Несмотря на ажиотаж, царивший на базе, находились и относительно спокойные места. Например, один из брезенчатых бараков, откуда была слышна громкая немецкая речь. Два голоса, один слегка детский, но бросавший совсем не детские слова, второй, явно принадлежащий мужчине, разговаривали на повышенных тонах. Было ясно что они ссорились, причем ссора началась давно, настолько яростно-плачущим был голос непонятно как попавшего на базу ребенка. И развязка не заставила себя долго ждать: "Мне не нравится, как ты на меня смотришь! Думаешь я лгу? Все что я говорю это ложь? Не-не-не-не-не! Пошел ты! Не понял? Пошел на ***!" Голос сорвался на визг. Оппонент девочки явно дал задний ход и попытался успокоить ее, однако это вызвала только поток негатива: "Я успокоюсь, братик. Я совершенно спокойна. Не понимаешь? Смысл в том, что я давно мертва, благодаря своему папочке. Мертвые совершенно спокойны. И дело не в том, что я долбанутая на голову! Понимаешь? Нет? Тогда пошел к черту, французская свинья!"
Брезентовая дверь откинулась и наружу вырывался черный вихрь в обрамлении каштановых волос, который являлся ни кем иным, как Катей Вальдхейм. В глазах девочки горела ярость и ненависть, а на лице застыло обиженное выражение, словно ей только что дали ремня. Она стремительно двинулась прочь от барака, искусно маневрируя между арабами и солдатами Европейского Союза, пока путь ее не прервала брошенная на землю здоровенная железная арматурина непонятного назначения, которую Катя не заметила сквозь горькие слезы обиды. Катя рухнула... И рухнула она прямо под ноги командиру "красноплечих".

Отредактировано Katia Waldheim (2013-06-19 23:25:04)

"Какой мерзавец кинул ЭТО мне под ноги?!"
Когда чьи-то руки подхватили Катю и помогли встать на ноги, она чуть было не врезала схватившему её миниатюрным черным сапогом. Ее "спасителю" повезло, девочка промахнулась из-за дикой усталости, внезапно навалившейся на нее после забега по базе. И укусить его она тоже не пыталась, совсем забыв про возможность такого воздействия на взрослых... Оказавшись на ногах, девочка принялась деловито отряхиваться, искоса изучая взглядом стоявшего перед ней. А стоял перед ней типичный на лицо военный майор в форме отдаленно напоминающей ее собственную. Эмблемы принадлежности к войскам не было, зато на плече мелькало что-то красное. Катя где-то слышала о таких знаках отличия, и слышала что-то не очень хорошее. Ей рассказывали о таких солдатах, рассказывали еще в то время когда её батальон дислоцировался во Владивостоке. Девочка вздохнула и пробурчала по-немецки:"Эй, спасибо за помощь конечно, но в этом не было необходимости..."
- Ты кто такая? - А майор-то был не промах. Сразу смекнул, что лучше разговаривать по-простому, хоть его произношение и оставляло желать лучшего. За это девочка была ему благодарна и ответила почти сразу: "Эй, ты чего, недавно здесь? Я же местная легенда этой базы! Дочь фельдмаршала, чудесным образом спасенная и допрашиваемая по пять раз на день. Тьфу, эти свиньи..."
Еще раз внимательно взглянув на Кросса, девочка показала ему плечо и эмблему 666-ого тактического, для наглядности ткнув пальчиком. После чего спокойно продолжила: "Ефрейтор Катя Вальдхейм из батальона "Черных Меток. Была когда-то, теперь я никому не нужный мусор, майор. А ты?"
Девочка легко перешла на доверительный тон, так как человек, стоящий перед ней, ей понравился. Да и поговорить хотелось. Ей казалось, что он не станет обвинять ее во лжи, как прошлый французик.

Как он и подозревал, девица была категорически не в духе.  Ее слова заставили действительно  кое-что вспомнить насчет произошедшего на Дальнем востоке недавно. "Красноплечие" в плен не сдавались и чаще всего пленных не брали, но Алекс знал, что на войне бывает всякое и особенно с молодыми. Сам в соответствующем возрасте был далеко не примерным подростком и многого, что греха таить, не понимал. Аналогично дело обстояло и с допросами - Крестовский считал дурью докапывание до ребенка.

- Помню. Я тоже немного легенда и скажу тебе, хреновое это занятие. - Мрачно усмехнулся Крестовский, и представился в ответ, - Майор Александр Крестовский, командир 113 механизированного, то есть "Красноплечих"

И у него батальон все еще в строю, а вот 666-й можно уже хоронить. Очередные жертвы криворукого планирования или чего похуже. Не они первые... Он знает, какого это. И знает, что лучше надеяться только на себя. Девочке придется это понимать... Выглядело так, что она уже решила что нападение - лучшая защита. Не лучший и не худший выбор, потому как тебя на войне вряд ли кто жалеть будет, это если только очень повезет. Похоже, Алексу начало "везти" на девушек с трудной судьбой. Радостного мало - не факт что он сможет помочь, а вот что они плохо кончат на поле боя - куда вероятнее.

***

Между тем Эрике тоже поскучать не дали.

- Привет. - С легким акцентом произнес кто-то рядом. Кисараги Широ ни одного раза не был похож на офицера  батальона с жуткой репутацией. Невысокий, худощавый, этакий вечный  юноша, которому даже в 22 года сложно было дать больше семнадцати.  Тем не менее, у него был выдающийся талант, стальные нервы и решимость бить британцев везде, всегда и любой ценой, а Россию он считал второй Родиной. Реакция его не подвела - заметив командира. он тоже отступил за угол и прижал палец к губам - мол, ведем себя очень тихо. Потом шепнул:

- Кажется, майор тебя не засек. Значит, толк из тебя выйдет. - Широ говорил довольно дружелюбно, надеясь что девушка не страдает расовыми предрассудками, как многие европейцы. Ссориться из-за этого с хорошим явно человеком не хотелось.

Дети...

Эрика вздохнула: ну вот, похоже, еще один ребенок, которого лишили детства и переделали по своим убеждениям. Надо сказать, что она, вообще-то, себя к таким не причисляла, слава графу Вестернаху! Ей просто было жаль ребенка, который сейчас явно был на нервах и что-то убежденно лопотал. А командир, вместо того, чтоб отмахнуться, зачем-то ее слушал. Опять не по уставу.

Враньем будет, конечно, что Эрика этого не одобряла. Просто удивлялась постоянно. Они были... такими... добрыми. Нет, не так. Не такими, как Эрика. Они были по-житейски добрыми, этакое добро с кулаками, а ей кулаков не доставало. Но, может, ей просто так казалось? Не умела Лито еще общаться с людьми на равных, прежняя жизнь, казавшаяся сейчас такой далекой, делала ее... скажем так... другой. Прежние привычки заставляли держать дистацию, держать себя в руках и смотреть на все издалека, просто смотреть. Просто... смотреть.

Голос, раздавшийся над ухом, заставил ее вздрогнуть и отшатнуться. Лито подняла глаза, поворачиваясь, и увидела одного из красноплечих, который, почему-то, совсем не удивился ее подглядыванию. Стало почему-то жутко стыдно.

- Извини. Расскажешь командиру сейчас, да? - начала она, почему-то обратившись на вы, но тут же осеклась, увидев приложенный к губам палец. - Что, прости... те?

Она не понимала. Опять. Опять этот батальон вел себя... не так. Будто не про него ходили те слухи, с которыми она мельком успела ознакомиться. А тем временем от той стороны барака уже неслись рыдания, Эрика обернулась.

- Странно это все. - шепнула она, видя, как командирскую форму поливают слезами.

После слов о пекле, Катя отстранилась и попыталась вытереть слёзы. В этом ей помог чистый белый платок, слегка влажный, извлеченный из нагрудного кармашка. Увидев на платке вышитую стилизованную эмблему 666-ого тактического, она помрачнела. А затем подняла глаза на Кросса и с полной серьезностью в голосе отрывисто бросила: "Если будешь убивать фельдмаршала Вальдхейма, не забудь позвать меня... Я плюну на его труп."
Наступила тишина, прерываемая редкими вскриками суетящихся на базе. Майор молчал, ему явно было неловко, а Катя напряженно думала. Это было не по-человечески, вешаться незнакомому человеку на плечо, но.. Кажется, он её понял. Это редкость, когда тебя понимают в таком возрасте. И вся фальшь слетела, словно дурной сон. Девочка вытянулась в струнку, приложив руку к воображаемому козырьку:
" Майор! Ефрейтор Вальдхейм изъявляет желание перевестись к вам в батальон "Красноплечие". Пройдены ускоренные курсы пилотирования, боевой опыт отсутствует. Готова пройти необходимое испытание, если потребуется!" Катя по-детски непосредственно ухмыльнулась, мысленно представляя реакцию русского офицера. Шмыгнув носом, она убрала руку, и уже более тихо добавила: " Не слишком официально? Только я русский не знаю совсем... Но я могу его выучить! Vodka - шнапс, а большего пока и не нужно."
Она на секунду оглянулась. Все та же четверка глаз, наблюдающих за ними и тихо болтающих о чем-то своем. Было стыдно, что перед ними пришлось проявлять эмоции, однако Кате нужна была разрядка, любая, особенно после случая с французиком, которого девочка откровенно послала подальше. Бедняга не понимал, что гибель "Черных меток" это событие из ряда вон, что тут нужно сочувствие, а не насмешки. Как не понимал и отец, сухо сообщивший девочке о том, что Кате Вальдхайм лучше было бы не рождаться вообще на этом свете. Человек, загубивший двух своих сыновей, отказался от единственной дочери и ради чего? Ради собственной выгоды... Катя неожиданно хитро подмигнула Крестовскому и, чуть приблизившись, прошептала: "Командир, там за нами наблюдают. Это ваши люди или мы поставили на уши всю базу?"
Девочка развернулась на каблуках в сторону барака и поманила пальцем своих наблюдателей, приглашая их присоединится к разговору.

Отредактировано Katia Waldheim (2013-06-21 23:23:12)

- Переживи первый бой, убей врага и считай что испытание пройдено. - Алекс не стал долго думать, решив что нельзя все же бросать эту беднягу в такой ситуации одну. А он давно уже привык к странностям и характерам своих бойцов. Не говоря уже о том. что чем дальше война заходит. тем меньше шансов получить беспроблемное пополнение. В его положении прагматизм и человечность переплетались самым причудливым образом, но эту девчонку на поле боя товарищи не подведут. Обернулся на наблюдателей и почему-то совсем не удивился. Разве что на оправдания Лито улыбнулся:

- Детский сад, так вас и так... Наказание им еще подавай. Снежок, поскольку ты тут старший и даже офицер, то займешься тренировками с обеими юными леди. Прямо сегодня. Не загонять чрезмерно, но и никакой жалости до окончания тренировки. - Кисараги перенес взыскание стоически, точнее, со здоровым оптимистическим пофигизмом. Надо - значит надо. С молодежью у него получалось проще, все-таки затруднительно строить людей, которые тебе в отцы годятся.

- Знакомьтесь. Рядовой Эрика Лито, ефрейтор Катя Вальдхейм, капитан Широ Кисараги. Пришел в батальон новичком вроде вас, а теперь - мой второй заместитель. Берите пример.

Широ выглядел  немного смущенным. Он лично считал что ему помогали и ему везло. Но ничего не поделаешь. придется постараться стать для новичков таким же  хорошим командиром, как и Алекс.

- Я подберу вам машины и покажу, что к чему. Потом потренируемся, проверим, на что вы способны.