По любым вопросам обращаться

к Nunnaly vi Britannia

(vk, Uso#2531)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Turn VII » 14.01.18. Работники пера и топора


14.01.18. Работники пера и топора

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

1. Дата: 14 января 2018 года
2. Время старта: 8:45
3. Время окончания: 10:30
4. Погода: -14°С, облачно, идёт снег, дует лёгкий холодный ветер, пробирающий до костей
5. Персонажи: Дарина Безлер, Глеб Голубев
6. Место действия: Российская Империя, Москва, ТВ-центр «Останкино»
7. Игровая ситуация: Понедельник — день тяжёлый, холодный, сонный, противный и далее по списку. С самого утра на «Первом Российском» самый настоящий аншлаг: директор лично дал распоряжение собирать съёмочную группу для проведения репортажей в одной из горячих точек — в Танзании. И, конечно же, кандидатами на отправление туда стали Дарина и Глеб. После главной летучки они располагаются в офисе открытого типа с высокими перегородками, на рабочем месте Дарины. И им есть, о чём поговорить.
8. Текущая очередность: До-го-во-рим-ся! Вмешательство ГМа будем с радостью приветствовать!

Созданный мной эпизод не влечет за собой серьезных сюжетных последствий. Мной гарантируется соответствие шаблону названия эпизода и полное заполнение шапки эпизода на момент завершения эпизода

+1

2

Вдох. Выдох. Разложить ручки по цвету вдоль перегородки. Посмотреть мимолётно в окно, радуясь приходящему дню, утреннему морозу за окном и пушистым снежным хлопьям, сыплющим на подоконник их офиса. На мониторе - главная страница сайта их канала, служебный раздел со списком сотрудников. Два клика, и вот она уже в своём профиле. В огромнейшем списке её личных "достижений", в самом низу, уже значится: "Январь 2018 - Африка, Танзания. Статус: активно".
Вдох. Выдох.
- Я никогда не смогу к этому привыкнуть, - тихо шепчет Дарина и поворачивает голову, во взгляде своего верного напарника умоляюще выискивая помощь и поддержку. - К смерти, выстрелам, убийствам. Всё это можно выдержать. И даже пережить. Вернуться домой. Но не привыкнуть. К такому нельзя привыкнуть. Я - до сих пор не смогла. Когда читаешь о войне - это не то. Кажется, что это в другом мире происходит. Не с тобой. Не с нами. Понимаешь?
Рука тянется к кружке с остывшим кофе. Дарина делает глоток. Горько. Она ненавидит кофе без сахара. Но ей нельзя сладкое. В преддверии скорого отъезда Дарину всегда начинало тошнить от конфет, мармеладок и всего, что хоть немного напоминало о сахаре: раздражение ЦНС плавно перетекало в желудок, где во всю расцветало в виде ещё целого ряда не самых приятных для упоминания расстройств.
- Я настолько не привыкла, что говорю тебе каждый раз одно и то же, - Дарина смеётся, невольно натыкаясь на своё отражение в зеркале. - Уже давно перестала верить, что что-то изменится. Но не изменится же! Пока мир остаётся в этой... В этой...
Дарина, исключительно вежливая девушка, пытается подобрать нужное слово. Но даже клоака для неё - грубое, чужое. Даже в отношении Глеба, который какой её только не видел. Даже немного пьяной. Даже выкуривающей одну сигарету за другой при том, что Дарина, в общем-то, вообще не курит.
- Мэх, - она делает взмах рукой и, откинув голову на спинку кресла, прикрывает глаза. - Ты сам видел: нас уже утвердили. Они даже не раздумывали. Слать больше некого. Голицина в положении. Минаева - не в положении, но тоже с животом. Что там можно в отпуске есть в такое непростое время, если ты - не какой-нибудь меценат или политик?
Самое смешное, что в Российской Империи эти две ипостаси нередко сочетались. Законы в этой стране, как и в остальном Евросоюзе, работали, как кривое зеркало: что-то не попадало в проекцию, а что-то искажалось так, что и не узнать на выходе, что вообще перед тобой.
- Деваться некуда, нужно ехать, - Дарина снова вздыхает, понимая, что ей сквозняк не в лёгкие нужен, а в голову, в мозги, да куда поглубже, до самого мозжечка. - Не туда, так в Ливию пришлось бы. Э-эх, а я даже после Ближнего Востока не успела в себя придти!
Дарина разочарованно жмурится и цокает, а после ведёт плечами, словно разминая.
- А ты - чего молчишь? - открыв глаза, Дарина протягивает руку и тычет своего напарника и оператора в мясистый бок. - Какие мысли по поводу Танзании? Давай, делись! Ты всегда такие умные вещи говоришь, что я порой задумываюсь!
Комплимент, искренний, честный. Поэтому она симпатизировала Глебу - он если и не находил выход из ситуации, то всегда умел соригинальничать так, что его отсутствие уже не воспринималось, как какая-то неудача, и всё сразу возвращалось на круги своя.

+6

3

- А? - погружённый в свои мысли Глеб, как всегда - сперва опомнится, потом отреагирует. - Ай!
Не любит он рукоприкладства. Если только оно исходит не от Дарины, которую ему почему-то всегда хотелось назвать Дарьей.
- Снова за своё? - отшучивается он, хоть и понимает - это продолжается неприлично долго, но Глеб всегда позволит Дарине быть неприличной, и даже больше. - Нет бы потрогать по-человечески!
Подкатив стул, Глеб садится на него, поближе к Дарине. Ему всегда нравился запах её духов. Просто он не привык говорить о таких вещах. Ведь это может прозвучать... Странно?
- Умные вещи, говоришь... - иронично усмехается Глеб, поднимая глаза к потолку. - Пока что на ум лезут лишь очевидные мысли: сдают британцы. Сперва на Ближнем Востоке опростоволосились. Теперь здесь. А из умного: это странно, душа моя.
Он часто так называл её.
- Они до сих пор не привели свою монструозную махину в действие. Я про "Великую Британии", разумеется. Складывается ощущение, что они чего-то сильно испугались, выкатив её заранее, как оружие упредительного действия. Возможно даже это было реакцией на то, что применение того газа в Абу-Даби оправдали, а значит рискнут применить ещё раз. А может это просто какая-то пустышка. Так говорят в интернете. Но я лично сомневаюсь. Видывал я выступление их их императора, и вот, что скажу: слишком раздутое у него самомнение, чтобы пугать своих врагов пустышкой. Поэтому я склоняюсь к тому, что они ведут активную подготовку "Великой Британии" к началу военных действий, и уже скоро в Африке будет по-настоящему жарко.
Он хочет положить ладонь на её плечо. Но не решается. Словно боится, что это нарушит хрупкое равновесие между ними.
- Поэтому мысли у меня исключительно отрицательные. Ведь раньше мы ни с чем подобным не сталкивались. С передовых позиций артиллерии мы уезжали. А на что способно их новое оружие? На какой безопасной дистанции нам быть? Вояки и сами наверняка не в курсе. А ещё я знаю, что в Танзании нет наших подразделений. И под нашими я понимаю - наших. Соотечественникам не всё равно. А им? Французам, немцам? Им до нас разве есть дело? Мы им практически никто. Обуза. И, если что-то случится, помочь нам будет некому. Меня это беспокоит, Дарин.
Снова это желание. Подрагивающая рука, поджатая губа, но... Никакого продолжения. Когда хочется - никогда не решаешься.

+6

4

Дарина крутит в руках кружку и кивает. А ведь Глеб действительно прав. Летающий ужас, внушающий страх и опасение, заставлял сердце больно вздрогнуть от одного лишь упоминания. А столкнуться с ним... Кто вообще рискнёт столкнуться с ним? Разве что только самые-самые отчаянные. Из их ли числа Дарина и Глеб? Кто знает. Они были достаточно отчаянными, чтобы кинуться на передовую за правильным и честными кадрами вопреки тому, что большую часть порежет цензура. Но достаточно ли они отчаяны, чтобы лицом к лицом встретиться с "Великой Британией"? Пока не увидят - не выяснят. Дарина в этом видит не только опасность, но и вызов. Он приходил на помощь каждый раз, когда ей было страшно продолжать. Этот вызов - тот самый двигатель прогресса журналистики и корреспонденции, ради которого действительно стоило идти в эту профессию.
- Я верю в людей, - твердо говорит Дарина, и рука с кружкой замирает, а взгляд упирается в подсевшего к ней Глеба - в такие моменты Дарине кажется, что даже его дыхание учащается, и ей стоит огромных усилий, чтобы сдержать улыбку и не провоцировать, оказывая не нужные знаки внимания, что напарник может воспринять как жест одобрения своих действий. - И я верю, что нам помогут. Так что и ты тоже - верь. Найдутся небезразличные. Как мы. Ведь мы как-то есть у нашего канала, верно? Да и не только. Вспомни отдел компьютерщиков - какие здоровские люди там работают! И это несмотря на то, что у нас такая редакция...
Голос Дарины становится тише на пол тона. То, что у стен есть уши - не шутка. Она точно знает. Профессионального опыта хватает. А когда работаешь среди таких же внимательных людей, как и ты сама, то быстро начинаешь ценить силу слов, если в вузе этому не научилась.
- В конце концов, немцы с нашими вон как лихо в Казахстане спелись! И ничего не помешало - ни Штерн, ни кто-либо другой. И как обычным солдатам, так и их руководству. А наше руководство? Им что говорят, то они и делают...
Дарина вздыхает. Она очень хочет что-то изменить. Не мире, не в стране, а хотя бы здесь, в своей родной редакции, которую она любит вопреки всем имеющимся в ней внутренним проблемам, да и внешним - тоже. Может быть она слишком наивна и ей хочется невозможного. Но она искренне считала, что если не устранить угрозу извне, то меняться нужно изнутри. Ведь человек так и эволюционировал, вырабатывая иммунитет к микробам и вирусам, живущим в агрессивном внешнем мире.

+6

5

- А знаешь, солдаты ЕС - всё же не наёмники, - Глеб решает поддержать подругу, чтобы не нагнетать обстановку. - Так что от них можно ждать куда больше хорошего. А наёмники тебе помогут, только если есть деньги. Любые. Пусть некоторые и прикрываются за благими целями о возрождения национальной военизированной группировки - я в это не верю. У нас с тобой ни одного положительного опыта общения с ними не было - они мать родную продадут. Так что не всё у нас с тобой так плохо, как хотелось бы. Тем более, что до Танзании наёмники пока добраться не успели.
Глеб и правда так считает. Будь у него деньги - с удовольствием нанял бы себе парочку солдат из какой-нибудь дешёвой ЧВК. Но, увы, он всего лишь обычный оператор. И о таком можно лишь мечтать.
Тему наёмников Глеб вообще старается не затрагивать лишний раз - знает, что Дарина к ним относится благосклонно. И это его раздражает. Она наивна. Думает, что наёмники ближе к простым людям, чем обычные вояки. Но всякий раз, когда они с ними встречались, то случалось обратное. И далеко не в языковом барьере оказывалось дело. Они деньги отрабатывают. А на месте деньги могут быть чёрными, грязными, кровавыми. Что тут говорить, если даже разнорабочие из бригады на стройке в перекуры шли таскать ящики в ближайшие магазины таскать ящики из фур за пару листов? А здесь - наёмники, среди которых и перебежчиков всегда было немало. Они будут с теми, кто больше заплатит. И исключений в этом быть не может. По крайней мере, Глеб их не видел. Поэтому и спорить много он не хотел, считая, что единственное, от чего нужно регулярно спасать Дарину и её желания - от наивности. С остальным она сама неплохо справляется. По крайней мере, так казалось Глебу.

+5

6

- Но ведь есть и надёжные наёмники, которым не наплевать, - пусть Глеб и прав, но мысль о том, что есть и те, принадлежат они не кому-то, а человеку, претендующему на премьерское кресло, внушает доверие, вызывая у Дарины добрую улыбку - "Легион", к примеру. Что о них можешь сказать, хм? Они могут быть какими угодно злодеями, но когда твой босс завязан на политике - хочешь-не хочешь, а за репутацию бороться будешь! Ты ведь не считаешь иначе, Глеб? Я вообще удивляюсь тому, как Мальченко вообще решился на такой отчаянный шаг, как создание своей ЧВК! Всех не проконтролируешь, залетит парочка-другая отморозков и всё, кранты! Начнут творить такое, что потом никогда не отмоешься! А потому я уверена, уж кто-кто, а он наверняка за репутацию печётся и не позволит, чтобы происходило что-то из ряда вон.
Дарина знала всяких, разных наёмников. Но "Легион" внушал доверие. Пусть даже там и состоит Владимир Макаров - личность далеко не самая однозначная. Но в отличие от многих других он всегда доказывал свою верность идеям не демократии, но Европейского союза в целом. Даже если платить за это приходилось цену, величина которой порой пугала Дарину. Но достаточно вспомнить, сколько зла совершила Британия, и начинаешь понимать, почему методы Макарова именно такие, а не иные. Эти шовинисты с западного полушария просто не оставили другого шанса. Когда тебя бьют без остановки, просто взять и подставить другую щёку не выйдет. Приходится прибегать к помощи кулаков. А здесь Макаров был настоящим мастером. И своим примером умело вдохновлял других. Стоит только вспомнить, как сердечко начинает колотиться быстрее: не зря Мальченко выбрал его для работы в таком тесном тандеме. Как военкор Дарина понимала, насколько выгодного союзника нашёл этот проворный политик. Тем более, что раньше они были почти коллегами: о карьере этих товарищей Дарина многое знает, пусть и не на зубок: всё-таки дошедшие до неё байки о том, что в жилах Безлеров течёт голубая кровь, заставляют порой задуматься над тем, кто ты ичто делаешь.

+5

7

- Я уверен в том, что "Легион" преследует свои собственные цели, - говорит Глеб, задумчиво поморщившись. - Хотя бы по той причине, что управляет ими политик, а не кто-то другой. Я слышал, что сейчас они воюют в Ливии. Почему не на фронте? Почему не в Казахстане, а в Танзании? Там ведь такие якобы профессионалы. Они позиционируют себя как элитная ЧВК, а не рядовая. Но ввязались они в внутренний конфликт. Я вот что считаю: о том, что о будет одним из кандидатов, Мальченко знал всегда. А поэтому решил, что участие его людей во внутреннем конфликте - это выгоднее, чем война где-то в Казахстане, где его люди могут натворить всякого. Всё-таки, Казахстан когда-то был в надёжных руках Российской Империи, и там много наших. А ты помнишь, что основного командующего Легионом, Макарова, в своё время судили не только за "Гадюку". Громкое дело было. Вот Мальченко и решил, что пусть лучше будет Ливия. Там если "Легион" что и натворит, то их замазать будет куда проще. На гражданской войне никогда не поймёшь, кто свой, кто чужой. Да и противники в Ливии попроще, хотя угроза от них исходит серьёзная. Мальченко идёт на хитрость. Как и любой политик.
Хитрость хитростью, но Глеб колеблется. Выборы объявлены уже завтра. Что будет, если Мальченко победит? Загадка. Он может стать сильным политиком и укрепить позиции Российской Империи, как хочет. А может только сильнее увеличить разрыв между бедными и богатыми. Ведь его поддержал сам император. А правые всегда стремятся к торжеству одного-единственного класса. Быть может, права будут у всех, как и завещает демократия. Но равенства возможностей с националистом во главе ждать не стоит. Да разве это остановит Дарину, восхищённо взирающую на Мальченко и его партию? Взять хотя бы её фамилию. Когда-то Глеб имел удовольствие читать о происхождении фамилий. И о Безлерах идёт немало упоминаний ещё с петровских времён. Связаны ли они с Дариной - непонятно. Но думать себе его напарница могла что угодно. Поэтому Глеб всегда старается держаться нейтралитета. Ведь любая качка в одну или другую сторону навсегда закроет доступ к потаённым местам, скрывающимся под юбкой.

Отредактировано Gleb Golubev (2020-02-06 16:14:18)

+4

8

Дарина грустно улыбается. Увы, но у каждого своя правда. Глеб мыслит холодно и ко всему относился с подозрением. Это справедливо. Она же воспринимает происходящее куда ближе к сердцу, а потому не хочет оставаться безучастной. И внутренняя политика России, которая ждёт перемен - не исключение. Дарина тоже ждёт. И верит тому, кто готов что-то изменить. И кто уже сделал что-то, чтобы всё изменить. Мальченко - именно такой человек.
- Они только недавно появились, - оправдывает их Дарина, серьёзно глядя в глаза Глеба. - У них ничего и нет толком. Куда им на фронт Танзании или Казахстана? Это ведь не армия. Они и во время прежнего "Легиона" никогда не были армией. А их тогда кидали выполнять непосильные им задачи. И ни к чему хорошему это не привело. Мальченко подошёл с умом. Он не только деньги зарабатывает, но и выполняет те задачи, которые никак не может начать выполнять Евросоюз, потому что практически все заинтересованы Ближним Восток, забывая, что Ливия - она неподалёку, и на один лишь Египет да наш батальон, что там со времён предыдущей войны расквартирован, полагаться не стоит. Мальченко направил "Легион" туда, где они действительно могут что-то сделать и на что-то повлиять. И Макаров тут совсем не причём. Не знаю, с чего ты постоянно его приплетаешь, когда тебе удобно. Замазать кого угодно можно, если постараться.
В голосе Дарины звучит обида и она делает глоток ставшего уже совсем мерзким кофе, чтобы проглотить негодование и устаканить внутренний ураган эмоций.
- Всё решит завтрашний день, - уверенно говорит Дарина, переводя тему разговора в мирное русло, поскольку не видит смысла поддерживать прежнюю - всё равно каждый останется на своём. - И для России, и для нас. У нас самолёт до Триполи. А потом долгая тряска в кабине внедорожника. Хорошо, что нам не нужно брать гида для этого, и нам дадут его на месте. В коем-то веке у "Первого" во всех крупных городах есть небольшие студии с местными. Это очень удобно. О нас позаботились, представляешь!
Дарина радостно хихикает. Не столько от того, что это действительно было так и их работодатель задумался об удобстве своих работников, сколько от того, что Глеб её не перебивает: значит, тему действительно удалось перевести. А не то бы он ещё в середине беспардонно решил её прервать. В этом ему стоит отдать должное: несмотря на то, что Глеб неприкрыто симпатизирует Дарине, в типичного каблука он не превращается, чем несказанно Даринку радует. Иначе она бы очень сильно разочаровалась не только в нём, но и в мужчинах в целом. А Глеб молодец - держит планку на стабильном уровне. Характер у него то, что надо, чтобы снова и снова становится причиной её улыбки.

+3

9

Глеб вздыхает с облегчением. Он рад, что не придётся юлить перед ней и дальше.
- Да, - согласно кивает Глеб, но особо не верит в победу Мальченко. - Хотя для нас всё и так решено. Знаешь, мы с тобой и так можем путешествовать только вдвоём, без всяких гидов и помощников.
Когда Глеб говорит это, по его телу пробегают пучки импульсов, покалывающих тело от спины до пяток.
- Языки мы знаем, а для ориентирования на местности есть спутниковые карты. Так что забота, не забота, а мы - вполне себе самостоятельные личности, собирающие реальные сведения и пишущие настоящие истории, которые важно знать людям. У нас, конечно, что-то корректируют и редактируют, вырубая некоторые вещи на корню... Но так даже лучше. Эх мы!
Глеб как бы невзначай кладёт руку на плечи Дарины и притягивает к своему мякишу.
- Работники пера и топора, — смеётся он и похлопывает по спине подругу, ощущая, что в штаны словно чан с горящим маслом опрокинули, а по голове треснул кто-то навроде Коронера МакМафина со своей знаменитой на весь мир вертушки.
- Я вот что думаю, - продолжает он. - Нам с тобой нужно будет куда-то выбраться, как вернемся из командировки. Например, сгонять в Петербург. А что, хорошая мысль, ты так не думаешь? Я сто лет в столице нашей не был, а там столько замечательных баров и кафешек откоыто, каких Москве никогда не повторить! Обожремся с тобой чебуреков, будем лежать на крыше вдвоем с бутылкой винца и смотреть на развод мостов. Вмегда мечтал поглядеть, но одному что-то совсем уж не в кайф. Так что я подумал: может, ты могла бы составить мне компанию? А то знаешь, друзья-приятели мои не поймут, да и лентяи они... В хорошем смысле.
Глеб внимательно смотрит на Дарину, ожидая, что она скажет. Он заводит эти разговоры время от времени. И порой получает вполне конкретные обещания. Но чаще всего их планы срывались из-за неожиданных поездок, привалившей сверху работы или чего похуже. Но иногда... Нет, ему всё же кажется. Иногда ему казадось, что Дарина отказывается нарочно. Либо ищет предлоги. Но на фоне реальных причин, которых существовало достаточно, это действительно всего лишь казалось и Глеб, задумываясь о таком разве что изредка, не придавал этому особого значения.

+3

10

- Чего-чего? - Дарина вздрагивает, а затем хохочет, давясь ладошкой и краснея, лишь бы не растрезвонить на весь офис. - Чебуреков! Вот это ты дал! Я уж думал ты в рэстора-а-ан меня позовёшь. А то меня давненько не звали. А ты вон, чебуреков. Эх, Глебушка.
Дарина кладёт на его плечо руку и треплет по голове. Волосы жёсткие, густые, но приятные. Ей почему-то нравилось касаться их. Дарина пытается ответить себе, почему, но не может. Глеб хороший. Но совсем её не привлекает. Но почему, почему хочется касаться снова и снова?
- С тобой хоть чебуреков, хоть шаурму с Курского, - смеётся она, и смотрит, смотрит в его глаза, словно пытается разглядеть, прочитать в них что-то, а сама и знать-не знает, что. - А если в Питере, то вообще за милую душу! Лишь бы мы успели...
Успели что? Сердце больно бьёт. Раз, два, три, четыре. Гулкие удары стремительно разносят по телу эхо. Это эхо войны. Что было уже повсюду: в музыке, в кино, в книгах и даже в людях. Сегодня они беззаботно говорят о том, как здорово поесть чебуреков и попить вина. А завтра? Что будет завтра? Дарина замирает. И чувствует, как вроде бы хорошее настроение начинает огромным снежным комом скатываться всё ниже, и ниже, и ниже, пока не достигает той точке, где девушка может ловко подхватить его, протянуть невидимую длань, и удержать в своей улыбке.
- Успеем! - веселое сказала она, вытягивая губы. - Всегда успевали!

Эпизод завершён

+3


Вы здесь » Code Geass » Turn VII » 14.01.18. Работники пера и топора