По любым вопросам обращаться

к Nunnaly vi Britannia

(vk, Uso#2531)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Turn VI. Turmoil » 24.12.17. Витражи цвета лжи


24.12.17. Витражи цвета лжи

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

1. Дата: 24 декабря 2017 года.
2. Время старта: 15:00
3. Время окончания: 20:00
4. Погода: -1°С, ветрено и прохладно. Днём облачно и идёт снег, к вечеру выглянуло солнце.
5. Персонажи: Юфемия ли Британия, Шнайзель эль Британия
6. Место действия: 11 сектор, Нео-Токио, сохранившаяся часть города с японским наследием - парк и храм.
7. Игровая ситуация: Шнайзель приезжает навестить сестру, имея собственные цели. Юфи предлагает прогулку по 11 сектору, ставшему её вотчиной.
8. Текущая очередность: Шнайзель, Юфи.

Созданный мной эпизод не влечет за собой серьезных сюжетных последствий. Мной гарантируется соответствие шаблону названия эпизода и полное заполнение шапки эпизода на момент завершения эпизода

+1

2

Пустующая гостиная навевает воспоминания. Только сейчас Юфемия замечает то, насколько похожи интерьеры во всех их резиденциях. Словно вычурность в моде, словно Кловис скучал по дому настолько, что сделал себе уменьшенную копию. Юфи прикрывает глаза, вспоминая брата, смаргивает непрошеную влагу, и клятвенно себе же обещает — перекрасить стены в яркие тона, оторвать лепнины и... Вообще-то, ей ничего этого не нужно.

Принцесса распахивает окна, игнорируя возмущенное бурчание слуг — на улице действительно декабрь. И совсем никакого ощущения приближающегося праздника. Оно словно покинуло её в этот раз, оставшись воевать где-то на границах Китая — в чужой для них войне. Юфемия даже не планировала сегодня покидать резиденцию, стены которой считает слишком ненавистными. Но сообщение от старшего брата изменило всё.

Ветер пробирается в комнату, легкие изнутри колет хрусталиками льда от выстуженного воздуха. Он царапает горло, оседает инеем — и следующий порыв вносит в комнату танец снежинок. Юфи безмятежно улыбается — неожиданно даже для самой себя, потому застывает именно так. С легкой улыбкой в светлом платье и меховой накидке на плечах. Так она кажется крохотной, а пальцы слегка царапают раму — она ждет.

Процессию она видит издалека, и не ждет, когда снег скрипнет под шинами автомобиля, когда закроется дверь гаража. Порыв от двери вносит сумятицу в комнату, тяжелые шторы выдувает из открытого окна. А Юфемия уже спешит к стоянке, путаясь в подоле длинного платья — сегодня оно вместо надоевших официальных костюмов. Так даже дышать легче.

Они не виделись уже довольно давно, а от последней встречи всё ещё сводит пальцы. Всё, что Юфи тогда сказала, практически стало правдой — теперь она владеет 11 сектором. И пусть её должность больше не вяжется с образом, она может себе позволить пробежаться по коридорам своей резиденции. А после броситься на высокую фигуру брата с объятиями, распихав всю его охрану, и уткнуться носом куда-то в плечо.

— Добро пожаловать, — бормочет принцесса, повиснув на Шнайзеле совсем как в детстве.

+3

3

Кортеж мчался по улицам города, пронося бывшего премьера по лучшим и красивейшим его частям, избегая при этом нежелательных районов, но сам Шнайзель не интересовался происходящим за окном. Его задумчивый взгляд был прикован к играющему на свету бокалу вина в его руке, а пальцы лениво почёсывали недавно отпущенную бородку. Всеми своими делами, всеми поступками и видом он старался демонстрировать, что смещение его сломило, толкнуло в бездну безысходности, которую заполнит лишь алкоголь, но чтобы достоверно сыграть это состояние, ему приходилось буквально им жить. Очень немногие из его приближённых, которым он доверял, насколько Шнайзель вообще мог кому-то доверять, знали о том, что, благодаря верному Канону, прежний Шнайзель выплыл из океана отчаяния, свободный от сковывающих оков ожиданий, и оттого ещё более опасный. Теперь у него было понимание мира, которое ранее было недоступным, были знания и планы, и, что немаловажно, не было обязанностей и обязательств перед страной.

Визит к дорогой и, наверное, любимейшей сестре не был ни сугубо деловым, ни визитом вежливости. Скорее, сразу всё, и ещё немного сверху. Судьба Юфемии, ещё такой неопытной и неготовой к жестоким политическим играм, беспокоила Шнайзеля, как и то, что ей достался готовый взорваться во всех смыслах Сектор. Полученные им данные были ещё одной причиной навестить сестру, принявшую на себя пост Ренли. Не всё было чисто с милым младшим братцем и как хороший старший брат, Шнайзель не мог оставить сестру одну разбираться со всеми последствиями его дел. К счастью, наиболее подходящая для таких дел особа сохранила Шнайзелю верность и сейчас ехала в другой машине позади него, но для неё ещё настанет время.
Юфемия была как всегда прекрасна, но что-то в ней изменилось с момента их последней встречи. Прижав сестру, положив ей аккуратно ладонь на макушку, он в очередной раз уверился в правильности своего решения. Чем выше люди взбираются во власть, тем большее одиночество им уготовано, а на эти хрупкие плечи за последние месяцы взваливалось больше, чем может выдержать человек.

- Здравствуй, сестра.

Такие простые слова, и словно на краткий миг всех ужасов и невзгод не стало, были лишь они, брат и сестра, встретившиеся после долгой разлуки. Завершив, наконец, объятья, он взял третью принцессу за руки, озарил улыбкой.

- Пригласишь меня войти? Давно хотел тут побывать, но как всегда, дел слишком много. Покажешь, где тут что?

Он позволил Юфи вести его, сделав напоследок едва заметный жест следовать за ними вместе с охраной девушке, вышедшей из машины и державшейся в стороне.

+3

4

[indent] Теплая ладонь на макушке была совсем родной, за долгое время Юфи и вовсе отвыкла, чтобы к ней относились как к маленькой девочке. Их последний разговор со Шнайзелем выдался очень печальным, а после она накричала и на другого брата. И, казалось бы, Юфи должна сейчас извиниться, но она лишь улыбнулась, крепко сжимая чужие ладони и качнула головой.

[indent] — Конечно! Я тебе так рада, — немедленно заявила принцесса, разворачиваясь и потянув брата вслед за собой. Люди перед ней быстро расступились, проявляя уважение к особам императорской крови. Были и те, что не выражали восторга от приезда Шнайзеля — пуристы, куда без них. Первый принц потерял уйму очков после своей отставки на всю Империю.

[indent] — Тут абсолютно всё поменялось. Твоему секретарю позже выдадут допуски и специальные карточки, — на автомате проговорила Юфи, словно повторяла это десяток раз на дню. — Для тебя и твоей свиты подготовили комнаты в моем крыле. Оно скрыто внутри основных корпусов, — Юфемия чуть замедлилась, крепче сжала пальцы. — За всю систему безопасности и мою личную защиту отвечает Сузаку, мой рыцарь.

[indent] В голосе прозвучали предупредительные, почти стальные нотки. Но Юфи не обернулась, чтобы продемонстрировать решимость. Всё позже, сейчас она расставляла приоритеты. Пусть она всего лишь восторженная девушка, встретившая своего брата после долгой разлуки, но, за пределами этого дня, она генерал-губернатор. Теперь ей никто не может диктовать свою волю, кроме двух человек в Пендрагоне.

[indent] Впрочем, не всем сотрудникам посчастливилось наблюдать то, как хрупкая принцесса тянет за собой опального принца. Юфи нырнула в ближайшую комнату, оставив свиту Шнайзеля и свою охрану по ту сторону. Дела и праздные шатания отложены на потом, пока она наконец не узнает. Юфи мягко улыбнулась, разворачиваясь к брату совсем растрепанной, взволнованной и несколько грустной:

[indent] — Как ты? — Она не добавляет, что последний раз они виделись в полумраке чужой гостиной. Это личный вопрос, личное волнение, потому сердце заходится сильнее. Юфемия думает о том, припомнит ли брат её порыв.

+3

5

В легкой улыбке принца не было фальши, но вряд ли кто-то заметил в ней оттенок грусти. Сопровождаемый своей сестрой, он не мог не отметить, насколько та повзрослела, изменилась. От девочки, которую он видел в прошлую их встречу, осталось так мало, но Шнайзель был уверен, что она не исчезла бесследно, а лишь уступила на время место другой, постарше. Он сам как никто другой знал, что у власти и ответственности есть один незаменимый спутник, имя которому - одиночество. И чем больше власти держишь в своих руках, чем больше ответственности взвалишь на свои плечи, тем меньше людей на самом деле могут быть рядом с тобой. Это правда, что у Шнайзеля были свои личные цели в этой поездке, и хотя он уже принял решение, он не был бы тем самым человеком, который столько лет удерживал империю от распада, если бы не был способен адаптироваться под ситуацию и менять принятые решения в новых обстоятельствах. Что бы о нём ни говорили, Шнайзель действительно любил своих родственников. И бесхребетного Одиссея, и воинственную Корнелию, и излишне склонную к самопожертвованию Нану, и даже идеалиста Ренли. И особенно он любил Юфемию. Возможно, его любовь была не совсем такой, как у прочих братьев и сестёр, но он больше не был премьером и, наверное, впервые был свободен выбирать что хочет, а не что необходимо для блага державы. Перед ним встал выбор, которого он не ожидал: протянуть руку и вытащить Юфи из этого моря или толкнуть на глубину и научить плавать на волнах одиночества. Этот выбор повлияет и на другое его дело, более важное, ради которого Шнайзель и прибыл в Японию.

Когда Юфи утянула его в отдельную комнату, оставив их наедине, ничто не выдавало того потока мыслей, которые проносились в голове принца со скоростью обрабатываемых компьютером данных. Всего один вопрос, требующий всего одного ответа, но он понимал как никто другой, что этот один ответ может отправить их по множеству различных дорог. Что сказать, о чем умолчать, что доверить, и что скрыть - всё это прокручивалось в его голове снова и снова пока его голова наклонялась ниже, губы приближались к уху, и лишь вместе с горячим дыханием и первым словом ответ окончательно сформировался. Шепча так, чтобы даже с такого близкого расстояния его слова были на грани слышимости, он сделал свой ход.

- Здесь говорить опасно, нас могут слышать.

Перед его глазами всё ещё стояла та милая Юфемия, с которой он виделся, казалось, целую вечность назад, перед её отбытием, но он понимал, как опасно будет и дальше удерживать её, скрывать всё стремясь защитить. Он не мог рассказать ей обо всех своих подозрениях касательно Ренли и его дел в 11 секторе, но теперь это были её владения и что-то ей знать было необходимо. Оставалось надеяться, что сестра достаточно повзрослела, чтобы играть в такие игры.

- Я в порядке, спасибо, что интересуешься, - это уже было сказано гораздо громче. - Не будешь ли ты возражать против прогулки? Мне бы хотелось посмотреть где живет моя любимая сестра.

+3

6

[indent] Плечи мигом осели, словно принцесса разом стала мягче и меньше, услышав замечание. Но Юфи улыбнулась непонимающее, оглянулась по сторонам, разыскивая тех, кто мог бы их слышать. И повернулась к Шнайзелю, элегантно поведя плечами, не менее звонко отвечая.

[indent] — Пойдем, я тебе всё покажу, — она и так намеревалась это сделать. Но теперь лишь ускорилась. Уж что-что, а полутона улавливать принцесса умела. Тем не менее, непонимание в её глазах никуда не делось, лишь скрылось до поры.

[indent] — Ренли лично контролировал всё, что здесь делали, — тема была зыбкая. Но её не избежать. Юфи не могла бы сказать, что её безопасностью в 11 секторе никто из семьи не озабочен. Слишком многие этого бы хотели. Чтобы драгоценная девочка потерпела неудачу. От этой опасности её защищало лишь её имя и отношение к ней старших в семье, Юфи прекрасно это осознавала.

[indent] Принцесса всё же взялась за ум и проявилась степенность, как подобает новой хозяйке резиденции. Она успела отпустить часть свиты, строго обратив их внимание на то, что никто не посмеет напасть на императорских детей в их же резиденции. Не то, чтобы такого не случалось — и лишь по этой причине следом шли телохранители.
 
— [indent]  Что случилось? — прошептала Юфи уже снаружи, слегка склонившись так, что за массивной фигурой брата не было видно, что она вообще что-то говорит. Глупо было бы спрашивать об опасности, для них она есть всегда.

[indent] Со стороны брат и сестра выглядели обыденно. Они неспешно направлялись в личные покои, где, как надеялась Юфи, никто их уже не услышит. Ей слегка передалась напряженная легкость Шнайзеля. Ей никогда не удавалось его понять, но Юфи верила в старшего брата и доверяла ему.

[indent] И всё же было нечто иное, что уловила сегодняшняя Юфи. Пусть ей не удавалось прочитать намерения и просчитать цели брата, она всё же понимала, что означает секретность на их уровне. Казалось бы, нелепо думать, что кто-то посмеет пойти против императорской семьи. Но так оно и было, теперь же Юфи было грустно от того, что их в её резиденции действительно могли услышать.

+2

7

[indent] Разговор первого принца и назначенного генерал-губернатора прошёл за закрытыми глазами. Дверей в саду не было, Юфи предприняла все меры предосторожности, чтобы их не услышали. Просто потому что уже понимала, что везде есть глаза и уши.

[indent] Конечно, в газетах на следующий день прошли заголовки о "тайной встрече" брата и сестры. Но на фотографиях они выглядели семьей, а не парой политических фигур. Даже так над ними оставалась тень. Тому поспособствовал факт появления в свите Юфемии новых людей, среди которых были и максимально приближенные — так, к примеру, один из советников.

[indent] Поговаривали, правда, что для защиты принцессы были внедрены ещё сотрудники. Но все, кто знал Шнайзеля, не мог не подозревать иную подоплеку у действий первого принца. А тот тихий разговор остался только между ним и его младшей сестрой.

Эпизод завершен

+3


Вы здесь » Code Geass » Turn VI. Turmoil » 24.12.17. Витражи цвета лжи