Эммерих всеми силами старался избежать лишней шумихи, связанной с выполненным заданием. Но от разведки ничего не скроешь. А уж тем более - от контрразведки. Сегодняшний день выдался не менее бурным, чем вся предыдущая неделя: метель лютовала на улицах города, заставляя людей поскорее убираться прочь со своей вотчины и скрыться по своим железобетонным тюрьмам.
Эммерих вошёл в здание службы и приложил пропуск к датчику. Турникет перед Эммерихом торжественно запиликал и стеклянные дверцы разъехались в стороны. Вахтёр в оборудованный по высшему классу просторной будке с непробиваемые стёклами и Эммерих, распахнувший куртку и стряхивающий с влажных волос тающие на глаза снежные хлопья, обменялись приветственными кивками, и агент вошёл внутрь. Лифт, находившийся в фойе, только приехал, и из него выпорхнули две женщины лет тридцати, несущие перед собой по стопке из тяжеленных папок. Архив, наверное. У них сейчас работы валом: всё сводить друг с другом, ссылаться, делать электронные копии. Куда уж тут деться? Эммерих нажал на кнопку восьмого этажа, створки плавно схлопнулись и лифт взмыл вверх, без остановок домчавшись наверх. Эммерих разве что успел поправить причёску, ворот куртки, после чего двери резко раздвинулись и агент выбрался в тесные коридоры своего управления: всегда тихого и спокойного.
Что ж, стоило отдать должное: Эммериху импонировала тенденция того, что несмотря на успешно выполненную задачу, все стараются реагировать достаточно сдержанно и обходятся максимум качественными кондитерскими премиум-изделиями из знатных городских пекарен. Но тот факт, что все обо всём уже знали, никак не мог ускользнуть из головы Эммериха. Так же, как и из его электронной почты, куда уже пришло несколько уведомлений, говорящих о том, что все основные отделы управления осведомлены. Ох уж эта бюрократия: вот она, первопричина всех важных утечек.
На автомате отыскав дверь кабинета, Эммерих не раздумывая открыл замок и вошёл внутрь и замер на пороге. Всё было, как обычно. Несколько книжных полок с методическими указаниями, военно-научными работами, журналами. Слева возле окна — грамоты, благодарственные письма отцу ещё со времён учёбы, памятные академические награды, и многое другое. Справа же стояла начинавшая потихоньку заполняться картотека, где хранились все важные личные дела, расфасованные в ящиках по фамилиям. Идеально чистый стол, на краю которого лежала свежая газета. Всё было, как обычно. И даже ламинат под ногами не изменился.
Только вот развёрнутое к окну кресло было не таким как все: ещё даже при входе за ним стал угадываться чужой незнакомый силуэт. Нет, непохоже, чтобы это был Ганс. Тот сразу сказал, что в управлении идти желания у него нет, и этот день он железно хочется провести в спокойной обстановке ещё не обжитой казённой квартиры. И нет, это был не Тиль, который мог в лёгкую попасть в его кабинет. И вообще это не был кто-то из знакомых Эммериху людей.
- Добрый день, - вежливо поздоровался Эммерих, прикрывая за собой дверь. - Вынужден предупредить, что вы заняли моё место, господин.

- Интересно выходит, господин Фауст, - сказал Эммерих, не торопясь садиться в своё кресло вопреки тому, что теперь оно освободилось - говорить с незваным гостем он предпочёл на равных. - CES приходит с деловым предложением к агенту контрразведки и собирается сделать его в отсутствие непосредственного руководителя. Как-то непоследовательно получается, не находите?
Конечно, сомнений в том, что перед ним - сотрудник CES, не оставалось. Всё-таки, технологии - хорошая штука. Но несоблюдение формальностей неслабо напрягло Эммериха: на последнем расследовании именно игнорирование таких вещей сотрудниками и несовершенство бюрократического аппарата привело к гибели множества хороших ни в чём не повинных людей.
- Тем не менее, вынужден вас поправить, господин Фауст: вопрос с Китайской Федерации ещё не решён. Всё решит обнародование результатов расследования и дальнейший ход. Вы, как глава отдела, должны понимать, что такой сильный козырь в войне с Британией может пригодиться лишь к концу партии. И в некоторых случаях лучше запугать противника наличием сильной карты, чтобы он пересмотрел свои действия и переключил внимание. И здесь вы правы: Европа нуждается в нас, как никогда раньше. Жаль только, что многие страны пока ещё не готовы к совместному сотрудничеству и работают на свои интересы. Хотя спецслужбы и показали хороший уровень приспособленности к работе в команде. Но это всё ещё не то, господин Фауст. Так о каком предложении идёт речь? Почему вдруг отделу разведывательной информации CES понадобился пусть и отличившийся, но всё ещё рядовой сотрудник контрразведывательной службы? Если деловое предложение носит личный характер, я бы хотел, чтобы мы побеседовали об этом вечером, после работы. Сейчас мне особо некогда. Нужно закончить с формальностями. Негоже было бы тратить государственное время на личные дела.
А рабочих дел у Эммериха действительно скопилось немало: предстоящая бумажная волокита удручала и требовала предельной концентрации, чему присутствие посторонних совершенно не способствовало. А потому в интересах агента было как можно скорее разобраться с таинственным гостем и выпроводить его, чтобы хоть половину за сегодня успеть прежде, чем приступать к реализации финальной части плана, связанного с Китайской Федерацией. Конечно, Тиль долго думал. Да и непонятно, что решат в штабе, всё-таки дело серьёзное. Но до того момента со всеми ненужными мелочами стоило бы покончить.

Эммерих удивлённо посмотрел на Фауста, изогнув бровь.
- Шутите? - улыбнувшись краешком губ, спросил Эммерих и, обойдя стол, сел в своё место, взял ручку, бумагу и задал номер рапорта: нужно начинать потихоньку прорабатывать всю эту бумажную волокиту - количество предстоящей бумажной работы всё сильнее и сильнее наводило на него тоску, заставляя зациклиться на необходимости заниматься столько нелепой деятельностью.
Он уже начал было заполнять заголовок, как вдруг резко его рука остановилась и синяя гелевая ручка замерла, оставляя на месте соприкосновения с желтоватой бумагой жирную кляксу. Эммерих поднял взгляд и посмотрел на Фауста. Что значит, шутит? Он что, не в себе?
- Погодите, - не спуская глаз с гостя, Эммерих отложил ручку в сторону, а листок смял и, не глядя, бросил в мусорное ведро под столом. - Вы всё-таки серьёзно.
Первая независимая служба? Это как вообще? Как можно создавать независимую службу, когда Евросоюз нуждается в том, чтобы разведслужбы были во всём едины?
- Вам не кажется, что ваша идея сыра? - прямо спросил Эммерих. - Независимая служба в моём представлении - та, которая целиком и полностью абстрагирована от остальных. И даже от государств абстрагирована. О которой знают, ну... Единицы - максимум президент и консул. Ну, например. Или Премьер-Министр и Император. Но это ведь так не будет работать. Что знают двое, то знает и свинья. Вы видели, что случилось с ЮАР? Бота просто предал Евросоюз и ушёл под крыло Британии за барыши. А если следующей этот шаг предпримет Российская Империя, а мы поставим в известность их нового премьера, который внушает всем опасения своей националистической повесткой? Что тогда? Может быть я придерживаюсь каких-то старых норм и порядков, но если служба не будет зависеть ни от кого, то зачем она нужна? Что из себя будет представлять? Да и потом, перед правительствами всех стран, входящих в Союз, стоит задача кооперации, а не обособления, которое вы и предлагаете.
Эммерих оказался в растерянности. Он мог ждать от представителя CES вообще чего угодно. Но это предложение застало его врасплох. Конечно же, было лестно слышать, что ему предлагают возглавить эту службу. Любой другой человек на месте Эммериха непременно бы согласился на столь лакомое предложение.

А ведь всё верно. С этой стороны Эммерих к вопросу не подходил. Действительно, а как ещё можно хранить секреты, когда предательство может нарисоваться там, где его не ждёшь?
- Выходит, что вы предлагаете идти от противного, - заключил он, задумчиво вращая между пальцами переливающуюся на свету тяжёлую хромированную ручку. - В ваших словах определённо есть логика. Но это означает, что вы в свою очередь не тешите надежд на то, что у Евросоюза есть шанс на стабильный ход совместной работы и борьбу с общим противником.
Эммерих поджал губы и покачал головой. Плохо дело, если даже CES стремится к тому, чтобы обособить безопасность.
- Я опасаюсь, что это приведёт к большему раздору, чем мы имеем теперь, - сообщил Эммерих наклёвывающийся сам по себе вопрос. - Ведь если будет создан орган тайной независимой разведки, то тогда государства, фактически, не будут иметь не то чтобы права, а даже возможности голоса в решение проблем. Ведь это подразумевает практически полное отсутствие обратной связи, и действия разведки в этом случае будут основаны на внутреннем решении руководства. Я не против централизованного управления. А также осознаю, что предпринимаемые действия будут направлены не на удовлетворение личных интересов каждой страны, а исключительно на интересы всего Евросоюза в целом. Балансировать на грани будет крайне сложно. Если пренебречь одним государством, в будущем его может постичь та же судьба, что и ЮАР. Так было всегда, конечно же, со времён основания: кто-то оставался обделён, чтобы на другом конце света кто-то вылез из передряги. Но что делать с подозрениями, которые могут возникнуть? Вдумайтесь только: что будет, если, например, службы безопасности Российской Империи узнают, что в Евросоюзе кто-то играет против неё в пользу других стран. Например, нашей с вами Германии. Это можно подать под любым соусом и тогда противники европейского пути развития поднимут такой вой, что уже через месяц над генштабом будет развеваться флаг династии Романовых. Я понимаю, что Российская Империя - одно из тех государств, с которым ЕС приходится считаться, хотим мы этого или нет. Но есть ведь и другие. С похожими настроениями. Взять ту же Африку. Стоит появиться партизанщине где-то на фронте: всё, пиши пропало. С этим трудно будет что-то поделать. Если эти нюансы просчитаны, если есть решение этих проблем, то я, разумеется, готов работать. Очернить себя придётся. И совесть закопать глубоко под землю. Но я хочу быть уверен, что это это будет находиться в разумных пределах и мне не придётся жалеть всю оставшуюся жизнь о принятом решении. Надеюсь, вы меня понимаете, Фауст.

От него требовали ответа сразу. Немедленно. В ином случае это могло вызвать подозрения даже несмотря на показанное удостоверение. Но сейчас, когда события в мировой политике становятся всё более непредсказуемыми, а враг запуская когтистые загребущие пальцы в одну страну за другой, это было объяснимо. К тому же, Фауст ясно давал понять, что видеть на этой должности он хочет именно Эммериха, а не кого-то другого. Это не подкупало, но давало определённые бонусы: Эммерих не успел получить обширные полномочия и доступ к государственной тайне не был достаточно широк. А потому сделанный выбор был действительно удачным с точки зрения начала формирования такой серьёзной структуры, как независимая разведка.
- Что ж, вы меня убедили, - признался Эммерих. - Ваша затея выглядит мудрёной, но необходимой для нас. Слишком много всего в последнее время происходит, что требует вмешательства нейтральной организации. Поэтому ваше предложение я приму, как и непосредственное посильное и непосильное участие в создании организации. Мне нужно лишь подвести черту завершённому делу и могу приступать. Однако я замечу, что нам может потребоваться силовое вмешательство в дела. Независимое силовое вмешательство. Мы можем использовать для этого спецслужбы других стран, но может случиться так, что разглашение ситуации будет критическим. Поэтому нам потребуется группа быстрого реагирования. Что-нибудь вроде нашего GSG9, но только подчиняющегося непосредственно руководству, чтобы не задействовать их в незначительных ситуациях. Спасать котят с дерева в наши обязанности, полагаю не входит.
Разведка, конечно же, действует скрытно и бесшумно. В идеале так, чтобы никто ничего не понял вообще. Но грязи будет много. Эммерих понял это со слов Фауста. А значит нужны и те, кто будет эту грязь убирать. Чистильщики. Прольётся много крови, безусловно. Но когда речь идёт о сохранении Евросоюза и недопущении Британии к мировой узурпации и распространению их социального дарвинизма по планете, выбирать не приходится. Здесь Эммерих был солидарен.

Фауст делал то, что и говорил. Времени у них и правда не было, так что и многие вопросы они действительно могли обсудить здесь, чтобы не откладывать на потом. Потому что дальше этой возможности может и не быть.
- Я не привык решать такие задачи, - тем не менее заметил Эммерих. - Кадровыми вопросами занимался по-минимуму. И подготовки в академии не было. Поэтому если хотите избежать досадных промахов с моей стороны, лучше проверять сказанное. Я бы хотел, чтобы мой напарник, Ганс Браун, работал с нами. Он очень способный. К тому же, проверку на доверие прошёл. Что касается силового ведомства нашей организации, то я бы рекомендовал людей из группы, с которыми мы работали в Вене. Я не знаю этих ребят, имена зашифрованы. Но они из штурмового подразделения спецназа. Потеряли несколько человек во время операции, но этот промах не на их совести: ситуация вне протокола, приходилось импровизировать. Было бы хорошо, если бы мы могли пригласить их всех. Они уже знают друг друга и умеют работать. Ввести людей в курс дела согласно новым протоколам безопасности труда не составит. Но так мы сэкономим много времени. Также мы можем обратить внимание на бывших сотрудников спецслужб, но здесь вы и без меня справитесь. Кого-то конкретно ещё я предложить не могу. К сожалению, мои контакты с силовиками были весьма ограничены. Но помимо этого у меня есть ещё вопросы.
И их действительно было немало.
- Что насчёт штаба? Нам потребуется место, где мы сможем безопасно работать. Я не особо доверяю интернету и работе по удалёнке. Все эти защищённые соединения - ерунда полная. Прослушать можно что угодно. Поэтому я за личное присутствие. А потому хочу понять, где предстоит вести дальнейшую деятельность. Потому что в зависимости от места это потребует от меня той или иной подготовки. Всё же согласитесь, большая разница между Берлином и какой-нибудь Москвой. Также меня интересует вопрос оснащения. Насколько большим будет финансирование? Я смогу рассчитывать на, скажем, транспорт по месту выполнения задачи, квартиру? И что касается взяток? К сожалению, у нас в Евросоюзе с этим всё плохо. Но, раз мы будем соблюдать секретность настолько высокого уровня, то для нас это плохо - хорошо. Я уточню: если потребуется, сможем ли мы получить достаточное финансирование, чтобы подкупить, скажем, министра обороны?
Должностное лицо Эммерих, конечно, выбрал наобум.