По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(vk, don.t.be.a.hero)

Geass-челлендж потому что мы можем.

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Turn VI » 25.12.17. За семью замками: часть II


25.12.17. За семью замками: часть II

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

1. Дата: 25 декабря 2017 года
2. Время старта: 16:00
3. Время окончания: 17:30
4. Погода: Резкий мороз в -18°С неприветливо встречает людей на улице, что по долгу службы или по чистой случайности оказались сейчас не в уютной квартире, а посреди этого снежного безобразия, хлопья усыпающего дороги с самого утра.
5. Персонажи: Бен Кламски, Анжела Лаврова (NPC)
6. Место действия: Российская Империя, Москва, обговорённое место встречи Бена и Анжелы
7. Игровая ситуация: Анжела Лаврова назначает встречу Бену Кламски в более укромном месте, чтобы устроить небольшую проверку на вшивость
8. Текущая очередность: По договорённости

0

2

Южные окраины Москвы спали даже днём. Плотно застроенные понурые серые пятиэтажки нависали над узкими улочками и скверами, где рекламных плакатов, ближе к ночи пестрящих всеми цветами неоновой радуги, было едва ли не больше, чем самих деревьев, заботливо укрытых плотным снежным одеялом. Гротескные арки дворов, выложенные кирпичом, дышали холодным воздухом закованного в льды спального района, завлекая прохожих в свою сонную обитель, всё дальше и дальше уводя их от шумного проспекта. И если осмелеть, нырнуть в одну из таких арок и, проявив немного настойчивости, миновать ставший привычным в это время года гололёд, то можно добраться до прокуренного подъезда на углу дома, а затем, гремя подошвами о железные ступени, подняться на один из этажей и оказаться напротив старой деревянной двери с облупившейся чёрной краской и круглой обшарпанной ручкой тёмно-орехового цвета.
Жильцы старого дома редко задавались вопросом о том, кто же живёт в этой квартире. Проживающая по соседству семья, заселившаяся чуть ли не с самого возведения постройки, не видела, чтобы кто-то въезжал сюда, и никогда не слышала, чтобы в застенках этого безмолвного обиталища звучал детский смех или хотя бы голос ведущего утренних новостей.
Любопытная детвора частенько пыталась посветить в замочную скважину фонариком или лазерной указкой, а ещё поглазеть на холодный полумрак квартиры через слуховые окна чердака дома напротив с помощью отцовских биноклей и подзорных труб. Во многом благодаря именно пытливости дворовых ребятишек родилось великое множество местных городских легенд и историй. Одни видели таинственных людей в чёрных костюмах, одёргивающих шторы и посматривающих во двор. Другие рассказывали о шатающейся из стороны в сторону женщине с торчащими во все стороны волосами. Третьи плели истории о деде, разгуливающим по квартире с двустволкой и подходящим к кухонному окну ровно в полночь каждого воскресенья. Ну, а те, чья фантазия выходила далеко за рамки обыденности, вечерами ведали байки о призраках детей, висельниках и прочих небылицах. Но одно было ясно наверняка: не было никого среди местных, кому хоть раз удавалось увидеть, чтобы дверь этой квартиры когда-нибудь открывалась. И не было никого, кто бы знал: сегодня эта дверь откроется вновь.

+7

3

Бен сошёл с трамвая, ловко соскакивая на очищенный асфальт на остановке и полной грудь вдохнул свежий окраинный воздух — самый настоящий глоток жизни после затхлого от продуктов горения центра и запаха метро, который Кламски разлюбил после возвращения из тропических регионов. Отвык, видать, как отвык от морозов, вороха тёплой одежды, коммунальных платежей и прочей чуждой всему человеческому волокиты.
Близился конец рабочего дня, но людей на улице спальных районов в такое время не сыскать. Свободные от обязанностей в такой мороз сидят дома, занятые — в офисах за компьютерами да в производственных цехах за станками. Дорогу и ту спросить не у кого — даже будучи специалистом в области информационной безопасности предприятий Кламски как никто другой был привычен к старинным способам навигации и редко прибегал к помощи технологий. Так и сейчас Бен по наитию отыскал карту района по ту сторону остановки и прикинул маршрут дальнейших перемещений. Он, как нетрудно было догадаться, лежал в самую глубь застройки, во дворы.
Редкие припаркованные автомобили, встречавшиеся Кламски по пути, он примечал краем глаза, заостряя внимание на тех, где находились люди — намётанным взглядом он искал агентов ГСБ, которые могли скрываться где угодно. У Бена были свои фишки по распознанию таких интересных кадров, а кроме них ещё и опыт. Если бы они только знали, сколько всего можно прочитать в одном только взгляде при большом желании, не считая всего остального.
Но пока было глухо. Ни подозрительных автомобилей, ни подозрительных людей Кламски на пути не встретил. Мелькали дворы, арки, двери подъездов, детские площадки с веселящимися а них детьми, радостно съезжающими с горки и катающими огромные снежные комья. Вернее, пытающимися — снег при такой температуре был совсем не липкий. А потому все зачатки снежков и комьев почти сразу рассыпались, как ты ни старайся, как аккуратно ты их не катай.
По мере продвижения вглубь дворы становились всё уже, а обстановка всё больше напоминала эдакий постиндиустриальный период, когда вроде и захотели прыгнуть выше головы, а вроде пока и не очень получилось. Обшарпанные стены, лет десять не видевшие капитального ремонта, задравшиеся железные листы на крышах, повалившиеся по углам кирпичи, тяп-ляп отремонтированные детские площадки с диковинными кулибинскими переделками-недоделками — таковы были многие спальные районы Москвы. Даже химкинский новострой выглядел порой более современно.
Но это вовсе не значит, что место, в котором волею судьбы оказался Кламски, вызывало в нём негативные чувства. Правильней было бы назвать их противоречивыми, наполненными ностальгией, историей, шелестом пожелтевших страниц, опадающей листвой, запахом первого снега, бенгальскими огнями, хлопушками... Калейдоскоп чувств одолевал Бена изнутри, а внешне он всё также оставался непоколебим, длинным размеренным шагом направляясь к цели своего визита.
И вот, наконец, Кламски замечает неровно нацепленную на углу дома табличку с названием улицы и номером: это он. Бен заходит под размашистую арку и оказывается во дворе, похожем на все те, что он встретил несколькими минутами до этого. Те же люди в одинаковых куртках, та же детвора... Кажется. Если встать, закрыть глаза, прислушаться, то можно несомненно услышать, как гремит под окнами железный подоконник, как скрипит снег и ссыпается с размашистых ветвей почерневших дубов и каштанов, нависающих над домами. И всё это сливается в такую какофонию звуков и призвуков, что волей-неволей не только прислушаешься, а задумаешься: что ты слышишь? Мысленно прогонишь на повторе, задом-наперёд, выискивая вожделенные звуки и подтверждения, но всё напрасно: старания бессмысленны, если искать не там.
Бен ускорил шаг, всматриваясь в таблички с номерами квартир у подъездов, ловя на себе хмурящиеся взгляды засиживающих на лавочках бабулек да тёток лет пятидесяти: местные вахтёры, которые, кажется, пашут в несколько смен по всей стране, если особо не вглядываться. Кламски тянет за дверь, чувствуя всё нежелание пружинного доводчика пускать его, и заходит внутрь. Свежий воздух сменяется на прелый подъездный душок. В нос бьёт тут же бьёт смрад исписанных мочой стен и сырости. Бен торопится, взбираясь шаг за шагом по стальным проржавевшим ступенькам. Двери везде стальные, кое-где нет номеров. То и дело незваному гостю начинало казаться, что из каждого глазка за ним кто-то пристально наблюдает. К чему бы это? Кламски никогда не параноил на пустом месте. А здесь — чуть ли не заставляет себя ускориться, чтобы закончить поскорее.
И вот она — заветная дверь. Стоит сказать лишь: «Сим-сим, откройся!» и явит она несметные богатства! Конечно, как бы не так! Бен кашляет в кулак, стукая друг о друга мысками ботинок, чтобы стряхнуть снег и стучит три раза, чередуя два коротких и один длинный между собой.

+7

4

Дверь открылась почти моментально — Бена ждали. И что характерно: и перед, ни после того, как щёлкнули замки и сдвинулась щеколда, визитёр не услышал шагов, привычного для квартир подобных домов скрипа половиц, ни скрежета дверных петель — словно все звуки замерли, затаив дыхание, ожидая, пока Бен переступить порог. А там, в усыпляющей холодной темноте, среди доевропейских шкафов, тумб, табуретов и стульев, уставленных хрусталём сервизов, в абсолютной тишине и полумраке...
— Быстро добрался, — раздаётся знакомый голос; тогда-то дверь и захлопнется. — Проходи. Потолкуем напрямую. Не люблю лишних ушей.
В одном из помещений загорается свет настольной лампы. Это кухня. Помимо неё при большой желании можно насчитать ещё два — небольшую комнатушку, в которой угадывались очертания старого телевизора, кровати и тумбы неизвестного назначения, а также комнатку побольше, с диваном, столом-раскладушкой, поставленными вдоль стены стульями и ковром на стене.
— Проходи, садись, — женщина приглашает Бена, а сама проверяет: плотно ли задёрнуты тяжёлые закулисные шторы? — Не беспокойся, надёжнее этого места нет. Слышал наверняка про проект «Спаси и сохрани»?
На этом месте Бен должен был начать припоминать — когда-то Мальченко упоминал о том, что ГСБ скупили несколько квартир по всей Москве для того, чтобы в случае необходимости предоставлять их своим агентам для служебных нужд. Ещё во время застройки на стены, пол и потолок устанавливалась полная звукоизоляция. Нельзя было приносить с собой более одного рабочего дипломата на человека, а также находиться в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, пользуясь служебной квартирой.
— Это, наверное, не самое лучшее место, но другого нет. Жители выдумывают всякую ерунду, а потом сами же верят. И себе же доказать пытаются. Хотя есть одна правдивая история. Про висельника. Лет шесть назад тут один агент повесился. С ума сошёл от паранойи. Всё ему казалось, что по ночам британские диверсанты под дверью шастают... Ох-ох. Вот так и живём, господин Кламски. И кто сказал, что с ума по одиночке сходят? Тут тогда весь двор сумасшедших.
Губы Анжелы растянулись в приветственной улыбке.
— Чай не предлагаю, нам не до того сейчас. Итак, Бен. Рассказывай, откуда такая инициатива взялась. Станислав Васильевич команды к действию не давал. И нас не предупреждал, что кто-то из «Легиона» за Химки возьмётся.

[icon]http://forumavatars.ru/img/avatars/0010/8b/e4/115-1415108377.jpg[/icon][nick]Анжела[/nick][status]Trust no one[/status][sign] [/sign][fld4]✎: Личная страница[/fld4][fld1] [/fld1]

+3

5

Кламски застыл у дверного проёма, провожая юркнувшую в полумраку женщину взглядом. Наконец, здесь они могут поговорить без лишних ушей.
— Не люблю опаздывать, — громко пояснил Бен и, вытерев сапоги о коврик, дотошно осматривая помещение, прошёл вглубь квартиры, не снимая обувь: если потребуется срочно покинуть помещение, то и обуваться будет некогда; как бы он не доверял людям Мальченко, ставить это доверие выше собственной жизни он не собирался: играть по-крупному — вовсе не значит играть на всё, что у тебя есть. — А у вас тут уютно. Почти как дома.
Кламски снял плащ и, повесив его на руку, вразвалочку прошёлся по кухне, изучая обстановку. И всё это напомнило Бену один психологический тест, который им дали при поступлении в академию. В этом тесте предлагалось выбрать лишнюю фигуру из шести представленных, коими являлись квадраты различных размеров и цветов. Тогда у Кламски ушло почти десять минут на то, чтобы рассудить и дать правильный ответ: он выбрал тот, который меньше всех отличался от остальных. Сопоставляя между собой предметы, объединяя их в группы, Бен добился того, что смог выстроить целую математическую модель, состоящую из сходств и отличий их всех.
И прям сейчас нахождение в этой квартире отчётливо напоминало ему про тот тест. Ведь абсолютно всё здесь, за исключением плотных театральных штор, было настолько типичным и обыденным, что посети ты хоть тысячу обиталищ жителей с окраины, то не сыскать тебе ничего более похожего на них всех, чем это место. Шаблонное. Банальное. Заурядное. Тривиальное. У обычного человека оно даже замешательства не вызовет: просто ничего.
Пустоту.
Ноль.
Ноль?
Бен подошёл к стулу и, сдвинув его в сторону, присел, выслушав небольшую лекцию про секретный проект ГСБ, о котором он, разумеется, был в курсе, а потому всякий раз, подчёркивая интонацию в словах Анжелы, Кламски утвердительно кивал. Неясно только было со стороны — слушает он, или просто так, для виду знаки подаёт.
— Таких историй в каждом городе хватает, — утвердительно подытожил он. — А жаль, что не предлагаешь.
Бен надеялся, что тоже может перейти на «ты».
— Ты, между прочим, не оплатила свой завтрак, поэтому я считаю этот визит приглашением на горячий чай. Или кофе, — наградив Анжелу снисходительным взглядом, сопроводившим шутливый каламбур, Бен вмиг сделался серьёзным, как когда пришёл в эту квартиру. — Это моя инициатива. Все данные получены мной после обработки данных, хранящихся в архивах генерального директора ЧВК «Легион». Впрочем, мы можем обойтись без титулов? — в воздухе повис очевидный риторический вопрос и Кламски откинулся на спинку стула, сложив руки на животе, расправляя складки красной рубахи. — Когда по всем СМИ загремели новостями по поводу произошедшего в Химках, я сразу воспользовался необходимыми мне данными, а также информацией, которую Мальченко оставил мне «на чёрный день». Эта информация помогла мне, как ты уже знаешь, связаться с тобой и организовать встречу. И вот теперь мы здесь. Защита безопасности интересов «Легиона» и его сотрудников — одна из моих задач. А в новостях сейчас слишком много брехни, которая не стыкуется с той информацией, которая была получена мной, но которая по понятным тебе причинам не может быть отправлена журналистам ни под каким соусом. Вот так.
Бен упёрся локтём в стол и подпёр растопыренной пятернёй голову.

Отредактировано Ben Klamsky (2018-09-26 22:55:22)

+4

6

Переплетая пальцы рук, Анжела негромко постукивала рёбрами ладоней о стол, ни на секунду не сводя взгляда с Кламски, следя за каждым действием вошедшего в эту таинственную обитель мужчины. Ей было интересно всё: что он делает, как двигается. Простушка внешне, но внутри — точно бутылка с шампанским под огромным давлением из нескончаемого мыслепотока, который настолько трудно порой контролировать, что...
«Этот Камскей знает, о чём говорит».
— Сейчас здесь нет никаких продуктов, — сказала Анжела отстранённо, будто бы проигнорировав скользкий намёк на меркантильность, а затем потянулась к своей сумке, что висела на расстоянии вытянутой руки, слегка покачиваясь на ручке буфета. — По внутреннему распоряжению нулевого отдела эта квартира уже три года как не предназначена для нахождения в ней более чем на сутки из-за пристального внимания к объекту местных жителей. Но у меня есть термос с какао.
Без труда нащупав тёплый металлический корпус, Лаврова выкатила скромную по любым меркам гостеприимства поляну перед гостем. Не в качестве извинений за что-то там — просто. Нет, Бенган вовсе не вызывал в ней никаких отрицательных эмоций, она лишь старалась держать свою эмпатию в узде, чтобы не довериться раньше положенного срока. И пока что всё складывалось. Да, он работал на «Легион». Да, в должности директора по безопасности. Да, Мальченко сейчас нет. Да, только Мальченко и Макаров имели возможность связаться с ней по тому каналу, который использовал Камски. Мог ли он получить доступ к этой возможности? Только если перехитрить Мальченко, который в последнее время осторожничал. Очень осторожничал. Макаров вообще наверняка забыл, что такая возможность есть, да и не в России он был уже давно. А перехитрить Мальченко невозможно. Опыт работы не просто в седьмом отделе, а в управлении «Вымпел» даёт о себе знать.
— Мне достаточно было услышать то, что повторит слова Станислава Васильевича, — ответила Анжела, склонив голову набок. — Перерыва после нашей утренней встречи в кафе хватило, чтобы я связалась с ним и получила все инструкции и необходимые мне подтверждения. Поэтому теперь всё встало на свои места и мы можем спокойно пообщаться... Бен, скажи честно — кого ты подозреваешь?
Анжела прищурилась. Всё сильно зависело от того, насколько хорошо Камской посвящён в детали прошедшей операции. Либо от того, насколько хорошо он может рассуждать и соединять воедино звенья одной цепи. В кафе они уже поговорили об этом немного, но весьма поверхностно — что же он скажет ей теперь?

[icon]http://forumavatars.ru/img/avatars/0010/8b/e4/115-1415108377.jpg[/icon][nick]Анжела[/nick][status]Trust no one[/status][sign] [/sign][fld4]✎: Личная страница[/fld4][fld1] [/fld1]

+3

7

Кламски улыбнулся, притягивая к себе термос и медленно наполняя крышку-чашку. Какао? Нестандартный выбор. Пронаблюдав за тем, как тёмно-коричневая жидкость с приятными всплесками наливается в ёмкость, Бен поднял взгляд и, прищурившись, поднёс её к губам, через мгновенье ощутив, как горячий напиток приятно обжигает язык и нёба. Обычно, когда речь идёт о таких серьёзных людях, как агенты ГСБ, невольно думаешь, что такие личности отдают предпочтение строгим напиткам. Если кофе, то исключительно чёрный и без сахара. Если чай, то чистый листовой, без добавок и посторонних ароматизаторов. В какой-то мере так и было: всех ещё с самой академии натаскивали поступать практично и выбирать лёгкие методы для достижения своих целей, даже если это было желание просто утолить жажду или согреться после мороза. Не исключено, что многие, даже во время заданий, поступали ещё более прагматично и прикладывались к запрятанным в практичных глубоких карманах не менее практичным ста граммам. Либо к флаге. Но такие уже считались снобами. Особенно если во фляге плескался не российский или, на крайняк, армянский коньяк, а какой-нибудь шотландский или ирландский виски.
«Мда, — подумал Бен и, сделав ещё один глоток поставил чашку на стол, продолжая, тем не менее, согревать об неё раскрасневшиеся от мороза руки. — Теперь мы этого виски ещё долго на полках магазинов не увидим. Во всяком случае настоящего.»
— Вас, — Бен пожал плечами, откровенно ляпнув первое, что попалось под руку в его коробке с подозреваемыми. — Имею ввиду, весь твой отдел, а не только тебя. А то кто ещё знал о том, что там будет работать «Легион». Но это предположения из разряда «в порядке предновогоднего карнавального настроения», самое абсурдное среди всего пространства вариантов. Хочешь услышать вариант более приближённый к реальности? Считаю, что эту информацию слили в «Легион» нарочно. Потому что знали, что «Легион» этим заинтересуется. Посудите сами: информация была получена благодаря информации из захваченного штаба и с серверов десятого отдела. Между этими событиями прошло что-то около месяца, если я не ошибаюсь. Неужели за это время никто не додумался избавиться от лишних свидетельств, сменить явочную квартиру в конце концов? Я не верю, что организация, осевшая в нашей стране настолько глубоко, может так промедлить с решением или игнорировать его, даже лишившись главного координационного центра в стране. Мы живём в новейшей эпохе и почта давно не работает с помощью голубей.
Бен пожал плечами и принялся задумчиво покручивать в руках чашку — всё же, какао было слишком горячим, хоть и вкусным.
— Нас подставили не во время операции, не после неё. Нас подставили ещё до неё. Кинули приманку, а мы купились, дав им возможность отыграться не сейчас, так потом. Да и во время операции умудрились налажать: в таких «муравейниках» попросту нельзя всё контролировать, кто бы не руководил операцией. Если только не убить всех разом, чтобы не оставлять свидетелей. Но с этим даже Макаров в Абу-Даби не справился. Так и получилось: противник использовал факторы случайности, которые сыграют, когда мы оступимся. Желание СМИ раздуть сенсацию, зеваки, снимающие всё на мобильные телефоны, полиция, работающая по наводкам сверху против конкурентов Потапова и его партии... Вопрос даже не в поиске подозреваемых. Вопрос в том, что делать с тем, что есть теперь? По своему опыту знаю: убрать видео из интернета у нас не выйдет. Они уже сейчас разошлись по порталам в сотни копий, на некоторых уже под несколько сотен тысяч просмотров. А вот поработать со свидетелями, со СМИ, с представителями правоохранительных органов — нужно как никогда. Ведь мы точно знаем, что в этой истории правда, а что нет. Достаточно опровергнуть несколько не соответствующих действительности фактов, чтобы теория начала рушиться. Ты мне вот что лучше ещё скажи: что с вашей схемой прикрытия? Она не рухнет? Твои люди не встанут под удар?
Бен вновь поднял чашку и сделал несколько глотков. Этот вопрос волновал его не меньше остального. Ведь если наружу всплывёт причастность к произошедшему Анжелы и её людей, то тогда карточным домиком на стол ляжет не только эта схема, а судьба нескольких десятков человек, в том числе и его собственная. А допустить этого было нельзя. Не для того Кламски выживал в мексиканской глубинке, чтобы вернуться сюда и вот так нелепо проиграть.
Конечно же, хотелось в свою очередь отчитать руководство: и Мальченко, который инициировал произошедшее, но даже несмотря на свой опыт не углядел подставы, и Малолина, который недостаточно хорошо проконтролировал обстановку, и саму Анжелу, люди которой хотя бы для вида не оставили в квартире хотя бы килограмм дури или патронов. Ведь даже без понятых доказать причастность пребывающих в квартире было бы легче лёгкого. А теперь вот приходится сидеть здесь и думать над тем, как выйти из воды сухими.

+4

8

Стук пальцев о поверхность деревянного стола еле слышно разносился по кухне. Подперев ладонью подбородок, полуприкрыв ею рот, Анжела сидела, не спуская глаз с Кламски и внимательно слушала то, что он говорит. И многое из того, что было сказано им, совпадало с позицией коллег и её самой. Но, конечно, не всё в его версии было идеально. Безусловно, этот человек был умён и хорошо соображал, умел быстро строить логические взаимосвязи между событиями и фактами. Таких бы людей да в руководительские кресла второго отдела...
— В этом и дело, Бен, — Анжела вздохнула. — Найденная в штабе информация лишь дополняла то, что мы смогли обнаружить после изъятия оборудования 10 отдела. Поэтому то, что удалось найти позже, всем нам казалось актуальной информацией. От этого никто не был застрахован. Мы действовали наверняка.
Убрав руку, Анжела откинулась на спинку стула и отвела взгляд в сторону, задержав его на трёх иконах, что висели на стене чуть поодаль буфета. Словно оберег, способный спасти всяк сюда входящих.
— Со схемой всё в норме, — успокоила Анжела, вновь переведя взгляд на Кламски. — К счастью за пределами Москвы, настоящей Москвы, сила юридических знаний многих внутренников слабеет в геометрической прогрессии, а количество «своих» людей растёт. Например, ты знал, что в каждом из райцентров нашей страны трудятся по меньшей мере 5 человек, работающих под прикрытием? Администрация, уголовный розыск, суды... Везде есть наши люди, а некоторые наши ещё и «свои». У них большой опыт работы с органами исполнительной власти, а у местных большое нежелание лишний раз отрывать задницу от стула, и ещё большее — связываться с ГСБ. Вопросы к сотрудникам от нулевого всегда следуют, когда что-то идёт не так. Когда одни думают, что работает полиция, а другие, что работает ГСБ — никто не интересуется. А теперь соответственно начнут проводить мероприятия и выяснять, от кого поступила информация, кто приходил к дежурному, на основании чего дежурный сделал требуемые выводы... Кого-то будут искать, возможно даже выпишут ориентировки с фотороботом, но вряд ли этот фоторобот будет иметь хоть что-то общее с реальной внешностью виновника торжества, который уже сейчас обустраивает свою новую хату где-нибудь под Пятигорском, или куда там он решил отправиться. Так что в этом вопросе мы застрахованы, пусть и не с финансовой стороны. Что же до твоего плана: а что мы можем опровергнуть, например? Логотип на фургоне? Это само по себе ни в какие края, в полиции должны понимать, что логотип на машине, которую видели рядом с местом преступления, не может являться доказательством вмешательства «Легиона». Как и абстрактные личности, которых якобы видели местные в Химках. Самым весомым является видео, сделать с которым уже ничего нельзя. Все посмотрели. Все увидели русских и немцев в каких-то военных шмотках, к униформе «Легиона» отношения не имеющих. Мы должны сосредоточиться в первую очередь на том, чтобы избежать скандалов в СМИ. А для этого на СМИ нужно надавить. Тогда Мальченко, да и все вы, окажетесь в безопасности. Я попробую надавить на свидетелей в таком случае. А ты, Бен, займитесь СМИ. И лучше бы начать с небольших, но проверенных интернет-изданий, которые читают и уважают люди, а не лезть сразу на федеральный канал, который больше остальных будет продвигать версию с вмешательством «Легиона», со своим уставом. Слишком велик риск закопаться в этом ещё больше. К визиту на телевидение нужно готовиться. Хотя бы пару дней. И не в одиночку, а с целой командой специалистов. Премьера перед выступлениями обычно готовят сразу несколько управлений службы безопасности.
Анжела вздохнула и, притянув к себе термос, отпила прямо из него, обжигая губы сладким, горячим напитком.

[icon]http://forumavatars.ru/img/avatars/0010/8b/e4/115-1415108377.jpg[/icon][nick]Анжела[/nick][status]Trust no one[/status][sign] [/sign][fld4]✎: Личная страница[/fld4][fld1] [/fld1]

+1

9

Сказанное Анжелой всё ещё не казалось Бену правильным. Но, хорошо понимая, с какой силой им приходится бороться, Кламски неохотно осознавал: других вариантов просто не было. Бен вздохнул, задумчиво посмотрел в глаза молодой особистки: знали знали ли это карие очи, с чем они могут столкнуться в любой момент? Подозревали ли? Догадывалась ли Анжела, что действовать, полагаясь на интуицию и случай сейчас даже более выгодно, когда враг может просчитать любые ходы? В такие момент Бен искренне жалел, что не все ответы можно найти с помощью револьвера. Иногда это могло бы решить если не всё, то многое. И искренне радовался, что в жизни всё не так однозначно, как в шахматах.
— У нас слишком мало времени, чтобы начинать с малых изданий, — ответил Бен, мысленно соглашаясь с остальным сказанным. — Чтобы отмыть репутацию «Легиона», нам нужно действовать как можно скорее. Чем дольше мы тянем, чем дольше люди требуют от нас ответа, тем выше уровень недоверия. А Мальченко играет на куда более высоком уровне, чем просто спонсирует вооружённых головорезов, для него каждая такая акция критична. А ведь случись что, так сразу выползут все эти митингующие лодыри, которые за ужин в кафешке выходят на улицы по наводке своих координаторов. Но если мы не можем сразу сунуться на большие экраны, то нам нужно что-то, что произведёт фурор на всех уровнях информационных агентств. Взорвёт новостные каналы и порталы ваши. А заодно и заставит забыть всех про какие-то там косвенные доказательства. Я свяжусь с нашим пресс-центром, они выпустят опровержения самых элементарных вещей касаемо организации, вроде символики. И ещё: пока твои люди будут заниматься свидетелями, предлагаю заодно и квартиру пробить вместе с хозяином. У вас ведь ещё не забрали, я надеюсь, доступ к налоговой базе данных? Я работал с системой защиты нескольких подобных в Беларуси, так что с полной уверенностью заявляю: личность хозяина утаить не получится, а даже если она подставная, выйти на истинного владельца не составит труда, если он всё ещё находится на территории России. Но держу пари, что никакого откровения Ионна Богослова нас не ждёт: наверняка владельцем квартиры является очередная шестёрка, вроде тех, что были взяты в десятом отделе, и вряд ли это та шестёрка, которая много знает о своих покровителях. Обыкновенный раб, которого сманили на звон монет и шелест купюр.

+1

10

Бен-Бон продолжал гнуть свою линию даже с чем-то соглашаясь, отчего у Анжелы начинал потихоньку кипеть котелок. Даже несмотря на то, что по большей части он говорил правильные вещи, ну...
— Бен, сейчас никто не готов к молниеносным действиям, — Лаврова покачала головой. — Понимаешь? У меня нет такого количества людей, чтобы объять всё это. Станислав не на месте, Макарова вообще нет. Ответа ждут от официального представителя, почитаемого среди людей. Абы кто общественность не устроит. Не в этой ситуации. Что насчёт бомбы...
Анжела глубоко призадумалась. А что у них есть? Ответные обвинения? Это всё равно, что переложить вину на других. Вызовет лишние подозрения и ничего более. Просто опровержение? Ну какая же это бомба. А вот уличение во лжи... Здесь Крумски не прогадал. Если использовать «своих», то можно легко вывести на чистую воду и свидетелей, и полицейских, и СМИ. Но для начала, как он и говорит — выйти на владельца квартиры. Или во всяком случае попытаться.
— Хорошо, — наконец ответила Анжела. — Тогда у нас не остаётся выбора. Я готова рискнуть и инициирую официальные проверки по этому делу. Если всё пройдёт удачно, то завтра с в обед мы уже начнём: канцелярия нулевого принимает заявки до девяти. Я смогу привлечь к этому до двенадцать человек. Они займутся поисками свидетелей, я же в свою очередь наведаюсь в полицию и проведу дознание среди следственного комитета, сформированного вокруг этого дела. Узнаю, откуда они взяли эту информацию. Надеюсь успеть сделать всё до 28 числа, а затем согласовать полученные мной данные с тем, что выяснят у свидетелей. К этому же моменту мы проясним ситуацию с владельцем квартиры, узнаем как можно больше об убитых и прежних арендосъёмщиках. Когда картина будет цельной, нужно будет, чтобы кто-то выступил с официальным заявлением в крупном СМИ... Пока неясно, кто, но эту проблему мы будем решать по мере поступления.
Анжела скривила рот, стараясь не думать о возможных последствиях этой самодеятельности — Мальченко обо всём этом не знает, координировать действия с ним времени нет, Макаров... Это Макаров. Но что делать? Либо сейчас, либо никогда потом. Эту неприятность нужно было придушить ещё в зародыше.

[icon]http://forumavatars.ru/img/avatars/0010/8b/e4/115-1415108377.jpg[/icon][nick]Анжела[/nick][status]Trust no one[/status][sign] [/sign][fld4]✎: Личная страница[/fld4][fld1] [/fld1]

+1

11

После недолгих раздумий Бену пришлось согласиться с Анжелой — выйди к людям он, этого никто не оценит. Люди слишком зависимы от символов. Если Родина — то с флагом. Если свидание — то с кино и мороженным. Так и у любой превозносимой правды должен быть свой собственный символ: книга, человек или предмет. Что интересно, в крупнейших мировых религиях без исключений присутствуют все три. Хороший пример того, как старательно некоторые превозносят свою правду, способную привести к помешательству миллиардов.
— Мне нравится план, — согласился Бен, пытаясь проанализировать сказанное Анжелой — опыта работы на должности ему, к великому сожалению, не хватало, поэтому оценить то, насколько хорошо согласуются между собой все предложенные действия женщины, Кламски не мог. Зато в полной мере он мог насторожиться, вспомнив весьма недобрый наказ, что на каждом шагу оставляла ему жизнь: если что-то может случиться, оно обязательно случится. Особенно если в происходящем может быть замешан человеческий фактор. И это не говоря о техническом и временном, который ещё более-менее можно суметь проконтролировать. А когда речь идёт о внутриполитических дрязгах, коэффициент этого самого непредсказуемого фактора увеличивается в геометрической прогрессии. — Давайте и будем ему следовать. К этому времени я попытаюсь разобраться со СМИ и узнать, кто ответственен за размещение заведомо ложных сведений. На том и порешим.
Бен чуть приподнимает над головой крышку термоса и выпивает всё ещё горячий напиток, уже начиная раздумывать над тем, как быть и что делать. С чего вообще начать? Лженовости берут своё начало на Первом. Значит, и все корни нужно искать там.
— Анжела, — Бен поднимает голову, уставившись на свою собеседницу; уголки губ натянуты, как струны, а глаза обрамляет вкрадчивые прищур. — Сейчас ведь перед Новым Годом в Останкино проводят экскурсии? Может быть есть какие-то места на завтра-послезавтра, не знаешь? Я бы мог проникнуть туда под видом посетителя и как следует всех расспросить.
Кламски был уверен в себе, когда решил предложить это. Он знал, что умеет находить подход к людям и очень грамотно пользуется социальной инженерией. Вычислить пройдоху, который подготовил материал, можно просто сидя в Интернете. А вот получше узнать внутреннюю структуру телевидения, быть может надавить на главного редактора или хотя бы просто пообщаться с ним — почему нет? Это хорошая возможность найти единомышленников среди журналистов в конце концов.

+1

12

Женщина замирает, внимательно слушая предложения Крамцкевича. Раздумывает какое-то время, не отвечает сразу. Вспоминает. Анализирует. Взвешивает все «за» и «против».  Пытается понять, прочувствовать — где здесь закрался просчёт? Но не видит. Предложение выглядит слишком разумно. Разведать обстановку боем, если можно так сказать?
— Хорошая мысль, — в подтверждение своих слов Анжела издаёт козырный щелчок пальцами. — Мне это определённо нравится. Экскурсии туда водят каждый день, а сейчас спрос повышенный. Но я договорюсь, билет достанут, — на лицо Лавровой наползла невольная ухмылка. — Будем считать это оплатой моей части сегодняшнего завтрака.
Она подмигивает и, плотно закрутив крышку, убирает термос в сумку, после чего раздаётся визг застёгиваемой молнии.
— Только я об одном прошу: не переусердствуй. Никого убивать не надо. Знаю, что не станешь, но даже если что — бежать, спасаться, отпор не давать, а не то ещё сильнее себя закопаешь. Если будет нужно досье на главного редактора или ещё кого — обращайся, мигом достану всё, что может оказаться полезным. И потом не забывай: скорее всего, он заодно с Культом, как и тот, кто собирал материал с места происшествия. Нужно быть крайне внимательным ко всему. Если тебя вычислят, то домой ты в этот день уже можешь не вернуться. Понимаешь?
Анжела вздыхает и выходит из-за стола, щёлкая выключателем на стене.
— Идём. Нам некогда засиживаться. Я позвоню, когда билет будет готов.

Эпизод завершён

[icon]http://forumavatars.ru/img/avatars/0010/8b/e4/115-1415108377.jpg[/icon][nick]Анжела[/nick][status]Trust no one[/status][sign] [/sign][fld4]✎: Личная страница[/fld4][fld1] [/fld1]

+1


Вы здесь » Code Geass » Turn VI » 25.12.17. За семью замками: часть II