По любым вопросам обращаться

к Nunnaly vi Britannia

(vk, Uso#2531)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Turn VI. Turmoil » 03.12.17. Казахстан-Оренбург


03.12.17. Казахстан-Оренбург

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

1. Дата: 3 декабря 2017 года
2. Время старта: 22:00
3. Время окончания: 00:00
4. Погода: -14°С, ветер северный, 5 м/с
5. Персонажи: Лея Иствинд, Роман Малолин и другие
6. Место действия: Маршрут Казахстан-Оренбург
7. Игровая ситуация: Лея находится на борту 23541, совершающему перелёт в Оренбург вместе с наёмниками из «Легиона» и инженером Симаргла.
8. Текущая очередность: Лея Иствинд, GM

Созданный мной эпизод не влечет за собой серьезных сюжетных последствий. Мной гарантируется соответствие шаблону названия эпизода и полное заполнение шапки эпизода на момент завершения эпизода

+1

2

[npc]76[/npc]

     Вылет состоялся ровно в десять. Прощание Леи с батальоном не было очень долгим — когда все поужинали, Лее помогли собрать вещи, после чего она сама полезла в вертолёт. Молча Легионеры заняли свои места. Роман сел прямо напротив Леи, напряжённо постукивая ладонью по своему колену, и в течение первых десяти минут полёта не спускал с неё глаз, что в какой-то момент превращалось в своеобразные гляделки. Изредка косились на неё, обмениваясь колкостями, и Инна с Никитой — несмотря на то, что они были очень увлечены разговором друг с другом, по взгляду чувствовалось, что нервы после случившегося были чуть натянуты. И только Саид флегматично смотрел в иллюминатор, еле слышно читая молитвы из Корана.
     — Хей, — послышался голос Скотта из кабины. — Ми-2 вполне может осилить и один человек, но, говорят, что со вторым пилотом лететь веселее.

0

3

Лея смотрела на «мышиную возню» из-под полуопущенных ресниц, скрывающих откровенное презрение. То, как её разглядывали (и обсуждали втихомолку), было просто невыносимо. В другое время Иствинд бы снова распустила длинный и колкий язык, но сейчас, находясь на чужой территории, с потенциальными врагами, она благоразумно (и в высшей степени брезгливо) молчала, что не мешало ей записать всех (или почти всех присутствующих) во враги. Но язык по-прежнему чесался, а тяжесть металла в одном из карманов заманчиво просилась в руку.

Ага, только этого ещё не хватало.

Иствинд с трудом сдержала усмешку, заметив, что на неё опять уставились. Надо же, ей действительно удалось их задеть, а потом случилась ещё и очень радостная встреча. И ничего, что собственные планы пришлось перекроить – не Рэя будет встречать её, а Витька. Почему он в Питере, что ещё не успела рассказать ей старшая сестра – все эти вопросы пришлось отложить до тех пор, пока они не соберутся, наконец, вместе. А, казалось бы, счастье было так близко.

Нет, это уже где-то за гранью, сколько можно пялиться?

– Хорош разглядывать, – нарочито громко фыркнула совершенно невоспитанная Иствинд, сложив руки на груди, – Я вам не червонец.

Здесь бы и началась свара безобразная, в результате которой Лея опять могла схватиться за оружие, в результате чего было бы минимум два трупа, а то и больше с вертолётом в придачу. Много чего могло здесь начаться, но в очередной раз ситуацию разрулил тот, кто в ней совершенно не разбирался. И даже не участвовал формально.

– О, прекрасно! – не дожидаясь ответа у тех, кого она собиралась поддеть, Лея подскочила с места и ужом скользнула к кабине, только у самой цели  обернувшись, чтобы пустить парфянскую стрелу, – А будете обсуждать и дальше – на правах второго пилота устрою вам встречу с горой. Думаете, не могу?

Вместо ожидания ответа Лея хлопнула дверью, оставив «зануд» размышлять над сказанным.

– Твои коллеги – невыносимы. – сообщила она, на всякий случай запирая дверь. – Никогда не хотела встретиться с кем-то, когда я буду за штурвалом родной пташки, так сильно.

Лея приземлилась – иначе это осторожное движение было не назвать – на второе кресло, принялась делать обычные вещи, но на содержимое кабины смотрела без интереса. Не её специфика.

0

4

[npc]144[/npc]

— Буду смотреть столько, сколько потребуется, — рявкнул Малолин, взглядом проводив Лею.
Саид ткнул здоровяка в бок.
— Гляди полегче, — спокойно сказал он, оторвавшись от чтения молитв. — Груз 200 уже не представляет ценности.
Араб спокойно похлопал Романа по плечу.
— И то верно, — вздохнув ответил тот. — Дети — цветы жизни, мать их.
Никита с Инной рассмеялись, слушая весь этот небольшой диалог — в какой-то мере и они казались детьми рядом с ним даже несмотря на то, что точно так же побывали в очень непростой боевой ситуации.
— Как думаете — может? — улыбнулся Никита, глядя на товарищей.
— А хрен её знает, — Роман развёл руками. — Она грозить умеет, а исполнить — хрен разберёшь. Вон, вас-то она не пристрелила.

[npc]74[/npc]

— Давайте не будем об этом, — Митяев покачал головой. — И провоцировать тоже не стоит. Как будто не видите, что у человека биполярное расстройство личности налицо.
— Бипо-что? — переспросил Роман. — Я тут не психолух, я тут конвоир. Вам виднее, док.

***

[npc]76[/npc]

— Поставь себя на их место, — сказал Скотт, не отрываясь от пилотирования. — Тут любой будет на взводе. Ну, кроме меня. Но я-то должен довезти вас с доком, а не охранять. Вот если бы я должен был заниматься охраной...
Он вздохнул, но затем рассмеялся.
— Хотя чем чёрт не шутит. Может ничего и не изменилось бы. Я никогда особо не нервничал из-за того, что мне могут не заплатить. Тут и без того оклады вполне нормальные, жить можно.

0

5

К счастью, Лея успела исчезнуть до того как в коллективе поползли сомнения насчёт того, сможет ли она или нет, и эти высказанные вслух сомнения уже не достигли её ушей. К счастью для сомневающихся, естественно, потому что здесь Иствинд могла бы и плюнуть на здравый смысл разочек, несмотря на то, что встреча с сестрой придала ей какого-то особенного душевного счастья. В общем, она могла бы и пристрелить. И даже поспорить с диагнозом, перешагнув через чужой труп, дескать, не биполярное расстройство, а очень даже социопатия, но…

Но, опять же, к счастью, на тот момент она уже вальяжно сидела в кабине, предоставив неприятный ей коллектив самому себе.

– Пусть поставят себя на моё место,  – беззаботно и без тени гордости перебила Скотта Лея, – Если выживут, посмотрим, как быстро они окопаются в удобном месте, отстреливая всё живое ещё на подходе.

«К тому же я не врала, я действительно могла и его пристрелить», – продолжила мысленно Лея, – «Я не хотела, но могла и, скорее всего, сделала бы»

Могла, это безусловно так. Из той ситуации изначально не было хорошего выхода, докторишке просто повезло. Лея в любой момент могла поддаться и нажать на курок. Правда, тогда в её голове появился бы не только насмешливо улыбающийся голубоглазый труп, но и доктор с доброй кроткой улыбкой, сошедший с плакатов о здоровье.

– Значит, за деньги, – лениво протянула Лея, выгоняя из головы паршивые мысли и переключаясь на злободневные темы. – Тоже ничего. Может, я бы тоже за деньги, если бы не текущее положение дел. И платят вам за то, чтобы меня доставили живой к этому вашему Мальченко, конечно же…

Лея замолчала, уставившись перед собой – внизу плыли пейзажи, которые осточертели ещё до ранения, а сейчас вообще вызывали тоску. Как ни прикидывай, мимо родных расположений они точно не пролетят. Не тот маршрут и не те разрешения.

– Слышь, горец. – вышло как-то наигранно – Лея не улыбалась и по-прежнему смотрела вперёд, – Что вы за подразделение-то?

0

6

[npc]76[/npc]

     — Мне самому сложно представить это, — признался Скотт. — Я не был в такой ситуации, так что и сказать даже сложно, как бы они себя повели. Я их и сам знаю немногим больше твоего. Наша организация не так давно сформировалась. У нас собрались военные всех мастей. Знаю парочку бывших полицейских, чоповцев, но их мало — в основном брали тех, кто имел большой опыт ведения военных действий и хорошо показал себя на полигоне, где нас проверяли. Я в основном с другими пилотами корешился, бортовиками... Нас вообще мало. Количество задач для авиации пока не обширное да и недобор. Очень мало было пришло заявок, да и то большую часть забраковали после полигона. Что же до выполняемых задач — вот например та, которую я выполняю сейчас. Просто транспортирую одну очень важную персону.
     Скотт засмеялся.
     — Хотя я, на самом деле, рассчитывал на работу в горячих точках. Но пока что таких заданий немного, хотя кое-кого уже отправили на Ближний Восток. Впрочем, я не жалуюсь — за это платят, я могу поддерживать свою сестру, и это хорошо. Я никогда не гнался за боевой славой, она вряд ли поможет мне прокормить её, скорее даже наоборот. Как сказал Макаров в своем видеообращении к прошедшим испытаниям: «Война это не пришёл и убил. Война это пришёл и умер». Умирать никому не хочется, а если я умру, то и моя сестра получит не так много денег в качестве компенсации. Я даже не знаю, выселят ли ее из квартиры, которую мне предоставили после вступления, или отдадут в детский дом. Эхе-хе.

+1

7

Лея только неопределённо хмыкнула. Что ж, этот хотя бы был честен. Никто не знает, каково это, и вряд ли кто-то её поймёт. Полностью поймёт, а не «попытается понять», – недостижимо.

– И не надо. – лучше, чтобы она осталась единственной с таким опытом. Такие чудеса случаются один раз за всю жизнь, и неясно – твою или всего человечества. Мысль могла уйти ещё дальше, только развивать её Лея не стала. Вместо этого, казалось, без какого-либо интереса, она постукивала пальцами по креслу. Но (что важно!) внимательно при этом слушала сбивчивый рассказ о том, откуда взялись эти хлопцы. Слушала и не перебивала, хоть и испытывала ясное желание дать шотландцу подзатыльник и потребовать меньше сбиваться и говорить по теме.

Он так и не ответил на заданный вопрос: кто вы. Рассказал мельком о том, какой у них разношёрстный набор, тронул вопрос приёма, задел деятельность – поскакал по разным темам и успокоился, так и не сказав главного. Притворялся, что ли? Или врал совсем в открытую? Или просто её не понял?

«Они могут использовать тебя, чтобы подложить мину в фундамент образа ГСБ» – так, кажется, говорила Рэя? Она же говорила, что, в таком случае, Лея – их золотоносная гусыня, и они вбухают в неё немало усилий. И что Лея останется в выигрыше в любом случае, если, конечно, она не хочет прикрыть делишки ГСБ, из-за которых она умерла.

Как же это всё-таки странно, думать о себе, как о мёртвой. Трупы не кидаются на врачей с оружием. Трупы не целуются с полковниками, оставляя укусы на память. Трупы не обнимаются с сёстрами. И всё равно – умерла. Не она, так другая. Это отрицать нельзя, иначе будет хуже. Иначе Колокольчик победит.

Так хочет ли она отомстить ГСБ или нет?

– Что же это за частная тусовка, которой можно выполнять функции армии… – пробормотала Лея, закрывая глаза и запрокидывая голову, словно заснуть собираясь. – Насчёт недобора вот что скажу – он был всегда. Лучших забирают те, от кого не уйдёшь, худшие не нужны никому. Меня… Меня вот поставили перед фактом – или туда, или в инструкторы в какое-то дальнее Зауралье. На задрипанный аэродром, где свисток не сядет чисто физически. Типа, не хочешь по-нашему, тебе же хуже будет. Но мне, в общем-то, плевать. Меня устраивает моя работа. Не, не так…

Зелёный глаз сверкнул из-под торчащей чёлки, скользнула по губам усмешка.

– Я вроде как верю в то, что это нужно. И что, если не я, то кто? Да и в инструктора не хотелось. Да и пенсию моим, если что, обеспечат.

+1

8

[npc]76[/npc]

     — Обычная частная военная компания, — пожав плечами, ответил Скотт, слушая коротенькое повествование Леи о своей жизни. — Эвоно как... Понятно. Значит, у тебя особо не было выбора. А чего ты хотела на самом деле? Вернее, скажу иначе.
     Скотт прищурился, словно пытался вспомнить нужное слово.
     — Если бы тебя не ограничивали в выборе — чем бы ты занялась?

0

9

– Частная военная компания, – повторила Лея, словно пробуя слова на вкус, и снова лениво прикрыла глаза. – С каких пор такое разрешили?

За ленью пряталась тревога. Чего ещё она не знает о положении дел в Империи? Что ещё успела проворонить, пока летала по поручениям высшего руководства – а его ли? Если сейчас выяснилось бы, что на самом деле в Российской Империи уже провернули переворот, сменилась царствующая семья и столицу переносят чёрт знает куда, Лея, наверно, даже бы не удивилась. Вот она, информационная изоляция. Летают голубки по заданным направлениям, увозят их в наглухо закрытых коробках, чтобы потом вытряхнуть где-нибудь – летите туда, куда научили, ни о чём не задумывайтесь.

Но для того, чтобы всё это узнать в точности, нужно добраться до Питера.

– Тем же. – не слукавила Лея, близоруко щурясь. – Мне всё равно, куда лететь и что нести, лишь бы лететь. Единственный вопрос, которым я задаюсь – как долго это всё будет продолжаться. Я ж не вечная.

Как долго она будет лететь? Как долго она сможет лететь?

– А если бы не заставляли, ну… Может быть, была бы в регулярной армии, воздушные бои там, доминирование в небе. Но, если честно, не хочу. Может быть, была бы в составе какой-нибудь там пилотажной группы, взлетающей раз в году… Всё это одна и та же чушь, если прямо говорить, – Лея поболтала ногой, снова покосившись на шотландца, – А там, где я сейчас, я летаю. А ещё мне сама инструкция предписывает избегать столкновений с противником. Можно жить по совести.

Можно никого не убивать, если не заставят.

Эх, Колокольчик.

– Понимаешь, так сложилось, что мир не рухнет, если меня собьют. – пожала плечами Лея. – Брату пенсия, сестра уже и так взрослая. Разумеется, им будет плохо, но в глобальном плане ничего не изменится. Поэтому я просто не парюсь по этому поводу. Они и так знают, что это – мой выбор, и я его менять не собираюсь.

0

10

[npc]76[/npc]

     Скотт промолчал секунд пять, мыча себе под нос и силясь вспомнить про организации наёмников.
     — Насчёт России не знаю, — проговорил он, вглядываясь в тонкую розовую полоску угасающего зарева на горизонте. — А вот у нас они ещё во времена первой мировой появились. Про российские я ничего толком и не слышал, пока не перебрался сюда.
     Вдали замерцали огни города. Скотт сверился с картой.
     — Орск, — сухо констатировал он. — Впереди Орск. Может быть, когда-нибудь у меня появится возможность попутешествовать по миру, не задумываясь о войне. Вокруг столько городов, столько домов и горящих окон, и в каждом — своя жизнь. В такие моменты осознаёшь себя лишь песчинкой на песчаном берегу. А с высоты птичьего полёта такая меланхолия охватывает ещё сильнее. И это невероятное чувство.
     Вертолёт продолжал ровно лететь над землей, а Скотт — слушать Лею.
     — Пока идёт война, пилотам есть, чем заняться, — сказал он, улыбнувшись. — Впрочем, даже когда войны не будет, всегда останется гражданская авиация. Так что и тогда без дела никто из нас не пропадёт... Но война не меняется. Иногда мне кажется, что пока есть люди, война всё равно будет продолжаться. Большая или маленькая. Кажется, это неизменное правило этого мира. Война.

0

11

И снова внутри заворошилось какое-то скользкое чувство, как будто она пыталась удержать в руках угря, а тот извивался, вырывался и ускользал, норовя уползти обратно в реку. Снова вместо ответов на вопросы – изворотливые фразы, которые ответами не являются. Лее захотелось отряхнуть руки. Или поиздеваться ещё немного. Или вытащить «Грач» и наставить его на этого… скользкого. Всё, что угодно, только бы хоть немного ясности внести, а не рассуждать о войне, семьях и грядущем, потому что нет у неё этого грядущего, она снова летит в никуда. Вместо всех этих вариантов она почти умоляюще посмотрела на человека, который куда-то вёз её – «впереди Орск» – и пока ещё не ответил ни на один из вопросов.

«Я больше не хочу убивать»

«Не заставляй меня считать вас всех врагами»

– Послушай, Скотт, – Лея повернулась к пилоту так, что едва на кресле усидела, – Каждый из нас свою сделку с совестью заключает, если он тут, – «на войне» эхом отдалось в мыслях, – Я вот никогда не смотрю вниз. И с противниками не разговариваю, если уж приходится. Потому что то, что я несу – это какое-то изменение в позиции войск, в планах операций. Косвенно – жертвы, конечно же, и всё это очень бьёт по голове, если задумываться... Но я о таком не задумываюсь, я просто диву даюсь, что ты до сих пор не ответил ни на один из моих вопросов!

Вместо остатков пламенной речи с губ Леи сорвался вздох смертельной усталости – она снова повернулась вперёд, сложила руки на животе, словно баюкая рану, и обмякла.

– А, в задницу… Кто бы вы ни были, убивать меня вам невыгодно, а остальное мне безразлично. Огни, говоришь… Мне всё равно, кто внизу. Сегодня там маленькая девочка Руслана, которая пасёт коз, а завтра этот посёлок сдадут китайцам, потому что тактическое отступление. А послезавтра – сравняют его с землёй. С китайцами, Русланой и козами. Как тебе такое, а? Так что к чёрту такие мысли, они мешают работать. И я не сволочь, просто работа такая. Была бы сволочью, застрелила бы вашего доктора. Всё равно бы мне ничего за это не сделали…

+1

12

[npc]76[/npc]

     Скотт удивлённо посмотрел на Лею и улыбнулся.
     — Разве что только на второй, — пилот пожал плечами. — Я более-менее выучил русский язык, а истории принятия законов о частных военных компаниях касаться даже не думал. А чем тебя первый ответ не устроил? Жаждешь подробностей?
     Впереди были низкие густые облака. Вертолёт опасливо накренился, облетая их.
     — Почему? — Скотт даже оторопел слегка, услышав грозное заявление Леи. — Неужели у ГСБ настолько широкий спектр полномочий, что есть даже право на убийство?

0

13

– Жажду. – призналась Лея. – Очень жажду, но пока, видимо, требовать их бесполезно – ты же и сам не в курсе.

На облака она смотрела с какой-то особой задумчивостью – тосковала, что ли? Может, и правда тосковала по тем временам, когда можно было облететь почти всё (почти!) по верху. Лея не знала, как охарактеризовать чувство внутри, захватывающее её при мыслях о девочках и их козах. Может, дело было в той самоволке с Яшкой, может, в том, что было потом – «113-К» и отчаянный бунт Кулушевой. Лея, увы, не Яшка, та с совестью сделок не заключала, но злорадствовать над её выбором, пусть даже ненароком, Лея не хотела. Яшка, как ни крути, была лучше неё во многих отношениях.

– Потому что защищалась бы. – горько вздохнула Иствинд, – ГСБ бы на пену изошли, доказывая мою невиновность – «трудные обстоятельства», «самозащита». Вы же не государственные, сами, что называется, полезли к бойцу, который «пережил огромный стресс». Боюсь, меня бы и в этот раз прикрыли. Вас же никто не звал.

Проблемы? Проблемы бы были. Выкрутилась бы она из них, не прищемив хвоста? Да, скорее всего.

– Только не думай, что мне доставляют кайф такие мысли и такое положение дел, – Лея помассировала виски, разомкнув пальцы, переплетённые на животе, – Все, кого грохнешь лично ты, навсегда останутся с тобой. Мне он до сих пор снится.

И не только снится. Сидит в её голове, напоминая, смотрит на её жизнь, потому что его жизнь оборвала именно она, и иногда насмешливо прощается, вызывая приступ головной боли. Но об этом лучше не говорить, если хочешь вернуться в строй.

+1

14

[npc]76[/npc]

     — Все станет яснее тогда, когда с заданий вернутся отправленные на них оперативники. Но я уже сейчас готов поставить ведро мороженого на то, что они туда не только охранять стратегические объекты отправились, — ответил Скотт. — Официально мы действуем в интересах Российской Империи но всегда есть какая-то... Potnokotniy. Вроде бы так называется по-русски синоним обратной стороны медали?
     Орск медленно проплывал под вертолётом, точно единый живой организм, в полумраке ночи угодивший невзначай в лодку Харона.
     — Но и тебя силком не тащили, — пожал плечами Скотт. — Но мне понятна твоя позиция и ты права. В Союзе не всё так хорошо с демократией, как хотелось бы. Но вся эта politika-shmolitika похожа на огромный улей с кучей потайных ходов. В них один hren не разобраться до конца, всех лазеек не найти.
     Со стороны пассажирского отделения раздался едва слышный дружный смех — похоже, оставшиеся там легионеры от души смеялись над чем-то своим.
     — Мне пришлось убить лишь единожды, — неожиданно признался Скотт, которого словно передёрнуло от последней фразы Леи. — Это случилось тогда, когда мы с сестрой были вынуждены бежать, незадолго до того, как нас подобрали французы. Это был загулявший раненый британец. Он наставил на нас с сестрой оружие и приказал отдать нам свою еду и аптечку. И когда я передавал её, изловчился и повалил на землю, а потом придушил. Его предсмертный хрип до сих пор не выходит из моей головы. Никогда бы не подумал, что мне будет так тяжело убить человека.
     Скотт прокашлялся и помотал головой, словно на мгновенье пожалел об этом откровении. Но затем, как ни в чём не бывало, добавил:
     — Спроси лучше что-то конкретное по поводу нашей военной компании. В общих чертах можно рассказывать долго и не рассказать ничего.

+1

15

– Подноготная. – машинально поправила Лея. – Только обычно под ногтями ничего, кроме грязи, нет. Вообще, все эти «обратные стороны медали», как правило, означают не новые возможности или иной взгляд, а то, что нас ждёт грязь или что похуже.

Плывущий под ними ночной город был похож… да на все ночные города, какие Лея видела. Ночью она любила летать – шум в эфире затихал, всё будто бы засыпало (обманчивое впечатление, наземные ПВО не спят никогда), плыли под крылом изменённые до неузнаваемости места, а города превращались в сияние.

– Я не говорю про сейчас. Я вспоминаю расклад на момент нашей встречи – вы прилетели в военную часть, попросили встречи с бойцом, который находится в статусе секретности… Не стоило бы удивляться, что, получи вы несколько трупов с дыркой в голове, вы ещё бы и остались не у дел, потому что… Потому что сами сунулись. Естественно, меня не радует такая перспектива, но факты таковы. Такая у нас, увы, «политика-шмолитика». – Лея будто передразнила лётчика, только улыбки на её лице не появилось.

Чужой смех заставил её недовольно цыкнуть – как школьницу, которая уверена в том, что все смеются именно над ней. Что поделать, нужно было, наверно, прострелить кому-нибудь голову, чтобы относились серьёзно. Или… Или показать им всем высший пилотаж, как только залечат осточертевшую рану.

– А я – не знаю. Лично – двоих, наверное. Только того, которого в лесу по темноте грохнула, я не знала. – голос Леи казался почти беззаботным, но был в нём едва ощутимый надрыв. – А второго я прирезала, и из-за этого «подвига» вы тут. Не помню, хрипел он или нет, помню, что хотела перерезать ему горло, когда уже превратила его спину в подставку для ножей, но сил не хватило.

А ещё – как он точно так же убил её.

– Кажется, он молчал, – сморщилась Лея, – Отвлёкся на секунду, и я успела встать – под адреналином люди ещё и не такое творят. А дальше всё решил нож.

Она полезла в рюкзак, осмотрительно прихваченный в кабину, вытащила своего любимца – «Рысь», заточенный и отмытый от крови, но спасший ей жизнь. Любовно погладила рукоятку и пробормотала:

– Вот этот самый.

Странно, но конкретных вопросов она не задала, хоть и предлагали. Замолчала, баюкая в руках боевой нож.

+1

16

[npc]76[/npc]

     — Так вот оно, в чём дело, — на Скотта словно нашло озарение. — Теперь понятно, почему у тебя была такая реакция. Немудрено. Сперва хотели убить одни, затем вычислили местоположение другие, и это всё при условии полной твоей засекреченности. Картина Repina. Мне вот только интересно: остальным тоже ничего не сказали про твою секретность, или даже док был в неведении? Думаю, я поинтересуюсь у шефа, если увижу его, почему он этого мне не сказал. И остальным.
     Когда Лея рассказывала о том, как ей пришлось разделяться со своим неудачливым убийцей, Скотт немного напрягся. Это было видно по тому, как сжались губы и впилась в штурвал рабочая ладонь. Было похоже, что несмотря на, в общем-то, весьма простой и вполне позитивный характер, убийство стало одной из тех вещей, которые могли выбить его из колеи.
     Скотт внимательно осмотрел блеснувшую на свету фонарей кабины сталь ножа, чуть повернув голову.
     — Солидненько, — пилот одобрительно кивнул. — В ГСБ всем такие выдают? А у меня вот...
     Свободной рукой, он потянулся к ножнам на поясе, расстегнул и извлёк из него нож с лезвием тёмного цвета, на котором хорошо виднелось название серии и эмблема «Легиона», и хищной гардой, которую даже на первый взгляд было удобно использовать в качестве открывашки или даже своеобразного подручного рычага.
     — «Кобра», — лаконично познакомил он. — Пока что своё боевое крещение он прошёл только на бутылке лимонада и десятирублёвой купюре, подброшенной в воздух. Хочется верить, что мне не придётся применять его, чтобы убить кого-то, но... На войне как на войне.

+1

17

Что ж, наконец-то хоть для кого-то паззл сложился – пусть Иствинд и удивилась, что всю подноготную её истории не знали те, кому приказали за ней ехать, тему развивать она не стала. К тому же, ели бы Лея была чуть более внимательна к чужим реакциям, она бы, конечно, догадалась, что тему стоит свернуть, вот только её непонимание окружающих к этому часу достигло своего пика – день и без лишней эмпатии вышел трудным. Вместо попыток уследить за реакцией собеседника она разглядывала нож, знакомый до последней зазубринки и молчала не из солидарности в отношении убийств людей, а просто потому, что сказать было нечего.

– Нет, у нас дэвэшки. – покачала головой Лея, – Этот лично мой.

«Дэвэшку», выданную ей в своё время, Иствинд не жаловала. Иногда с некоторой насмешкой называла этот нож кухарским, пользовалась тоже соответственно – вскрывала бутылки пива, добытые всеми правдами и неправдами, могла колбасу нарезать. Но, справедливости ради, ухаживала за обоими ножами одинаково усердно. Только вот «Рысь» она определённо любила больше.

Как ставший любимым нож вообще у неё оказался, Лея не помнила – то ли кто-то из старшаков отдал, увидев, какими глазами она, вчерашняя курсантка, смотрит на это, то ли уже позже привезли с «Большой земли», а она уже выменяла (деньги у них не котировались особо, либо втридорога, либо никак). Да разве важно, как он к ней попал? Для неё он, откуда бы ни взялся, был красивее некуда – серая сталь, кинжальное лезвие, обмотанная чёрным рукоять и гравировка головы рыси на лезвии рядом с рукоятью. В руку ложился как родной и всегда был спрятан в форменной куртке.

Если бы его там не было…

– Рыська моя, – проворчала Лея, спрятав нож не в рюкзак, а в куртку, в родной карман. – В задницу боевые крещения. Если бы я её накануне не сунула в карман формы, мы бы с тобой не разговаривали. А насчёт боевого применения – просто радуйся и не жди его. Авось пронесёт.

+2

18

[npc]76[/npc]

     — А, понятно, — Скотт улыбнулся, убирая оружие в ножны. — А нам эти выдали после вступления. Я даже подумал поначалу, что сувенирный. Такой-то внешний вид. А оказалось, что нет, очень даже боевой. Нам тогда мастер-класс показывала женщина с одноимённым прозвищем, что пехоту по полигону гоняла, это было что-то.
     Пилот сбавил высоту, когда городские поселения остались позади.
     — У нас был один типчик, — внезапно вспомнил Скотт. — Любил себя ножичком поковырять. До училища не было такого, а потом у него отец умер и крышу снесло. Его чем только не отпаивали, а в итоге весь в шрамах ходил. Однажды до такого dokromsalsya, что ненароком вену вскрыл. Еле откачали, а потом отчислили. Встретил случайно, когда он документ какой-то забирать приехал, через неделю. Был в футболке, всё ещё со шрамом. А мне вот интересно стало.
     Скотт внезапно сменил тему.
     — А какое лечение они будут применять по отношению к тебе? У тебя там как я понимаю рана довольно серьёзная, а док упоминал, что за пару недель затянется, когда мы с ним из санчасти выходили. Нам он пока не рассказал, как будет лечить, а тебе?

+2

19

«Сувенирный» ножичек последний раз мелькнул на виду – Лея торопливо бросила на него взгляд, запоминая, и тут же отвернулась.

– Мажористо выглядит. – согласилась она. О том, что главное в ноже – чтоб резал, когда надо, повторяться она не стала. Иначе снова разговор свернёт не туда.

А шотландец говорил и говорил, помянув явление, которое Иствинд явно заинтересовало – так, что она заёрзала на месте.

– Странный тип, – с сомнением повторила Лея, – У вас что, по психиатрам не гоняют?

Прохождение медкомиссии Лея до сих пор вспоминала с мрачными мыслями – там было прекрасно всё, от окулиста, который промахнулся подписью, до того коновала, что заведовал специальной камерой, куда запихивали курсантов и заставляли решать задачки в условиях пониженного давления. Камера – хорошо хоть не пыток – долгое время оставалась кошмаром Леи, по причине того, что большая часть задач там была сугубо математической, а калькулятор с собой не давали. Уже в бытность фельдъегерем, на регулярных осмотрах, Лея проходила этот ужас снова – но на этот раз под строгим контролем Лисовецкой, которая всегда была готова объяснить, что вот эта – она не под кислородным голоданием тупит, она от природы такая.

Но, несомненно, самым пугающим в медосмотрах было племя психиатров – въедливых дядечек, которым, похоже, ставили план на определённое число обнаруженных психов, а потому они выискивали ненормальность разве что не под микроскопом. Чтоб, допустим, в фельдъегерях, да появился любитель членовредительства? Такого не бывает.

– У нас только один раз было. Похоже немного. – Лея прищурилась, взвешивая слова, – Я, знаешь, не совсем из ГСБ, а где-то рядом. Девчонка у нас на посадке ястребок грохнула. Неисправность шасси, паника, да ещё не сразу вытащили из кабины, видать, перепугалась, что сгорит сейчас – всё это сложилось, дало сильнейший удар по психике. В общем, она с тех пор при виде наших самолётов в истерику впадает, не может летать. Списывать хотели, но куда? Образование невелико, семьи нет, одна тётка сколько-то там юродная, в ГСБ тоже не возьмут, им лишь бы списать. В итоге наша комэска забрала её себе в адъютанты и на каждой медкомиссии прикрывает. На вертолётах летать, благо, она не боится, если шторками иллюминаторы прикрыть. Но тут ведь просто страх снова оказаться в той беде, в которой она побывала. А чтоб самостоятельно пытались убиться – этого у нас нельзя. В других частях слышала, был такой случай, жена сбежала у какого-то летуна, надоело по частям мотаться, забрала детей и смылась в Питер. А он на следующий день во время вылета спикировал в землю.

Лея вздохнула – того мужика она, конечно, не знала, да и дело было давно, но приводилось в пример как важность устойчивого психологического равновесия. Ах да, нужно же говорить о лечении…

– Ничерта не знаю. Дядечка ваш объясняет так, будто с коллегой разговаривает, а мне бы попроще.

+2

20

[npc]76[/npc]

     — Гоняют, — Скотт пожал плечами.— Но он, похоже, умело mi-mi-mi... Mikrololiroval! Правильно? Не помню это слово.
     Пилот засмеялся, стараясь отследить реакцию на лице Леи.
     — Опять наверное какую-то фигню сказал, да?
     Вертолёт пролетал над заснеженным еловым лесом, сверкающим на лунном свете, а Скотт слушал жутковатые, но печальные рассказы Леи.
     — Жизнь не всегда солнечна и приветлива, — ответил он, продолжая спокойно пилотировать вертолёт. — Выдержать такие удары может не каждый, но я никогда не смогу понять, каково это — лишить жизни самого себя. Дядечка этот не наш, — сказал Скотт, немного погодя. — Хотя, кто его знает. Лечить нас чуть что наверняка в больницу Симаргла будут отправлять, поэтому хрен его знает. Эти сложные организационные отношение не для меня. Большой город — большие проблемы. Но в общем понятно. Уже в больнице, наверное, будет ясно. Может там есть медсестра или ещё кто, способный объяснить общедоступным человеческим языком.

Эпизод завершён

+1


Вы здесь » Code Geass » Turn VI. Turmoil » 03.12.17. Казахстан-Оренбург