По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(vk, don.t.be.a.hero)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Личные отыгрыши » 18.12.17. You should see me in a crown


18.12.17. You should see me in a crown

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

1. Дата: 18 декабря 2017 года
2. Время старта: 16:00
3. Время окончания: 20:00
4. Погода: солнечно, прохладно, штиль
5. Персонажи: Юфемия ли Британия, Куруруги Сузаку
6. Место действия: аэропорт, резиденция генерал-губернатора, личные покои
7. Игровая ситуация: Юфи вызывает своего рыцаря с фронта.
8. Текущая очередность: Юфи, Сузаку

Созданный мной эпизод не влечет за собой серьезных сюжетных последствий. Мной гарантируется соответствие шаблону названия эпизода и полное заполнение шапки эпизода на момент завершения эпизода

+4

2

Юфемия стоит на узком перешейке между зданием аэропорта и взлётной полосой. Снаружи безветренно, и она отклоняет предложение пройти внутрь — а рейс немного задерживается. Чёрные машины, люди в строгих костюмах, развевающиеся флаги Империи — кортеж официален. Принцесса наблюдает за тем, как оживает надежда прямо на глазах, прячет влагу за ресницами — не выдавая и движением своего нетерпения. Она смотрит на то, как самолёт выпускает шасси, как по отполированному до блеска металлическому боку скользят солнечные лучи,  как открывается грузовой отсек. И затихающий мерный гул двигателей находит отклик в её сердце.

Юфи лишь на секунду поступает честно с собой — чёрный носок лакированной туфли выдвигается на полшага вперед, юрко подхватывая сиреневую ткань; но каблук опускает почти мгновенно и как можно тише. Заминка не заметна рядом стоящим, а длинный подол юбки скрывает поспешное нетерпение от окружающих. Только ладони сжимаются протестующее, крепко обхватывая тонкую цепочку парного с сестрой браслета. Бежать на встречу теперь не положено.

Новая должность тяжестью оседает на плечах, затянутых тканью светлой рубашки, застегнутой на все пуговицы, — официальный стиль пришел на смену воздушным платьям. Небрежно накинутый чёрный плащ оттеняет волосы мрачным пятном, укутывая стройную фигуру бесформенной тучей. Принцесса и смотрит иначе, словно за две недели разлуки изменилось куда больше, чем гардероб. Но этим же взглядом ищет того,  кто способен вытеснить все мысли об ответственности и долге одним своим появлением.

Принцесса опять поступает эгоистично, потворствует собственных желаниям, оправдывая их необходимостью. Основная база Камелота находится в её распоряжении, потому и приказ отозвать Куруруги доходит быстро — и тут куда важнее то, что никто, кроме неё, не имеет права его отменить. Приоритет права принцессы стоит выше любого военного командования. И он же оседает удушающее-горько в горле, или же всё дело в воздушном шарфе, которым в два раза обхвачена шея.

— С возвращением, — и тепло обжигает побледневшие щеки с синеватыми кругами под глазами; Юфи смотрит прямо-упрямо с крупицей жадности, невольно улыбаясь едва заметно. Они все слишком устали, чтобы размениваться на долгие официальные приветствия. Юфи жалеет, что не может даже сказать «добро пожаловать домой» — ведь где здесь можно найти его дом.

+7

3

- Идут на восток? Серьёзно?! Вот дураки! Ну, завтра мы им зададим! Против Ланселота они...
- Закатай губу. Не будет с нами завтра никакого Ланселота, - военный постарше с досадой стукнул кружкой о стол и утёр усы.
- То есть как? - его младший товарищ уронил кусок хлеба, который ел, в тарелку, дёрнувшись в шоке и уставившись на собеседника.
"То есть как?" - повторил про себя Сузаку, споткнувшись на полушаге. Он выбрался из кабины Ланселота едва ли пять минут назад. Это был долгий день, но он не считал ни часы боя - ни часы отдыха. Он бросался в бой по приказу, не замечая усталости, единственное, что его ограничивало - блок питания Ланселота.
Это лучшее, что он мог делать. Сузаку был рад, что его направили сюда - в бесконечной войне не было ничего хорошего, но это было необходимо, и, главное, это давало Сузаку шанс добиться хоть чего-то, сделать хотя бы шаг вперёд, вырваться из бесконечного круга ошибок и неудач. Он надеялся, что на фронте от него будет хоть какой-то толк - всё будет лучше, чем происходившее до того.
За неполные две недели он добился всего возможного. Слава о нём разнеслась по фронту, и он уже привык слышать, как говорят о "Белой смерти". Слава была ему безразлична - но она означала, что его заметили. Это было движением вперёд - день за днём Сузаку напоминал себе, что нельзя выиграть бой, если сдаться ещё до его начала. Что бы ни происходило, он продолжал держаться за свою цель.
- Говорят, его отзывают с фронта, - ответные слова старого вояки донеслись до Сузаку сквозь шумную пелену взорвавшихся искрами мыслей.
Отзывают? Значит ли это, что?..
"Юфи..."
Он даже не попытался дослушать. Наткнувшись на кого-то попавшегося под ноги, он, даже не извинившись, бросился куда-то, откуда сможет узнать, правда ли.

Лететь было близко, всего часа четыре. Из них на два Сузаку сказал себе спать и решительно перестал смотрел в иллюминатор. Четыре часа. Четыре часа, и он снова будет в Японии. С Юфи. Подтянув одно колено к груди, Сузаку закрыл глаза, вспоминая свою принцессу. Все эти дни он старался не думать, потому что иначе не мог бы думать ни о чём другом, а потому с головой бросался в войну. Теперь же... Теперь скоро он снова увидит её.
С того момента, как на грани видимости появился остров, Сузаку не сводил взгляда с медленно приближающейся родины. Минуты казались часами, и Сузаку подумал, что ему кажется новым такое чувство нетерпения. Ему было и страшно одновременно от неуверенности, и не терпелось скорее встретиться вновь. Когда под шасси появилась взлётно-посадочная полоса, Сузаку сглотнул, старательно выдыхая и успокаиваясь. А потом, вновь посмотрев наружу, он увидел её.

Он ни о чём не думает, стремясь навстречу принцессе на грани вежливости. В голове сплошной шум - ровно до того момента, как он оказывается прямо перед ней и в порыве опускается на одно колено, прижимая руку к груди.
- Моя принцесса, - произносит он с плохо скрытым нетерпением, и только тогда поднимает лицо. "Юфи", - произносят его губы беззвучно. Теперь, наконец, он смотрит на неё. Только на неё - почти пожирает глазами, и его чувства мечутся от радости до беспокойства.
Она изменилась за эти дни - так быстро, что он встревожен. Что случилось? Что ей пришлось пережить? А он? Всё, что он делал и говорил, только делало хуже. Из него выходил совершенно никчёмный рыцарь. И всё же она позвала его - даже проще, она приказала ему вернуться в Сектор 11.
Изменился ли он? Ему казалось, что нет, но может ли не изменить война?

+5

4

Внутренне вздрагивая от официального приветствия, Юфи протягивает руку ладонью вниз — так того требует этикет. Но причины кроются совершенно в другом, за гранью того, что она сама готова признать перед лицом всех окружающих. Принцесса знает, что может доверять ближнему окружению — брат бы не прислал никого, кто мог бы ей навредить. А сестра позаботилась о советниках. Но оставались и другие — все те, кому изначально не пришлась по душе новая власть; и те, кто видел слабость в её выборе.

Предстать перед ними влюбленной до безумия девчонкой, которой всё можно — да, и принцессы читают желтую прессу, — Юфи не хотела. Раньше ей было бы всё равно, теперь жизнью правили приличия и условности. Она уже успела сделать многое, чтобы вновь вызвать недовольство аристократии. И это несмотря на то, что это «многое» — назначение и заявлении о поддержке заданного курса.

Юфи ждет теплого прикосновения с замиранием, с легкой улыбкой смотря на рыцаря. Чуть позже она сможет быть более открытой, избавившись от шарфа на шее — и, вместе с ним, навязанных условностей. Сейчас она может позволить себе только взгляд, наполненный щемящей нежностью и неверием — вот коснется, тогда она и осознает всё в полной мере. А пока пальцы подрагивают едва заметно; драгоценные запонки с флагом империи блестят на солнце, а шарф змеится вдоль руки, повинуясь движению.

Каждый день начинался с того, что она проверяла новости;  и заканчивался абсолютно тем же. Сводки с границ падали на стол Юфемии чаще, чем она подписывала официальные приказы и отвечала на прошения. Разбор оставшихся дел занимал слишком много времени, но лишь минуты, когда Аарон спокойным тоном зачитывал новости, были запоминающимися. Они вселяли уверенность, и даже отсутствие вестей с фронта было успокаивающимся. Теперь она верила в свой выбор, в своего рыцаря сильнее — и совершенно не сомневалась, когда отдавала приказ всего лишь сутки назад. Оставалось только поверить.

— Идем, Сузаку — произносит Юфи, вкладывая в простое слово куда больше смысла, чем можно увидеть. — Нам нужно многое обсудить.

«Наедине» тает намеком. Юфи вызвала Сузаку не только ради одной лишь прихоти, пусть сейчас и поддается эмоциям. Ей необходима поддержка близкого человека теперь, когда она осталась один на один с большим миром.

+5

5

Она протягивает ему ладонь - её жест точен и холоден, в плавной линии запястья Сузаку читает кричащее “я не должна ничего показать”. Они стоят прямо у взлётно-посадочной полосы, рядом с принцессой её сопровождение - это должен быть он, но его не было рядом всё это время - вокруг бескрайнее открытое пространство аэродрома, здание терминала за спиной Юфи - словно трибуны. Они видны со всех сторон, во всех деталях, каждый малейший жест. Самолёт глушит двигатели, и в воцарившейся тишине отчётливо слышен шорох ткани, когда Сузаку поднимает руку. Ему кажется, что чужие уши могут слышать даже биение их сердец. От этого чувства его плечи напрягаются, расправляясь упрямо, он раскрывает ладонь рвано, но замирает на долю секунды, прежде чем их пальцы соприкасаются. Её хрупкие пальцы прохладны - на мгновение Сузаку застывает, поглощённый этим прикосновением, а потом быстро склоняет голову ниже, касаясь пальцев губами. Нельзя позволить себе отклониться от формальности даже на волос – Сузаку напоминает себе это три раза подряд – в каждый удар сердца от мгновения прикосновения до того, как он отпускает её ладонь, не позволяя себе задержаться ни на секунду. Вместе с тем, как прохлада её пальцев исчезает из его тёплой руки, Сузаку поднимает взгляд вновь, скользя вдоль изящной руки до лица Юфи, с замиранием сердца готовый увидеть выражение её глаз, и с трудом подавляет порыв двинуться с места, когда его затопляет бесконечная нежность её взгляда.
Сузаку забывает об аэродроме, о терминале и сопровождении Юфи, он готов оставаться здесь, кажется, бесконечно, но Юфи нарушает тишину, и он, кажется, просыпается из мимолётного сна.
- Хай, - он отзывается негромко, и в этом коротком согласии заложено больше, чем формальность – как и в её словах. Он здесь не потому, что принцесса хотела видеть своего рыцаря, не из-за прихоти. Юфи теперь не просто принцесса – пока он был там, на фронте, она стала генерал-губернатором, она возглавила 11 Сектор. Теперь, с ней, всё… всё могло измениться. Но она оказалась одна. Перед лицом политики, которую задали до неё, перед лицом пересудов британцев и оппозиции 11 Сектора. Все они не могли понимать, что Юфи – та, кто может изменить всё.
Ей, должно быть, было очень тяжело. Нет, не «должно быть», - Сузаку видел неестественно прямую её спину, тени, залегшие на лице. Она теперь была облачена в приличествующий положению облик, и он, словно бы, прятал её, настоящую её. Прятал – и одновременно подчёркивал, как ей сложно.
Сможет ли он стать настоящей поддержкой для неё? Он наделал уже столько ошибок за это короткое время, но, как бы ни ощущал себя, он ни за что не оставит её. Он сделает всё, что в его силах и за их пределами. Легко поднявшись, он следует за неё – всего в шаге позади и на пол шага правее. Пока они следуют к её личному транспорту, Сузаку невзначай разглядывает её окружение. Кто эти люди, чего ожидать от них? Верит ли им Юфи? Как они смотрят на неё, что выдают мельчайшие их жесты.
Кажется, что короткая для Сузаку война не изменила его, но напомнила всё то, чему он учился с детства. Заточила чувства, очистила ясность навыков, заново научила реагировать судить и реагировать быстро. Возможно, это лишь иллюзия недавнего возвращения, но то, что происходит здесь, далеко за линией фронта, не кажется Сузаку миром – всё лишь сложнее, чем открытая война.

+4

6

Пальцы чуть подрагивают — уже от желания взять Сузаку за руку. Юфи склоняет голову, позволяя завесе волос скрыть выражение её лица. У неё мурашки по коже бегут — от прикосновения, взгляда и даже каштановой макушки. Так её рыцарь наиболее уязвим и прямо перед ней, а она не может себе позволить ничего лишнего. Потому Юфи просто смотрит и просто хочет, чтобы Сузаку на этот раз остался рядом. Она тоже уязвима — без него. Понимание приходит осознанным, вместе с чувством окрыления — светлый шарф развевается на мгновение, формируя иллюзорные крылья, совсем как на её личном символе.

Каблуки отчетливо отсчитывают каждый шаг, водитель в белых перчатках открывает дверь, приветливо склоняя голову. Не водитель вовсе, военный — из личной гвардии, они уже знакомы с Куруруги. У него на губах появляется легкая улыбка, он отрицает условности и искренне рад, что рыцарь их принцессы наконец-то рядом. Такая практика отношении с ближайшим окружением поддерживалась её братом, теперь передается ей как по наследству. Юфи улыбается в ответ, уже открыто, но всё ещё прячет настоящие эмоции куда-то внутрь. С людьми Корнелии так не выходит. 

Принцесса проскальзывает в салон автомобиля изящно, а после неуклюже заваливается, усевшись на собственный плащ и волосы. Слишком торопится, чтобы дать место и Сузаку — именно рядом с ней; то, что принадлежит ему по праву. Из-за волос же ойкает, привставая и отодвигаясь на другую сторону, заливаясь румянцем смущения. Ей совсем немного неловко-робко, ещё чуточку больно — пряди, даже собранные в высокий хвост, слишком длинные. А плащ соскальзывает с плеч, опоясывает чёрной грудой и связывает крепче пут. Юфи улыбается уже виновато, оказавшись на середине широкого сиденья.

И вздыхает с облегчением, тревожность покидает плечи, только осанка остается прежней — это в ней воспитано. Юфи оказывается вне внимания своей свиты, которая суетится за тонированными стеклами — рассаживается по машинам, проводя последнюю проверку. Сузаку не нужно беспокоиться о его багаже. Вещи доставят в резиденцию, а Ланселот перевезут на базу Камелота. Всё уже решено заранее, дополнительных указаний не потребуется — Юфи уверена в своем помощнике и отданных им приказах.

Юфи тянется, хватаясь за рукав, едва касаясь кожи — хочет вновь взять за руку, пока не остыло теплое прикосновение. Но не сразу решается — последние встречи выдались сложными, и новую она инициирует своими приказами. Как раз тем, за что себя корила — ситуация выглядит как насмешка; Юфемия всё ещё не уверена в правильности сделанного выбора. И куда больше винит себя в том, что не дает этот выбор Сузаку. Потому она ждет, пока захлопнется дверца, а перегородка закроет салон от внимательного взгляда водителя, воцарив мягкий сумрак. И всё же чувствует себя уже расслабленно, сбросив бремя высокой должности и тревог, связанных с семьей и страной.

— Привет? — неуверенно и чуточку вопросительно произносит Юфи, усевшись вполоборота. Они остаются один на один, официальность уступает место смущенной неловкости. У неё так много слов и вопросов, что жадный интерес перекрывает даже волнение, но тот отвоевывает себе право первенства. Юфи сбивчиво шепчет, словно смутившись своего порыва: — Я волновалась.

+4

7

Водитель улыбается, склоняет голову, быстро, но без услужливой суеты открывает перед принцессой дверцу машины. Сузаку узнаёт его, как и некоторых других людей в свите. Они военные - вряд ли можно усомниться в том, что к Юфи их приставили её старшие родичи. Сузаку чувствует укол неопределённого чувства от того, что принцесса окружена ими, но в ответ на взгляд водителя улыбается, хоть и сдержанно. Косых взглядов на него не бросают, так что на задний план отступает ожидание необходимости прямо держать спину перед пересудами и неприятием. Это принесло облегчение, хотя Сузаку был тем, кто никогда не отступается перед такими трудностями.

В любом случае сейчас он был готов на всё. Ему было не в чем сомневаться - ничто не могло быть причиной весомее, чем зов Юфи. Он мог глотать колючим комом в горле вину и ненависть к себе, мог считать, что ничего не смог, но, что бы ни думал он сам, если он нужен ей - он примчится на край света, невзирая ни на что. Об этом всём Сузаку забывает, когда наклоняется, заглядывая в салон и чуть не бросается помочь Юфи пересесть. Он неловко обрывает едва начатый жест и преувеличено деловито хватается за подголовник переднего сиденья, потому что помочь принцессе можно только совсем не приличным для общения с генерал-губернатором действием. Сузаку ловит её взгляд и опускает голову, чтобы не показать посторонним, как он смеётся тихо, как когда-то искренне смеялся в день их знакомства. Тот смех только для Юфи, поэтому пока он выпрямляется и спокойно, как подобает рыцарю, усаживается в машину.

А потом он смотрит сквозь распахнутую дверь, цепляясь взглядом за расходящуюся по машинам свиту и начало выгрузки Ланселота за их спинами. Сузаку боится, что обернётся и не удержит приличное моменту лицо. Официальность выматывает, и он тянет мгновения, чтобы наконец оказаться наедине. Они слишком близко, и вокруг больше не аэродром - Сузаку медлит обернуться целую секунду, а потом чувствует прикосновение. Оно едва ощутимо, но Сузаку поворачивает голову мгновенно, раскрывает глаза широко от неожиданности и щемящего чувства радости - они не виделись давно, и то, что было раньше…

Сузаку хочет поймать хрупкую руку, сжать в ладонях, но Юфи замирает, и он замирает тоже,  пальцы поневоле сжимаются, выдавая порыв. Снаружи машины слышны звуки, а потом наконец закрывается дверь и опускается перегородка. Это уединение иллюзорно, но всё же сейчас их не видят. Сузаку наконец отмирает, подхватывает тонкие прохладные пальцы, накрывает второй ладонью порывисто, разворачивается в пол оборота, так же, как она, чуть подаётся вперёд, тянет её руку ближе.

- Юфи, - он не отрываясь смотрит ей в лицо и улыбается поневоле, не видя больше напряжения её нового статуса, - Привет, - слово падает неловко. Сузаку опускает взгляд ниже, на плащ, неудобно обернувшийся вокруг её тонкой фигуры, думает, что он мешается, но помочь снять его окончательно кажется ему неловким, - Как ты?

Он заговаривает невпопад, почти одновременно с ней, осекается на секунду, а потом фыркает от смеха. Он тоже волновался, думал о ней каждый день, не мог не думать. Что волноваться о нём, он не осознаёт. У него был Ланселот, да и ценность своей жизни кажется ему сомнительной. Все трудности, которые он мог встретить, ничто перед грузом, который приняла на свои хрупкие плечи Юфи. И он волнуется по-прежнему, и о ней, и об опасности.

Отредактировано Kururugi Suzaku (2019-04-11 10:36:08)

+4

8

Принцесса замирает от прикосновения, боясь выдохнуть — словно сейчас можно спугнуть момент. Юфи мимолётно думает о небрежно брошенных замшевых перчатках. Они тонкие, идеально дополняющие её наряд, но точно бы помешали почувствовать в полной мере. Она вздыхает с утаенным облегчением, сжимая пальцы и чувствуя теплый капкан его ладоней. Юфи сама поддается чуть вперед, игнорируя жесткую ткань плаща вокруг себя. Ей хочется рассмотреть поближе, только света из-за тонировки недостаточно — и всё же ей хватает, чтобы вглядеться, отметить мельчайшие изменения и поймать прямой взгляд.

Автомобиль мягко трогается с места — Юфи замечает это лишь по той причине, что от смущения переводит взгляд на окно. Взлетная полоса быстро остается позади, и внезапная горечь в районе груди подсказывает позабытое желание: сесть на самолёт и скрыться отсюда подальше. Ведь в её руках уже есть всё, что необходимо. Жить от момента к моменту, жмуриться ради мимолетных теплых лучей солнца, чувствовать только счастье; и не гадать, что будет завтра.

Война преследует её и здесь, скрываясь в странно погрубевших ладонях рыцаря, легких морщинках и, самое страшное, не сформировавшейся тьмы в глубине глаз. Глупо полагать, что её правление разом положит конец всему происходящему в секторе. Ведь Юфи ещё ничего не сделала стоящего, а уже жаждет результатов — так жадно. Совсем как снежинки, разбивающиеся о стекла, оставляющие капли, блестящие на солнце. Изнутри они совсем темные, но всё равно искажают внешний мир. Ей всё ещё нужно разобраться с документами, проверить отчеты и доклады — они пропитаны горьким отчаянием. Сейчас именно они — вся её жизнь. Юфи прикрывает глаза, а после возвращает взгляд на Сузаку — только на «сейчас» она позабудет обо всем.

— Новая должность, — вопреки своим мыслям, Юфи начинает с главного. Словно быть просто принцессой ей было недостаточно. Она улыбается в ответ на легкий смех как-то горько, кладет свободную руку на обтянутое формой плечо и тянет Сузаку на себя. Впервые с того времени она не видит перед собой страшных кровавых разводов, пошатнувших её психику — узнай кто, её немедленно бы сняли с должности. Но старшие и тут всё решили, инцидент надежно скрыт в тумане. Юфи ощущает легкий зудящий дискомфорт в голове, потому закрывает глаза и поворачивает голову, чтобы прижаться ближе. Волосы рассыпаются пеленой с одной стороны, свисая почти до пола.

— Я устала, — признается впервые даже для себя, жалким полушепотом в шею на грани слышимости. Словно признание слабости вслух мгновенно сдернет с неё официальные регалии, вернет вновь в тот день, когда всё пошло наперекосяк. Принятые самостоятельно решения не приводят ни к чему хорошему, сказывается недостаток опыта — из неё готовили совсем не полководца, а лишь принцессу.

Каждая мелочь важна. То, как она держит осанку, никогда не искривляя спину. То, как улыбается вежливо и никогда не показывает настоящих эмоции. Не позволяет себе ничего лишнего. Множество правил разлетаются ненужными условностями, потому что Юфи желает другого. Пусть и сидеть так неудобно: пуговицы её собственной рубашки впиваются в руку, сжатую в плену чужих, через тонкий рукав. Теперь это единственная преграда, легкая боль даже отрезвляет — и потому нет слез. Теперь она справится со всем.

+5

9

Смех тает в воздухе зимней изморосью - ответом ему лишь улыбка, мягкая, но словно лишённая радости. Сузаку замолкает, обрываясь на вдохе, хмурится беспокойно. Его глаза серьёзнеют, пуская его привычную стремительную решительность сквозь обволакивающую радость встречи и жаркое тепло искренней влюблённости и настоящей привязанности. Реальности 11 сектора легко вытеснить личные чувства. Сузаку коротко выдыхает и дёргает головой, падает на глаза непослушная чёлка.

Неловкость и неуверенность теряются, растворяясь в беспокойстве - Сузаку волнуется о ней и сейчас. Волнуется, потому что чувствует тяжесть бремени на её плечах ещё прежде, чем она произнесёт тихие слова. Прикосновение к плечу выдаёт тихую дрожь, принцесса тянет его к себе, и Сузаку подаётся вперёд с готовностью. Порывисто обнимает одной рукой, вплетает пальцы в мягкие розовые пряди, прижимает к себе крепко. Он смотрит вперёд, в окно, твёрдо. За тёмным стеклом проплывают здания 11 сектора - знакомые и нет. Он мечтает изменить этот мир, и он знает, что того же хочет и Юфи. Вернувшись сюда, на родину, с короткой для него войны, чувствуя биение сердца хрупкой принцессы, решившейся взвалить на себя груз управления этой разорванной войной на части землёй и сумевшей добиться этого, он вновь помнит об этом и верит, что за это имеет смысл сражаться.

Ради этого и ради своих к ней чувств он будет защищать Юфи, любой ценой. Его пальцы сжимаются на её плече, выдавая чувства, а потом расслабляются - Сузаку склоняет голову, касаясь щекой её тёплых волос, вдыхает её запах, охватываемый нежностью, и пытается подобрать слова. Он только рыцарь - это и слишком много для жалованного британца, и слишком мало для того, чтобы их отношения могли быть преданы публичному вниманию. Сузаку не сомневается, что его статус слишком многим не нравится. Британские аристократы не могут просто смириться с одиннадцатым, многие японцы же считают его предателем. Многим ли может помочь рыцарь, не имеющий ничьего доверия? Единственное, что у Сузаку есть - это преданность и сила.

- Юфи... Я не оставлю тебя больше ни за что, - слова звучат глупыми, и Сузаку улыбается в её макушку, но всё равно произносит их. Глупо, потому что он уже говорил, и всё равно не был с ней, потому и улыбается горьковато, - Я сделаю всё, о чём ты попросишь. Я хочу, чтобы ты могла забыть обо всём хоть ненадолго и отдохнуть.

+5

10

Рука теряет часть тепла, а вторая в ответ сжимает ткань сильнее. Впрочем, это всё ненадолго и Юфи приникает ближе, ощущая. Дыхание сбивается, потому что её вправду слишком тяжело признавать необходимую истину. Она лишь недавно стала честна с собой, теперь у неё в глазах постоянно сомнение, дополнение сегодня чуть заметной пеленой так и не пролившихся слез. 

— Я хочу помочь, — голос резонирует чистым юношеским максимализмом с присущей наивностью. Разве что косы у неё не светлые, да и глаза совсем не голубые — насыщено-сиреневые, как вечернее небо перед грозой. Юфи хмурится лишь по той причине, что сейчас незаметен это болезненный излом бровей, и добавляет: — Людям.

Принцессе едва исполнилось шестнадцать, а к зиме она уже стала генерал-губернатором. Даже звучит абсурдно, но, видит бог, она старается — и монстры больше не в темных углах, а за столом переговоров. Хотя у неё нет четкого плана, лишь горечь того, что она вновь решает за Сузаку — снова и снова, перестав спрашивать разрешение практически сразу. Она переступает через себя, приправляя их отношения ненужными ей лично официальными условностями. Но так нужно, поэтому она хочет быть честной — здесь, только перед ним. Потому сказанные им слова выжигают что-то изнутри.

— У тебя нет выбора, — вкус печали практически ощутим, когда она бормочет такие серьёзные слова, подчеркивая возникшие между ними ранее разногласия. Юфи выпутывает и вторую руку, чтобы обвить её вокруг Сузаку, эгоистично не желая отстраняться. Чтобы не видел лицо во время сказанных слов, чтобы не выдать себя и каплей эмоции — голос контролировать куда легче. Чтобы не видеть самой упрека в глазах напротив, возможной реакции на преподнесенные новости. И мягко выдыхает, продолжая:

— Мне нужно наладить отношения с японцами, — Юфи обобщает, конечно, для начала нужно заручиться поддержкой тех, кто однажды уже высмеял её наивность. Простой народ подтянется после, ему тоже не останется выбора — здесь принцесса мыслит как аристократка, коей и родилась. — И укрепить свою позицию в глазах пуристов.

Сузаку должен помнить о возникшем конфликте. А Юфи знает о том, что всё это очень эгоистично — ведь он появился только из-за её решения. Но ей едва ли исполнилось шестнадцать, она всё ещё может делать глупости и влюбляться вот так. Юфи хочет сохранять спокойствие, апеллировать к своей должности и их положению, но таки сдается в волю эмоции и момента:

— Мне нужен ты, — и совсем не ради власти. Добавляет уже про себя, вновь пропуская напряжение в плечи, которое вливается практически электрическим током ожидания. Зато она была почти честна, скрыв лишь то, что приказала бы вернуться даже при отсутствии в этом необходимости.

+4

11

Машина идёт плавно, мотор урчит глухо, почти не слышен шум дороги. Сузаку не двигается - его прямой взгляд направлен на противоположную дверь автомобиля. Он движения она вибрирует. Это не имеет никакого значения - всё, что имеет сейчас значение, это слова Юфи. Она держит его крепко, отказываясь посмотреть в лицо, и скрывает из голоса краски, ровный тон напоминает о её статусе. Сузаку всё ещё чувствует щекой её волосы - и не двигается, слушая молча. Всё, что она скажет.

Её статус потерял своё прошлое значение - Сузаку не знает точно, когда. Возможно, тогда, когда он отказался постоянно оборачиваться назад. Или же прямо сейчас, когда разрушила появившуюся из-за всего, что случилось, стену, приникая к его плечу. Он не обращает внимания на то, как от её слов сжимаются зубы и твердеет взгляд - в конце концов, она тоже не видит его лица. Она - британская принцесса, ставшая генерал-губернатором 11 сектора, он - японец, сын последнего премьер-министра Японии. Он много лет был просто одиннадцатым, мечтавшим изменить мир. Он не может сказать, когда его взгляд изменился, но сейчас он, похоже, готов вспомнить о том, что в его прошлом не только британская армия. Разница между ними велика, как пропасть. Действительно ли у него нет выбора? Как у рыцаря принцессы Юфемии - нет.

- Юфи, - его голос звучит на порядок ниже и жёстче, чем минуту назад. Прежде, чем продолжить говорить, он движется - ладони ложатся на её плечи, настойчиво отодвигая от себя, чтобы абсолютно прямо посмотреть в глаза. - Я отказываюсь повторять заново те же ошибки. Я верю в тебя, и твоим рыцарем хочу быть по своей собственной воле. Я нужен тебе, и помочь тебе всем, что в моих силах - это то, чего я хочу. Одновременно из-за тебя, и потому что у нас с тобой одна мечта.

Замолчав, он будто обмякает - его руки почти не удерживают Юфи, напряжённая твёрдость растворяется в выражении лица, возвращая тени недавнего тепла. Запоздало, он спохватывается, что мог звучать почти зло, но это совсем не то, что хотел бы показать, да и не было бы правдой. Он не зол, его твёрдость скорее решимость, подкреплённая тем, что сейчас он именно на том пути, которого хотел добиться.

+3

12

Ей шестнадцать, а её рыцарь на год старше — и эта перемена разительна видна сейчас. Волосы, даже будучи растрепанными, больше не прячут лицо и появившийся на молочной коже румянец. Юфи смотрит на Сузаку, а видит совсем другое в этой его решимости. Ей немного неловко ещё и потому, что его пальцы сжимаются так крепко, что почти наверняка чувствуют сетку шрамов. А ещё Юфи сейчас благодарна, как никогда. Она на секунду смотрит так, словно не узнает человека перед собой, а после кивает с легкой улыбкой — так, что забавные морщинки собираются около глаз. И выталкивают с лица любые другие. Юфи впервые спокойно за достаточно долгий промежуток времени, издерганная нервозность уходит и дышать становится как-то легче.

— Хорошо, — кивает как-то плавно-поспешно, словно он может передумать в разы быстрее. Позиция Сузаку словно расставляет шахматные фигуры в нужном порядке, теперь ей всего лишь нужно подвинуть фигурку — не так уже важно, какую — поставив шах и мат всему остальному миру. Глаза светлеют почти сразу, вся неловкость рассеивается нелепым призраком прошлого. Впереди у неё — них — общая мечта, теперь лишь остается сделать всё, чтобы её достичь.

Автомобиль плавно сворачивает и спускается на подземную стоянку. С улицы слышно, как с лязгом закрывают высокие кованные ворота ограды. Красивая клетка в заднем окне, что скрывается за очередным поворотом. Здесь в разы безопаснее, потому что территорию резиденции усилили во много раз — и автомобиль ещё долго движется, минуя официальные здания. Личное крыло принцессы, где выделили комнаты и для её рыцаря, находится в глубине. Оно окружено суровыми зданиями, множественными проходами и теперь это практически военный форт. Ведь ещё дальше базируются войска и стоят казармы.

Юфемия сама выбирает комнаты для Куруруги — соседние, потому что так ей спокойнее и отпускать его в казармы совсем не хочется. Он только с войны, а она имеет представление о происходящем — успела насмотреться, как бы её не берегли старшие. Даже сейчас Юфи думает о том, что нужно дать Сузаку отдохнуть с дороги и после всего произошедшего. А уже после вываливать вот это всё, да и у неё скопилось работы за эту короткую передышку.

Внимательный взгляд помощника чудится даже сквозь тонированные окна, принцессе даже чуть стыдно-чудно за сбитый плащ и растрепанные волосы. Смятую ткань она, выбравшись из машины, стряхивает с достоинством принцессы, а улыбается совсем по-детски радостно и почти счастливо — и синие тени отступают от глаз.

— Тут немного всё переделали, — произносит принцесса с толикой смущения, в том есть немного её вины. В конце концов, где это видано, чтобы особ императорской семьи крали из-под носа целого гарнизона?.. В жизни Юфемии сочетается всё то, чтобы обычно не слить воедино. Она снова спохватывается, что решила всё сама, потому поспешно добавляет: — Но, если захочешь, твоя комната на базе Камелота пустует.

Пластиковая карточка доступа падает на бетонный пол с легким стуком из кармана перевернутого плаща, Юфи только вздыхает — сама же припрятала, чтобы вручить лично. Она подхватывает её, а после падает уже сама — слишком резко разворачиваясь к Сузаку, чтобы отдать тисненный золотом прямоугольник. Юбка обвивает ноги, попадает под каблук и вот, принцесса уже в очередной раз ждет, что её подхватят.

+4

13

Юфи кивает - движение кажется почти поспешным, но, если у её рыцаря ещё оставались сомнения, они исчезли, когда он увидел, как уходит на глазах тень с её лица, растворяется в лёгкой, светлой улыбке. Сузаку выдыхает, и его глаза светлеют, словно отражая перемены в лице его принцессы. Он снова улыбается - бесконечные сомнения выматывают хуже неизвестности, отравляют даже такую желанную встречу. Отбросить их значит освободиться, по крайней мере, от того груза, который лежит прямо перед глазами. Сказанными словами он подводит черту в том числе и для себя, в них нет ни грамма лжи, ни в значении, ни в чувствах, оттого он так уверен.

Сузаку ловит взглядом морщинки смеха у глаз Юфи, ладони скользят вдоль её рук лёгким, почти осторожным прикосновением. Теперь, когда всё его внимание не занимают стоявшие стеной перед глазами тревоги, он чувствует под своими пальцами неровность кожи - напоминание о недавнем прошлом, которое останется навсегда. Ничто, что совершено, в действительности нельзя уже исправить, как ни старайся. Нарушившие молочный шёлк кожи Юфи шрамы напоминают об этом мгновенно, не позволяя тешить себя иллюзиями - сделанное останется с тобой. Как бы ни старался, самое большее, что ты можешь сделать, это идти дальше, пытаясь не повторять ошибки заново.

Сузаку об этом не забывает, но Юфи совсем не нужны эти мысли, поэтому он продолжает улыбаться, прогоняя тени прочь. Его бесшумная борьба немного затягивается - машина плавно сворачивает, уходя ниже. Они почти прибыли - резиденция генерал-губернатора, изрядно изменившаяся за время его отсутствия, обступает личный транспорт принцессы. Взгляд Сузаку цепляется за изменившийся пейзаж - даже сквозь тонированные стёкла он чувствует, как изменилась обстановка.

Он выходит из машины со своей стороны, как только она останавливается. Если кто-то и собирался открыть для него дверцу, для этого было слишком мало времени - Сузаку всё ещё был в первую очередь военным, и вышел быстрее, чем мог даже подумать об этом. То, о чём он думал - открыть дверь машины перед своей принцессой. Его шаг был порывист - обойти автомобиль заняло бы едва ли пару секунд, но мгновение спустя Сузаку оцепенел, натыкаясь, словно на копьё, на внимательный взгляд. Растерянность отразилась в глазах рыцаря едва ли на один вздох, сменяясь недоверием - он знал этого мужчину. Помощник Юфи - он знал Аарона, недолюбливал и не мог точно сказать, по какой причине.

Взгляд не может остановить его, когда Юфи появляется из машины. Он следует за ней - на полшага позади и ни волосом дальше. Это его законное место, как рыцаря, и о своём праве на него Куруруги даже не задумывается. Слова принцессы заставляют подавить слишком неподобающий вопросительный звук - Юфи не поясняет, какую комнату обустроила для него, но о нет, Сузаку совсем не против её выбора, каким бы он ни был. Не только из-за того, что ни за что не откажется быть как можно ближе, и не только из-за того, что просто волнуется. Даже холодный рассудок подсказывает - Сузаку сейчас самая надёжная для Юфи защита, будь то пешим или в кабине сильнейшего найтмера.

- Мне будет удобно там, где вы выбрали для меня место, принцесса, - голос Сузаку звучит после секундной паузы, выдававшей поиск подходящих слов. Будь они наедине, он мог бы спросить без формальностей, что за комнату Юфи выделила для него, но под взглядами свиты такой вопрос звучал не слишком ловко. К комнате на базе Сузаку не был как-то особенно привязан в любом случае - у него давно не было места, которое он назвал бы домом, а потому ему было всё равно. Единственное, чем база Камелота выигрывала перед самой резиденцией генерал-губернатора, - там должен был находиться Ланселот.

Стук упавшего на пол пластика отвлекает Сузаку от мысли о том, как сделать Ланселота легко доступным из резиденции Юфи. Из-за этого среагировать прежде, чем сама принцесса наклоняется за упавшим ключом доступа, он не успевает. Он успевает только дёрнуться, протягивая руку - и мгновение спустя в его руки падает что-то бесконечно более ценное, чем карточка доступа. Волна розовых прядей на секунду застилает обзор - длинные волосы принцессы, даже убранные в высокий хвост, взметаются от резкого разворота. Хрупкая фигура в руках и падающие следом за владелицей розовые пряди воскрешают в памяти их самую первую встречу. Сузаку улыбается, не скрываясь, ловя её взгляд, и на долгую секунду не спеша ставить принцессу на пол. Он был бы совсем не против донести её до самых её покоев - но, пожалуй, это будет далеко за пределами приличий.

- Вы целы, принцесса? - слова приходят сами собой, позволяя непозволительно оттянуть момент, когда придётся разорвать тёплое прикосновение. Сузаку смотрит с пытливым ожиданием и старательно прячет улыбку, мечтая услышать просьбу помочь ей добраться до покоев.

+4

14

Тишина момента оглушает лишь на секунду, чтобы после завертеться вновь — уже не миром вокруг, а эмоциональными воспоминаниями. Так воскресает первая встреча, полностью стершаяся под гнётом обстоятельств. Идеальное знакомство, если бы не началось с маленькой тайны. Юфи не планировала тогда, как будто она могла упасть случайно, не первый раз сбегая; в планах того не было и теперь. Возможно, всё лишь по той причине, что лишь на эти несколько десятков минут она была совершенно спокойна и счастлива. Настолько, что даже вскруженный мир кажется чуть размытым на краях в странном сочетании тепла и расслабленности.

Здесь нет теней — яркий искусственный свет ныряет даже за колонны, облюбовав углы, из которых причудливо скалятся красные огоньки видеокамер. Их куда больше, даже Юфемии это известно — своей рукой подписала новые планы безопасности. И никакой информации и коротких роликов не просочится вне стен резиденции, даже сервера защищены так, что и принцессе неизвестно их точное местонахождение. Но было бы забавно, возможно она прикажет использовать это для имиджа.

И сама же ужасается своим мыслям, по той же причине вновь проходят дрожью пальцы. Только теперь их скрючивает аккурат на военной форме, не достигая скрытой кожи; а тень вновь падает в глубину глаз, оттеняя их необычайной решимостью для принцессы. Юфи едва заметно кивает Аарону, безошибочно вылавливая его взглядом во всей этой встревоженной толпе — они военные, но даже в их осанке теперь есть обеспокоенность. Безупречно скрытое равнодушие личного помощника выделяется чуть ярче, чем следует, но она этого не видишь. Юфи возвращает взгляд на Сузаку, вновь улыбаясь уже более ощутимо. Пульс стучит с трогательной нежностью, а нога совсем немного ноет — ничего страшного не случилось.

— Всё хорошо, — она легко выскальзывает из объятий, но рукой подхватывает ладонь Сузаку, крепко сжимая пальцы. Ну и что с того, что не соответствует приличиям? Здесь нет никого, кто посмел бы её осудить. Юфи поднимает перед собой дурацкую карточку доступа на уровень глаз, словно хвастаясь. Золотое тиснение подхватывает это душный искусственный свет, тогда как матовый чёрный его полностью поглощает. Так и с жизнью нового генерал-губернатора, ничего не выйдет за пределы допустимого.

Юфи тянет своего рыцаря подальше от толпы — в конце концов, сами разойдутся. Автомобили, тем временем, отъезжают — поездка прошла в какой-то мере удачно. Принцесса лишь на миг замирает в полушаге около Аарона, но проходит дальше, приняв собственное решение. Пока она хочет побыть наедине. Их отражение в зеркалах лифта отчетливо — тоже соображения безопасности.

— Знаешь, мне теперь не сбежать на прогулку, — безотчетно кривит губы принцесса — не в дерзкой обиде, а в легкой горечи откровенности. Сейчас и правда не выйдет вновь сбежать через окно. И то её беспокойство, что высказано было в машине, лишь очередная работа. А здесь по-настоящему — со страхом перед тем, что ждет впереди, потерянностью и нежеланием примириться с собственной решимостью.

— Я сделала ошибку? — спрашивает со всей серьёзностью, но уже без титулов. Они ведь ровесники и оба понимают, что такое власть.

+3

15

В отражении зеркал лифта стройная фигура принцессы видна со всех сторон - яркий свет подчёркивает ровные складки ткани на хрупкой талии. Зеркала нужны для безопасности - каждое твоё движение видно со всех сторон. Сузаку понимает это, но его взгляд всё равно цепляется за отражение на секунду, прежде чем он вновь смотрит ей в лицо. Её пальцы всё ещё крепко держат его ладонь - Сузаку отвечает таким же пожатием и не отпускает руки. Свита осталась позади - в том числе и вездесущий помощник, что вселяет в Куруруги что-то сродни облегчению. Аарон заставляет его постоянно безотчётно быть начеку, словно его присутствие грозит скрытой опасностью. Это глупо, ведь Юфи ему доверяет, и Сузаку предпочитает держать эти ощущения при себе, не желая лишний раз беспокоить её.

Он серьёзен, когда она заговаривает. Рядом с ней ему легко хотя бы на время забыть обо всём том, что ядом пропитало всю его жизнь с того самого дня, - но её жизнь была иной, и бремя, которое она взвалила на свои плечи, отказывается исчезать лишь потому, что Сузаку вновь рядом. Юфи откровенна - немного кому генерал-губернатор может себе позволить показать, как падает на лицо тень, и губы поджимаются от горечи. На секунду Сузаку не уверен в своих собственных чувствах. Было ли это ошибкой? Жизнь без тревог и смертельной опасности, без кладбища совершенных ошибок теперь никогда не вернётся к Юфи - это Сузаку знал точно. Но также он знал, впитал с кровью и молоком, что не делать ничего никогда не будет более верным выбором по сравнению с тем, чтобы пытаться что-то изменить. Несмотря на всю опасность совершить непоправимую ошибку.

- Ты ведь сделала это потому, что хочешь изменить что-то, - несмотря на мечущиеся мысли, в глазах Сузаку колебания не было - он смотрел прямо, но хмурился почти напряжённо. - Я не знаю, Юфи, - этот ответ совершенно честный, он действительно хочет найти другие слова, но не может, потому что у него нет ответа. - Но я думаю, что ошибка - это то, чему никогда не найдёшь никаких оправданий и чего уже никогда не исправишь.

Взгляд Сузаку темнеет, но он уже давно не сомневается даже в такие моменты. Куруруги Сузаку не боится совершить ошибку, потому что он уже сделал это. Вся его жизнь - это последствия однажды совершённого поступка. Он ни за что не отступится от своего убеждения, что мир нельзя сделать лучше, идя против правил, - но это не страх действовать.

- Ошибка - это то, что было неправильным с самого начала, - Сузаку сжимает зубы безотчётно, прежде чем договорить, углы губ дёргаются вниз, - Убить своего отца - это ошибка, - он не боится говорить это, потому что Сузаку помнит не одну ошибку. Он помнит и то, что однажды не сказал этого тогда, когда должен был. Сузаку не смущают люди - он привык быть в одиночестве среди толпы, - но плавно идущий лифт замирает с лёгким толчком, двери бесшумно расходятся у него за спиной, и он не говорит больше ни слова.

Он делает шаг назад, в одном неловком движении выдавая скользящие за решительностью чувства. Сузаку берёт себя в руки на втором шаге - тёмный взгляд скрывается за призрачным забралом контроля. Спиной ему не видно, есть ли кто-то в коридоре - это провоцирует спрятать лишнее. Он шагает в сторону, пропуская принцессу вперёд - дороги рыцарь не знает всё равно.

+2

16

Она замирает в ожидании ответа, словно подготавливаясь к чему-то, что ей будет не под силу принять. Юфи смущается от этого — глупо вообще спрашивать что-то такое после всех сказанных им слов. У неё румянец легко поднимается, распускаясь тонким розовым цветом на щеках, а после и мочках ушей, смешно оттеняя изящные сережки. Только от прямого взгляда Сузаку, хотя она не сразу прочитывает высказанное между строк. И всё это развеивает весь серьёзный вид, только голос звучит по-прежнему глухо от испытываемых эмоции.

— Разве моё назначение было правильным? — спрашивает Юфи, вздрагивая от откровенности в следующий миг. Глаза распахиваются потрясенно, но губы кривит какая-то понимающая усмешка. Юфи почему-то кажется это чувство знакомым, подбородок чуть дрожит от невысказанных мыслей, что вьются мгновенно возникшим роем. Она на секунду путается в собственных мыслях, но резко шагает вперед, заслышав предупреждающий сигнал лифта. Ей совсем не хочется разрывать соединение их рук, пусть Юфи и уверена: Сузаку успеет её вытащить до удара. Только пальцы всё равно сжимает крепче — уже в поддержку и в страхе, что он её всё же отпустит, затерявших в клети собственных слов.

Смерть в её жизни давно уже обыденный гость. Сложно остаться незапятнанной, имея такое же происхождение, как у неё. Но чёрный плащ всё равно скользит на пол, небрежно оброненный в попытке осознать сказанное. Вопреки невинной внешности, Юфемия давно растеряла наивность — просто быть светлой всегда было проще, чем признавать всё, происходящее. Юфи думает о том, что держит за руку убийцу, а после — что у неё на плечах ответственность за миллионы отобранных жизней по всему миру. Потому что она ли Британия.

Она всё понимает верно, а потому смотрит немного рассеянно, пытаясь отыскать отрицание сказанного. За всеми этими мыслями проходит лишь пара мгновений, а завершаются они судорожным вздохом, брошенным обеспокоенным взглядом в длинный коридор, дрожью от вызванного вниз лифта. Никто больше не слышал. Юфемия качает головой, короткие розовые пряди на мгновение скрывают выражение её глаз, ей нужно время, чтобы принять окончательно.

— Это всё неважно, в самом-то деле, — в её словах остается дрожь, но она хочет верить в них, потому искриться искренностью и улыбается спокойно. Возможно,  однажды им придется вернуться к этому разговору, но сейчас переплетает пальцы, перехватывая ладонь так, чтобы было удобнее. Юфи опускает взгляд вниз и думает, что в общем-то глупо стоять вот так около лифта. 

Подняв плащ — она сегодня смущающее часто роняет вещи, — Юфи тянет Сузаку за собой к третьей справа двери. Её покои следующие, а дальше живет Аарон. Всё это она объясняет уже на ходу, втаскивая Куруруги в его комнаты одновременно со звуком поднявшегося лифта.

+2


Вы здесь » Code Geass » Личные отыгрыши » 18.12.17. You should see me in a crown