По любым вопросам обращаться

к Nunnally vi Britannia

(vk, y_kalyadina)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Флешбеки » 15.07.07-20.01.17. Осколки прошлого.


15.07.07-20.01.17. Осколки прошлого.

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Наш жизненный путь усеян обломками того, чем мы начинали быть, и чем мы могли бы сделаться.
Анри Бергсон.

1. Дата: 15.07.07-20.01.17
2. Персонажи: Фредерик Леннокс, Чарльз Леннокс (нпс), предыдущий герцог Ричмондский и прочие персоналии из семейного прошлого.
3. Место действия: территория СБИ: Калифорния, Флорида, Аризона – особняки и поместья герцогства. А так же иные территории и сектора.
4. Игровая ситуация: маленькие зарисовки из прошлого герцога Ричмондского. Первые воспоминания, важные решения и опрометчивые поступки. Яркие краски безоблачно счастливых мгновений и великолепно беспросветная тьма отчаяния и потерь.

Отредактировано Frederic Lennox (2017-09-21 21:51:56)

+2

2

15.07.07. СБИ, Калифорния, малая летняя резиденция герцога Ричмондского, близ Португес-Бенд.

Как думаешь, я когда-то был маленьким?

Какие они, первые воспоминания? Наверняка тёплые, приятные, трепетные.
До слёз на глазах – радостных, от счастья.

Яркое солнце и бескрайняя поляна – в шесть лет загородное поместье кажется целым миром. А, может быть, и есть – целый мир. От этого в нём так страшно заблудиться и потеряться! И ведь немудрено – когда травы на лугу куда выше твоего собственного роста. Но он не боится. Никогда не боялся. Нет, не потому что храбрый. А потому что рядом старший брат. Им все гордились: и мама, и папа, и родственники. Даже учителя. Хотя сам Фредерик находил их суровыми и страшными! Зато брат их совсем не боялся. Все гордились будущим наследником. И Фредди тоже им гордился. Всем целиком, всем разом. Потому что не может быть плохим – наследник рода!
- Сколько цветов! А бабочку я так и не поймал!
Маленький мальчишка едва не спотыкается о набранный букет, протягивая тот брату. Море полевых цветов, сорванных так неаккуратно – некоторые даже с торчащими корнями – это всё кажется сейчас таким не важным.
- Есть такие бабочки, которых даже ты поймать сможешь. Я тебе куплю и привезу, чтобы ты не огорчался.
Авторитетно заявляет брат, Фредерик только виновато улыбается. Ну почему он не такой, как он? Не такой сильный, умелый, выносливый и сообразительный. И шаг, который отделяет братьев друг от друга сейчас, вдруг кажется целой пропастью, от чего Фредди отступает назад.
- Куда ты столько цветов набрал?
Брат смеётся, подхватывая неаккуратный букет на руки. Младший улыбается и смеётся тоже, не успевая сказать, что это – для мамы.
- Смотри – салют!
И под громкий смех все собранные цветы летят в небо, высоко, падая тут же вниз, на головы братьям, им же – под ноги. Фредерик смеётся тоже. Ведь не важно, для кого цветы, если они приносят счастье здесь и сейчас.
- Прям как корона!
Он всегда восхищается братом. Всем им и сразу: всеми его делами, поступками, словами. И даже случайно упавшими цветочками, что зацепились за тёмные волосы.
- Вот как стану Королём!
Нет, всё совсем не так. Он уже король. Хотя бы для младшего брата, который смотрит на него снизу вверх зачаровано и трепетно.
- Ваше Величество!
Низкий поклон мальчишки не такой правильный и изящный, как приличествует этикету, зато – искренний и честный.
- А ты будешь мне служить предано, мой верный пёс?
Вопрос брата застаёт врасплох, и Фредерик только нахмуривается – пытаясь казаться старше, взрослее, как брат.
- Я – г’аф!
Протестует маленький лорд. Но хмуро сведённые бровки у переносицы вызывают только снисходительную улыбку у старшего брата.
- Пёс.
Зачем-то настаивает на своём Чарльз, но Фредди знает, что он… шутит?
- Гав!
И почему это тоже кажется ему забавным? Яркое солнце, бесконечная, цветная поляна, громкий смех и только единственное мгновение. И это мгновение – есть жизнь.

Но вот чей-то голос окликает детей: кто-то приехал в гости, нужно поприветствовать. Это ведь важно – всегда казаться такими правильными.
- Бежим!
Фредерик спотыкается почти сразу – он ведь не такой же сильный и быстрый, как его брат. Не так-то просто перешагнуть пропасть в семь лет – ровно на столько отстаёт младший от старшего. Но он всегда хотел догнать. Обязательно! Когда-нибудь. Пусть он всего лишь запасной, зато он будет лучшим запасным своего лучшего Герцога! И пока мальчишка встаёт на ноги, Чарльз убегает дальше, и дальше, исчезая в стороне чинного здания, стоящего на холме. А там – люди. Мама и папа, дядюшка и добрый старый дворецкий. Фредерик со всех ног бросается вслед за братом, но куда уж там ему: с его тонкими ножками, да ростом, едва ли выше цветов. Тяжелое дыхание рвётся из груди, и мальчишка останавливается. Яркое солнце, бескрайняя поляна и тысячи цветов… Только теперь он один.
«Что, если я останусь здесь, и меня потеряют? Совсем. Навсегда. Чтобы не было меня. Чтобы был только он. Один. Единственный и такой хороший».
Вдалеке слышатся радостные голоса и смех. И Фредерик, решивший было остаться здесь, всё же идёт к большому дому – такому огромному и… чужому? Да. Всё именно так, как и должно быть.
- Идём! Там дядя Арчибальд пришёл.
Мальчишка удивлённо поднимает голову на голос.
«И почему ты никогда не забываешь про меня? Ведь я не такой. Я только…»
Крепкая, уверенная рука, протянутая Фредерику, кажется ему такой сильной, что он медлит, осторожно протягивая свою ручонку.
- Не отставай. Я всегда. Буду рядом.
И откуда-то берутся силы – вместе со слезами на глазах, но маленький лорд быстро вытирает лицо ручонками, изо всех сил пытаясь не останавливаться и поспеть за братом. За старшим. За сильнейшим – наследником рода. За его личным Королём.

Отредактировано Frederic Lennox (2017-09-04 23:35:17)

+4

3

19-20.12.08. Семейный особняк герцога Ричмондского, недалеко от Пендрагона.

Ценные решения и детские капризы.

Я стану второй частью предложения, которое начинается с тебя.

- Братик так редко приезжает домой, потому что он очень занятый и умный. А ещё он самый настоящий политик, и полководец, и Король, и вообще!
Бойко рассказывал Фредерик своим игрушкам в игровой, гордясь братом.
- Но завтра у меня день рождения, и братик обязательно приедет. Он обещал мне! И даже сказал, что привезёт какой-то сюрприз. Я так жду брата!
Всё утро и вечер предыдущего дня в имении говорили только о приезде Чарльза, маркиза Ричмондского. К такому событию поместье было прибрано, а в сад из теплиц высажены новые цветы. Белые розы, что так любил молодой наследник. Фредерик ждал брата с замиранием сердца – он не видел его несколько месяцев, и до ужаса соскучился. Почему-то мальчишке казалось, что Чарльз непременно вырос ещё, и теперь до него совсем не дотянешься! И наверняка стал куда умнее: учился маркиз у лучших преподавателей, действующих политиков и прочих очень умных людей.
Последние часы до приезда брата Фредерик провёл стоя на балконе – отсюда открывался самый удачный вид на дорогу, ведущую к поместью. И когда показались две дорогие машины – маленький лорд тут же бегом направился вниз, встречать брата. Разлука, длинною в несколько месяцев, была ужасно мучительной. Но последние минуты перед встречей казались особенно невыносимыми. И вот он – самый важный момент: брат появляется на пороге. Фредерик едва сдерживается, чтобы не рвануть к нему сразу: но о манерах и этикете говорят ему слишком часто, следует соответствовать, поэтому маленький лорд остаётся на месте, радостно улыбаясь брату.
- Ваше Сиятельство, вас желал видеть ваш отец сразу по приезду. Он ожидает вас в своём кабинете.
Сообщают брату и он, проходя мимо младшего, лишь на секунду кладёт ладонь тому на голову, улыбаясь. Фредерик улыбается тоже, и знает, что после он непременно получит брата в своё полное распоряжение.
И опять тянутся минуты ожидания. Но, предвкушая что-то хорошее, мы часто забываем и об обратной стороне происходящего.

- Нет. Ужас. Кошмар! Я не должен был… Отец, он разочаруется во мне!
Страх брата перед отцом и его отчаяние передалось и Фредерику. Он тоже напугался, чуть не расплакавшись. Стоя у огромного окна залы, мальчишка с ужасом рассматривал осколки большой вазы, что упала, когда Чарльзу зачем-то понадобилось поднять и переставить её на окно. Вот зачем? Он и так был для Фредерика самым сильным и самым лучшим! Для чего он так?
- Как же… всё не должно так случиться!
Крикнул Чарльз, с силой пнул большой осколок от вазы, да так, что он пролетел до стены, тоже разбиваясь на осколки. Фредерик вздрогнул.
- Надо позвать слуг, чтобы они всё убрали и ничего не сказать отцу.
Такое решение казалось Чарльзу вполне хорошим. Леннокс же нахмурился.
- Но эта ваза нравилась папе. Так нельзя! И он заметит, если её не будет тут!
Возмутился маленький лорд, и отчего-то испугался странного взгляда брата.
- Скажи, что это ты.
Выпалил брат, и мальчишка ошарашено уставился на того. Сказать? То есть – соврать?! Разве это может быть правильным решением?
- Тебе всё равно ничего не будет – ты маленький.
Важно пояснил брат, кажется, вполне успокоившись. А вот Фредерику было совсем не до спокойствия. Как же так, ведь это он говорил брату, чтобы тот не трогал вазу. Он предупреждал! А в итоге, что, виноватым быть ему?!
- Но я… говорил, чтобы ты не делал этого!
Возмутился Леннокс, насупившись. Он не хотел быть виноватым. Ещё больше он не желал врать отцу. Ведь если он так скажет, то солжёт.
- Какая разница? Она всё равно разбилась. И если бы ты её решил поднять или переставить – то она разбилась бы так же!
Удивлению Фредерика нет предела – он уже не боялся и не возмущался.
- Но я её не трогал! Потому что нельзя её трогать! Не зря запретили!
Из-за всех сил попытался доказать мальчишка. Но кто его слушал?
- И что?
Маленький лорд поднял сердитый взгляд на брата и тут же опустил голову. Тот смотрел на него холодно, будто всё уже решил, и другого варианта нет.
- Ты сам виноват, что так сделал.
Ещё упрямился Леннокс, не понимая, почему всё обернулось именно так.
- Герцоги не совершают ошибок. Понял? Так что – виноват ты.
Разумеется, Фредерик не был согласен с этим, обидевшись. Но в чём-то брат был прав: герцоги действительно не ошибаются. Если отец видел наследника в Чарльзе, значит, это было правильно. И никак нельзя ему разочаровываться в том, кого он выбрал в преемники. Выходит, что выхода действительно нет.
- Ты не герцог пока что.
В этом предложении звучит предупреждение совсем о другом. О том, что воспрещается превышать свои полномочия: он знал это, его учили. Разве думал о том же брат? Судя по надменному и холодному взгляду – нет.
- Я им буду. В отличие от тебя. И вообще – это приказ. Так что – выполняй.
А ведь Фредерик так ждал брата. Ради вот этого?! Сюрприз, да?
- Ты мой пёс. Не забывай об этом.
Милостиво напомнил Чарльз, удивив Леннокса. Зачем он сейчас вот об этом? Все уже поняли, что это не шутка. Так для чего каждый раз говорить?
- Гав!
Решительно и крайне зло высказался Фредерик. И подумал о том, а не цапнуть ли брата за руку. Прям зубами – он же пёс! Но отчего-то не стал.

Как водится в таких семьях, какой была семья Ричмондских, наказания избежать не удалось. Потому что причина «ты маленький» была не только не веской, но и считалась вовсе недостойной рассмотрения. Здесь никто и никогда не делал скидок на возраст, состояние здоровья и неспособность к чему-то. Герцог судил исключительно по заслугам. И у кого их не было – предпочитал не видеть и не замечать присутствия таких вовсе. Каких заслуг можно достичь в семилетнем возрасте? Похвала учителей, отличное поведение, знание манер, умение поддержать разговор. Фредерик помимо этого отлично скакал на лошади, достойно играл в шахматы, неплохо рисовал пейзажи. А так же увлекался чтением, интересовался экономикой и вместе с учителем писал свой первый бизнес-план, собираясь порадовать им отца как-нибудь через месяц. Родись он первым, или будь единственным сыном, пожалуй, он стал бы лучшим. Но у него имелся старший брат. И все успехи Леннокса невольно, а иногда – намерено, сравнивались с достижениями Чарльза. Пожалуй, только упрямство маленького Фредди вело его исключительно вперёд, заставляя не останавливаться. А ещё он не желал огорчать родителей. Леннокс не хотел стать лучше брата. Он собирался быть достойным его, достойным своего отца и положения. Не более того.
- Недельное отсутствие сладостей и десертов, полагаю, послужит тебе хорошим уроком и научит не трогать того, к чему запрещено прикасаться.
И почему мальчишка не удивился ни строгому тону отца, ни высокомерному взгляду брата? Хотя последнее кажется обидным, но Фредерик не обратил на это внимание. Он любил Чарльза, папу, маму, сестру, и видел правильным оберегать и защищать их всех. Не важно, какими способами, целями и от кого именно. Пусть даже от самих себя. Пусть даже жертвуя чем-то.
- Но у меня завтра – день рождения.
Попытался возмутиться Фредерик. Ведь обидно же – остаться без сладкого в такой день. Это несправедливо! Тем более, не он на самом деле разбил вазу. Признаться? Рассказать правду? Но тогда получится, что он предаст брата.
- Тебе следовало подумать об этом прежде, чем трогать дорогие вещи.
Голос отца так же суров и непоколебим. И Леннокс сдался, даже не начав своего сопротивления. Ведь это брат должен быть лучшим для отца!
- Идём, сын. Нам следует обсудить одно дело…
Сын. Разумеется, отец обращался к старшему. К своему преемнику. К будущему герцогу. К тому, кто не совершает глупых ошибок. Как… Фредерик. Но вся правда в том, что Леннокс не был виноват. Глядя в спины удаляющихся по длинному коридору брата и отца, помимо обиды мальчишка не испытывал никаких иных чувств. Спустя минуту он уже со всех ног бежал к себе в спальню – чтобы спрятаться там под одеяло и представлять, будто его все ищут, и никто не может найти, потому что Фредерик умеет профессионально скрываться, как какой-нибудь шпион из фильмов. Правда, никто и не искал младшего. Но ему было приятно думать иначе.
- А ведь завтра будет торт. Как я люблю – со взбитыми сливками и вкусными ягодами…
Пожаловался мальчишка одеялу. Обречённо вздохнул и укутался сильнее, кажется, случайно заснув. Нашли и разбудили его только к вечеру.

На ужин маленькому лорду действительно не досталось сладкого, и надеяться на то, что завтра отец вдруг смилостивится, было крайней глупостью. Фредерик не считал себя глупым. Но торта всё же хотелось.
«Может, брат догадается принести мне кусочек? Ведь он прекрасно знает, что я – не виноват. А если знает, наверное, ничего страшного не случится, от того, что я съем кусочек. Это же мне брат принесёт».
Задумчиво рассматривая дверь, Фредерик сидел за столом в своей комнате, попутно бездумно листая учебник по математике. Он недавно познакомился с новым преподавателем по экономике, и теперь математика казалась какой-то глупой наукой, которая считала яблоки в карманах детей и отбирала у них по одной сливе. Простые задачки были спешно заброшены, и всё внимание трепетно уделялось системам производства и основам распределения. Всё правильно – если брат будет политиком и Королём, то ему однозначно потребуется капитал. Много капитала! И Фредерик его заработает!
Дверь в комнату неслышно распахнулась, маленький лорд радостно вскочил со своего места, уже представляя, как брат будет рассказывать о его тайных похождениях на кухню за куском торта для Фредерика. Но в комнату вошла няня. С тарелочкой, на которой величественно располагался десерт. Мальчишка удивился, и почти обрадовался, благодарно глянув на женщину. Но тут же вдруг нахмурился, так и не взяв тарелку с пирожными.
- Убери. Мне не нужна твоя жалость.
Решительно, так же строго и уверенно, как говорил отец, произнёс Фредерик, глядя на няню холодно, сурово. Та смотрела на ребёнка снисходительно, чуть улыбаясь. Ведь глупый ещё, молодой господин, от сладостей отказывается.
- И я…
Маленький лорд не нашёл сразу, что сказать. Но уже через несколько секунд стало понятно, что от него требуется решить всё раз и навсегда. Остаться ребёнком, который тайно поедает сладости наперекор запрету отца. Или стать графом, который верой и правдой служит своему герцогству.
- Я не люблю сладкое! Унеси это.
Приказы следует исполнять. А принятые решения – доводить до конца. У Леннокса были отличные учителя, которые успели научить его всему необходимому для принятия собственных решений. Фредерик тоже взрослый. И тоже – сильный! Если кто-то ещё не понял этого – то он докажет. Он не младенец, чтобы его жалели. Он – лорд. Поэтому он выполняет приказы. И, соответственно, его приказы тоже выполняются его подчинёнными. Поэтому няня была срочно выставлена из спальни Леннокса.

Количество сочувствующей публики на следующий день совсем не увеличилось, несмотря на поражающее разнообразие пришедших гостей и родственников. Маленький Леннокс оповестил сразу и всех о своей нелюбви к сладостям и, особенно, десертам с взбитым кремом и ягодами.
Сюрпризом от брата оказался всё тот же торт, о котором Фредерику было известно чуть ли не неделю назад… И, несомненно, на уговоры съесть хоть кусочек юный Леннокс так и не поддался, за что прослыл крайне упрямым ребёнком. Брат для него старался, а он, а он! Вот же, воспитали. Избаловали! Фредерик прекрасно знал, как именно старался для него Чарльз. И как именно старался Младший для него. Судя по нерешительному взгляду брата, который всеми способами старался не смотреть на Фредерика, он тоже знал.
С того времени Леннокс решил раз и навсегда: не важно, что ему запретят. Не важно, чем его смогут наказать ещё – он перестанет привязываться к разным глупостям, и не будет иметь собственных слабостей. Такие решения люди, пожалуй, принимают ближе годам к тридцати, но так уж вышло, что маленький Леннокс решил это в свои восемь лет. А потому что он должен быть сильным, как брат. Нет. Он должен быть лучше него! Чтобы опять спасти честь Чарльза, любой ценой. Спасти своего Короля.

Отредактировано Frederic Lennox (2017-09-04 23:41:12)

+3

4

14.05.09. Семейный особняк герцога, недалеко от Лос-Анджелеса.

Мы сами портим наши сказки.

Но лучше быть послушным, верным псом,
А не с цепи сорвавшейся собакой.

Брат пропадал в делах, работе и учёбе всё больше и чаще: Фредерик не обижался на него. Ведь Чарльзу надо стать отличным герцогом! Поэтому брату и нет времени на игры с младшим. Но ничего, он и один справится. Не беда. Но как только стало известно, что Чарльз едет домой на пару дней, Леннокс сразу же обрадовался. Вдруг, брат найдёт время, чтобы сыграть с ним в прятки или ещё во что-нибудь – это совершенно не важно! Фредерик готов был играть с братом во что угодно: в шахматы, в войну или просто почитать какую-нибудь интересную книжку, как когда-то давно, в детстве.

Брат приехал в особняк в крайне отвратном настроении, что Фредерик понял сразу же, интуитивно, ещё до того, как столкнулся с ним напрямую. Из-за неизвестного Ленноксу события, герцог отказал Чарльзу занять на пару дней городской дом в столице. А ведь брат так хотел привести туда своих друзей. Фредерику было обидно за Чарльза, но он считал, что отец ни за что не поступил бы с ним так просто из-за собственной прихоти. Были причины. Брату эти причины категорически не нравились. Младший ничем помочь не мог и злился на себя, что такой маленький и никчёмный. Вот был бы он взрослым, то обязательно бы приказал отстроить огромный дом для брата, прямо в центре столицы! И Леннокса пока не беспокоил ни тот факт, что герцоги как бы куда состоятельнее графов, ни то, что Чарльзу по умолчанию отойдёт всё основное имущество отца, как только он унаследует титул.

К вечеру Фредерик всё же сделал отчаянную попытку пробраться к брату. Захватил с собой свои любимые мягкие игрушки: белоснежного зайку и плюшевого медвежонка, который, когда-то очень давно, сильно нравился Чарльзу. Вдруг, он тоже про это вспомнит и согласится поиграть?

- И какая нелёгкая тебя принесла?
Мальчишка замер на пороге, не шагнув дальше: его ведь не пригласили. И, кажется, он действительно зря пришёл. Вон, как брат сурово смотрит.
- Если это мать тебя надоумила, передай ей, что пусть сама с тобой и нянчится. А у меня дела. Работа! Да я не успеваю ничего!
С чего брат вообще взял, что с ним нужно возиться? Он взрослый уже.
- Я сам. Я хотел… Спросить. Как твоя работа? Тебе очень тяжело, да?
Поиграть. Фредерик хотел поиграть! А не спрашивать о том, о чём сам не имеет никакого понятия. Он думал, брат обрадуется. Полагал, что если он немножко развеется, то отдохнёт и потом у него вновь будет хорошее настроение. Он хотел помочь. Поддержать. Но кому это здесь нужно?
- Тебе-то какое дело? Ты ещё ребёнок! Поэтому тебе всё кажется простым! Да ты даже не представляешь, сколько мне приходится работать! А ещё это дурацкое обучение! Кому вообще нужны эти учителя, если я итак всё прекрасно знаю. У меня из-за них не остаётся никакого времени.
Брат высказался очень резко, несдержанно, Фредерик тяжело вздохнул. Вот чем тут помочь? Он же и правда ничего не умеет и вообще – бесполезный.
- Но учиться нужно. Чем больше знаешь, тем лучше. Отец говорит…
На середине фразы маленький лорд замолчал, не договорив. И опустил взгляд в пол: брат смотрел на него нехорошо, злобно как-то.
- Отец? Да что он может понимать, этот отец! Он вообще меня ни во что не ставит. Разумеется! У него же имеется отличная замена меня – ты!
Мальчишка непонимающе уставился на Чарльза. Чего он только что сказал? Замена? Он о чём вообще?! Ведь для отца не может быть другого наследника: он всегда единственный, неповторимый и не совершает ошибок!
- Я не твоя замена. Ты говоришь неправильно.
Насупился младший. Чарльз только лишь нехорошо глянул на того. Он считал иначе. И видел в собственном малолетнем брате конкурента.
- Разумеется, ты мне не ровня. Да ты вообще не представляешь, каково это – быть правой рукой герцога! У меня столько власти, что тебе и не снилось!
Маленький лорд сказал бы больше – он даже не задумывался над подобным. Место брата – это место брата. Его власть, его полномочия. Поэтому Фредерик был сбит с толку: почему же ему это вообще должно сниться-то?!
- Ещё эта экономика… Пусть ей всякие экономисты и занимаются – за это им деньги и платят! Но нет же. Отцу надо, чтобы я знал, кажется, всё на свете!
Чарльз устало потёр виски, нахмурившись. От него действительно требовалось очень многое. Фредерику стало неловко: он ведь ничем не мог помочь брату. Надо срочно что-то предпринимать и учиться всему, чему он только сможет. Тогда, наверное, Чарльз не будет так сильно уставать.
- Санация предприятий, экономические санкции, удельная стоимость, патенты на производство – вот зачем мне это всё? Я – будущий герцог! А не какой-то там экономист среднего звена! Ещё и дом мне зажал. Отец, называется. Видите ли, плохая у меня успеваемость по программе! К чёрту!
Мальчишка понимающе вздохнул и уверенно направился к столу брата. Примостил рядышком игрушки и уверенно стащил со стола разбросанные по нему листы с цифрами, текстом – слегка измятые, брат видимо злился не только на него, но и на книги с тетрадями. Почему-то Фредерику не казалось это чем-то неправильным. Он улыбнулся Чарльзу – открыто и доверительно.
- Я тоже изучаю экономическую теорию, и те понятия я знаю. И другие – тоже. Быть может, я тебе смогу чем-то помочь? Хотя бы немножечко.
Маленький лорд совсем не врал: к нему, по настоянию отца, ходило много учителей. Так почему бы не помочь братику, который и без того устаёт?
- Чего? Ты сказал. Изучаешь, да? И теперь считаешь себя умнее?
Скрыть в голосе злость у Чарльза не получилось. Фредерик аккуратно вернул бумаги на место, сделав шаг назад. Он не считал себя умнее. Он хотел лишь помочь. Но оправдываться Леннокс почему-то не стал, обидевшись.
- Ещё игрушки сюда притащил. Мелкий идиот! Проваливай отсюда!
Схватив со стола белоснежного зайку, Чарльз отправил того прямиком в открытое окно, на улицу. Вторая игрушка тут же полетела в младшего.
- Убирайся. И завтра чтобы я тебя вообще не видел! Здесь будут мои друзья, и сделай так, чтобы мне за тебя не было хотя бы стыдно!
Пожав плечами и даже пожелав брату спокойной ночи, Фредерик утащил с собой плюшевого медведя, покидая спальню Чарльза. Наверное, всё-таки не стоило приходить. Но Леннокс слишком сильно переживал за братика, чтобы хотя бы не попробовать ему чем-то помочь. Но будущий герцог, как и полагалось, мало думал о себе и своём здоровье, ориентируясь на нужды Империи, рода и семьи. И это было правильным – Леннокс не сомневался. Он не обижался на брата и его несдержанность. Он действительно слишком много работал и сильно уставал. Многие в его годы вообще ничего не умели.
Зайка был аккуратно вымыт и выстиран им самим: если он испачкался, это не было поводом выбрасывать любимую игрушку. А отдавать слугам его не хотелось: сразу бы пошли вопросы о том, что случилось. И ведь придётся опять врать. Брата никак нельзя выдавать. Вдруг, в нём отец разочаруется!

+3

5

15.05.09. Семейный особняк герцога, недалеко от Лос-Анджелеса.

Сожаление – милостыня нищих духом.

- Это мелочи.
- Это жизнь.

Весь следующий день Фредерик проторчал у себя в комнате, стараясь не показываться даже в коридорах. Брат ведь просил… Нет, он – приказывал. Но это мелочи. Леннокс всё хорошо понимал и старался не мешаться. В детской было тихо и спокойно. Потрескивающий огонь в настоящем камине, тихий дождь за окном. Фредерик давно закончил со всеми уроками и теперь бездумно сидел на полу, грустно рассматривая уже высохшего со вчерашнего дня зайку. Быть может, надо было принести новых роботов брату вчера? Тогда бы он не разозлился. Они крутые и модные. И такие не настоящие. Внезапно открывшаяся дверь заставила маленького лорда вскочить на ноги, машинально прижимая игрушку к себе: белоснежный зайка был ему дорог. Это же подарок тётушки, которая жила далеко и приезжала очень редко. Появление в детской брата Леннокса очень удивило. Особенно в сопровождении его друзей. Он сам ему сказал не высовываться, а теперь – пришёл с друзьями к нему. Может быть, они хотят поиграть? Так Фредерик совсем не против! И в прятки, и в войну, и в шахматы – во что угодно!
- Ты такой глупый: играть в детские игрушки в твоём-то возрасте! Фредерик, если тебе без разницы на себя, то хотя бы меня не позорь!
И почему брат сердился? Какая разница, во что он играет дома. Леннокс насупился, сжимая в пальцах мягкую игрушку. На остальных он старался не смотреть: вот им-то однозначно должно быть без разницы, во что играет младший брат их друга. Ну, серьёзно, с чего бы им вообще интересоваться Фредериком? Сами пришли, сами пристали. Теперь вот, что прикажете делать? А ведь делать-то надо, не так же всё оставлять. Больше всего Леннокса беспокоил брат. Он сердился, а это ведь никак нельзя допустить.
- Этой гадости столько же лет, сколько тебе, наверно.
Фыркнул Чарльз, высокомерно глянув на мальчишку. Фредерик начинал сердиться сам. Если им так не нравилось его общество и его игрушки, зачем тогда все пришли в детскую? И кто тут из них маленький и глупый?
- Кажется, в такое играют больше девочки. Чарльз, ты уверен, что у тебя не сестрёнка? Если его нарядить в женское платье – ему пойдёт.
Высокий, девчачий голос звучал пренебрежительно, от этого – крайне мерзко. Смех подростков Фредерику совсем не понравился. Как и то, что они говорили. Нет, если уж они пришли издеваться над ним, то пусть не трогают брата! На девочку он похож ровно столько же, сколько стоявшие рядом барышни похожи на мужчин. Но если ответить, то обидится брат, правда?
- Посмотри, как он покраснел. И правда – как девчонка! И ещё эту дурацкую игрушку прижал, так трогательно! Ему она дороже всего остального.
А вот это было грубо. Фредерику дороже всех был брат. Потом мама с папой и сестра, а ещё – благополучие Священной Британской Империи и здоровье императора. И вот в этот список важного никоим образом не умещалась какая-то старая игрушка! Раз уж из-за неё всё началось, то… Мальчишка строго глянул на окружающих и через несколько секунд уже был в метре от камина. Настоящего, не электрического: отец любил эту натуральность и древность. Эта же любовь всего натурального во всём передавалась младшему. Наверное, поэтому Леннокс так отвратительно относился к этим ярким, ненастоящим, искусственным роботам и прочей гадости, что так была популярна среди детей его, да и более старшего, возраста. Ещё шаг, и пушистый, белый зайка отправился прямиком в камин, загораясь быстро, вспыхивая: белоснежный плюш сворачивался, искажая очертания. За полётом игрушки наблюдали все, затихнув в миг, будто кто-то скомандовал им замолчать. Леннокс смотрел на подростков строго и грозно, будто готов был отправить в камин и кого-то из них, вздумай они сказать какую-нибудь новую гадость про брата, маму, папу, сестру или Императора! А, может, действительно мог сотворить подобное… Во всяком случае, несколько человек, кажется, в это действительно уверовали, отойдя дальше от него.
- Сейчас заревёт.
Мелодичный девчачий голос наверняка принадлежал той милой и рыжей барышне, которую Фредерик со своего места попросту не видел. Он удивлённо глянул на брата: тот что, поверил, что Леннокс будет реветь?!
- Я куплю тебе новую игрушку.
В голосе Чарльза звучала растерянность и… сочувствие? Фредерик не сдержал странной улыбки, которая показалась ему самому жестокой, хоть он и не видел себя со стороны. Ему не нужно было ничьё сочувствие. Он – лорд, а не попрошайка в британском секторе, чтобы кто-то смел жалеть его!
- Мне не надо. Я не играю в игрушки.
Холодно ответил мальчишка, и решимости, звучащей в его голосе, хватило бы на нескольких взрослых. Он давно научился не сомневаться в решениях. Даже если они сложные и от них невыносимо хотелось плакать навзрыд.
- Глупый. Ты ещё маленький, вот и придумываешь всякое от обид.
Брат подошёл ближе, протягивая руку Фредерику, чтобы погладить того по волосам. Как гладят, утешая, детей. Или всякую домашнюю живность типа котов, собак и кроликов. Леннокс перехватил его руку, пожав по-мужски, глядя Чарльзу прямо в глаза: уверенно и строго. Игры кончились уже давно. Брат не заметил этого? Ему придётся считаться с младшим и его решениями.
- Я не играю в игрушки. Потрать лучше деньги на своих друзей.
Так будет правильно. Негоже будущему герцогу думать о мелких потребностях какого-то графа. Зарабатывать деньги в этом роду отведено именно Ленноксу. Ведь ни в политике, ни в управлении он представлен не будет. Это мальчишка уже успел узнать из уроков истории и управления. Его учителям свойственно говорить прямо, не скрывая, порой – указывая на место, которое займёт молодой граф в своё время. Поэтому Фредерик так же предпочитал не обманываться радужными перспективами, считая, что то самое время уже настало. И если пока он не мог заработать деньги, то и тратить он их не намеревался. Ничего, со сладостями ведь покончить удалось. Значит, со всем остальным будет так же. Просто стоит потерпеть.
- Не указывай мне. Пёс.
Раздражение в голосе брату скрыть не суждено, Фредерик глянул на него снисходительно. Видимо, Чарльзу было так спокойнее – видеть в Ленноксе всего лишь послушную собачонку. Что ж, он ею и будет. Для своего Короля.
- Гав.
Совершенно спокойно высказался маленький лорд, улыбнувшись брату. Развлечение подростков явно не удалось, поэтому те поспешили удалиться из детской, оставляя маленького лорда одного. Брат остановился в дверях, думая, что бы сказать ещё. Фредерик лишь улыбнулся тому, пожав плечами. Чарльз никогда не узнает о том, как Леннокс будет плакать в подушку из-за произошедшего. Потому что будущему герцогу подобное знать не требуется.

Отредактировано Frederic Lennox (2017-09-16 22:25:46)

+3

6

17.07.10. Семейный особняк герцога Ричмондского, недалеко от Пендрагона.

Имеет ли смысл наша история?

Сколько нужно сил, чтобы стать человеком?

- Я, несомненно, всё понимаю: детям полагается строгое воспитание, но не до такой же степени. Ваша Светлость, их детство слишком скоротечно, и я полагаю, нужно обеспечивать их всем возможным, чтобы они росли в достатке. Иначе что он будет за граф, если уже сейчас так запросто отказывается от невинных развлечений!
Всегда находились люди, которые просто не желали слышать то, что им говорили. Леннокс оставил желание объяснять свои решения тётушке уже достаточно давно. Она упрямо не понимала, почему Фредерик так непоколебимо не жрёт вкуснейшие пирожные. А теперь и вовсе пребывала в ужасе, когда маленький лорд затребовал у неё «какие-нибудь книжки по экономической теории», напрочь отказавшись играть в новомодных роботов, приобретённых как раз-таки для милого Фредди, к его приезду! Герцог заверил тётушку, что он непременно обеспечит сыновей всем необходимым. И вообще – любит их обоих, ведь они – его опора и наследие. Маленький лорд лишь снисходительно улыбался на слова отца: герцог имеет право поступать так, как решит сам. Желает делать по-своему – отлично. Кто ему мешает? Правда, Фредерик даже не думал отказаться и от своих решений.

- Ты ещё слишком мал, но раз пошло на то дело, думаю, сын, тебе необходимо научиться управлять своим личным капиталом и делать вложения. Я говорю о содержании. Карманные деньги – вроде так это зовётся у молодёжи в среднем классе достатка.
Маленькому Ленноксу стоило серьёзных усилий не улыбнуться: отец так забавно говорил о подростках. И достатке. Герцог привык равнять всех по различным критериям, удобных лично ему. Не важно, что подобные понятия давно устарели. Младший сын сосредоточено смотрел на отца, ожидая его решения. Содержание это хорошо. Это ведь тоже какие-никакие, а деньги. Которые ему, кстати, предстоит некогда зарабатывать для своего рода! Почему бы не начать прямо сейчас? Ленноксу уже не терпелось.
- На игрушки, которые ты желал бы купить сам. Сладости. И… чего там ещё любят покупать дети? Разберёшься по ходу дела. Но тратить придётся с умом. Я не выделю и пени сверху положенных тебе расходов.
Кажется, Фредерик уже слышал нечто подобное. Правда, говорилось это брату. Что ж. Его признали достойным карманных денег. Это интересно. Пусть отец и говорил про сладости и игрушки – не так важно. Леннокс же думал исключительно о вложениях в какое-нибудь важное дело.
- Я смогу распоряжаться выделенными мне финансами сам, на своё усмотрение? Когда я должен предоставлять отчётность?
Маленький лорд с крайней готовностью подходил к вопросу о содержании.
- Да, на своё усмотрение.
Как обычно сухо ответил отец, но вдруг как-то глуховато рассмеялся. Леннокс непонимающе моргнул, глядя на герцога всё так же участливо.
- Отчётность? Ты уже осведомлён, что это такое?
В голосе герцога слышалось удивление. Фредерик с готовностью кивнул.
- Без отчётности никак нельзя использовать финансы. Это не выгодно.
Решительно и жарко ответил маленький лорд, вызвав скупую улыбку на губах взрослого герцога. Нет. Тётушка совершенно не права. Воспитание приносило свои плоды куда как раньше, чем они вообще ожидались.
- Финансовое выделение на нужды внутри рода автоматически попадает в отчётность. Тебе не стоит волноваться по этому поводу.
Успокоил отец, задумчиво глядя на мальчишку. Впервые – как-то иначе. И невольно сравнил Фредерика со своим первенцем. Не наоборот, как обычно. Нет. Собранный, умный взгляд, желание управлять и готовность к последствиям. В Чарльзе это приходилось взращивать, порой – заставляя поступать так, как полагается. Вынуждать управлять и нести ответственность за свои действия и поступки. Что же он видел теперь? Решимость, желание, умение. Да, как раз последнего компонента в таком возрасте и не ожидаешь.
- Хорошо.
Деловито согласился Леннокс, с готовностью и желанием берясь пробовать нечто новое. Пока подобное было знакомо Фредерику только в теории. И он спешил попытаться попробовать всё на практике. Это казалось любопытным.
- Отец, будет ли целесообразным писать отчёты о затратах просто с целью не потратить случайно лишнего?
Маленький лорд пытался говорить по-взрослому, оперативно добавляя в свою речь термины и понятия, достаточно изученные им на уроках.
- Что? Ты…
И вновь отец не сдержал улыбки. С гордостью глядя на своего наследника, он, пожалуй, забывал посмотреть на младшего сына. Теперь же, будто не веря своим глазам, герцог пытался компенсировать свой неосторожный просчёт. Фредерику было девять. И он успел понять за эти годы, кто он такой, и что ему требуется делать в дальнейшем? Или это только кажется?
- Как тебе будет удобно.
Всё же суше уточнил герцог, опасаясь быть обманутым. Может, младший просто нахватался где-то новых слов, вот и удивлял теперь отца.
- Можешь идти.
Отпустил он младшего, ведь ему было над чем поразмыслить теперь.

Отредактировано Frederic Lennox (2017-09-15 20:35:34)

+3

7

Родовое поместье рода Леннокс, новая резиденция.
20.10.10.

Взялся за что-то – доведи до конца!

Счастье - это когда судьба встречается с мечтой.

В следующие три месяца герцог умудрился опечалить сразу и всех, подхватив вначале простуду, которая, при отсутствии должного лечения и отвратительной погоды восточных стран, медленно перетекла в пневмонию. Чарльз вынужденно отправился вместо отца вести новые переговоры в одиночку: для рода Ричмондских болезнь не была веской причиной отказываться от поручений Императора. Жизнь в родовом поместье текла размеренно и спокойно, и герцог был даже рад, что всё же решил лечиться на дому, а не отправился в больницу. Врача наняли лучшего, семейный доктор и вовсе поселился на время болезни лорда в поместье. Правда, всю размеренность и спокойную жизнь нарушали толпы учителей, которых водил к себе стройными рядами Фредерик, вновь поражая отца такой жаждой к знаниям. Которой, кстати, не обладал даже сам герцог: он с унынием вспоминал свои младые годы и скучные уроки нудных учителей. Но, судя по радостным разговорам в парадной, его младший сын не испытывал подобных чувств. Герцог не знал, что, отказавшись от сладостей и игрушек, Фредерик попросту не находил себе более занятий. А так его постоянно окружали новые люди, которые рассказывали ему обо всём на свете! Отличное времяпрепровождение. Особенно если учесть, что бездумно скакать на лошади или играть в подвижные игры Леннокса совершенно не прельщало.
- Я, случаем, не разорюсь на твоих преподавателях?
В шутку спросил герцог, спускаясь по лестнице с верхних этажей. Он более не смог оставаться в своей комнате: там было уныло и ужасно тоскливо. До той степени, что герцог будто бы чувствовал, как одолевает его недомогание. Не то, что внизу и в классной: бурная деятельность маленького лорда приводила в движение всех. Даже приболевшего герцога. Поэтому мужчина, закутавшись в тёплый халат, спустился вниз. Суеты только прибавилось: его светлость всегда требовал обслуживать себя в лучшей форме и не терпел промедлений. Слуги и работники дома это знали хорошо и не мешкали.
- Отец. Ты ведь болен, тебе не следует…
Фредерик не договорил. Кто он такой, чтобы указывать самому герцогу?
- Но это деньги на моё содержание. Ты говорил, что я могу распоряжаться.
Аккуратно уточнил Леннокс, глядя на отца с тревогой: он опасался за его здоровье. А ещё он точно знал, что никак нельзя так рисковать собой, когда от тебя зависит очень многое: и всё герцогство, да и Империя даже!
- Ты что-то путаешь. Учителя входят в ежемесячные затраты.
Нахмурился отец и почему-то удивился подобному спокойствию сына.
- Это те, которые утром приходили. А этих я оплачиваю сам. Мне они нужны, очень. Знаешь, отец, ведь сейчас такое положение, что можно неплохо заработать на тех землях, которые отходят Британии вместе с новыми секторами. Это, говорят, выгодно. И мне надо обязательно знать, так ли это на самом деле. Поэтому мне нужны те, кто меня этому научит.
С готовностью объяснил всё Леннокс, не сомневаясь – отец поймёт его.
- Ты купил новые гаджеты, как у брата? И ещё те роботы, которые почему-то крайне важны для твоей тётушки. Она опять высказывала мне, что у тебя нет игрушек. Фредерик, может, хватит упрямиться?
Решил образумить младшего герцог, ловя себя на мысли, что делает всё в точности да наоборот. Будто младший брат это отражение в зеркале старшего. И если одного стоило отучать тратиться на развлечения, то второго – заставлять уделять больше внимания именно им. Как странно. Мужчина недоверчиво покосился на Леннокса, задумчиво хмыкнув. Ребёнок думал совсем не о том, о чём положено думать и мечтать в его годы. А ещё этот взгляд. Спокойный, понимающий. И где-то там, ещё глубже – строгий. Нет, не требовательный, с гонором, мол, дай сейчас же, я хочу! Но взрослый и непримиримый – я так хочу и я этого добьюсь. Такой взгляд был у предыдущего герцога. Зачем он вообще спросил у сына про игрушки? Герцог почувствовал себя неловко, но тут же отогнал от себя безрадостные мысли.
- Нет. Новинки всегда намного дороже: я лучше через несколько месяцев. А, может, и не буду. И игрушки мне не нужны – они скучные и неинтересные.
Совсем обиделся Леннокс. Что, и отец туда же? Да сколько можно!
- Что ж, это твои деньги, и я не стану тебя ограничивать.
Смилостивился герцог, более не покушаясь на свободу младшего. Да как он вообще мог говорить про игрушки ребёнку, которого интересовало обучение? Он что, дурак?! К чертям собачьим этих тётушек с их мнением, пусть своих воспитывают, а к его детям на пушечный выстрел не подходят!
- У Чарльза ведь всё в порядке? Он справляется?
Немного поколебавшись, всё же спросил Фредерик. Он слишком волновался за своего брата: всё же с отцом как-то спокойнее работать, чем одному. Но он так отважно согласился поехать один, что Леннокс ужасно гордился братом и стеснялся даже спросить о нём. Вдруг все решат, что он не верит в Чарльза?! А ведь он в нём нисколечко не сомневался! Но всё равно – переживал. Он там совсем один, на чужой земле, далеко от дома. А ведь ещё всякие важные вопросы решать, и говорить со взрослыми людьми – лишь мысли о подобном ввергали маленького лорда в благоговейный страх. Отсюда уважение к Чарльзу только усиливалось. Он и так любил брата целиком и полностью, какой он есть, теперь же братская любовь достигала настоящего Абсолюта.
- Ты будто собрался ему помогать.
Рассмеялся отец, удобно устраиваясь в кресле: стоять всё ещё было сложно.
- Нет! Я – нет. Я же никак не помогу ему: я совсем ничего не умею. Он столько всего знает! А я вот, только учусь. Немножечко.
С сожалением высказался Леннокс, виновато глядя на отца. По сравнению с тем, что делал брат и как он это делал, все дела Фредерика тут же меркли.
- Верно, каждый должен делать свою работу.
Участливо согласился герцог, и в очередной раз удивился тому, как у него росло два таких разных сына? Что показалось самым странным: у них будто не было соперничества. Каждый занимался своим делом и не лез в сторону другого. Чтобы достичь подобного баланса с людьми, часто приходилось продавливать свои интересы и заставлять слушать именно тебя. А тут будто бы они с молоком матери впитали то, что им нужно и что от них требуется. Дерзкий и пробивной характер первенца, его умение схватывать всё налету, принимать решения в сложных ситуациях. И упорство, ум, и желание младшего быть полезным. Они дополняли друг друга так полноценно, что утопические идеи равенства теперь не казались такими уж и невозможными. Так представлялось герцогу. Возможно, ему лишь хотелось видеть сыновей дружными и понимающими друг друга с полуслова и с полувзгляда.
- Он справляется, пожалуй, даже лучше меня самого.
Герцог говорил с гордостью, с двойной гордостью: потому что у него было два сына, которые преуспевали в своих делах, стараясь изо всех сил быть полезными роду. Правда, глава рода гордился и собой тоже. Ну, чьи дети-то!
- Я так рад это слышать! Я…
Помедлив, Фредерик всё же не продолжил, замолчав. Он волновался о брате. Но нет, не имело смысла говорить о своих переживаниях – глупости это всё!
- Я пойду, совсем ненадолго, а то учитель меня ждёт.
Ведь Ленноксу ещё надо многому научиться! Чтобы никогда-никогда не подвести своего отца и брата. Герцогу же было над чем подумать: если второй сын в столь раннем возрасте способен составлять конкуренцию старшему, это не так уж и хорошо, как кажется с первого взгляда. Но покуда не было никаких форс-мажоров, глава рода предпочёл ничего не менять. Старший сын пропадал в разъездах и, порой, замещал отца даже в тех вопросах, в которых требовалось личное решение герцога. А ведь ему не было и восемнадцати! Но вот получать дополнительные знания Чарльзу претило. Он не любил, когда его учили и указывали, что требуется делать. Отец потакал старшему – тот действительно демонстрировал поразительные умения в управлении и политике. Остальные вопросы решал сам герцог: ему это было привычно. Хотя он и понимал, что некогда он отойдёт от дел полностью и тогда все обязанности лягут на плечи Чарльза: подстраховать будет некому. И как раз в этом моменте герцог полагался на младшего сына. Он умён, сдержан и отличается способностями быстро вникать в суть происходящего. Поэтому главе рода будущее представлялось светлым и безоблачным. И, непременно, успешным. Для сыновей и рода в целом.

+2

8

29.05.11. территория 3-го сектора, окрестности Сьюдад-Виктория, временная штаб-квартира герцога Ричмондского.

Среди пыли завистливых слов.

Иногда люди внезапно осознают, что им не обязательно воспринимать мир так, как их научили.

- Я так счастлив, что отец в этот раз взял меня с собой! Может быть, я ему смогу быть чем-то полезным. И тебе тоже, брат.
Ещё со вчерашнего вечера настроение у лорда было просто замечательным. Конечно, он и ранее бывал в других странах, но то всего лишь курорты и прочие места отдыха их семейства. Где, обычно, Фредерик как раз-таки оказывался с матерью, сестрой и прочими родственниками. Отец всегда был занят. Старший брат давно перестал ездить отдыхать с семьёй, предпочитая компанию своих друзей. Но теперь, вот только вчера, Леннокс узнал, что отправится вместе с отцом в третий сектор. Это там, где нестабильная обстановка и вообще – отец туда был послан самим Императором! И именно в этот раз, помимо Чарльза, герцог решил взять с собой и второго сына, несмотря на такую обстановку и уйму работы. Наверное, он начал доверять и Фредерику. По крайней мере, маленький лорд очень хотел в это верить.
- Да, только почему, в таком случае, он заставил меня с тобой нянчиться?
Чарльзу компания брата совершенно не нравилась. И как бы юный Леннокс не старался вести себя по-взрослому и не лезть к старшим, маркиз всё-таки находил повод поворчать. Фредерик и не подумал обижаться на брата – он всегда был так занят, что просто забывал о том, что может кого-то обидеть. Но маленький лорд не был ребёнком давно, он сам так решил, поэтому на такие мелочи как обиды и некоторые неудобства вовсе не обращал внимания.
- Я тебе уже говорил, что со мной не надо нянчиться, я всё сам умею. Обедали мы все вместе, и пока мне вообще ничего не требуется.
Совершенно спокойно объяснил Фредерик, продолжая аккуратно выводить кистью по листу бумаги, прорисовывая очертания красивых цветов.
- Заткнись уже. И делай, чего тебе сказано.
А сказано было нарисовать что-нибудь красивое. Для мамы. Поэтому Фредерик старательно рисовал цветы, что росли тут, недалеко, на лужайке. Неизвестно, каким образом подобное задание относилось к важным делам отца, но брат сказал рисовать. Поэтому юный Леннокс очень старался.
- Уже почти всё: останется только покрасить, но это недолго. И можно будет сделать даже не здесь, а в самолёте. Мы же назад тоже полетим, правда?
И почему Чарльз так обречённо вздохнул? Фредерик пожал плечами, заканчивая дорисовывать цветы и луг с травой – больно красиво смотрелось, маме наверняка понравится. Она очень любила различные растения, он знал. С братом он больше заговаривать не стал. Наверное, он его действительно сильно отвлекает, если Чарльз вновь сердится. Понять бы ещё, как себя вести верно: ведь маленький лорд не задавал лишних вопросов, ничего не просил, ел, что давали и делал то, что говорили. И всё же, брат был недоволен. Леннокс не понял, в какой момент ему это надоело, но вместо понимания и послушания, вдруг появилось стойкое желание рассказать брату, что это он ведёт себя, как маленький ребёнок и капризничает по любому поводу! Конечно же, Фредерик ничего не сказал. А спустя пятнадцать минут, закончив картину, встал со своего места, молча положил рисунок брату на край стола, и пристроился рядом с Чарльзом, слева, чтобы не мешать.
- Ты издеваешься что ли?!
Маленький лорд непонимающе моргнул. Издевается? Что, опять? Да если бы он даже захотел вдруг поиздеваться над братом, то не столько же раз подряд?! Чарльз будто видел в нём кого-то другого, совсем не Фредерика. И Ленноксу это очень не нравилось. Ведь это было вообще несправедливо!
- Что не так?
Прозвучало так же резко и холодно, как говорил только что Чарльз, но и требовательно, строго: Фредерику надоели эти глупые игры. Если у брата есть вопросы и претензии – пусть озвучивает их прямо и понятно. Это он тут – будущий герцог, а даже собственному брату ничего объяснить не способен!
- Ты сюда чего, приехал цветочки рисовать что ли?! Тут такие пейзажи, мать не была в этих местах никогда – возьми и нарисуй что-нибудь нормальное!
Нормальное. Замечательно. Леннокс нарисует. Только вот…
- Мама любит цветы. А тут они красивые. И таких у нас не растёт, может, она их тоже не видела. И ей они бы понравились даже больше, чем пейзаж.
С нажимом уточнил Фредерик, пытаясь донести до брата очевидное. Почему ему всегда так сложно понять простые вещи?! Ему не было трудно нарисовать что-то ещё, если этого хотел брат. Но… мама любила цветы!
- Я сказал – рисуй пейзаж. И не выводи меня из себя.
Выяснение отношений затягивалось. Подобное с братьями случалось редко. Точнее – не случалось вообще. Потому что Леннокс никогда и не пытался высказать что-то Чарльзу. Тот ведь не собирался слушать. Фредерик недовольно, но тихо фыркнул, вернувшись на своё место, и принялся рисовать на другом белоснежном листе. Пейзажи из окна штаб-квартиры больше удручали. Отсюда мало чего было видно, но маленький лорд не хотел огорчать Чарльза и сообщать ему об этом. Поэтому додумывал картину сам: представил, что где-то вдалеке есть горы, из-за которых виднеется закатное, красное солнце, чуть ниже – лес, густой и тёмный. А на переднем плане – яркая лужайка с сочной травой и красивыми цветочками. Теми самыми, мелкими и симпатичными, нежно розовыми, как на его первом рисунке. Он очень хотел угодить и брату и матери. Поэтому нарисовал именно так. Фредерик поднял взгляд от листа, грустно глянул на Чарльза, который усердно изучал что-то в собственном планшете. И решил не беспокоить брата. Нужно было закончить рисунок полностью, особенно если на это у него вполне достаточно времени. Леннокс полностью погрузился в работу, подбирая и смешивая краски, чётче обводя некоторые из контуров и размывая цвета там, где они должны проступать лишь совсем чуть-чуть. Наверное, не стоило говорить брату про маму и её любовь к цветам: Чарльзу всё равно это совершенно неинтересно и не нужно. Леннокс так трепетно относился к людям лишь потому, что у него было на это время. Конечно, он же не наследник, и ему неведомы тяжелые нагрузки и строгие приказы его отца – герцога Ричмондского… Или всё было не совсем так?

+2

9

29.05.11, вечер. Территория 3-го сектора, окрестности Сьюдад-Виктория, временная штаб-квартира герцога Ричмондского.

Первое разногласие.

Сильнее всех – владеющий собой.

- Ты закончил там? Или ты собираешься половину жизни потратить на это бесполезное занятие?
И почему Фредерика не удивили подобные вопросы? Да ещё и так пренебрежительно заданные братом, будто Леннокс тратил на свой рисунок больше времени, чем любой другой художник среднего уровня.
- Да. Показать?
Разговаривать с братом не хотелось. И всё же Фредерик спросил.
- Неси уже. Наверняка опять бред какой-нибудь нарисовал.
И ничего ему не нравилось, и всё не так. Маленькому лорду хотелось бы напомнить брату, что он сам не делал успехов в живописи. И как только у него что-то не получалось, то разбрасывал по дому свои краски. Наверняка бы он не смог нарисовать нечто подобное и за большее количество времени.
- Это пейзаж. Обычный. По пути сюда я видел горы, поэтому нарисовал их: из штаб-квартиры мало всего видно. Но, кажется, получилось ничего так.
Объяснил Фредерик, пристраивая на край стола свой второй рисунок, и невольно задержал взгляд на том, что с цветами, крупным планом. Аккуратно поменял листы местами, забирая себе первый – его можно докрасить и вполне хорошо получится. Зачем добру пропадать?
- Ещё солнце какое-то придумал. Красное. Где ты такое солнце вообще видел? Вот же. Ладно, сойдёт.
Важно постановил брат, откладывая рисунок на всё тот же край стола.
- Такое солнце бывает. В жарких странах особенно: а тут довольно жаркий климат. Поэтому такой закат тут может быть. Надо вечером посмотреть.
Посчитал нужным объяснить Фредерик. Не придумывал он ничего! Всё так, как есть на самом деле. Пусть и не прямо сейчас, но непременно возможно!
- Плевать мне на твоё солнце. Видишь, сколько у меня работы!
Возмутился Чарльз, глянул внимательно на Леннокса, и протянул тому руку.
- Отдай.
Потребовал он, Фредерик непонимающе уставился на брата и вернул тому первый рисунок. Чарльз брезгливо глянул на листок, комкая в руках.
- Вот ещё, а то подумают все, что я тебя в четырёх стенах запер, и ты только жалкие цветочки из окна и видел.
Они не жалкие – хотел возразить Леннокс, но он уже достаточно разозлился на другое. Ведь из окна этой квартиры он действительно видел только цветы!
- Но ты меня никуда и не водил. А пейзаж я так придумал.
И вообще Леннокс думал, что сюда его взяли для дела, а не картинки рисовать! Отец так и сказал – чтобы он научился брату помогать. И что же выходит из всего увиденного? Что брат совершенно не может использовать своих подчинённых? И не умеет грамотно выстраивать систему управления! Фредерик читал об этом, его учили этому и не первый год. И что он видит?
- Не выводи меня!
Повысил голос Чарльз, глянув на юного Леннокса очень строго. Тот же не отвёл взгляда и не опустил глаз, смотря на брата прямо и требовательно.
- Ты сам себя и выводишь. Прекрати.
Маленький лорд не считал себя тем, кто должен говорить подобное будущему герцогу. Но тот вёл себя отвратительно. И лучше уж скажет он, чем позже повторит эти слова отец. Каждый должен соответствовать месту, которое он занимает: по праву ли, или вынужденно – не имеет значения.
- Не указывай мне, мелкий.
Брат всегда пытался оскорбить в тех случаях, когда не мог ответить. Его тактика поведения была очевидной и ужасно предсказуемой. Фредерик ухмыльнулся, не сводя прямого взгляда с будущего герцога.
- Не вынуждай меня тебе указывать.
Спокойно, уверенно, вдумчиво: говорить верно и заставлять себя слышать юного Леннокса учили не первый год. Он отлично запомнил все уроки.
- Ты всего лишь пёс, знай своё место!
Однажды даже послушная собака способна укусить хозяина, если тот утратит её доверие. Так же и с подчинёнными: если не желаешь, чтобы тебе выстрелили в спину, заставь тех, кто стоит за твоей спиной даже не думать о подобном. В этом и состоял смысл управления. А теперь Фредерик не считал, что Чарльз был способен управлять даже им. Не говоря об остальных.
- Почему тебе так нужно уничтожать всё то, что не нравится только тебе?
Он предпочёл не отвечать привычно, избрав тактику разведки.
- Дрянь!
Скомканный лист с рисунком отправился на пол. Фредерик даже не глянул на него, он смотрел прямиком на брата. В глаза. Уверенно и холодно.
- Если хочешь, чтобы я слушал тебя – не веди себя, как капризный ребёнок.
Потому что, даже если Леннокс был просто псом, он принадлежал своему роду. Великому, богатому и успешному. Которому требуется очень хороший и грамотный правитель. А Императору – умелый и законопослушный политик. Пока Фредерик перед собой не видел ни того, ни другого.
- Не указывай мне, сукин сын!
Молодой маркиз вскочил со своего места, быстро подходя к младшему.
- У нас одна мать. Не смей говорить о ней дурного.
Маленький лорд и не подумал отступить или опустить взгляда – он продолжал стоять рядом и смотреть на Чарльза холодно и требовательно. Будущий герцог, хоть сто раз он будет герцогом, не имел права оскорблять его мать! И если до сих пор ему никто не преподал подобного урока, что ж, этим займётся юный Леннокс. Он считал себя просто обязанным сделать подобное. Иначе брат где-то в другом месте потерпит поражение. Лучше уж здесь и сейчас. Фредерик не собирался его подставлять.
- Пошёл вон отсюда!
На крик брата Леннокс лишь снисходительно улыбнулся.
- Я-то уйду. А ты – останешься.
Спокойствие младшего брата выводило Чарльза из себя. Он не привык слышать от него подобного. Да он вообще не привык такого слышать от кого-либо. Отец учил его и грозился наказать, когда тот был несдержанным или делал что-то не так. Но брат, этот мелкий сосунок, которому не суждено никогда в жизни стать герцогом – это другое. И это возмутительно!
- Пошёл вон! Я сказал! Убирайся, пёс!
Несдержанность брата отчего-то вызывала горькую усмешку: ну как так, маркиз Ричмондский, и не способен достойно ответить какому-то лорду?! Неизвестно, чем бы закончился этот разговор, ведь Фредерик всё раздумывал, не сказать ли брату ещё чего-нибудь, чтобы тот наконец-то начал думать, а не распространяться лишь на глупые чувства и эмоции, но как раз в этот момент дверь в комнату распахнулась, а на пороге стоял отец.
- Чарльз, ты опять повышаешь голос. Сколько раз я говорил тебе…
Старший брат уже не способен был справиться со своими чувствами, поэтому герцог не договорил фразы и был тут же перебит своим сыном.
- Прекрати делать из меня няньку! Ты мне его зачем приволок? С ним невозможно работать! Да он мелкий и тупой совсем: от него нет никакого толка. Он только и делает, что мешается под ногами! И, вон, листы красками пачкает! Как он меня достал уже! Не заберёшь его – я сам уеду!
Гневную тираду маркиза отец выслушал вполне спокойно. Несдержанность – основной минус наследника, пытались лечить. Пытались с этим бороться. Но с каждым годом становилось лишь хуже. Сам герцог тоже не отличался способностью всегда держать свои эмоции при себе, чаще выплёскивая их на самых близких. Теперь же он винил именно себя в таком поведении сына.
- Я просил тебя научить Фредерика чему-нибудь. Он вполне разбирается в экономическом деле: возможно, он мог бы быть полезным.
Ещё одна попытка отца донести до старшего тот факт, что некогда братьям придётся работать сообща и никак иначе, не увенчалась успехом.
- Он вообще ни в чём не разбирается – думаешь, я не пробовал?
Чарльз нагло врал: он даже не пытался дать Ленноксу хоть какое-то важное задание. Он его усадил рисовать картину для матери. И теперь вдруг Фредерик понял, зачем это было нужно: не ради рисунка. И даже не ради мамы. А чтобы попросту отделаться от его общества на несколько часов!
- Ты мне сказал рисовать. Более приказов от тебя не поступало.
В отличие от старшего, младший брат говорил решительно, собрано и… спокойно. Герцог, вначале решивший заставить замолчать именно Леннокса, вдруг не нашёлся с ответом, и в комнате на несколько минут повисла напряженная тишина. Фредерик продолжал смотреть на брата требовательно.
- Я тебе сейчас такое прикажу, что быстро к мамочке домой запросишься!
Угрожающе заявил брат и разозлился ещё больше, встретившись с всё тем же холодным, спокойным и требовательным взглядом юного Леннокса.
- Приказывай.
В тихом, но уверенном голосе маленького лорда отчётливо слышался вызов.
- Прекратите оба.
Прервал братьев герцог, выставляя младшего за дверь. Фредерик не знал, о чём конкретно говорили отец и брат, но вечером ему сообщили, что завтра с утра он отправится с герцогом Ричмондским на юг третьего сектора... А ведь именно там, как знал маленький лорд, крайне неспокойная политическая и военная обстановка.

Отредактировано Frederic Lennox (2017-09-16 22:34:59)

+3

10

01.06.11, вечер. Территория 3-го сектора, окрестности Сьюдад-Виктория, временная штаб-квартира герцога Ричмондского. Далее - местоположение не определено.

Независимость мысли.

Развивай свои сильные стороны, вместо того чтобы пытаться улучшить слабые.

Следующий день начался с довольно раннего подъёма: Фредерик проснулся до того, как его пришли будить. За неимением собственных слуг и, разумеется, нянек, лорд Леннокс теперь обслуживался дворецким отца. И, чтобы не отнимать у того лишнего времени, которое тот должен тратить на герцога, Фредерик сам проснулся, сам оделся и спустился к завтраку. В квартире прибавилось людей: военные и штатские. Хорошо одетые, в форме с красивыми погонами, и люди в простой одежде: всё это общество образовывало собой будто гудящий улей. Кто-то что-то говорил, порой – на повышенных тонах. Кто-то заходил, кто-то – спешно покидал комнату, спеша с кипой бумаг куда-то на улицу. Фредерик не нашёл отца сразу, и решил не спрашивать никого о нём. Наверное, он сам его найдёт, когда потребуется.
- Лорд Леннокс? Кто-нибудь подскажет, где найти лорда Леннокса?
Мальчишка быстро вскочил со стула, аккуратно обогнул всю толпу в комнате, пробираясь на чей-то голос, который назвал его имя.
- Я. Лорд Леннокс – это я.
Чинно доложил Фредерик, а потом – повторил громче: молодой человек, одетый в костюм, не сразу опустил взгляд, продолжая смотреть в толпу.
- Ребёнок?
Непонимающе моргнул незнакомый мужчина, который не представился.
- Я не ребёнок. Я – сын герцога Ричмондского. И вы меня звали.
Маленький лорд едва ли справлялся с нарастающим беспокойством: подобное скопление незнакомых людей ему было в новинку. Тем более, поблизости не имелось отца или матери. Даже брата не было! Приходилось изо всех сил казаться взрослым, хотя отчего-то хотелось плакать.
- Прощу прощения. Отец ожидает вас: вы летите на вертолёте. Завтрак подадут там же. Пройдёмте.
Мужчина так и не представился, Леннокс решил, что знакомиться с какими-то там неизвестными не его забота, и важно прошёл следом, пару раз чуть не столкнувшись с несколькими людьми в военной форме: невысокого роста мальчишку попросту не замечали. Зато он замечал всех, поэтому курьёзных ситуаций удалось избежать, и вот лорд уже поднимался на борт вертолёта. Надо сказать, он сильно отличался от самолётов. Комфортабельными салонами тут и не пахло, а шум стоял такой, что натурально закладывало уши. Растерявшийся мальчишка замер у входа, и был беспощадно втиснут внутрь каким-то солдатом, или, быть может, офицером: Леннокс так растерялся, что даже не глянул на погоны, поэтому и не знал звания.
- Фредерик! Иди сюда скорее: взлёт скоро.
Громкий и повелительный голос отца вырвал Леннокса из растерянности и, быстро сориентировавшись, маленький лорд прошёл к отцу, усаживаясь в кресло напротив, машинально глянув в окошко. Только теперь он понял, что это ещё не самое страшное. Ведь есть вертолёты военные и грузовые. Он об этом читал. А этот вполне отвечал всем нормам и требованиям. Мысленно Леннокс решил, что такой вертолёт вполне может возить герцога.
Уже через несколько минут после взлёта, Фредерик самоотверженно втискивал в себя невкусный завтрак и даже не жаловался, что не хочет не только есть, но и вовсе – быть здесь. Но он же лорд, ему не положено опускаться до подобных слабостей. Тем более, отец тоже ел такую же пищу, а, значит, всё вполне съедобно и нормально. Это он просто не привык. Ничего, сейчас главное не оплошать, с остальным он справится.

На земле шума только прибавилось. Как и людей: теперь чаще встречались солдаты, мимо проезжали машины, прям так, без дорог. Фредерику казалось, что движутся уже не только люди и транспорт, но и сама земля под ногами. К обеду маленький лорд вымотался настолько, что помышлял о мерзкой просьбе вернуть его хотя бы туда, к брату. А лучше вообще – домой, к маме! Но упрямство брало своё, и Леннокс, тяжко вздыхая, всё-таки покончил с обедом. Хотя в горло не лезла даже вода: будто была она тут какой-то странной, с запахом то ли земли, то ли серы. Или это лишь казалось? После был ещё один перелёт, Фредерик не успел уточнить, куда именно, поэтому не знал, куда они полетят: теперь вертолёт был менее комфортабельным, чему возмутился даже отец. И помимо них двоих, он вёз ещё нескольких людей. Пришлось сидеть на одном кресле с молодым капитаном, который постоянно вытирал платком лоб, чем сильно надоел Ленноксу в первые десять минут.
И вновь люди, машины, техника и возмущения. Теперь прибавились ещё и они. Отец доказывал кому-то, что в его обязанности не входит подобное. Что требуется ему лететь назад, зря только вызвали, наврали о благоприятной обстановке и вообще – они тут враги народа, коль подвергают его опасности. На это ему пытались объяснить, что до утра никакой техники обратно не полетит и даже не поедет: следует ждать и никак иначе. Леннокс стоял в шаге от отца, не понимая, что теперь делать. Таким беспомощным он себя ещё не ощущал. Никогда. А ведь Чарльз всегда сопровождал отца! Наверное, он имеет право на несдержанность. Зря он вчера наговорил брату всякого.
- С этим невозможно работать: разберите кто-нибудь корреспонденцию. Какой идиот свалил всё в одну кучу? Где секретарь?
В этот раз на возмущения отца отчего-то ответили крайне злобно и неприятно. Мол, какой, к чёрту, секретарь: у нас тут почти боевые действия. А тыловым крысам, знаете ли, лучше держать свои задницы в мягких креслах! Леннокс философски вздохнул, отчего-то резко успокоившись. Если что-то не получается у отца, то кто он вообще такой, чтоб переживать за себя? Герцог, в сопровождении ещё нескольких лордов, некоторые из которых Фредерику были знакомы довольно давно, оккупировали стол с кучей документов, которые сюда высыпали прям так, не церемонясь.
- Средневековье какое-то: электронные документы, видите ли, могут быть перехвачены. Будто листы сложнее захватить, повредить или сжечь.
Возмутился кто-то, Фредерик посмотрел вверх, обречённо вздохнул и пристроился по левую руку от отца: так ему тоже был виден стол.
- Ответ на вчерашний запрос должен был прийти. Тот, что второй: первый у меня в электронке есть. Сейчас непонятно, кому верить и на что ориентироваться. Действительно – проклятое средневековье.
Гомон голосов сливался во что-то единое, целое. Леннокс бездумно смотрел на ворох документов и удивлялся, с чего же действительно вернулись именно к бумажному варианту. Что, всё так плохо, да? Война, наверное. А они тут, с отцом, получается, как в окружении. Или пока ещё нет? Как всё сложно.
- Я же только что держал в руках этот проклятый приказ! Ну кто додумался его переложить! Мне надо понять, что вокруг происходит, а от меня требуют решить всё здесь, сейчас и вообще без информации!
Это был, кажется, третий раз, когда кто-то что-то потерял в документах. Отец не переставал говорить по телефону с кем-то, пытаясь прояснить, почему произошёл сбой в электронном документообороте и как далее работать с тем, что имеется на руках: новая корреспонденция будет доставлена не ранее утра. А ведь за ночь может произойти нечто непоправимое!
- Отец… может быть, их рассортировать? Документы.
Робко предложил Фредерик, которого, кажется, не услышали. Он знал, как следует организовывать документооборот. Правда, в электронном варианте это выглядело куда как проще. С бумажными документами он пока не особо сталкивался: в эти года их было куда как меньше, чем электронных.
- Если их ещё и записать, тогда не перепутаются они…
Кому было дело до какого-то ребёнка, когда вокруг творилось что-то непонятное и пугающее? Леннокс обошёл взрослых, вставая возле стола. Аккуратно собрал документы в несколько пачек: ровных, но небольших. Позже эти кучки превратились ещё в несколько: входящие, исходящие, чтобы не путаться хотя бы в том, откуда что пришло. От кого или откуда отправленные. Кому – если были отписаны конкретному адресату. Последние тут же были розданы тем, кто откликнулся на свою фамилию, звание и титул. Работа была не сложной, но требовала внимательности и собранности. Леннокс быстро расправился с теми документами, которые требовались окружающим тут людям. Остальные аккуратно записал по исходящему номеру и пронумеровал карандашом: чтобы возможно было понять, где искать документ, в какой стопке и как можно скорее. Через пару часов на столе осталось не так много бумаг, которые были аккуратно сложены, а в центре маленький лорд расположил свой альбом, где было указано, что, в какой стопке лежит и кого именно ждёт.
- Ваша Светлость, вы вытянули второй счастливый билет, надо сказать.
После того, как неразбериха с документами закончилась и частично была восстановлена электронная связь, люди уже не ругались, а общались по-дружески, чувствуя, что взятое под контроль дело будет доведено до конца.
- Сколько ему лет? Выглядит совсем юнцом.
Фредериком интересовались довольно редко, поэтому он не особо понимал, как реагировать на подобное внимание. Решив, что стоит вести себя, как подобает лорду, Леннокс спокойно стоял возле отца, глядя на всех уверенно.
- Нет и одиннадцати. Да, он удивил даже меня.
Герцог пребывал в прекрасном настроении, вовсю нахваливая сына. Фредерик не понимал, за что его так, ведь он ничего такого и не сделал. Просто все были заняты важными делами, конечно, им некогда сортировать какие-то документы, им с ними работать надо! А он всё равно ничего не понимал, и сделал то, что требовалось от него. Любой бы поступил так же!
- Лорд Леннокс, посоветуйте такого потрясающего учителя, что вас обучил подобному: кажется, мне бы он пригодился.
Мальчишка не совсем понял, в шутку ли говорил едва знакомый ему маркиз или спрашивал взаправду, но решил ответить, чтоб не показаться неучтивым.
- Это, Ваше Сиятельство, не один учитель, а три. Но я вам непременно напишу их фамилии: они очень достойно всё объясняют.
Тут же прорекламировал Фредерик, чувствуя себя обязанным перед теми, кто его обучал. Ведь знания не только пригодились, но оказались нужными.
- Ну и нагрузка у сыновей герцогов.
Хохотнул другой мужчина, постарше. Леннокс лишь спокойно улыбнулся.
- Мне совсем не трудно, а даже интересно учиться. Так я могу быть полезным хотя бы иногда. Своему отцу и брату. Знаете, какой у меня брат? Его даже отец хвалит! А ещё – он совсем самостоятельный!
Почему-то хвалить самого себя у Фредерика не получалось. А вот брата – так запросто и искренне, что маленький лорд вновь вызвал улыбку у окружающих. Тем более, Чарльза здесь многие знали, правда почему-то не все разделили позицию Леннокса. Но маленький лорд к тому времени уже так устал, что не сильно помнил, о чём все говорили, но знал, что говорили о хорошем. Под утро Фредерик всё-таки заснул. За тем же столом с документами, в обнимку с альбомом, приспособленным во временный журнал по штабному документообороту. Он не помнил, как заснул совсем. И был кем-то заботливо перенесён в другую комнату.

Отредактировано Frederic Lennox (2017-09-20 17:20:52)

+3

11

02.06.11. Территория 3-го сектора, точное местоположение не определено.

Неожиданное будущее.

Жизнь порой посылает к чертям.

В этот раз Леннокс проснулся поздно. Судя по тому, что отца и кого-нибудь ещё из вчерашних знакомых найти не удалось, его тут оставили, предательски сбежав куда-то вперёд. Присутствующие взрослые говорили мало, от этого становилось как-то не по себе. Фредерик грустно смотрел на большой стол, на котором больше не было никаких документов: наверняка их давно увезли. Тем более, ещё вчера наладили связь. А, значит, маленький лорд опять был никому нужен. Леннокс забрал свой альбом, с сожалением обнаружив, что листа с описью документов нет: его взяли с собой, небрежно вырвав исписанный аккуратным подчерком лист. И оставалось только надеяться, что, быть может, писанина Фредерика хоть кому-нибудь ещё пригодилась. Сегодня тут оказалось куда спокойнее: почти не было солдат и офицеров с красивыми погонами. Как удалось узнать у не особо разговорчивых взрослых, его отец и остальные отправились куда-то на юг. А здесь теперь глубокий тыл и безопасно. Поэтому Леннокса тут и оставили.
«Предатели».
Разобиделся мальчишка на всех сразу. Он же не такой бесполезный, чего его опять бросили? Отец ведь знает! И вчера всё прекрасно видел! Но нет же, оставил тут, с какой-то жалкой кучкой вояк и неизвестной профессии людей в штатском. Поэтому, назло всем, Леннокс-таки вытребовал себе карту местности. Мол, изучать будет. А то вдруг, кто заблудится, а он в курсе, куда идти. Как же они без него-то справятся? Правильно – никак. На деле Фредерик понимал, что затея с картой не более чем лишний повод показать всем, кто тут главный. Ленноксу нравилось командовать. А нынешнее положение попросту обязывало это делать. Ну, то есть, так думал сам Фредерик. Он же тут лорд! Пусть и ребёнок, но что и когда это меняло? Тем более, папа говорил, ему следует учиться распоряжаться подчинёнными. Ведь после того, как его брат унаследует титул и власть герцога, то положение Фредерика окажется не особо приятным: титула графа у него может и не остаться, если у Чарльза будет больше двух сыновей. А это означало, что у Леннокса есть время лишь до момента наследования. Чего он успеет достичь, то у него на руках и останется. Младшим сыновьям герцога полагается заниматься бизнесом: так и роду прибыльно и им самим место неплохое. Или быть юристами. Можно ещё выучиться и стать учёным. Фредерику больше нравился вариант с бизнесом: это престижно, во-первых, а во-вторых, можно приносить пользу своей семье, а данное крайне важно.
- Чего это там?
Странный шум на улице и крики людей Ленноксу совсем не понравились: что там такое могло случиться?! Может быть, приехал отец и остальные? Фредерик аккуратно сложил карту, которую бездумно рассматривал уже, кажется, часа два, забрал себе вместе с альбомом – вдруг, пригодится – и важно пошёл проверять на улицу. Суета вокруг насторожила окончательно.
- Откуда они вообще взялись?
Маленький лорд, выйдя на улицу, обнаружил, что большинства людей, что были тут с утра, уже нет. Они все куда-то делись. А оставшиеся вели себя странно. Особенно Фредерику не нравились их непонятные разговоры.
- Кажется, это местные.
- Вот твари!
- Кругом лезут!
- Ты доложил наверх?
- Разумеется, сразу же! Только не успеют они: глянь, сколько их!
- Ну и попали!

Обрывки фраз ничего хорошего не предвещали. Что же это, выходит, война?
«Прям здесь?! А отец где? Быть может, он успел спастись? Что мне делать?!»
- Что происходит?
Маленький лорд попытался сказать громко и чётко: голос предательски дрогнул, Фредерик испуганно глянул на обернувшегося к нему молодого человека: тот был в форме рядового. Второй же – одет в штатское, значит, и вовсе не воин. Как помнил Леннокс, тут крайне мало солдат. Ведь военные действия там, дальше, на юге, а не здесь! Или это уже совсем не так?
- То и происходит: восстание в городе, чёрт бы его! Всё было тихо-мирно, а теперь как попёрли. Не остановим мы их. Отходить надо!
Прозвучало приговором. Леннокс не успел сориентироваться сразу, поэтому молчал, упрямо поджимая губы: ну что тут скажешь-то, в такой момент?
- Да куда отходить? Сейчас не поймёшь: сзади враги или союзники.
Люди переговаривались друг с другом, и Леннокс в какой-то момент почувствовал себя совсем ненужным. Если на них действительно напали, то он автоматически становился обузой. А ещё – неплохим способом воздействия на герцога Ричмондского, посла самого Императора СБИ.
- Эй, ребёнок: укройся где-нибудь в доме. Может быть, всё же успеет подойти подкрепление: тут совсем близко до опорного пункта.
Ребёнок? Ну да, разумеется. Ребёнок. Фредерик только кивнул, не став спорить и доказывать обратное. На поле боя он был абсолютно бесполезен.
«Если я всё-таки не погибну, то надо обязательно научиться стрелять! Тогда меня убить не смогут. Или я хотя бы смогу застрелиться и не быть обузой отцу. Нет. Наверное, я итак для него не обуза: я же не наследник. Зачем меня спасать? Даже скажут ему, например, что я в плену, то он сразу же решит, что спасать меня не нужно, я же не Чарльз! Вот с братом всё было бы сложнее. А сейчас ничего и не произошло: подумаешь, меня убьют».
Маленький лорд совершенно спокойно думал о своей смерти, как о чём-то обыденном. Но стрелять надо всё-таки обучиться: это лучше, чем плен.
«Только бы папа правда не надумал меня спасать».
Сидеть и ждать своей участи было делом крайне мучительным: но чем мог помочь Леннокс остальным? А если сбежать? То… куда? Где свои, где папа?
Через некоторое время всё стихло. Послышались звуки подъезжающих машин, и Фредерику на минуту показалось, что всё закончилось. И победили, конечно же, британцы. Но в резко открывшуюся дверь зашли совсем незнакомые люди. Без привычной формы войск Британии. Мальчишка нервно сглотнул, попятившись назад: прятаться в доме было крайне отвратительной идеей! Куда вот тут спрячешься?! В шкаф что ли?
- Смотри, какой мелкий. А мордочка-то симпатичная.
Один из вошедших, мужчина под два метра ростом и с оружием в руках, прошёл в комнату. Фредерик дошёл до стены, упираясь в ту спиной: дальше идти некуда. Люди же подходили всё ближе и ближе. Их было уже трое.
- Британская зараза!
Нервно высказался второй, некультурно сплюнув на пол.
- А папочка где? Кто ты? Чей, а?
«Я – лорд Леннокс. Сын герцога Ричмондского!»
Мальчишка осмотрел всех и почему-то не сказал того, что подумал. Разумеется, лорд. Конечно же, Леннокс. И сын, да. Самого герцога. Которого знали многие: имя известное, род занятий – тоже. Только вот, скажи он подобное, то его могут использовать против отца! Фредерик это понял чётко.
- Я слуга. Барона Килдэра. Он взял меня с собой, а потом… Потом он сбежал.
Маленький лорд отчаянно всхлипнул, и громко, самоотверженно разревелся. Никакого барона Килдэра не существовало и в помине. Зато здесь и сейчас был сын герцога Ричмондского. И вот об этом – никому не нужно узнать!
- Сказал, чтобы я тут был. А я… Мне так страшно. Вы меня убьёте, да?
Про страх он даже почти не врал: у него аж коленки тряслись. Один из мужчин громко рассмеялся. Ревущий ребёнок выглядел крайне забавно.
- И чего с ним делать? Эй, слыш, реветь прекратил!
Отчаянно всхлипнув в очередной раз, Леннокс, как по команде, плакать перестал. Да ему самому уже надоело выдавливать из себя этот отчаянный рёв: он давно не ребёнок. Он так даже в глубоком детстве не ревел! Но обстоятельства обязывали: иначе ему бы попросту не поверили.
- Пристрелить его, делов-то.
Хмыкнул третий мужчина, который был ниже остальных ростом, зато мускулист и крепко сложен. Он тут же закурил, прям в доме.
- Безоружного мелкого? Может, ещё в бабу беременную выстрелишь?
И почему они не хотели его убить? Мальчишке это было совсем непонятно. Ещё он знал, что это благородные рыцари из сказок не убивают невинных. А это ведь совсем не рыцари. И даже не британцы. Но они не хотели убивать.
- У меня ребёнок его возраста. Заприте его где-нибудь.
Строго распорядился второй. Ах, вот в чём дело. Люди – существа предсказуемые. Но ведь графу нужно, чтобы его убили! С другой стороны, быть может, скоро подойдёт подкрепление и ему не придётся умирать?
- Ага, а потом продадим: не, ну серьёзно – симпатичная мордашка. Ты глянь!
У первого, кажется, имелись собственные планы на общую добычу.
- Прекрати. Надо устроить оборону. Наверняка отбить попытаются.
Ещё было слышно, о чём говорили люди, хотя Фредерика уже вели куда-то. Оставили тут же, в доме, зато засунули в дальнюю, маленькую комнатку, приспособленную ещё до его приезда под столовую для офицеров.
- Да кому сдалась эта деревня! Тут ничего важного отродясь не было: одни солдаты и прочая британская гадость.
Зато тут был лорд Леннокс. О котором никто не знал. И Фредерику оставалось лишь надеяться, что отец не станет ничего предпринимать против этих страшных людей.

Отредактировано Frederic Lennox (2017-09-21 20:41:49)

+4

12

02.06.11, вторая половина дня. Территория 3-го сектора, точное местоположение не определено.

Новые кумиры власти.

Молитва — это, конечно, хорошо. Она иногда помогает привести мысли в порядок. Но топор есть топор, во что бы ты ни верил.
Терри Пратчетт.

Стулья из комнаты все выгребли. Утащили даже стол. Видимо, нужен был. Маленький лорд обречённо вздохнул и уселся прям на пол. Надо бы обследовать вон тот небольшой шкафчик у окна, но почему-то Леннокс этим не занялся. Находиться в плену ему очень уж не хотелось. Сбежать, опять же, может и получится. Но куда идти? В какой стороне свои?
- Дяденька император, ты же очень сильный, правда?
Леннокс вздохнул, обнимая себя за коленки. Становилось очень страшно.
- Я точно знаю. Ты сильный. Очень.
Почему-то в какой-то момент людям так хочется попросить помощи у кого-то более сильного и значимого. Некоторые обращаются к своим богам. Семья Фредерика почитала только одно божество: власть. Другого не существовало. Но не у власти же просить что-либо? Тем более, император тоже был властью, и маленький Леннокс отчаялся до той степени, когда становилось без разницы, кто именно поможет и даже – как именно. Сам он не справится.
- Мне бы только отсюда выбраться! Дальше я сам.
Честно заверил Фредерик, утерев рукавом пиджачка нос. Хотелось плакать.
- Может быть, ты мне со стенкой поможешь? Вот с этой.
Мальчишка быстро вскочил на ноги, подходя к дальней стене дома. Потрогал ту ручонкой, мол, вот именно это и мешает ему отсюда выбраться!
- Ты бы её убрал, на секундочку. А я бы раз – и убежал. Я смогу, правда.
Но слышат ли нас те, кому мы возносим молитвы и просьбы? Фредерик отчаянно всхлипнул, перебрался в дальний угол, и, кажется, с горя уснул.
Сколько именно он проспал, и что в это время происходило вокруг, он не знал. Но нарастающий гул и шум снаружи разбудил его. Леннокс сонно осмотрелся, встал на ноги и надумал уже пойти подглядывать в замочную скважину двери, что вела из комнаты и, увы, была закрыта на замок. Но осуществить задуманное маленькому лорду помешал громкий шум. Да такой, что заложило уши. Фредерик неосознанно рухнул на колени, хватаясь за голову, зажмурился, и отчётливо услышал, как что-то громко ухнуло рядом. А на самого мальчишку посыпались мелкие обломки и какой-то песок. Подобные звуки раздавались ещё и ещё, но уже намного дальше отсюда. Леннокс боязливо приоткрыл один глаз, и тут же – распахнул оба, изумлённо уставившись на противоположную от него стену: там была трещина. Хорошая такая, добротная трещина, толщиной почти в самого Фредерика! Теперь стало ясно, что это за уханье снаружи: видимо, тот солдат и правда сразу доложил о нападении. И сейчас, в эти самые минуты, шла атака Британии на захвативших это место людей!
- Ух, ты.
Потрясённо глядя на разбитую снарядом стену, произнёс ребёнок. Иногда наши желания исполняются совсем не так, как мы себе это представляем. Но, разумеется, это не повод отступать от назначенных целей.
- Спасибо, дяденька Император!
Горячо прошептал Фредерик, подбежал к щели в стене и попытался туда протиснуться. Не вышло. Но Леннокс не расстроился: не хватало всего немножко. Маленький лорд упрямо укусил губу, решительно направляясь к тому самому шкафчику, который он не успел ещё осмотреть. Встал на четвереньки, залез в него с головой, выбрасывая оттуда какие-то верёвки и прочий непонятный хлам, и вдруг наткнулся на топор. Настоящий такой, ржавый, правда. И это не имело абсолютно никакого значения! С ним Фредерик быстро добежал до стены, принимаясь лупить в ту со всей своей силы, топором: не особо надёжная конструкция поддалась довольно быстро. Щель немного расширилась, и Леннокс, едва протиснувшись в неё, оказался на улице. Тут всё было ещё непонятнее, чем внутри. Но одно он знал точно: если в нападавших стреляли сзади, значит, там были свои! Недолго думая, маленький лорд со всех ног рванул именно туда, на север.

Устал Фредерик достаточно быстро. Наверное, не надо было так резво стартовать, но разве он думал об этом, когда сбегал? Нет, конечно же. По дороге ему никто никак не попадался, и Леннокс уже начал задумываться о том, а туда ли он идёт? Не сбился ли с дороги? А вот пить хотелось ужасно.
«Ну, если я умру тут, от жажды, это же лучше, чем в плену быть, да?»
Он не помнил, на сколько его хватило ещё. Жажда и слабость брали своё, и мальчишка в какой-то момент рухнул на землю, закрывая глаза.
«Неужели, уже всё? Где же я? И папа… Надеюсь, с ним всё хорошо».
Мысли текли вяло, Леннокс старался не думать о воде и смерти.
«Что это такое? Шум. Будто дорога рядом. Как в летней резиденции… Если уйти в поле и лечь на землю, то слышно, как едут машины на шоссе».
- Машины.
Резко сев на земле, мальчишка осмотрелся по сторонам. Он не мог спутать: это точно шум машин. И где-то близко, даже очень близко! Леннокс поднялся на ноги и уверенно пошёл на звуки. Если рядом какая-то трасса, то он смог бы добраться до какого-нибудь города, а потом – связаться с отцом. У него было немного денег с собой, правда, он не знал, хватит ли их.
«Город? Нет. Это не город. Этот база, которую мы пролетали на вертолёте».
Не важно, ошибался ли Фредерик или нет, но здесь находилась техника с распознавательными знаками Британии. И виднелся флаг СБИ. Значит, он пришёл куда-то, где есть власть Священной Британской Империи. Остальное было совершенно не важно: у них должна быть какая-нибудь связь и он сможет позвонить или написать отцу. Тогда тот не станет волноваться. Только вот, не пристрелят ли его сразу, если он туда пойдёт? Про войну мальчишка знал мало, только из истории. Об армии – немного больше. Кто-то из учителей рассказывал ему о военных званиях и родах войск. Из всего этого, Фредерик помнил, что стреляют войска и в своих тоже, потому что даже свои могут быть предателями. Но вот незадача: Леннокс-то предателем не был! Но шёл он с той самой стороны, где были враги. Получается, все могут в спешке решить, что он – враг. И тогда его ждёт смерть. Но теперь-то умирать совсем не хотелось! Фредерик стащил с себя пиджак, снял некогда белоснежную рубашку, теперь же напоминавшую больше серую тряпку из-за того, что мальчишка запачкал её, усердно продираясь через щель в стене. Взял рубашку в руки, и потопал так прямиком в штаб. Всем же известно, что в тех, кто выкидывает белый флаг – не стреляют. У Леннокса флага не было, зато была почти белая рубашка и непоколебимая вера в успех.

Встретили его, конечно, совсем не радушно и крайне насторожено. Фредерик не обижался, конечно же. Но уже через несколько минут выяснилось, что лорда Леннокса знали вчерашние его знакомые, которым он сортировал документы. Поэтому мальчишка был тут же спасён, напоен, накормлен и принудительно уложен в местный лазарет: Фредерик и не заметил, когда успел поранить себе ногу. Наверно, надо было аккуратнее вылезать на улицу. Кстати, пригодилась и та случайно утащенная Ленноксом карта: там как раз-таки присутствовали последние обозначения передвижений и скоплений вражеского населения. Их не успели передать в штаб из-за начавшейся атаки. Фредерик прославился ещё раз, и это только за два дня! Отцу доложили об успехах сына, его свершениях и ещё много о чём, не столь важном. Вчерашние знакомые нахваливали сына герцога. И теперь он не смущался, когда о нём говорили с одобрением, полностью уверенный в том, что он заслужил подобное. Заслужил быть таким же, как его брат и отец! Маленький лорд так проникся происходящим, что забыл подумать, почему это всё происходит. Более низшие чины всегда пытались выслужиться перед старшими. А Леннокс был сыном герцога. Того самого, который имеет право говорить от имени самого Императора Священной Британской Империи.

Отредактировано Frederic Lennox (2017-09-21 20:41:45)

+4

13

05.06.11, день, территория 3-го сектора, окрестности Сьюдад-Виктория, временная штаб-квартира герцога Ричмондского.

Купи, отец, нам маски.

Люди, порой, творят страшные вещи с добрыми намерениями.

Через пару дней, Фредерик был доставлен назад, в штаб-квартиру герцога, где и дождался отца. Брат же задерживался в городе – там, кажется, созван совет на счёт обсуждений дальнейших действий. Фредерик не знал точно, но событие важное. Тем больше он удивился, когда на пороге квартиры появился отец: он отправил Чарльза вместо себя. Сам же, зачем-то, приехал к Ленноксу. Такого ранее никогда не происходило! Чтобы герцог, безо всякой особой причины, вдруг вспоминал о своём втором сыне. И, тем более, оставлял важные дела на Старшего. Ещё большее удивление вызвал разговор, о котором сразу после приезда оповестил отец. Мальчишка даже успел испугаться, что тот это из-за плена. Наверное, надо было точно умереть! Но у него отчего-то не поучилось: ни в самом плену, ни потом, от жажды.

- Фредерик, тебе стоит заняться изучением политологии. Углубленно.
Маленький лорд непонимающе моргнул, глянув на отца. Тот начал разговор сразу перейдя к делу. Как поступал очень часто. Но… О чём он вообще?!
- У меня были учителя по политологии, и я всегда интересуюсь последними новостями. Я вполне знаю, что происходит в мире, отец. Этого…
Договорить мальчишка не успел. Герцог прошёл за стол, кивнув сыну сесть напротив. Леннокс аккуратно сел на стул, уставившись на отца.
- Ты не понял. Я хочу, чтобы ты изучал не азы. И не новости. Я хочу, чтобы ты мог взять в руки моё дело.
Голос герцога звучал строго и непримиримо, Фредерик растерялся на несколько секунд, но тут же – резко вскочил со своего места, поняв, о чём именно ведёт разговор отец. Никогда в жизни он не перейдёт дорогу брату!
- С этим отлично справляется Чарльз!
Слишком резко, несдержанно и даже с обидой громко сказал мальчишка.
- Это решать мне. Ты будешь изучать то, что тебе изучать велено.
Мужчина тоже поднялся с места, выходя из-за стола. Происходящее ему не понравилось. Герцог не терпел, когда ему перечили. Особенно его дети.
- Не буду! Чарльз отлично справляется! Он всё-всё делает! Это правда!
Тут же принялся заступаться за брата маленький лорд. Было обидно.
- Будешь. Чарльзу нужен помощник.
Ложь. Это было ложью. Герцог видел, как именно не справляется старший сын. И с чем именно. Дело совсем в другом. Но об этой проблеме никто не знал: глава семейства не сообщал никому о подобном. Чарльз обладал отличными знаниями и умениями. Он был великолепным политиком. Но эмоции губили его. Там, где они были абсолютно недопустимы, Наследник позволял себе их слишком много. Пока отец рядом и способен всё взять под контроль – это не страшно. Но что случится потом, когда герцогом станет старший? Тормозов не будет. Эмоции там, где положено быть холодности и сдержанности – отвратительный вариант. Для Чарльза, для его семьи, для рода и страны в целом. Он не мог допустить подобного после своей смерти.
- Помощник?
Хоть настороженность и не прошла, но Фредерик говорил уже спокойнее. Ну да. Что плохого в помощи? Он будет рядом с братом – это же очень хорошо!
- Да.
Герцог ответил сухо. Чарльзу нужен тот, кто будет его страховать. Во всём и всегда. Станет тем, кто сможет прикрыть его минусы в нужное время и в нужном месте. Своеобразная подушка безопасности. Верный пёс под боком, что станет нападать на неугодных. Отличная ширма, за которой можно спрятать и несдержанность, и эмоции. А, в неудобном случае, проще всё свалить на собаку, наказания которой будет вполне достаточно разъярённой публике. Это был просто великолепный план, который нравился герцогу.
- Хорошо, отец. Я буду изучать всё, что ты скажешь.
Покорно и с радостью согласился Фредерик: брату он всегда готов помочь.
- Я подберу профессоров сам. По приезду – сразу приступишь к обучению.

Маленький лорд счастливо улыбался, сидя в небольшой комнате: оставалось лишь дождаться брата и всё ему рассказать. А ещё – извиниться за то, что Фредерик ему всякое наговорил, тогда ещё, двадцать девятого. Чарльз всегда и везде сопровождал отца, и Леннокс не сомневался, что в этих поездках, во всех, без исключения, всё было так же сложно, как и в те дни, проведённые с отцом. Старший брат поэтому такой сердитый и несдержанный: на его месте кто угодно таким станет! Это же сложно – сопровождать герцога.

- Старший слишком избалован. А вот младший… Хваткий. Усидчивый. В его-то возрасте знать, что такое документооборот, это же потрясающе! И не поленился ведь. Никто не заставлял – сам, всё сам. Самостоятельный.
Мимо юноши прошли два человека статного возраста, обсуждая что-то между собой. Но он знал, что именно они обсуждают. Отлично знал!
- И не говорите, милорд. Кажется, у Его Светлости появился выбор.
Всё чаще и чаще в узком кругу лиц всплывала новая фамилия – Леннокс.
- Ну что вы, Ричмондский давно отдал предпочтение старшему сыну. Это известно всем. Навряд ли он пожелает что-то менять.
Общество всегда с распростёртыми объятиями принимало всё новое. А позже – ломало и закапывало то, что приняло, лишь потому, что оно им надоело.
- Верно. Но очевидно же, что младший более конкурентоспособен.
Сколько новых тем для обсуждения! Люди любили всё обсуждать.
- Его светлости, разумеется, виднее. Но я бы предпочёл работать в спокойной обстановке, чем выслушивать очередное недовольство маркиза.
Многим давно стало очевидно, что Наследник Ричмондского – не идеальный человек. Да тут каждый не идеальный. Но обсуждать лучше других, не себя.
- Слишком не сдержан. И всё же – старший сын. Наследует отцу он.
Как раз здесь встречались противоречия. Но и их любили обсуждать.
- Не в этом обществе: лучший из лучших занимает высокий пост. Знаете ли, я постоянно напоминаю об этом своим детям: это стимулирует их.
Методы воспитания в высшем обществе с виду хоть и разнились сильно, но на деле были исполняемы будто под копирку. Вначале потакали своим же детям, а позже взваливали на них неподъёмный груз ответственности.
- Известны случаи, когда наследовали даже не сыновья.
Как же иначе? Если сломанные куклы вдруг переставали слушаться – им искали замену. Те, кто мог взять власть в свои руки, только этого и ждали.
- Вот именно, милорд. Поэтому стоит подождать и посмотреть – что будет.
Люди всегда были и остаются жестокими. Не важно, каким именно способом и по какой причине – всегда найдётся тот, кто скажет, что кто-то лучше тебя.
Чарльз сделал попытку не разозлиться. Подобные разговоры за последние несколько дней его порядком достали. Он сопровождал отца с одиннадцати лет. Всегда был рядом. Даже когда тот был недоволен. Он не был хуже Фредерика! Не был! Никогда! Мелкий выскочка. Откуда он только взялся! Какая нечистая велела отцу взять с собой младшего?! Маркиз прекрасно понимал, из-за чего герцог потащил Леннокса с собой. Ведь именно об этом сказал сам Чарльз. Сгоряча, несдержанно и не обдумывая, он кричал отцу, что мелкий ублюдок не способен ни на что! И если тот окажется рядом с герцогом даже в обычной ситуации, то тут же запросится домой! Маркиз полагал, что всё так и будет. Откуда он мог знать, что брат выдаст такое! Ему прямая дорога к мамочке под бок, а не в эпицентр военных действий. Но мелкий, упрямый осёл, решил всё иначе. Чарльз нервно кусал губы, и всё никак не мог дождаться возвращения в штаб: чтобы высказать Фредерику всё, что он о нём думает. Никчёмный молокосос он, вот кто! Ничтожество.

Отредактировано Frederic Lennox (2017-09-21 21:44:45)

+3

14

05.06.11, поздний вечер, территория 3-го сектора, окрестности Сьюдад-Виктория, временная штаб-квартира герцога Ричмондского.

И волком станет заяц.

Двое лидеров никогда не смогут мирно ужиться на одной территории.

- Брат? Ты уже вернулся? А отец говорил, что ты будешь лишь завтра.
Старший не ответил. Но он так часто не отвечал Ленноксу, что Фредерик и не подумал обидеться или насторожиться. Даже совсем наоборот.
- Мне с тобой поговорить нужно.
Вновь тишина в ответ. Фредерик вздохнул, виновато глядя на брата.
- Я хотел извиниться. Я не должен был тебе говорить такое. Но, понимаешь, я рассердился и не отдавал себе отчёта, что несу. Чарльз, я правда не хотел. Ты всегда с отцом, и сильно устаёшь. Знаешь, я когда с ним был, мне тоже было страшно. Немножечко совсем. А ещё когда стреляли и вообще…
Страх. Фредерик, разумеется, испытывал его в плену. Но вот в остальном – нет. За каждый поступок ты должен нести ответственность. Этот принцип, как нельзя лучше, описывал поведение в подобных ситуациях, в каких пришлось оказаться Ленноксу. Взялся что-то делать – так делай. Вызвался быть главным – будь им. И никак иначе. Фредерик усвоил это. Но всё же. Брат имел право на отвратительное поведение, потому что он… Мальчишка впервые не нашёл причины и оправданий Чарльзу. Имел право почему? Потому что был наследником? Потому что был будущим герцогом? Выходит, брат всё же не имел никакого права вести себя глупо и по-детски, напрасно злясь там, где всё можно решить верными распоряжениями. Впервые Леннокс думал об этом. Но не говорил. Потому что любил брата.
- Что ты вообще несёшь? Жалкая тварь.
Чарльз остановился резко, оборачиваясь к мелкому. И вдруг присел рядом с ним на одно колено. Фредерик удивился, но, оказавшись почти нос к носу с братом, резко отстранился. От Чарльза отчётливо несло спиртным.
- Давай лучше завтра поговорим? Ты устал. Тебе надо отдохнуть. Я же вижу.
Попытался исправить ситуацию Леннокс. Но он и подумать не мог, почему именно так ведёт себя Наследник. У него были на это причины! Или нет?
- Ну, чего ты? Говори, что думаешь. Пёс.
Схватив за руку младшего, Чарльз дёрнул того на себя, заставляя подойти вплотную. Фредерик испугался, зажмурившись, и вдруг распахнул глаза. Глядя на Чарльза в упор. Брат вёл себя отвратительно.
- Иди спать.
Из голоса пропала всякая мягкость. Леннокс продолжал смотреть спокойно и собранно, даже не думая о том, что стоит отвести взгляд, не зля брата.
- Не смей указывать мне. Я – твой герцог!
Его герцог? Где? Вот прямо здесь и сейчас? Это точно? Но всё же…
- Ты мой герцог.
Повторил мальчишка так же спокойно, будто говорил сейчас о чём-то обычном, в располагающей, привычной всем обстановке.
- Поэтому встань. И иди спать.
Если кто-то это увидит, то пойдут нехорошие слухи. Фредерик это знал. Надо срочно убрать отсюда брата в его комнату. А завтра он всё решит.
- Не смей! Я сказал! Не смей мне указывать! Пёс! Тварь!
Голос Чарльза был громким и, увы, совершенно не трезвым. Видимо, разговоры были слышны и в комнатах, потому что из одной вышел отец.
- Не заставляй меня тебе указывать.
В какой-то момент Фредерику отчётливо показалось, что он сейчас находится в каком-то балагане. Или цирке. А это всё – низкосортное представление, придуманное наспех, лишь бы что-то показать зрителем. Когда к ним подошёл герцог, Леннокс улыбался брату: так же спокойно и снисходительно. Наблюдать со стороны злость Чарльза, его беспомощность, было с чего-то интересно.
- Что тут происходит? Фредерик, ты как говоришь с братом? Чарльз. Ты пьян? Почему ты вернулся вечером? Ты должен был приехать с утра.
Герцог ещё не успел разобраться, что именно происходило здесь и сейчас. Но его дети ссорились. Или же… Нет? Злость Чарльза и спокойствие Фредерика насторожили мужчину. Старший злился часто и много. Но вот младший…
- Именно – он мой старший брат. И ему не полагается ходить пьяным по округе и людей пугать!
Сейчас Леннокс прекрасно осознавал, что он говорит и почему в таком тоне. Герцог отчего-то не ожидал ответа именно от Фредерика. Он хотел услышать от Чарльза, что происходит здесь. Чёткий, спокойный ответ. В итоге с ним говорил его второй сын. И говорил так, будто имел на то полное право!
- Прекрати сейчас же!
Герцог уже порядком рассердился, на всех сразу, повысив голос.
- Прекратить что?
Голос прозвучал уверенно и холодно, неожиданно даже для самого Фредерика. Кажется, он тоже разозлился. Но эта была совсем иная злость. Расчётливая, не распространяющаяся на собственные чувства и эмоции.
- Я сказал – не смей!
Ещё громче крикнул герцог, замахиваясь ладонью на младшего. Леннокс не отвёл взгляда, рассматривая отца строго и оценивающе. Этот холодный, цепкий взгляд. Он слишком хорошо был известен герцогу. Так смотрел его дед. Ещё тогда, совсем давно. Сколько же в то время было лет нынешнему герцогу? Двенадцать. Он впервые познакомился с дедом именно в этом возрасте. Не раньше, нет. Герцог никогда не посещал дни рождения своих детей, и, уж тем более, внуков. Последние считались чем-то вроде вещей. Таких, ценных, что ставятся на дальнюю полку, чтобы не рассматривали чужие. От деда он узнал много нового. О себе. Несдержанный. Недостойный. Неумелый. И это заявлял тот, кто в то время держал в руках всю власть рода. Сколько усилий стоило выслушать подобное от родственника? А позже – попытаться жить дальше. Без поддержки родителей. Деда слушались беспрекословно и все. Не обсуждали его слов и выводов. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Заступиться за собственного сына отец попросту не посмел. Перечить Герцогу – тем более. А ведь Наследник всё пытался стать таким же, похожим на собственного отца. Напрасно, разумеется. Дед даже на смертном одре не пожелал видеть собственных детей, считая их жалкими. И теперь… Этот ребёнок. Как в такой ситуации он мог сохранять самообладание? Каким образом смотрел так открыто, прямо и требовательно? Герцог сам не понял, как опустил руку и отошёл от младшего сына на шаг, будто отступая с поля боя. С ужасом осознавая, что он действительно проиграл. Десятилетнему ребёнку. Своему младшему сыну. Или это была уступка? Приятнее было думать, что именно она. Но Фредерик был тысячу раз прав, чёрт возьми! Наследник вёл себя недостойно. Он позволял себе лишнего. А его отец – потакал ему в этом. Но младший должен знать своё место! Только…
Первая часть плана не могла быть выполнена при таком раскладе событий.
Двое лидеров никогда не смогут ужиться мирно на одной территории. Это стало слишком очевидно, чтобы продолжать закрывать глаза. Будущий наследник рода, обязанный быть непоколебимым управленцем, уже сейчас начинал сдавать свои позиции тому, кто не унаследует ничего. Герцог отлично помнил, как некогда разделили и его с братом. Младший остался с родителями, которые потакали ему во всём. Ведь маленький он ещё. В пять лет. В десять лет. В пятнадцать лет. В двадцать. Он всегда был маленьким для родителей. Разница в жалких три года позволяла младшему совершенно не заботиться о своём будущем: о нём беспокоились родители. Покуда старшему не было никаких уступок и даже права на ошибку. Герцог слишком живо помнил всё до мельчайших подробностей. Всю тяжесть власти и отсутствие поддержки от отца. И как было сложно не сдаваться, не бросать начатого. А потом случилось то страшное событие, подкосившее родителей: смерть младшего сына. Он попросту подох от передозировки наркотиков, как какой-то нищий идиот! У него было всё! Любовь семьи, перспективы, всё! Покуда будущий герцог ненавидел власть и не желал править землями, лишённый поддержки отца и любви матери, эта мелкая тварь спивалась под забором родительского дома! Это мерзко! Нет! Ни за что. Он не позволит себе подобной ошибки с собственными детьми. Поэтому под родительской опекой останется Чарльз – наследник великого рода, будущее их семьи.
Но Фредерик был слишком мал. Он вырос быстро, так же быстро повзрослел: отец и не заметил этого. И всё же. В таком возрасте сложно справиться с ответственностью подобного уровня. А, значит, герцог подпишет ему приговор. Младший сын поймёт, что такое власть и надолго усвоит, как не следует вести себя с теми, у кого её куда как больше. Герцог так же допускал и тот вариант, что случился с его собственным братом. Что ж, такова судьба.

+3

15

12.06.11, вечер. СБИ, Флорида, графство Леннокс, поместье Fond de l’Etang (франц. – дно пруда), близ Джупитер-Айленд.

Пожинай, что я посеял.

Неправда. Люди не боятся ни смерти, ни темноты. Они страшатся лишь неизвестности.

Ныне пустующий особняк, принадлежащий роду Леннокс. Позапрошлый граф Леннокс к старости основательно поехал на тему покорения природы. Человек – венец творения и всё ему доступно! Особняк и его окрестности были отстроены действительно на осушенном озере. Отсюда и название, которым гордились предки Фредерика. Ныне поместье находится в упадке. Ленноксы давно сменили место основной резиденции, оставив это убогое место на откуп природы. Но, как ни странно, дом остался стоять так же крепко и величественно, будто его только что покинули хозяева, ненадолго отъехав по делам в столицу. Неухоженный вид поместью придаёт лишь заброшенный сад и пруд, который больше походил на страшное болото.
Из-за неразумного приказа осушить озеро, под удар попали местные жители графства. И, вскоре, все, кто мог и имел возможность – разъехались, прозвав место проклятым. Проклятья, конечно, никакого не было. Что не мешало слагаться всяким легендам и байкам, которые непременно рассказывали всяким случайно забредшим сюда чокнутым туристам – другие тут и не появлялись.
Джупитер, когда-то давно, был крупным портовым городом, со своей гаванью и удобной пристанью. Люди, оставшиеся жить на этой территории, до сих пор пытаются добиться финансирования на возрождение пристани и укладку новых дорог. Но, кажется, даже они потеряли всякую надежду. Отсюда проще сбежать, чем заставить себя остаться.

Разросшиеся кусты и деревья представляли собой поистине странную картину. Фредерик уже с час молча смотрел в окно автомобиля, не проронив и слова. Как это вообще можно было понимать? Ссылка? Наказание? Предательство? Маленький лорд зло фыркнул, продолжая упрямо разглядывать местные пейзажи. Хмурое небо, вот-вот грозящее разразиться дождём, не прибавляло никакого оптимизма. Оно было будто таким же, как и жизнь Фредерика – неизведанным, но непременно серым, безрадостным, пугающим. Дорога казалась неровной: машина то и дело петляла мимо луж.
- Поместью отписано неплохое содержание, господин. Вы желаете нанять квалифицированных слуг? Или, быть может, из… местных? Тут много приезжих. Не-британцев. Я бы не рекомендовал вам… Вы слушаете?
Мальчишка тяжко вздохнул, не ответив. Слушает он. Толку-то от того, что он слушает?! Неплохое содержание. Ха! Да лучше бы его пристрелили, чем посылать в такое место одного, со старым, никчёмным дворецким!
- Вам придётся взять всё в свои руки. Поместье и его территории, вместе с населением, официально отписаны вам. Милорд?
Опять молчание. Ему, да? Замечательно. Отец от него хочет… чего? Блестящего управления? Быть может, поднятия со дна этого престарелого реликта бурной тупости бывшего графа?! Бред. Герцог вообще помнит, сколько лет его младшему сыну?! Ах, да. Возраст это не главное. Как же.
- Следует нанять экономиста, если вы не желаете управлять поместьем сами.
В голосе дворецкого слышится разочарование. Что, и он тоже ожидал от Леннокса поступков и действий?! Какие же взрослые иногда наивные!
- Не буду никого нанимать. И слуг тоже. И вообще. Ничего не буду.
Наконец-то высказался Фредерик: резко, несдержанно, обижено.
Дождь всё же пошёл, когда Леннокс вышел из машины. Порыв ветра принёс с собой затхлый воздух с местного озера, заставив поморщиться. Дно болота – иногда это место называли именно так. Как же они были правы! Действительно – самое дно любой цивилизации… Ниже падать некуда. А, значит, остаётся только… Смириться. В тот момент Фредерик подумал именно так. Спустя несколько лет он выскажется совершенно иначе.

- Молодой господин, без слуг за домом невозможно будет ухаживать в нужной мере. К тому же, вам не приличествует спать и работать в одном кабинете, и там же – принимать пищу. Так не полагается. Но это единственная комната, более-менее пригодная для вашего проживания.
В голосе старого дворецкого, сосланного по каким-то неясным Ленноксу причинам, вместе с ним, слышалось разочарование и страх. Разумеется, кто б не забоялся остаться у чёрта на куличках на руках с мелким оболтусом!
- Так сойдёт. Мне без разницы.
Отмахнулся Леннокс, в очередной раз услышав печальный вздох старика.
- Вы планируете спать один?
Странный вопрос – ну не с ним же! Большая комната отличалась от детской. В этом поместье всё было каким-то чужим, холодным и пугающим. Леннокс поёжился, но признаваться, что он боится – не стал. Он же взрослый.
- Ты хотел предложить свою кандидатуру?
Маленький лорд попытался пошутить. Вышло вымученно и безжизненно. Губы скривились в улыбке, которая больше походила на какую-то странную, обезображенную маску. Леннокс не разобрался в этом необычном комке чувств, принадлежащих будто не ему. Он злился, был напуган, но ехать назад, к отцу, он не хотел. Почему-то смерть сейчас казалась более достойным вариантом, чем признаться в собственном бессилии кому-то ещё.
- Нет. Но…
Как же Фредерик ненавидел все эти «но»! И печальные вздохи людей! Запретить бы им всем вздыхать! А ещё – смотреть на него с сожалением!
- Говори.
Распорядился Фредерик и молчание, которое последовало далее, напрягло куда сильнее предшествующего всему этому разговора.
- Местные поговаривают, на заброшенном озере водится чудище.
Старик сказал тише. Фредерик только фыркнул, но замолчал, слушая.
- И я сообщал об этом вашему отцу, но он сказал, что сказки это всё. И помимо меня никого вам в сопровождающие не отправил…
Вот же. Опять он! Отец. Тоже вот, отец! Ещё и в замок с привидениями поселил! Отлично! Полный набор! Леннокс разозлился совсем.
- Если отец сказал, что нет тут никого – значит, нет! Ступай. Я сам лягу.
Приказал маленький лорд, не оставляя старику выбора, как только удалиться из комнаты. Фредерик нервно вздохнул, осматриваясь вокруг.
«Монстр. И кто тут вообще настоящий монстр ещё! Додумался же, старый дурак, такое на ночь рассказать. Как спать прикажете? С открытыми глазами и револьвером под подушкой?! Хотя мне без разницы. Подумаешь, сожрёт меня этот монстр. Или до смерти напугает – так даже лучше! А, может, отцу только это и надо? Вдруг он всё так и планировал? И у меня нет револьвера».
Мальчишка сел на кровать, неумело стащил с себя пиджак, жилетку, штаны и полез зарываться в одеяло поглубже – от монстра. В детской всегда горел ночник, а окна были завешаны красивыми, тяжелыми шторами приятного, шоколадного цвета. Тут же – всё иначе. Совсем. Домом и не пахло.
«Если он так планировал, значит, я не могу умереть здесь. Лучше где-нибудь в другом месте и сам. Только не здесь, по распоряжению отца!»
Поездка была долгой и совершенно безрадостной, поэтому уставший мальчишка сам не заметил, как заснул. Всё вокруг провалилось в тревожные сумерки, и Фредерик очень старался не думать про монстра: придуманного и настоящего. Настоящим, конечно, был отец. Или же…
Странное шуршание – вначале за окном. А потом будто по полу. Маленький лорд испугано вздрогнул, притаившись в одеяле. В окно стучали ветки давно засохшего дерева, которое никто не удосужился спилить. Поместье пустовало довольно давно, и хоть его убрали, подготовив к приезду Фредерика, никакого уюта здесь не наблюдалось. Нанятые рабочие просто сделали своё дело, получили деньги и разошлись. Конечно, никто же им не платил за то, чтобы они сотворили из этого места сказочный домик для десятилетнего ребёнка. Повторившийся вновь странный звук заставил мальчишку замереть на месте и прислушаться. Можно было наивно полагать, что, завернувшегося в одеяло с головой Фредерика не найдёт монстр. Но Леннокс так давно не верил ни в какие сказки и прочие глупости, что не поверил теперь и в собственное спасение. Зато верил в монстра.
«Нет, нет. Не может этого быть. Ведь всё – сказки. Для детей! А я… я… я и есть ребёнок! Нет. Всё не должно кончиться так. Ни за что. Я лучше завтра с лошади упаду и разобьюсь! Только не от этого монстра! Не хочу!»
Звать на помощь старика дело бесполезное – дворецкий был глуховат, да и наверняка не стоял за дверью по стойке смирно, ожидая, когда его позовёт мальчишка. Страх сковывал, обездвиживая. И Фредерик не понял, в какой момент это его разозлило. Разозлило так сильно, что он отбросил от себя одеяло, уставившись в пустоту. Нет. Тут было что-то ещё…
Он видел эти огромные глаза, пылающие ненавистью, злостью и… обидой. Да. Это была именно она. Наверное, монстр хотел увидеть кого-то другого. Кого-то более… достойного. А увидел всего лишь Фредерика Леннокса.
- Я знаю, что даже тебе я не нужен.
Мальчишка выполз из-под одеяла, окончательно перестав дрожать. Смысл бояться какого-то монстра, если в эту дыру тебя засунул сам отец!
- Но, понимаешь, больше никого нету – только старый дворецкий. Но ты его лучше не трогай. Он добрый, хороший, но плохо слышит. Он не специально, просто так бывает с людьми – от старости. А я… я всё-таки лорд. Пусть и не тот самый, которого ты ждал. Но, что делать, другого не предвидится.
Тяжелый вздох, и Фредерику показалось, что монстр смотрел на него понимающе. Правильно говорил учитель по философии – просто к каждому нужен свой подход. Даже к страшным монстрам, живущим под кроватью.
- Я тут буду жить… сколько-то. Не знаю пока, сколько точно. Но я постараюсь вести себя тихо и не мешать тебе.
Он привык уступать, что уступил даже какому-то монстру. Маленький лорд виновато улыбнулся, но улыбка быстро исчезла с его губ.
- И ты – тоже. Веди себя тихо.
Сухо, сурово приказал он – не попросил. Приказал. Потому что это – его поместье. И он – лорд Леннокс, второй сын герцога. Хозяин этой земли отныне и до… Почему же так сложно думать о том, что будет дальше!
- Наверное, тебе скучно. Правда?
К страшным, горящим желтым огнём глазам, прибавилось едва различимое очертание – будто монстр полностью состоял из самой тьмы.
- И мне скучно. А ещё очень грустно. И мерзко как-то. Может быть, правда, меня хотели скормить тебе? Но чего-то ты не нападаешь. А я не хочу так умирать. Нет, не потому что смерть страшная, а потому что хочу по-другому.
Решительно рассказал монстру свою тайну Фредерик, удобно устроившись на кровати. Спать совсем не хотелось. Почему-то. Да и за окном становилось светлее, наверное, скоро должен быть рассвет. И совсем не страшно.
- Ты боишься света?
Спросил маленький лорд, внимательно вглядываясь в огромные, горящие глаза. Там теперь не было ненависти и злости. Но были… слёзы? Мальчишка непонимающе моргнул и, аккуратно сползши с большой кровати, отважно направился к страшному монстру, протягивая к тому ручонку.
- Тебе положено пугать, а не плакать!
Решительно заявил Леннокс. Вот он-то точно знал, что полагается монстрам!
- Ну не плачь! Так нельзя! Я вот решил быть сильным, даже когда страшно и когда хочется домой. Поэтому ты тоже не должен ни о чём жалеть!
С нажимом, уверенно сообщил Фредерик монстру, как вдруг заметил, что его плеча что-то касается. Он тут же решительно поднял взгляд на чудище, но увидел лишь как догорают глаза – словно маленькие угольки. И ещё – слёзы. Что-то сжало его плечо сильнее. Маленький лорд непонимающе моргнул, нахмурился и вдруг распахнул глаза: перед ним стоял старый дворецкий и тряс за плечо. Леннокс ошарашено и непонимающе глянул на того.
- Утро, господин. На силу вас разбудил. Вы… плакали во сне?
Мальчишка быстро сел на кровати, хотел было возмутиться, что он не плакал совсем, монстр – плакал! А сам Леннокс – вот нет! Но, коснувшись щеки ладошкой, он понял, что плакал именно он. Но, как же так?!

+3

16

15.06-03.07.11. СБИ, Флорида, графство Леннокс, поместье Fond de l’Etang.

Dear monster.

- Ты не боишься?
- Я не надеюсь.

- Молодой господин, вы не передумали? Быть может, всё же стоит нанять экономиста и управляющего, раз вы не желаете распоряжаться сами. Я слишком стар, чтобы уследить за всем. Поместье не такое большое, как у вашего отца, но оно достаточно крупное: всё-таки, тут некогда была главная резиденция рода Леннокс. Как многое изменилось…
Дворецкий говорил осторожно, Фредерик же пока сам ничего толком не решил. Он понимал и отлично знал, что если уж есть у тебя что-то, этим обязательно требуется управлять. Теперь у него было поместье и земли.
- Полагаю, слухи о возвращении графа в поместье разошлись по округе. Наверно это рассказали люди, нанятые для приведения комнат поместья в надлежащий вид. Вам нужно принять решение об управлении землями: уже начали приходить с просьбами. Что прикажете им отвечать?
От нерадостных дум Фредерика отвлекли последние слова дворецкого: до этого он его не особо слушал и всё думал про монстра, про отца и о доме.
- А чего им просить у меня?
Пожал плечами маленький лорд, обиженно наблюдая за тем, как дворецкий одевает его: сам он не особо умел, всегда окруженный сотнями слуг и нянек. Теперь же, занятый нерадостными думами, и вовсе не хотел ничего делать.
- Земли графства в запустении. Ныне приехали вы, и люди находят в вас надежду на будущее. Быть может, вы всё же наймёте управляющего?
Вопрос опять остался без ответа. Как можно кого-то нанимать тогда, когда в тебе кто-то другой видит надежду?! Ждёт твоих решений.
- Ну, официально я – граф Леннокс. Поэтому принимать людей буду я.
Важно постановил маленький лорд, и встал на ноги, как только дворецкий закончил с его шнурками на ботиночках.
- А какое содержание отписано поместью? Мне надо всё узнать, потому что если я ничего не знаю об этом месте, то как я им буду управлять?
К десяти годам Леннокс уже отлично знал экономику, и разбирался в том, как следует зарабатывать деньги. Правда, всё это было лишь на бумаге и страницах книг. Но теперь от него зависели люди, и ему придётся принимать настоящие решения, владеть настоящим имуществом и постараться не обанкротиться хотя бы в первые месяцы. Отец отправил его сюда затем, чтобы проверить. Это был самый отличный вариант происходящего. И так было проще думать лорду. А, значит, у Фредерика нет другого выхода, как брать в свои руки мерзкое поместье и пытаться сделать хотя бы что-нибудь.

Следующие недели после твёрдого решения Леннокса быть графом шли как-то безрадостно. Люди приходили просить у него денег, иногда – устроить своих детей учиться в столицу. Или хотя бы ещё куда-нибудь. Фредерик не мог выполнить ни одну из подобных просьб. Ведь это надо просить совсем не у него: власть маленького лорда заканчивалась ровно тогда, когда заканчивались границы его поместья и прикреплённых к нему земель. Страшный монстр продолжал время от времени являться Фредерику то ли во снах, то ли наяву. Вскоре Леннокс так привык к нему, что, когда тот вдруг не приходил – писал ему письма: на листке бумаги, ручкой без чернил.

«Дорогой монстр» – красивым почерком, умело выводя буквы, писал Фредерик – «сегодня опять было пасмурно и холодно, и я так и не пошёл гулять в сад. А ведь так хочется всё тут изведать! Но дворецкий говорит, что у меня слишком много дел и надо бы перестать заниматься глупостями. Но какие же это глупости, если я даже не знаю, что вокруг меня находится! Несправедливо говорить так. Но я на него не обижаюсь, ведь он старый уже, помрёт скоро. Кстати недавно я думал о своей смерти. Знаешь, наверное надо всё-таки умереть как-нибудь по-особенному. Например, утонуть в том озере. Тогда, может быть, я тоже смогу остаться тут навечно, как ты, и мы сможем дружить постоянно, а не только когда луна и ты решаешь прийти. Иногда я скучаю по маме… Но тебе это неинтересно, поэтому я лучше не буду писать. Это грустно, когда мамы нет рядом. Я думаю, ты понимаешь меня <…>
Искренне и всегда твой,
Фредерик Леннокс.
18.06.11.»


«Дорогой монстр! Иногда мне кажется, что я совсем не создан для правильной жизни! С утра мы ездили с визитом в местную школу: я вчера подписал документ о продлении содержания, поэтому надо было ехать. Хотя дворецкий сказал, что можно им просто написать письмо. Но я поехал, всё-таки. Интересно было. Там столько детей! Кошмар. А ведь я никогда раньше не был в школах. Учителя приезжали в папин особняк, и там я учился всему на свете, даже не покидая стен дома. <…> Наверное это неправильно. Как можно научиться управлять миром, если даже не знаешь, что находится за забором? <…>
Твой,
Фредерик Леннокс.
20.06.11.»


«Дорогой монстр. Сегодня я вызвался поехать в местную деревню, в ту, что в стороне заброшенного порта. И почему ты меня не отговорил от этого?!  Наверное, в этом мире столько бед и страданий, чтоб людям не жалко было умирать. Твёрдо решил с завтрашнего дня провести расчёт доступных средств. Это будет сложно, но я обещаю справиться, потому что выхода уже нет. Да и откуда ему взяться, если люди голодают и болеют? Ещё я не хотел тебе говорить, но скажу. Если ты правда умеешь есть людей, съешь, пожалуйста, всех, кто сильно болеет. Я понимаю, они не вкусные. Но они так мучаются. Наверное, я не должен так говорить. Но мне страшно. Очень страшно не справиться, и поэтому я думаю о недостойных глупостях.
С уважением,
Лорд Леннокс.
21.06.11»


«Дорогой монстр. Я очень стараюсь быть сильным. Но сегодня я начал писать письмо маме. Я знаю, что не должен так поступать. Что если я так сделаю, то все узнают, что я на самом деле слабый. Мне приятнее думать, что о моих слабостях знаешь только ты. Но… почему так сложно быть не собой? На самом деле я совсем другой. И даже боюсь тебя! Представляешь? Ты, наверное, улыбаешься и думаешь, а не съесть ли меня сегодня ночью. Но лучше сегодня не надо – на ужин было что-то ужасно острое и я не уверен, что после этого я вообще ещё вкусный.
Твой друг,
Фредерик Леннокс.
24.06.11.»


«Дорогой монстр. Мне так надоело хоронить вчерашний день каждое утро. Время уходит от меня безвозвратно, и я очень хочу сделать что-то по-настоящему нужное и важное. Ты не знаешь, случайно, что мне надо сделать? Наверное, это никто не знает. А я понимаю, что всё равно это придётся когда-нибудь узнать. И лучше уж раньше, до того, как будет поздно. Кстати, я определился с финансированием: начнём всё-таки с производственной сферы. Если людям дать возможность заработать, наверное, они смогут дожить до лучших времён, когда я наконец-то повзрослею, вырасту и стану достаточно умным, чтобы делать всё правильно.
Лорд Леннокс.
25.06.11.»


«Дорогой монстр, почему тебе не нравятся звёзды? Сегодня смотрел на них всю ночь с балкона, а ты так и не пришёл. А мне хотелось плакать. Вспоминал про маму. Какой же я на самом деле слабый… Пришлось опять читать экономику – из-за того, что я понимаю написанное в книгах, я чувствую себя не таким бесполезным существом.
27.06.11.»


«Дорогой монстр! Сегодня я выяснил, что библиотека бывшего графа Леннокса была перевезена из этого поместья не вся! И вот, после нескольких часов, проведённых в исследовании подвалов и комнат в старой части дома, я нашёл книги! Они такие старые, что даже пахнут плесенью. Так себе, удовольствие. Но, знаешь, там есть книги по экономике. Некоторые вещи, которые писали там в своё время, сейчас мне кажутся очень смешными. Люди писали и думали, что они умные, а на самом деле сейчас это всё совершенно не работает! Надо вырастать поскорее, а то я так ничего и не сделаю. С завтрашнего дня буду пить много молока – в книжке про медицину написано, что надо обязательно укреплять кости кальцием.
Всегда к твоим услугам,
Фредерик.
30.06.11.»


«Дорогой монстр. Расскажу тебе тайну. Среди старых книг нашёл одну с оторванной обложкой. Я думал, там что-то полезное в книге, а там про любовь. Признаюсь – зачитался. Никогда не думал, что люди готовы умирать не только за деньги, но и за какие-то странные чувства. Я, наверное, ни за кого умирать пока не готов. И любить тоже лучше не буду. Вот так полюбишь кого-то, а потом – раз! Или умирай или тебя не любят!
Леннокс.
Того же дня.»


«Дорогой монстр. Сегодня я был приглашен в дом барона К** на важную встречу. Давно не посещал больших мероприятий и теперь точно могу процитировать фразу из одной старой книги: “Стадо всё тоже, уже не первое тысячелетие”. Как-то мерзко смотреть на этих людей, которые ничего не делают. Как и я. Но я буду стараться не быть таким. Как это глупо, ведь я такой же человек, как и все другие люди на земле. Наверное, даже хуже.
Граф Леннокс.
01.07.11.»

...
«Дорогой монстр. Я прочитал всё, что только было про эти земли и, знаешь, я так и не понял, почему здесь всё стало именно таким, как сейчас. Ты не знаешь, случайно? А то бы ты мне рассказал. Не могло же так случиться, что жили люди счастливо, растили мандарины там, где сейчас чуть ли не болото, и ловили рыбу там, где теперь можно выловить только водоросли. Что-то здесь не так! Но как понять – что именно? Расскажи мне как-нибудь, ладно? Ты тут давно живёшь, наверняка что-то знаешь! Буду благодарен.
Твой друг,
Фредерик.
03.07.11.»

Маленький лорд писал всё то, что хотелось написать. О глупых людях, о смешном старом дворецком, о том, как граф научился завязывать шнурки и вляпался в грязь, неосторожно сойдя с узкой дорожки. Скорее всего, об этом дети сообщают своим папам, мамам и братьям с сёстрами, но Фредерик почему-то считал, что им всем точно не до него. К чему докучать? Тем более, когда у тебя есть свой личный монстр под кроватью.

+4

17

05.07.11. СБИ, Флорида, графство Леннокс, поместье Fond de l’Etang.

Шахматные козыри.

Когда у тебя на руках хорошие карты, жизнь непременно предложит сыграть в шахматы.

Через месяц граф знал одно точно: он совсем вымотался. И отчаялся что-то изменить. Все обещания казались глупыми и пустыми. А будущее виделось совершенно безрадостным. Леннокс всё лежал на кровати  и думал обо всём, пока в какой-то момент не заснул тревожным, чутким сном. Давно знакомый монстр пришёл и в этот раз. Фредерик был рад его компании: хоть он никогда не отвечал, зато всё очень хорошо слушал и понимал графа.

- Я совсем не люблю игрушки и даже сладкое. Я сам так решил – не любить.
Важные решения, о которых Фредерик с радостью сообщал монстру, не казались ему самому какими-то правильными и особенными. Но это были его решения. Поэтому он говорил о них, как о чём-то важном, хотя бы для себя.
- Но у меня есть шахматы – красивые. А ещё – карты. Давай покажу.
Наверное, за неимением хоть кого-то рядом, Фредерик так по-детски наивно, но с полным пониманием дела взялся развлекать монстра из-под кровати.
- Вот, смотри.
Ему не стоило никаких усилий стянуть с прикроватной тумбочки набор шахмат и утащить оттуда же колоду карт. Всё это Леннокс устроил у себя на кровати: не важно, что тут был стол, сейчас это не главное. Главное – это чтобы монстру не стало скучно! А то он же к нему приходит, в гости, а гостей полагалось развлекать разговорами и разными занятиями. Монстрам же, гости они или нет, вообще не положено грустить. Как не положено бояться графам. Или ошибаться – герцогам. Так считал маленький лорд.
- Это пешки, это король, а это – ферзь. Вот такая – ладья. А ещё есть другие.
Важно объяснял Фредерик, правильно расставляя шахматы на доске: по обе стороны, равное количество, чёрные и белые, разделённые клетками игрового пространства, все как один – готовые к бою. К бою…
- Если поставить шах и мат королю, то партия буде проиграна. Наверное, я так проиграл отцу. Или ещё не проиграл. А, может, даже не играл совсем.
Маленький лорд задумался, неосознанно устраиваясь на кровати удобнее.
- Но уж точно у меня нет никаких слонов, коней и ладьи. Остались только пешки и жалкий король. Как ими сыграешь? И всё же, пока не пал король, партия не проиграна. Думаешь, я когда-нибудь смогу выиграть?
С монстром было очень интересно разговаривать. Он хоть всё время молчал, но Фредерику чудилось, что он внимательно слушает, и когда-нибудь непременно ответит! Может, ему привыкнуть надо? Или просто понять. Леннокс, например, тоже не любил общаться с малознакомыми людьми.
- А карты – это другое. Они тоже разные по значению и весу. А ещё бывают джокеры и козыри – это такие штуки, с помощью которых можно выиграть.
Колода тут же была изъята из пачки и разложена аккуратно по доске шахмат.
- Дама пик, червовый валет, бубновый король, крестовый туз. Видишь, как их много! И в разные игры можно играть. И выигрывать, и проигрывать!
Конечно же, мальчишка не боялся. Монстр был его гостем. А перед гостями робеть не полагается, особенно взрослым графам!
- А ещё бывают шашки. И вообще – много настольных игр. Правда, у меня их с собой нету. Но у папы в доме всё есть. Быть может, я когда-нибудь поеду домой и попрошу у него что-нибудь из настольных игр. Или куплю сам.
Последнее было в приоритете. Но только пока Леннокс не хотел тратиться.

- Зачем вы принесли шахматы и карты в кровать, господин? Вам нельзя быть таким беспечным.
Голос старого дворецкого опять разбудил Фредерика утром. Мальчишка сел на кровати, огляделся и грустно вздохнул: монстр опять ушёл не попрощавшись. Или, быть может, это Леннокс уснул раньше, чем тот исчез.
«Так карты и шахматы всё-таки были. А монстр? Приснился опять?»
Было над чем подумать. Почему же монстр являлся к нему, но никому более?
- И кто же играет в шахматы и карты одновременно? Так не принято.
Дворецкий убирал с кровати фигуры, доску и колоду. Фредерик отрешённо следил за ним, всё ещё не понимая. Выходит, нет никакого монстра? И он ему лишь снится. Но ведь шахматы, и карты, и… всё это было. Было!

+2

18

05.07.11. СБИ, Флорида, графство Леннокс, поместье Fond de l’Etang.

История человечества — это история массовых дезинформаций.

А хозяева жизни
Убеждённые жители
По ночам помогали
Воровать друг у друга

После завтрака Фредерик отправился играть в шахматы. Он решил, что надо будет в следующий визит монстра предложить ему партию. Но, вдруг, тот умеет играть лучше Леннокса? Поэтому маленький лорд решил пока повторить, что знал. Чтобы ночью уж точно не оплошать!
- Милорд. Я понимаю, сегодня у вас не день приёмов. Но те люди пришли вновь. Позавчера вы сказались больным и отменили встречи. Вчера же пропадали с визитом в местный порт. Быть может, примете сегодня?
Маленький лорд обречённо вздохнул, нехотя отрываясь от шахмат.
- Что им опять надо?
Пробурчал себе под нос ребёнок, нахмурено думая над следующим ходом.
- Если денег – то пусть уходят.
Ферзь была решительно подвинута на несколько клеток вперёд.
- Говорили о какой-то реке. Милорд, что прикажете ответить им?
Дворецкий ожидал его решения, граф ещё с минуту рассматривал фигуры: играть самому с собой ему уже изрядно надоело. И белые проигрывали.
- Проводи их в мой кабинет: я буду через минуту.


Мальчишка действительно спустился к себе в кабинет довольно быстро, но уже у входа столкнулся с двумя людьми. Один – пожилой мужчина, выглядел сурово, постоянно хмурился и заметно горбился, будто нёс что-то крайне тяжелое и уже достаточно давно. Второй был моложе: высокий, жилистый человек будто не мог спокойно устоять на месте: то теребил папку, которую держал в руках. То переступал с ноги на ногу, то поправлял рубашку. Оба волновались. И их волнение проступало так сильно, словно они и не пытались его каким-то образом скрыть. Или вовсе – даже не умели делать подобное. Встали зачем-то прям вплотную к двери: так Фредерику было не с руки входить. Дворецкий сказал им проходить, но люди словно не услышали его, зачем-то уставившись на мальчишку.
- Проходите.
Стоило брать дело в свои руки и уже засунуть людей в кабинет. Фредерик сказал специально сухо и грозно, чтобы его послушались. Люди помялись ещё несколько секунд и всё-таки вошли внутрь просторной комнаты, останавливаясь аккурат у самой двери. Леннокс обречённо вздохнул и всё-таки протиснулся мимо людей внутрь, проходя к своему столу. Дворецкий чинно отодвинул мальчишке стул, помогая сесть на своё место.
- Вы по какому вопросу?
Молчание очень затягивалось. Фредерик внимательно рассматривал людей, люди как-то затравленно смотрели на него, и в какой-то момент Леннокса это начало удивлять. Они сюда что, постоять и на него посмотреть пришли?!
- Быть может, вы расскажете мне, что привело вас в моё поместье?
Очень аккуратно начал Фредерик. Люди переглянулись между собой, вновь уставились на него, тот, что моложе шагнул чуть ближе, но к столу опять не подошёл. Будто был он какой-то страшный или неправильный этот стол. Быстро что-то порыл в своей папке, доставая оттуда какой-то слегка измятый белый лист. И вновь всё затихло. Леннокс окончательно перестал понимать, что тут происходит и уже подумал о том, а не уйти ли ему? Может люди действительно на экскурсию пришли. Или поглазеть на маленького лорда! Чего он им мешать-то будет?! Но в этот момент произошло наконец чудо. Старший что-то шепотом сказал младшему, и тот, утерев лоб прям рукавом пиджака, который, кстати, был ему немного маловат, отважно направился к столу. Фредерик замер, стараясь не дышать, чтоб не спугнуть. А то мало ли!
- Мы тут, ваша светлость, господин. Хотели… Сейчас я.
Ваша светлость? Да он вроде не герцог. Но да ладно. Леннокс участливо глянул на мужчину, тот пристроил на край стола свою папку, поверх неё положил вынутый ранее листок с… картой? Или что это? Граф не разобрал.
- Вот здесь, ваше озеро. То есть болото. То есть, не ваше, но оно есть.
Маленький лорд важно кивнул и подпёр кулачком щечку, устраивая локти на столе. Нет, серьёзно? Им вообще… чего надо-то? Он знает про болото!
- Там ключ. Не от замка, конечно.
О, боги. Какие ключи, какие замки?! Эти люди что, издеваются над ним?
- Родник, то есть.
Удивлённо глядя на людей, Леннокс понял одно: он ничего не понял!
- И вот это самое озеро. Которое болото. Ваша милость. Оно…
За эти пять минут к лорду умудрились обратиться и как к герцогу, и как к виконту. И ни разу – как к графу. Фредерик философски вздохнул.
- Вот тут вот, озеро, смотрите, вот прям тут. Видно, господин?
Мужчина оказался очень деятельным и слишком усердным. Фредерика это больше напрягало и раздражало, но пока он держался вполне спокойно.
- Да. Мне видно. Думаю, не стоит уточнять несколько раз.
Впервые в его кабинете находился человек, который с порога не просил у него денег на лечение жены и обучение дочери. Будто сыновей тут вообще не отправляли учиться после школы. Странные люди. Но сейчас не об этом.
- Да… Простите. Мистер. Господин. Так вот. Я просто хотел вам показать… сэр...
Маленький лорд вздохнул обречённо, и всё-таки уставился в карту. Уже раз в третий за последние пять минут. Мужчина очень волновался. Тот второй, который был намного старше, ничего не говорил, зато то и дело хмурился и вытирал лоб платком. По пришедшим было отлично видно, как те чувствуют себя в кабинете с малолетним графом крайне некомфортно. Но что он мог поделать? Другого лорда Леннокса ждать придётся очень долго: это Чарльзу нужно обзавестись не одним ребёнком. Мужчина напряженно теребил уголок карты. Фредерик располагающе улыбнулся. Нет. Ещё пять минут, и…
- Дело в том, что вот это озеро, оно сейчас озеро. После осушения пруда оно ещё не было озером, а было другим. И если его вернуть в прежнее русло…
И каким, интересно, образом? Эти люди что, хотят тут всё затопить? Круто.
- Я знаю, что поместье отстроено на месте осушенного пруда. Я читал историю. И, разумеется, я не позволю тут ничего топить.
Нахмурился Леннокс, мужчина засуетился опять, но вдруг заговорил второй, постарше. До этого он молчал, даже не поприветствовав лорда, когда вошёл в кабинет. Тогда Фредерик подумал, что, может, он немой? И ничего не сказал.
- Озеро это, получившееся после осушения – было рекой. Из-под земли бил ключ, от которого и брала своё течение река. Немноговодная, но чистая. Она цепляла незначительные территории самого поместья. И никому не мешала, неся воды к садам с цитрусовыми. Но ваш предок отчего-то возненавидел эту реку. Да и всю воду. Тогда многие лишились работы и средств к существованию. Конечно. Ведь пейзажи поместья куда важнее!
Резко, несдержанно, с укором говорил человек. Второй засуетился с новой силой, зачем-то по-дурацки рассмеялся, натянуто улыбаясь мальчишке.
- Папа, ну я просил же… Так не надо. Вы не слушайте его. Это он просто.
Отец? Леннокс спокойно осмотрел второго мужчину, поджав губы. Отцы вообще такими вот бывают?! Но... Он говорил совсем иначе. Не заискивающе и без должной мягкости. И в какой-то момент Фредерик решил, что так будет даже лучше. Леннокс достаточно взрослый, нечего тут ему сопли вытирать. Пусть говорят прямо, что хотят.
- Всё в порядке. Продолжайте. В истории ничего не было реку. Поэтому я не обладаю подобной информацией.
В голосе маленького лорда не было и намёка на раздражение или злость. Он действительно не сердился на людей. С чего бы это вдруг? Но удивлённые лица отца с сыном насторожили. Те переглянулись, и старший сам подошёл к столу графа. Сын попытался возразить, но лорд был не против, чтобы с ним разговаривал другой. Да, тот совсем не умел подбирать слова и, кажется, вовсе был обижен на предыдущих графов и подлую власть. Ну что ж.
- Река несла воды вот сюда – здесь были сады. Но позже её распорядились перекрыть. Мы предупреждали, что это сильно повлияет на местность. Никто не слушал. Река была перекрыта. Её превратили в озеро, закрыв доступ воде. Так началась засуха. Озеро неоднократно выходило из берегов, его отсыпали снова, покуда не остановили воду совсем. Чистить его было очень сложно – тогда я работал на этом озере. Ведь реки больше не существовало. Как и садов. Как и работы. Вскоре образовалось болото: без движения воды там перестала ловиться рыба и расти кувшинки. Чёртовы цветки, которые высаживали на потеху графу. А после поместье оставили и бросили. Как и местных жителей. Бросили на произвол судьбы. С уничтоженной рекой.
Мальчишка живо представлял всю плачевность ситуации, устроенной одним из графов Леннокс. Сотни людей потеряли работу. Начался отток населения. Пришла в запустение и пристань. И рыболовство. Жалкая горстка оставшихся тут людей действительно ничего не могла поделать. Ведь поместье с его территорией оставались в собственности лорда Леннокса. Потом это место превратилось в пристанище для всевозможных мигрантов. Но главное – про реку действительно не было в истории. Вообще ни слова! Недостающий кусочек пазла был найден: причина засухи и заболоченности этих мест, это прихоть одного из графов Леннокс. И не более того.
- Но мы вам не историю пришли рассказывать. Нет.
В разговор включился человек моложе, видимо неверно истолковав задумчивое выражение лица Леннокса. Теперь он говорил спокойнее. Быть может, ранее он волновался лишь из-за того, что вёл диалог с ребёнком?
- Если бы вы подписали разрешение на взрыв плотины и возвращение реки в русло, то всё могло стать иначе. Мы знаем, как это сделать. Но наши прошения местной власти никогда не были одобрены. Последнее время не приходило даже ответов. Но это же проблема, вы поймите, настоящая!
Ему уж больно сильно хотелось донести до глупого мальчишки свою истину.
- Нам бы только карты в руки! Вы поймите – всё же сделаем!
Как же. А ещё деньги и разрешение на ведение взрывных работ.
- Нужно делать запрос в вышестоящие инстанции власти. Я не…
Маленький лорд резко замолчал, не договорив начатой фразы. Он отлично знал свои полномочия и тот сектор, на который они распространялись. Но если работы будут вестись исключительно на его земле, то он мог принимать решения самостоятельно. Ему не нужен отец или кто-то ещё. Ведь это так.
«Карты… Карты на шахматной доске. Во сне, с монстром. Никто не играет одновременно в шахматы и карты. Никто не играет… Но у меня недостаёт шахматных фигур, чтобы выиграть. Я не могу пока сыграть ни во что. Или… могу? Сыграть в карты. После выигрыша у меня появятся свои фигуры».
Мальчишка раздумывал ещё несколько минут, молча и отрешённо рассматривая мужчину. Чем, кажется, насторожил его. Но тот виду не подал.
«Если я не могу сыграть в шахматы. То это не значит, что я вообще ни во что не могу играть. Не играют в карты на шахматных досках? Ха. Это жизнь. И здесь необязательно досконально соблюдать принятые кем-то правила».
- Надо произвести все расчёты. Сколько потребуется техники, людей, материалов. У меня есть небольшие сбережения: если мы уложимся в них, то вариант с рекой станет реальным.
Теперь голос ребёнка звучал иначе: жестче, уверенней. У Леннокса имелись деньги. Никто ведь не лишал его ежемесячного содержания. Которое он умело отправлял в банк под проценты. Всё то, что оставалось. Последние же месяцы суммы оттуда не тратились вообще. К тому же, поместью было отписано достаточно приличное содержание: хотя бы денег отец не жалел на своих детей и их увлечения. Только он забыл, что Фредерик давно не играл в игрушки, зато интересовался экономикой и властью! Люди переглянулись в очередной раз. Видимо, придя сюда, они надеялись увидеть кого-то взрослого, кто решал всё за маленького и бесполезного лорда Леннокса.
«Герцогству потребуются отчёты. Но это позже. Основные работы и разрешения на них я могу подписывать сам. Для этого не нужен герцог».
И в этом преимущество многоступенчатой системы власти.
- Мне необходимы точные расчёты. Чертежи местности и планы подрыва.
И уж точно они не ожидали увидеть мальчишку, который поймёт их.
- У нас есть чертежи. Планы. Всё давно готово. Вот, смотрите, сейчас.
Молодой мужчина нервно рылся в своей папке, очень торопясь. Фредерик и не знал, что на свете бывают такие вот люди. Но на этих землях их очень много. Аккуратно и по-хозяйски отобрав у того папку, Леннокс разложил все листы на своём столе, занимая всё пространство на нём. Так куда проще было работать с документами. Он-то знал об этом совсем не понаслышке. И даже не только из учебников, но и на практике.
- Планы глубинных работ есть, расчёты взрывных работ – тоже. Сметы по расходам от какого числа, года? И где расчёт зарплат рабочих?
Документы были сложены в несколько стопок, и теперь на столе не было такого беспорядка. Мужчина постарше смотрел на ребёнка с удивлением.
- Платить нужно только за наём специальной техники. И тем, кто на ней приедет работать. Много людей согласны работать за идею. Болото разрастается. Те земли, которые ещё год назад были пригодны для выращивания сельскохозяйственных культур, сейчас представляют собой заболоченное пространство. Подземные воды источника, перекрытые в озере, пробиваются в других местах. Через несколько лет здесь везде будет болото.
Этим людям можно было бы не поверить. Только вот, из их рассказа следовало, что они знают ту историю, вычеркнутую из прошлого кем-то давно. Экономика поселения находилась в упадке. И это совсем не потому, что тут ленивые люди и не хотят работать, обрабатывая землю, как полагается. А потому, что вода бьёт из-под земли, превращая некогда плодородные земли в жалкое болото. Природа мстит людям за глупый поступок единственного графа. От правителя и правда зависит многое.
- Люди действительно согласны работать без денег?
Это Ленноксу было непонятно. Мужчина лишь уверенно кивнул. С другой стороны, если всё получится, то можно возобновить производство цитрусовых. А это – доход и не такой уж маленький. Да, конкурировать с набравшими обороты другими хозяйствами поначалу будет сложновато. Но то, что Фредерик сможет протащить новое производство на местный рынок – очевидно. Под предлогом восстановления региона – запросто! Он законы читал, а не писал их. Поэтому читал очень хорошо и вдумчиво.
- И ещё – должен быть план по формированию русла: его нет. Воде куда-то нужно будет течь, после того, как нарушатся границы озера. Ведь так?
Леннокс поднял внимательный, строгий взгляд на людей.
- Вы разбираетесь в этом.
Вопроса не прозвучало, зато в голосе мужчины было очень много удивления.
- Конкретно в этом – нет. Но я знаю, как верно собирать и подавать документы на одобрение: проект непременно должен быть продуман до мелочей и полностью закончен. Иначе никто ничего подписывать не станет.
Уполномоченные никогда не любили брать на себя ответственность и разбираться во всём полностью. Не нравились им проекты – они их возвращали, и на этом всё. Но на этот раз тут был Фредерик. И он отлично знал, как следует поступать в таких случаях. Тем более, титул графа Леннокса открывал ему достаточно вариантов протащить свои идеи. Сейчас мальчишка оказался в том положении, когда он управлял территорией, что принадлежала именно баронству. Так вышло. Ведь герцог распорядился именно так, закрепив за Ленноксом данную территорию в таких границах. Но титул учтивости нёс под собой куда как больше власти. На деле выходило особо интересно: граф собирался внести изменения в территорию бароната, которое входило в его графство. Разобраться в запутанной бюрократической системе Фредерику не стоило особых усилий. Он знал, как функционирует управленческая структура. А ещё, что никому не интересно, что происходит в более мелком субъекте собственности. К своим годам Леннокс понимал необходимость укрепления власти на местах, начиная снизу, ведь Британская Империя продолжала завоёвывать новые территории. Чем больше разрастается крона могучего дерева, тем сильнее нужно уделять внимание его корневой системе и ветвям: обломится одно и всё дерево может погибнуть, завалившись на бок. Так и с властью. Что ж. Его власти достаточно более чем, чтобы решить вопросы, касаемо мёртвой реки.
- Доработайте план работ, с учётом формирования русла реки: это очень важно. Я же займусь расчётом финансовой стоимости проекта.
И если Леннокс уложится в свои собственные сбережения и содержание поместья, то ему ничего не будет стоить получить нужные разрешения: никому нет дела, на что ты тратишь свои деньги, лишь бы их собственные не трогал. Бюрократия всегда работала одинаково. Фредерик самодовольно улыбнулся: не зря он отдал предпочтение учителям, а не игрушкам со сладостями. Теперь он обладал достаточными знаниями. А так же – вполне ощутимой властью. Звонок в банк подтвердил – накопления Фредерика вполне солидны. Для десятилетнего ребёнка. Хватит ли этого на работы с озером? Не факт. Но в одном он был уверен точно: надо хотя бы попробовать. Попытаться сделать. Получится или нет – другой вопрос. Он не собирается отступать. Отныне и никогда более. Потому что этого от него ждут.
- Через неделю всё должно быть готово. Если затянем дольше, то потом может испортиться погода и всю затею придётся отложить. Это недопустимо.
Вот заодно и можно посмотреть – кто тут чего стоит и кто на что готов. Надёжность солдат проверяется в бою, а подчинённых – в срочной работе.

Отредактировано Frederic Lennox (2017-09-29 20:21:11)

+3

19

10.07.11. СБИ, Флорида, графство Леннокс, поместье Fond de l’Etang.

Тузы и джокеры.

Разве только лишь везение нужно для того, чтобы выиграть в игре?

Как странно, что в жизни всё вдруг меняется. Фредерику хоть и было то удивительно, но, увы, вполне привычно. Однажды он стоял плечом к плечу с герцогом, помогал ему в работе, а после – оказался здесь, в заброшенном поместье. И никому не был нужен. Ни маме, ни папе, ни брату. Ни людям. Как же удивительно, что всё так изменилось! Оказывается, не важно, кто тебя любит и ценит, ты можешь оказаться нужным просто потому, что ты – граф Леннокс. Вот такой он непредсказуемый – этот интересный мир.
К нему перестали ходить лишь чтобы спросить денег и просить помощи. И это было своеобразной победой. Люди хотели что-то изменить, не просто взяв в бессрочный долг несколько фунтов стерлингов, отлично понимая, что возвращать их – неоткуда. Теперь же уже второй раз в поместье Леннокс появлялся человек, что хотел работать. Делать что-то во благо общего дела. Правда, вот этот, мистер Таккер, Фредерику вот вовсе не понравился! Он даже не понял, почему именно, но это странное чувство…
- И я не должен делать поспешные выводы о людях. Я это помню.
Лёжа в кровати без сна, Леннокс всё думал и думал обо всём. И о реке с озером, и о тех двух мужчинах, что пришли к нему недавно. И о Таккере.
- Он – учитель. Но он мне не нужен. Потому что учителям платить нужно, а откуда я заплачу, если с рекой не всё решено, вот ты сам подумай!
Монстр казался таким привычным и уже родным, что мальчишка даже перестал ему про шахматы рассказывать. Если он приходит, наверное, чудищу просто нравится компания маленького лорда. Ведь они о таком с ним говорят! Точнее, говорит Фредерик. А монстр – слушает и всегда молчит.
- Но я не смог удержаться и нанял его камердинером. Как думаешь, это будет забавно? Он же учитель. А теперь – мой слуга. Мне кажется, он не справится!
Заговорщицки прошептал мальчишка, прячась в одеяле, и рассмеялся.
- Ты прав, я всё-таки такой ещё ребёнок: мне очень хочется сыграть. Во что угодно вот! Даже в те карты на шахматной доске.
Уютное место под одеялом было покинуто, граф важно уселся на кровати.
- Люди говорят, что когда у тебя на руках козыри, жизнь предложит сыграть в шахматы. А у меня – всё наоборот. А у меня – по-другому. Ты знаешь…
Мальчишка внимательно вгляделся в темноту, будто хотел увидеть там что-то важное. Что он искал там? Поддержки? Понимания? Участия? Веры. В несуществующем монстре он искал именно того, чего никогда и ни от кого не получал. В него не верил ни отец, ни мать, ни брат. Но теперь у него был собственный монстр из-под кровати, старый дворецкий, люди, что пришли рассказать про реку, и мистер Таккер. Да, теперь он тоже у него есть. Это накладывало новые ответственности: готов ли к ним маленький лорд?
- Представляешь, если бы я ошибся раньше, то это была лишь моя ошибка. Пострадал бы я. И – всё. Такие мелочи. Наверное, поэтому отец отправил меня сюда: потому что знал, что из-за моей глупости пострадаю только я.
Граф упрямо нахмурился, потянулся к колоде карт и важно разложил её на своей кровати. Короли, дамы, валеты, десятки и шестёрки. Как их много.
- По правилам козырь выпадает случайно. Но в жизни совсем другие правила. Те, у кого власть – сами выбирают, кто будет главным.
Лорд упрямо хотел предложить той самой жизни, что всем предлагала сыграть в шахматы, игру в карты. По своим собственным правилам.
- Козырем будут трефы. Потому что у них дама красивая. Смотри, какая!
Картинка незамедлительно была продемонстрирована монстру, чтоб он убедился сам. А то вдруг не поверит! Ведь Фредерик ему всё рассказывал.
- Так вот. Дядюшка Арнольд – очень старый. Но своими небольшими землями он правит сам. А всё потому, что его единственный сын больше уважает войну. И вечно пропадает в других странах, отстаивая честь Священной Британской Империи на дальних рубежах. Он очень отважный!
Почему-то Фредерик особенно уважал его: это же так жизни можно лишиться! Как тогда, в плену: все солдаты погибли. Только Леннокс спасся. А ведь они охраняли его… И ту землю. А кому она нужна? А он – кому?!
- Но всё-таки, ему придётся вернуться домой и править своими владениями, когда его отец умрёт. Так у нас тут принято, понимаешь? И если я теперь буду постоянно ездить к дядюшке, то он поймёт, что я многое знаю и умею. Он же сразу, как только я тут приехал, обещал помочь и сказал, что я могу к нему приезжать, когда захочу. И теперь я поеду. Расскажу ему про озеро с рекой и обо всём на свете! А ещё – про деньги и преимущества. Тут всегда выращивали столько апельсинов! Из них сок можно делать. У нас даже заводы остались, я уже узнавал. Пожилым очень полезно пить витамины. А в апельсинах их вон сколько! Надо про это тоже дядюшке рассказать.
Мальчишка важно посмотрел на монстра, но с чего-то нахмурился опять.
- Но тебе интереснее про учителя, да? Ведь про других я уже рассказывал.
Тяжело вздохнув, Леннокс всё-таки не решился отказать монстру в рассказе.
- Мне он не нравится, потому что такие вот, как он, с его рекомендациями и образованиями, не селятся вдруг в этакой глуши. И не идут жить в такие вот заброшенные поместья к маленьким лордам. Это я точно знаю. Наверное, он какой-то не такой. Или он что-то скрывает. Страшное. И противозаконное!
Не верил вот маленький лорд в честных людей и их добродетели.
- И всё-таки он с чего-то пришёл. Даже решился пойти работать камердинером. Наверное, у него есть на это причины. Я понимаю, что не могу делать поспешных выводов. Но фиг ему, а не доверие с порога! Ладно, ладно, я постараюсь не торопиться. И во всём разобраться самостоятельно.
Хоть этого и не хотелось, но Леннокс всё же пообещал монстру.
- И вообще, зачем мне набирать козыри, если у меня будет джокер?...
Сквозь сон тихо проговорил мальчишка, улыбаясь кому-то неизвестному.

Отредактировано Frederic Lennox (2017-09-30 21:42:05)

+2


Вы здесь » Code Geass » Флешбеки » 15.07.07-20.01.17. Осколки прошлого.