По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(vk, don.t.be.a.hero)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Личные отыгрыши » 10.12.17. One rail to rule them all


10.12.17. One rail to rule them all

Сообщений 41 страница 60 из 61

41

[npc]168[/npc]

Бойцы ополчения бросали недоверчивые взгляды в сторону полковника Карлисиано, но правда верили, что их бравая командир на самом деле не сдаёт ему секреты, а обманом выуживает информацию, и потому не вмешивались. Экстона такое положение вещей устраивало. Он проводил время с Хелен, обсуждая в подробностях что, как, и в каком порядке они будут делать в любом возможном варианте событий. Эмильен так же получил инструкции, и должен был передать их раненному товарищу. Хелен Прайс не была пугливой, нет, но чем больше она говорила с капитаном, тем больше понимала, чем именно так страшен нашумевший полк Сольфа Кимбли. Если кому-то предстояло сомнительное решение с точки морали, они либо терзали себя за принятое решение, либо отгораживались стеной под названием «долг», либо безумно хохоча вершили своё дело. Но настоящий страх внушали не последние, а как раз таки Экстон и подобные ему, кто на вопрос о том, зачем для диверсии нужно было столько взрывчатки, чтобы превратить целый район в пепелище, просто пожимал плечами, и отвечал что «почему бы и нет?». Он не стремился умышленно вершить зло, просто границы нормального были несколько… снесены. Ей приходилось останавливать его на полуслове каждое второе предложение, потому как каждая вторая идея капитана по отвлечению внимания не предполагала выживание этой части города. А некоторые могли потенциально привести к вымиранию всего живого на острове. Прервались они и вернулись к своим ролям лишь когда один из ополченцев сообщил о возвращении капитана Жака.

-Полковник, переговоры прошли успешно. Можно вас на пару слов?

Хелен кивнула, отходя в сторону и оставляя «Ландо» наедине с Жаком.

-В чём дело, капитан?

-Наши офицеры согласились на все условия лишь по одной причине: нам нужны вы. Возле вокзала ситуация критическая, мы потеряли 35-й Эскадрон, Упорный и Непреклонный! Полным составом.

-Как это вышло?

-Кони, сэр.

-Прости, что?

-Вражеские кони разбили наш найтмерный эскадрон, так же мы потеряли средний танк, лёгкий танк, и четыре бронемашины. Мы хотим послать на врага все силы, что у нас есть.

-Я правильно понимаю, что британцы, располагая танками, найтмерами, поддержкой с моря, даже не потрудились это всё применять и просто разбили наш Упорный и Непреклонный с помощью кавалерии, и наши не придумали ничего лучше как отправить туда на убой всё что осталось?

-Как я и говорил, вы срочно нам нужны. Как выяснилось, вы единственный старший офицер в этом регионе. Остальные отступили или погибли. В ваших руках судьба этого сражения, и потому чтобы вы как можно скорее оказались в штабе и взяли командование, офицеры были готовы на любые условия.

-Вот оно как, хорошо…

Про себя Экстон отметил много важной информации. Например, что у Франции есть найтмеры, и ещё много, но лучшие были выбиты. А ещё что он проспорил Виктору три месяца службы. Даже Экстон не мог поверить что кони, копья, и ручные гранаты окажутся настолько эффективнее современной боевой техники под управлением профессиональных солдат. Либо Франция как-то очень неправильно готовила своих Упорных, либо Виктор как-то очень правильно готовил своих смертников, либо дикие ведьмовские оргии таки сработали. И, что куда важнее, у Экстона созрел план.

-Спасибо, Жак. Давай поскорее разобьём британцев и отомстим за Альбион.

-Всецело с вами согласен.

***

Торжественная передача пленных прошла тихо, быстро, и на поле рядом с церковью. Ополченцы сдали всё оружие, французы торжественно пообещали отпустить их с миром, когда сражение закончится, после чего всех дееспособных взяли под арест и заперли в большом свободном ангаре, оставив вооружённую охрану, а всех раненных разместили в одном лазарете с французскими солдатами. Полковнику Карлисиано были торжественно переданы все полномочия, но уже в штабе и ещё тише и быстрее. План полномасштабной атаки с фланга всеми силами сразу полковник Карлисиано раскритиковал. Такое масштабное движение техники точно будет замечено, и тогда никакой скрытной атаки не получится. Вместо этого полковник предложил поступить хитрее: атаковать крупными силами пехоты, застать британцев врасплох, оттянуть часть сил на себя, отступить, и тогда уже двинуть технику. План был поддержан единогласно и французы занялись приготовлениями. Полковник настоял на том, что найтмеры лучше убрать с открытого места в ангары и провести предбоевую проверку, дозаправить остальную технику, пополнить боеприпасы. Полковник настоял на том, чтобы лично проверить в каких условиях хранятся боеприпасы, как проходит техобслуживание, и как содержат пленных. Все видели бесстрашного французского полковника, способного выступить на равных против безумного Кимбли и выйти победителем. Никто не видел, как полковник «позаимствовал» немного взрывчатки из арсенала, прихватил пару детонаторов и пульт для дистанционного подрыва. Никто не видел, что полковник сделал со всем этим, когда остался наедине ненадолго. Никто не заметил, как полковник разместил получившиеся заряды на баках с топливом и передал пульт своему преданному спутнику Эмильену. Воистину, люди видят то, что хотят, а не то, что стоит.

Когда все приготовления были завершены, полковник Карлисиану настроился на ту же частоту, которой пользовалась майор Айсард, согласно данным Хелен Прайс. Было тихо, но если главный тактик британцев отдаст приказ, французы перехватят его и будут действовать на опережение.

***

https://pp.userapi.com/c847018/v847018768/63e40/z6lnlle4rKw.jpg
Хелен Прайс

Небольшие силы французов, оставшиеся охранять ополченцев, чувствовали себя как люди, сбросившие со своих плеч очень тяжёлый груз. Теперь, с полковником, они точно выиграют и вскоре будут дома. Некоторым казалось странным, что они никогда не слышали о полковнике Карлисиано до этого дня, но все доверяли капитану Жаку, да и многие их товарищи говорили, что что-то слышали про подвиги этого полковника. Этого хватило, чтобы развеять опасения, и они вернулись к более важным занятиям: охране почти сотни безоружных сидящих на полу ополченцев и обсуждении последней игры Марселя. Когда дверь ангара открылась и к ним вошёл Эмильен, никто особо не удивился. Доверенный телохранитель полковника был оставлен, чтобы присмотреть за пленными и отдать приказ об атаке их технике, когда придёт час. О нём капитан Жак тоже хорошо отозвался, и потому незнакомого солдата были готовы принять как своего.

-Эмильен, давай к нам! Ты интересуешься футболом? Наверное, сбегая от пожара, даже не знаешь счёт? Мы всё слушали по радио, сейчас тебе расскажем. А что это у тебя…?

Слишком поздно излишне дружелюбный солдат заметил, что на форме Эмилена свежая кровь, а в следующий момент британце под прикрытием полоснул его ножом по шее. Стоявший рядом француз не успел среагировать, как стал следующей жертвой резкого колющего удара. Эмильен, не теряя времени, выдернул нож, перехватил его поудобнее, и метнул в третьего французского солдата, после чего выхватил пистолет и открыл огонь по оставшимся охранникам. Они только начали реагировать на внезапное нападение, как свой ход сделала Хелен. Резко встав и сократив дистанцию, они ударила француза под колено, лёгким движением свернула ему шею, выхватила автомат из рук падающего тела, и открыла огонь присев на колено. В этот момент другие ополченцы сообразили, что происходит и массово набросились на охрану. Пару секунд и два лёгких ранения спустя бой был окончен. Подойдя к Эмильену, Хелен Прайс кивком поблагодарила его и сразу перешла к делу.

-Как нам теперь отсюда выбраться? В ангарах остались все французские найтмеры, танки, джипы, куча оружия, их водители, экипажи. Нам не хватит сил.

-Не переживайте, мэм. У нас есть план.

-Почему я о нём ничего не знаю?

-Прошу за мной.

Хелен прижала к груди винтовку и вышла из ангара вслед за Эмильеном. Остальные ополченцы подобрали то немногое оружие, что осталось, и пошли следом.

-Далеко не вся техника была собрана вместе. Небольшая её часть, которую полковник Карлисиано осмотрел лично до отправки, была переведена в отдельный ангар. Уже не охраняемый. А что до остальной техники…

Хелен поняла, к чему всё идёт, когда Эмильен достал пульт. Она приложила все силы для того, чтобы её подчинённые не заметили ужас на лице своего командира в тот момент, когда пламя взрывов поглотило один ангар за другим. Огонь совсем не был её другом, и Хелен пообещала себе, что отыграется на Экстоне за его огненные шоу.

-Жан-Поль уже ждёт нас в ангаре с нашими танками и транспортами, а так же с оружием и боеприпасами. Все вместе организованно двигаемся туда, убиваем французов по пути. И мисс Прайс, добро пожаловать в ряды британской армии. Снова.

+5

42

[dice=11616-1:7:0:Конь, или, может быть, все обойдется]

0

43

Пьетра Ла Мани поначалу попыталась возмутиться тем, что ее людей вешают без всяких намеков на трибунал, но Шериф - это Шериф. Спорить с ним было нереально, однако к тому моменту, когда отбор дошел где-то до середины, француженка уже смотрела на седого британца не без интереса - не иначе как он действительно каким-то образом выбирал верные цели. Дело было в том, что Пьетра в силу ряда причин вынуждена была пополнить свой потрепанный эскадрон далеко не идеальным контингентом из местных жителей и остатков разбитых подразделений - и Карваль в меру сил сейчас исправлял это привычными методами и спорить с ним не получалось ни у кого.

Дункан, к счастью, уже успел немного осознать, что такое Криг, его люди и его  кони. Так что хоть его и удивила инструкция в форме револьвера, но на поверку в ней ничего странного не было. Такие уж тут кони. Он проверил револьвер, крутанул барабан, не без удовольствия отмечая, что калибр совпадает с отцовским пистолетом -- хоть не придется собой несколько видов патронов таскать. А потом посмотрел в глаза коню. Рыцарь, выросший на просторах Аризоны, получил соответствующие навыки - пусть и ездил чаще на мотоцикле, но и с лошадьми обращаться умел. Нормальными, правда.

- Ну... Пока ты меня не ешь, я не применяю инструкцию. Переживем это веселье - угощу сахаром или что ты там любишь и дам имя, а теперь подожди минут пять и поедем. - Наверное, пару месяцев назад Кэмпбелл так просто не решился бы связываться с подобной лошадкой, но какого черта? Видел вещи и пострашнее. Например, в сравнении с Айсард людоедский конь был вполне себе милой зверушкой. Интересно, понравится ли он Наннали? Если отвлечься от репутации, перед ним был довольно красивый серый жеребец, только в глазах было заметно некоторое безумие, а ноздри жадно втягивали запах крови, пороха и стали, витавший вокруг.

Помяни черта...  Вызов от Айсард оказался неожиданностью. А когда до него дошел смысл ее слов, - не тех, что про тактику, а тех, что про ее суть -  Дункан невольно отвел взгляд от коня и посмотрел на поле боя, в которое превратился стадион, искореженные найтмеры и трупы. Настоящая война была тем, от чего становилось не по себе. То, о чем рассказывал - скупо и немногословно - отец, обретало смысл на его глазах.  Он пришел сюда с четырьмя товарищами - и по меньшей мере один  выжил только чудом, а один наверняка мертв, если не двое... А вот и нет. Вейга, поддерживая шатающегося Аленкастри, показалась из ворот стадиона, она вытирала чем-то окровавленный мачете. Живы.

- Понял вас хорошо. Приму меры, чтобы мои люди все правильно сделали. приступаю к выполнению. - Айсард он не доверял, но в этом сражении как-то особо извернуться было трудно, разве что она решит их усилия заполировать авиаударом, и тогда надежда только на то, что барон Фел все же имеет твердые принципы или совесть. Куда больше волновало то, что конь явно воспринял рыцарскую дипломатию без энтузиазма и косился на рыцаря нехорошо.

Между тем на стадион влетела Айлин со своей командой, пытаясь выяснить, кто здесь обижал Дункана и очень расстроилась, узнав, что опоздала и Дункан сам во всем разобрался и даже победил.  Зола, прибывшая со своими головорезами вскоре после, была разочарована недостаточным количеством трупов и крови для такого побоища, но посмотрев на то, что сделал из погибшего француза пиломеч найтмера, успокоилась душой и задумалась то ли о покупке бензопилы, то ли о найтмероводческих курсах. Короче говоря, команда Кэмпбелла была в полном порядке, когда он начал подводить итоги боя. Весь урон пришелся на подразделение Ламейры - остальные просто не успели к веселью. В отделении Дункана один пилот выбыл из-за ранения, а двое остались без машин, как и он сам - починить найтмеры было можно, но требовало времени как минимум до прибытия Гейдж на стадион. Итого продолжать бой могли только Фару и Марина, которые снова присоединились к Ламейре. Сам же Дункан оказался в кавалерии вместе с частью рейнджеров и людьми Золы. 

Собрав тех, кто рядом и наладив связь с остальными, он не стал заводить длинных речей

- Так, со стадионом нам еще повезло, но впереди настоящая драка. С нами все Боги, которые вам известны и принцесса Наннали. Впереди - враг. Давайте покажем им, что они ошиблись, противостоя нам, а потом отпразднуем победу вместе. Всем на позиции!

Оценив перспективы, он  вернулся к Кимбли, передав тому слова Айсард:

- Я думаю, взвод Айлин мы придержим в резерве, французы еще не в курсе, что они там, видели только найтмеры Ламейры. Если сунем их в бой сразу, французы поймут что все серьезно. Пусть уж лучше ждут момента и спасают наши задницы - или надерают французские, как повезет. Я пойду с своими людьми вместе с  Кригом и Карвалем. - И с этими словами Дункан вскочил на своего коня - чтобы уже скоро понять, что поторопился со своим оптимизмом, ибо жеребец оказался с норовом и смену хозяина воспринял в штыки...

***

Отряды Котиков и рейнджеров в том же стиле что и Рука, расчищали себе путь, оставляя позади только трупы и порой взрывчатку. приказ Айсард их не слишком удивил, тактический ход выглядел разумным и на станции вполне могло пока что не быть серьезного сопротивления. Так что Барберо пропустил вперед Котиков, своих же людей придержал, чтобы оказать им огневую поддержку в сучае проблем. Цирроз, лучше других понимавший птицу Мордекая, стал координатором и внимательно следил за тем, как развиваются события. Станцию начали брать аккуратно и быстро, зашли как со стороны города, так и вдоль насыпи...

+3

44

[dice=9680-1:10:0:Нечто про коня]

0

45

[dice=75504-1:100:0:первичная реакция французов]

0

46

[dice=7744-1:10:-2:Рука и Котики]

0

47

[dice=15488-1:100:0:Продвижение по площади]

0

48

[dice=1936-1:10:1:Француз и медицина]

0

49

[dice=181984-1:100:0:Итоги для француза]

0

50

Вам никогда не хотелось узнать, о чём думают братья наши меньшие? Какие мысли заставляют вашего пса так радостно вилять хвостом? О чём задумался уставившийся в угол кот? О чём рыбки размышляют в своём аквариуме? Если бы они были людьми, что они могли бы рассказать? В пятьсот первом полку роль братьев наших меньших исполняет обычный рядовой состав, но не стоит переживать, я не предлагаю вам заглянуть в их мысли. Никого не волнует рядовой состав пятьсот первого, они лишь безликие статисты для всех, кроме самого полковника, который, тем не менее, не ценит их жизни больше чем жизни безликих статистов. Обычный рядовой состав не имеет права на личности, на мысли, на роль большую, нежели декорации чужих историй. Однако, не стоит забывать, что в полку есть ещё кое-кто, кроме главных героев, кто имеет право на собственную личность, на собственный характер, мысли, и, конечно же, историю. Кто-то, кто ценится куда больше, чем простой человек. И именно его глазами стоит взглянуть на происходящее.

***

Коня не сильно заботили проблемы двуногих. Да и сами двуногие его тоже заботили не сильно. Он принимал как данность, что один такой сидит у него на спине и по кому-то там стреляет из бум-палки, но на этом озабоченность Коня всадником полностью заканчивалась. Вот вражеские двуногие были куда интереснее. Их можно было лягать копытами, их можно было кусать, топтать, да даже полакомиться одним таким можно было, и никто за это не накажет. Наоборот, двуногий, пахнущий спиртом, как единственный авторитет в системе координат Коня, всячески поощрял такие действия. На самом деле не только он один, но как уже упоминалось, только он был для Коня авторитетом. Был ещё другой двуногий, низенький и с волосами, собранными в хвост. От него пахло кровью и, в отличии от других двуногих, он знал, как обращаться с Конём и другими жеребцами, за что получил если не авторитет, то хотя бы некое благосклонное отношение. И к нему, собственно, Коня и привели, оторвав от пережёвывания вкуснейшего уха поверженного им двуногого. Недовольный таким поведением конь перевёл взгляд с пахнущего кровью на пахнущего сталью двуногого. Совсем жеребёнок, но выглядел он не совсем некомпетентно. По большому счёту Коню было всё равно, кто на нём сидит, но не хотелось, чтобы в пылу боя этот двуногий запаниковал и начал ему мешать.

Имя? У Коня уже есть имя Конь. Глупый двуногий жеребёнок.

Конь изучающе осмотрел Инструкцию в руках двуногого жеребёнка, потом с интересом посмотрел ему в лицо, обдумывая одну крайне заманчивую идею. Если бы Конь мог улыбаться, он бы сейчас улыбался как самый безумный двуногий. Подождав, пока жеребёнок отвлёкся на разговор по чёрной коробочке, Конь придвинулся поближе и клацнул зубами прямо над самым ухом жеребёнка, после чего невозмутимо и, полностью игнорируя его существование, пошёл доедать француза. Конь не был против нового наездника, но сначала тому придётся доказать, что он достоин восседать на гордом потомке коней царя Диомеда и эволюционном наследнике фенакодусов.

***

Сольф внимательно и недовольно осматривал приготовившихся к атаке бойцов. Те немногие, кто уже успел пережить с ним вторую мексиканскую кампанию, выглядели чуть более уверенными, но за исключением криговцев и пары настоящих ветеранов, никто не был готов выйти первым на прекрасно простреливаемую площадь. Вернее не так, они достаточно сильно боялись своего командира, чтобы не ослушаться приказа, но и французов они тоже боялись. Откладывать нападение дольше было невозможно, иначе они окончательно потеряют полученное внезапной высадкой преимущество, о чём настойчиво напоминала Айсард.

-Они напуганы, в таком виде они там бесполезны.

-Тоже мне проблема, выгони их так же как выгонял на колдунов, и прикажи стрелять в тех, кто побежит. Они тебя уже боятся, используй это и проблема решена.

-Одного страха тут не хватит.

С колдунами всё было совсем иначе, проще, но французы были профессиональными военными. Обученными, дисциплинированными, и если кто-то побежит, они воспользуются этой слабостью, и тогда даже расстрел своих же находясь при этом под огнём французов не спасёт ситуацию. Да, нужно было что-то большее чем страх. Айсард достаточно хорошо знала Сольфа, и поняла, к чему всё идёт.

-Кимбли, я приказываю тебе, даже не смей! Кимбли, чёрт тебя дери! Внимание, полк, говорит Гасконь, немедленно остановите полковника Кимбли. Повторяю, приказ немедленно остановить полковника Кимбли.

Но Сольф не слушал Айсард, а те, кто слышали, не решались исполнить её приказ. Всё же полковника боялись больше. Сольф тем временем снял свой шлем, взял винтовку за ствол, и, не говоря ни слова, расслабленной походкой вышел из-за прикрытия домов прямо на площадь.

***

Для Антуана это было очень необычное ощущение. Он видел, как кто-то вышел на площадь, абсолютно не прячась, встал посреди её, и смотрел в сторону вокзала. Он точно не мог видеть французских солдат, а французы, те, кто был без оптических прицелов, не могли видеть его лица, но Антуан чувствовал, что британец улыбается и смотрит прямо на них. Это было довольно жутко. Повернув голову, Антуан заметил, что его товарищ, имевший оптический прицел, дрожит. Все остальные французы чувствовали себя примерно так же, холодный липкий страх заполз в них и прочно поселился. Единственным, кто смотрел без тени страха, был капитан Жерар. Даже на таком расстоянии казалось, что они с британцем смотрят друг другу прямо в глаза, устраивают дуэль воль. Между британцем и французами было более пяти сотен метров открытого пространства, но каждый ощущал, что враг смотрит прямо на него и находится совсем рядом. Доподлинно неизвестно, чьи нервы сдали первыми, но он начал стрелять. И вслед за ним открыли все остальные французы, даже Антуан, словно загипнотизированный, начал стрелять сам того не осознавая. С трудом крик «Не стрелять!» пробился через пелену и капитан смог остановить своих людей. Британец стоял на том же месте, и всё так же улыбался. Никто так и не смог в него попасть.

***
[npc]165[/npc]

Уилл нашла-таки ту самую Пьетру. Последнее что им было нужно, так это внезапно взбунтовавшиеся французы, и хотя она знала, что в случае чего получится их перестрелять, лучше было сразу обеспечить им более комфортные условия и наладить контакт с командованием.

-Эм… привет. Меня зовут Уилл, я вроде как заместитель Кимбли. Я знаю, что вы наши пленные, но у нас там, в отеле, есть запись сегодняшней игры Марсельского Олимпика, закуски и напитки. Если вы пообещаете, что ваши люди будут хорошо себя вести, мы не будем вам особо мешать смотреть…

Для Уилл уже стало нормой в бою давить или убивать людей, но вне боя она снова довольно быстро превращалась в девушку, стесняющуюся разговаривать с кем угодно, кто выглядел старше и важнее, чем она. Волшебное снадобье ведьм помогало решать эту проблему, но даже опытный алкоголик Мордекай опасался его пить, а для Уилл это о многом сказало. Она так же хотела предложить Пьетре потом разделить ложе, если та не будет против, но крики Айсард отвлекли её от разговора. Как завороженная, Уилл, а с ней и все остальные служащие в полку, смотрели, как их командир совершенно непринуждённо выходит на площадь, под обстрел французов. И, что ещё невероятнее, под обрушившимся градом пуль тот остался совершенно невредим. Уилл даже не заметила, как прошептала «Да он чёртов Бог», и в этот момент многие были с ней полностью согласны. Помотав головой, она отогнала от себя подобные мысли, и сделала то, что должна была сделать не впечатлительная Уилл, а надёжная майор Рэйвен.

-Слушай мою команду, выдвигаемся! Танки впереди, пехота следом за танками, кавалерия в тылу, готовится в атаке. Марш!

***

Капитан Жерар не дрогнул, увидев, как площадь заполняется танками и пехотой. Они были готовы к такому повороту. Они предусмотрели, что 35й не справится. Сам Жерар это предусмотрел и потому подготовил несколько запасных планов.

-Лейтенант, пусть снайперы открывают огонь.

Его лейтенант был мужчиной недалёким, агрессивным, но очень верным и рьяным. Опасное сочетание, но каждой армии нужен был свой недалёкий и рьяный лейтенант, к тому же, капитану было приятно иметь под рукой того, что способен оставаться верным даже в самой критической ситуации. Исполняя приказ, лейтенант взял рацию, и переключился на канал первой снайперской группы. За ней пошла вторая и третья, но на все его вызовы ответом была тишина. Наконец, с пятого раза лейтенанту таки ответили.

-Приказываю немедленно открыть огонь по британцам!

-Простите, монсеньор, но это невозможно.

-Что?!

-У нас тут проблема. Технические неполадки. Не можем стрелять.

-Рядовой, ты издеваешься?! Сейчас не время! Немедленно передай рацию своему командиру!

Джоржд Лекауф пожал плечами и протянул рацию Венку Скирате. После обмена взглядами и кивками, Йорик таки передал рацию своему командиру и продолжил устанавливать у окна свою винтовку.

-Слушаю вас.

-Что у вас за проблема?!

-Прошу прощения, мой недалёкий подчинённый неправильно установил прицел на винтовку. Проблема устранена, и мы готовы стрелять.

-Ну так огонь по британцам!

-Простите, сэр, но чтобы удостовериться, что вы действительно наш командир, а не вражеский агент, я запрашиваю визуальное подтверждение.

-Да чёрт с вами! Вот я, подошёл к окну, второй этаж. Видишь?

Венку вопросительно посмотрел на Лекауфа и тот кивнул в ответ.

-Так точно. Есть подтверждение. Открываем огонь.

Лейтенант отметил для себя, что следует узнать, кто был поставлен на пятую позицию и выгнать их к чертям из армии, но перейти к шестой позиции не успел, так как упал на пол с простреленной головой. К этому моменту капитан уже догадался, что от снайперов помощи не будет, и рассчитывать надо было на подкрепление. Ответа он сразу не получил, так как из рации доносилось весьма громкое и воодушевлённое французское пение, в котором раз за разом повторялись строки «В бой повёл нас храбрый Ландо, одержим победу за Карлисиано!». Когда ему удалось добиться ответа, с ним заговорил тот самый Ландо Карлисиано, оказавшийся полковником.

-Сэр, британцы наступают, наши засады были скомпрометированы, на них рассчитывать не стоит. Нам срочно нужна подмога.

-Не стоит переживать, мы уже поблизости. Отвлеките британцев на себя, а мы ударим им в бок. А теперь переходим в режим радиомолчания, чтобы они не подслушали наши разговоры.

-Вас понял.

Отключив рацию, капитан собирался сообщить своим подчинённым, новости, но что-то не давало ему покоя. Какая-то назойливая мысль жужжала в голове, требуя, чтобы её осознали. Полковник Ландо Карлисиано. Ландо. Карлисиано. Ландо… Nique ta mère! Всё конечно понятно, что Британия была врагом, но неужели никто не смотрел чёртов фильмы чёртового Лукиолу? Полковник представился как Ландо Карлисиано, как можно бы не догадаться?! Капитан выругался про себя ещё несколько раз, так грязно, что лучше это даже не описывать.

-Месьё, мы так глубоко в заднице, как только возможно. Наши засады были раскрыты британцами, британцы проникли в ряды высшего командования и на подкрепления рассчитывать не стоит. Сегодня мы умрём, но мы сделаем это как мушкетёры, а не как гвардейцы кардинала! Будьте готовы к атаке с любой стороны и в любой момент. Вывозите всё самое важное на поездах и минируйте железную дорогу. Любители чая пришли сюда за ней, так не дадим же им желаемого. Может мы и умрём, но выйдем победителями. И огонь по ним, огонь!

Британцы дошли уже до середины площади, и между ними и зданием вокзала оставалось менее трёхсот метров, когда французы открыли полноценный огонь.

***
[npc]169[/npc]

Французский пилот найтмера открыл глаза, всё ещё не понимая до конца, жив ли он или умер, и первое, что он увидел, было женское лицо на фоне утреннего неба.

-Мадмуазель, я умер и попал в рай, а вы – посланный за мной ангел?

Элли позабавило, что кто-то может сравнить объективно не самую привлекательную, мускулистую, покрытую татуировками и шрамами её с ангелом.

-Нет, ты всё ещё на грешной земле, и вполне жив. На тебя уже было махнули рукой, но получилось тебя откачать, даже не отрезая ничего важного.

-Важного?

-Скажем так, теперь у тебя на одной руке будет чуть меньше пальцев, но руку мне спасти удалось. Ну и вероятно, ты теперь всю жизнь будешь прихрамывать, но это не гарантированно, зато обе ноги тоже на месте.

-Хоть мы и враги, вы спасли мою жизнь, и теперь я в неоплатном долгу. Скажите, как у вас это получилось в полевых условиях без необходимого оборудования?

-Скажем так, у меня был невероятно хороший наставник.

-Должно быть он выдающийся врач.

-Вообще-то он – некромант.

Элли расхохоталась, глядя как резко меняется выражение лица француза. Тем временем в её наушнике, как и в рациях всех остальных, по какой-то непонятной причине раздался голос, представившийся французским полковником Ландо Карлисиано, и сообщил какому-то другому французу о том, что подкрепление уже на подходе и готово ударить в бок британцам. Порядком уставшая после борьбы за жизнь пилота, Элли соображала чуть медленнее, чем обычно, и потому её осознание произошедшего припозднилось, и пришло одновременно с совместным воплем Кимбли и Айсард: «Экстон?!».

Отредактировано Solf Kimblee (2018-06-28 20:14:58)

+4

51

[dice=139392-1:100:0:Продвижение британцев]
[dice=137456-1:100:0:Огонь французов]
[dice=166496-65824-92928-5808-61952-5:100:0:Противостояние британцев и французов]
[dice=15488-1:10:1:Успехи Котиков]
[dice=13552-1:10:1:Успехи Руки]
[dice=7744-1:10:0:Попытка французского поезда прорваться с вокзала]

0

52

[dice=133584-1:100:0:Нападение запорожских партизан на британскую авиабазу]

0

53

[dice=11616-5808-1936-3872-1936-5:10:0:Бросок для Руки]

0

54

Пьетра,  косо посмотрев на Уилл, какое-то время размышляла о высоком. а потом в ее лице проступил неиллюзорный гнев. Выпалив что-то непотребное на родном языке, она раздраженно добавила, полагая что нужно внести ясность, к кому именно относились ругательства:

-Футбол? Так вот чем были увлечены эти ротозеи, которым было положено следить за берегом?! О матерь божья, я буду только рада, если ваш старик повесит их на пальмах возле отеля всех до единого, а я буду на это смотреть с закусками и напитками! - В лице воительницы, помимо упорства и непреклонности, прорезалась натуральная кровожадность. Возможно, в ней говорили чувства офицера. А возможно, она просто предпочитала хоккей...

- Но спасибо за гостеприимство, мадемуазель. - Спустя минуту Пьетра ошарашенно наблюдала, как Кимбли отклонял пули силой своего безумия - для нее это выглядело именно так.  Она и раньше знала, что под командованием Фонтейн хватает неадекватно-гениальных людей, но этот побил все рекорды. Не ну... Был еще тот бразилец, но он-то своего финального аккорда не пережил. Интересно, во что превратиться мальчишка под его командованием?

+++

Кэмпбелл, над самым ухом которого клацнули зубы в окровавленной лошадиной пасти, обдав его соответствующими запахами, немного подскочил и испытал трудно передаваемые ощущения от сочетания беседы с Айсард, психоатаки коня и нездоровых ассоциаций между ними и невольно потянулся за Инструкцией - только чтобы увидеть задницу монстроконя. Прелестно.  Безумная тварь еще и издевается, несмотря на мирные предложения. Ну ничего, она еще у него получит... Проще говоря, после кратких переговоров со своими людьми это не помешало Кэмпбеллу с мрачной решимостью оторвать коня от трапезы и сесть в седло. Карваль, с улыбкой наблюдавший за началом большой дружбы, бросил парню старенький "Винчестер" с патронташем, крикнув, что это в самый раз для таких коней и сойдет за дополнение к Инструкции. Дункан даже улыбнулся - у ружья был увесистый приклад...

...И тут же вытаращил глаза, видя, что делает полковник Кимбли под яростные вопли Айсард. Он знал Кимбли - немного. Но такого не ждал. Не ждал что сумасшедший полковник поступит в духе древнего героя. и уж тем более того, что это сойдет Кимбли с рук. Но ни одна пуля не поразила безумца. Вот это и правда пугало не по детски даже после всего что видел Дункан в Африке и за ее пределами. Не только из-за Кимбли. Дункан никогда не был под настоящим обстрелом, до сего момента им везло. А это... Первой же мыслью было "Сунемся на площадь - всех сметет". Кимбли могло пощадить, но толпу солдат? Это уже не поединок, это чертова бойня будет...

А ему пришлось ждать - вместе с остальными - пока вперед выходили танки, за которыми последовала первая волна пехоты, как будто загипнотизированная тем, что сотворил Сольф Кимбли. Все что могло отвлечь Кэмпбелла от взгляда вперед - это поведение клятого коня, которого он сам себе призвал. Парень вырос на мифах, где хватало коней, мягко говоря, проблемных, если не сказать - чудовищных, и у него сложилось ощущение, что он по доброй воле взобрался именно на такого.  Приходилось следить за каждым признаком ситуации, требующей применения Инструкции. Интересно, конь понимает, что его в фарш порвет вместе со всадником, если что?

Кэмпбелл был напряжен, как никогда, разве что если вспомнить дуэль с братом.  Но там-то он знал в глубине души, что Винсент не собирается его приканчивать.

А вот французы - еще как собирались.

Но ад еще не разверзся, оставалось немного времени...

***

Марина, связавшись с Лекауфом и получив кое-какие данные, аккуратно просунула винтовку найтмера сквозь полуобрушенную стену дома. "Айзенягер Снайпер" опустился на одно колено, разложив встроенный упор и  установив идеальное для машины весом в несколько тонн равновесие. да, это было оружие недавних врагов, но это не мешало ей его просто обожать. Французы ждали огня в ответ - но не того, что кто-то будет вести огонь из артиллерийского орудия с точностью винтовки. А именно это она и делала, удовлетворенно улыбнувшись, когда снаряд влетел аккуратно в окно вокзала, покончив с пулеметной точкой и ее обитателями, по частям вылетевшими в окно. Не стоило увлекаться, вокзал все же целым нужен, но немного помочь своим она могла. Остальные найтмеры бразильцев маневрировали, старательно делая вид, что они тут единственные, пока на фланге, противоположном тому, с которого приближался "Карлисиано", тихо, короткими рывками двигались между домами "Сазерленды" Айлин МакГрегор, секретный козырь подразделения Дункана.

***

На деле, начало боя казалось успешным - французы еще не опомнились и пехота под прикрытием танков сумела преодолеть какое-то расстояние. В это время Дункан еще успел оглянуться на воинство, которое шло за ним самим - несколько рейнджеров Барберо, Шериф и его безумные связисты, Зола и банда головорезов, собравшаяся вокруг ее багги с пулеметом (доработка от Гейдж, включающая и бронирование), за который неожиданно встала Шева. Она тоже явно нервникала, но все же послала рыцарю ободряющий жест. С Золой было проще - она явно поняла, что нужно и салютовала дробовиком с подствольным топором

- Давай, рыцарь! Вперед! Умоемся кровью врагов и если умрем... Слушай песню воина и все поймешь! - Неожиданно она нараспев запела, как боевое заклинание, строки явно из каких-то стихов, написанных явно не в африканской деревне, по мере того как их багги набирало скорость вслед за пехотой, а  грохот пулеметов и гранат как будто стал адским аккомпаниментом... Зола пела, отправляясь навстречу смерти.

«Я дремал в заповедном краале
И услышал рычание льва,
Сердце сжалось от сладкой печали,
Закружилась моя голова.

«Меч метнулся мне в руку, сверкая,
Распахнулась таинственно дверь,
И лежал предо мной, издыхая,
Золотой и рыкающий зверь.

«И запели мне духи тумана:
— Твой навек да прославится гнев!
Ты достойный потомок Дингана,
Разрушитель, убийца и лев! —

Вслед за танками, за грохотом гусениц и разрывами, они двигались в бой. еще не видя толком врага из-за боевых машин и спин авангарда...

С той поры я всегда наготове,
По ночам мне не хочется спать,
Много, много мне надобно крови,
Чтобы жажду мою утолять.

Взрыв - и один из танков останавливается в дыму, кто-то лезет из люков, падает, их не спасти, огонь пулеметов распинает их на броне, и изрешеченные тела сползают на землю...

За большими, как тучи, горами,
По болотам близ устья реки
Я арабам, торговцам рабами,
Выпускал ассагаем кишки.

Французы, понимая что стоит на кону, наконец начинают стрелять так, как надо и в дыму и пламени даже не разглядеть то, что происходит вперед и слышны лишь шлепки пуль о тела и броню и крики - и вот конь Дункана наступает на что-то темное - мертвое тело.

И спускался я к бурам в равнины
Принести на просторы лесов
Восемь ран, украшений мужчины,
И одиннадцать вражьих голов.

Вот почему Дункан сейчас думает о том, что именно этот куплет Зола поет с особым смаком, как будто она и правда?! Вокруг них уже свистят пули, и вскоре кавалерия вынуждена будет рвануть вперед, на то кротокое расстояние, которое выигрывает для них пехота, которая сейчас умирает - это ведь даже не сражение, а безнадежная бойня, наступление по открытому пространству на пулеметы и  даже артиллерию. Рыцарь чувствовал что глохнет от канонады и даже не хочет смотреть под ноги, где лежат те, с кем он говорил еще сегодня...

Тридцать лет я по лесу блуждаю,
Не боюсь ни людей, ни огня,
Ни богов… но что знаю, то знаю:
Есть один, кто сильнее меня.

Это слон в неизведанных чащах,
Он, как я, одинок и велик
И вонзает во всех проходящих
Пожелтевший изломанный клык.

Я мечтаю о нем беспрестанно,
Я всегда его вижу во сне,
Потому что мне духи тумана
Рассказали об этом слоне.

Они заливают центр площади - середину пути - кровью и заваливают трупами, часть танков остается неподвижными стальными гробницами, он видит как башння одного из них взлетает в воздух в огне взрыва боекомплекта, видит как будто вырванной из общей мути картиной и даже не знает, как идти под свистящими у самой головы пулями - если только надеяться, что они его минутю, забирая других.

С ним борьба для меня бесполезна,
Сердце знает, что буду убит,
Распахнется небесная бездна
И Динган, мой отец, закричит:

«— Да, ты не был трусливой собакой,
Львом ты был между яростных львов,
Так садись между мною и Чакой
На скамье из людских черепов!»

Зола не могла так подгадать - но именно в этот момент, когда песня закончена , наступает перелом в этом месиве крови и стали. Какие-то очки замолкают, какие-то уже не могут стрелять, и безумная, орущая - Дункан тоже что-то кричит, не слыша себя - волна пехоты сближается с врагом настолько, что пулеметы уже бесполезны и в дело идут автоматы и дробовики, и вот-вот пойдут ножи, пулемет Шевы грохочет, снося  стрелков с крыши, из окно, Зола с радостным воплем прыгает вперед, чтобы остановить всттрелом одного из трех французов, в панике бегущих из дверей не от них, а к ним, как будто за ними гонится сам Дьявол или тот кровожадный бог Золы...

- Вперед!!! Уничтожить их всех!!! - Кричит Дункан, дергая скобу "Винчестера" и вгоняя пули в двери, окна, в искаженные до неузнаваемости страхом и яростью лица врагов, которые стоят между ним и принцессой, которая сейчас может и не думает о нем... какая разница? Он убьет их всех, он будет ползти истекая кровью под смех безумных богов этого проклятого континента, и когда-нибудь даже пули будут обходить его. Конь нес его прямо в пекло боя...

Бойня, устроенная французами, закончилась. Началась резня 501-го Полка.

***

Где-то вдали от этого отряд "Котиков" и Рейнджеров атаковал станцию. Казалось, все пройдет по плану,  и небольшой отряд французов бесславно окончит службу под ножами и пулями спецназовцев. И поначалу было так, но потом пришел Он.  Бородатый, изрезанный шрамами, в накинутой на голое тело форме кондуктора Мадагаскарских Железный Дорог, человек без возраста, одержимый убийством и стоивший десятка таких как люди Барберо.  И оружия у него было много, а станцию он знал как свои сколько-бы-ни-было пальцев...

- Эй, а у вас есть билеты, ребятишки? Безбилетный проезд  запрещен! - Он захохотал, как безумец, и открыл огонь. И вместо лихого захвата началась битва на выживание среди забытых на путях вагонов. Кто-то уже рычал, пытаясь достать из бедра ржавый железнодорожный костыль, кто-то укрылся за насыпью... Кондуктор твердо был намерен не допустить безбилетников на поезд, стук колес которого уже слышался за поворотом...

Возможно, наняв на работу ветерана Иностранного Легиона, руководство совершило ошибку, но пока что за нее расплачивались Котики.

+4

55

[dice=15488-1:10:0:Эффект внезапности и эффективность психологической атаки казаков на авиабазу]

0

56

[dice=90992-1:100:0:Британцы против казаков]
[dice=170368-1:100:0:Кимбли и глюки]

0

57

Оставив Лекауфа развлекаться отстрелом излишне отсвечивающих в окнах французов, Венку присоединился к отряду проникновения. Пока котики перехватывали покидающие станцию поезда, если такие будут, «Рука» должна была предотвратить возможный саботаж инфраструктуры, ради которой всё и затевалось, и уже после оба отряда проникновения должны были отвлечь французов, чтобы помочь солдатам на площади. Но только после. Сейчас же Венку во главе небольшого отряда проникновения добивал последних французов, которые действительно решили заминировать вокзал, да настолько основательно, что сам Экстон не сделал бы лучше. Попытки вызвать на помощь котиков закончились руганью и безумными выкриками на фоне, а без поддержки бойцам «Руки» было не до спасения основных сил, каждый был максимально сосредоточен на взрывчатке перед собой. Малейшая ошибка, малейшее промедление, и не будет смысла уже захватывать вокзал, ведь ни вокзала, ни железнодорожных путей, ни поездов уже не будет. И, как всегда бывает в таких случаях, начальству было всё равно на причины. И если с каким-то штабным безымянным командиром Венку ещё поспорить мог, то Айсард представляла из себя «приказу» совсем другого рода.

-Капитан Скирата, доложить обстановку.

-Французы заминировали всё, до чего добрались. Мои люди сейчас обезвреживают установленную взрывчатку.

-Насколько всё плохо?

-Представьте, что Пороховой заговор организовывал капитан Экстон.

Исане Айсард на минуту замолчала, осознавая масштаб проблемы, но даже эта информация не изменила её следующего приказа.

-Возьмите кого сможете и немедленно атакуйте французов внутри.

-Отказано, мэм. Полковник отдал чёткий приказ, инфраструктура важнее людей и в первую очередь нужно озаботиться её сохранностью.

-Обстоятельства изменились, капитан. Теперь у вас новый приказ.

-Я хочу услышат это лично от Кимбли.

-Лично? А пожалуйста.

Айсард подключила к их каналу связи полковника Кимбли и откинулась на спинку стула, давая Венку возможность насладиться громким, счастливым, и не вполне здоровым хохотом. Сольф никак не реагировал на то, что ему говорили, лишь хохотал и выкрикивал что-то нечленораздельное. Венку вздохнул, признавая, что в такой ситуации право командования «Рукой» действительно переходит к Айсард как к старшему офицеру «Руки».

-Со всем уважением, мэм, но у нас всё равно слишком мало людей. Если вы так беспокоитесь за сохранность рыцаря, просто прикажите ему свалить с площади.

Исане встала со своего места, забрав с собой гарнитуру для связи, и отошла в сторону. Оглянувшись, она убедилась, что никого нет достаточно близко, чтобы слышать её или читать по губам, но на всякий случай всё равно отвернулась и перешла на шепот.

-Мне плевать на рыцаря, хоть бы его там свои же затоптали. Но ты, Скирата, сейчас же пойдёшь и поможешь спасти как можно больше наших солдат. Мне плевать как, просто возьми и сделай это. Я понятно изъясняюсь или мне стоит добавить «иначе»?

-Нет, мэм. Приказ понял.

Отключив связь, Венку со злостью сжал кулаки. Просто возьми и сделай, замечательный приказ. Молодой капитан не мог понять, в какую игру играла Айсард, но он точно знал, она не могла отдать такой приказ без причины. С другой стороны, французы не успели закончить минирование железной дороги когда пришли призраки «Руки», а значит и разминировать не настолько много, и его люди справятся без него. Ладно, раз Айсрад хочет, чтобы он просто пошёл и сделал, именно так Венку и поступит. Он пойдёт и сделает. А потом напишет большую жалобу.

***
https://pp.userapi.com/c849128/v849128235/26228/H5AliYxF-uE.jpg

Немного музыки под настроение

На эстакаде, ведающей от вокзала и через железнодорожные пути, французские солдаты укреплялись, собираясь дать британцам, которые прорвутся на сам вокзал, последний бой. Так же эта позиция позволяла им стрелять с эстакады по железнодорожным путям, отстреливая тех, кто решится гнаться за отступающими поездами. Лишь немногие заметили, как на другом конце эстакады, считавшимся безопасным, появился один единственный человек в чёрной броне и демонстративно передёрнул затвор на винтовке. Словно в замедленной съёмке французы начали разбегаться в стороны, прячась за ящиками, рядами кресел, а Венку шёл вперёд, ведя огонь короткими очередями, стреляные гильзы плавно вылетали и замирали на миг в воздухе, прежде чем упасть. Вскоре эстакада заполнилась криками, всплесками крови, щепками и осколками плитки, выбитыми попаданиями британских и французских пуль. Подобно самим французам, Венку присел за ряды кресел, предназначавшихся для ожидавших своего поезда пассажиров, перезарядил винтовку, и вынырнул обратно в бой. Фанцузы не только стреляли издалека, но и пытались окружить его, напасть из-за колонн, спрятаться под прилавками и ударить в спину, даже перейти врукопашную. Венку резко перевёл ствол влево и выстрелил не глядя в выскочившего сбоку французам, после чего сразу переключился на подавляющий огонь по французам за газетным ларьком. Один из французов, пока внимание противника было сосредоточено на укрывшихся, попытался перейти в рукопашную, но Венку среагировал мгновенно, отразив удар ножа прикладом, после чего перехватил руку противника, развернул, и прижал к себе винтовкой, используя француза как живой щит. Удерживая винтовку, а с помощью неё и француза, одной рукой и перекинутым ремешком, второй рукой Венку достал из кобуры пистолет и открыл огонь по замешкавшимся. Никто не решался стрелять по своему, но щит из француза сильно замедлял движение, и когда эффект внезапности от захвата себя исчерпал, молодой Скирата прижал пистолет к подбородку заложника и застрелил его, отбросив в сторону ставшее бесполезным тело. Стрелять одновременно из пистолета и винтовки было не просто, а о меткости и заикаться не следовало, но уроки капитана Кетча не прошли даром, и Венку использовал парную стрельбу для пущего психологического давления на французов. Перезарядился он прямо на ходу, пользуясь тем, что французы попрятались в укрытия, первым вогнав новый магазин в пистолет и убрав тот в кобуру. Как в лучших британских боевиках, Венку разогнался и лёгким прыжком вскочил сначала на стул, а затем с него на прилавок очередного киоска, получая преимущество высоты против спрятавшихся французов. Не задерживаясь и не давая им достаточно времени прицелиться, он спрыгнул вниз, перекатился, и открыл огонь уже с новой позиции. К этому моменту часть эстакады уже осталась позади, а французы начинали заканчиваться. Венку не задумывался над лишними вопросами, он просто продолжал двигаться и стрелять. Один из срикошетивших выстрелов попал в тележку, на которой должны были готовить хотдоги, и, видимо задел что-то взрывоопасное, ведь тележка вспыхнула. По урокам Трауна, Венку использовал окружение как оружие, и горящая тележка была вполне себе действенным оружием ещё со времён Древнего Рима. Поймав очередного пытающегося напасть врукопашную француза, Венку толкнул его в тележку и держал прижатым к ней, пока он не загорелся. Даже в укреплённой перчатке рука ощущала жар, а француз вопил и вырывался, но ему осталось не долго, ведь когда он загорелся сам, Венку поднял его с тележки, протащил за собой, и выкинул в окно. Видимо, французы, размещавшие под окнами ящики с боеприпасами, не подумали о том, что кто-то может выкинуть в окно горящего человека, и потому для них стало сюрпризом явление человека-факела как раз в тот момент, когда двое бойцов пришли за новыми снарядами для миномётов. Венку не видел взрыв, но слышал его и был крайне доволен собой. Последний оставшийся на эстакаде француз внезапно обнаружил себя лицом к лицу с британцем и героически попытался наброситься на того, проткнув штыком своей винтовки, но Венку без усилий увернулся, выбил винтовку из рук француза, схватил его рукой за челюсть, силой открывая рот, и, ломая зубы, втолкнул в рот тому гранату. Выдернув чеку, он столкнул француза вниз по лестнице, и взрыв привлёк внимание всех укрепившихся в зале ожидания французов. Одинокий британец в чёрной броне показался наверху широкой лестницы, на выходе с эстакады, и демонстративно передёрнул затвор винтовки. Лейтенант и его люди слышали о том, как британец без страза вышел прямо на площадь и ни один выстрел не смог его достать, но именно в этот момент в голову лейтенанта закралась одна мысль – А что, если у британцев не один такой безумец? Что, если у них десятки бесстрашных солдат, умеющих отклонять пули? Когда один человек прошёл через всю эстакаду, это уже не казалось такой глупостью, и когда британец сделал первый шаг на лестницу, лейтенант сделал то единственное, что стоило сделать в сложившейся ситуации. Он побежал, и его люди побежали за ним.

***

Ему было скучно. Полковнику Кимбли было безумно скучно. Французы были столь плохи, что дали британцам дойти до середины площади вообще без какого-либо сопротивления. Он уже подумывал над тем, чтобы вызвать авиаудар по городу просто ради развлечения, но оказалось, что у французов яйца всё же были.  А спустя ещё пару мгновений оказалось, что есть у них не только яйца, но и тяжёлое оружие. В один момент уверенный марш его полка превратился в бесконечный ураган пуль, взрывов, крови и криков. Ещё недавно весь центр площади занимали цветущие клумбы, а теперь же под ногами ничего нельзя было разобрать из-за крови и трупов. Чем ближе они приближались к вокзалу, тем плотнее становился огонь французов, и вскоре приходилось уже буквально перебираться через тела, чтобы продолжать движение. Взрывом повредило гусеницу танка и он, взяв крен влево, поехал с площади, давя своих же, пока не врезался в дом, а следующим попаданием ему заклинило башню. Засмотревшись на танк, Сольф не успел среагировать когда взрывом разворотило ближайший к нему БТР. Он чувствовал, как его отрывает от земли, чувствовал краткий миг полёта и удар. В голове звенело, мир перед глазами крутился словно карусель, а руки наугад искали опору, чтобы ухватиться и подняться. Оказавшись на двух ногах, Сольф вытер с визора шлема кровь, и с удивлением присмотрелся к спокойно жующему яблоко у обломков БТРа Лесли. Бывший командир, обязанный быть мёртвым уже много лет как, казалось бы вовсе не смущён фактом своей гибели, ровно как и тем, что вокруг ведётся жестокий бой.

-Мне сейчас не до тебя!

-Не переживай, Сольф, остальные подождут, пока мы поговорим.

И правда, мир вокруг замер, остановился, давая им время. Если присмотреться, Сольф мог заметить даже самые мельчайшие детали на замерших лицах своих людей.

-Хорошо, чего ты хочешь.

-Чтобы ты дал ответ сам себе, стоит ли оно того.

-Что за глупости, у нас был приказ и мы его исполняем, всё просто.

-Эх, Сольф, ты же знаешь не хуже меня, никто не пошёл на эту площадь из-за приказа, ни ты, ни они.

-Я вышел, потому что мне было скучно, а они вышли, потому что я им приказал. Вот и всё.

-Скучно? О нет, может ты и пытаешься убедить сам себя, но я знаю тебя лучше чем ты думаешь.

-Хватит моралей, Лесли. Я знаю, о чём я говорю. Мне было скучно, а сейчас я счастлив, сейчас мне хорошо.

-Сотни мужчин и женщин, все как один пошли за тобой не потому, что их заставили, не потому, что им приказали. Они осознавали, что с ними будет, и они выбрали пойти за тобой. Осознанно и добровольно. Ты хочешь убедить меня в том, что всё это только ради того, чтобы развеять твою скуку?

Сольф не ответил. Вместо этого он вглядывался в лица тех, кто сражался и умирал рядом с ним, изучал их и запоминал. Удовлетворённый такой реакцией, Лесли продолжил.

-А теперь, полковник Кимбли, скажи, оно того стоило?

И снова Сольф не ответил, на этот раз потому, что не нужно было озвучивать мысли для своего воображения, достаточно её только подумать, и улыбающийся Морт Лесли растаял в воздухе. В след за его исчезновением в мир вокруг вернулись краски, вернулся звук и движение. Будет ещё время всё как следует осознать, будет время подумать и поговорить с Лесли, но потом. Сейчас же Сольфа не интересовало ничего, кроме войны, и больше ничто для него не существовало. Расхохотавшись, он снова бросился вперёд, навстречу смерти и бойне. Двери вокзала распахнулись, и навстречу британцам начали выбегать французы, но, как оказалось, не для того, чтобы вступить в бой. Они бежали от кого-то или от чего-то, даже не замечая, что оказались меж двух огней. Французы заколебались, не решаясь стрелять по своим, что позволило британцам прорваться к стенам. Сольф нёсся прямо на бегущего француза, когда мимо него промчалась кавалерия, влетая в здание вокзала.

***

Уилл держалась на расстоянии, наблюдая за штурмом в бинокль. Наверняка, потом её будут мучать кошмары, потом её будет тошнить, и она наверняка проведёт в слезах не одну ночь, вспоминая эту бойню, но сейчас она была командиром, от хладнокровности которого зависели жизни, и просто не могла дать себе проявить слабость.

-Гасконь, мы пробились к вокзалу, я приказала двинуться кавалерии. Что у нас дальше?

-Подкрепления французов подходят с фланга. Я уверена, что Экстон что-то придумает, но на всякий случай лучше встретить их. Возьми оставшийся резерв и отправляйся на перехват.

-Так точно.

Отдав распоряжение для Уилл, Айсард сдлала следующий вызов, на этот раз на материк.

-Майор Фелл, как слышите? Мы упускаем поезд, нужно, чтобы вы проследили за ним с воздуха.

-Отказано.

-И вы тоже не можете выполнять приказ, не услышав его от Кимбли? Уверяю, сейчас вы убедитесь, что не совсем в кондиции…

-Не стоит, всё куда проще. Мы физически не можем исполнить этот приказ. Мы сейчас немного под огнём, мэм.

-Не желаете пояснить?

-Казаки. И судя по всему, оставленный с нами гарнизон им явно не чета. Не переживайте, я разберусь.

-Майор Фелл, мне нужны ваши самолёты, уж постарайтесь хотя бы их не отдать казакам.

-Не переживайте, мэм. С этим я справлюсь.

+2

58

[dice=87120-1:100:0:Давайте двинем кавалерию!]
[dice=174240-1:100:0:И пехоту не забудем]
[dice=133584-1:100:-10:Отпор французов]

0

59

[dice=5808-7744-5808-9680-5808-7744-1936-7744-5808-9680-7744-1936-5808-5808-1936-15:6:0:Для Котиков]
[dice=3872-1936-7744-1936-9680-1936-1936-9680-3872-1936-7744-3872-11616-11616-7744-15:6:0:Для Легионера]

0

60

[dice=11616-1:6:1:Тактичность бороды Сальвадора Барберо]
[dice=9680-1:6:1:Познавательность лекций Цирроза]

0


Вы здесь » Code Geass » Личные отыгрыши » 10.12.17. One rail to rule them all