Центральный оперный зал графства был местом непопулярным, далёким для простого народа. Изредка здесь собирались снобы, сливки старых времён, уже пахнущие вчерашней простоквашей. Так и сегодня просторная зала была заполнена лишь наполовину. Кряхтящее старичьё уже давно заняли свои места, несколько молодых и не очень посетителей всё ещё подтягивались к началу представления… На сцене развернётся действо «Орфея и Эвредики».

Он ждал появления Итана несколько ранее, но ни сколечки не показал ни раздражения, ни разочарования, ни даже удивления его несущественному опозданию.

- Я рад, что вы смогли прийти, молодой человек, - голосом добрым, отеческим, молвил Юрий – человек, близкий к пенсионным годам, одетый в прекрасный парадный костюм чёрных тонов. Он мог бы сойти за пожившего любителя прекрасного, быть может, поклонника оперных див, но крохотная деталь, не свойственная простым прохожим, выбивалась из образа. Металлический обруч с тянущимися от него к позвоночнику проводами опоясывал выбритый наголо череп. Под толстым слоем грима пряталась татуировка – прямиком на лбу. Благо, к сией экстравагантной внешне личности не было никаких вопросов – он уже давно стал завсегдатаем этого места и всегда брал в своё распоряжение отдельный балкон.

- Сегодняшняя молодёжь совсем не хочет тянуться к прекрасному. Все спешат сделать себе имя, разорваться между десяткам работ, найти свою «половинку», в конце концов. Но наша душа, мой друг, наша душа желает не только лишь денег, власти или же общества прекрасных созданий. Оу, нет, - в зале приглушили свет, и массивный алый занавес сцены разошёлся в стороны, обнажая театральную площадку. Печальная музыка, знаменующая кончину прекрасной девы, наполняет помещение. В глазах Юрия читается волнение, его рот слегка приоткрыт, а сам он умолкает на полуслове.

[nic]Юрий Адрэа[/nic]
[ava]http://sf.uploads.ru/pjG0z.jpg[/ava]

Отредактировано Элли (2017-08-22 20:36:26)

Музыка проникала всюду. Она обволакивала слушателя, заставляла его проникнуться трагедией главного героя, его тягостями и муками. Учёный посещал эту оперу не первый раз, но всякий раз восторгался неповторимостью момента, человеческим фактором, который всякий раз заставлял отточенный механизм звучать иначе.

- Подумать только: эту оперу слушали и сто лет назад, а она до сих пор не теряет своей актуальности. Любовь и преданность, вера в лучшее – разве это не прекрасно? – Юрий восторженно лицезрел представление, явно не опасаясь потревожить окружающих своим ликованием. Да что уж там – перекричать с балкона происходящее на сцене, да ещё и так, чтобы сказанное достигло старческих ушей – было попросту невозможно. Пожалуй, затей сегодня кто-либо из этих двоих убийство в стиле знаменитых детективных сериалов позопрошлого десятилетия, свидетелей бы не нашлось.

- Скажите, вы бы также рискнули своей жизнью, спустившись в Ад, дабы защитить то, что вам так дорого, мой молодой друг? – глаза его всё также неотрывно следили за действом. На лице то и дело читались эмоции – восторг, испуг, сопереживание. Казалось, он переживал происходящее на сцене, ощущал всё на своей шкуре, и был тому безмерно рад.

- Вы знаете, наш мозг ведь так устроен, - и в поддержку своих слов учёный провёл ладонью по выбритому черепу, - что плохо различает реальность и фантазии. Сколько судеб разбилось из-за того, что фантазии одного человека бились о скалы реальности другого…, - эти слова, несомненно могли относиться к миллионам, если не миллиардам, но в пример Юрий поставил бы лишь одного – того, кто верил в честь и службу, того, кто надеялся добиться взаимности, того, кто в итоге мечтал обрести свою месть, но всюду натыкался на стену реальности, препятствовавшую достижению по крайней мере одной из грёз.

- Вот, к примеру вы, мой дорогой друг. Вы думаете, что пришли сюда, дабы высказаться за своего командира. Быть его ушами и глазами, служить ему языком, - любитель классики так и не отвёл взгляда от творящегося на сцене, - Но на самом деле вы – куда как больше, нежели просто исполнитель. Вы творите свою судьбу, влияете на судьбы многих и многих, принимая решения, реализуя свои амбиции, ступая на поводу у своих желаний…, - пространная речь Юрия была переливчатой, едва ли не мелодичной. Казалось, он вторил ритму оперы.

- И в то же время вы находитесь в плену своего положения, иллюзии, навязанной вам извне. Вы словно под гипнозом верите, что должны служить, что так и положено, что это – непреложный закон мироздания, путь, если так можно сказать, - и в этот момент его бесконечные глаза цвета талого льда обратились к Итану, - Или же вы вольны сойти с этих рельс?
[nic]Юрий Адрэа[/nic]
[ava]http://sf.uploads.ru/pjG0z.jpg[/ava]

Юрий благосклонно улыбнулся своему компаньону. Ох, как же ему было радостно сегодня оказаться в хорошей компании, да в таком дивном месте как центральная оперная. Покуда двое общались, на сцене стремительно разворачивалось действо: Орфей попадает в Элизиум, и, выписывая грациозные па, он ищет любовь своей жизни, всматриваясь в тени, но боясь поймать желанный образ взглядом.

- Я бы и не смел подумать о таком, мой юный друг, - Юрий похлопал его ладонью о ладонь так, будто бы они были знакомы уже не первый десяток лет, - Ведь ваша жизнь целиком и полностью зависит сегодня от многоуважаемого и, без всяких сомнений, мстительного человека. Но мне хотелось бы верить, что вы понимаете – вы свободны, вольны делать выбор. Вы – не игрушка в руках тирана, не его инструмент. Ведь человек по-настоящему ценен лишь тогда, когда поступает по совести, когда ведёт его не страх, но стремление. И разговаривая с Вами, я разговариваю с Вами, а не с вашим патроном, - учёный обращает свой взор в сторону сцены – Орфей находит свою Эвредику. Та же заворожена образами чуждого мира, забыла о прелестях жизни.

- Только посмотрите на это – человек пребывает в иллюзии, не способен трезво оценивать ситуацию, и лишь сильная рука того, чей разум не помутнён, способна вытянуть его из сладостного кошмара. Как поэтично, как жизненно, - Юрий негромко, скорее для выражения своих чувств, нежели для того, чтобы поддержать участников представления, захлопал в ладоши. Он было похож одновременно на умудрённого опытом старика и на ребёнка, впервые ставшего свидетелем фейерверка.

- Когда-нибудь мы станем тем самым Орфеем, мой друг. Когда-нибудь мы крепко схватим руку Эвридики  и спасем её от вечного сна, от прозябания, - спустя несколько минут продолжил свою мысль Адрэа. Быть может, под прекрасной нимфой он понимал народ Британии или же весь мир?
[nic]Юрий Адрэа[/nic]
[ava]http://sf.uploads.ru/pjG0z.jpg[/ava]

Адрэа слушал собеседника в пол уха. В конце концов, он понимал, что именно шуршит в мыслях прекрасного исполнителя со своей головой на плечах.

«Балаган» - ухмылка тронула блаженные черты лица. Учёный знал, что на центральной сцене, куда софиты бьют лучом столь ярким, что всё вокруг становится невзрачным, несерьёзным, есть истинный театр в лицах. Но вот вокруг…
«Ах, этот дивный балаган житейских склок, да политических интриг, наполненный где ядом, где любви нелепой мёдом…» - мысленно прокрутил в своих думах агент Вспышки, поглаживая жиденькую бородёнку. В его представлении организованность мира была сильно преувеличена, и в то же время каждый из индивидов, несмотря на свои особенности – предсказуем.

- Сомнения, мой друг – признак разумности, осознанности сделанного вами выбора. Лишь человек больной не сомневается в своих деяниях. Лишь человек, потерявший связь с реальностью, возможность встать на чужое место, возможность сопереживания, - перед глазами мелькают десятки лиц, среди которых и «Стеклянный ангел». Забывшиеся, ставшие игрушками в руках судьбы, не способные повернуть назад или же сменить пути своего движения – они подобны поездам, что мчатся навстречу судьба. Печальной, не предвещающей ничего хорошего судьбе.

Взгляд Юрия ненадолго отвлёкся от сцены, чтобы углядеть стоящий у ног кейс. В таких обычно хранили деньги, оружие или взрывчатку. Взяв подобный дар, можно было как стать крайне богатым человеком, так и потерять если не жизнь, то пару конечностей. Но обратив свой взор к глазам молодого человека, Адрэа отчего-то не усомнился в том, что содержимое кейса не станет его погибелью.

- Ах, давно мне не дарили подарков, - с тёплой улыбкой произнёс он, наклоняясь к подношению и забирая его к себе на руки. Но вот на сцену выходят артисты для финального поклона, и Юрию приходится отложить свою ношу – хорошее выступление требует громогласных аваций.
[nic]Юрий Адрэа[/nic]
[ava]http://sf.uploads.ru/pjG0z.jpg[/ava]