По любым вопросам обращаться

к Nunnaly vi Britannia

(vk, Uso#2531)


Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » События игры » 24.01.18. One Way Ticket


24.01.18. One Way Ticket

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

1. Дата: 24 января 2018
2. Время старта: 00:00
3. Время окончания: 18:00
4. Погода: +36..+40, возможно облачно
5. Персонажи: Дункан Кэмпбелл
6. Место действия: База Евросоюза на маршруте Тропа Зверей, Танзания
7. Игровая ситуация: Спасаясь от преследования, последние бойцы пропавшего на территории врага отряда совершают отчаянный рывок, чтобы попасть домой
8. Текущая очередность: Сольф Кимбли, Дункан Кэмпбелл

Отредактировано Solf Kimblee (2020-07-26 23:20:08)

+1

2

[npc]165[/npc]

Боевой дух нередко оказывался ключевым фактором, разделявшим победу и поражение. После сокрушительного поражения, отступающие силы 501го больше были похожи на оживших мертвецов, с трудом ставящих одну ногу впереди другой. После сражения на выживание в окружении дикарей они вновь поверили в свои силы и были готовы дать бой противнику, который посмеет встать на их пути домой. После столкновения с браконьерами их боевой дух окончательно устремился ввысь, они отдохнули, обзавелись новыми боевыми товарищами, новым оружием, улыбались и пели, и даже следовавшие по пятам казаки их не пугали. Однако, теперь же никто не пел и не улыбался. Даже Уилл, обычно энергичная, молча шла, включив камеру, и не находила в себе сил проронить ни слова. Сначала они подумали, что ошиблись и вышли к какому-то другому месту, или что так выглядит только окраина, но с каждым шагом понимание настигало их всё сильнее, и скрыться от осознания происходящего было уже невозможно. Мбея, крупный торговый город с населением почти 400 000 человек, был сейчас перед ними, а так же под ними, позади них, и вообще вокруг. Только, городом это назвать было нельзя. Там, где раньше были здания школ и университетов, вокзалы и аэропорт, жилые дома и бизнес-центры, улицы, парки, и скверы – повсюду теперь была только мелкая крошка,  следы от воронок, и редкие выстоявшие куски стен. Когда-то давно, отступая, они ругали войска Боты, которые не смогли вовремя прийти им на помощь, и теперь, ступая по тому, что стало их могилой, ни у кого больше не находилось желания обвинить их. Благодаря желанию Евросоюза продемонстрировать силу и решительность город Мбея перестал существовать.

Благодаря птице Мордекая, отступавшие точно знали, где находятся преследовавшие их казаки, и вскоре после остановки у кузнеца их танки становились всё ближе. Гнать коней приходилось на пределе сил, но даже так они, казалось, не приближались к цели. Уилл хотела добраться до Мбеи и там, под прикрытием сельскохозяйственных построек и пригорода добраться до так называемой Тропы Зверей, и этот план мог бы сработать, если бы они смогли найти Мбею. Позади уже виден был столп пыли от казачьих танков, а впереди всё не показалось ни одного здания. Вполне вероятно, они где-то не там свернули, но в сложившейся ситуации это более не было первостепенной проблемой. Для начала стоило как-то избавиться от преследовавших казаков, а впереди не наблюдалось ничего подходящего кроме каких-то руин. Выбирать не приходилось, а руины могли несколько задержать танки, и потому Уилл отдала приказ направить коней прямиком через них. К удивлению, танки не просто замедлили ход, а полностью остановились, позволяя беглым бойцам 501го разорвать дистанцию. Лишь окончательно убедившись, что их не преследуют, они спешились, давая коням отдохнуть, а за одно изучая руины, в которых укрылись. Больше всего это походило на огромную свалку, куда свезли строительные отходы и прочий мусор со всех окрестностей, но было в них нечто неприятное, зловещее. Темнело, и хотя ночные переходы несколько раз спасали их от преследователей, уставшими по такой местности, да ещё и с практически нулевой видимостью, они вряд ли много выиграют. Решено было искать место для привала, и хотя на первый взгляд казалось, что разбить ночлежку можно где угодно, ведь вокруг руины, на деле задача оказалась крайне сложной, и пришлось очень внимательно осматриваться по сторонам. Именно тогда среди кучи камней, крошки, и каких-то досок они нашли табличку, на которой, несмотря на повреждения, можно было разобрать «Туманийский Университет Макуримы – Мбея».

Музыка для создания настроения

Уилл никак не могла заставить себя заснуть, хотя понимала, что отдых ей, как командиру, крайне важен для сохранения ясности ума, от которого зависели жизни её подчинённых. И всё же, она не могла уснуть. Всеми порами своего тела она ощущала, что место это очень нехорошее, словно что-то невидимое витает в воздухе и проникает в них. Конечно, это чувство легко можно было объяснить стрессом, усталостью, и тем фактом, что они ночуют на руинах ещё недавно процветающего торгового города. И всё же, наученная опытом, Уилл подвинула поближе трофейный меч, полученный в ходе недавнего визита в закрома Кузнеца. После ещё пары безуспешных попыток заснуть, она поднялась, накинула свою львиную шкуру, предупредила часового, что ей нужно отойти, и пошла проветриться. Разводить огонь было опасно, неизвестно преследуют ли их, но почему-то было гораздо светлее, чем можно было ожидать от столь облачной ночи. То, что было у неё под ногами, когда-то было улицей, но уже никто не узнает, откуда она вела и куда, и всё же Уилл могла поклясться, что улица залита светом фонарей. Внезапно, из темноты ей навстречу вышли люди, двое взрослых и ребёнок. Никак не отреагировав на Уилл, на её окрик или вынутый из ножен меч, они просто прошли мимо, а девушка, обернувшись, увидела ещё людей, а затем ещё. Все они спешили каждый по своим делам. Кто-то кого-то встречал, кто-то с кем-то прощался, они заходили в магазины и выходили из них. Не понимая, что происходит, Уилл решила, что пора возвращаться обратно, только вот на пути её выросло многоэтажное здание, которое внезапно оказалось далеко не единственным в округе. Прямо перед ней из магазина вышла девочка, прижимавшая к груди новую куклу, а шедшая позади неё мама в одной руке держала большой пакет, в другой же был телефон, по которому она активно с кем-то обсуждала меню на ужин. Как и все остальные, эти двое прошли мимо и затерялись в толпе. Куда бы Уилл ни пошла, повсюду были люди, жившие своей обычной жизнью, и, не выдержав, повинуясь скорее инстинктам, она наотмашь разрубила ближайшего к ней человека.

Стоило лишь клинку соприкоснуться с телом, как всё кругом растаяло дымом. Теперь она шла одна в белом тумане, из которого лишь изредка появлялись корчившиеся негры, кашляя кровью, пока газ разъедал их лёгкие. Их лица были полны ужаса, каждый из них тянулся руками к ней, друг к другу, или к кому-то неведомому, словно моля о помощи. Отступая из окружения, Уилл не имела такой роскоши как возможность рассмотреть, что же происходит, и теперь, видя этих фантомов, она осознала, что именно наделала. Нет, она поступила правильно, что сделала всё необходимое, чтобы спасти своих людей, но какой ценой? Это было страшное оружие мучительной смерти, которому не было места в цивилизованном мире. Она сделала необходимое в сложившейся ситуации, но это была вынужденная мера. Они сами же её заставили, не более. Это варварское оружие, её полк не воюет такими методами. Да неужели?

Она стояла в проходе между домами, и следила за тем, как по улице едут солдаты ЮАР. Естественно, до конца эвакуировать город никто не успел, да и вряд ли его вообще на самом деле собирались эвакуировать, да и вторгшимся захватчикам никто не мешал. К чести войск Боты, никто не отвлекался на мародёрство и насилие. У них были чёткие приказы, и для их выполнения требовалось занять город, не настроив его против себя, и держать важные транспортные узлы вроде аэропорта и железной дороги. Следом за автомобилями маршировали пешие солдаты, а за ними, через какое-то время проезжали ещё авто. Подняв глаза, Уилл увидела в окне знакомую девочку, которая явно не понимала сути происходящего, и увлечённо показывала своей кукле колонну солдат. Незаметно, марширующие солдаты стали бойцами Непрощённых, которые вели пленных мужчин, женщин, стариков и детей. Она была в Бразилии, во время очередного восстания, и хорошо помнила, какое первое впечатление на неё произвели карательные меры. Невинные гражданские, расстрелянные без причины и суда, по прихоти безумного тирана Кимбли, а их тела сброшены в реку, чтобы освободить место для новых казней. Уилл стояла на том же месте что и тогда, и видела, как робко прятавшаяся за мусорными баками девочка, заметив её, вышла из укрытия и быстро побежала к ней. Тогда она была уверена, что малышке просто хочется защиты от происходящих ужасов, которую она увидела в лице Уилл, но так и не получила её благодаря меткому выстрелу Мордекая. Тогда Уилл была в ужасе, её стошнило, и двое бойцов отвели её подальше. Теперь же она без сомнений и страха шагнула к телу ребенка, наклонилась, расстёгивая на ней мешковатую рубаху, и нисколько не удивилась, увидев под одеждой взрывчатку. На той войне не было невинных, каждый был готов отдать жизнь в войне против британских поработителей, а действия Кимбли были скорее практичной необходимостью, а не самодурством и жестокостью. И всё же, разве так они должны воевать? Разве победа стоила того, чтобы потерять свою человечность? Нет, дело было не в человечности. Просто на войне всегда кто-то хочет убивать, а кто-то хочет выжить, и когда эти два желания сталкиваются раз за разом, победитель решает, кто был прав, и стоило ли оно того.

Вдалеке грохотали взрывы снарядов и ракет, были видны высокие столпы дыма от пожаров, а улица, на которой стояла Уилл, была переполнена людьми. Они старались бежать куда-то в сторону от взрывов, а юарские войска беспрепятственно пропускали их через импровизированные баррикады. В толпе мелькнула уже так знакомая Уилл девочка с куклой, которую мама тащила за собой, не давая потеряться в толпе. Грохот снарядов становился всё ближе, а людей на улице всё меньше. Африканеры готовы были удерживать баррикады, но враг не собирался показывать своё лицо, лишь посылая издалека снаряд за снарядом, ракету за ракетой, и вот уже и сами африканеры начинают отступать.

Стоять за спинами огнемётчиков и следить за тем, как медленно сужается кольцо огня, лишая молящих о пощаде бандитов и дезертиров последних крупиц надежды на спасение, оказалось для Уилл намного проще чем всего несколько месяцев назад, когда они производили налёт на лагерь колдунов и бандитов Кровавых Пырял. Да, это были плохие люди, которые заслужили то, что с ними происходит, но разве стоило так с ними воевать? Разве могут они воевать так? Без жалости и пощады сжигая всех до последнего? Шагая по пепелищу, она отчаянно пыталась убедить саму себя в том, что так было правильно, плохие люди заслужили, но только вот глубоко внутри она знала, что никто не заслужил такого, никогда не заслуживал. Это не было справедливым возмездием, а просто обыкновенным террором.

Крытый стадион, использовавшийся в лучшие времена для игр местной команды, был битком забит беженцами и юарскими солдатами. Больше никто не делал различий между своими и чужими, все они были теперь в одной лодке, у Уилл внезапно прониклась симпатией к этим бойцам Боты, которые, несмотря на ужаснейшую репутацию среди британцев, не сдались, не побежали, но ещё и нашли силы защищать гражданских страны-противника. Командир африканеров что-то обсуждал со своими оставшимися офицерами, а вокруг все старались помочь друг другу кто чем может. Кто-то пел, кто-то помогал перевязывать раненных, даже та самая девочка нашлась. Она сидела, обняв свою куклу, пока её мама рядом поила из фляги какого-то солдата. Наконец командир принял решение, взял рупор, и, уже в который раз, обратился к силам Евросоюза обещая капитуляцию на любых условиях, если те позволят гражданским уйти. Ракетный удар стал ему ответом.
Уилл стояла объятая пламенем. Ей нужно было доказать себе, что они не такие, как войска ЕС. Они не убивают гражданских без причины, они не сравнивают города с землёй ради демонстрации силы, они так не воюют. Не могут так воевать! Но нет, как она ни думала об этом, её руки были в крови ничуть ни меньше, чем у её врагов. Глупо было повторять самой себе, что вот эти люди плохие, но она хорошая. Она одной подписью отправляла сотни и тысячи людей на смерть, даже не понимая этого. Она стояла и смотрела, как Кимбли казнит гражданских сотнями. Она, не задумываясь, отравила тысячи зулусов газом. Они воюют точно так же как Евросоюз. И теперь она сама стояла в самом центре бушующего пламени. Навстречу ей шагнул Сольф, с саблей наголо, и по его взгляду было понятно, что он пришёл не поговорить. Уилл инстинктивно сделала шаг в сторону, уходя от удара, и готовясь встретить следующий уже своим мечом. Конечно, её командир был лучше и опытнее, но сдаваться она не собиралась. Весь свой новый опыт она призвала, не задумываясь, спит ли она на самом деле или оказалась посреди чего-то невообразимого. Руки сами двигались, тело не ждало команд от разума, а тот, сочтя мысли лишними, полностью доверил контроль чутью. Блок сменялся уклонением, рубящий удар переходил в выпад, движение за движением, всё подводило к итогу, который не заставил себя ждать. После очередного столкновения, и Уилл и Сольф развернулись на месте для кругового удара, только вот Уилл оказалась на долю секунды быстрее, и её масайский клинок без труда снёс голову.

Дункан не собирался удаляться от лагеря, но и проигнорировать человека, которого он увидел, было невозможно. Винсент, что бы он тут ни забыл, прошёл совсем рядом с лагерем и Дункан точно знал, что видел его. Идя следом, он старался догнать брата, но тот всё удалялся. К Винсенту подошла его принцесса, Лувия, а за ней ещё один мужчина, высокий. Дункан знал, что видел этого мужчину, только не помнил, где, а сама Лувия обратилась к нему, только вот до рыцаря Наны дошли только «А», «Ар». Все трое стояли и спокойно болтали, а через мгновение Лувия уже лежала на земле мёртвой, а Винсент бесследно исчез. Только таинственный мужчина остался стоять на ногах.

Дункан обнаружил себя посреди типичной африканской деревни, хотя ещё секунду назад он бежал за таинственным убийцей Лувии. Мужчины деревни собирались на войну с белолицыми демонами, которые пришли разрушить их дома. Они передавали сыновьям ритуальное оружие, чтобы те защищали деревню, пока старшие воюют. Жёны и дочери подавали воинам цветы, обнимали их. Прямо перед Дунканом африканский воин отложил копьё на землю, чтобы приобнять двух своих детишек. Уже через миг воин стоял на коленях и кашлял кровью, а сам Дункан доставал клинок из его шеи. Вокруг были десятки таких же воинов, корчившихся в агонии и истекавших кровью. Растаяв, воины слились с окружавшим их дымом, и навстречу Дункану шагнул тот самый неизвестный мужчина. В руке он держал меч Винсента, и этого оказалось достаточно. Хотя первые несколько ударов рыцарь Наны скорее защищался, с каждым последующим он всё больше переходил в атаку, и так до тех пор, пока под шквалом ударов не снёс неприятелю голову.

Столь знакомый голос звонким колоколом разрушил морок, и Уилл с Дунканом в последний момент успели изменить движения своих клинков, не снеся при этом друг другу головы. Лишь чудом ведьма успела вовремя, и невольными помощниками её ритуала стали Мордекай, который с помощью алкоголя уже давно решил все вопросы со своими демонами, и новый друг Дункана, Хохол, который просто оказался рядом. Объяснив произошедшее тем, что множество духов умерших не смогли обрести покой, ведьма приступила к специальному ритуалу упокоения. Наверное, Уилл и Дункану стоило обсудить, как они чуть не прикончили друг друга, но пока каждому было о чём подумать наедине. После ритуала Хохол подсказал, каким путём лучше отправиться дальше, поклялся, что видел казаков совсем в другом месте, но отправиться вместе отказался, сославшись на работу. А работа у Хохла действительно была, и заключалась она в том, чтобы скорее приехать к нужной базе и направить капитана в нужную сторону.

Снялись с лагеря они за несколько часов до рассвета и с первыми лучами солнца уже двигались по горам в сторону Тропы. Никто не обратил внимания на куклу, которую Уилл подобрала в руинах Мбеи, а если кто и обратил, то счёл это наименьшей проблемой. Вопреки ожиданиям, впереди тропа оказалась перекрыта самыми настоящими оборонительными укреплениями, которые тщательно продуманной сетью углублялись в горы в обе стороны. Обойти их не представлялось возможным, и Уилл собиралась отдать приказ возвращаться и искать другой путь, но птица Мордекая подала одному птичнику известные сигналы, которые тот интерпретировал как полное отсутствие признаков жизни. Удивлённые, бойцы некоторое время наблюдали издалека, но действительно никакого движения не обнаружили. Подъехав ближе, они убедились, что никто не поднял тревогу и не открыл огонь. База точно была новой, но уже, почему-то, заброшенной. Хотя враг мог в любой момент показаться за спиной, следовало выяснить, что же именно происходит. Разделившись, Уилл и её бойцы начали осмотр заброшенной базы.

[npc]164[/npc]
Милдред видела лорда Арчера весёлым, серьёзным, и даже злым, но таким она его не видела ещё ни разу, и даже не подозревала, что такое состояние возможно. Она успела пожалеть о том, что поехала с ним в «крутомобиле», и всячески старалась прижиматься поближе к Реджине, которая хоть и была личностью сомнительной, но всяко добрее и безопаснее в этот конкретный момент. Джон Арчер был не просто в ярости, она даже не была уверена, что существовало правильное слово, чтобы описать это состояние. Перед ним она чувствовала себя крошечным человечком, на которого боги обрушили шквальный ветер, гигантские волны, и пламя с небес. Джон был одновременно и ветром, и волнами, и пламенем, и самим богом, и Милдред была уверена, что скажи она сейчас хоть одно неосторожное слово, и её сметёт так, что и памяти о ней не останется.

У него были дела с Гвиневрой. Очень важные дела, которые бесцеремонно прервали из-за того что рыцарь Наны пропал в бою и принцесса сильно беспокоится. По дороге к самолёту он успел трижды проклясть Дункана за неосторожность, дважды Сольфа за навязанную работёнку, и подобрал столько ругательств к Африке, сколько Милдред и представить не могла, что существует в мире. По пути он всё же вскрыл оставленный Айсард конверт, внутри которого оказался простенький телефон с единственным номером. После долгих гудков в трубке послышался недовольный женский голос.

-Разноглазая мразь, я тебе сказала, ещё раз сюда позвонишь…

-Реджина?

-…Джон?

Возникла неловкая пауза, во время которой давние знакомые, оценив иронию, примирялись с осознанием произошедшего.

-Не хочешь принять участие в спасении племянника? Резня прилагается.

-Диктуй адрес.

Вот так просто Реджина Кроу присоединилась к их небольшой команде, к которой лорд Арчер подключил службу техподдержки «Гипериона», и теперь вся эта процессия мчалась к границе Танзании с максимально возможной скоростью. Бригадный генерал Арло Джеймс был человеком своеобразным, но даже он понял, что Джон Арчер войдёт на базу независимо от его желания, и во избежание ненужных жертв согласился встретиться с самым известным женихом Британии. Вот только ответ его был «Нет». Генерал отказался пустить лорда с отрядом через границу и отказался оказать поддержку. Ситуация усугубилась когда на базу прибыла горничная с отрядом весьма сомнительного вида, утверждающая, что у неё приказы. Только вот от начальства генерал никаких приказов не получал, а значит решение принимать ему, и он никого никуда не пустит во избежание нарушения безопасности. Милдред была готова поклясться, что это были последние слова генерала, однако Джон внезапно спокойно попросил предоставить ему и его спутницам комнату для комфортного ожидания, а так же попросил Милдред принести чаю. Оставшись без надзора служанки Гвиневры, Джон отдал команду своим подчинённым готовиться, а Реджине с горничной посоветовал подождать немного и двигаться следом. Для самого Джона Арчера незамеченным покинуть даже такой объект труда не составляло, благо не первый случай, и он точно не собирался ждать.

Патрульные почувствовали лёгкое головокружение, затем в ушах зазвенело, а перед глазами поплыло. Ещё толком не придя в себя после внезапно появившегося состояния, они заметили, что перед ними появился человек в маске. Они ещё не успели поднять оружие, как он уже оказался совсем рядом, мастерски орудуя ножами и вырезая одного за другим. Лишь чудом последний патрульный успел послать сигнал о помощи.
Лейтенант Тильман прибыл на место происшествия буквально через несколько минут после вызова подкреплений. Все патрульные были мертвы, кроме одного, который, видимо, и вызвал подкрепление.

-Что случилось?

-Они появились из ниоткуда и всех убили. Они всех убили!

-Спокойно, рядовой. Сколько их было, и кого именно их?

-Я не знаю, они появились из ниоткуда, их было шестеро, я запомнил как они выглядят. И видел, куда они пошли. Склады боеприпасов у южной стены, они там.

Лейтенант связался с начальницей блокпоста, и та приказала доставить выжившего к ней для допроса. Одновременно с этим было выделено по два взвода на каждую вероятную точку. Лейтенант довёл раненного патрульного до штаба, после чего поспешил присоединиться к своему взводу. В это время в штабе как раз проходил сеанс связи с капитаном, присланным лично майором Гейстом, на котором пришлось отчитаться о текущей ситуации и подтвердить информацию личным позывным и кодом. Говорить ни о каком вторжении ей не хотелось и потому эту тему она опустила, перейдя к патрульному сразу после окончания связи.
Патрульный ответил на некоторые её вопросы весьма ценной информацией, после чего она запоздало подумала, что неплохо бы выяснить, кто был на дежурстве, и попросила назвать свой порядковый номер и имя командующего патруля.

-Наконец-то кто-то догадался.

Патрульный мигом переменился в лице, и не успела она среагировать, как служащие её штаба попадали замертво один за другим. Она сама попыталась оказать сопротивление, но раненный патрульный оказался на удивление живым и сильным. Получив удар ребром ладони в горло и рукоятью пистолета по голове, она упала в отключке. Джон лишь пожал плечами и удалённо активировал детонатор, снеся взрывом склады, часть стены, и все взводы, отправленные на проверку. Выйдя на связь со своим отрядом и ожидавшими отмашки девушками, он пожелал им от души повеселиться, после чего использовал позывные и коды начальницы штаба чтобы сообщить в соседние гарнизоны о проведении учений. Таким образом никто не побеспокоит британцев и никто не услышит крики европейцев.

[npc]165,166[/npc]
Уилл в сопровождении Мордекая и Соломона шла по коридору, который больше напоминал фильм ужасов. Повсюду валялись отрубленные конечности, а на стенах  повсюду были надписи кровью на латыни. Выйдя к круглому залу, трое увидели азиатку, которая собирала пальцами кровь из трупа и продолжала писать на стене. Она, казалось, не заметила приближения группы, вот только все трое слишком сосредоточились на ней. Некто внезапно появившийся за спинами сбил с ног Соломона, оттолкнул Мордекая, уложил Уилл на землю, и сделал это столь стремительно, что Уилл осознала происходящее лишь когда клинок оказался у её шеи, а Соломон под прицелом пистолета во второй руке, и только Мордекай не шелохнулся.

-Будет тебе, Джон, не будешь же ты их в самом деле убивать?

-Насчёт этой я ещё не решил. Из-за неё мне пришлось тащиться сюда через весь мир.

-Для начала она не виновата, что Дункан потерялся за границей, но она сделала всё необходимое, чтобы его вернуть домой. А ещё я всё так же стреляю быстрее тебя.

Мысленно взвесив за и против, Джон Арчер убрал меч от шеи Уилл. А тем временем Дункана ждало одно невероятное семейное воссоединение.

+1

3

Дункан уже давно привык полагаться не столько на уроки преподавателей из Военной Академии Нео-Токио, или даже товарищей из гвардии Ренли или остальных, сколько на своё собственное… Назовем это чутьём. Знания, уроки… Они были инструментом. Дополнением. В основе всё равно было он сам и его умение замечать, видеть, слышать – и чуять нечто, о чем на лекциях не рассказывали.  Находить в самом себе силы, которым, казалось бы, неоткуда взяться. Даже из самой паршивой ситуации извлекать  что-то важное и нужное.  Это был не навык или умение – скорее уж особое состояние души, которое Африка ему подарила…

…Вот только такие дары выходят боком. Как и вера во… Всякое. Подобно многим кельтам, Дункан бы в некоторой степени суеверен и, будучи католиком по вере, ухитрялся при этом не отрицать существование древних богов (сначала своих родных, потом пришлось внести в список Ахуицотля и некоторых других), сидхе и черт-те чего ещё. Когда по папиной линии в твоём роду мифический герой, а по маминой – новоорлеанские ведьмы и чуть ли не вся сопутствующая им нечисть, с этим приходится считаться. Не говоря уже о том, что он пережил на Самайн рядом с Наннали.  Как следствие, там, где приземленный человек отмахнулся бы от происходящего труднопробиваемым барьером повседневности и решил бы что съел или выпил что-то не то, юный рыцарь воспринимал происходящую паранормальщину вполне серьёзно – и огребал по полной. Ибо паранормальщина взаимно уважала восприимчивого юношу и не мелочилась.

Так что нетрудно догадаться, что и на этот раз в мир видений Кэмпбелл вступил даже слишком легко, аки Кухулин в Землю Теней. Ну разве что без воплей «Скатах, открывай, герой пришёл!». Тем более что это было как будто продолжением… Чего? Он не помнил, но был уверен что ищет ответы.

На следование за человеком, погубившим принцессу Лувию, причудливо накладывались как будто отражения в зеркалах, куски из других историй.

…Вот он не без ужаса предстает перед владычицей Земли Теней, но Скатах превращается в Императрицу Марианну, а копьё – в змею, которая служит ей хлыстом, и она, как Хель, наполовину живой человек, и наполовину труп, и в её взгляде вопрос, которого он не может понять, угроза, которую не услышать… Но они есть – и ему придется ответить на них.

…Вот деревня, воины которой уходят на войну, полагая свой путь верным – чтобы погибнуть жестокой кровавой смертью от его руки. Уроки Кимбли не пропали даром – он помнит их лица до сих пор. Он знает, через что переступил, уверен в том, за что сражается – и одновременно боится, куда это может его завести, но не может остановится. И не хочет. Это больше всего и пугает. Каким-то образом Дункан знает, что он должен был сломаться и упасть уже не раз, но – нет. Почему? Как будто кроме его воли и желаний есть и… Другие?

…Снова видение. Как тогда, когда он был с предком – но теперь Дункан не ранен и обессилен, в его руках оружие, а перед ним – человек, исполненный гордости, величия, власти… И с неуловимым запашком угрозы, подлости и низости, пробивающимся через это, искажающим образ, который когда-то вызывал лишь уважение и преданность. Как будто прекрасная маска скрывает прогнивший труп, безжалостную жадность и безграничное самолюбие, не оставившие места для судеб других людей. Стоит ему не получить то, что он желает – и горе тем, кто виновен, даже если вчера они были его верными друзьями и вассалами. А был ли? Он был для них Королем. А они для него? Этот человек уверен, что ему не нанесут удар… Но спустя секунду удивленно смотрит на дыру в животе и пропитывающую королевские одежды кровь, прежде чем рухнуть на колени.  Дункана учили стрелять быстро.

Потому что Дункан – не Диармайд. И его честь – лишь для тех, у кого она тоже есть. У этого короля нет чести. И он не позволит ему ломать жизнь той, кого полюбил. Между тем лицо умирающего меняется, это уже не Финн. Шнайзель? Бота? Незнакомец из сна? Нет. Контрольный выстрел Дункан всаживает аккуратно между угасающих глаз Чарльза Британского. Или… Нет?

Дальше… Неважно кто, неважно как. У него есть решимость отвергнуть сомнения и нанести удар. Хватит на всех. Ибо он дал клятву превыше всех других – Наннали, миру, самому себе.  И увидев снова убийцу, он не сомневается и дерется, решительно переходя от обороны к наступлению, перекованные заново мечи как будто стали продолжением рук и с каждым ударом поют песню битвы. И вот наступает время для решительного удара… ХРЯСЬ!

- \Непереводимое ацтекское ругательство\, вашу мать!!!!

- Уилл?!

Только Ведьма,  чудо и рефлексы не дали им устроить расчлененку. Призраки жестоко пошутили… Но видимо, опыт такого рода имеет и хорошие стороны – вряд ли бы раньше Дункан успел так извернуться.

Призраки упокоились, но им всем до покоя было далеко. Даже Док в кои-то веки выглядел хмурым и одним своим видом отбивал желание спрашивать, что видел он и что с этим сделал.  А ещё он кашлял, но как-то странно – как будто кашлять пытается актер или человек, у которого реального кашля нет. Потом всё закончилось и это снова был старина Док, но от тех моментов Дункана почему-то пробирал мороз по коже и он не мог это игнорировать, не теперь. Однако всё, чего он хотел – попасть домой. Любой ценой и поскорее, как будто чувствовал, что его силы могут подвести на последнем пути.  Так что последнее время отдыха он провёл рядом с Максимусом – и конь, внезапно, не возражал, а к этой твари даже призраки не лезли. Был ещё доверенный ему котик, но со священным котенком в обнимку спала Джейкобс, и Дункан не стал бы ни за что лишать её этого талисмана.  Сейчас им всем было чертовски нужно такое…

Утром стало легче – не иначе как свою норму по потусторонним кошмарам они перевыполнили надолго. Дункану хватало дел и без этого – например, следить чтобы его новый соратник, который Орёл, не натвориk фигни в попытках выпендриться перед Рики и всем миром – он явно был ещё молод и после великой битвы весьма самоуверен.  Получалось, ну… Более-менее. Ладно хоть база оказалась пустой, но Дункана это не успокоило – такое обычно означает что где-то поблизости есть виновники подобного запустения. Но придется рискнуть…

***

Реджина и правда сейчас была настолько доброй и безопасной (ну, для Милдред), что не будь Арчер в том состоянии, в котором был, он мог бы сильно удивиться – ведь до этого он если и видел её, то в состоянии хладнокровной злости на весь мир и отдельных его представителей, которую она использовала как бесконечный запас топлива для учинения резни, хаоса и разрушений. Сейчас же, несмотря на рискованное задание, она явно пребывала в благодушном настроении и даже визуально расслабилась и казалась моложе. Короче говоря, эффект от состоявшегося семейного воссоединения превзошёл все ожидания, но тем, кто пытался сейчас это воссоединение подпортить, охотясь за головой её племянника, лучше было бы сразу нырнуть к крокодилам, но было уже поздно, а сумку с арсеналом семейного спасения («Набор №3» для штурма укрепленных военных баз) она предусмотрительно не распаковывала, так что сборы много времени не заняли.
Между тем уже на месте к команде безумцев присоединился наскоро собранный отряд из  горничной Такаги, Саши Уоллер (выбирали из соображений боевой эффективности и необходимости оставить при Наннали достойную охрану и пофиг что её мама откопалась – у них своя работа), Энтони Хувера (в качестве представителя Астрид и жениха Такаги) и Кейт Сандерс (потому что в любом безумном отряде должна быть боевая лесбиянка и вдруг им придется угонять танк?). После краткого выяснения, кто есть кто (в ходе которого Сашка отхватила суровых обнимашек от Реджины за заботу о её дочери) и столкновения с формализмом британского генерала (С  трудом удержались от зверского убийства) команда собралась и, выдворив Милдред, которая совсем не заслуживала неприятностей с начальством и уж тем более поездки на их поезде безумия, приступила к самовыдвижению.

Собственно, они прибыли аккуратно к моменту, когда Арчер взорвал всё нужное. Дальше.. Дальше все было очень-очень плохо.  Нетрудно понять, почему была зла Сандерс, идущая за Уилл, и Реджина, пришедшая за племянником. Такаги была отдельным случаем. Дело в том, что несмотря на свою изначальную задачу, её кровожадная личность оказалась практически без работы – ну разве что вылезти и наорать на кого-то, какое уж там убивать. И вот теперь врагам Дункана предстояло ей за это ответить. Что до Саши, то она была вообще-то доброй, но ради такого дела приняла беспрецедентные меры – усилием воли заставила себя поголодать, от чего постепенно озверела и начала плотоядно коситься на товарищей. Энтони в роли единственного нормального человека просто копался в планшете и прикидывал как эффективнее всех поубивать на базе. А ещё он был единственным, кто мог попросить Такаги вести себя поосторожнее и получить за это поцелуй, а не в глаз.

Неудивительно, что на недовзорванных европейцев и негров обрушился воистину Гнев Божий. Они даже не успевали понять, что именно носилось по коридорам базы, уклоняясь от пуль и кромсая всех встречных, а тех, кто не попал под раздачу, косили стрелы и пули.

Атака даже сначала шла по плану, и в итоге Юмиэ и Хувер присоединились к Арчеру. Он и Такаги кромсали и беспредельничали, Энтони , тяжко вздыхая, тащился следом и отстреливал особо важные цели – недаром его сам Шериф учил. Собственно, именно поэтому он немного запоздал на сцену встречи – притыривал по привычке какие-то карты и документы, не пропадать же добру. И когда все немного попритихло, предложил всем сэндвичи, предусмотрительно захваченные с собой. Такаги же наконец получила что хотела – праведный геноцид грешников и украшение стен надписями, смысл которых сводился к тому, что европейцы были плохими католиками (или того хуже, православными, протестантами и прочей нечистью) и им стоит над этим задуматься. Ей было хорошо, грешникам плохо, и в общем-то интересовал горничную в кевларовом платье, напоминающем рясу, только вопрос:

- А где Дункан?

***

…А Дункан, прихватив с собой B-0679 и сержанта Джейкобс, хранительницу Котика (когда сам Дункан не мог его нести), отправился по своему направлению. Вопреки ожиданиям, тут никого не было, порой  попадались следы спешки – похоже, тут солдаты просто похватали оружие и срочно сорвались туда, откуда не вернулись, не успев толком ни вина выпить, ни багетом похрустеть. Странно.  Несмотря на то, что не было врагов, а патроны кое-какие были, даже еда, Дункан не мог избавиться от ощущения, что рядом кто-то всё же есть.

Если бы не это, он бы вряд ли смог избежать атаки. На них напали в полутемном складе, заваленном ящиками, где держаться рядом было трудно, а штуцер Джейкобс, которой ещё и котика надо было защищать, был почти бесполезен. И если с обычными солдатами ещё можно было справиться  без труда, чем и занялся  B-0679, то на Дункана - как будто атаковал целенаправленно именно рыцаря - напал некто совершенно другой. С такими противниками в Танзании он ещё не сталкивался - это был не дикарь, нет. Молодой европеец, немногим, кажется, старше самого Дункана,  оказался сущим демоном в этом столкновении - мастерски держал дистанцию, ровно такую, чтобы создавать проблемы рыцарю, пождстраивался под его тактику, то стреляя, то атакуя коротким клинком, метя в уязвимые места брони.

Это был не солдат и не дикарь, это был убийца. И Кэмпбелл отчетливо чувствовал, что не имеет права на ошибку в этой схватке. Чего уж там - враг по полной зажимал его в угол, отделив от товарищей, прижатых огнем солдат поддержки. Дункан не сомневался что они справятся, но это потребует времени - на что его враг, одетый в ранее не знакомую форму, и рассчитывал, полагая что убьёт рыцаря раньше. И, проклятье, шансы у него были... Рыцарь уже готов был предпринять суицидальную атаку, поставив всё на удачу, когда его противник неожиданно резко отскочил назад, как будто что-то почуял... А потом сверху грохнула решетка вентиляции и, выпустив в сторону супостата пару пуль ещё в воздухе, на пол приземлилась незнакомка в белой маске, в одной руке держащая длинный клинок, во второй - старинный револьвер.

Час от часу не легче. Кэмпбеллу явно везло на странных врагов...

- Вляпался, мелкий? - Задала риторический вопрос...

- Тетя?!

- А кто ещё? Ты что творишь, балда, Патти сейчас нельзя волноваться! - Рявкнула Реджина Кроу, не особо обращая внимания на оценивающего обстановку европейца, который явно не ожидал появления такой квавалерии.

- Я не..

- Фрау, вы не могли бы отойти и дать мне убить вашего племянника? - Поинтересовался хладнокровно сориентировавшийся немец, по-видимому, - У меня приказ.

Дункан не сразу осознал, какую ошибку допустил враг, именуя таким образом женщину, которой не давали нормально выйти замуж в течении двадцати с чем-то лет.

- ФРОЙЛЯЙН, - Отчеканила тетушка, и за этим последовали выстрелы. Извиниться оппоненту она не собиралась позволять, ибо как говорил один мудрый человек, это признак слабости, так что ему  следовало быть сильным и сдохнуть молча.Но и этого он не смог.

- У вас патроны кончились.

- Это восьмизарядный.

- А теперь всё равно...

- Ой, обсчиталась, девятизарядный.

- Сдохни.

- И с дробовиком!

- Шайзе...

БАБАХ!!!!

Неудавшегося убийцу унесло в угол. А все потому что надо было знать легендарное оружиее, например, девятизарядный револьвер с подствольным дробовиком системы Ле Ма. Оставшихся сорлдат прикончили Джейкобс, человек из Руки и прилетевшая из коридора стрела. Потребовалось немного времени, чтобы понять, что к чему, пережить объятия тети (даже через броню  мало не показалось), её же затрещину (шлем не помог) и сообразить, что к чему.

- Быстро двигаем к Уилл. Европейцы уже кончились, а на базе злой Арчер и Такаги.

- Точно. А где Сандерс?

- Сказала что поищет транспорт и сувениры.

+1

4

Настоящие герои не смотрят на взрыв, или, в конкретном случае, на исписанные кровью стены. После того, как Арчер оставил живую командующую привязанной к её же креслу в штабе, полном рассаженных по местам мертвецов, а горничная на стенах популярно объяснила, у кого христианство более христианское, и вообще, чей Папа наследник Петра, а чей еврей испанский. Хувер, идя чуть позади вместе с Мордекаем и Соломоном, бросал недовольные взгляды на Арчера, к которому его невеста проявляла слишком уж сильный интерес. И хотя он понимал, что интерес это был сугубо профессиональный и невинный, если так можно назвать расчленёнку разными видами холодного оружия, он учился стрелять у Шерифа, и хотя Мордекай утверждал, что самый быстрый стрелок на этой базе, Энтони готов был заставить учителя гордиться. Что же до Арчера, он не особо обращал внимание на настроение своих спутников и невпопад отвечал Мордекаю и горничной. Все его мысли в тот конкретный момент были переполнены лишь праведным гневом и желанием убивать, а взглядом он искал Дункана. Никто на самом деле не верил, что лорд способен на самом деле покуситься на жизнь рыцаря, которого просил защищать сам Кимбли, но с другой стороны именно близость с полковником служила весьма здравым основанием для всех присутствующих держать руки поближе к оружию. Встреча двух фаворитов принцесс походила на столкновение поездов. Все завороженно смотрели, понимая, что не в силах остановить и предотвратить происходящее.

-Ты! У тебя была всего одна единственная задача: не подохнуть в этой чёрной заднице! И только стоило мне улететь по делам, как ты сразу же попытался сделать именно это! Мне пришлось буквально слезать с Гвиневры, которой я, между прочим, сделал предложение, и тащиться в эту всем богами забытую дыру, вырезать целую чертову базу, и всё ради того, чтобы одна жертва лысого педофила могла спать спокойно! Я тебе клянусь, когда Бота откинется и ничто не будет стоять на пути твоей светлой любви, стоит только твоей принцесске раздвинуть ноги, ты даже не успеешь сказать «Кто твой папочка?» как я окажусь где-то в плену у очередного черножопого диктатора, и ты бросишь всё, чтобы отправиться за мной, даже если не хватит времени натянуть штаны. Ты! Меня! Понял?!

Завершив свой гневный монолог, Джон тяжело отдышался, вытирая со лба пот тыльной стороной ладони. Мордекай участливо похлопал друга по плечу.

-Стало легче?

Всё ещё переводя дыхание, Джон утвердительно кивнул.

-Сердце? Лекарства принимал? В твоём возрасте вредно так нервничать.

-Как так вышло, что про возраст и здоровье мне говорит хронический алкоголик? Ладно, а теперь к серьёзным делам.

В этот момент один из бойцов в черной броне с оранжевыми полосами быстрым шагом приблизился в их группе. Из-за брони и искажения голоса трудно было понять наверняка, но можно было предположить, что говоривший был девушкой.

-Сэр, обнаружены силы противника, приближаются со стороны ближайшей базы наперехват нашему пути отступления.

Арчер был уверен, что его план удался, и враги ничего не заметят, но, очевидно, он недооценил способности вражеских командиров, и теперь отступать можно было только по одному пути – вдоль реки. Проблема заключалась в том, что там они были бы слишком легкими мишенями.

-Уилл, у вас осталось много людей?

-Не очень, к тому же у нас с собой захваченный один из лидеров танзанийцев.

-Да, не очень хороший расклад, но есть у меня одна идея. Вы давно играли в «hero defense»?

***

Капитан Эйкманн находился на взводе последние несколько дней, подозревая каждое сообщение как потенциальный повод поднять тревогу и отправиться бить британцев. Когда командир соседней базы вышел на связь и сообщил, что всё в порядке, и у них просто проходят учения, у него сразу щёлкнуло в голове, кто той базой командовала француженка. Если кто-то из танзанийцев решил бы, что просто командующий сменился, то немец поднял войска на тревоге и взял с собой всех, кого можно было, не сделав при этом базу уязвимой для внезапных атак. Вышедший на связь Хохол доложил, что казачьи танки тоже на подходе, и при успешном стечении обстоятельств можно будет взять врага в клещи. Неизвестно, какие были силы у британцев, если у командующей возникли проблемы, но вряд ли им было что противопоставить атаке с двух сторон тяжёлой бронетехникой. Разведчики подтвердили, что базу никто не покидал, а значит, враги ещё внутри. Оставив БТРы с экипажем охранять выезды, капитан приказал своим людям рассредоточиться и обыскать базу, а сам направился прямиком в штаб, чтобы выяснить судьбу командующей.

***

Британцев, даже с подкреплением в лице Арчера, его личной гвардии, и горничной с её отрядом, было гораздо меньше, чем прибывших солдат, но на их стороне были три преимущества, гарантировавших им победу: элемент внезапности, правильно проведённое жертвоприношение, и большее количество именных героев. Что значило последнее мало кто понял, но командующая гвардией Арчера, которая почему-то именовалась Службой Техподдержки, сказала, что когда дело касается «героической защиты», каждый герой намного ценнее чем волна мобов. Не со всеми деталями плана Уилл была согласна, но ей пришлось признать, что альтернатив у них не осталось. Все выжидали на своих позициях, готовясь нанести удар в самый подходящий момент. По сигналу на прибывших солдат обрушился огонь со всех сторон. Мины, взрывчатка, огонь штурмовых винтовок, откуда-то под очередь тяжёлого пулемёта доносился крик «Спасибо что воспользовались услугами службы поддержки Гипериона! Понравилось качество обслуживания? Зайдите на сайт! Оставьте, сука, отзыв!». За последние дни Уилл толком отвыкла от огнестрельного оружия, но, как выяснилось, африканская школа жизни некоторые уроки вбивает намертво (иногда – слишком буквально). В пылу сражения она вместе с Соломоном и двумя гиперионцами пробилась к ангару, в котором другая группа занималась защитой грузовика, их тачки для побега. Неожиданно для самой себя Уилл наткнулась взглядом на Сандерс и та, увы, заметила её, и даже нашла время отвлечься от пальбы по злым неграм, чтобы приветливо помахать. В этот момент сердце Уилл пропустило удар, ведь к этой встрече, и необходимому для этого разговору, она не была готова. Обязательно, хоть и  как-то потом, они поговорят, и, может быть, даже останутся друзьями после этого, но не сейчас, не сегодня. Натянув маску гориллы на лицо, она перехватила висевшую у пояса дубину поудобнее, и развернулась, ища новых врагов и драк подальше от Сандерс. Как можно дальше.

Первый отряд что прибыл в штаб были повергнуты в шок жестокостью расправы, из-за этого не заметив вовремя вышагнувшую тень. Арчер двигался быстро и тихо, нанося удары точно, и всего за пару минут боя один человек с парой ножей расправился с целым отрядом вооружённых солдат. Только вот одну деталь Арчер, казалось, не учёл.

-Неплохо, а теперь брось ножи, повернись, встань на колени и снимай маску.

Обернувшись, он увидел капитана Эйкманна с сопровождением. Солдаты держали убийцу на прицеле, готовые открыть огонь в любой момент. В большинстве, державшие противника на прицеле, они ощущали своё превосходство. Арчер медленно, чтобы не спровоцировать их, выполнил требования одно за другим. Снаружи он выглядел признавшим поражение, но внутри был крайне сосредоточен. По приказу капитана он завёл руки за голову, и один из бойцов покинул строй и приблизился к Джону, чтобы связать тому руки, лишь для того, чтобы пошатнуться с распоротым горлом. Уверенность в своём превосходстве приводит к потере бдительности, а та – к смерти. Всего пара секунд опоздания стоили четверым бойцам жизней, а сам капитан лишь чудом успел нырнуть в сторону, из-за чего метательный нож вонзился ему в плечо вместо сердца. Перекатившись, он вскинул пистоле, но не успел ни прицелиться, ни выстрелить, ведь противник уже был рядом, нанося удар за ударом, уводя капитана в глухую оборону. В процессе пистолет был утерян и бой свёлся к рукопашной с применением ножей. Капитану Эйкманну удавалось держаться н равных, изредка переходя из глухой обороны в контр-атаку, но он понимал, что любая попытка отвести от противника взгляд чтобы найти пистолет будет последней ошибкой в его жизни.

***

После столкновения с множеством чемпионов и вождей чёрного континента, довольно сложно было чем-то действительно удивить Дункана, но высокий мужчина в лёгкой одежде, внешне чем-то напоминавший недавно встреченного Хохла, с этим справился. Ему не составило труда перевести бой в рукопашную и утвердить своё превосходство. Он был впереди на один удар, на один шаг, на одну секунду, но всегда был впереди и успешно теснил Дункана, мастерски фехтуя своей саблей. Мысль о том, что проиграв этот бой, он больше никогда не увидит Нану, не сможет её защитить, должна была придать рыцарю сил, но противник так и остался недостижим для ударов, и после серии быстрых столкновений умудрился не только обезоружить рыцаря, но и отправить того на землю. Уилл, пользуясь тем, что противник слишком увлечён боем, решила быстро приблизиться сзади и нанести удар дубиной, но вертикальный добивающий удар, предназначавшийся для Дункана, резко изменил траекторию, завершившись рукоятью у живота девушки. Отшатнувшись, она с трудом успела блокировать последующий удар. Дункан поднялся на ноги, подхватив меч, но даже вдвоём боевые товарищи не справлялись. Характерник успевал уклониться от ударов, которые не должен был видеть и с лёгкостью блокировал удары, которые не должен был заблокировать. Перехватив рукой дубину, он локтем сбил Уилл с равновесия и, протянув за собой, бесцеремонно толкнул её в Дункана, отправив обоих на землю. Поудобнее перехватив вырванную дубину, он быстро развернулся и метнул её, попав аккурат в целившуюся Реджину, выбив её оружие из руки. Сведя столкновение к рукопашному бою одного против троих, он позволял окружить себя, а затем так же легко, играючи, выходил из окружения, избегая ударов и нанося ответные туда, где никто не ожидал. Все трое, хоть и дрались вместе, каждый действовал по-своему, и в итоге каждый раз результат оказывался одним и тем же. И только в этот момент боя до них дошло, что появление казака могло значить только одно – танки прибыли.

+1

5

Видимо, есть некие законы кармы, потому что к Энтони тоже в процессе как-то незаметно приблудился Док и юноша довольно быстро сам втянулся в обмен опытом и соревнование, кто больше настреляет супостатов - быстро, точно, весело или все сразу. Как и в случае Арчера и Юмиэ, мастера одного боевого искусства быстро нашли общий язык и даже порой опережали мечников. Арчеру было пофиг, а вот Юмиэ порой рассержено рычала что-то на латыни, но на Энтони злиться не могла, а Дока прощала за компанию, тем более что если отвлекаться на ссоры - еретики разбегутся. Они честно пытались, но обычно если и убегали, то недалеко и недолго.

Что до Дункана... Наверное, в нормальных обстоятельствах он бы обиделся и разозлился на такие пошлые намеки, или ляпнул бы что не просил себя спасать или ещё какую глупость, но сейчас, после всего что было, он был готов Арчера обнять, и сугубо из-за природного инстинкта самосохранения не стал этого делать, а быстренько нашёл иной, более подходящий, но не менее безумный вариант, подхваченный у морпехов, которые постоянно подобные речи от своих сержантов выслушивают и знают один волшебный ответ на все случаи. Дункан вытянулся в струнку и рявкнул со святой уверенностью:

- СЭР! ДА, СЭР!!! - Возможно, по итогам окружающие немного оглохли, но обстановка разрядилась, а Реджина из-за спины племянника корчила рожи, стараясь не хохотать в голос. Она по дороге к Арчеру успела познакомиться с Ведьмой, которая сообщила ей, что рада знакомству с представительницей столько древнего рода и вот теперь-то в кармической карте Дункана многое встало на свои места - с такой-то наследственностью и Ахуицотль зауважает (если сам в ней не числится). Реджина, кое-что зная о предках, приняла комплимент вполне благосклонно и предложила заглянуть в гости. В общем, ровно до момента новости о приближении тяжеловооруженного врага все было хорошо.

Да даже так - все-таки у них было оружие, помощь пришла и воины, пройдя через Танзанию, уже мало кого боялись и привыкли к тому, что ради возвращения домой придется убивать кого ни попадя. Служба Техподдержки, к тому же, притащила с собой достойное вооружение, не говоря уже о трофеях с базы и том, что линия фронта, за которой все закончится, уже близка. В общем, бывало хуже, а именных героев действительно хватало - чего только стоили Арчер и Реджина Кроу с их богатым опытом беспредела, насилия и тайных операций. Короче говоря, это довольно сильно напоминало нормальную оборону против превосходящего противника, и все внесли свою лепту - от техподдержки и морпехов, которые окончательно стали частью команды Дункана, до реликтового британского деда, который явно не планировал уходить на покой и как-то незаметно подружился с ведьмой, Болторезом и их командой жертвоприносителей. Про Золу с Ламейрой и говорить нечего - их банда вконец отмороженных бойцов рыскала среди зданий, неожиданно налетая на пытавшихся прорваться немцев и знакомя их с Законом Топора. Цирроз, Сензиконда, Саша и еще некоторые технически грамотные занимались второй линией обороны с ловушками и взрывчаткой.

Ну а Сандерс, как и обещала, обнаружила транспорт в виде одного нормального грузовика и нескольких явно местных, сомнительного качествеа и происхождения, доработанных подручными средствами. Впрочем. к таким тут уже все привыкли... Она хотела бы найти Уилл, но та нашла её сам - только чтобы при одном её виде свалить в туман войны. Кейт вздохнула. Не то чтобы она не ждала чего-то в этом роде... А всё равно обидно. Но там, где какая-нибудь малахольная начала бы считать обидки и готовиться к скандалу, Сандрес поступала иначе. Возможно, пора Уилл и узнать, что если та считала её безбашенной девчушкой-хохотушкой, то... Не сказать чтобы она была совсем не права, но точно знала лишь часть правды. Впрочем, Сандерс и не стремилась чтобы такие вещи вылезали раньше времени. Так уж вышло, что, похоже, время настало как раз теперь. И уж она-то давно перестала бегать от проблем. Когда Уилл будет готова - она будет рядом, вот и всё. А пока... Она отложила винтовку и взяла выданный одним из гиперионовцев огнемёт.

- Уииии! Ну что, немец-перец-колбаса, пора жарить по-африкански!!! - С этими словами и доброй улыбкой капитан Кейт Сандерс отправила на огненную смерть слледующую партию покушавшихся на её добычу, хорошее настроение, личную жизнь и многое другое. Кому нужно управление гневом, если можно давить виноватых гусеницами и выжигать чем ни попадя?

***

Между тем Дункан, Уилл и Реджина оказались в тупике, грозящем перейти в провал. Устрашающий противник отбивался от всех их атак, а если они допустят ошибку, то для кого-то из троих она явно станет последней. Тем не менее, стиль боя  врага кое-что Реджине напомнил. И этой не сильно её обрадовало по целому ряду причин. Она уже встречалась с казаками во время своих приключений за пределами Британии и видела... Всякое. Теперь бы умудриться донести это для племянника и его соратницы, пока их не прибили... Пришлось в паузах между ударами.

- Внимание, сосунки... - Удар, - Это... - Ещё удар, уже ответный, и так оно и пошло, - Такая тварь... Забыла...  Как называется... Мутант, короче... - Леди Кроу еле увернулась, вырвав себе паузу на более длинную фразу, которой и ответила на ужесточенные атки оппонента, - Что, правда глаза колет, черновик Гоголя нереализованный? - Еле-еле заблокировала ответку, - Короче... В одиночку... Хрен убьёшь... И если у вас есть... крутая совместная... Атака... То самое, сука, время!

Лекция получилась отменная, и даже принесла далю пользы -  гадский казак явно воспринял догадливую Реджину всерьёз и попытался вывести из строя, чуть было не преуспев. Но дело было сделано, Дункан и Уилл послание получили. Кстати сказать, за дракой, сидя на бочке, наблюдал все тот же ветеран-криптид, но благоразумно сам не лез, прихлебывая из бутылки виски, и периодически давая советы сражающимся в духе "Кусай його за яйцы!" - разумеется, несколько культурнее и на правильном столичном британском, но суть та же.

Дункан и Уилл переглянулись. лихорадочно вдохновляясь.

- Давай как...
- В последнем эпизоде...

Дальше все произошло слишком быстро. Реджина таки смогла отвести удар и выхватить откуда-то "дерринджер". Старый офицер, допив виски, швырнул бутылку в казака. Дункан и Уилл заорали что-то про Великую-мать-её-Силу и попытались нанести синхронный удар, почти успешно.

...В общем, получить смертельную рану осколком бутылки виски, разрубленной в полёте мечом из британской стали, метеоритного железа и черт знает чего ещё, при посредстве простреленного колена и черепно-мозговой травмы от резного дилдо из слоновой кости, который Уилл носила с собой и как раз использовала как запасное оружие...

...Это очень хорошо (плохо) должны звёзды сойтись.

Они сошлись - видать, жертвоприношение ещё действовало.

- Ого, креативные ребята.. - присвистнул вышедший из угла Хохол. В него сгоряча чуть не выстрелили, но он пояснил что хоть и похож на казака, но у него тут своё дело и драться с  ними он не намерен. А потом он неожиданно признал Реджину.

- Реджи, женщина и противотанковая ракета?

- Аргх. Прибью этого учёного... А ты здесь какого черта?

- Просто бизнес. Ну знаешь, срочная доставка, вот это вот всё. А ты?

Реджина кивнула в сторону Кэмпбелла:

- А я просто тетушка Дункана из Луизианы, где в болотах много-много диких аллигаторов.

- Понятненько... - Хохол задумиво кивнул. Кое-что в отношении Дункана для него встало на свои места. Так или иначе, но все разобрались и понимая, что танки ждать себе дороже, продолжили организацию отхода. Уилл, впрочем, спросила:

- Эхм... Леди Кроу, так всё-таки этот тип за нас или за них?

- Просто смотри за ним в оба, мелкая. Это казаки, сам Вий не разберет, с кем и на кого они работают.

- Вий?

- Потом расскажу, надо решить что делать со второй волной.

Они присоединились к остальным, в первую очередь - к отряду котиков-рейнджеров-морпехов, которые героическими усилиями не дали пришедшим с немцами неграм отбить обратно своего колдуна, причем явно не с добрыми целями. Пришлось и побегать, и пострелять, но пока что операция "Голый Мужик" увенчалась успехом, ведь знают, что это срабатывает в двух случаях из трех...

Оставалось решить, что делать - ведь прорыв по руслу реки так себе идея, но оборона против танков точно кончится хреново. И тут Энтони высказал идею, которую ему парой фраз донес Арчер, прежде чем уйти в отрыв. А именно - чтобы выбить подмогу из командования британцев, нужно перешибить статусом местного генерала. И кое-кто здесь это мог.

Дункан, Рыцарь Наннали.

Человек, представляющий принцессу там, где это нужно - и обладающий той же властью, что и она. Кэмпбелл в силу скромности практически не использовал эту привилегию, предпочитая договариваться мирно и не задумываясь о том, что те, с кем он общался. знали об его правах и возможностях и просто предпочитали договориться, а не огрести по полной, судя о рыцарях по иным примерам. Но вот оказалось, что пришло время вдавить педаль не то что в пол, а в асфальт - чтобы спасти товарищей. Вот только до своих ещё надо было добраться - вживую, ибо немцы и казаки глушили связь на совесть.

Кто бы сомневался, что рыцарь не захочет бросить товарищей... Но иного выхода не было. И тут были согласны все - одиночка может прорваться незамеченным, и Дункан принесёт больше пользы, чем оставаясь здесь. А остальные - им надо только дождаться.

Это было тяжелее всего - бежать, пока товарищи, друзья и родные дерутся. Но так было надо и точка. Он мог бы взять грузовик или что-то такое, но прислушался к инстинктам и подошёл к максимусу, который доедал... что-то. Не будем уточнять. Рыцарь подошёл, не задумываясь даже о безопасности, коснулся рукой морды адского коняги и посмотрел ему в глаза. Даже кровожадная тварь, которой Максимус несомненно был, поняла - всё серьёзно. И не попытался тяпнуть или лягнуть юношу.

- Слушай... Мы с тобой многое прошли. И ты чертов монстр. Но... Ты лучший конь в мире и я бы не выбрал другого. Ты клёвый, ясно? - Он улыбнулся, - Короче... Сегодня мы должн всех спасти. И я без тебя не справлюсь. Ты уж постарайся, ладно?

Конь задумчиво посмотрел на Дункана, как будто раздумывая, не сожрать ли его или пусть живет. Минута - и сатанинский жеребец громко и зловеще заржал, ухитряясь при этом ухмыляться как тираннозавр. Видимо, это означало что-то вроде согласия. Дункан не стал прощаться - просто собрал всё своё оружие, сверился с картой, пристроил на седло сумку с котёнком, чтобы его тут не оставлять и занял место в седле. Прощаться однозначно не хотелось, лишь Реджина подошла и шепнула, чтобы он не унывал - он приняла ко-какие меры и помощь близка, так что всё зависит только от быстроты Дункана и его коня.

- Эй, ахуитцотлевы дети!!! - Крикнул рыцарь тем, кто был в поле зрения, - Я ненадолго, так что не помирать без меня. А то убью. Вы чертовы больные ублюдки, но вы лучшие солдаты, которых я знаю. Я всё сказал. Хей, вперед!

Конь не шелохнулся. И Дункан понял - настал момент.

- Вперёд, Максимус!!! - И рыцарь чуть не вылетел из седла - так дикий конь рванул.  Этот двуногий, кажется, чего-то всё же стоил, можно и откликнуться.

Танки надвигались на оставшихся воинов.

Дункан Кэмпбелл скакал по высохшему руслу реки.

...Анесколько конных разведчиков  казаков, углядев  каким-то образом одинокого всадника, двинулись наперерез...

+2

6

С каждым обменом ударами, для капитана Эйкманна становилась всё более очевидной разница в их навыках, но его приучили не сдаваться только потому что противник сильнее, необходимо было лишь дождаться подкрепления. И оно прибыло, в лице Хохла, которого он был как никогда рад видеть.

-Быть не может, неужели сам Семён Стрельцов?

Хохол удивил одновременно и капитана, который не ожидал самого факта знакомства союзника с неожиданным врагом, и Арчера, который не предполагал, что кто-то знает его псевдоним десятилетней давности. Хохол тем временем помянул несколько прошлых боевых заслуг Арчера, включая несколько политических убийств в Российской Империи, и Эйкманн окончательно убедился, что этого врага лучше доставить Сириусу живым. Приготовившись ко второму раунду боя, он не сразу осознал, что почувствовал укол в шею, а потом просто рухнул на землю без чувств. Арчер с непониманием перевёл взгляд с тела капитана на казака.

-Лорд Арчер, вам привет от Сингапурчика.

-Полагаю, вопросы задавать не стоит?

-Верно. Главное – сегодня мы абсолютно точно на одной стороне.

-Хорошо. И что дальше?

-Дальше вы доставите этого к себе, допросите, и узнаете много нового и интересного. А потом, надеюсь, выиграете эту чёртову войну. Ах да, думаю, её вам тоже стоит прихватить.

Прежде, чем развязать француженку, Хохол популярно объяснил ей, что ничего хорошего её больше не ждёт, ведь никто не поверит что британцы сами проникли на базу, которой она командовала, и смогли уйти без её помощи. И это только в том случае если она вообще доживёт до встречи со своим командованием. Прикинув все за и против, а так же прослушав ещё пару раз красочные описания Хохла, она приняла единственно верное решение дезертировать с британцами.

***

Враги всё прибывали со всех сторон, давя числом и тяжёлой техникой. Казачьи танки прибывали постепенно, но чем больше их становилось, тем быстрее рушилась оборона британцев. Даже имевшие превосходную боевую броню и лучшую подготовку бойцы Гипериона ничего не могли противопоставить массовой атаке запорожских танков, которые не столько выцеливали людей, сколько планомерно уничтожали любую технику, которая могла послужить для побега. Тяжёлые пулемёты, огнемёты, даже непонятное новомодное оружие Гипериона, от которого голова кругом и тошнота подступает к горлу, не шли ни в какое сравнение одному хорошо попавшему фугасному снаряду. Потом и кровью давалась каждая секунда, выигранная для Дункана, но в какой-то момент Уилл поняла, что если не отступить сейчас, уже некому будет отступать. У каждого могло найтись по нескольку причин подождать ещё немного,  понадеяться на ещё несколько секунд, но как командир она понимала, что настала её очередь взять на себя ответственность и принять решение. Силы 501го полка и союзников должны начать отступление.

***

Дело было внутри комплекса помещений, совмещавших в себе склад и ангар. Через него лежал путь к свободе. В нём было множество грязных животных, решивших, что они могут ставить себя вровень с белым человеком. Вчерашние дикари без образования, они при первой же возможности побросали свои гром-палки и взялись за привычные дубины, показывая, что на самом деле никакая эволюция их не касалась. Глупые примитивные твари, сумевшие каким-то образом забить насмерть двух гиперионовских солдат, нескольких армейских британцев, и излишне активно наседали на яростно отбивавшуюся одинокую горничную. Пряча в ножны короткие ножики и доставая из-за спины два коротких парных меча, он одновременно лишил дикарей права на жизнь и приговорил к смерти. Он словно вихрь ворвался в их ряды со спины, нанося точные удары и вырезая одного за другим. Были среди негров и новообращённые христиане, и те, кто поклонялся Биду, и те, кто посвятил свою жизнь множеству других африканских богов и духов, но все они в этот конкретный момент ощущали, что дерутся не с человеком из плоти и крови, а с воплощением гнева своего Бога. Они с Такаги двигались друг другу навстречу, пока не оказались все в крови посреди сплошного потока живых и мёртвых. Перехватив рукояти, Арчер метнул свои мечи во врага, от атаки которого горничная не успевала уйти, а та, в свою очередь, перекинула катану оставшемуся безоружным дворянину. Она отметила, что Арчер держит меч странно, совершенно не так, как стоит держать катану, или как было принято держать в хоть немного грамотной школе фехтования, но каким-то образом эта неловкая стойка и этот неправильный хват нисколько не мешали ему вырезать врагов с такой скоростью и эффективностью, которую она среди британцев ещё не встречала. В свою очередь Арчер не мог не скривиться мысленно от того, как Такаги взялась за его парные мечи, выдернув их из тела убитого негра, но не мог не отметить, что хотя её парный стиль был явно хуже его собственного, она прекрасно понимала, как использовать их для нападения и защиты. Они расходились и снова сходились, вставая спиной к спине, менялись оружием снова и снова, пока последний стоявший на ногах дикарь не был одновременно проткнут коротким мечом в сердце и обезглавлен катаной. Сколько десятков или сотен они положили, было неизвестно, но в этом бою между Арчером и Такаги родилось новое чувство, которое сложно было описать одним словом. Это была смесь взаимного уважения, признания способностей, благодарности за помощь, и жгучее желание. Столь сильное, что оно могло поглотить их полностью, заставив действовать прямо здесь и сейчас независимо от того, что подумали бы другие, будь обстоятельства несколько иными.
Желание сойтись в бою друг с другом и узнать, что же был сильнее.

***

Всё уже было готово к отступлению, когда из ниоткуда вынырнула истошно вопящая француженка. Что-то это очень сильно напоминало, и хотя на ней была вражеская форма, Уилл расценила её как элемент уже начатой ими коллекции и приказала не стрелять, что в итоге стало верным решением. Девушка весьма быстро, на ломаной смеси английского с французским, разбавленной элементами панического визга, пояснила, что чубатый парень открыл ей глаза и теперь она любит чай, королеву, и странный секс, только пусть её заберут подальше отсюда. По её словам, высокий злой мужик с мечами и отбитая узкоглазая католичка заняты массовой резнёй всего живого, и было решено, что эти двое сами разберутся. Им оставили один из последних целых грузовиков, а гиперионовский солдат закинул туда странного вида огромный футляр, который зачем-то таскал с собой, и вся честная братия верхом на конях и чём попало ринулись с базы вниз, к руслу реки. Уже отступая, Мордекай указал пальцем в сторону нависающего плато. Если танки туда выйдут, им ничто не помешает безнаказанно стрелять по отступающим, а голое русло делало их более чем лёгкими мишенями. Кивнув, Уилл мигом приняла решение.

-Пока я не вернусь, оставляю тебя за главного. Удачи!

Забрав у снайпера связку взрывчатки, а у одного из немногих криговцев копьё, Уилл развернула коня и галопом поскакала обратно. Первой оказавшись на плато, она помчала в сторону узкого прохода, который вёл напрямую к базе, откуда ей навстречу уже несся клин из трёх танков. Выставив копье вперёд, она без страха и сомнений неслась на танки. Возможно, её самоубийственная атака позабавит казаков, но она как командир была обязана выиграть своим людям время. На войне верность командира проявляется в том, чтобы без страха идти на вражеские пули и танки, жертвуя жизнью ради своих подчинённых, если того требует долг. Этому не учили ни в академии, ни в штабе, но такова была правда войны, таков был Путь Воина, которому её научил Сольф Кимбли, и с которого она не свернёт. На душе было спокойно и разум был чист. Она знала, что от неё требуется, и ни на секунду не поддалась искушению повернуть и сбежать. Копьё уперлось в землю, и она взмыла ввысь, чувствуя спиной, как прямо под ней проносится снаряд, после чего перевела приземление прямо в перекат, вовремя оказавшись под танком, и вскочила на ноги благодаря инерции как только бронированная машина оказалась за спиной. Танк был уже у выезда из горловины на плато, когда взрыв взрывчатки у него под днищем не снёс траки, изменив направление движения. Следовавшие за ним два других танка не успели среагировать вовремя, и в результате столкновения три машины намертво перекрыли выезд, отрезав прямой путь на плато. Пробежавшись, Уилл попыталась запрыгнуть обратно на коня, но стоило лишь протянуть руку, как её словно тысячей игл пронзила острая боль. Не сумев удержаться, она снова оказалась на земле, а конь продолжил бежать дальше. Она осталась одна, в окружении врагов, которые увидели её, и не собирались спрашивать дважды, кто она такая. Видя направленные на неё стволы, она медленно поднялась на ноги и вынула короткий нож – последнее оружие, что у неё осталось, поскольку дубина окончательно пропала, а меч через нескольких посредников оказался у Сандерс. Из-за гула в ушах она не слышала ни звука, но не сомневалась, что враги кричат именно приказы открыть огонь. Сжав покрепче нож, она издала боевой клич и побежала навстречу врагам, пока неизвестная сила не сбила её с ног, а весь мир не залился белым светом. Таков был Путь Воина, и она прошла его до конца. Ты гордишься мной, Сольф?

***

Первый удар с воздуха мигом перевернул расстановку сил. Всего два истребителя чёрного цвета с красными полосами на крыльях мигом превратили наступление танковых клиньев в отчаянную попытку выжить. Уилл открыла глаза, глядя в небо, и с трудом понимая, что происходит. Она видела, как над ней проносятся самолёты эскадрильи Фелла, и улыбалась, радуясь этому подарку судьбы, но сил на что-то большее, чем улыбка, у неё не оставалось. Она была уверена что у неё болит всё тело, но даже боли она не ощущала. Над ней склонился неизвестно откуда взявшийся Хохол и, приложив немного усилий, аккуратно поднял её на руки и понёс куда-то. Прямо на них выехал грузовик, за рулём которого сидел Арчер, а рядом что-то отчаянно кричала в рацию горничная. Хохол погрузил Уилл в кузов, рядом с лежавшим без чувств капитаном Эйкманном, перебросился парой слов с Арчером, после чего грузовик тронулся. Они смогли чудом выехать к руслу реки, но позади них показались два танка. Арчер отчаянно крутил руль из стороны в сторону, и наверняка вызвал бы уважение даже у такого великого мастера, как мама Дункана, но даже он не смог бы вечно укорачиваться на неповоротливом грузовике от танковых снарядов.

-Эй, красивая леди, держи руль!

Открыв дверь, он прямо на ходу, придерживаясь за крышу, вылез из кабины и перебрался в кузов. Не обращая внимания на Уилл, он открыл лежавший в кузове футляр и вынул оттуда снайперскую винтовку несколько большего размера, чем та, из которой обычно стрелял Мордекай. Опустившись на колено, он вскинул винтовку и прицелился. Грузовик трясло из стороны в сторону, тяжёлая машина подпрыгивала на кочках, и сделать прицельный выстрел было невозможно.

***

Он поднимался по лестнице на последний этаж ещё не достроенного зданья. Ночью тут было пусто и вокруг ни души, чтобы его увидеть. Единственным звуком для него был голос Гвиневры в наушнике, которая в очередной раз напоминала ему о том, что ужин с папой это очень важно, и как можно и нельзя себя вести при Императоре. Она знала, что он ещё на работе, но для неё предстоящий ужин был важнее тех мелких дел, которыми он мог заниматься. Арчер отвечал ей, подтверждая, что понял каждое её замечание, и вовсе не запыхался когда поднялся на последний этаж, неся с собой тяжелый футляр со снайперской винтовкой. Заняв удобное место на крыше здания, он опустился на одно колено, вскинул винтовку, прицелился.

Я меч карающий, несущий волю Его.

Нет, не то, чтобы он был религиозным человеком, или вообще хоть как-то верил в силу молитв, но ещё в детстве отец научил его, что в некоторых случаях нкоторые слова необходимы.

Я взор негаснущий, видящий врагов Его.

Это было даже не столько молитвой, сколько семейным заклинанием, призванным очистить разум и настроиться на определённое действие.

Я есть ветер пустынных равнин.

Терадокс Альба, старый упрямец, был последним препятствием на пути к полному подчинению Гипериона, и он напрочь отказывался продавать свой пакет акций. К счастью, его дочь оказалась более сговорчивой, и была не против расстаться с убыточным активом, но только когда он перейдёт  ней по наследству. Где-то вдалеке, по мосту вот-вот должен был проехать автомобиль Альбы. Мост скрывался от взора Арчера за множеством зданий, но меж множества домов было небольшое окно, связывающее точку на мосту с местом, где сидел сам Арчер. Лишь на долю секунды будет шанс совершить невозможный выстрел.

Да направишь Ты руку мою.

Гвиневра даже не заметила, что Арчер молчит, ведь для неё прошло не больше секунды, но для него течение времени замедлилось, растягиваясь в бесконечность.

***

Мир, полный света, и полностью лишён всего, кроме света. Мир без времени, без направления, без правды и лжи, без судьбы, без добра и зла. Мир всего и ничего, мир пустоты и бесконечности. Мир, в котором не осталось мыли, не осталось чувств, мир, в котором могут оказаться только достигшие истинной вершины мастерства. Мир, которого нет ни во сне, ни в смерти. Мир, возникший в тот момент, когда палец надавил на спусковой крючок, мир, исчезнувший в тот момент, когда пуля покинет ствол. Мир бесконечных возможностей, мир без возможностей, в котором всё сбылось и не сбылось. Мир за гранью, в котором нет ничего и есть всё, и где все возможности бесконечно сбываются и не сбываются одновременно. И всё же… тут есть кое-кто ещё.

Ты.

Ты читаешь эти строки.

Ты являешься свидетелем этого мира.

Ты наблюдаешь за этим выстрелом.

Какой же итог ты увидишь?

Вот как? Что же, как пожелаешь.

***

Аминь.

Уилл не могла поверить своим глазам. Один из танков повело в сторону, и он налетел на второй, уводя его за собой прямо в мутную реку. Уилл видела, как стреляет Мордекай или Цироз, но это было не похоже ни на что из их навыков. Она могла поклясться, что Арчер не целился для выстрела, он просто выбрал, что его выстрел попадёт, и реальность сама подстроилась под его решения. Хитро подмигнув девушке, он поднёс палец к губам.

-Не говори Мордекаю, он расстроится.

Грузовик продолжал мчать в закат в сторону британской базы, наконец прикрываемый союзной артиллерией, и героям можно было расслабиться. Они выжили вопреки всему.

***

Вчера вечером в автомобильной аварии погиб Терадокс Альба, некогда один из самых известных магнатов Британии. По подтверждённой информации причиной аварии послужило лопнувшее колесо, после чего водитель не справился с управлением, на встречной автомобиль столкнулся с грузовиком и был сброшен в реку. Дочь и наследница, Тетрархия Альба, глубоко потрясена гибелью отца, не желает более заниматься делами, которые вёл её отец, и желает больше времени уделять семье. Вступив в право наследования, она передала все отцовские активы лорду Джону Арчеру и Её Высочеству Гвиневре Британской, сумма сделки не разглашается.

+2

7

О тех, кто спешил доставить важную весть и добился успеха, слагают легенды, но никто не помнит о тысячах тех, кто в тех же обстоятельствах сгинул. Дункан совершенно не был уверен, к какой категории относится он - пока что путь был чист, расстояние не должно было стать проблемой для Максимуса, но все инстинкты рыцаря, обострившиеся в Африке до предела, твердили - расслабляться рано. В конце концов, их враг уже не дикари, у них могут быть беспилотники и черт знает что ещё.

Он одновременно попал в точку и ошибся. Враг действительно заметил его, но угроза оказалась не слишком высокотехнологичной - и от этого не менее опасной. Первым почуял неладное Максимус, явно принюхиваясь и рыская глазами по сторонам. А потом лишь скачок коня в сторону спас Дункана от просвистевшей мимо пули. Топот копыт подтвердил - за ним выслали кавалерию. И она нагоняла. Кэмпбелл такого не ждал, он ещё мало знал о казаках, и  не задумался о том, что это не просто безбашенная и опасная нация или войско, но и не в последнюю очередь - кавалерия. А от коня до танка - один шаг. Обратно тоже. Уж представитель нации, которая до сих пор называла  боевых человекоподобных роботов "рыцарскими конями", мог это понять...

Сейчас он видел четверыхтроих, но  ему и такого хватит, потому что прикрыть некому, а время поджимает. Что самое паршивое, вражеские кони постепенно нагоняли Максимуса, так что бой придётся принять.  Рыцарь чертовски устал от всего этого, но это просто ещё один бой...

...Племя Полночных Скакунов пропустило газовую бойню по той простой причине что эти непостоянные кочевники, в силу сложной истории освоившие конный спорт и войну, просто от скуки свалило перед самым финалом кого-то грабить или просто на скачки. В итоге казаки решили использовать их в деле и у них даже начало что-то получаться - за тремя казаками показались всадники дикарей, вопя и улюлюкая. Они были наслышаны о страшных конях Крига и каждый хотел заиметь себе такого. Как и казаки, пусть даже у них и были свои копытные твари... А всадник шёл бонусом для этих, эхм, коневодов.

Но всаднику от этого было не легче. Дункан пальнул из первого рейтарского пистолета в нагоняющего казака, тот увернулся, но вынужден был сбавить скорость, а потом... потом началось нечто  среднее между рейтарскими налётами Ренессанса и чем-то татаро-монгольским. Рыцарь отстреливался одной рукой, а второй отмахивался мечом, в воздухе свистели пули, копья и стрелы, Максимус продолжал гнать вперёд, не забывая кусать всех, кто оказывался поблизости, а среди противников в процессе разгорелся внутренний конфликт, потому что кто-то у кого-то украл коня, а потом ему же продал, или купил, или дал в кредит... Короче, попахивало кем-то из родни Азиконды, зато перестрелка и рубка  стала массовой и часть участников забыли про Дункана, особенно учитывая поднятую ими пыль, из-за чего юноша пожалел что снял шлем для лучшего обзора.

Постепенно большая часть преследователей осталась выяснять кто цыгану еврей, и лишь один из казаков не отстал - совсем молодой, чуть старше Дункана, он оказался почти таким же упёртым и его шашка оставила немало зарубин на броне рыцаря, который еле успевал отводить клинком наиболее опасные выпады. Они уже успели расстрелять друг в друга весь боезапас и перешли к благородной кавалерийской рубке. Клинки и их хозяева были равны, даже их кони явно стоили друг друга. Для разнообразия, этот враг не стремился укокошить Дункана из ненависти, скорее уж наслаждался схваткой и показывал удаль молодецкую - не иначе как знал с кем имеет дело и решил записать на свой счёт настоящего рыцаря, живым или мёртвым. Увы, рыцарь был с этим категорически не согласен.

Клинки в очередной раз скрестились, высекая искры, и казак, отдавая должное британскому супостату, представился:

- Максим.

- Дункан. - Рыцарь всё понял правильно. Возможно, рубилово и диалог продолжились бы, но рыцаря выручило то, что его конь, в силу характера, обладал заметной, так сказать, автономностью и скакал не туда, куда направлял хозяин, а по оптимальному для него, коня, маршруту. Проще говоря, Максимус не отвлекался и смотрел, куда несется. Это и спасло его в не очень удачном месте маршрута, а вот конь Максима, не успев вписаться в поворот, споткнулся и его хозяин кувырнулся на дно высохшего русла. Отделался легко. но гонку рыцарь выиграл - слишком уж быстро Максимус ушёл в отрыв, слишком уж близко уже были британские позиции. Максим  крикнул вслед окаянному везучему британцу, что ещё его найдёт - и получил в ответ взмах поднятым мечом - мол, всегда пожалуйста...

Оставалось совсем немного...

*** 

Отступали всеми силами, сделав всё возможное, но полностью остановить танки не смогли ни обрушенные здания, ни грузовик-брандер, который Сандерс направила на врага из переулка, еле выскочив в последний момент. Лишь немного задержать, и именно поэтому пришлось положиться на удачу и оставить Арчера и Такаги прорываться самостоятельно. Энтони, конечно, был далеко не рад таком раскладу, но он верил в свою невесту. да и она сама напомнила ему по рации, что с ними Бог и она не даст каким-то папуасам-недоязычникам помешать ей присутствовать на собственной свадьбе и закончить университет вместе с принцессой.

На том и порешили. Напоследок увлекшийся Ламейра успел загнать казака на здание, подготовленное к взрыву, и таймер сработал как раз когда он его оттуда сбросил. Тут бы и конец бразильцу, или по меньшей мере травма, но Зола оказалась рядом и в лучших традициях реверс-романтик поймала его аккуратно на руки. Ламейра, как истый кабальеро, не смутился, а улыбнулся своей женщине и сказал ту единственную фразу, которая подобает моменту:

- My Hero!

Ржать никто не рискнул. В конце концов, это Африка. Здесь благородный и бесстрашный латиноамериканский дворянин на руках у дикой африканской воительницы - это не глупость. Это романтика. А кто не согласен, тому в башку топор. С

Но пора валить и они валили - как могли. Отстреливались, разбросали лишнюю взрывчатку... Но всё равно в итоге Уилл рванула вперёд под вопли "Не лезь, оно тебя сожрёт!", а Сандерс сжала рукоять её меча так, что пальцы побелели, вынужденная далеко не в первый раз видеть, что дорогие ей люди идут навстречу смерти, а она может только надеяться на удачу и их силу. Но в этот раз удача пришла. Истребители Фелла, как по заказу. И Такаги, орущая в связь, чтобы Энтони и Сандерс отставили панику, она жива, Уилл жива, а танки умерли немного. Кто бы спорил, это был ещё не конец. Но пока что они уходили от погони и труп Дункана им на дороге не попался, что внушало надежду.

***

И обоснованно. Британцы сгоряча чуть не пристрелили дикого африканского рыцаря, но поняв, кто перед ними, выпали в осадок, ведь если из Танзании столько времени нет вестей, то британца можно смело заочно хоронить... А вот нет. Дункан Кэмпбелл, совсем мальчишка, смог сделать то, что многим войскам не удалось. Парню даже не верилось что он среди своих, хотелось просто лечь на землю и закрыть глаза, но у него было незавершённое дело.И спорить с парнем, который явно довёл бы дело до конца даже мёртвым, не стал никто - все солдаты были в Танзании, они знали, что там и то, что есть ещё кого вытаскивать... Этого им хватило.

Возможно, это бы не хватило генералу Арло Джеймсу, но Дункан не стал тратить времени на вежливость - лишь войдя, он поднял в руке рыцарский знак - не просто красивую побрякушку, а ещё и чип со всей нужной информацией - и расставил всё по местам.

- Я, майор Дункан Кэмпбелл, личный рыцарь Её Высочества Наннали Британской, приказываю от её имени. Генерал, мне нужна ваша помощь. - Даже так генерал Джеймс думал - немного. Но он был умным человеком и понимал что к чему, он знал, что означает взгляд этого парня, который по всем правилам должен был уже еле стоять на ногах от переутомления, и обезвоживания и потери крови из нескольких не смертельных, но всё же ранений. Однако Кэмпбелл даже не замечал их и стоял твёрдо. И сомнений в нём не было. А вот свидетелей в штабе было полно, включая безутешную Милдред, пытавшуюся до последнего убедить генерала что-то сделать. Да. он мог пождаловаться на выходки рыцаря потом - но сейчас по британскому закону отказать ему в требовании Арло Джеймс не мог. Уж точно не сейчас, не при воскресшей из мёртвых Марианне.

- Что нужно сделать, сэр?

Дункан объяснил. К несчастью, Джеймс был умён, но не все его офицеры обладали тем же благоразумием. И один из них, забыв что перед ним не просто мальчишка в броне, сказал нечто вроде бы понятное - но лишнее. Совсем. Он высказался на тему, что какая-то горстка солдат из 501го это просто мусор, который не стоит затрат ресурсов и раз рыцарь спасён, можно отнести их к допустимым потерям... Генерал даже не успел отреагировать. Майор Кортни был упитан, не самого малого роста - вот только исхудавший и вымотанный рыцарь просто взял и поднял его за горло. Ни секунды не колеблясь и не сомневаясь, с чистой и незамутнённой готовностью убивать, которую в иных солдатах воспитывают годами.

Этот юноша справился за пару месяцев.

- Британия не бросает своих солдат. - Парень вроде говорил негромко, но никто не рискнул перебить, - Вам ясно, офицер?

На взгляд Джеймса, этот Кортни, типичная штабная крыса, за пределами своих обязанностей был дураком. Но не самоубийцей. И прохрипел что-то утвердительное. Рыцарь не стал тратить на него время - просто отбросил в сторону.

- К делу, джентльмены. Времени мало. Привет, Милдред. Покорми котёнка, ладно?

Арло Джеймс не был трусом, он понюхал пороху и мундир носил по праву, не паникуя даже в полном дерьме. Но это... Когда-то он охотился на ягуара и чуть не погиб. Он помнил взгляд этой твари, эти глаза. И сейчас ему очень хотелось думать что такие же вертикальные зрачки хищной кошки в глазах Сэра Кэмпбелла ему почудились. Почудились ведь... Верно?

Была одна проблема - генерал не готовился лезть к врагу в зубы и не держал наготове нужные силы... Но держали другие - каким-то образом мобильная группа африканеров и часть сил Норфолкского Роботизированного оказались как раз там, где надо. Возможно, потому что незадолго до начала запрещённой операции Реджина Кроу позвонила командиру своей любимой и единственной дочери, проявив вполне естественный интерес к её месту службы. И вскоре из влетевший на площадку для вертолётов машины выскочил рыцарь в порядком потрёпанных доспехах и обратился к командиру взвода...

- Ну здравствуй, сестрёнка. Подбросишь немного?

***

Где-то вдали от штаба командир артиллерийской батареи получил приказ и ввёл в системы управления огнём координаты цели, и самое важное - поправки на ветер, облачность, температур, Иисуса и непостижимый кретинизм подчинённых, которые даже в идеальных условиях периодически ухитряются стрелять не туда. Совсем не туда. Но полковник Джеффри Перкинс не просто так получал жалование - он знал, как справиться и с этим тоже. Просто... Знал. И чуть-чуть изменил параметры. Помнится, один морпех советовал ему "доверять своему нутру". Какой там номер был у правила? Работает ведь.

Спустя пару минут на базу и её окрестности за спиной у отступающих обрушился ад. Перкинс давно готовился к этому. корпел над картами, сам проверял каждую пушку и её позицию. Пришла пора собрать урожай. Пусть пехота хороша - но именно он держит в руке косу смерти и призывает на врагов гнев Бога Войны - старой доброй артиллерии. А ещё говорят что нельзя убивать математикой...

***

Свист снарядов над головами отступающих звучал как песня - это значило что Дункан достиг цели и британская армия пришла на помощь. Однако расслабиться и выдохнуть им было не давно - противник всё ещё наступал на пятки. брал в клещи, пытаясь отрезать от своих. Казалось, что всё же придётся принимать последний бой, и если кто и спасётся, то немногие - помощь просто не успеет. Но тут Ведьма замерла, прислушалась...

- Я слышу... Музыку?

И правда, сквозь грохот выстрелов всё громче и громче прорывались звуки бессмертной классики в сочетании с стрекотом вертолётов. Все знали, какое подразделение свято чтит традицию идти в налёт под музыку... И поняли, что помощь всё же успела. Строй вертолётов, украшенных символом в виде летающего слонёнка Дамбо и лозунгами о любви к природе и готовности за неё убивать, заходил на цель идеально, выверенным до совершенства хищным манёвром... И враг неожиданно задумался, а не стоило ли  получше следить, не остаёт ли ПВО от танков? Но было уже поздно. Хищные боевые вертолёты выпускали ракеты и очереди пуль и снарядов, гремела музыка из динамиков, а второй волной снижались тяжёлые транспортные машины, в открытых люках двух из них, припав на колено стояли найтмеры - один в цветах Норфолкского Роботизированного, а второй - красный "Айзенъягер-2", хорошо знакомый по Мадагаскару. Тяжелые винтовки обеих машин лихо выбивали важные цели, не давая приблизиться к спасаемым. Рядом с норфолкцем стоял Дункан,  поливая врагов свинцом из пулемёта - когда сэру рыцарю пытались запретить лететь, он чуть не убил врача. На рыцаре не было шлема, лоб был перевязан окровавленной тряпкой вместо бинта, но он улыбался.

Он успел. И его друзья сегодня вернутся домой. Да, Такаги, Арчер и Уилл всё ещё едут сами, но у них есть координаты и есть связь. А те кто здесь - им помогают забраться в вертолёты, даже коней умудрились погрузить без слишком больших потерь среди грузчиков. В этот раз Британия не бросит никого из своих.

Реджина лихо впрыгнула в вертолёт и помахала куда-то в сторону факт-сферы найтмера-снайпера:

- Отличная стрельба, Кроля! - Она явно не сомневалась в том, кто там сидит. Вскоре к ней присоединилась и Саша, которая успела обзавестись личным конём, на котором до последнего носилась по полю боя, осыпая врага стрелами как истинный потомок Чингиз-хана. За ней - Джейкобс, таща за собой почти голого колдуна - все же набедренную повязку ему выдали назад.

...Ну и так далее. Идеальная спасательная операция с расстрелом врагов - пришлось даже одернуть пилотов-природоохранников, чтобы не улетели сгоряча черт-те куда.  Правда, по дороге случился инцидент - колдун, почувствовав себя в безопасности, попытался поторговаться насчёт сотрудничества. Увы - не стоило портить семейству Кроу трогательное воссоединение.  Дункан и Реджина переглянулись, после чего леди Кроу ушла в кабину вертолёта, а Дункан посоветовал всем пристегнуться, колдуна же довольно длинной цепочкой приковал к кольцу в полу и, открыв рампу сзади, крикнул:

- Тётя Реджи, давай!

Есть страшная ошибка - пусть кого-то из Кроу за руль автомобиля. Но есть ошибка похуже - пустить за штурвал самолёта или вертолёта. Нельзя им давать такой свободы и хорошо что все пристёгнуты, включая найтмер, потому что начался высший пилотаж. Пилот где-то впереди матерился. Реджина безумно хохотала. В грузовом отсеке все визжали - Джейкобс и Саша от неожиданности, а Дункан и Фэйт были Кроу по матери, и воспринимали такие издевательство над вертолётом и людьми как семейный поход в парк аттракционов. Колдун, повизжав от ужаса, пока болтался в открытом люке и смотрел на родную Африку с нежелательной высоты, как-то не захотел повторять  сей опыт и присмирел, тем более что ему дали кофе и сэндвич, сделав вид что ничего такого не произошло и они теперь друзяшки.

И вот, наконец-то усталые путники летели домой. А в рации звучала песня, которую начал Дункан и постепенно подхватили все - пели о местах, где никогда не бывали, но песня была про то, что понятно любому на войне...

Идти сапогам по холодным берегам
Всё вперед, до самого дома,
За день или год дорога приведет
Нас туда, где сверкает Лох-Ломонд!

В походах, вдали, в удушливой пыли,
Шаг за шагом, за битвою битва.
В лесах и в песках жестокая тоска
Мое резала сердце, как бритва.

А коль на беду в сраженьи я паду,
Есть в полку храбрец, мой товарищ.
Убьют меня здесь, и понесет он весть
Через сто отгоревших пожарищ.

Вернется он домой, отдаст тебе письмо -
Ты же ждешь, наверно, солдата -
И скажет: "Прости, я потерял в пути
Моего по оружию брата.

Идти сапогам по холодным берегам
Всё вперед, до самого дома,
За день или год дорога приведет
Нас туда, где сверкает Лох-Ломонд!

Неважно куда - они возвращались домой.

Отредактировано Duncan Campbell (2020-11-06 18:09:48)

+1

8

Когда дело касается войны, теоретический успех зависит от правильного взаимодействия различных родов войск  и грамотного противодействия врагу. На практике же Ирина Олеговна даже не удивилась, когда вражеская авиация в количестве две несчастные единицы начали безнаказанно поливать силы казаков огнём и ракетами, словно чайки помётом влюблённую парочку в одесском порту. Где были союзные силы ПВО, она даже думать не хотела, так как рифма ей лично была неприятна. В этих местах должно находиться нечто иное и уж никак не орудия противовоздушной обороны. Сама Ирина была женщиной невысокой, крепкой, и прекрасно подходила на роль танкиста, чем по жизни и занялась. Да настолько успешно, что стала одной из ближайших подчинённых самой Ольги Вишневецкой. Если госпожа генерал носила негласное прозвище «Валькирия», то Ирине достался титул «Копья», которого удостоились только несколько наиболее выдающихся бойцов. И она собиралась оправдать это гордое звание, даже если всё нужно будет делать своими руками.

-Борт «Гольдштейн», борт «МакЛай», слушайте мой приказ, навести орудия по заданным векторам, огонь по команде!

Казаков-наводчиков нисколько не беспокоило, что по указанным векторам было лишь небо, и ничего более. Если панна Ирина говорит, что надо, значит надо. Ей особенно хорошо давалось наблюдение, она могла вычленить закономерности, которых другие не видели, и произвести расчёты, недоступные простым людям. По её команде оба обозначенных танка последовательно произвели выстрелы, а её собственный присоединился к ним. Ведомый истребитель в манёвре прошёл выше первого снаряда, отвернул крыло с траектории второго, и третий влетел в днище прямо под кабиной, лишая пилота последнего шанса на спасение. Тем временем ей доложили что грузовик с важным офицером ЕС не смогли перехватить и, громко выругавшись, она приказала выдвигаться в погоню. Фелл не собирался забывать и прощать гибель напарника, и он питал некий спортивный интерес к тому, кто сумел сбить самолёт из танка. Хотя у него кончились ракеты, он сделал налёт на двинувшийся вдоль реки танк, но безуспешно. Даже от падающих снарядов артиллерии бронированная машина уворачивалась довольно резво. Сделав большой разворот, Фелл опустил свой истребитель почти к самой земле и на полной скорости помчал лоб-в-лоб с танком, оставляя за собой высоченный столп пыли. Ожидая, как самолёт может уклоняться, Ирина приказала стрелять снарядом прямо в него, а пулемётом взять повыше, и в то же время готовиться к манёвру, чтобы не сойтись в таране. Падавшие вокруг снаряды артиллерии добавляли драматизма и, иногда, взрывались довольно близко, но противники продолжали мчать навстречу друг другу. Повинуясь инстинкту, Фелл увернулся от снаряда с хирургической точностью, но повёл свою машину не вверх, а прижался ещё ближе к земле, практически цепляя камни днищем, и потому пулемётная очередь прошла вникуда. Он не зря носил титул легенды, одного из лучших пилотов Британии, признанного самим императором Чарльзом, и потому такие «невозможные» манёвры были для него обычным делом. Плавным манёвром он разминулся с танком, оставив того в пылевой буре. В условиях ограниченной видимости танкистам не удалось избежать падения снаряда, после чего повреждённый танк влетел в другую воронку и завалился на бок, обнажая менее защищённое днище. Произошло это на считанные секунды, но Феллу хватило этого момента, чтобы прошить танк пушкой своего F-35.

***

Недалеко от союзных укреплений, вне досягаемости вражеских танков, Арчер наконец притормозил грузовик и вернулся в кузов, чтобы проведать Уилл и капитана. Пока горничная выходила на ещё один сеанс связи, он, насколько умел, вправил Уилл вывихнутое плечо и зафиксировал руку повязкой. Капитан всё ещё лежал в отключке и потому его просто оставили в кузове до лучших времён. Когда все трое были в кабине и приготовились ехать дальше, неожиданный звонок застал уже Арчера. Стоило ему только ответить, как на него обрушился поток отборной ругани на китайском.

-Да, сестра, и я рад тебя слышать.

В условиях не самого лучшего качества связи всё равно прекрасно можно было различить гневное дыхание леди Лин Арчер, главы совета директоров «Гипериона».

-Не надо мне тут твоих «сестра. Ты опять это сделал, не так ли?

-Понятия не имею о чём ты.

-Значит ты, гражданское лицо, сейчас не находишься в зоне боевых действий, используя сотрудников компании, тоже гражданских, как личную маленькую армию, не уведомив об этом ни исполнительного директора, ни совет?

-Ну что ты, конечно же нет. Я нахожусь в грузовике с сексапильной рыжухой и горячей японкой.

Даже по её молчанию было понятно, что она испытывает сильнейшее желание сделать с младшим братом покойного мужа нечто такое, что ни одна цензура не позволит описать. В конце концов, у Китая была долгая история традиционных пыток, и госпожа Арчер, в девичестве У, знала об этой традиции не из чужих уст.

-Надеюсь, ты сможешь это объяснить комиссии, когда они опять заявятся к нам с вопросами?

-Если эти евнухи опять к нам полезут, скажи им, что я…

-Нет, брат. Ты сам им скажешь. Это твои действия ставят под угрозу репутацию компании. Ты и неси за них ответственность.

-Для начала, кто-то должен предоставить доказательства, что мы там были, а у нас из свидетелей только рыцарь Наны, которого я, собственно, и спас, его люди, и отряд его спасения. Дамы, кто-то из вас настучит на красавца меня?

Уилл и Такаги синхронно покачали головами, прекрасно зная, что спасать рыцарей и котиков это благородное дело. А все несогласные бюрократы со своими претензиями могут пойти туда, где солнце не светило.

-Вот и славно. Не переживай, если кто-то будет недоволен, я выкручусь.

Завершив сеанс внезапной связи, Джон завёл грузовик и остаток пути до базы они преодолели без проблем. Пленный капитан был предан в подарок генералу, который, несмотря на недовольство нарушением приказа, нашёл в себе силы поблагодарить Арчера и его спутниц за хорошо проделанную работу, а Уилл ещё и поздравить с триумфальным возвращением домой.

***

-Да, Сингапурчик, всё как ты и хотел. Никаких следов не осталось, человек нашего общего друга в рядах британцев. Преследование выглядело натурально, даже слишком натурально. Нас никто не предупреждал про авиацию.

-Для меня самого это стало неожиданностью, но в итоге наши планы не пострадали. Ты прекрасно поработал, Хохол. Жду от тебя следующих докладов и меч. Оплата в обычном месте.

Положив трубку, подполковник Сильверс вышел из джипа и вошёл в здание, перед которым припарковался. Показав удостоверение, он позволил провести себя по коридорам, пока не оказался перед камерой. По его просьбе видеонаблюдение и микрофон были отключены. Все понимали, какими методами допроса иногда пользуются люди вроде него, и никто не настаивал на соблюдении протокола, когда результат был настолько важен. За дверью сидел капитан Эйкманн, притянутый ремнями к стулу.

-Доброго времени суток, мистер Эйкманн. Меня зовут Коул Сильверс, и нас ждёт очень увлекательный разговор.

-Можете не стараться, мистер Сильверс, меня готовили лучше, чем вы можете представить.

-Очень сомневаюсь. Госпожа директор приглашает вас провести время на борту Лусанкии.

Выражение лица, взгляд, голос капитана переменились словно по щелчку.

-Если госпожа директор приглашает, я буду рад подчиниться.

-Всё верно, мистер Эйкманн. Подчинение будет вознаграждено. А теперь, давайте поговорим.

Эпизод завершён

+1


Вы здесь » Code Geass » События игры » 24.01.18. One Way Ticket