По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(vk, don.t.be.a.hero)

New Year 2018 продлен до 10.02.

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Флешбеки » 30-31.12.16. Кровь на снегу


30-31.12.16. Кровь на снегу

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

1. Дата: ночь с 30 на 31 декабря 2016го года.
2. Персонажи: Конрад Штерн, Елизавета Романова.
3. Место действия: штаб союзного корпуса ЕС в Иркутске.
4. Игровая ситуация: в 23:45 по Московскому Времени, к которому уже привыкли офицеры германского корпуса, британская диверсионная группа проникает в штаб союзных войск. Зима, температура опускается до минус 33 градусов по цельсию. Офицеры и отряд охраны штаба не подозревали о том, что всего за одну ночь до Нового Года, им устроят кровавую резню...

0

2

Канун Нового Года - почти всегда радостное время. Время грядущих перемен, время предстоящего обновления и многочисленных планов. А так же время приближающихся алкогольных отравлений и прочих не самых приятных вещей... Плюс, стоило учитывать обморожения, простуды и прочие болячки, приносимые холодом. Посему, штабс-адъютант Романова, по-совместительству медик Шестой Бронетанковой Дивизии, перепроверяла свои медикаменты, нехотя отложив в который уже раз перечитываемый роман "Мастер и Маргарита".
-Спирт, промедол, йод... вроде как всё на месте... - протянула девушка себе под нос, поправив чуть съехавшие очки. Оставалось лишь предоставить отчёт о готовности герру Штерну и можно было и дальше предаваться поглощению книг, возможно даже с чашечкой горячего шоколада для согрева.
И вот, с документами в руках (отчёт и прочие - порой не столь важные, а порой и поважнее), адъютант с накинутым на плечи медицинским халатом поспешила к кабинету полковника. И всё было бы чудесно, если бы не...
... если бы не эта жутковатая тишина в одном из коридоров. Романова чуть заамедлила шаг, чувствуя и слыша, как сердце заколотилось чрезмерно быстро. Словно она... что-то почвствовала. Чего-то ожидала, но чего?
Секунда. Вторая. Третья... Девушка взглянула на часы. Вроде бы не время для смены караула, так почему же караульного не видно? Как можно тише, Лиза тихонько подошла к углу и выглянула туда, дабы к своему ужасу увидеть, как караульному перезали горло. Догадок можно было и не строить... всё было уж слишком предельно ясно.
Стараясь двигаться всё так же тихо, Елизавета, отойдя подальше, на всех парах рванула к кабинету полковника. В голове билась лишь одна паничееская мысль - только бы успеть...
Без всякого стука, Лиза буквально ввалилась в кабинет Штерна. Очки съехали на бок и всё её лицо было красным, как помидор...
-Герр полковник, нам н-нужно уходить... С-сейчас же!!! - выпалила девушка, едва связывая слова друг с другом.

+2

3

Полковник спал. Нет, он не позволял себе отдыха на службе, напротив, изнурял себя бессонными ночами, проведёнными в штабе. Но, порой, усталость подкашивала даже стойкого германского офицера. Елизавета Романова застала своего командира сидящим за своим рабочим столом, на котором по обыкновению педантичного полковника были разложены бумаги и документы. Здесь царил немецкий порядок, или "ордунунг", как его называли танкисты Шестой Дивизии. Вскоре, это немецкое слово стало нарицательным, русские союзники использовали его, чтобы подчеркнуть дисциплину их европейских союзников. Порой, доходившую до абсурда. На своём горьком опыте, "красноплечие" убедились, что германские танкисты могут хладнокровно наблюдать за тем, как их товарищи гибнут в неравном бою и вступят в бой не раньше, чем получат приказ. Нередко приказы задерживались. В прочем, полковник Штерн был занят штабной работой, буквально свалившейся на его плечи по прибытии в Иркутск. Он был единственным офицером Шестой Дивизии в главном штабе союзных войск и на Конрада лег тяжёлый груз ответственности за манёвры германских частей на Дальнем Востоке. Он оказался в тяжёлом положении. Получив секретный приказ, он должен был нанести удар в спину русских союзников в случае перехода ими границы Китайской Федерации - политики Евросоюза давно "заигрывали" с Китаем. Возмущённый этим приказом, Штерн в тайне предупредил командира "красноплечих" об опасности, которую представляют теперь для них союзные силы, но его отсутствие в штабе не осталось незамеченым. Во время поездки в Сысоевку, где Конрад виделся с майором Крестовским, его дела в штабе дивизии вел Карл Райнер Воллен, его самый довереный офицер. И всё-же, его уровня допуска к секретной информации и полномочий не хватало для того, чтобы полноценно заменить полковника. Вернувшись, Штерн осознал - бессонные ночи ожидают его до весенней оттепели.
- Штабс-адьютант, - немец резко выпрямился, опираясь руками на стол. А Романова, буквально выбившая дверь, выглядела встревоженной. Обычно спокойная и хладнокровная русская девушка, которую уважали и даже побаивались суровые германские танкисты, была чем-то необъяснимо взволнована.
- Отставить панику, - холодно приказал полковник, - доложите по уставу, Романова. И, пожалуйста, потрудитесь объяснить, какого дьявола вы врываетесь в мой кабинет...
Договорить ему не дал взрыв, от которого основание штаба содрогнулось и с потолка посыпалась штукатурка. Лампа задрожала и погасла. Послышались выстрелы.
- Verdammte Scheisse, - прорычал Штерн, - адьютант, бросайте эти бумаги. Немедленно.
Достав из ящика пистолет, он перекинул его девушке. Он знал - русская умеет с ним обращаться. Табельного оружия при Елизавете не было, младшие офицеры оставляли его за стенами штаба в специальном хранилище. Штерн спокойно достал из кожаных ножен боевой нож. На его рукояти раскинул крылья германский орёл...

Отредактировано Konrad Curse (2013-10-31 02:27:47)

+2

4

В одном полковник был прав - это был полный ё...к. И сейчас, времени на прочтение лекции о том, что он - представительный офицер и ему негоже материться, как сапожник, не было. Да и ситуация не располагала.
Но вот в её руки полетел пистолет. Одной рукой его не поймаешь, а использовать обе - уронить достаточно ценные бумаги, на составление некоторых потребовалось достаточно много времени. Но уж тут стоял выбор между жизнью и смертью и если жизнь медика не столь значима, то жизнь полковника и остальных будет несколько поважнее. А если им потребуется помощь посерьёзней первой медицинской, то НИКТО на этой треклятой базе, кроме самой Романовой, не был способен её оказать.
Воспитанная русская девушка не ругалась и не материлась - лучше предоставить это мужчинам, пусть и представительным офицерам. Бумаги с довольно ясным шлепком всей пачкой рухнули на пол кабинета, несколько листков разлетелись в стороны, падая, словно снежинки. А Лиза уставилась на пистолет, который только что поймала. Как же давно она не держала табельного оружия в руках... кажется, ещё со времен сборов в медицинском.
"Проклятье... что же с этой штукой делать, вспомнить бы..."
Но, как говорят, глаза боятся, а руки - делают. Ей не потребовалось много времени, чтобы привести пистолет в боевую готовность. Вот только будет ли он полезен в её руках... и с её зрением. Ничерта же не видно без очков...
-Они... - несколько запыхаясь произнесла Романова, -Идут из восточного корридора, герр Штерн. Кажется, там был чёрный вход... один из.

+1

5

- Целься в голову, - спокойно произнёс Конрад, пропустив мимо ушей слова девушки о путях отхода. Германские офицеры не отступают и в плен не сдаются. Он будет драться, как дрался бы каждый боец Шестой Бронетанковой. До последнего патрона, до последнего вздоха. Полковник Штерн достал маленький кожаный футляр, расстегнул застёжки и извлёк маленькую ампулу. Цианид. В плен попадать Конрад не собирался. Много чести для британских подонков - командира Шестой Дивизии они не получат. Он ещё оставит свой кровавый след в британской истории, пусть это и будет его последнее деяние, но оно достойно офицера великой Германии. Орёл, раскинувший крылья на фуражке полковника, для каждого германского солдата являлся символом стойкости и преданности Отечеству. Однажды одев униформу офицера Шестой Бронетанковой, Конрад ступил на путь, в конце которого могла быть только победа. Или смерть.
- Британские кевларовые каски не держат выстрел с близкого расстояния, если рука не дрогнет, - продолжил он, сунув ампулу со смертельным ядом за щёку. Затем, подошёл к двери, прислушался. В коридоре шёл бой, но скорее всего, диверсанты просто расстреливали выбежавших в коридор солдат Евросоюза.
- Пять выстрелов по британским ублюдкам, - объяснил офицер, - последнюю пулю оставь для себя. Ты женщина, поверь, быстрая смерть лучше британского плена. Идём. Прикроешь мне спину.
Конрад Штерн оставался невозмутим, даже когда вокруг царил хаос. Гвардейский полк подняли по тревоге, но слишком поздно, чтобы бойцы ЕС успели что-то изменить. Большинство уже погибло - британские диверсанты резали глотки спящим солдатам, после чего сработала взрывчатка и казармы оказались отрезаны от штаба, а немногочисленные патрули вступали в бой с британцами и методично уничтожались. Пленных не брали, да и никто не просил пощады.
- За мной, - раскрутив нож, германец выбежал из кабинета и с ходу вонзил его в шею британского диверсанта, вогнав его по самую рукоять в шею солдата. Захрипев, он раскинул руки, выронил штурмовую винтовку. Трое бойцов среагировали немедленно - вскинули винтовки и открыли огонь. Но Конрад не растерялся, он развернул тело убитого британца, который всё ещё шевелился, и использовал его, как щит. Плечом толкнув Романову в сторону - за угол, где британские пули не могли достать её, он прикрылся убитым диверсантом, а нож кинул вслепую. Но на этот раз, удача была на стороне полковника. Один из стрелков осел на колени, захлёбываясь кровью. Теперь Конрад рассчитывал, что Романова не станет терять времени, пока он отвлекает британцев на себя...

Отредактировано Konrad Curse (2013-11-06 18:09:20)

0

6

Ох уж эти германцы... впрочем, Романова не могла обвинять Штерна в нежелании сдаваться на милость противнику, но её отнюдь не прельщала возможность оказаться с трупом командира на руках. Ведь её специально приставили к Конраду не только для того, чтобы она подносила ему кофе и переводила русские матюги, но и следила за его здоровьем, а так же за здоровьем его подопечных. Фактически, если Штерна члены дивизии могли считать отцом, то Елизавета, пусть и не столь долго пробывшая в ней, вполне могла быть их матерью. Ох, сколько раз она отнимала у танкистов выпивку, говоря, что это навредит их печени... Впрочем, алкоголь всегда мистическим образом вновь оказывался у них в руках.
Но вернёмся к реальности. А реальность была такова, что обе их жизни были в опасности. Они с боем прорывались через коридор и полковник эффеективно расправился с несколькими британцами, толкнув Лизу за угол.
"В безопасности..." - пронеслась мыслишка в её голове, однако трепетавшее, как у пойманного воробушка, сердце отнюдь не навевало чувства покоя. Может, оно и к лучшему - девушка краем глаза заметила, как из другого конца прохода, куда толкнул её полковник, выскочило двое британцев...
До ушей германского офицера донесся звук двух выстрелов, сделанных один за другим... А в это время, Лиза, словно маленький кролик, уставилась на два трупа. Две жизни, которые она только что прервала... Да, чёрт побери, это война, но она же врач... она дала клятву Гиппократа. И только что, она её нарушила. Да, это были враги, да, они убили бы её, но сама мысль о том, что по её вине, по её воле кто-то умер...

+1

7

Отбросив в сторону тело, Конрад в два прыжка преодолел расстояние, отделявшее его от последнего британского диверсанта. Он уже заканчивал перезаряжать штурмовую винтовку, когда, выдернув нож из тела убитого солдата, Конрад нанёс удар. Сталь пробила плащ диверсанта, распорола ему живот. Британец закричал, из раны вывалились окровавленные внутренности, в воздухе повис тяжёлый запах смерти. Толкнув противника, Штерн не стал наносить удар милосердия. Подобрал винтовку бойца и оставил его корчиться в агонии на залитом кровью полу. Британец умирал медленно. Но это уже были его проблема. Офицер подбежал к русской девушке, которую оставил прикрывать свою спину и увидел два трупа - Романова уложила обоих точными выстрелами в голову. Конрад прищурился, с подозрением покосившись на испуганную Елизавету. Нет, даже пройдя военную подготовку, она не могла быть таким метким стрелком. В коридоре висел полумрак, а девушка уложила двоих профессиональных диверсантов с расстояния, на котором вообще не должна была их заметить.
"Как же так, Елизавета Романова... Неужели я чего-то о тебе не знаю. В прочем, это спасло тебе жизнь. Тем лучше."
Офицер, стряхнув кровь с ножа, сунул его в сапог, передёрнул затвор штурмовой винтовки и закинул её на плечо.
- Подбери оружие британцев, им оно уже не пригодится, - спокойно приказал он, - поторопимся...
Медлить и правда не стоило. Диверсанты добивали солдат гарнизона, бросив взгляд в окно, он увидел, как офицеров Евросоюза в исподнем выгоняют во двор. Подняв руки, они спотыкались и, выстроившись в неровную линию, ожидали своей участи. Коград не стал наблюдать за расправой. Он побежал вперёд по коридору, а выстрелы, послышавшиеся с улицы, подтвердили его опасения. Британцы не собираются брать пленных. Что-ж, сдаваться он всё равно не планировал.
- Надо выбраться отсюда, - неожиданно произнёс Штерн, - поднять дивизию. Британцы не просто так атаковали сегодня. Вскоре их целью станет... О, нет...
Стиснув зубы, офицер побежал по коридору, его путь освещал мерцающий свет аварийных ламп. Целью имперцев станет Германия, его любимая Родина. Иначе зачем им ликвидировать командование корпуса? Может быть, вторжение начнётся в Испании, или Голландии, но всё равно - вскоре британские найтмеры ударят и по Германии. Конрад Штерн выбежал на морозный воздух и, не останавливаясь, выстрелил одиночными по троим диверсантам, бросившимся ему навстречу. Три тела упали в снег, а Штерн отбросил винтовку в сторону. Заклинило. Времени возиться с ней не было. Они уже подходили к тому месту, где Конрад оставил свой личный автомобиль, когда на полковника бросился командир британской диверсионной группы. В его руке так же был боевой нож. Штерн парировал выпад диверсанта, контратаковал, раскрутив нож в руке, он сделал обманный финт, но британец предвидел его. Он ушёл в сторону, удар ногой в живот заставил германца пошатнуться. Второй удар, который пропустил полковник, пришёлся по лицу, наотмашь. Но ножа Конрад не выронил. Британский боец наступал и вскоре Конрад повалился на спину, остановив нож диверсанта в паре дюймов от лица. Бритвенно острое лезцие с тихим шелестом рассекало морозный воздух...
- Verdammte scheisse, - прохрипел Штерн, нож британца рассёк кожу на его лице, прочертив линию через переносицу. Германец вцепился в руку бойца, отвёл её в сторону, но лезвие разрезало ему подбородок, прочертив кровавую линию через губы офицера. Зарычав, Конрад напряг последние силы, ударил противника коленом в живот, а затем, перехватив нож левой рукой, вогнал его по рукоять в шею британца. Брызнула кровь, попадая в глаза она лишала полковника зрения. Тело диверсанта повалилось на Конрада, краем глаза он увидел Романову. Рядом с ней - ещё несколько трупов.
"Кто... Кто же ты, чёрт возьми, такая, Елизавета... Романова..."
Он попытался сбросить с себя убитого британца, но с последним усилием, германца накрыла тьма и он больше не чувствовал холода.

+2

8

Британское оружие действительно пригодилось, когда патроны в пистолете кончились. Оно помогло отстрелить ещё несколько британцев, когда врач поняла, что её командир упал в снег... В голове тут же заметались самые страшные мысли. Ранен. Мёртв. Подстрелен. Надеясь, что противник ещё занят зачисткой бункера и поиском ценных документов, Лиза рванула к полковнику и его противнику.
И чёрт бы побрал этих мужчин, ОНИ ТАКИЕ ТЯЖЁЛЫЕ!!! Самое неприятное - они тяжёлые как в полном снаряжении и одежде, так и без них... Со стоном, стиснув зубы и ощущая, как холод от снега пронзает её колени подобно вгоняемым туда штырям, Лиза спихнула труп британца с полковника. Её всю трясло, но не от мороза. Ей было жарко и она это ощущала. Неет, дрожала врач от другого...
"Адреналинчик скачет..." - подумалось ей, когда она коснулась сонной артерии на шее Конрада. -"Слава тебе, Господи, жив."
Она даже не хотела думать, что случилось бы, обнаружь она его труп. Наверное, психанула бы и британцы взяли бы её живьём, а уж что бы с ней делали в плену... Опять же, не хотелось об этом даже думать. Спешно, девушка принялась прохлопывать начальника и довольно быстро обнааружила ключи. Вроде бы от машины... На что Романова очень надеялась, ибо вновь перестреливаться с бриташками ей не хотелось бы - на душе всё ещё была горечь отнятых жизней...

Рёв мотора, усердно толкавшего машину сквозь снег на неверной передаче, летящий в ветровое стекло снегопад и завывание ветра - именно под это полковник Штерн пришёл в себя. Романова не умела водить. От слова совсем. Но видимо, интуитивно сумела хотя бы машину завести и рвануть, вдавив педаль газа в пол... Вот только насколько далеко они были от базы и как скоро их найдут..?

+2

9

Точнее, он пришёл в себя, свалившись на пол с заднего сиденья, куда Елизавета Романова уложила раненого полковника. Казалось, что его лицо рвали на части невидимые когти - сказывался декабрьский мороз и глубокие порезы, оставленные ножом британского диверсанта. Штерн, матерясь сквозь зубы по-русски, забрался обратно, на руки с лица капала кровь.
- Die sukishe paraziten, - в числе прочего говорил он, - ohuevaitung...
Конрад Штерн не сразу понял, кто ведёт машину. Казалось, что опытный водитель безошибочно вывел автомобиль на трассу, но когда штабной "форд" врезался в повозку с капустой, Конрада ощутимо приложило головой о стекло. Оно чудом не разбилось. Выругавшись, как последний баварский сапожник, он ухватился за ручку.
- Адьютант Романова, - прохрипел Штерн, выплюнув ампулу с цианидом на пол машины, - вы умеете водить, верно?
Честно говоря, полковник не хотел знать ответа на свой вопрос. Он был скорее риторичеким - когда британские мотоциклисты настигли их, германец просто "конфисковал" у русской захваченную в бою винтовку и, когда автоматная очередь разбила стекло "форда", открыл ответный огонь. Прицельно, экономя патроны. Запасной обоймы у Конрада не было. В прочем, британские диверсанты своё дело знали. Они стреляли по колёсам. Машина вылетела на обочину, перевернулась, с грохотом приземлилась на бок и перекатилась ещё несколько раз. Выбив ногой дверь, Конрад выбрался наружу, после чего, помог Романовой покинуть машину.
"Сейчас, бросят гранаты."
- Ложись, - прорычал он, вцепившись в руку девушки. Он резко дёрнул её в сторону, падая в ближайший овраг и увлекая русскую за собой. Она с тихим "ох!" упала на немца, её лицо оказалось в паре дюймов от его - забрызганного собственной кровью. Взрыв. Их осыпало грязью вперемешку с мокрым снегом... Романова инстинктивно прильнула к офицеру, их губы встретились совершенно случайно. Она вся дрожала...

Отредактировано Konrad Curse (2013-11-08 02:38:53)

+3

10

Конечно, внезапный поцелуй под взрыв гранат, машины и несколько пулемётных очередей - это оооочень романтично, но не на долбаном снегу. Более того, поцелуй был неожиданным для обоих, поскольку и Лиза, и полковник смотрели друг на друга совершенно шокированными глазами "по семь копеек". Впрочем, одно хорошо - вопли страха и прочие издаваемые ртом звуки это соприкосновение успешно заглушило бы.
Всё ещё ощущая тепло уст Штерна, а так же солоность и влагу его крови, Романова лежала так несколько долгих мгновений, пока диверсанты расправлялись с их машиной. Сердце адъютанта скакало в бешеном ритме... казалось, во всём теле. И не от возбуждения и неожиданности поцелуя, нет. Сейчас, ей было чертовски страшно... Косясь в сторону горевшей машины, девушка молила всех богов, да что там, самого Дьявола, если понадобится, чтобы преследователи посчитали свою работу законченной. Прошло несколько затянувшихся мгновений...
... интересно, кто же всё-таки внял её мольбам? Сверху послышался звук удалявшихся голосов, а затем - рёв моторов мотоциклов. Наконец оторвавшись от Штерна, врач на пару секунд задержала взгляд на горевшей груде металла, которая осталась от машины полковника и, прикрыв глаза, с облегчением выдохнула.
-Алилуйя... - пробормотала она, слезая с довольно тёплого и уютненького Конрада. Тяжело дыша, она поднялась на ноги, тыльной стороной руки стирая не свою кровь с губ. -Нам нужно... найти укрытие. Конечно, жар от машины может и поможет нам согреться... но только если не будет ветра, а это маловероятно.

+2

11

Что ни говори, а момент выдался неловкий. Мало того, что Елизавета Романова свалилась на Конрада, так ещё и застыла в крайне компрометирующем положении. По ним продолжали лупить британские пулемёты - не пошевельнуться. Поэтому, германский офицер не придумал ничего лучше, чем оставить всё, как есть, попытайся он скинуть с себя русскую девушку, та точно попадёт под огонь британских ублюдков. Вскоре, машина взорвалась от хорошо брошеной гранаты и стрельба утихла. Послышался рёв заводящихся мотоциклов и британцы помчались по ночной трассе к месту эвакуации. Только когда они затихли где-то вдали, Конрад позволил штабс-адъютанту слезть с себя. Он поднялся на ноги следом за Романовой, вот только собственная чистота сейчас волновала полковника намного меньше, чем отсутствие у них огнестрельного оружия и боеприпасов. Остался только нож - им он уже отправил на тот свет нескольких британских диверсантов. Но если их станут искать... Враги, или свои? Воллен уже наверняка поднимает батальон по тревоге, а штурмовые группы Кёниг срываются со своих позиций на поиски пропавшего полковника Штерна и его адъютанта. Осталось только выйти к своим и продержаться достаточно долго. Сунув нож в сапог, офицер небрежно протёр лицо тыльной стороной кожаной перчатки, размазывая кровь, грязь и пот.
- От неё не так много осталось, - заметил Конрад, глядя на пылающие обломки, - нам нужно выйти на позиции дивизии прежде, чем британцы решат отыскать наши трупы.
Очередной проблемой командира Шестой Дивизии стало отсутствие компаса, или карты - ориентироваться по звёздам он умел плохо и не придавал этому особого значения. Конрад и представить не мог, что его портфель сгорит во взорванной британцами машине, а сам он окажется в нескольких километрах от города, зимой, на лесной дороге, с ножом и Романовой. В первую очередь, Штерн чувствовал ответственность за свою подчинённую. Он твёрдо решил вывести девушку живой и, по возможности, невредимой из этой паршивой ситуации.
- Идём, если будем стоять на месте, уж точно замёрзнем, eblaitung nah... - бросив мрачный взгляд на утихающее пламя, германский офицер зашагал прочь, в направлении города. Идти он собирался через лес, держась в стороне от дороги. Если их будут искать штурмовики Эммы Кёниг, то они в первую очередь станут искать своего командира на лесных тропах, а не на открытых местах, где до него могли бы добраться британцы. В прочем, бойня в штабе была слишком неожиданной и если с британской стороны действовали профессионалы, то линии связи наверняка обрезаны. А рация сгорела в машине. Стараясь не думать о том, что впереди их ждёт марш-бросок по зимнему русскому лесу, Конрад направился к присыпаным снегам соснам...

+1

12

-Так точно, герр полковник... - без особого энтузиазма ответила врач и двинулась вместе со своим командиром к лесу. Определить стороны света она, конечно, могла - в голове ещё витали школьные уроки ОБЖ, где им рассказывали об ориентировании в лесу... Но девушка не была уверена, что сможет хоть что-то определить в такой темноте, с её-то зрением - тем более. Одно было хорошо - в лесу снега было чуть меньше благодаря кронам деревьев, густо закрывавших небеса. Да и ветер тут пробивал не так сильно, однако мороз сосенки не останавливали. В штабной униформе особо-то не согреешься...

Прошло уже около получаса после подрыва машины. Парочка всё глубже уходила в лес. Если Конрад всё-же был достаточно крепким мужчиной, то несчастному адъютанту приходилось несладко: в штабной униформе, без какого-либо утепления... Девушка буквально ощущала, как пневмония или ещё какая простудная гадость неумолимо подкрадывались к ней. Она уже не ощущала ни пальцев ног, ни рук, ни лица. Казалось, она обратилась в один едва живой кусок мяса, брошенный в холодильник. И она чувствовала, что не смотря на все попытки согреться и оставаться в рабочем состоянии... силы покидали её. Адреналин больше не бежал в крови и хотелось лишь одного - упасть и уснуть. И плевать, что она скорее всего замёрзнет насмерть...
"Ты что надумала, дура?.." - слабо окликнула её воля. "Сдохнуть решила? А ну, подняла свою задницу и пошла! Тут наверняка где-то есть..."
-...ег-г-герский д-домик... - стуча зубами закончила Лиза свою мысль, указывая полковнику дрожащей рукой на смутные очертания домика, стоявшего на небольшой полянке в лесу. Ноги налились новой силой и в уже было потухших от отчаяния глазах мелькнуло желание выжить. Адъютант ускорила шаг и почти что побежала к избушке.
И кажется, домик был заброшен, судя по тому, что к нему не было протоптанной дорожки. Здесь не было ни души как минимум эти несколько месяцев зимы...

+1

13

Конрад не церемонился. Видя состояние штабс-адъютанта, он просто выбил плечом ветхую дверь домика. Он, действительно, оказался заброшен. Не было ни еды, ни постельного белья. В прочем, германского офицера обрадовало хотя бы наличие печи и сухих дров. В кармане у полковника была помятая пачка сигарет и зажигалка. Поэтому, плотно закрыв дверь, он бросил поленья в печь и, кинув туда несколько газет неизвестной "свежести", разжёг костёр.
- Нас могут найти, если станут прочёсывать лес, - заметил Конрад, плотно запирая ставни, - не будем задерживаться здесь. Отдохните, штабс-адъютант и продолжим путь. Обогрейтесь у огня, вздремните. Это приказ.
Сам же полковник опустился на пол рядом с печью, оставив Романовой достаточно места чтобы относительно комфортно улечься недалеко от пламени. Достав пачку сигарет, он вытряхнул её на пол - из всех уцелела только одна. Конрад не был курильщиком, но иногда хотелось вдохнуть горький табачный дым и сейчас был именно такой случай. Достав зажигалку, он прикурил и с первой затяжки выпустил серое облако дыма. Он знал, что Елизавета не обрадуется, но сейчас она волновала его ровно с такой точки зрения - дойдёт до своих, или придётся тащить на себе. Если придётся, Штерн был готов нести Романову на руках, но лучше бы ей хотя бы часть пути после этой остановки пройти своими ногами. Ведь Конрад тоже не железный. Офицер накинул девушке на плечи свой тёплый кожаный плащ и задумчиво наблюдая за пламенем, ждал, пока русская уснёт. Почему-то, он не мог выкинуть из головы тот неловкий момент, который произошёл между ними меньше часа назад. В моменты близости с Хильдой, ни к чему его не обязывающей, Конрад не задумывался о том, что в этот момент чувствовала женщина. Ему было просто всё равно, как должно было быть и сейчас. Это всего лишь случайность, убеждал себя полковник Штерн, докуривая сигарету. Всего лишь "фердаммте" случайность...

+1

14

Тепло, о благословенное тепло... Ему требовалось время, чтобы расползтись по избушке, а сидеть у пока едва гревшей печи и мёрзнуть явно не было в планах адъютанта. Романова лишь слегка кивнула полковнику в ответ и позволила накининуть плащ себе на плечи, однако не успокоилась, как он ожидал, а стала чуть ли не носиться по домику, роясь в не столь многочисленных ящиках и одиноком самодельном платяном шкафу.
Воспитанная девушка не выдержала, врачебный дух взыграал в ней и она довольно громко и грязно выругалась русским трёхэтажным - она была на волоске от обморожения. Тепло, постепенно заполнявшее домик, пока не приносило облегчения. Нужно было найти что-то ещё, чем можно было разогреться...
Открыв один из ящиков, она всё же облегчённо вздохнула: почти пустая, но плотно закрытая бутылка водки. Возможно, она даже не выветрилась. При всей своей нелюбви к алкоголю, сейчас эта дрянь была необходима, а посему, Лиза сделала то, что любой нормальный мужчина, пожалуй, посчитал бы святотатством: взяла свой носовой плоток, смочила его сорокоградусной отравой и принялась растирать замёрзшие руки и ноги, присев к печи. Сапоги она поставила поближе к огню, чтобы те прогрелись и немного просохли, рядом же были положены и перчатки.
Но оставалась и другая необходимость: прогрев изнутри. Вот на это найденной водки не хватило, а остальные закрома, имевшиеся в этой лачуге адъютант тщательно обыскала. С несколько неуверенным взглядом, девушка повернулась к Конраду, который вовсю смолил... Отмахнувшись от гадкого дыма, Лиза, без всяких церемоний, спросила.
-Может, глупая надежда, но... у вас же есть фляжка со шнапсом или конъяком? Я видела, как вы не раз прикладывались к ней, хотя я вам всячески не рекомендовала...

+1

15

- Я, кажется, приказал тебе отдыхать, - недовольно проворчал Конрад. Шрамы на лице неприятно зудели, что не способствовало улучшению настроения полковника. Он несколько раз прикасался к ним рукой, казалось, что они намного больше, чем были на самом деле. Всё из-за треклятого холода, немец не чувствовал своего лица. Мрачно смотря на огонь, он докурил сигарету и бросил её в пламя. Хижина потихоньку прогревалась, но задерживаться здесь надолго было нельзя.
- Ладно, держи, - спокойно отстегнув от пояса небольшую офицерскую флягу с простой гравировкой, подарок Александра Крестовского, командира красноплечих. Предприимчивый немец всегда держал её рядом, как раз на такой случай. Перекинув фляжку с настоящей русской водкой девушке, он протянул к огню руки. Снег таял на волосах Конрада, капли воды стучали по деревянному полу.
- Нам здесь нельзя задерживаться, - произнёс офицер серьёзно, - штабс-адъютант Романова, это же...
Когда девушка сделала по-настоящему мужицкий глоток настоящей русской водки, у германского офицера отвисла челюсть. Шрам отозвался неприятной вяжущей болью и челюсть пришлось захлопнуть. И всё-же, Конрад невольно вспомнил два поразительно точных выстрела и двух убитых бойцов британского спецназа. Да, Романова каждый день разбирала и собирала свой табельный пистолет, но... Штерн и представить не мог, что эта хрупкая девушка способна уложить двоих профессиональных бойцов, стреляя навскидку и практически на удачу. Но что-то подсказывало полковнику, что дело как раз не в удаче. Что-то тёмное прокрадывалось в сознание офицера - подозрения, домыслы, послышался настороженный шёпот паранойи. И всё-же... Она была офицером Шестой Бронетанковой Дивизии. Его офицером. И чёрта с два он бросит её здесь подыхать только потому, что девушка умела стрелять и не говорила об этом своему командиру. В конце концов, это спасло жизнь им обоим. И всё-же, Конрад пристально следил за Елизаветой Романовой. Которая, поджав ноги, уснула, положив голову на колени сидящему у огня немцу. Он неволько запустил пальцы в кожаных перчатках в волосы девушки. За окном начиналась метель - заброшенную хижину присыпало снегом. Как и следы двоих беглецов, за которыми охотились британские диверсанты. В иных условиях, Конрад дал бы им бой, но с ножом против штурмовых винтовок... Он был офицером, а не самоубийцей. Полковник Штерн ещё послужит своему отечеству, он не собирался выкидывать свою жизнь сейчас. Нет уж, он выживет. Назло британским свиньям. Бог поможет...

Отредактировано Konrad Curse (2013-11-10 01:21:49)

+1

16

Романова пришла в себя, когда тепло от печи уже утихло и холод вновь стал заполнять избушку. Пар ещё не валил из её уст, но было откровенно прохладно. В воздухе ещё висел лёгкий запах горелого дерева и девушка, посмотрев в очаг, заметила, что угли ещё теплились. Возможно, прошло не так уж много времени с того момента, как она уснула. Впрочем, какая разница, на улице всё равно было темно и будет так же часов до девяти утра. Затем, Лиза перевела взгляд на что-то мягкое...
Чем оказались колени её командира. На ум невольно пришло их случайное столкновение после падения из машины, от чего адъютант ощутила, как румянец пополз по её щекам. Следом, она неуверенно взглянула на Конрада, который... так же посапывал. Удивительного в этом ничего не было - пусть он и был брутальным немецким офицером, железным он не был. А стресса они испытали предостаточно
И уже в последнюю очередь, Романова постаралась оценить своё состояние. Температуру не оценить, хотя конечности уже пришли в себя - хоть что-то положительное, она могла их чувстовать и двигать. Что до лёгких и простуды, то, кажется, пронесло... но расслабляться не стоило. Гадкий вкус выпитой водки всё ещё стоял во рту и казалось, девушка слышала жалобный плач своей печени и желудка - ведь придётся выпить ещё, за отсутствием нормальных лекарств.
Судя по тому, что она чувствовала себя более-менее отдохнувшей, прошло как минимум часа четыре (а больше, обычно, поспать не удавалось). Это могло значить лишь одно из двух: либо британцы считали их мёртвыми, либо так же решили, что выступать ночью в метель - самоубийство... и что беглецы помрут от холода.
"Ох не рады они будут, когда узнают, что мы живы..." - не без улыбки подумала девушка, стараясь как можно аккуратней подняться с ног командира, дабы не разбудить его. Пытаясь шуметь как можно меньше, Романова аккуратно подложила ещё дров и гаазет в печь, дабы возобновить огонь. Не хотелось замёрзнуть ко времени выхода... И чёрт побери, не хотелось будить Конрада. Он ведь возьмёт и рванёт в ночь, пытаясь добраться до своих. Похвально, несомненно, но это оставляло меньше шансов на выживание...
-Что ж... надеюсь, вы не самоубийца, полковник... - прошептала она, поджав ноги и усевшись на полу. Глядя на разгорающийся огонь, девушка достала свой уже запачканный платок, дабы протереть очки. Как же она ненавдела свою подслеповатость... чувствовать себя ущербной из-за того, что не можешь без трелятых стекляшек видеть что-либо дальше собственного носа...

+1

17

- Штабс-адъютант, - Конрад спокойно поднялся на ноги, пока Романова протирала очки. Он по-прежнему не понимал, каким образом она уложила двоих профессиональных солдат. Близорукая девушка...
- Нам нельзя задерживаться здесь, - произнёс офицер, поправив мундир. Даже в такой ситуации он был педантичен. В этом доме не было зеркала, да и перчатки сменить он не сможет. Мрачно ощупав своё лицо, Конрад сделал вывод - не всё так страшно, как могло бы быть. Конечно, эти шрамы останутся навсегда. Но сейчас, это волновало полковника меньше всего. Толкнув дверь хижины, он шагнул на порог и огляделся. Метель стихла, но егерьский домик практически полностью занесло снегом. И только дым из трубы поднимался серым столбом в ночное небо. Врядли его заметили в такую метель, но рисковать не стоило. Глотнув водки, офицер поморщился и обернулся к Романовой.
- Надеюсь, капитан Кёниг и её бойцы уже ищут нас. Идём, - просто сказал он и, дождавшись Елизавету, шагнул в снег.

+1

18

И как он только успел проснуться? Врач слегка покачала головой и со вздохом надела очки, после чего уже стала одеваться. Ах, прогретые сапожки и не менее прогретые перчатки... О таком только мечтать в такой мороз порой. Говоря о морозе...
Елизавета с тихим вздохом направилась следом за полковником, которому в лицо уже наверняка ударил снег и холод.
-Всё-таки, сейчас вы суицидальный, герр Штерн. - протянула Лиза, поправляя плащ Конрада на своих хрупких плечиках. Проблема была в том, что за ней плащ волочился - она была намного ниже своего командира. -Раз так, то возьмите хотя бы ваш плащ. Я достаточно согрелась... а вы намного важнее меня. Вам и другого адъютанта найдут, если что.
А градус не поднимался... всё те же -33 по Цельсию, пусть и без метели, пусть лишь в сопровождении тихо падвшего снега.
-И надеюсь, нас действительно ищут наши союзники. Да даже если враги... если не найдут живыми, то найдут окоченевшие трупы. - мрачно добавила девушка, а после, она старалась говорить как можно меньше - дабы не простужать внутренности ещё больше.

0

19

Без плаща, конечно, было холоднее, но Конраду было достаточно утеплённого мундира с подкладкой. К тому же, если говорить о безопасности, то первой целью снайпера станет человек в плаще, отличающем штабного офицера от простого бойца штурмовой группы. По этому поводу, полковник много раз спорил с обер-лейтенантом Манфредом Рихтером. Всё кончилось тем, что полевая офицерская униформа теперь могла ввести стрелка в заблуждение - отличить командира от солдата стало непросто. В хаосе боя эта задача ещё больше усложнялась необходимостью принимать решение быстро, а один раз спустив курок, снайпер раскрывал свою позицию. В прочем, штабная униформа, несмотря на все старания Рихтера, не изменилась и об этом Конрад от части жалел. Всё-таки, сейчас Елизавета Романова может стать целью британского снайпера просто потому, что в метели её невозможно отличить от полковника Штерна. Чёрный офицерский плащ делал её целью первого выстрела. Но, с другой стороны, что сможет Конрад противопоставить профессионалу со снайперской винтовкой и, наверняка, встроеным в шлем прибором ночного видения имея при себе лишь боевой нож... Только умереть рядом со своим адъютантом, бросить девушку умрать он просто не сможет. В завывании ветра, он словно эхом услышал свой собственный голос - слова, сказанные пятнадцатого августа две тысячи пятнадцатого года русскому офицеру Александру Крестовскому.
"...как офицер, я должен приказать расстрелять вас, но, как мужчина, я понимаю..."
Педантичный германский офицер уже второй раз за Дальневосточную Кампанию был готов переступить через свой долг - первый раз, ради боевого товарища, а теперь, ради девушки, за которую нёс ответственность, как командир и как мужчина. В прочем, офицерская честь не страдает от излишнего благородства. Конечно, рыцарем Конрад не был, но по его мнению, нужно родиться законченым подонком, чтобы бросить такую девушку, как Романова, умирать от холода, или британских ножей. Поэтому, он был готов в случае необходимости тащить её на себе через снег, а когда силы подойдут к концу - встретить смерть здесь, рядом с верной Елизаветой Романовой. Иронично, но из всех офицеров Шестой Дивизии, именно в компании русской девушки-адъютанта Конрад был готов умереть сейчас.
"Жаль только, не выиграли войну... Не успели немного. Но ничего... С Хильдой дивизия не пропадёт. А пока с ней рядом будет Карл Райнер Воллен, ничего не случится и с Ледяной Королевой. Мои бойцы в надёжных руках."
Казалось, что в этом проклятом лесу, за каждым деревом таится опасность. Где-то в отдалении слышался вой - волчья стая вышла на охоту. Но даже если бы их целью стали двое людей, практически безоружных, первый из хищников, рискнувший кинуться на Конрада убедился бы на своём опыте, что загнанный в угол зверь всё ещё может кусаться, а человек - тоже хищник. И всё-таки, главным врагом их был холод - ледяной, пробиравший до костей ветер. Полковник Штерн понимал, далеко они не уйдут. Следы засыпало снегом и немец не боялся погони. Но вскоре, случилось то, чего боялся Конрад, но к чему был обречённо готов. Шедшая на пару шагов впереди Романова, упала на колени в снег. Ноги девушки подкосились, она беззвучно опустилась, плащ спал с её плечей. Коград, про себя ругаясь грязно и богохульно, подошёл к ней, опустился на колено и обнял девушку за плечи. Он прошептал, склонившись к её уху.
- Для меня было честью знать вас, штабс-адъютант, - голова девушки безвольно упала ему на плечо, её лицо было так близко, почти как тогда, когда они лежали в овраге под огнём британских пулемётов. Сердце жестокого и решительного офицера, впервые в его жизни, сжалось от горя и бессильной злобы. Он выигрывал безнадёжные битвы одну за другой, но одну единственную женщину не смог спасти. Всё-таки, холод оказался сильнее.
- Спите, Елизавета Романова, - прошептал он, прижав её к себе, - закройте глаза. И ждите... Валькирий...
Говорить было тяжело - из-за холода, тихий голос германского офицера буквально тонул в безжалостном визге метели. Но даже через него, он слышал хлопанье крыльев. Крыльев Валькирий... Луч света прорезал ночную тьму, Конрад прикрыл глаза ладонью в чёрной перчатке. А затем, протянул руку к свету. Романова прильнула к своему командиру, он ещё чувствовал её дыхание, девушка дрожала, пыталась что-то сказать. Вскоре, второй ослепительно белый луч света проскользил по снегу, затем - второй, третий. Послышались голоса. Затем - хруст снега, чьё-то дыхание совсем близко.
- Герр полковник, - обеспокоенный голос Карла Райнера Воллена, полковник узнал даже на границе жизни и смерти, - герр полковник... Держитесь, герр полковник!
- Сволочь ты, Воллен, - на обмёрзших губах офицера тенью мелькнула улыбка, - я уже видел валькирий, а ты... Совести у тебя нет, капитан.
А потом, его окутала тьма.

Отредактировано Konrad Curse (2013-11-11 02:22:39)

+3

20

Холод... темнота... забытие. Казалось, вот он - конец. Её последний шаг она сделала по колено в снегу, чувствуя, как силы покидают её. Лиза едва поняла, что Штерн подбежал к ней, обнимая её... может, пытался согреть?
-Идиот... иди... живи...
Она пыталась сказать это, едва шевеля посиневшими от холода губами, но казалось, её горло было сковано, а шёпот был заглушён яростным воем ветра. Она так устала... вот бы сейчас вернуться в ту избушку, да мирно лежать у огня... и плевать на то, что по их следу, подобно гончим псам, могли идти британцы. Они бы их не нашли...
Они никогда не найдут их в этой темноте. В этом могильном холоде...

Буквально за пару мгновений до того, как часы начали бить полночь, за мгновения до Нового Года, тишину палаты разорвал громкий, чуть ли не выворачивающий кашель. Глаза, которые какое-то время назад были словно бы склеены холодом, распахнулись. Вокруг всё плыло и не сразу было понятно, что это за место. Скорее даже, подобный эффект наблюдается практически у всех, кто приходит в себя после отключки.
Впрочем, Романову не столько волновало, где она находилась, сколько то, в каком состоянии. А состояние это было "тепло и мягко".
"Неужели... неужели вот так всё после смерти?.." - проскочила первая мысль... которая тут же утихла, когда девушка услышала знакомый писк медицинских приборов. А затем - не менее знакомый запах медикаментов. Знчит, всё-таки жива... Осознание этого факта явно придавало позитива, но... следующей мыслью девушки было одно:
"Конрад... где... где полковник Штерн, чёрт бы его побрал?"
Сил повернуться и посмотреть по сторонам пока не было. Но если он выжил, он наверняка был здесь, в этой же палате. Или же в соседней. Или пришёл бы проведать...
Романова ощутила неприятный укол беспокойства внутри...

Эпизод закрыт.

Отредактировано Елизавета Романова (2013-11-11 17:10:23)

+1


Вы здесь » Code Geass » Флешбеки » 30-31.12.16. Кровь на снегу