Прием

в игру

закрыт


Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » События игры » Turn III. Turning point » 01.10.17. Президент все видит!


01.10.17. Президент все видит!

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

1. Дата: 01.10.2017 года.
2. Время старта: 16.00
3. Время окончания: 18.00
4. Погода: 1 октября
5. Персонажи: Милли Эшфорд, Рианнон О'Нейл, Алекс Блэкмор
6. Место действия: Академия Эшфорд
7. Игровая ситуация: Рианнон, минимально придя в себя после  трагических событий в Центре культурного развития молодежи, возвращается в Академию с посттравматическим синдромом и чувством вины, не сумев спасти Нину. Милли решает не игнорировать плачевное состояние ирландки и прояснить ситуацию. Она и Рианнон еще не подозревают, чем Милли на деле может ей помочь.
8. Текущая очередность: Рианнон, Милли, Блэкмор вступит по ситуации.

0

2

Казалось, что занятия не закончатся никогда. Несмотря на то, что  она не была в Академии какое-то время, казалось что этот день тянется неделю. Больше всего ей хотелось убежать куда глаза глядят от всех этих молодых лиц - ведь когда она смотрела слишком долго, на место живых соучеников приходили испуганные лица выживших и застывшие - мертвых. И даже спиной она чувствовала пустое место за партой. Место Нины. Место, которое рано или поздно займет кто-то другой, но для Рианнон оно останется пустым. И больше всего пугала тишина. Как будто все дружно забыли о тихой незаметной девочке, которая так легко замыкалась в себе... И которую так легко было обидеть.

- Пожалуйста... Пропустите...
- Эй, посмотрите на  неё...
- Дрожит как осиновый лист... Ну и что ты нам сделаешь, ударишь?
Есть такой мерзкий школьный тип, неистребимый и вездесущий, которому только дай поиздеваться над тем, кто слабее. Для многих забитость Нины была поводом для жалости, но этих она провоцировала. Вот только проблема была в том, что за Нину  и кроме студсовета было кому вступиться.
- Отстаньте от неё. - Голос был спокойный, но от этого было только хуже. Именно таким голосом предупреждают в последний раз  о чем бы то ни было.
- Заткнись и не лезь не в свое дело.
- Думаешь, если из столицы, то можешь выпендриваться?
Она не стала тратить слов на этот мусор, просто резко двинулась вперед и один  взвыл, валяясь на полу и прикрывая пах, а второй был придавлен к стенке с вывернутой за спину рукой. Рианнон  не нуждалась в том, чтобы повышать голос, она четко и внятно произнесла, так чтобы не только этот выродок слышал, а все собравшиеся на шум:
- Слушай и запоминай, мусор. Обидишь Нину - яйца оторву. - Тогда еще никто не знал, кто такая Рианнон, но  по тону было понятно - она настроена серьезно и скорее всего это НЕ метафора. Отпустив свою жертву, ирландка невозмутимо встретила взгляд Милли, вырулившей из-за угла для наведения порядка, и подошла к Нине:
- Все в порядке, больше они тебя не тронут. - И улыбнулась. Почему-то  уже тогда это казалось чем-то большим, чем привычка  ставить на место всякую шваль и защищать тех, кто нуждается в защите..

...А теперь её нет. Либо мертва, либо и того хуже. И при одной мысли о Нине перед глазами Рианнон встает картина того ужаса, и она снова ищет Нину среди мертвых и живых - но безуспешно. Тогда ее накачали транквилизаторами, провели беседу, но это все было бесполезно. Ирландка словно потухла, ее улыбка погасла и  она сегодня просто отсиживала срок, в надежде что  никто не пристанет к ней. Не напомнит, вольно или невольно, о дорогом для неё человеке, которого она не уберегла. И хорошо что никому не известно, что Рианнон была там в тот проклятый день.

Нина, прости... Потому что я себя простить не смогу. - Последний взгляд  и она идет к выходу. Наконец-то конец, и она может  уйти и  просто лечь и провалиться в пустой сон или кошмар... Все лучше чем переживать это наяву.

+3

3

Перед дверью классной комнаты Милли стоит уже четыре минуты двенадцать секунд – надо было ровно за пять минут до конца пары. Облокотившись о стену, блондинка думает о том, в какой цвет стоит перекрасить стены в следующем году – ей давно понятно, что атмосферу в Академии нужно немного обновить. Разумеется, просто потому, что школе нужен легкий ремонт, а вовсе не в силу других причин, требующих нового начала; во всяком случае, именно на этом варианте Милли будет настаивать, раздавая ученикам краску и валики. «Президент, вы дура», - хотел бы сказать Лелуш, но вместо него кивнула бы Наннали; «Президент, вы уверены?», - следом за невысказанными мыслями вице-президента осведомилась бы Нина. Осведомилась бы, да. Обязательно осведомилась бы…
Звонок слышится ровно в срок – в ее школе все без сбоев, и Милли отходит от двери на восемь шагов назад. Ровно так. И с первым выскочившем из двери комнаты учеником начинает двигаться в сторону класса, случайно прохаживаясь по коридорам – она тоже после урока. И, как она и ожидает, Рианнон появляется из дверей одна из первых. Почему Милли ждет именно ее? Потому что Милли именно та королева, которая следит за своими владениями с особой тщательностью. Милли, возможно, в своем навыке присутствия немножко сверхъестественна – да-да, все знают, что президент заботится  обо всех и как супер-герой появляется там, где больше всего нужна.
Однако нет – глупая ложь, работающая репутация. Не Милли нужна Рианнон, Рианнон нужна Милли. Для дружеской беседы? Какая глупость, хотя блондинка уже успела заметить состояние ирландки и, конечно, поспешит ее поддержать; Рианнон, по правде, нужна Милли для ответов на вопросы. Пока что, делая свои восемь шагов, Эшфорд только предполагает, только догадывается – Рианнон замешана, Рианнон знает. И Милли хочет убедиться, хочет подтвердить; она не будет искать Нину, но она будет знать наверняка, что с ней стряслось.
Бравая вояка появляется в дверях, и аристократка вскидывает белую руку, во всю размахивая для приветствия.
- Ри-котик, вот так встреча! – Подобно урагану, девушка кидается на настигнутую жертву, хотя прекрасно видит, что жертве совсем не до внешних хищников – она одержима внутренними. Мгновение спустя высокая девушка уже висит на крепких плечах рядовой студентки и ухмыляется своей хитрой, кошачьей ухмылкой. – И чего ты такая хмурая? – Игнорировать очевидное просто абсурдно, поэтому Милли решает на этом играть. – Последний урок – радоваться надо. Все абсолютно счастливы. – Они идут по коридорам, и Эшфорд кивает на пробегающих мимо студентов. Один из второгодок кричит ей что-то про ее новую юбку, и Милли благосклонно кивает, посылая воздушный поцелуй. Разве новая? Должно быть. Плечо ее собеседницы подрагивает под ее ладонью – то ли от напряжения, ведь Милли практически повисла на ней, то ли от внутреннего раздражения. – И ты должна быть – ты ж недавно вернулась после своего отсутствия, пусть и не такого уж долгого… - Президент останавливается на мгновение, чтобы дать подумать – только секунда на намек. Раз Миссисипи, два Миссисипи… - Видишь, все как обычно, - тычет она пальцем в сторону перекидывающих мяч студентов на лужайке за окном – усугубляет, ранит, подготавливает и готовится сама. Но нужно еще преодолеть заполненный студентами коридор; люди – нигде от них спасения. - Так что улыбайся, - и дотрагивается кончиком пальца до щеки собеседницы.

+2

4

Ослабление бдительности для бойца смерти подобно, и суровый урок на эту тему можно получить даже в академии. Казалось бы, Рианнон уже достаточно пригляделась ко всем, особенно к Президенту... Но горе  слишком поглотило ее и вот, как говорится в одной хорошей детской книге, "Засада - это когда на тебя внезапно наскочат." Нет, она конечно, в какой-то степени ожидала что до нее доберутся, припомнив ее  двойственный школьно-спецназовский статус, но... Кажется, Милли, будь у нее желание, стала бы неплохим диверсантом. От внезапности, как и прочие жертвы Президента, она какое-то время даже не думала сопротивляться  и первые реплики просто молча проглотила, пребывая в ступоре... А ведь, так подумать, ей даже хотелось - на грани мазохистского самоуничижения - чтобы ее кто-то припер к стенке с этим делом и она уже смогла бы признаться в содеянном... Не содеянном то есть.  И Милли, если уж на то пошло, была как раз той, кто для этого действительно годился. Не говоря о ее статусе и умении решать сложные вопросы, она все же единственная не только знала  об истинной профессии Рианнон, но и видела ирландку в деле. Даже перевязала ей руку. Чем лучше тебя человек знает - тем меньше лишнего придется объяснять. Это прокрутилось в голове девушки  как раз к первому четкому намеку на ее беду. Чтож, а вот ей уже не до намеков.

- Я... Я там была. - Не без труда шепотом признается она, - В Центре культурного развития молодежи.

О теракте уже известно, и не нужно произносить  тех слов, которые привлекают внимание сами по себе.

+2

5

Освобожденные наконец-то от уроков, выпушенные на волю, студенты проносятся мимо двух девушек со скоростью звука, осторожно обтекают любимого президента и ее собеседницу. Милли и Рианнон стоят в центре движущейся массы, застывшие, словно для них время остановилось. Милли боковым зрением видит остальной, цветной мир за окном, а перед собой – черно-белую Рианнон. И в стекле – такую же не цветную себя. Поблекшие. Ну почему все опять должно быть так сложно?
- Я... Я там была. В Центре культурного развития молодежи. – Милли издает непонятный звук, похожий на раздраженное цоканье-фырканье; мир отмирает, двое начинают снова двигаться по коридору в ту сторону, где уже практически не осталось студентов, откуда те пытаются сбежать. Президент хранит молчание, движения ее привычно грациозны, лицо – неожиданно расслабленно. Она ожидала подобное признание и, кажется, вообще не планирует на него отвечать, как будто не услышала или решила проигнорировать. Как будто не было веселого щебетания две минуты назад.
На очередном повороте ее приветливая рука соскальзывает с плеча спутницы и неожиданно жестко упирается той в ребра, заталкивая в пустующий класс химии. Бесконечные склянки с реагентами слабо поблескивают в лучах энергосберегающих ламп, и в классной комнате пахнет хлором и немного - серой. Не лучшее сочетание для больной головы Милли. И блондинка тоже меняется вслед за переменой помещения: черты лица заостряются, она становится необыкновенно сосредоточенной, жесткой, как запах хлорки. Она кажется той, кто способен сейчас смешать что-нибудь в пузырьках и взорвать класс ко всем чертям.
- Я догадывалась, - голос ее звучит неприятно, как будто кто-то заворачивает разбитое стекло в дешевую фольгу и шуршит изо всей силы. Милли раздражена, Милли злится. Милли смотрит на собеседницу как-то расстроенно, словно она ожидала от нее гораздо большего – разочаровано. – Ты знаешь что-нибудь? – Эшфорд вот знает, что они проводят официальное расследование. Проводят с момента теракта. Боже, как же она их ненавидит. Их, себя; Господи, да разве есть разница – целый мир! Вселенная, способная на подобное, вызывает у нее отвращение. И Милли даже не в силах злиться отдельно на террористов, потому что понимает: на каждое действие есть противодействие, и терроризм – всего лишь одна из мер.
Собственно, Милли едва ли имеет право спрашивать подобное. А Рианнон едва ли имеет право отвечать. А теперь, возможно, не имеет и желания. Ей ничего не стоит уйти – она сильнее. Но у Милли такие холодные голубые глаза – холоднее, чем обычно. А О’Нил, кажется, только и ждет, кому бы исповедоваться. Что ж, сегодня Милли Бог карающий.

+2

6

Пожалуй, Рианнон стало легче, когда Милли повела себя жестко, а то ведь ее все пытались успокоить и убедить что она не виновата.  Ну как сказать... Технически и правда не виновата, все делала правильно и старалась как могла, изменить ситуацию в одиночку не получилось бы. Вот только кому от этого легче? Точно не ей. Так что она себя позволила втащить в укромное место и припереть к стенке во всех смыслах, хотя, разумеется, могла бы и сопротивляться - но зачем? Сейчас вопрос стоял иначе - может ли она сказать все Милли, нарушив по сути приказ? Казалось бы, ответ - категорическое "нет". но у Рианнон есть свои соображения, о которых Милли может и не догадываться. Ирландка знает, что расследование зашло в тупик и имеющимися средствами загадку не решить. А она не может сидеть и ждать какой-то удачи, пока Нина неизвестно где и в беде.

- Да. - В голосе прорезывается твердость, она решилась и теперь не будет мямлить, - Наннали попросила чтобы меня и Дункана включили в состав отряда - ради Нины, чтобы там были знакомые ей люди. Мы пошли туда, но в итоге нас обнаружили и погибло много заложников. - Дернулась, вспоминая  то что там было и пытаясь воспоминания задавить. - Вот только Нины там не было. Ни живой, ни... Мертвой. - Слово дается с трудом, - Это абсолютно точно. Я ходила и проверяла живых и мертвых... и не нашла ее, никто не нашел.

Вздохнула:

- Захваченных террористов взяли в обработку. По полной программе, без всяких ограничений. - Кровожадная ухмылка на какой-то момент, она  тогда слышала вопли из допросной, - Но им промыли мозги еще раньше, никто не смог дать данных о заказчике. Понимаешь? Это тупик...

+2

7

Милли наблюдает и ждет – Рианнон не выглядит дезертиром, она собирается рассказать. Но президент отчего-то не слишком счастлива: заставила лишний раз переживать ту, кто и так страдает. Тиран ты, Милли, самый настоящий. И дура, если считаешь, что никто этого не видит. Тебя раскроют однажды, и все твои улыбки не уберегут твою голову от плахи, Антуанетта.
- Да, - твердо отзывается Ри на ее жесткость. Милли отрывается от своих мыслей и вся обращается вслух – помучаться совестью можно и попозже. - Наннали попросила чтобы меня и Дункана включили в состав отряда - ради Нины, чтобы там были знакомые ей люди. – Наннали. Милая маленькая Наннали. Иногда даже Милли забывает, сколько всего ей довелось пережить. Самое ужасное: лицемерие позволяет Милли делать вид, что она не переживала хотя бы часть этого вместе с британской принцессой. «Президент, а вы знали?!», - разгоряченно, негодующе спрашивает ее кто-то из учеников после визита представителей власти из Пендрагона, и блондинка медленно, печально качает головой – мол, все дедушка. «Неужели и Лелуш тоже?..», - у Ширли круглые, удивленные глаза. «По логике вещей», - безразлично тянет в ответ Милли и разворачивается, чтобы уйти, пробившись через толпу любопытных. А теперь где-то между склянкой с реагентом и подоконником президент решает, что настало время принять приглашение в столицу. Завтра же. Без предупреждения войны.
Едва ли мысли о бедной Нине наводят ее на эти заботливые выводы: ежу ясно, что Эшфорд заботилась о девушке в очках недостаточно, чтобы теперь придаваться печали и унынию. Но достаточно, впрочем, чтобы откинуть сочувствие и постараться что-нибудь сделать. Впрочем, она уже решила, что нужна Наннали, значит, делать придется дистанционно. И по мере того, как Ри продолжает свой рассказ, раскладывая все по полочкам в голове президента, Милли придумывает соответствующие решения. Официальное расследование как обычно – безрезультатно. Да и кто сможет найти тех, кто организовал теракт, чтобы прикрыть похищение? Эта мысль приходит к Милли неоткуда, просто обобщая услышанное. Ведь в обратном нет никакого смысла: для террористов Нина неважна абсолютно, а для людей, терроризмом прикрывающихся – напротив. Но оставить столько жертв ради девочки… Зачем же она им понадобилась? Да, она своего рода гениальная в обращении с формулами и техникой, но лишь в рамках школы: никакого высшего образования, никакого опыта, никаких связей. На это у Милли как раз нет ответа, а преступление без мотива, как известно… Но, возможно, ей есть, у кого спросить о работе технических гениев.
- Но им промыли мозги еще раньше, никто не смог дать данных о заказчике. Понимаешь? – Президент на несколько секунд даже забывает, что находится не одна в классе, медленно поднимает взгляд на О’Нил, на этот раз расслабленный, отвлеченный. - Это тупик... – Не колеблется: делает несколько шагов навстречу, не говоря ни слова, встает совсем вплотную к девушке и ни с того ни с сего заключает ту в объятия, даже глаза прикрывает, как будто так и надо, как будто она всегда собиралась. Поднимает руку к светлым волосам, гладит бравую военную по голове, как мамы утешают детей. От былой морально подавляющей Милли и следа не остается: сюсюкает, баюкает, подбадривает, разрешает чуть-чуть расслабиться и поплакать.
- Бедная моя, - шепчет Милли – богиня милосердная теперь, как будто довольная жертвоприношением. – Тяжело тебе пришлось, да? – Гладит по волосам. Милли, вообще-то, чуточку сильнее физически, чем может показаться, но обычно ей не бывает нужна сила – никто особенно не сопротивляется ее обнимашкам. – Ничего, все позади, мы со всем разберемся. Вместе, да? – Улыбается Чеширским котом; улыбка где-то за плечом Рианнон, та видеть не может, но, вероятно, может чувствовать – у президента такая улыбка, которую можно ощутить, даже не поворачивая головы. Не сказать, что особо добрая…

+3

8

Рианнон не нашла в себе сил  отвергнуть утешение. Она не знает, что на самом деле думает Милли, но если та способна на это, то спасибо ей. Со своими она не имеет права показывать слабину, вовсе не потому что не поймут они - поймут, еще как - но она все же солдат. Она себе не могла этого позволить. А с Милли... может быть и нельзя было, но не хватало решимости отказаться. В голос, конечно, не рыдала, просто прижалась покрепче, и несколько слезинок скатилось по щекам. Милли могла чувствовать, что ирландка дрожит, как от холода. Расклеиваться нельзя, но побыть немного не воякой, а семнадцатилетней девчонкой, на которую свалилась и для взрослого  страшное испытание - это она может. Потому что... К черту. Она уже нарушила секретность, а в перспективе собирается пойти , вероятно, и на большее. Можно же напоследок ей отпустить себя?! Можно. Чтобы потом встать и идти вперед. Чуть всхлипнула напоследок, вдохнула поглубже и выпрямилась, еще не отстраняясь, но уже  придя в себя и начав головой думать.

- Да. Я не собираюсь сдаваться. - Это уже Рианнон-вояка, загнавшая  девочку-плаксу поглубже, - Надо искать информацию в других местах... Вот только здесь все кто в тени - против британцев.

Однако она пришла по-адресу. Даже если Милли чего-то не знает или не имеет сейчас, она это узнает и получит рано или поздно, причем скорее всего это ей принесут на блюдечке с голубой каемочкой. Первый союзник в ее личной войне с неизвестным врагом. Теперь ирландка действительно понимает принца Ренли - дорогой человек стоит сбора армии и начала войны, стоит риска и даже смерти.

В этот день они с Президентом договариваются о том, что каждая начнет свое расследование и потом они обменяются результатами. Рианно же вспоминает, что кое-что у нее про запас есть. Она снова займется спасением попавших под арест, хоть на этот раз ей могут снять голову... но черта с два она остановится.

Эпизод завершен

+1


Вы здесь » Code Geass » События игры » Turn III. Turning point » 01.10.17. Президент все видит!