалой степени удачей - когда цели Шнайзеля потребовали затронуть семью, он затронул. Испытывал ли он сомнения или сожаления? А чёрт его знает. Если верить Гвиневре - даже близко нет. Но Ренли уже  получил опыт неверных оценок и в таких делах не питал излишнего доверия даже к самому себе. Так что сейчас он хотел ответа и на этот вопрос. Даже не так -  в первую очередь на этот. И осознанно отбросил в сторону все слухи про алкоголь и прочее, а также выбрал способ похода в гости, сводящий к минимуму возможности к такому гостю подготовиться. Надо увидеть всё своими глазами. И принять решение.

Старший брат знал настолько много, что мог знать и нечто запретное. История с Альбионом настораживала Ренли, пусть даже не было никаких нормальных данных. Интуиция, которой его приучили доверять - если чувствуешь что-то неладное, потрать время и проверь. Возможно, Четвёртый и уступал Шнайзелю в чистом интеллекте, но голова у него работала, образование он получил лучшее из возможных, а чутьё и инстинкты были обострены войной. Необязательно пытаться побить кого-то на его же поле любой ценой - развивай свою силу и мудрость, как бы последнее странно ни звучало в адрес принца, который визит к брату проводил, в лучших традициях ниндзя и ассассинов проникая в его особняк.

Спору нет, на самотёк такие вещи Шнайзель не пускал, и постарался от души, но Ренли был в таких делах экспертом, ведь проникновение через систему обороны является реверсивной версией построения таковой и истинный воин должен уметь на ходу вертеть эту модель в голове с обеих точек зрения. Поддержка со стороны была минимальной, и это тоже было частью искусства войны - избыточные силы хороши только если торопишься размазать врага. Ренли наслаждался происходящим - предельным контролем над своими движениями, легкими уколами адреналина, игрой теней, которую он использовал.

Всё ещё не потерял хватки. Не расслабился в кабинетах.

Стоило сказать спасибо отцу - та встреча здорово встряхнула принца, привела в форму  во всех смыслах. Британия могла бы гордиться таким оружием, как он.

И вот он уже внутри. Не доверяя примерным планам, движется по маршруту разума и чутья. Шнайзель шахматист, считающий на много ходов вперёд, Ренли же скорее азартный игрок, использующий разум, но полагающийся на быструю реакцию на происходящее. Что сильнее? Зависит от задачи, которую приходится решать. Именно поэтому воину всегда нужно немного удачи. Раз, два, три... Вот и чуть приоткрытая дверь. У принца была пара идей, но он слышит голос брата - "Мог бы просто позвонить".

Да, это действует как холодный душ, но Ренли не привыкать купаться в проруби во льду. И уж подводник-то умеет делать хорошую мину при плохой игре.

- Да, но это скучно. Надо же как-то развлекаться. - Даже интересно... - И на чём я прокололся? Возможно, дело в том что моя кошка загнала твоего пса на дерево. Или?

Ренли входит осторожно, но затем смотрит на брата с интересом - что Шнайзель ему покажет? Очередную маску? Или?

+5

3

Есть в жизни события, о которых никто не просит, но всё равно все знают, что они произойдут. Так было с римейком лучшего рождественского фильма, с лайв-экшен адаптацией лучших мультфильмов детства, и так вышло с визитом принца Ренли. Конечно, Шнайзель не мог знать наверняка, когда брат заявится к нему, но был уверен, что сам визит обязательно произойдёт. Времени, чтобы обдумать всё как следует, было достаточно, и Шнайзель с удовольствием рассмотрел все варианты, включая самый радикальный – попросту убить Ренли при случае. По имевшейся у Шнайзеля информации, брат имел опасные связи с террористами, революционерами, и мог представлять серьёзную угрозу для Юфи и для всей Британии. Это было бы достойным последним героическим актом человека, посвятившего себя защите Империи, но вот только Шнайзель не был ни героем, ни глупцом, мечтавшим стать таковым. Доверие и родство тут совсем не решают, но Шнайзель не был бы собой, если бы принимал поспешные решения не имея полной картины перед глазами. У младшего брата могут быть свои причины, он может вести свои игры, и, кто бы что про него ни говорил, Шнайзель был уверен, что играть он умет, может и не так хорошо, как другие. И потому он ждал. Встреча обязана была произойти, и только после неё у Шнайзеля будет представление о том, что же делать дальше.

-Можно было просто позвонить.

Тёмный зал встретил Ренли запахом вина и ровным потрескиванием камина. Сам Шнайзель сидел за массивной шахматной доской, очищенной от фигур, и с заготовленным заранее бокалом для гостя. Тени и неровный свет не давали разглядеть бывшего премьера как следует, но и это тоже было частью плана. Конечно, он мог рассказать брату про датчики движения, звука и тепла, которыми сейчас можно обнаружить даже проникшую в дом мышь. Или про подарок от Гвиневры, туррель-революционера, которая была близка к тому, чтобы нашпиговать принца свинцом, и исполнила бы своё намерение, если бы вообще работала хоть иногда так указано в инструкции. Про скрытые камеры или тайных наблюдателей, или ещё много про что, ведь нечасто выпадает шанс отчитать кого-то, считающего себя сведущим в каком-то деле. Вместо этого он лишь вздохнул и пожал плечами.

-Я видел тебя из окна, когда ходил за новой бутылкой вина. Мой дом похожим способом часто посещают женщины и, реже, мужчины, не думаю, что на тебя бы кто-то обратил внимание. Проходи, чувствуй себя как в гостях. Но для справки, блондины не в моём вкусе.

Сейчас, имея уникальную возможность, они могли поговорить не как премьер и губернатор, и не как старший принц с младшим, но как братья. Имеющие свои проблемы, разногласия, и подозрения, но всё же братья. И если Ренли действительно не замешан в чём-то, угрожающем жизни Юфи, он заслуживает небольшой помощи от единственного человека, который способен её оказать.

+6

4

Кто бы сомневался, Ренли не расстраивался попусту, а на всякий случай запомнил сказанное братом, чтобы учесть на будущее. Возможно, Шнайзель соврал, однако ложь тоже информация, просто хитровывернутая. Но пока что вывод был что для внезапного визита к Шнайзелю ракетный удар и правда предпочтительнее. В сочетании с ещё парочкой способов тотального уничтожения. Учитывая предусмотрительность брата, это его не убьёт (скорее всего), зато создаст некоторые возможности и правильное настроение. А пока... ренли не планировал делиться с братом тем, что из его системы безопасности он не пропустил. Раз уж  у Шнайзеля всё схвачено, то в дополнительной проверке уязвимостей он вряд ли нуждается. Кстати об этом... Надо кое-кому предложить работу. Впервые услышав об этом человеке и вынужденный его остановить и арестовать (и если вы думаете, что это был культурный разговор двух джентльменов со сдачей оружия, то больше так не думайте), Ренли посчитал его больным ублюдком, но со временем понял, что здесь как раз был вопрос точки зрения. И ту его прошлое мнение, известное многим, сыграет на руку.

- И то хорошо. Иначе бы у меня было крайне трудное детство. И всё прочее. - Улыбнулся Ренли. Но в каждой шутке есть доля шутки и в данном случае доля истины и щепотка Шнайзеля. Тот ещё коктейль. Ренли, в воспитании которого принял активное участие Шнайзель... Такое представить непросто. Да и не факт что стоит - потом ведь не развидеть. Куда интереснее обстановка. Опальный брат не баловал Ренли деталями и скрывал себя в тени. Впрочем, в крайнем случае для удачного выстрела или броска ножа хватит и силуэта. Не то чтобы он шёл сюда убивать Шнайзеля, но увы, отделаться от таких мыслей в полной мере не удавалось. И от других. Слухи о пьянстве Шнайзеля были ему известны, но явный намёк брата на таковой был скорее в пользу сомнения в них. Не то чтобы Ренли не считал что Шнайзель способен напиваться, когда дела плохи... Но  слишком хорошо знал по себе - если невзгоды и испытания тебе не сломали хребет, моменты слабости приходят и уходят. А сломать Шнайзеля... Тут нужно что-то покруче простой отставки. Пустая доска. К чему бы это? Партия, которая начата с нуля настолько, что на доске ещё даже нет фигур? Возможно, метафора их отношений - по крайней мере, здесь и сейчас, по видению Шнайзеля. Возможно. И не худший вариант. Принц решил что ничего не будет сразу принимать на веру и делать поспешные выводы, но не помешает запомнить ассоциации. Даже удивительно, насколько Ренли сейчас свободен от гнева и злости на Шнайзеля - хотя не сказать чтобы они исчезли. Просто знают своё место.

Благодаря встрече с отцом, принц обрёл... Спокойствие. Он сделал рискованный шаг, но выжил и получил назад свою память и даже больше. Кое-что понял. Да, риск был велик, но что сделано, то сделано, и только выжившие могут делать выводы и исправлять ошибки. Что-то лишнее, сковывавшее его и мешавшее видеть картину шире, осталось на борту "Великой Британии". С каждым шагом он становится взрослее, сильнее, умнее, опытнее. Чуть больше знает о правилах игры. Главное - не останавливаться, но и не бросаться вперёд, сломя голову. Он не мог не задаваться вопросом - сколько знал Шнайзель? Насколько высоко на деле поднялся и насколько глубоко нырнул? Что можно рискнуть ему сказать?

Пытаться соревноваться с ним в искусстве обмана глупо. Ренли не стал притворяться что сильно рад его видеть или забыл всё что было, но и не давал воли эмоциям. Если он верно понял посыл - что же, он готов попробовать сыграть партию с самого начала. И садится напротив. Как брат. И отчасти как тот, кто уже немного понял масштабы груза, который пришлось нести Шнайзелю - какие бы цели тот ни преследовал. Интересно, Шнайзелю хорошо видно Ренли? Если да, то возможно, он видит некоторые изменения. Младший не делает милую мордашку, но и не пытает праведным гневом - и пожалуй, выглядит уставшим, но не от пробежки по особняку Шнайзеля. Тому, кто не один год посещал заседания Кабинета министров, догадаться о причине нетрудно.

- Скажи честно, тебе никогда не хотелось взять на заседание огнемёт? - Интересуется Ренли, - Я практически уверен что с некоторыми вещами должен разбираться не Кабмин, но они всё равно там всплывают. И та папка с некоторыми не запущенными планами... Ты всё это серьёзно собирался делать?

Ренли дотошно изучил то что ему осталось от предшественника... И слегка об этом жалел.

+6

5

Мысль о том, что Ренли до тошноты прост, ехидным сверчком протрещала на задворках мыслей Шнайзеля, но тот лишь решительно раздавил букашку. Может, для самого Белого Принца все эти смазливые мордашки и невинные улыбки щёлкались как орешки, но в большой игре не все столь проницательны, и не все могут устоять от соблазна поддаться своему чувству превосходства. Нет, эта маска брата не была глупой попыткой обмана, но оружием, которое тот умел применять. Кивок одобрения, столь лёгкий и незаметный, но, без сомнений понятный.

- Когда имеешь дело с этими людьми, самое главное улыбаться, кивать, давать им кричать друг другу всё что угодно, и не вмешиваться в их экосистему. Но потом, за закрытыми дверями, тот, кто должен что-то сделать в лучшем виде и так, как тебе надо, получает конверт с фотографией, как он натягивает несовершеннолетнюю девочку или мальчика, как позволяет женщине в коже избивать себя палкой и стегать кнутом, как принимает запрещённые препараты... У каждого есть своя тайна, свой скелет, и тот, кто дёргает этих скелетов за ниточки, словно кукол, может эффективно управлять страной. А иначе, да, огнёмет не помешает.

Шнайзель улыбнулся брату, поддержав его шутку, но у самого мысли вернулись ко всей той грязи, что он использовал, чтобы заставлять людей голосовать за или против его инициатив, ловко манипулировать действиями оппозиции, приводить в движение или тормозить проекты. И, хотя у Ренли точно были все необходимые навыки, чтобы эту самую грязь выкопать, Шнайзель видел, что тот скорее утопить Британию в ней, чем сможет аккуратно ткнуть в неё рыльцем нужных людей.

- Значит, ты её видел. Хорошо. Очень рекомендую тебе скорее обзавестись своей и спрятать её так, чтобы особо любопытные лица могли её найти и просмотреть. Некоторые люди нуждаются в мельницах, чтобы видеть в них великанов. А других нужно отвлечь великанами от настоящих мельниц.

Мысли Шнайзеля вернулись к одному особенному проекту. Нет, в папках его не найти, это было слишком важно, чтобы доверять бумаге. Окончательное решение вопроса, воплощаемое для него одним очень важным человеком незаурядного ума. Об этом проекте Ренли, как и другим, знать пока было рано. Пока. Но в один день они узнают, и тогда ничто в мире не будет прежним. С этой мысли он перешёл на другую, предательски вынырнувшую из глубин памяти. Лусанкия. Один из крупнейших британских проектов, когда дело касалось амбиций и перспектив, и крупнейший провал и позор. Нет, Шнайзель не был святым, и уж точно он был готов к самым грязным трюкам и уловкам, чтобы добиться своего, но это... Когда он узнал, когда увидел, чем на самом деле они занимались... Признаться, это был, наверное, единственный случай, когда Шнайзель настолько вскипел от гнева, что не погнушался бы собственноручно задушить того сукиного сына, который всё это устроил.

- Скажи, брат, как обстоят дела во владении, что ты передал нашей любимой сестре?

+7

6

Это было едва заметно, но похоже, Шнайзеля удовлетворило то, что он видел. Наверное, стоит гордиться. За менее чем полгода Ренли пришлось сделать огромный рывок вперёд, который, если подумать, со стороны показался бы ему непосильным. У этого была цена. кто бы спорил. Но она есть у всего. Альтернативой была бы роль очередной жертвенной пешки в играх, о которых прибывший в 11-й Сектор Ренли понятия не имел. Не то чтобы он смог стать ферзём - но по крайней мере пешка далеко продвинулась по доске и кое-что узнала о правилах и ставках.

И как и с отцом, он получил совет. Не из приятных... Но принц уже прошёл большой путь, на котором приходилось в ход пускать и такое. Кое-что у него уже было, с остальным придётся поработать. И урок, как грамотно применять такое, в процессе не только прихватывая за причиндалы нужных людей, но и находя новых друзей. Уничтожение компромата на семью Кроу, к примеру, дало ему больше, чем он потерял. Не говоря уже о том, что есть кому подсказать - эта история напомнила ему, что среди соратников принца был человек, весьма много тайн знавший.

- Будем надеяться, мой будущий вице-премьер сможет найти мне достаточно ниточек на первое время. - Вероятно, Шнайзель легко догадается об очевидной кандидатуре. Скорее уж окружающие задумываются над тем, куда именно принц определит Эдварда Уоллера, не  сомневаясь в самом факте повышения давнего друга, наставника и партнёра принца. А ведь когда-то их союз стал для многих сюрпризом, для некоторых - на редкость неприятным. Ведь Уоллер был как раз из тех, кто о многих высокопоставленных мог правду рассказать такую, что хуже всякой лжи. Джоан Британская, ставшая при Ренли министром образования, тоже могла бы... Но с ней надо было быть осторожным. Она не была врагом - но у неё были свои интересы, которые императрица защищала, и стоило дважды и  трижды подумать, заключая с ней очередной договор. Пока что её умение  наводить порядок в своей сфере и в определённой степени положительно влиять на происходящее в Кабинете было более чем достаточным доводом не слишком её беспокоить. Труднее было не давать ходу многому из точно что принц узнал... Но тут Уоллер был прав, Британию не изменишь быстро и легко, следовательно надо терпеть меньшее ради большего. Сейчас задачей Ренли было навести порядок, убедиться что механизм отлажен, и решить текущие животрепещущие проблемы, чтобы было что сказать обществу, а главное - заслужить доверие отца. Иными словами, укрепить свою позицию по всем фронтам и прибрать за собой. Тогда - и только тогда - можно будет замахнуться на большее.

Волей-неволей он часто думал о том, каково было матери завоёвывать и отстаивать статус заслуженной королевской кобры в пендрагонском серпентарии, защищая своих детей и уча их выживать... Нет. Не просто выживать. Сражаться и охотиться, никогда не быть жертвой, отстаивать свои мечты и амбиции... Как не могла она сама. Эта мысль была болезненной. Раньше принц не понимал, какую цену она платила - да и сейчас скорее всего видел лишь верхушку айсберга. Мог ли он что-то для неё сделать? Должен был хотя бы попытаться. И уж самое меньшее - не подвести.

- Учитывая, что от меня такого и ждут... Постараюсь не разочаровать. Хотя идея с Гвиневрой это нечто. Надеюсь, она не в курсе. - Слова Шнайзеля о папке заставили отвлечься немного от трудных мыслей и улыбнуться. А ведь и правда, это  теперь выглядело иначе - не так давно Ренли бы и сам купился. Да, ему такое и правда не помешает.  Несколько идей дадут немалую пищу для дебатов, а сам министр уже заметил, что за громкими делами  часто незаметно продвигаются менее заметные, но куда более необходимые.

Юфи. Да. Ренли не так давно вернулся из поездки в госте к сестре, и... Ну, скажем так, впечатления были смешанные. Дело было не в Юфи, а скорее в объеме того что ещё надо было сделать, чтобы хоть немного улучшить положение дел. Их с Юфи вроде бы радикальные меры были только началом, любые реформы имели инерцию. Не говоря уже о том, что его не отпускало ощущение, что сектор жил какой-то своей тайной жизнью, о которой у британцев не было понятия. Некоторые проблемы были понятны. хоть и сложны, но было и ещё что-то, причём после разговора с отцом у принца были основания полагать что он знает некоторые части головоломки. Однако тут впору было свихнуться, и делиться догадками со Шнайзелем рановато. Не говоря уже о том, что с его умом, Второй Принц и сам способен додуматься до многого - и, возможно, куда большего чем Ренли.

- Как тебе сказать... Если честно, мне не очень хотелось оставлять там Юфи. Но никто другой не сможет продолжить начатое, а ей будет лучше вдали от Пендрагона. - У Ренли может и не было точных данных, но чтобы понять, что Эвелина, прямо скажем, не мать года,  было не так уж трудно. Возможно, упомянутые Шнайзелем методы придётся пустить в ход именно в этом случае. Потому что альтернатива будет на редкость паршивой.

- Но меня беспокоит другое. Мы многого добились, решили некоторые проблемы... Но я до сих пор чувствую что наша разведка и прочие там только скребут по поверхности, а вся крупная рыба плавает глубже. Всё равно что играть в покер, толком не зная правил и комбинаций. Думаю, ты сам это понимаешь, видел отчёты.

Более чем достаточно всякого успело произойти, когда Шнайзель ещё был премьером и обладал доступом ко всей информации. И это не говоря о его неофициальных источниках.

- Посылая меня туда... Теперь я думаю что тебе мог быть нужен свежий взгляд. Но всё пошло явно не по плану, и не только там. И вот мы здесь беседуем.

+4

7

-Думаешь, если бы она знала, мы бы сейчас говорили?

Юмор. Идеальное оружие, применяемое в умелых руках, чтобы расположить к себе собеседника и снизить градус напряжения в беседе. Конечно, о кандидатуре вице-премьера Шнайзель догадывался, и заранее не одобрял этот выбор. Если оставить Империю в их руках, он точно знал, проблемы полезут как французы из борделя. Только дураку не хватит сообразительности понять о связях между Ренли и его кандидатом, а таких в правительстве было не то чтобы много. И тогда начнутся волнения, споры, и их съедят с потрохами. Нет, конечно, Шнайзель знал о репутации Уоллера, и не сомневался в его навыках, но сам факт того, что вице-премьер будет абсолютно верен премьеру и, соответственно, безнаказанно продвигать все его инициативы? Вздох. Воспоминания. Кабинет министров сам по себе то ещё гнездо гадюк, а уж если брать всю верхушку в целом… Если пустить дело на самотёк, отцу придётся отстранять всех одного за другим и судорожно подбирать замены, пока не окажется, что империя посыпалась. Каков бы ни был его статус сейчас, Шнайзель всегда останется тем, кто построил и сохранил Британию, даже если ему придётся раскрыть некоторые свои карты.

-То, что ты сейчас услышишь, должно остаться между нами. Никогда, слышишь, никогда не упускай контроль над оппозицией. Если ты перестанешь давать им указания, за что можно выступать против тебя, они найдут это сами. И ради великого Дарвина, Уоллер на эту роль подходит не лучше Наны или, скажем, Одиссея. Подожди, я быстро.

Один звонок, короткий, из которого постороннему слушателю будет понятно только то, что Шнайзель попросил кого-то быстро, очень быстро, и тихо, прибыть к нему. Теперь оставалось только дождаться, а потом доходчиво объяснить младшему брату, какой инструмент ему дарит старший, и как им правильно пользоваться, чтобы не допустить отставки в первый же месяц. Аргумент Ренли о Юфи он принял. Как он вообще мог оспорить это, если сам же по этим же причинам отправил Нану в ЮАР? Тут они были похожи больше, чем каждый из них был готов признать. Жестокий интригант Шнайзель и светлый благородный Ренли, казалось, были разными сторонами одной монеты, но снять оболочку, копнуть глубже, и окажется, что оба они – принцы своей страны и братья своей семьи. Ни больше, ни меньше, но этих простых понятий хватало, чтобы объяснить все их поступки, такие разные и непохожие. И в этот момент Шнайзелю предстояло определить раз и навсегда, кто перед ним: брат или враг. Без должного освещения маска апатичного изгнанника, нашедшего утешение в вине и женщинах, едва заметно сменилась лицом человека, готового, образно говоря, убить в любой момент.

-Я видел отчёты, брат. И те, которые ты вряд ли хотел, чтобы я видел. Мы оба делаем то, что должны, и я не буду требовать, чтобы ты объяснился, как и ты не будешь требовать объяснений от меня, но ответь мне честно. Всего на один вопрос. Мы оба знаем, что я и сам узнаю, но так будет быстрее, не находишь? Итак. Что-то из твоих действий, скрытых от публики и официальных отчётов, стоит моего беспокойства или может угрожать, скажем, Юфи, или кому-то из нашей семьи, или нашей стране? Всего одного слова достаточно, но хорошо подумай, прежде чем его сказать.

Рискованно и прямолинейно, совсем не то, что ждёшь от Шнайзеля, но ведь в этом же вся суть ведения войны? Застать противника врасплох, ударить туда, где он не ждёт, и развить преимущество. Ренли пришёл, ожидая застать старшего брата врасплох, но был встречен так, словно его ждали. Он ожидал хождения вокруг и скрытности, а получил вопрос в лоб. И не важно, что он скажет, нет. Слова это только слова, и не более. Куда важнее, как именно он их скажет, и что при этом Шнайзель увидит в его глазах. Если это правда, если Ренли действительно замешан в чём-то опасном, это его дело, но бывший премьер сделает всё возможное, чтобы оградить близких ему людей и страну от ошибок младшего брата. Если же Ренли ни в чём не замешан, то у них назревает проблема. Очень большая проблема, решать которую придётся двойным мозговым штурмом.

+4

8

- Эд тоже говорил нечто такое. Но в отсутствие подходящих оппозиционеров в запасе, с которыми можно вести диалог и рычагов надёжного воздействия на тех что есть, выходило что это меньшее зло на первое время. Альтернативы были либо хуже, либо на грани русской рулетки. - Покачал головой принц, давая брату время сделать звонок, и пока не очень понимая, что из этого выйдет, - У меня не было папки "Когда мне предложат стать премьером без подготовки, а отказ будет себе дороже". Твоё смещение и Корнелия на замене - не тот сценарий, которого ждал хоть кто-то. То, что она не задержится, было вероятно... Но выбрать меня? Тоже неоднозначно. Так что я выбрал продержаться первое время тем что есть - и найти путь наладить работу тем что надо. По той же причине избегал слишком радикальных мер, кроме назревших.

Кто бы спорил, план был на уровне опасно близком к стартапу "дикий папуасский танк, из ракушек и говна", но во-первых, вариантов у принца и правда было немного (и за те спасибо Эду, который наскоро обеспечил минимально необходимыми советами и ресурсами), времени и того меньше, а сценарий с попаданием в кресло премьера со стороны был откровенно нереалистичным, но таки был. А сам Ренли отдавал себе отчёт - от него такого ожидали. И это давало шанс наскоро собраться с силами и что-то придумать... Вроде вот этого визита, да. Принц не то чтобы расслабился, но принял факт что с братом всё же будет диалог.

- И ты зря, Наннали как раз умеет спорить и действовать сама. А учится пугающе быстро, особенно когда поблизости старый чёрт Эшфорд. Ты хоть думал что, позволив ей попасть в политику, доставил в ЮАР маленький милый Ящик Пандоры в подарочной упаковке? И не для одного Боты, а в перспективе - для нас всех. - Довольно резко высказал Ренли, но можно было заметить, что шутка тут была если только для снятия напряжения, а на деле принц был пугающе серьёзен. Но Шнайзель ведь и сам должен был понимать, или как? Или его тоже обманул образ доброй девочки, спасающей сестрёнку? Тогда у них проблемы.

А у него - прямо сейчас. Ренли более чем достаточно провёл времени с убийцами, чтобы ощущать такие изменения не столько органами чувств, сколько инстинктом. а общение с отцом дало опыта действительно трудных разговоров больше чем вся прошлая жизнь. И как и тогда, сейчас с простым ответом были проблемы. Но Ренли взгляда не отвёл,  и по глазам нетрудно было понять - адмирал честен, насколько возможно:

- Хорошо подумай прежде чем включить турель или как ты там предпочитаешь, потому что... Чёрт возьми да. Я сделал за эти месяцы больше рискованного чем за всю жизнь, раскопал то, чего не ждал, не искал и не хотел - как в тому дурацком фильме где в метро откопали драконов - и это опасно. Для меня и тех кто рядом. И для Империи. Но это началось до нас и не нами начато. И далеко не всё было последствиями моих ошибок и решений. Но разгребать - нам.

Он помолчал.

- Это был жёсткий урок и я его усвоил. Но угроз ещё хватает. Тех, что не от моих действий и тех, которые я не понимаю до конца. Я на твои вопросы отвечу... Постараюсь. - Дал понять он что с этим не так просто, - И мне кажется, пробелы ты заполнишь и сам.

+4

9

Мог ли он предвидеть такое поведение Наны? Вполне. Учитывая, кто была её матерью, как она могла не справиться? Но это была Африка, страна продажных буров, суеверных негров, и импотента Боты, а не проклятый Пендрагон. Её бы тут сожрали, неужели Ренли этого не видит? Она – конкурент. Слабый, но конкурент. Шнайзель был готов поставить на то, что она бы не прожила и год, останься она в Пендрагоне. Как минимум, такие простые вещи как отравление или пуля в голову, или несчастный случай на прогулке. Миллион возможностей, и, Шнайзель знал точно, многие в их семье прибегали к услугам так называемых специалистов, которые сделали охоту за головами династическим ремеслом. Что же до другого его ответа, тут бывший премьер прекрасно понимал, что именно брат хочет сказать. У всех есть свои секреты, все совершают ошибки, и все пытаются играть в игры, которые могут завести их не туда. Маленькие госперевороты и измены Ренли его не волновали, это абсолютно нормальное занятие для мальчиков его возраста. Куда больше его беспокоило другое…

-Мне казалось, в нашей семье о моём интеллекте куда лучшего мнения. Труп премьера дома у бывшего премьера? У меня не настолько дурной вкус, поверь мне. Если я захочу убрать тебя, ни у кого не возникнет и тени сомнений что я тут ни при чём, и только ты в свой последний вдох вспомнишь наш разговор. Но не переживай, сейчас, когда ты на посту премьера и понимаешь что твои действия имеют последствия, я твой друг. Более того, я твой единственный друг.

В этом не было ни лукавства, ни пафоса, ни интриг. Может Ренли этого ещё и не осознал, но уже очень скоро он окажется в ситуации, когда весь мир будет смотреть на него, даже самые близкие,  и всем им будут нужны ответы, которых у него не будет. И никто кроме Шнайзеля его не спасёт. Дело даже не в личной симпатии, а в том, что долг старшего брата заботиться о младших, долг премьера заботиться о стране, и на войне не бывает бывших братьев и бывших премьеров, есть только потерявшие всё и опустившие руки, и те, кто не забывает о своём долге. Шнайзель знал, кем он был, есть, и всегда будет.

-После Альбиона я задавался вопросами, много разных вопросов, и, кажется начал находить ответы. Люди, оказавшиеся там, где быть не должны. Люди, взявшиеся из ниоткуда и пропавшие в никуда. События, не имеющие смысла и объяснения. И всё это так или иначе вертится вокруг тебя.

Шнайзель приблизился, и даже в темноте давящее превосходство его роста и его решительный взгляд могла выбить почву из-под ног более слабохарактерных людей. Оба знали, что если сейчас дойдёт до прямого столкновения, по старинке, кулак против кулака, явное преимущество будет за Ренли, но кто из них действительно выйдет из этой комнаты всё ещё остаётся открытым вопросом. С другой стороны, оба так же хорошо понимали, что есть вопросы, которые можно решить иначе.

-Я верю, что ты осознаёт последствия своих действий, и я скажу тебе это только один раз. Если ты не уверен, что способен заняться решением своих проблем, отойди в сторону и не мешай мне. Скоро я отправляюсь в 11 Сектор, разгребать твой бардак и искать одного человека. Что мне точно нужно знать до того, как я туда отправлюсь, чтобы после мне не пришлось искать тебя и добиваться ответов иначе.

От маски человека, закрывшегося в себе, и ищущего утешения в вине, не осталось и следа. Перед Ренли был тот самый человек, чьими руками Британия получила большую часть своих территорий, тот, кто угрозами и лестью, шантажом и подкупом, построил такую Империю, какой она была, и не дал этому развалиться. Тот, кем Ренли ещё только предстоит стать, если он сможет дожить до этого. И тот, кто не станет брезговать никакими методами на пути к достижению своих целей.

+4

10

- Скорее я верю что ты и этот гамбит разыграл бы идеально. - Иронично заметил Ренли, впрочем, довольно искренне. Не то чтобы Шнайзель врал насчёт вкуса... Но считать, что он не способен нарушить свои собственные стиль, привычки и правила, если это будет необходимо, было бы наивно. Что-то в глубине подсознания при этой мысли шевельнулось, но это была не более чем рябь на воде, теряющаяся на фоне куда более важного. Трудно было расположить всё в голове верным образом после того, что принцу пришлось пережить на отцовском флагмане. По сути, с тех пор каждый день был в той или иной степени уборкой в собственной голове, где истинная  и ложная память постепенно уничтожали и выявляли противоречия с реальностью. Неудивительно что порой это создавало проблемы здесь и сейчас - слишком много информации приходилось обрабатывать.

Но мимолётная мысль о Шнайзеле и трупе родственника поблизости где-то в голове отложилась. Может быть, когда-нибудь она и всплывёт из глубины...

Но в то, что сказал Шнайзель, адмирал был готов поверить. В конце концов, с того момента, когда он был готов придушить брата собственноручно... Много чего было. И самое главное - Ренли не раз пришлось изменить мнение об этом. Вот уж и правда - последствия... Так что и Шнайзель мог увидеть, что тот юноша, которого он ещё недавно наставлял перед отбытием в 11-й Сектор, с тех пор повидал и пережил ой как много. Взгляд он выдержал - и, возможно, в ответном Шнайзель увидел определённое... Признание. Чуть больше понимания.

Однако всё на свете начинается с "чуть".

Принц сразу понял, о чём говорит Шнайзель и ответ на этот вопрос было дать ещё сложнее. Не потому что Ренли не хотел. Однако понимание последствий и тонкостей у него уже было. И настолько сложного "взрывного устройства" ему не попадалось доселе ни разу. Отец дал понять что готов к тому что полученная принцем информация уйдёт на сторону... Но это не означало что стоит рисковать. Для начала...

Он кивнул - медленно, плавно, давая без слов понять - Шнайзель видит картину верно. И его намерение отправиться в 11-й Сектор тоже было как нельзя кстати. Шнайзель был тем, чьим оружием был интеллект, и именно такое им  было и нужно в этой войне, где проигравший рисковал не только жизнью, но и свободой воли, памятью, разумом... Даже личностью. Вот только что и как ему сказать? Память и информация в этих сражениях были ресурсом, оружием, ставкой. Если позволишь лишнему попасть не в те руки - можно снова потерять всё или подвести близких. Ум Шнайзеля - великолепное оружие, но в то же время - не абсолютен и не неуязвим.

Можно допустить что здесь и сейчас - безопасно. Но если память Ренли верно оценивает всё, то Шнайзель собирается отправиться в осиное гнездо, где Ренли уже однажды потерял брата и чуть было не потерял сестру, а потом и свою память. Долг Ренли - вооружить его для этого, и в то же время не породить брешь в собственной защите, потому что за ошибку расплачиваться придётся слишком многим. Нетрудно заметить, что Ренли крепко задумался - но сейчас Шнайзель может заметить что это раздумья солдата и командира, просчитывающего путь к победе с наименьшими потерями. Одного из тех, кому планы Шнайзеля были обязаны грамотным исполнением. И не только те, что исполнялись при свете солнца и открыто. И это к лучшему - адмирал понимает, как обращаться с опасными вещами. как превратить паранойю в оружие, а не слабость.

- Хорошо что ты будешь там. Это место... Если не центр всего, то уж точно один из выходов магмы на поверхность. Сразу во многих смыслах. - Дать понять, что есть куда копать, - Хорошо что мы не выглядим со стороны лучшими друзьями, лучше будет так и продолжать. Со всеми, даже с Юфи. - Действительно, таким образом вероятность подозрений будет ниже, - Особенно рядом с ней. - В окружении сестры сестры есть не те люди, - Нам до сих пор приходится расхлёбывать последствия дел Кловиса, - Указание откуда всё полезло, - И многим не нравится внимание к этому. Неудивительно - их это тоже не в лучшем свете покажет, я уже сталкивался, - Будь осторожен, тайны охраняют, и я обжёгся на этом, - Стоит раз десять подумать прежде чем делать что-то официально и публично, не разобравшись. В том числе и обмениваться информацией. - Не слишком заметный, но понятный жест, дающий понять, что говорить важные детали вслух и прямо принц избегает, так что будем надеяться, Шнайзель догадается подсказать способ непрямой передачи информации. И наконец, Ренли добавляет нечто не менее важное.

- Я недавно был в ЮАР. Сумел поговорить с отцом и сделал некоторые... Выводы.

А вот это Шнайзель, как тонкий психолог, должен понять хорошо. Ренли очень редко называл Чарльза отцом. В последние годы - почти никогда. Нетрудно догадаться, что такого рода разговор не мог быть ни простым, ни без последствий. 

- И заглянул к Юфи. Подарил её кое-что полезное во многих смыслах. Можно сказать, безопасное убежище. Советую ознакомиться.

А уж Ренли позаботится, чтобы Шнайзель понял, что "Ямато" не просто крутой линкор с уютными каютами, но и высший доступный уровень защиты от шпионов... а также возможность неявно доставить послание.

Что ж, он всегда знал что рано или поздно у него будет настоящая война. Почему бы и нет.

Отредактировано Renly la Britannia (2021-10-04 15:06:52)

+4

11

Два премьера
Время между двумя ударами сердца словно замерло, расиянувшись в бесконечную линию. Словно этот удар сделало одно сердце на двоих, связав братьев, каждый из которых рискнул раскрыть карты, и ждало, решая, будет ли следующий удар общим для их двоих, или только для одного. Наверное, каждый из них видел сейчас перед собой десятки путей, десятки итогов. Шнайзель знал, как хорош Ренли. Но Ренли не знал, на что на самом деле способен Шнайзель. Сможет ли один из них взять верх над другим? Должен ли? Стал ли Ренли врагом и угрозой? Шнайзель с невероятной скоростью сравнивал услышанное от Ренли с результатами собственного расследования. Враг или друг? Угроза или возможность? Было достаточно много доводов в пользу разных выводов, но очень важно было не только доверять фактам, но и слушать своё чутье. Тем более, когда "факт" может оказаться не более чем туманом, напущенным неизвестным врагом. Вытянутая линия времени сжалась в точку, сердце сделало ещё один удар, секундная стрелка с щелчком прошла до следующего деления, и ход событий вернулся к привычному темпу. Плавным движением Шнайзель продлил ещё алкоголя брату и себе, окончательно делая для себя вывод.

-Друг.

Столь непривычно из уст Шнайзеля слово, которым он не разбрасывался, когда был искреннен, прозвенело словно колокол.

-Я принимаю твою искренность и, пока не появится причин считать иначе, ты будешь мне другом и союзником. Как и я тебе. Не официально, конечно. Ты верно заметил, мы сможем сделать гораздо больше, если для всего мира мы будем врагами. Я, считающий тебя виновным в моей отставке и унижении, и ты, затаивший обиду на меня за принятые мной решения. Пожалуй, я загляну посмотреть на твой музейный экспонат. Слышал, кроме наших новых "Химер" ему нет равных. А ты встретишься с одним человеком. И будешь прислушиваться к его советам. Ты оставишь мне свой бардак в А11 и дашь мне все инструменты для его устранения, а я дам тебе всё необходимое, чтобы удержать нашу империю на плаву. А уже после, если захочешь, можем заняться выяснением других отношений.

+4

12

Ренли за последние месяцы пришлось пережить достаточно, чтобы свести с ума или в могилу многих. Он выдержал - не в одиночку, разумеется. И крайне редко думал о том, что, по-хорошему, для его возраста это слишком. Мог, хотел - и делал. Было нелегко, но ведь таков британский путь, верно? Им шли все, и даже принц не был и не хотел быть исключением. Особенно принц, которому даны шанс и ответственность сделать больше.

Лидера не призывают - он отвечает на призыв.

И непросто было услышать сказанное Шнайзелем именно так, как оно было сказано. Честно и искренне.

Но Ренли смог. Точно также как смог увидеть в маленькой сестрёнке (дважды!) решимость и ответственность взрослого. Как добился краткого момента откровенности с Чарльзом, как сын с отцом, перестав эту связь отрицать.

Наверное, он здорово повзрослел за последнее время и сам.

- Друг. - Многим людям он говорил это слово, но как же по-новому звучит оно сейчас, пусть и точно также честно и искренне, как всегда у Ренли. Такими словами он не бросался зря, и Шнайзель это знал. Ничего лишнего тут было не нужно. Сколько угодно можно было спорить о решениях и методах, но они были одними из тех немногих, кто действительно думал о Британии не только как орудии или ресурсе, или объекте служения. Оба принца хорошо понимали, что такое право, обязанность и ответственность не только защищать и беречь, но изменять, создавая новое и удаляя отжившее. И здесь могли протянуть друг другу руку.

- Только между нами - насчет невесты я давно обижаться перестал. - Улыбнулся Ренли. - Да, "Ямато" после нашей модернизации снова в высшей лиге. А я оставил в секторе отличный флот для неё, так что...

Действительно. Флот, в котором Ренли знал всех высших офицеров, каждый корабль. Надёжный аргумент в спорах, где говорят пушки, если в регионе что-то пойдёт не так. А оно могло. Соседство с Китаем и Россией было опасным, и хорошо что сейчас группировка усилена. В отличие от понёсших потери европейцев, русские и китайцы имели на Дальнем Востоке все средства, чтобы устроить соседям интересные времена. Допустим, сейчас и тем и другим не до этого, но насколько их хватит? Изначальная причина появления Ренли в 11 Секторе никуда не делась.

- Да, когда корабль изрядно штормит, не время для выяснения, кто лучше подходит на роль капитана и прочее. Итак, с кем я должен встретиться?

+4

13

-О, он тебе понравится. Подожди, я скоро.

Оставив брата одного, Шнайзель тихо вышел в тёмный коридор. В последнее время Шнайзель предпочитал темноту, ведь в ней так удобно прятать охранные турели. И не только их. Быстрый, едва заметный жест рукой, направленный словно в никуда. Никакого движения, никаких перемен, но теперь, Шнайзель знал, в тенях стало действительно пусто. Ренли ответил на вопросы верно и в подстраховке больше не было нужды. Как минимум на этот вечер. Встретив своего гостя, Шнайзель провёл его обратно, представив Ренли. Вернее, сначала он как следует насладился моментом, видя все степени удивления и осознания в глазах брата. Не каждый день вся политическая картина Британии рушится на его глазах, и хотя Ренли уже должен был начать привыкать, к такому он вряд ли был готов. Главный оппонент Шнайзеля, непримиримый оппозиционер, дружелюбно улыбался, привычно занимая любимое кресло, пока Шнайзель, не спрашивая, наливает тому выпить.

-Теперь, когда мы все вместе собрались, стоит вас познакомить. Фрэнк, это мой младший брат, Ренли. Как политик он немного наивен и глуповат, но он быстро учится. Будь добр, не дай ему развалить страну, которую мы так долго строили. Ренли, это Фрэнк Феллвуд, он был моим госсекретарем и, как ты знаешь, главным моим противником. Наверное, во всём мире политики он единственный, кого я могу считать другом. А теперь к делу. Скоро он официально предложит свою кандидатуру на аналогичный пост при тебе. Ты ему откадешь. И тогда он тебя заставит.

Закончив, Шнайзель улыбнулся и сделал из бокала глоток вина. Держи друзей близко, а врагов - ещё ближе. А уж когда твой друг одновременно и твой враг, или наоборот, давай ему как можно более высокий пост. План простой, и в то же время изящный. Фрэнк был действительно хорошим игроком. Наверное, лучшим, после Шнайзеля, но тут принц не был до конца уверен, кто именно с кем играл. И только в руках такого человека можно было оставлять империю. Кивнув, Фрэнк обратился уже к Ренли.

-Всем этим скучающим лордам в парламенте нужно шоу, представление, иначе они начинают скучать и думать, а этого нам допускать никак нельзя. Каждый премьер сам решает, нужны ли ему вице-премьер и госсекретарь. Вы возьмёте себе в вице-премьеры кого захотите, и тогда я, считающий пост госсекретаря своим, попрошу вас о назначении. Но зачем я вам, правда? Откажите, придумайте мне назначение похуже, что угодно. И тогда, за закрытыми дверями, я предложу вам выбор: либо я получаю пост, либо всплывают некоторые ваши секреты. Думаю, мы все знаем, какие именно. И вы уступаете мне, даёте мне желаемое. Это всё проходит достаточно тихо, и вскоре все лорды об этом знают. В их глазах я сильный лидер, способный давить на премьера, отстаивая их интересы.

Вот так просто, в тёмной комнате, с крепким алкоголем, решалась настоящая судьба Британии. Об этой встрече никто не узнает, ведь если премьеры хотят что-то оставить действительно тайным, таким оно и будет. Шнайзель с любопытством наблюдал за реакцией брата. Это правда, тот быстро учился, и такой урок пойдёт ему на пользу. Что до Фрэнка, тут Шнайзель не сомневался, что тот сообразил бы и сам, какой пост хочет и как его добиться, однако зачем делать принца своим врагом так быстро? К тому же, скорее всего, Шнайзель ещё вернётся в большую политику, и уж из него делать врага точно не стоило.

+3

14

Ренли и правда был удивлён и не скрывал этого. Политика, конечно, штука сложная, он это знал давно - как никак, образование включало и этот аспект, тут профессор Смайли и Уоллер на славу поработали - однако лишь в последние месяцы теоретические конструкции, которые было легко и интересно обсуждать, стали обрастать плотью, становясь его неприглядной реальностью. Ладно, кое-что было и раньше, но то тянуло максимум на поездку к морю, а теперь он нырнул  в самую глубину.

Он знал Феллвуда. В конце концов, память у Ренли была хорошая и он справился с задачей хотя бы в общих чертах разобраться, кто есть кто в имперском правительстве, а этот человек был однозначно среди важнейших фигур... И до сего момента принц не вполне представлял, насколько. Ещё Смайли объяснил, почему без оппозиции в политике никуда, но чтобы оппозиция сам приходила  гости к объекту своих претензий... Неудивительно что Шнайзель добивался успеха.

- Доброй ночи, господин Феллвуд. - Удивлению время, а вот затем надо сохранять лицо и быть вежливым, ведь принц и так понимал, что просто с этим человеком не будет, на деле же оказалось ещё сложнее. Адмирал не стал прерывать брата и его оппонента, выслушав до конца идею, выглядевшую дикой... И в то же время гениальной.

Не просто так политики любят использовать  своих многоходовках пресловутые "Black Ops" - с таким-то количеством общих черт!

И в то же время Ренли-политик сделал в уме пометку о том, насколько Феллуд опасен. Несмотря на то, что они со Шнайзелем  заключили дружеское перемирие, ослаблять бдительность было смерти подобно. Сколько ещё неочевидных тайн вокруг него? То-то и оно. И в тот момент, когда он сам будет знать нечто, недоступное другим, когда научится создавать подобные связи - только тогда Ренли получит то, чего желает. А пока...

- Да, это будет отличное представление. - Серьёзно кивнул он, - И, думаю, не последнее. Сделать нужно много... Но сделать красиво, верно?

И правда. Многое из необходимого не имело шансов, если это делать в лоб и напрямую. А если вот так, с приподвыподвертом? А вот так может и сработать.

И сработает.

0


Вы здесь » Code Geass » События прошлых арок » 13.12.17. Double Prime