Офис партии находился на достаточном расстоянии от ближайшей станции метро, чтобы Артуа успел слегка промокнуть и замерзнуть, перед тем как достигнут своей точки назначения. К его превеликой радости,   костюм под пальто не промок, хотя промокли и штаны ниже колен, да и за состояние туфель нельзя было быть гордым.  Он тяжело вздохнул глядя на все это, ибо  гражданской одежды у него почти не было, а расхаживать в мундире по заговорщицким делам  было, на его взгляд, слишком броско.  После сравнительно недолгого ожидания один из местных служащих провел Арториаса в кабинет к Гермейну.  Старик действительно не походил на всех тех, кого Артуа старался прибрать к рукам за последний месяц.  Офицеры из армии, глава профсоюзов и прочие, все это были люди, которые выглядели и являлись тем самым «цветом нации».  Более того, количество мест, которые занимала эта партия, было далеко не  самым внушительным. И тем не менее Арториас решил, что именно эта партия ему была нужна, потому что именно  эта партия в больше степени отвечала его интересам, и как он считал, интересам будущего Республики. Кроме того у него в любом случае не было рычагов воздействия на большие политические силы. Наверное именно так, все и работает, маленькие группы объединяются в одну большую как снежный ком.
-Добрый день, мсье Гермайн, да я полковник Артуа, рад знакомству.
Он непринужденно улыбнулся.В этот раз Арториас уже чувствовал себя уверенней. У него был четкий план переговоров, и он знал что может предложить и, что может требовать.

Артуа не торопясь уселся, чуть поддался вперед, опершись на  правый подлокотник. Что-ж сперва ему надо было убедить старика, в том что Арториас  подходящий человек, а потом в том, что он необходимый деловой партнер.
-Да, неожиданно рано мы все вернулись с острова- с некоторой долей сожаления произнес полковник- слишком неожиданно и слишком рано. Могу вам сказать от своего лица, и даже от лица всех солдат и офицеров сражавшихся там, что это было как… как удар в спину.  Удар по нашей  воинской чести и нашей французской гордости.
Арториас избавился от ноток сожаления в голосе и заставил его звучать тверже.
-Это настоящее предательство,  и я говорю это не как человек чье ремесло- война, но как гражданин. Это предательство интересов народа.  Если бы скандинавы воспользовались топорами, то оказали бы огромную услугу Республике.
Тут не надо было хитрить или что-то придумывать, Арториас просто выражал свою мысль в свойственной ему, по частым обращениям к солдатам, горячей манере. Между делом у полковника промелькнула мысль о том, что топоры действительно были бы побыстрее чем все то чем он сейчас занимался.

Арториас подумал, что откладывать дальше цель визита- бессмысленно. Следовало начать медленно и верно  подводить  Оливера к нужной точки и нужным выводам.
-Я с вами полностью согласен, Франции необходимо новое правительство, и это понимают все.  Тогда я говорил как гражданин, а теперь я скажу как офицер- у  Республики нет времени на консолидацию. Нет времени на то, чтобы ждать следующих плановых выборов. Избавлю вас от профессиональных подробностей, скажу лишь что единственная вещь, которая  отгораживала Францию, от аппетита Британии- наши корпуса на Альбионе. Теперь их там нет. Месье Гермейн, счет идет не на политические циклы, счет идет уже на недели. Лучший расклад, при котором  враг будет занят- конец этого месяца.  Дальше-  они могут позволить себе недели две на  перегруппировку . А учитывая как легко они  заполучили остров, может оказаться так, что перегруппировка им не понадобится.  Доверия к нам в Совете больше нет, и я бы не стал рассчитывать на чью-то серьезную помощь даже не смотря на то, что  Париж- сердце Европы.  Это значит, что новый год мы можем встретить  в стране с  номером вместо имени.
Полковник дал собеседнику переварить все выше сказанное, короткой паузой.
-Я с вами полностью согласен, смещение правительства предателей еще может спасти нашу родину, и мы должны это сделать.
Он специально повторился, и еще сделал усиление на «должны», чтобы заставить Гермейна лучше вникнуть в сказанное, в серьезность ситуации и вообще в то, что Артуа тут не с рядовой просьбой о вступлении в партию.

Арториас не позволил себе улыбнутся, хотя внутри он ликовал. Теперь в него вселилась уверенность в том, что он действительно действует от имени народа, ведь куда бы он не пошел, кого бы он не спросил все хотели одного и того же.
-После того, что мы уже несколько лет проливаем кровь на разных фронтах в защиту республиканских институтов,  их разрушение было бы неприятно никем. В этом нет никакого смысла. Мы собираемся ввести консулат из троих достойных представителей  разных слоев населения, с  чрезвычайными конституционными полномочиями на определенный срок, с дальнейшим проведением выборов в президенты и упразднением.
Полковник перевел дух.
-Мы бы хотели чтобы ваша партия, мсьё Гермейн стала, простите за этот оборот, центром правящего блока, который  как раз и проголосует за введение консулата в решающий час. Другими словами мы бы хотели, чтобы вы использовали свои связи для объединения с остальными оппозиционными партиями, а по возможности  и с представителями правящей партии желающими идти на контакт.  Я уверен, никто не желает, чтобы верные войны Франции шли на штурм Елисейского дворца, и чтобы его не состоялось, нужно просто проголосовать подавляющим большинством.
Артуа промолчал о том, что он в любом случае обеспечит это большинство, судьба Франции слишком важна, чтобы слепо доверить её кучке депутатов и демократии, но обеспечение добровольного признания сильно облегчило бы ему задачу в будущем. В конце концов, Оливер был достаточно умным чтобы догадаться об этом самостоятельно, а значит понимать и важность  требования полковника и их рациональность.

-А лучше конечно было бы вообще дождаться выборов, но мы не можем.  Я со своей стороны постараюсь сделать все возможное, чтобы организовать публичные мероприятия, но время нас поджимает.  В конце концов, красноречивей всего миру сообщит о нашей готовности продолжать борьбу  развивающийся над Лондоном триколор.
Арториас медленно встал и протянул Гермейну руку прямо через стол.
-Что-ж, если у вас больше нет вопросов или предложений, то я поспешу вернутся к приготовлениям. Был рад с вами встретится лично, и рад что мы нашли общий язык. В эти тяжкие времена, верный сыны Франция должны держаться вместе, чтобы защитить свою мать.
Кроме самих слов единственным украшением его слов было ударение на обозначении верности. Массовые демонстрации действительно были бы очень кстати, и Артуа уже начинал мысленно упрекать себя за то, что сам до этого не додумался. С другой стороны это указывало на то, что старик еще в форме, и справится со своей ролью в предстоящем деле.

Отредактировано Artorias Artois (2015-06-15 01:22:12)