По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(vk, don.t.be.a.hero)

Geass-челлендж потому что мы можем.

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Turn VI » 20.12.17. Контракты: Уничтожение колонны


20.12.17. Контракты: Уничтожение колонны

Сообщений 21 страница 30 из 30

1

1. Дата: 20 декабря 2017 года
2. Время старта: 6:00
3. Время окончания: 18:00
4. Погода: Декабрь в окрестностях ливийских городов Самну и Ваддан — комфортен для большинства тех, кто прибывает сюда из Европы. Всё, к чему нужно привыкнуть — к песчаным бурям и почти полному отсутствию осадков. Термометр показывает 23°С, ветер достаточно сильный, так что среди снайперов работать в таких условиях смогут лишь самые большие профессионалы. Впрочем, к вечеру ветер обещает стихнуть, а температура — упасть на 4-5 градусов. Других изменений, согласно предсказаниям синоптиков, не предвидится.
5. Персонажи: Манфред Рихтер; Шимизу Нозоми; Химера; Мамба; Карл Райнер Воллен
6. Место действия: ЕС, Ливия, окрестности городов Самну и Ваддан, к югу от прибрежного города Сирт, что является столицей одноимённого муниципалитета
7. Игровая ситуация: Разгорающаяся в Ливии гражданская война набирает обороты. Европейские страны заняты своими делами, Египет обещает помочь не раньше, чем разрешится ситуация на Мадагаскаре, а Франция смогла отправить в поддержку лишь авиационную эскадрилью из пяти многоцелевых истребителей.
ЧВК «Легион» выполняет контракт по уничтожению колонны. Ранее в Ливию была отправлена 2 рота 1 батальона для поддержки ОАЛ (Оборонительная Армия Ливии), но в конечном счёте этого оказалось недостаточно для проведения действительно серьёзной операции.
2 батальон в составе немецкой и японской рот под командованием Шимизу Нозоми прибывает в расположение лагеря при Триполи 16 числа в полном составе. В течение четырёх дней идёт активная подготовка к перехвату вражеской колонны, которая должна проследовать в Ваддан.
В распоряжении наёмников:
- Штурмовые винтовки G36
- Пистолеты Glock-17
- Российские наступательные и дымовые гранаты
- 8 БТР
- 4 БТР с ракетными башнями
- 9 миномётов на колёсном ходу
- 4 Найтмера класса R2 «Зверь » (только в распоряжении 2 роты 1 батальона)
- Стационарные и переносные ракетные комплексы, мины и пластид
Общая численность:
1 бат. 2 рота - 35 человек
2 бат. 1 рота - 50 человек
2 бат. 2 рота - 42 человека
Доступная поддержка:
1) Артиллерийские удары ОАЛ (по запросу GM)
2) Авиаудары французских истребителей (по запросу GM)
3) Звериный рейд (применение R2 «Зверь» по запросу GM)
4) Разведка (по запросу GM)
8. Текущая очередность:
По договорённости

+7

21

— Сучата-на! — превозмогая над звоном в ушах, Бес, во всю орудуя могучим русско-матерным, вскочил с места, вытянув пистолет и больше не намереваясь убирать его в кобуру. — Уже сюда добрались! Твари, паскуды... Черти.
Отряхнувшись, он ещё раз проверил пульс министра обороны — очень уж не хотелось ему заниматься тем, чтобы искать врача для этой штабной крысы, из-за которой их всех здесь чуть было не прикончили, но... Делать из него без вины виноватого Бес не собирался. Вставать на место тех, кто ещё во времена русско-китайской войны любил спускать всех собак на работающих в поле бойцов, командир не собирался.
«Как там было... Борясь с драконом... Ай, чёрт с ними, с этими змеюками летучими».
— Мужики! — нервничая самую малость, Бес перешёл на немецкий, отчего в его голосе принялись проскакивать нотки типичного русского акцента. — Надо врача ему искать, иначе секир-башка. Хер знает, что с ним такое, контузило поди.
Поозиравшись по сторонам, командир наткнулся на план здания, наискось висевший на стене, норовя вот-вот рухнуть на пол — повезло, что после произошедшего бабаха вообще уцелел.
«Врач... Медпункт... Вот он, что ли? Что это вообще за халупа двухэтажная?! Ладно, неважно, остаётся лишь надеяться, что эти сволочи ещё не успели добраться до коридоров».
К сожалению, или к счастью — в этот самый момент дверь в помещение импровизированного штаба отворилась и со стороны коридоров в помещение влетели разодетые в униформу ливийской оборонительной армии четверо солдат.
— Русские?! — резко спросил один из них на немецком, вскидывая автомат. — Вы вообще как в живых-то умудрились остаться?! Тут по всей округе ВИРовцы шныряют, от пятидесяти до сотни человек.
— Срочно позовите врача-на! — Бес зарычал своим львиным басом, отчего ливийцы даже слегка отпрянули назад. — Тут человека контузило, он ранен-на!
Солдаты, взглянув на лежащее у ног Бессонова тело, переглянулись между собой, после чего принялись о чём-то переговариваться на арабском, что почти сразу начало бесить Беса. Как вообще можно трепаться в такое время?!
Наконец, похоже, рассудившись, кто потащит полуживого министра до медпункта, самый молодой, но в то же время — самый крепкий из четвёрки, подошёл и как пушинку взвалил грузное тело к себе на плечи, после чего скрылся в коридоре, громко хлопнув дверью о стену. Раздался лёгкий деревянный гул, отчего с потолка посыпались редкие остатки штукатурки.
— Вашу ж мать! Мне надо связаться с моими! — Бес, вспомнив, что так и не договорил, схватился за рацию, а оставшиеся в помещении солдаты, поравнялись с немцами.
— Нам говорили, что у русских есть танки? Где они? Далеко?
В этот самый момент один из уцелевших экранов, по котором вдоль одной из диагоналей начала расползаться во все стороны трещина, вдруг загудел, подавая звуковой сигнал на динамики. Белая рябь на экране преобразилась, изображение задёргалось и начала приобретать отчётливые формы.
— Ах ты, паскуда! — озлобленный голос Беса, так и не успевшего начать сеанс радиосвязи, утонул в загробной тишине.


http://i.imgur.com/pjJzLBa.gif

+5

22

Всё.
Очень.
Плохо.
— Бес, как слышно, Бес, приём! — закрепив рацию на плече, Химера, матерясь то на русском, то на греческом, взбиралась на один из ближайших барханов, по совместительству — самый высокий из всех, что раскинулись на просторах вокруг лагеря.
«Что, чёрт возьми, могло пойти не так? У этих моделей сигнал бьёт спокойно на несколько километров. Сука! Я не хочу думать, что с ними что-то случилось. Только не опять!»
Элени почти что рычала, чувствуя, как сквозь зубы просачивается желчь — при каждом шаге песок под ногами начинал движение, а следом за ним разъезжались и ноги, да так, что Химере приходилось перегруппировываться, иначе враскорячку она может разве что скатиться, предварительно упав на полный нижний шпагат.
«Один плюс... — свирепо подумала она, делая последний рывок. — Мне больше не придётся делать Кегеля».
Спасал разве что протез, который здорово компенсировал недостаток крепкой хватки. Но и он не был панацеей.
Оказавшись наверху, один на один с палящим белым солнцем пустыни, Элени сняла рацию с плеча и потянула руку с ней вверх, даже попытавшись встать на мысочки.
«Ну! Ловись же! — мысли застыли в голове каменными изваяниями, а затем посыпались на землю, как не застывший бетон, с которого раньше времени сняли опалубку. — Срань господня!»
Связи не было. Бес молчал. От досады, пришедшей вслед за осознанием провальности своей затеи и потери драгоценного времени, Элени захотелось выть. Мало того, что в Ваддане наверняка произошло что-то пострашнее простого отказа рации, так теперь ещё и тридцать с лишним человек внизу остались под её личной ответственностью.
«Дело дрянь. Я никогда не командовала таким количеством людей! Я, сука, взводный у миномётчиков, а не мамка мотострелков!»
— И что прикажете с вами делать?! — прокричала Химера, будто надеялась, что эти пески, барханы, солнце, небо, в конце концов, помогут ей найти ответ. Но ответом было лишь завывание ветра, которому как и всегда было плевать на проблемы чужих: он только и продолжал заниматься тем, что пытался щедро накормить Элени песчаными деликатесами, порыв за порывом преподнося ей новые и новые порции. — К чёрту. Будь что будет. Приказ есть, остальное приложится.
Соскочив с места, Химера присела на задницу и принялась скатываться вниз, то и дело выставляя ногу пяткой вперёд, чтобы затормозить и не улететь в конце пути. Это было похоже на то, как в далёком-далёком детстве отец, ещё здоровый и не увядший, отвёз её в царскую резиденцию на месте бывшего села Коломенского. И там были потрясающие своей крутизной горки, по которым маленький карапуз Элени скатывалась на своих санках-ледянках.
«Скоро, папа. Я обязательно поставлю тебя на ноги. Мальченко обещал, что поможет. Ведь мне он уже помог. Правда?»
При приземлении протез словно бы утвердительно скрипнул в такт мыслям Элени, крутанувшись почти на полный оборот, после чего принял прежнее положение и Химера встала на ноги, быстрым шагом, переходящим в бег, направившись к лагерю, где уже во всю суетились её теперь уже подчинённые.
— Рота, стройся! — грозный голос Химеры крылатой ракетой пролетел над лагерем — сейчас, когда критическая ситуация уже была создана, она нервничала так, что могла бы перекричать даже самого Беса. — Наш командир попал в беду.
В резво возникшем перед Химерой строю пополз беспокойный шёпот. Элени воспользовалась заминкой, чтобы молча высчитать всех. Водители, миномётная команда, даже непокорная Шарам — все были на месте. Но только Элени не доверяла себе и своим математическим способностям настолько, что мысленно заставила себя провести расчёт после дачи кратких инструкций.
— Перед тем, как связь пропала, — невозмутимо продолжала Элени. — Он дал приказ собирать все наши вещи и отправляться в город. Поэтому слушай мою команду: подотчётную нам экипировку собрать, использовать по назначению, а остатки погрузить в грузовик. После чего транспортируем наши задницы и технику из состава в Ваддан. Командиру отделения транспортной поддержки: смена дислокации к юго-восточному квадрату на окраине города. Всем всё ясно?! Если ясно, то рассчитаться, и бегом исполнять! Времени в обрез, давайте, давайте!

+6

23

Шарам усмехнулась. Грозный командирский голос Химеры коршуном взлетел над барханами, пытаясь содрогнуть пустыню. В страхе, в трепете. Но Мамба знала: пустыня перед ней не прогнется. Кто угодно может считать себя хозяином жизни. У тебя могут быть лычки и звезды на погонах. Ты можешь владеть десятком рабов, готовых умереть по первому твоему зову. Ты можешь владеть заводами — исполинскими монстрами, перемалывающими в своей утробе богатства планеты, а в кармане могут шелестеть толстые пачки раскрашенных всеми цветами радуги бумаг. Но покорить пустыню пока не удавалось никому. У неё свои правила. Свои законы. И никто не может насаждать свои.
Впрочем, Химера и не могла на это претендовать. Не смела. И не смогла бы, даже если бы сильно того захотела. Пустыня съедает своих детей. Но еще с большей охотой он съедает своих врагов.
И сейчас для нее легионеры были врагами. Такими же чужеземцами, захватчиками, как Британия в Южной Африке.
— Так точно! — отозвалась рота, и каждый отдался во власть суеты сует подготовки к войне.
Тревога черной тенью легла на лагерь, окрашивая яркую боевую раскраску куража и отваги в темные тона. Но Шарам ощущала внутри себя лишь дуновение ветров спокойствия и смирения перед волей духов. Так и только так можно было добиться их благосклонности.
Чужеродное металлическое лязгание заполнило собой безмолвные песчаные просторы. Хищно зарычали многочисленные моторы грузовиков и бронетранспортеров.
И вот они, солдаты, готовые вершить подвиги и окроплять кровью желтые пески, выдвигаются в путь. Звучат сосредоточенные голоса, а пристальный взгляд десятков пар глаз взирают на пустынную безмятежность.
— Мамбес! — в своей обыкновенной манере Есипов, удобно устроившийся на броне в задней части командного БТР, протягивает руку Шарам.
Мамба чувствует крепкую, уверенную хватку парня и, оттолкнувшись, ловко запрыгивает на движущийся бронетранспортёр, устраиваясь с ним рядом. Водитель ускоряется и резво перестраивается в движущуюся колонну, обгоняя лениво ползущий передвижной медпункт, где сейчас, должно быть, закидывается успокоительным Коржева.
— А вот приедем домой — точно женюсь! — раздаётся смех и рядом с Мамбой присаживается вечно живущий завтрашним днём оптимист Дроков.
Шарам поворачивает голову в его сторону — про тот случай с лещем она уже и забыла, а если вспоминает, то только с улыбкой на губах. Как, например, сейчас.
— Опять по мордасу захотел? — заглушая рык двигателей, кричит Мамба ему прямо на ухо.
— Если выйдешь за меня — запросто! — голос, полный готовности, вызывает у Шарам непринудительный приступ смеха и она, весело заливаясь, передразнивает:
— Если переживешь мой фирменный второй раз — запросто!
— Договорились! — храбрившийся Мирон как всегда воспринял все слишком серьезно.

+4

24

Немцы, отправившиеся в Ваддан гораздо раньше русских, мелькали на горизонте, опережая подопечных Химеры, которые уже через несколько минут могли разглядеть вдали городские постройки, к которым резво стремились «поедатели колбасок», часть которых осталась укреплять лагерь. Но, разумеется, ничто не может идти идеально. И вот уже на подступе к городу по дорогу с юго-востока начались первые проблемы. Немцы успешно миновали аэропорт, где невооружённым глазом можно было заметить присутствие оборонительной армии и территорию финиковых ферм, тянущихся на несколько километров вдоль дороги. До штаба оставалось всего полтора-два километра — стоило лишь повернуть на развязке через пятьсот метров возле небольшой пекарни и далее прокатиться по прямой, но не тут-то было. Когда слева закончилось сетчатое ограждение аэропорта, и почти следом за ним начался высокий бетонный забор какого-то склада, по движущейся колоне немецких бронетранспортёров открыли огонь на поражение. Вспышки разрывающихся реактивных снарядов ручных противотанковых гранатомётов замерцали тут и там, вынуждая грозного Отто предпринять какие-то действия.
— Командир, по нам ведут огонь из домов на 1, 3 и 4 часа! — доложил один из наблюдавших за обстановкой бойцов.

Стремительно движущаяся следом за ними колонна русских могла легко увидеть устроенную для своих иностранных коллег засаду и не только определить, откуда противник вёл огонь, но и воспользоваться открытой возможностью для манёвра и создания прикрытия, чему способствовало преимущественное расположение бойцов не внутри бронетранспортёров, а снаружи.

+5

25

В своей жизни Манфред Рихтер, уроженец славного города Кельна, умел делать многое. Что-то получалось лучше, что-то, как водится - хуже. Например, вышивать крестиком у него не выходило. А вот делать дыры в людях - вполне себе. Убедившись, что Воллен убрался с линии огня и не рискует угодить под рикошет, а также прекрасно умея считать и осознавая, что один человек не может издавать звуки за троих, немец, как следует пристроив винтовку на кромке все того же многострадального стола, "прострочил" коридор с повстанцами длинной очередью, выпустив остатки магазина с тем расчётом, чтобы попасть не напрямую - так при помощи стенки, благо что пуля лёгкая. Он как раз привычно менял магазин, даже не задумываясь над выполняемыми действиями и напоминая автомат с какого-нибудь заводского конвейера высокотехнологичной страны, когда на сцену вышли новые действующие лица. Орангутанги местного розлива, явившиеся спасать толстую задницу здешнего воеводы, были крайне везучими, им повезло дважды. Во-первых, не нарвались на мятежников, которые суть такие же обезьяны, но могут и застрелить себе подобных со спокойной совестью. Во-вторых, Рихтеру не хватило ровно пары секунд на то, чтобы сделать решето и из них. Ничего личного, господа, только рефлексы, реакция на грубое вторжение с тыла была однозначной - направить ствол на новые цели и злобно зыркать вплоть до опознания в них своих, держа палец на спусковом крючке до последнего. Ему, в сущности, было наплевать на судьбу нанимателя - если, конечно, именно эта полудохлая туша была нанимателем - как и на судьбу карликового убогого государства, которое пожирало само себя. Наплевать на то, будет это здание стоять здесь завтра, или его обратят в руины со всей округой. Наплевать на... да на всё наплевать, что не касалось напрямую выживания его и подопечных. Отметив, что это заявились "свои", офицер попросту переключился на наблюдение за вторым входом, откуда не так давно лезли "чужие". Расслабляться не стоило - хотя обезьянье повизгивание он слушал не без интереса. Они научились имитировать человеческую речь настолько правдоподобно, что временами стоило обращать внимание на неуклюжие попытки донести какую-то информацию. Например, о том, что дело их - задница.
- Отто, здесь около сотни гамадрилов по округе бегают. Прими необходимые меры.
Благо что радиостанция работала исправно, передавая на частоте "иностранной" группы именно то, что требовалось передать. О том, что данную информацию стоило бы донести и до русскоязычных, должен позаботиться их непосредственный командир, разве не так? А вот приближаться к нему с оружием в руках было идеей дурной, откровенно дурной, в иные времена за подобное можно было получить прикладом в челюсть, но избиение аборигенов, увы, было бы бесполезной тратой времени и сил.
- Карл, возьми этих вот как эскорт и вали уже отсюда. Выводи машины на оперативный простор, в город не суйся - задавят.
Дальнейшие события развивались по довольно забавному сценарию - ожил один из экранов, ожил как раз в тот момент, когда недружелюбный немец оглядывал местного солдата с мыслями о необходимости избиения оного в назидание другим... и вот именно в этот момент проявляющаяся среди ряби фигура и попала ему на глаза. Фигура эта явно не походила на тщедушных япошек, так что априори принадлежала неприятелю, местному ли гамадрилу, иностранному ли советнику, не суть. Главное - что врагу. Допуская, что, пока в помещении ещё достаточно стволов, за входом хоть кто-то присмотрит, Манфред решил уделить внимание незнакомцу. Ну как уделить...
- Бес, узнай, откуда идет сигнал и поделись этим с артиллеристами, негоже эфир засорять.
Он покамест находился достаточно далеко от микрофонов, чтобы быть услышанным... наверное. Впрочем, какая разница? Офицер с богатым прошлым, презирающий местных горе-вояк, не собирался быть посмешищем для этого вот непонятного мужика, ведя с ним какие-то там задушевные беседы. Он хочет рассказать, что узкоглазые достались врагу и теперь их жизни зависят от... бла-бла-бла..? Его ждёт сюрприз.
- Привет, обезьяна. Какого хера ты тут взялся?
Сюрприз в виде злобного немца, ругающегося на английском языке в духе портового грузчика. Во-первых, личная неприязнь. Во-вторых - начнёт обижаться, угрожать, толкать речи, в общем, занимать канал связи достаточно долго для того, чтобы его можно было накрыть вместе с дружками. Японцы? Побочные потери, если они каким-то чудом ещё живы всей своей разномастной шатией-братией. Хотя, конечно, велик был соблазн добраться туда, взять живьём и всё такое, но увы и ах - у них ещё колонна где-то плетется неразгромленная. Придется делать всё быстро и жестко, не считаясь с потерями союзников, коль уж те облажались.

http://sg.uploads.ru/t/DkQXv.jpg

НПС - Отто Пфицигентакль

Отто не ведал покоя и роздыха даже тогда, когда колонна из четырех бронемашин стремительно вылетела из лагеря на просматриваемую и простреливаемую территорию. В конце концов, не каждый день имеешь перспективы столкнуться с неприятелем, превосходящим тебя численно в разы. Более того - с неприятелем, играющим от оборонительных позиций, а иного и быть не могло. Поэтому все сохраняли предельную бдительность, ощетинившись стволами и сидя на броне, готовые в любой момент горохом посыпаться вниз и открыть заградительный огонь. Отто не был бы собой, если бы позволил каким-то здешним недотепам просто взять и перебить цвет немецкой армии, пусть и изрядно потускневший от времени и невзгод. Что ж, его предусмотрительность дала свои плоды, как и предполагалось. Враг счёл хорошей идеей атаковать в лоб, не дожидаясь шанса просто сжечь бронетранспортеры с фланга, в духе классической засады на конвои. Выстрелы! Взрывы! Опасность!
- Засада, герр гауптман.
Он доложил о происходящем в рацию достаточно флегматично, одновременно спрыгивая на землю уже с дымовой гранатой в руке. Ещё секунда - и лишившаяся предохранительного кольца железяка летит аккурат в сторону противника, через массивный корпус резко развернувшегося боком БТР. Его механик-водитель явно вознамерился прикрыть корпусом пехоту и следующий за ним транспорт, тогда как стрелок принялся беспощадно поливать позиции вражеских операторов ПТРК из тяжелого пулемета, что было красивым нарушением наставлений и возможностью отбыть в мир иной - но, чего греха таить, подобные действия были выгодны пехоте. Вслед за первой дымовой гранатой в ход пошли ещё несколько, пехота ловко покидала броню, рассредотачиваясь и готовя тепловизоры. План здоровяка был проще пареной репы - задымить, подавить, перебить. Он не собирался устраивать фланговый обход или что-то там ещё, рискуя нарваться на очередную западню - в отряде было достаточно тяжелого вооружения, чтобы сровнять с землей несколько огневых точек, что и должно произойти в ближайшее время. Однако, полагаться только на тепловизоры тоже не стоило, как не стоило и торчать возле транспорта, своей массивной тушей перегородившего часть улицы. Естественные и искусственные укрытия будут очень полезны - и здоровяк рванулся к ближайшему зданию, на бегу включая дорогущий и сложнейший прибор наблюдения. Оставшиеся бронетранспортеры, пятясь, покидали зону боя - от них здесь не было толку.

+6

26

Умереть не встать – своевременная подмога. Лучше чем ничего, что тут скажешь. Карл не без удовольствия позволил себе несколько расслабиться - ровно чуть-чуть, чтобы не чувствовать себя ответственным тут сразу за все и перейти к непосредственным обязанностям.

- Приступаю. – Коротко бросил он и  решил убедиться, что арабы не начнут кочевряжиться и согласятся проводить капитана до столь желанных в качестве поддержки танков, отправился на выход, - Танки будут там, где нужны, если вы меня к ним доставите.

Коммуникатор как раз перед этим успел связать его с подчиненными, которые, к счастью, были живы-здоровы и не вляпались ни в какие неприятности в его отсутствие. Все же он пока не так хорошо их знал и надо было еще обрести ту спокойную уверенность, которую чувствуешь, отдавая приказы тем, кто с тобой прошел через ад кромешный. Вот как раз и случай представился. Танкисты получили приказ готовиться к выдвижению и  прикрыть огнем пехоту, если возникнет таковая возможность, но при этом не лезть на рожон и экономить боеприпасы.

Карл только мельком оглянулся на пороге, когданачались новые неприятности, но времени не было.

- Оставляю задушевные беседы тебе. Танки скоро будут. – На счастье Воллена. Его танкисты по меньшей мере хорошо справлялись с координацией между собой и остальными, так что взвод сейчас  выдвигаться на огневые позиции и передал Отто, что если ему нужно что-то в хлам разнести прицельным огнем, то они к его услугам, но в город не полезут. Осталось с ними соединиться....

+3

27

Изображение на экране дёрнулось и рябь усилилась. С огромным трудом Рихтер смог разглядеть, как человек по ту сторону экрана засиял с недоброй улыбкой на губах.
— Я смотрю, ты бесстрашен. Собрался жить вечно, немец? Напрасно. Игрушки русских вам не помогут. Но, раз уж ты спросил, отвечу: хочу узнать, как там поживает командование. Справляюсь, так сказать, о здоровье министра обороны бравой оборонительной армии, слабой и беспомощной. Хочется знать, насколько эффективны оказались выбранные мной меры.
Голос то и дело прерывается, из-за чего разобрать некоторые слова становится трудно — кажется, несколько фраз были безжалостно съедены эфиром.
К этому моменту Бес уже во всю пытался прояснить ситуацию с эфиром. Откуда идёт сигнал? Метаясь по зданию, он пытался найти хорошего спеца, заглядывая в каждое помещение, в каждый коридор. И только минут через пять ему удалось привести чуть ли не за шкирку зашуганного как хорька на скотобойне беспокойного мечущегося араба, мало-мальски способного изъясняться на немецком. Тот в скором темпе попытался найти хоть сколько-нибудь работающую станцию, не повреждённую во время взрыва, пока, наконец, не обнаружил подходящую. На всё про всё у него ушло минуты две. Сигнал обнаружили в квадрате F11. По словам солдата, что работал со станцией, там находился местный центр телерадиовещения, у которого сегодня должен был идти эфир.

https://i.imgur.com/Vnrvuj9.jpg
Масштаб: квадраты 100х100 метров


— Как этот ублюдок смог пробраться в город?! — шепчет Бес так, чтобы Рихтер и человека с экрана не слышали, и запускает портативный GPS, над которым медленно всплывает голографическая карта местности.
Бес уходит в коридор и подносит к губам рацию.
— Химера, это Бес, как обстановка? Пересылаю тебе наши координаты. Мы находимся в здании на краю сектора H15. У нас с севера толпы обезьян, так что смотрите особо не усердствуйте. И ещё: с нами тут связался их босс, похоже, хочет пообщаться. Немцы хотят, чтобы мы вдарили артиллерией, но я не хочу, чтобы вы это делали. Я считаю, что этого ублюдка нужно брать живым. Мы отследили сигнал вещания, похоже, что он находится в местном телецентре, сектор F15. Поторопитесь туда, как сможете. Но будьте осторожны: в здании могут быть мирные. Конец связи.
После этого разговора Бес вернулся в общую комнату и молчаливо встал возле стенки, подмигнув Воллену, что бы это ни значило.


Когда началась стрельба, грамотные действия Отто позволили ему не только достичь точки, занимая выгодную позицию у здания, но и рассмотреть окна, где скрывался подавленный огнём из тяжёлого пулемёта противник. По крайней мере, некоторые из зданий. Анализ обстановки дал понять: если разделить отряд, можно довольно успешно и быстро зачистить каждое из зданий, особенно если помогут поспевающие к месту событий русские.
Танкистам Воллена в свою очередь пока ничто не мешало приблизиться к окраине города — во всяком случае, тяжёлой техники в распоряжении противника замечено точно не было. Впрочем, засады никто не исключал, и Воллен это понимал.

+5

28

БТР стремительно ехал по опустевшей дороги. Создавалось впечатление, что люди знали о готовящейся атаке. Что их кто-то предупредил. Элени смотрела вдаль, подобрав одну ногу, а протез цепко держался за одну из ручек на корпусе бронетранспортёра. Терпеть она не могла Африку. Потому что она уже хорошо знала — в этих местах союзников нет и быть не может. Все эти черномазые друг с другом заодно. Один народ, одна судьба и всё такое. А ведь если разобраться, Союз просто держит здешних неандертальцев за своих рабов. А эти бравые повстанцы — что-то вроде борцов за свободу. Как те же Чёрные Рыцари из 11 сектора. Так чем, чем тогда Евросоюз лучше Британии?
Но чужая правда волновала Химеру меньше всего. Она существовала. Возможно даже была истинной правдой. Но вот своя была важнее. Даже важнее вселенской справедливости. Перед правдой, которую хранишь внутри, всё меркнет. Даже истина.
Вдалеке, на линии следования немецкой группы, раздался ровный рокот сорок седьмых «калашей» — его даже зелёный новобранец ни с чем не спутает. На вооружении ливийской армии он не стоял, в качестве именной волыны никто из Легиона с собой их не взял. Значит, стреляют не наши. Чужие.
— Эу! — Химера стучит по крыше бронетранспортёра ребром металлической ладони, отцепившись от корпуса, подключая радиосвязь. — Там пальба на 12 часов в двухстах метрах, сбавь газку!
Можно было не гадать о том, что же произошло впереди. Всё-таки они находились в горячей точке. Снова. Это навевало множество не самых приятных воспоминаний.
Почти сразу после начавшейся пальбы Химера заметила, как немцы дружно затормозили. Проезжать мимо и оставлять противника в тылу они не планировали. Почти сразу в ход пошли дымовые гранаты, так что ближайшее придорожье, да и сами бронетранспортёры оказались в дыму.
Бронетранспортёры съехали с дороги, заняв позицию у бетонного забора в соседнем квадрате от положения попавших в засаду немцев.
— Смотрите в оба, обеспечьте прикрытия тыла и флангов нашим союзникам, разворачивайте миномёт, — сползая с брони, Химера отошла к забору и, разворачивая перед собой голограмму карты местности, собралась было выйти на связь с командиром европейцев, как неожиданно для себя услышала несколько коротких сигналов с рации, незамедлительно отреагировав. — Бес? Что у вас там происходит?! У нас здесь засада на дороге со стороны клоповников, немцы похоже хотят всё зачистить, пока не связывалась с ними... В смысле?
Услышав, что лидер напавших повстанцев находится где-то поблизости, Химера напряглась.
— Сам Аид? — уточнила она, как вдруг что-то внутри неё резко всколыхнулось. — Аид, который всегда оставался в тени и только недавно лицо показал, а уже в эпицентре событий? Тебе не кажется, что нас дурят?!
До скрипа в электромеханических узлах Химера сжала железный кулак — после того, как этот выродок вылез на поверхность, она хорошо знала, к кому предъявить должок. За все сломанные жизни, за всех погибших друзей и соратников, за все фантомные боли. И она бы с удовольствием лично скрутила ему шею, наслаждаясь хрустом каждого позвонка, если бы не одно но...
— Я почти уверена, что это подстава. Если это телецентр, то сейчас у них должно быть полно телеэфиров. Ну, знаешь, вся эта херня вроде «Доброе утро, страна», «Пока все дома» и прочие хлеба да зрелища для жаворонков? Знаешь, что интересно — уже вроде не так рано, а я ни одной машины не встретила, вообще, словно все по домам заныкались. Тут что-то нечисто, слушай, не может быть так, чтобы Аид припёрся сюда и просто засел в их телебашне, или что там.
В отдалении от Химеры оглушительно загрохотала башенная пушка — началась работа на подавление по точке предположительных позиций противника. Элени хотела поторопиться — их прикроют, время выиграют, но с Бесом нужно как пить дать до чего-то добазариться.
— Не может всё быть так просто! Не-мо-жет! Может он только и ждёт, что мы, или часть оборонительной армии заявится на вечеринку?! Откуда мы можем знать, что здании не заминировано, и что там действительно Аид, а не какой-то кусок записи или сраный ретранслятор?! Я считаю, что нам нужно заняться делами поважнее — например, спасением ваших задниц! И плевать я хотела, что формальный командир не я — сейчас тут со своими парнями не ты, а я не хочу вести их на убой! Не уходите никуда из квадрата, тут по всему городу могут быть засады, сидите на месте. Если они вас до сих пор не взорвали, значит были причины.
Химера закончила со связью и тяжело вздохнула. Пусть она и камня на камне не оставит, раздолбит город миномётами и артиллерией, но никогда — никогда! — она сознательно не поставит под удар своих подчинённых. Ни сейчас, ни потом. Чего бы ей это не стоило. Даже работы. Надо будет — продаст кому-нибудь свой протез, а на вырученное бабло поставит отца на ноги. Не впервой своей шкурой рисковать.
— Рота, слушай приказ! Балабаха, Бузина, Гришаев, Дроков, Есипов, Кидирбаев, Клиев, Колотилов, Коржева, Кулигин... Мамба, — в голосе Химеры проскальзывает едкое недовольство, — Вы со мной! Сопов — ты за старшего. Тут в нескольких квадратах от нас мечеть — хорошая снайперская позиция, как расчистите тут всё от мусора, организуйте снайперскую позицию, нам может потребоваться прикрытие. А теперь дерзай! Моя группа — за мной! Коржева, садишься к нам! И поосторожнее с боеукладкой! Рванёт — мало не покажется!
Химера приблизилась к бронетранспортёру, жестом призывая к себе названных солдат и стала их поторапливать.
— Реще давайте, пока дымы не рассеялись! Мамба! — Химера холодная сталь цепляет за плечо африканскую амазонку. — Смотри мне без самодеятельности!
«Ведь я всё равно ничего не смогу с этим поделать».
Химера сдвинула брови, словно надеясь, что складки между ними могут скрыть взгляд, наполненный разочарованием по отношению к себе самой.

+4

29

Устроившись поудобнее, чтобы не свалиться, Шарам закрыла глаза, прислушиваясь к неспокойному голосу встречного ветра. Она слышала, как содрогаются пески. Как дрожит земля. Как бегут прочь редкие облака в небе, дальше, как можно дальше отсюда. Пустыня неистовствовала, как загнанный охотниками гепард, последний раз рвущийся к врагу в борьбе за свою жизнь. А где-то на фоне застрекотали неестественной трелью не местные пернатые чужестранцы, имя которым АК-47.
Мамба распахнула глаза и повернула голову вбок, куда уже во всю глазели, вытягивая шеи, её товарищи.
— Кажется, нас ждёт заварушка? — расслабленным голосом прокомментировала она, ткнув соседа-Дрокова вбок.
Ей с самого начала казалось неосмотрительным посылать по главной дороге целый отряд, учитывая сложившуюся ситуацию. Когда их племя загоняло зверя, вперёд всегда уходили самые быстрые и ловкие его представители — снаряженные горстью камней и силками разведчики. И охота велась всегда на своих двоих — племя никогда не использовало единственный доставшийся в их распоряжение автомобиль для того, чтобы загнать добычу. Ведь охота была не только частью их собирательской деятельности, но и особенным, почти священным ритуалом, что брал своё начало у самой древности. Охота племени — это таинство, в котором ни один, даже самый крохотный нюанс, не мог быть нарушен и убран вникуда.
— Похоже на то, — Дроков дёрнулся и Мамба слегка ухватила его за плечо, чтобы тот ненароком не свалился с затормозившего БТР, свернувшего с дороги к зданию.
Мамба внимательно осмотрелась по сторонам, взглядом отыскав Химеру. Волей-неволей в амазонке был денно и ночно включён инстинкт следования за лидером, пусть и формальным, и его дальнейшего охранения. Мёртвый лидер — мёртвый дух. Даже если самые отважные живы. Не спуская с неё глаз, Мамба отдалилась, наблюдая, как гречка, энергично жестикулируя, о чём-то говорить по рации. Не иначе, как с Бесом — с кем же ещё? Помявшись на месте, Мамба, проведя ладонью по моментально нагревшейся на поднявшимся из-за горизонта солнца броне, обогнула БТР, башня которого принялась медленно поворачиваться куда-то в ту сторону, откуда раздавалось пение нестройного хора Калашниковых, которым задорно вторил гомон тяжёлого пулемёта, и приблизилась к Химере, спиной прислонившись к забору и скрестив руки на груди, подгибая ногу, не пропуская мимо ушей ни единой фразы, сказанной Химерой.
«Аид. Я... Слышала это имя. Ещё задолго до того, как мне рассказали про Ливию. А когда рассказали...»
Дослушав весь диалог до конца, Мамба вернулась к своим, так и не замеченная увлечённой разговором Химерой.
— Враг умён и знает, как вести двойную игру, — заключила Мамба, погрузившись в собственные мысли, когда оказалась в компании кучкующихся возле передвижного медпункта друзей. — У них припрятано несколько нг'хогбу1, способных удивить. Но пока мы не можем с ним воевать.
— В смысле? — раздался синхронный глас удивления Есипова и Дрокова.
— Мы всё ещё не знаем до конца, на что он способен, — Шарам вздыхает. — И сейчас у нас появилась отличная возможность понять, на что, но...
— Погоди-погоди, — Есипов приблизился к девушке, задумчиво разглядывающей вначале песок, а теперь покрытые пылью ботинки соратника. — О чём ты?
Но Мамба ничего ему не ответила. Во всяком случае, ничего по делу. Почти.
— Это не имеет значения, Влад, — нараспев протянула Мамба, усиливая акцент и потрепала парня за щеку, нежно ухватив её двумя пальцами. — Кроме того, что нам нужно быть куда осторожнее, чем обычно.
Окинув товарищей взглядом, Мамба поймала взор Коржевой, что всё так же нервно продолжала смотреть по сторонам, сминая в руках цепочку увесистого медальона. Сентиментальная натура эта Катя.
Когда Химера вернулась после своих радиопереговоров, Мамба уже была вовсеоружии — догадывалась, что её ждёт. Она смогла довольно неплохо узнать Химу за это время, её привычки и повадки. Привыкла. И даже к надрывному голосу уже почти успела привыкнуть. А уж к этому взгляду — взгляду, который не сможет никого обмануть, она стала относиться так же, как к отражению своего собственного в спокойной речной глади. И ничем, кроме понимающей улыбки, Мамба не смогла встретить грозное напутствие Химера.
Понимающей, но принять — не способной.
Мамба хмыкает и вслед за остальными забирается на бронетранспортёр — ехать внутри она не хотела. Да и места всем всё равно не хватит.А потому наверх вместе с ней взгромоздились два неравнодушных к ней товарища — Есипов и Дроков. И, когда все оказались в сборе, бронетранспортёр тронулся с места, направляясь вдоль по дороге, через пущенную немцами плотную дымовую завесу.

+4

30

Манфред тихо вздохнул, на миг закатив глаза. Очередной подонок, мнящий себя великим комбинатором, благородным борцом и всё такое прочее. Угрозы, попытки иронизировать, это напоминало типичного такого британского офицера из тех, которым бравая немецкая военщина драла холёные задницы не раз и не два. Увы, в отличие от британцев, этот поболтать не любил, а значит - поддерживать беседу придется самому, чтобы у здешних обезьян была хоть какая-то возможность отследить сигнал. Поддерживать беседу - и играть роль, превратившись в надменного и пафосного вояку, мнящего себя всемогущим. В посмешище, короче, учитывая обстановку.
- Я из Шестой бронетанковой, ливиец. Мы все мертвы, мертвы уже давно, отдав свои жизни за идею, рядом с которой твоя революция кажется смешной и нелепой задумкой. Только, в отличие от этих разорванных в клочья мешков дерьма, которые были здесь за командиров - ещё можем дотянуться до тебя с того света.
Это прозвучало достаточно пафосно, при этом вполне отражая точку зрения офицера, который действительно считал, что после провала "Валькирии" все её участники живут в долг. В сравнении с тем, что они пережили, какое клеймо выжгли сами на себе - все потуги здешних обезьян поменять их обезьянью власть, право же, казались возней несмышленышей. Однако, этого было маловато для устойчивого отслеживания, так что придется играть дальше.
- Поэтому ты можешь угрожать, можешь заваливать трупами наши рубежи... но знаешь, разумный человек на твоем месте поступил бы иначе. Я предлагаю тебе сделку, ливиец. Ты сейчас же собираешь своих бабуинов и вы выметаетесь из нашей зоны ответственности, выдав всех захваченных бойцов из числа узкоглазых, если вам удалось хоть кого-то захватить. Взамен я не стану гоняться за твоей головой по всей пустыне, ужасно пытать "пламенных революционеров", угодивших в мои лапы... да и вообще поведу себя как типичный наемник, действующий строго в рамках текущего контракта. Подумай, ливиец, стоит твоё упрямство потерь, которые ты понесешь? Или мы можем отложить оружие в сторону, ведя дела как цивилизованные люди?
На самом деле, Манфред ни бельмеса не верил в то, что собеседник согласится на эти условия. Горстка наёмников, даже и хорошо подготовленных, рано или поздно будет подавлена, не справившись с превосходящими силами и завалив телами округу. При всем при этом - переворот свершится, без всяческого изящества и большой кровью. Вот только вопрос - нужна ли большая кровь тому, кто, вроде как, должен радеть за свой народ? Или же обязательные немалые потери могут охладить его пыл, заставив колебаться? Хотя, скорее всего, он разъярится, пошлет сюда войска, но так хоть ясно будет, когда эти самые войска сюда явятся. Всяко лучше отбиваться, имея вокруг себя крепкие стены, чем гонять этих папуасов по всей округе, ежесекундно ожидая засады. А засады они организовывать, надо полагать, умели - но нарвались не на ту добычу, которая будет им по зубам. Ах да. Кстати. Местные горе-генералы действительно мешки дерьма, раз полегли так глупо. Не стоило надеяться, что их солдатня окажется хоть сколь-либо лучше.

http://sg.uploads.ru/t/DkQXv.jpg

НПС - Отто Пфицигентакль

Отто, скрыв свою здоровенную тушу в дыму, быстро осматривал поле боя, не прекращая двигаться к зданию с отнюдь не миролюбивым настроем. Похоже, атаковавшие колонну боевики были подготовлены несколько хуже хотя бы и тех же британцев, раз позволили себя зажать. Что ж, теперь их уделом была "сомалийская" стрельба, беспорядочное бегство - или лютая смерть. На выбор, как говорится.
- Гранаты в окна. Разбиться на малые группы, зачистить здания.
Он не утруждал себя громким криком, прекрасно умея пользоваться заморским дивом под названием "рация". Да и потом, на дикий ор немца явно начнут шмалять, а оно ему совершенно не нужно, более того - вредно для здоровья. Поэтому бравый громила вел себя достаточно тихо, спокойно и, вместе с тем, не забывал прытко перемещаться, не желая ловить массивным телом случайные пули. Перемещения его завершились в итоге довольно-таки быстро - бежать было всего ничего, дома были рядом. Ну как рядом - когда тебя не подгоняет под зад перспектива сложить буйную голову здесь и сейчас, пополнив коллекцию трофеев здешних аборигенов, это расстояние кажется приличным. А вот когда подгоняет... в общем, Отто демонстрировал недюжинную прыть, умудряясь одновременно ещё и думать. Да-да, Отто. Думать.
- Вы двое, за мной.
Ему не требовалось быть военным гением, чтобы понимать - их внутри ждут, ждут с нетерпением и, вместе с тем, с обреченностью загнанных в угол крыс. Поэтому ломиться через основной вход было бы глупым способом умереть, а вот обойти с тыла, прижимаясь к стене, пока бешеный обстрел отвлекает мерзавцев, это почему бы и не проделать? Тем более, что вот-вот в окна полетят гранаты, ручные и из подствольных гранатометов, добавив к выбитым тяжелыми пулями "бэтров" осколкам камня вполне себе осколки металла, куда более опасные. В общем, пока бешеным типам с автоматами чуть не до них - пора действовать, лично возглавив небольшую группу. Разумеется, стоило сделать скидку на то, что противник не окончательно туп и может хотя бы посадить снайперов для прикрытия собственного тыла - и в ход пошла очередная дымовая граната. Здоровяк ведь велел, чтобы они были у всех - и вот сейчас наглым образом позаимствовал одну у подчиненного, ставя дымовую завесу и с тыльной стороны дома тоже. Ему-то что, у него тепловизор. А эти, которых герр гауптман ласково именовал обезьянами тупорылыми, они пускай ничего не видят и паникуют от этого ещё сильнее. Дым медленно заволакивал очередной участок поля боя - и немцы рванулись на штурм, забрасывая гранатами проемы, поливая огнем всё, что шевелилось и ничуть не заботясь о том, что внутри могут быть мирные жители. Это война, в конце концов.

+4


Вы здесь » Code Geass » Turn VI » 20.12.17. Контракты: Уничтожение колонны