По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(vk, don.t.be.a.hero)

Geass-челлендж потому что мы можем.

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Чистилище » 21.12.17. Hello, Tweedledee


21.12.17. Hello, Tweedledee

Сообщений 21 страница 26 из 26

1

1. Дата: 21 декабря 2017 года
2. Время старта: 02:00
3. Время окончания: ?
4. Погода: Влажно и холодно, температура около -10, сильный морской ветер
5. Персонажи: Дочь Неба, Алиса (NPC, Кагуя), Гуан Янлин
6. Место действия: Южный Китай, Гонконг, остров Лантау, дворец Сына Неба
7. Игровая ситуация: Дочь Неба приходит в себя в неизвестном месте. Вокруг - кромешная темнота. Но одна ли она в этой темноте?..
8. Текущая очередность: Тянцзы, Алиса, Янлин вступает позже по договорённости

Созданный мной эпизод не влечет за собой серьезных сюжетных последствий. Мной гарантируется соответствие шаблону названия эпизода и полное заполнение шапки эпизода на момент завершения эпизода

Отредактировано Tianzi (2018-04-25 16:33:29)

+4

21

Готовность Янлин подчиняться Алиса встречает... Разочарованием? Да. Определённо. Где бездумная упрямость? Где твёрдые намерения стоять до последнего? Где тот самый заветный крик "ОХРАНА!!!", что наверняка давно уж вьётся ужиком в голове глупой служанки?

Конечно, на свободу крик её никогда не вырвался бы, но попытка развеселить так и актёра, и зрителя, придав представлению перцу — уже неплохо. Где она? Нету. Эх.

Рука нетерпеливо (и весьма недвусмысленно) легла аловласой дурочке пониже спины в ожидании продолжения... И тут вдруг она решает сотрудничать!

Иногда Алиса ненавидела сама себя за слишком уж большой талант в убеждении. Ну что ж, цель всяко достигнута. Пусть на пути к ней и не приключилось испытать того самого сокровенного "fun" в полном объёме, план сегодняшнего представления изначально вообще не включал никакую китайскую попугаиху. Грех жаловаться, если хоть какой-то толк с этой бездарности удалось получить.

А потом она обращается к Тянцзы. И Алисе не переводят! Ну надо же, ну надо же, какой животрепещущий поворот сюжета! Мы в восхищении!

На самом деле нет.

В награду за самодеятельность Янлин, стоит ей исторгнуть истошный клич разума к юной императрице, получает вместо свободы горячий поцелуй в шею и сжатую до боли задницу. Засос будет, как пить дать — бриташка хорошо старается. И радости-то только, что девица. Честь забрать нечем.

Хотя...

Учитывая всё случившееся...

Мало ли какой у Алисы под подолом припрятан сюрприз.

— Придушить её, и найдём ключ сами! Ишь, решила тайные разговорчики устроить!

— Справедливости ради, их секретные разговорчики не играют вообще никакой роли. Всё под контролем.

— Как ни странно, я со Стридом в этот раз. Убить её, или хотя бы избить или запугать до полусмерти! Нам нужна Твидлди, а эта узкоглазая сука явно пытается её отговорить!

— Друзья, друзья мои дорогие, где наше уважение к зрителю и вера в него? Твидлди не может быть настолько глупа. Она и вовсе, если позволите, в целом выдаётся мне особой ума никак не меньше среднего. Мы все согласились, что имеет смысл на неё посмотреть. А буквально минуты назад — ею восторгались. Мы ошиблись и она действительно поддастся Червивой? Пусть. В чём горе? Не годна! Оставим её и пойдём своей дорогой. Нам не пристало объяснять публике, где плакать, а где смеяться. Достойный зритель должен понимать!

Согласная тишина.

— А может, всё же пропишем ей парочку?!

— ЗАТКНИСЬ, СТРИД!!!

Последняя фраза горячего ответа Тянцзы, сказанная на понятном этим слушателям языке, однозначно завершила их дебаты. Алиса не осознала монолог целиком и в полной мере, но вложенных чувств и смысла завершающих слов хватило, чтобы вспомнить о былом восторге от замарашки-пленницы и немедленно исполниться отвращением к Янлин, как не способен человек принять простой крестьянской еды, вырасши на дворянских деликатесах.

Тихо зловеще захихикав, она прервала своё "развлечение об" (всю глубину и серьёзность которого мы оставим на откуп распущенности читателя) и отступила от его жертвы.

— Ап! — Хлопнула Алиса в ладоши. — Двигайся сколько влезет. Особо приятной игрушки из тебя всяко не вышло, — И выдала свой непрошенный ехидный вердикт. А главное — паралич и впрямь прошёл точно в момент встряхнувшего воздух сухого удара.

— Теперь ключи. Быстро. — Требовательно протянула она руку... Лишь чтобы тут же отдёрнуть назад. — А вообще, давай сама. Не хватало ещё отпечатки тут оставить.

На самом деле, на отпечатки Алисе было глубоко наплевать. Да и оставила уже порядком — на дверях, на фонаре, на решётке... И не только.

Зато не наплевать на впечатления служанки. Поглядев — а тем более поучаствовав — на её представление, люди не уходили без впечатлений. Не обязательно хороших.

Открыть собственноручно дверь, которую тебе доверили сторожить — отличное впечатление.

Есть идея ещё для одного — или парочки — но всему своё время.

— Сама. Дверь. Открой. — Максимально простым языком. Для верности.[nick]Alice[/nick][status]Just gold[/status][icon]https://files.catbox.moe/k7fl5v.png[/icon][sign]Now I got a new gig — let me know if you dig~
Ain't going home, so I better go big!
[/sign][fld4] [/fld4][fld1] [/fld1]

Отредактировано Sumeragi Kaguya (2018-06-13 00:16:18)

+5

22

Гуан чертовски хотелось оттолкнуть от себя девушку и хорошенько огреть чем-нибудь по её голове. Каждое её действие вызывало шок и отвращение у китаянки. Отец совсем не врал о том, что все британцы сумасшедшие животные. Алые глаза служанки зло сверлят Алису. Гуан уже сдалась задаваться какими-либо вопросами, ей просто хотелось, что бы эта безумная игра поскорее закончилась.

Янлин устало закрывает глаза. Она и забыла, что Тянь еще и юная девчонка. С одной стороны она понимает её. Понимает, что и Божественная Императрица человек. Со своими чувствами, мыслями и переживаниями. Она так же понимала, что на хрупких  плечах девушки лежит большая ответственность, что юной императрице очень тяжело, но все равно Янлин не могла это просто принять. Какой толк в искренности в такие времена? Нужен ли Китаю искренний, но глупый и безрассудный правитель?

- Он не лжец! - уверенно и громко говорит девушка.

Служанка наконец открывает глаза, разворачивается к Императрице и решительно смотрит на узницу. До разума девушки еще не доходит осознание того, что она наконец-то может двигаться по своей воле. Янлин прекрасно все знает и без Тянцзы, которая пытается сказать глупой служанке, что она служит лжецу. Не смотря на то, что она знает всю правду, Гуан продолжает уверенно доказывать каждому обратное. Потому что она действительно верила ему. Верила, что он сможет спасти их страну. Поэтому она сейчас врала Божественной Императрице, которой когда-то прислуживала в Запретном Городе. О, она помнит, как родилась Тянцзы, а какой был праздник тогда. Тогда еще матушка постоянно твердила, что это будет великой радостью служить Дочери Неба. Сейчас же казалось, что те далекие времена были словно в прошлой жизни.

- А вы сейчас идете в неизвестность. Вы можете там погибнуть, а что станет с Китаем? Почему я служу Сыну Неба? Я хочу, что бы наконец-то настал мир в Китае. Я не хочу, что бы у других детей братья умирали на войне, что бы отцы умирали от болезней, которые нельзя вылечить, если ты не какой-то богач! Народ голодает, страдает и умирает! Вы ведь это знаете, но почему же все остается прежним? Сначала вы были ребенком, но теперь вы выросли и... ничего не меняется. Тогда, Божественная Императрица, пожалуйста, скажите же, а спасете ли вы простой народ? Не тот, что уютно живет в Запретном Городе, а простой люд, что каждый день выживает и ждет следующий день в страхе и неведении! Вы ведь искренний правитель, да? - Янлин делает паузу и наконец-то понимает, что она способна двигаться. Она на секунду оборачивается и смотрит на Алису, пытаясь понять, что эта британка способна сделать с ней еще. - В тот момент, когда гражданская война может закончится...вы бежите? Когда вы можете прийти к общему соглашению, то вы хотите уйти? Обрекаете нас на страдание и дальше. Подумали ли вы о народе, а не о том, как поскорее вам хочется в теплую комнату? Бесполезно. Это все бесполезно. Такими темпами наша страна умрет.

Как же все было глупо. Янлин вздыхает, злится и проклинает свою беспомощность. Что может сделать обычная служанка в гражданской войне? Она не политик, не военная, не обладает Гиассом. И когда появился крохотный шанс на то, что Дочь и Сын Неба смогут поговорить, то этот крохотный шанс растаптывают в ничто.

Гуан догадывалась, что Алиса может вернуть контроль над ней настолько же быстро, как она его и развеяла каким-то чудесным способом. Поэтому оказывать сопротивление именно сейчас было глупо. Стоило сразу после побега двух девушек броситься к охране за помощью и поймать их. Отпечатки эта безумная все равно оставила здесь предостаточно, а потому как-то изощряться для того, что бы Алиса потрогала еще и ключи было лишним. Служанка достала из кармана ключи от темницы и не спеша открыла путь для Императрицы.

- Прошу, не оставляйте все так, - шепотом произнесла девушка для Императрицы. 

Янлин не была уверенна насчет чего она это произнесла. Про побег или про всю ситуацию с гражданской войной в целом? Неважно. Вряд ли слова обыкновенной служанки хоть как-то достигнут мыслей Дочери Неба.

Китаянка отходит в сторону, пропуская юную правительницу вперед.

+6

23

На секунду перехватывает дыхание. Столько случилось, события осыпались снежной бурей на голову, но всё же так сложно привыкнуть, когда кто-то перебивает и перечит самой императрице! Громкий девичий голосок. Дочь Неба ещё неопытна в социальных взаимодействиях, ей редко возражали столь прямо прежде. Не набралась ещё девочка стальной твёрдости. Той, что положена Железной Хризантеме – а ведь именно такой её в будущем хочет видеть Хоу Шан.

А служанка Сына Неба продолжает говорить.

Тянцзы перебирает свои слова в голове – такие правильные, такие искренние, но выглядящие бурей детских капризов сейчас. Так контрастирующие с уверенными речами служанки. С её решительным разворотом, горящим взглядом, блеснувшим в темнице. Как девица смотрела на Алису только что? Тянь всё это время лицезрела лишь затылок и густую копну алых волос, но, тем не менее, она знала, видела, чувствовала, что британка делает с ней.

Алиса – притягательно пугающая, завораживающе двигающаяся, полуреальная, будто вся состоящая из жутких магических чар.

Безымянная китаянка – прямая и честная, явно верящая в собственные убеждения, по-человечески просто нажимающая на больные точки. Неглупая, вероятно. Раз говорит то, что несомненно должно взволновать маленькую императрицу. Наверняка много слышала о ней, видела то трепетное выступление на телеэкране.

«Такими темпами наша страна умрёт».

Ещё месяц назад Тянцзы прониклась бы таким обращением целиком и полностью. Вероятно, прониклась бы и девушкой, его произносящей. Быть может, чем чёрт не шутит, даже мимикрировала бы под её воодушевлённую точку зрения — до тех пор, пока не подвернётся новая, более яркая.

Сегодня, в самую длинную ночь в году, потерянная, не понимающая себя девочка ступает из-за открытой решётки. Ступни касаются пола невесомо, точно плоть призрачна. Словно в полусне, она останавливается между девушками. Обе молодые, невысокие, такие разные, оказавшиеся неведомым образом вместе в тесном помещении… Символический выбор между добром и злом. Если бы Тянцзы могла анализировать ситуацию сейчас, ей бы точно пришла на ум эта древняя, как мир, аналогия.

Золотые рыбки в голове кружатся вихрем. Ни одну не рассмотреть.

Не понять.

— Как тебя зовут? — спрашивает она у китаянки. Короткий вопрос невесомой пушинкой тонет в тишине. Взгляд собеседницы всё такой же, как был — контрастирует со смешными детскими истериками несколько минут назад. Этот контраст вызывает новую волну смущения, а вместе с ней — смутно осознаваемое раздражение.

Эфемерное движение рыбок в сторону Янлин угасает, не успев начаться.

Тянцзы медленно встаёт рядом с Алисой. Чуть за спиной. Сразу чувствуется превосходство:  не за хрупкой девушкой стоит ведь, за целой фракцией.

— Она ведь не даст нам уйти, верно? Нужно запереть её здесь.

+7

24

Да как она смеет.

Отпустив попугаиху, начавшую свой чувственный монолог — нет, простите, РЕЧЬ! — на тарабарском ещё в процессе, Алиса осталась крайне поражена и недовольна её поведением.

Шутка ли: её проигнорировали! Её. Алису. Да такой цирк в эту деревню ещё лет триста не приедет! И какая-то вшивая служанка смеет оставить без внимания подготовленное лично для неё представление!

Возможно, когда-то в детстве мама учила Янлин игнорировать приставания плохих людей. Мол, увидят что не весело к ней приставать — и отвяжутся. И вроде бы совет дельный, разумный, хороший в целом... Но есть цимес.

Некоторых людей крайне бесит, когда их игнорируют.

В потёмках обширного сознания Алисы поднялся громкий гомон и гвалт, громче всех над шумовыми волнами которого воспарил зычный бас Стрида, заткнуть которого в этот раз у Катрин уже не получалось.

И последней нотой, самым звонким аккордом в какофонии безмолвного, кипящего возмущения всей фракции, стали тихие шлепки босых ног бывшей пленницы сначала к своей освободительнице, а потом — слегка за спиной.

В парламенте подымается торжествующий (и всё же гневный) вой.

— Она ведь не даст нам уйти, верно? Нужно запереть её здесь.

— Oh, yes. — Вкрадчиво, медлительно согласилась Алиса с недоброй улыбкой. Пусть Червивая изобразила безразличие к первому акту, второй-то уж точно не оставит её равнодушной. Ещё и теперь, когда диву распирают эмоции.

Лицо Янлин, беспомощно наблюдающей выбор Тянцзы, доставляет совершенно особый вид наслаждения. А затем она открывает рот, и пытается ещё что-то вякнуть своей "драгоценной" императрице, не способная принять её решение.

Что-то. Неважно, что.

Потому что её "вяк" обрывается резким ударом в скулу от внезапно шагнувшей к служанке Алисы. Изо всех немалых сил, и плевать на вездесущее кунг-фу. Пусть покажет его, если и впрямь может. А? Не может?

Ну надо же.

Улыбка Алисы изгибается чуть сильнее, растеряв любые даже попытки прикинуться чем-то кроме оскала безумца. Пальцы побаливают — значит, хорошо заехала. Качественно. А хруст был? Да неважно.

Стрид услужливо подсказывает новое место, и второй удар прилетает Янлин уже в живот, так что ей придётся вшатнуться в камеру. За решётку, безопасность которой должна была ревностно хранить.

— Что-то ты расщебеталась, — с не предвещающей ничего хорошего певучей лаской отмечает "бриташка", без малейшей нежности перехватывая жертву поудобнее и, прибавляя ещё живительных тумаков если вздумает дрыгаться, резво, грубо, утилитарно её раздевает.

Раньше служанку, оказывается, насиловали вежливо. А теперь будет уже жёст— А, что? Нет?

Несколько голосов, требовавших продолжения банкета прямо на глазах у Тянцзы, тонут в куда более массовом гомоне призывающих к искусству творцов. И избитая, сжавшаяся на холодном полу голышом китаянка остаётся нетронутой. В каком-то исключительно физическом смысле.

Верхняя одежда Янлин — всяко более неприметный, чем нынешнее тряпьё беловласой пленницы, наряд — изъята (вместе с обувью!) для маскировочных целей. А бельё... Бельё Алиса попросту сорвала прочь из чувства мести за безразличие чуть раньше. Могла бы оставить на месте. Могла бы. А служанка могла бы проникнуться действом.

Обе не стали.

— Одевайся. — Вручила спасительница тючок ещё тёплой ткани "Божественной императрице" с прежней, уверенной, весёлой улыбкой чётко знающего, что делает, человека. И, громко лязгнув дверью в решётке, заперла её, а ключи бросила просто в угол "свободной" половины камеры.

Пожелала изобразить невосприимчивость, изволила не проникнуться происходящим, даже собственноручное освобождение бесценной узницы не проняло? Отлично. Твоё право, милая.

Зато вот как тебя с утра тут нагишом найдут (и так же на допрос потащат, знаем мы этих китайцев) — вот тогда-то тебя проймёт. Обязательно.

Кратко задумавшись о грядущем и получив от парламента горячее одобрение, Алиса позволила себе кратко хихикнуть.

— Нам нужно убираться отсюда, милая Твидлди. И поскорее. Дорогу я знаю, что-нибудь тёплое для тебя тоже у Червивой в шкафу возьмём. — Приглашающе распахнула она дверь с манерным поклоном. Императрицу ведь ворует, а не крестьянку, ба![nick]Alice[/nick][status]Just gold[/status][icon]https://files.catbox.moe/k7fl5v.png[/icon][sign]Now I got a new gig — let me know if you dig~
Ain't going home, so I better go big!
[/sign][fld4] [/fld4][fld1] [/fld1]

+6

25

Бесполезно. Она так и знала. Разочарование, смятение и растерянность. Янлин в бессилие вонзает свои ногти в ладони так, что на коже образуются красные полумесяцы. Ей бы хотелось возненавидеть Тянцзы, но мысленно она все еще почему-то оправдывает юную Императрицу. Ненависть слишком громкое слово. Презрение. Идеально. Алые глаза  девушки провожают взглядом уходящую от неё Тянцзы.

- Мое имя Гуан Янлин, Божественная Императрица, - отвечает служанка Сына Неба бесстрастным голосом. Зачем? Это имя исчезнет из памяти Дочери Неба через какие-то считанные минуты, когда все её мысли захватит побег и Алиса. Да и не такие слова она хотела услышать от правительницы. - Вы...

Китаянка раскрыла рот для еще каких-то слов, но не суждено Тянцзы более услышать слов служанки. Удар Алисы был неожиданным и сильным. Черт, а о ней китаянка немного "забыла" и это было ошибкой. Янлин машинально касается ударенного места ладонью, шипит от боли и с яростью смотрит на британку. Живот получается как-то прикрыть рукой. Удары у британки точные и сильные. Девушка от удара отталкивается назад и занимает место Тянцзы за решеткой. А ведь именно Янлин клялась не допустить побега Императрицы из темницы. Китаянка брыкается, извивается как уж на сковороде, даже успевает пнуть Алису куда-то, но это никак не мешает британке раздеть служанку.

Стыд.

Боль.

Позор.

Гуан хватается пальцами за холодные прутья решетки. Совсем как Тянцзы. Только Императрица не смотрела на загадочную британку смесью гнева и ненависти.

- Будь ты проклята!

И пусть  Алиса ничего не поймет на китайском. Китаянке было необходимо выплеснуть свою злость и боль от ударов британки. Гуан была невероятно ничтожной и беспомощной, что злило её еще больше. Ей только оставалось кусать свои губы и наблюдать, как странная девчушка уводит Императрицу из темницы. Осознание всей ситуации полностью как-то еще не доходит до головы служанки. Эта ночь казалась сумасшедшим аттракционом на который еще затащила силком Алиса. Девушка всей душой желала, что бы это безумие оказалось простым ночным кошмаром. Сейчас она проснется, запустит руку под подушку и обнаружит ключ от решетки Императрицы. Только почему она все никак не может очнуться?

Янлин кричит. Пытается разбудить хоть кого-то в огромном дворце. Неужели вся охрана сладко спит или выведена из строя силами Алисы? Да не может этого быть! Здесь было холодно. Янлин поняла это только сейчас. Она стягивает с бывшей постели Императрицы покрывало и кутается в него. Китаянка присаживается на постель, но у неё нет и мысли о том, что бы лечь спать. У неё не было сил, как и не было желание спать. Хотелось просто провалиться сквозь землю.

+4

26

好一朵茉莉花,
好一朵茉莉花,
满园花开比也比不过它,
我有心采一朵戴,
又怕来年不发芽.

Что есть реальность?
На золотых стенах Цяньцигуна кто-то кропотливо и каллиграфично выписал разные иероглифы сколько-то там сотен лет назад: мудрые изречения, постулаты древних философов. Перед великими стенами солдаты Шана рвано и бездумно рявкали красивые, но чужие слова. Они эхом звучали в голове пятилетней тогда девочки. Так гулко, словно черепная коробка её совсем пустая. Готовое вместилище для национальной идеи. Прозрачный хрупкий сосуд.

Пальцы Алисы жестоко шарят по телу Гуан Янлин. Это настоящее насилие, здесь уже нет лукавости, полутонов, теневых моментов, осознать этот факт совсем просто. Очевидный, голый, ха-ха, факт. Кожа – бледная, видны сосуды и прожилки. Красота свежего, но при этом оформившегося женского тела. Тянцзы с глуповатым видом смотрит за беспомощными барахтаньями служанки и рывками её мучительницы, похожими на движения профессионального маньяка. Видит мелькнувшие розовые соски, видит плоский беззащитный живот, и дальше… На языке – горечь девичьего стыда, да не своего. Этого чувства девочка ещё не знает: почему надо краснеть и судорожно закрывать нежную плоть от кого-то, кто груб? Прятаться от злых рук и бояться того, что между чужих ног? Не знает, но интуитивно понимает. И с ужасом ждёт продолжения.
С ужасом и… интересом?
А что если у неё, между ног, там… Вдруг так тоже бывает?!

Бывает по всякому, малышка. Так происходит людская жизнь. Так происходит и война, кстати, по мановению твоего царственного пальчика.

Такой бывает даже любовь.

Но куда уж тебе это понять, глупенькая.
Лучше просто не думай.

По каким-то ведомым одной лишь ей мотивам, Алиса останавливается, сжалившись над Янлин. Тянь ловит теплый тряпичный ком с первого раза: исключительно удачно для неуклюжей девочки, надо заметить. Пару секунд нерешительно мнёт его в руках, потом, видя, что Алиса завершает представление и запирает клетку – следует правилам игры, облачается в непривычную плотную одежду. Давать заднюю поздно, гостья сдержала своё слово, и теперь не потерпит отступлений. Впрочем, об этом Тянцзы и не думается. Чужая непривычная ткань стирает ненужное с её тела, как тряпка с меловой доски. И чем больше скрыта императорская плоть, чем глубже спрятано шёлковое бельё и нежная кожа – тем легче на душе.

Воспалённое сознание находит спасение от самого себя и прячется в незнакомо пахнущую шерсть.

Тянцзы перестаёт барахтаться. Вокруг неё смыкается тьма.

Народ Китая так любит, так верит в свою императрицу! Даже самые суровые критики малолетней властительницы Запретного Города сходятся на том, что пусть она и неопытна, но – хороший чистый человечек. Этим же восхищается Синке, где бы он ни был. На этом же фундаменте хочет вылепить свою железную хризантему Хоу Шан. Кажется, никому в принципе ещё не пришло в голову подвергать сомнению этот факт.

А Цзян Лихуа, тем временем, выходит из камеры. Она не оборачивается на страдающую Янлин, ей даже не приходит в голову сказать «прости» и подумать о судьбе несчастной служанки. Она не останавливается, чтобы поблагодарить Алису или спросить о дальнейшем пути. Она просто идёт. У неё впереди – темнота и целый остаток ночи.

А там посмотрим.

Эпизод завершён

+5


Вы здесь » Code Geass » Чистилище » 21.12.17. Hello, Tweedledee