По любым вопросам обращаться

к Vladimir Makarov

(vk, don.t.be.a.hero)

Geass-челлендж потому что мы можем.

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Альтернативы » Fate/endless eight


Fate/endless eight

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://i.gyazo.com/21b0588a3ab3fb32dec38c99847ede7b.gif
Данная история никак не связана с проводимым игровым модулем, не претендует на каноничность, не требует многого. Это просто реализация старых замыслов, скомпилированных во что-то одно.
Можно считать это смесью strange fake и hollow ataraxia.
Несмотря на то, что игра не рассчитана на массовое участие, я открыта для предложений. Но эта история не о том, как меряются Фантазмами.

► Согласно отчёту для Часовой башни, система Грааля в Фуюки уничтожена.
► События hollow ataraxia так и не произошли.
► Затишье растянулось на пять лет, прежде чем где-то в США начали происходить престранные события...


Он пришёл в этот мир, дабы исполнить чьё-то желание. В этом заключалось его единственное предназначение.

Однако, никто не отзывался на его зов. Никто не отвечал ему. Никто вокруг не желал чего-то такого, что могло достучаться до того, у кого нет ни глаз, ни ушей.

«Пожалуйста», взывал он, «Я лишь хочу исполнить чьё-то желание»

Ответом ему служила тишина раз за разом.

Если бы он только мог получить возможность освободиться, это бы закончилось. Но он не мог, пока не было желания.

Его прежнее вместилище, дарившее ему теплоту материнской утробы, было разрушено, и он ненавидел тех, кто это сделал.

Он не слышал и не видел, не мог осознать мир вокруг, но он знал, что ненавидит тех, кто лишил его всего.

Так он страдал до тех пор, пока не почувствовал знакомое тепло.

Пока не услышал голос.

«...»

«...Пожалуйста, помогите мне»

«...Пожалуйста, услышьте меня»

Кто-то ещё существовал в этом несуществовании.

И он откликнулся на зов.


Согласно законам природы любое живое существо всегда стремится защитить своё потомство. От этого зависит выживание вида.

Человечество, многие поколения живущее в отрыве от естественных условий, давно уже не следует инстинктам в полной мере, извращая многие из них. Сколь много детей было морально уничтожено родительскими стремлениями сделать всё как лучше? Сколько раз это оборачивалось трагедией?

Снобизм магов давно уже стал притчей во языцех, и каждая хоть сколько нибудь уважающая себя магическая семья ставила целью своего существования приумножение собственного могущества.

Для этой цели хороши были любые средства.

Интересы потомства в этом учитывались крайне редко.

Когда в руки одной из семей Штатов попала эта реликвия, по-хорошему, попросту украденная и опасная, никто даже не задумался о том, чтоб уничтожить её, что действительно стоило сделать.

Нет, наоборот, всё старшее поколение думало о шансе приумножить свои силы, использовав её на своём единственном потомке.

Так в бескрайней тьме чужого существования забрезжил свет.


Она никогда не желала быть сильной.

Всё, чего она хотела, сводилось к обычной жизни. К собственноручно приготовленным завтракам поутру. К походам по магазинам на выходных. К грядущей студенческой жизни.

В детстве ей нравилась магия, потому что она воплощала чудо, а все дети любят чудеса.

Когда чудо превратилось в обыденность, ради которой нужно было беспрестанно бежать вперёд, сбивая коленки и ломая пальцы, интерес к магии был навсегда утрачен.

Теперь оным чудом была обычная жизнь, от которой её так старательно пытались изолировать.

Однако, как и в детстве, никого не интересовали её желания.

Семье нужен был наследник, а она не отвечала их требованиям. Глупо было надеяться, что в таком случае её просто отпустят и забудут.

Но то, что её так скоро решат исправить, она и представить себе не могла...


«Пожалуйста, услышьте меня»

«Пожалуйста, помогите мне»

«Пожалуйста...»

«Пожалуйста...»

«...дайте нам тот мир, который нам нужен!»

http://i.imgur.com/CJRCCvq.gif

http://i.imgur.com/ftgrFtk.gif

...

Chapter One: Hollow world
[ava]http://i.imgur.com/dLk6U5o.jpg[/ava][sta]сто лет одиночества[/sta][nic]Marie Chartran[/nic]

Отредактировано Leah Eastwind (2017-03-23 22:20:08)

+1

2

Мари Шартран уже давно перестала верить в магию.
Нет, не стоит думать, что она была прагматичным реалистом, который иногда закрывает глаза на слишком уж неудобные факты, которые ставят под сомнение устройство его мира. Мари Шартран знала, что магия существует, но для неё это знание было таким же обыденным, как знание того, в какую сторону нужно открывать дверь холодильника. Магия не являлась для неё чудом или великим событием, а когда такие вещи перестают быть чудом, обыденность снимает с них последний слой романтики. К чему верить в знание о том, как открыть холодильник?
К слову, сейчас Мари – или Мэри на американский манер – стояла перед уже упомянутым холодильником так, будто в самом деле забыла, как его открывать.
Для стороннего наблюдателя, конечно же, это бы выглядело именно так.
На самом деле Мари внимательно вчитывалась в содержимое записки, приклеенной к двери, уже в пятый раз. Записка, написанная ровным почерком, уже в пятый раз сообщала ей, что её родители на время уехали по важной надобности, оставив ей деньги на необходимые расходы, и, помимо денег несколько указаний насчёт визитов молочника, газетчика и продавца булочек, разъезжающего по их небольшому городу в белом фургоне.
Мари дочитала до конца и начала читать записку снова.
Текст не изменился.
Мари невольно коснулась собственного живота там, где под тканью пижамы скрывался свежий красноватый рубец, всё ещё отдававшийся болью. Так как наблюдать за ней было некому, некому было бы сделать вывод, что она не может поверить в то, что читает.
Впрочем, она не сомневалась в правдивости записки. Она лишь не верила, что родители действительно могли принять именно такое решение. Она думала, что понимает их мотивы и может читать их решения, как раскрытую книгу, однако, эта записка показывала, что она ошибалась.

Мари Шартран была единственной дочерью Линдси Шартран и Клода Шартран. Единственной выжившей, потому что до неё была Бернадетт, которую Мари помнила уже подточенной болезнью и угасающей в тёмной комнате. Бернадетт с трудом узнавала её, но всегда подзывала к себе и гладила по голове тонкой, почти прозрачной рукой. Бернадетт всегда жалела её, хотя Мари, будучи упрямым ребёнком, никогда не понимала, почему нужно жалеть её, а не старшую сестру.
«Бедная», повторяла Бернадетт, гладя Мари по голове, «Ведь они примутся за тебя»
В семь лет Мари Шартран поняла смысл понятия «смерть». А через год отец сказал, что наследница теперь она.
Так она узнала, что магия существует не только в книжках. Узнала она и первостепенную цель любого мага, у которого есть гордость – достижение Первоистока. Поначалу её захватила эта идея, но горькая правда о том, что ни ей, ни её потомкам не увидеть Акаши, разрушила её радужные замки.
Отец любил, выпив бутылку хорошего вина, ругаться, во-первых, на его качество, повторяя при этом, что в погребе их родового замка во Франции не держали таких помоев, а, во-вторых, говорить о том, что вся их жизнь – ползанье в дерьме ровно с той целью, чтоб проложить потомкам пару сантиметров пути всё в том же веществе.
Мари никогда не видела «родового замка» и постепенно уверялась в том, что отец врёт. Её уважение к нему угасло, а вера в магию растаяла. Все те «чудеса», которые ей так нравились в начале пути наследницы, вызывали теперь лишь скуку.
Так случается, когда раскрывается секрет какого-нибудь фокуса, и вот он уже не завораживает.
Да, магия стала для неё лишь фокусом, секрет которого известен.
Мари стала самой безнадёжной ученицей на свете, познав и недовольство родителей, и даже их тяжёлую руку, но та самая гордость, что есть у каждого мага, не позволяла ей сломаться и покорно выполнять чужие указы.
Впрочем, как маг она тоже была не слишком хороша. Семья Шартран, точнее, её ответвление, живущее на Среднем Западе, уже давно угасала, теряя магическую силу. У Бернадетт было шесть цепей, у Мари – пять, и качество их было средним.
Никакого великого будущего у этой семьи уже не было.
Но Клод и Линдси не собирались сдаваться так просто.
Они добыли где-то вещь, называемую ими не иначе как «реликвия». Это слово произносилось с придыханием и раболепным уважением, хотя «реликвия» походила на обычный зазубренный осколок.
Впрочем, от него исходило дыхание праны столь ощутимое, что его чувствовала даже Мари.
«Это будет не больно», говорили ей, привязанной к столу.
Мари не верила, но завязанный рот и гордость мешали ей верещать от страха так, чтобы вмешались законопослушные соседи.
На самом деле это было чертовски больно и чертовски страшно, видеть, как в твой живот погружается та самая «реликвия». Позже Мари, уверенная, что в момент прикосновения к её коже «реликвия» шевельнулась, походя теперь на чёрную пиявку, списала всё на страх, охвативший её.
…Она не умерла и, кажется, родители не прогадали, так как её цепи явно стали чище и лучше. Но теперь внутри неё пульсировала та самая чёрная «пиявка», иногда доставляя ей немало неприятных минут. Осколок внутри был, несомненно, магическим, но знали ли Клод и Линдси его истинную природу?
Мари не бралась утверждать.
Она наконец поняла, что хотела ей сказать покойная Бернадетт, и жалость к себе затопила её сердце. Она тосковала по обычной жизни, которая теперь казалась истинным чудом.
А через пару дней родители уехали, оставив после себя лишь записку.

Итак, именно по причине того, что самым логичным поступком со стороны родителей было бы остаться с ней, пока ситуация с внедрённой внутрь реликвией остаётся неопределённой, Мари перечитала записку шесть раз, надеясь втайне, что она ошиблась.
Нет, она не ошибалась. Она действительно так и не смогла просчитывать все поступки своих родителей, и это был грустный факт.
Кто знает, что они решат испробовать на ней в следующий раз?
Но до тех пор можно было успокоиться – Мари не любила нервничать попусту. Она предпочитала решать проблемы по мере их поступления.
Например, сейчас ей стоило переодеться и рассчитаться с молочником за следующую неделю.

Восточный Ривердейл был воплощением американской мечты.
Аккуратные однотипные домики с ровно подстриженными газонами, центр, полный частных магазинов, полное отсутствие влияния мегакорпораций и даже неуклонного стремления выстраивать здания в несколько десятков этажей. Была здесь даже своя церковь, в которую большинство местных жителей стекалось по выходным так же спокойно и регулярно, как на собрания жильцов или летние ярмарки.
Жизнь здесь походила на цикл совершенно одинаковых дней, но никто из жителей не жаловался. Возможно потому, что здесь собрались только те, кого устраивали таковые условия.
Мари нравились тишина и спокойствие этого городка, словно в пику родительскому презрению к «обывальщине».
Ей нравился добрый молочник, будто сошедший с рекламы молока – именно там они бывают такими идеальными.
Ей нравился разносчик газет, который всегда метал свёрнутую газету исключительно к двери прямо на ходу своего велосипеда, ни разу не промахнувшись.
Наконец, ей нравилась стабильность, внушавшая ей веру в то, что всё будет хорошо, даже несмотря на проведённую над ней операцию.
Без родителей, являвшихся в её понимании воплощением магической судьбы, которую она так не желала принимать, этот мир был прекрасен. Мари была из тех, кто радовался каждому прожитому дню, если ей удавалось прожить его хорошо, и тех, кто старался забывать печали минувшего дня, если это было возможно. Именно поэтому она была почти рада тому, что пока её оставили в покое.
Отсрочка от неизбежной магической судьбы была настоящим спасением.

…Больно.
Магические Цепи внутри её тела вдруг ожили, и Мари, идущая по улице с корзинкой на сгибе локтя, была вынуждена опереться на стену ближайшего здания.
Этого раньше не случалось.
Впрочем, для такого было легко найти очевидную причину. Мари, сцепив зубы, убеждала себя, что это – лишь следствие проведённой операции.
Что оно скоро пройдёт.
– ▮▮▮▮▮▮▮▮▮▮▮?
Мари вздрогнула, услышав этот голос, и с усилием заставила себя поднять голову, отыскивая его источник. Она не увидела никого из сердобольных жителей, которые могли обратить внимание на задыхающуюся от боли девушку.
В конце концов на улице было утро.
Лишь после того, как она поняла, что пока никто не заметил её состояния, она осознала, что голос был крайне странным.
Это определённо не был голос человека, но, почему-то он не пугал.
Вопрос, заданный им, она не поняла, и, похоже, не только из-за шума крови в ушах.
…Как уже говорилось, для Мари основа всех чудес давно стала обыденностью, а потому она не стала придавать этому какое-то значение. Она решила, что ей показалось, а потому это было неважно.
Магические Цепи успокоились, снова слушаясь свою непосредственную хозяйку. Совсем скоро она смогла выпрямиться и снова пойти вперёд.
Однако, усталость, снедавшая её тело, требовала найти хоть какого-то места для отдыха. Поэтому Мари опустилась на лавку перед ближайшим магазином, не интересуясь его вывеской.
Возможно, эта неделя будет крайне трудной.
[ava]http://i.imgur.com/dLk6U5o.jpg[/ava][sta]сто лет одиночества[/sta][nic]Marie Chartran[/nic]

+1

3

[AVA]http://s6.uploads.ru/t/mcpHV.png[/AVA]
[nic]Джош Тёрнер[/nic]
[sgn]-[/sgn]

«Я что-то должен сделать.» - Эта мысль преследовала Джоша с самого утра, заставляя нервничать и пытаться вспомнить – что же?  Но все рутинные дела были сделаны, все двери закрыты, свет выключен – все он сделал. Однако нечто оставалось, нечто нужное другому – как будто он должен был сделать что-то для кого-то, выполнить просьбу, а потом забыл об этом. С ним никогда так не бывало, по крайней мере, не так. Если уж он вспоминал, то все сразу, пусть и запоздало. Парень выдохнул, ставя книгу н предназначенное ей место и надеясь, что никто не заметит его тревоги. Нет, к нему не отнесутся как к психу, наверное, вот только даже желающему помочь сказать будет нечего. Как в той сказке, когда героя послали неизвестно куда неизвестно зачем. Герой-то справился, но так бывает только в сказках, верно?

Довольно быстро  он уже устал ждать воспоминания или напоминания и выкинул все из головы. Если кому-то нужен Джош, его ведь найдут, верно? Он обычный парень, который работает в книжном магазине, достаточно просто прийти или позвонить. У них не такой уж большой город, чтобы потерять человека.

Ему даже не пришла в голову мысль, что это может быть серьезной проблемой или опасно для него. Это же Ривердейл, а не какой-нибудь Дерри. Даже не столица.

Здесь не случается ничего такого.

Джош не был уверен, хотелось ли ему «такого», но чувство покоя и безопасности не было неприятным.

Он не герой, а просто парень, любящий читать и тишину.

Приключения и страшные истории случаются с другими или не здесь.

И он даже не подумал об этом, ведь это было очевидно.

Тихий день в тихом городе, книги, которые надо расставить и немногочисленные покупатели. Он уже привык к тому, что дети чаще читают комиксы, а их родители предпочитают телевизор, но это не было поводом не любить книги или жителей города. Это не делало их плохими или его – лучше других. Просто так было и будет.

Иногда это здорово сбивает с толку. До такой степени, что можно не заметить стремянку возле полки и влететь в нее вместе с стопкой книг в руках, устроив тот еще грохот. Не то чтобы было так уж больно, просто… Глупо. Да и выглядел он смешно, потирая лоб и заваленный книгами. До такой степени, что хозяин магазина не стал его ругать за промашку, а посоветовал выйти подышать воздухом и не пытаться сделать дневную работу за час.

Разумеется, вначале он привел все в порядок. Но перерыв вне планов (и так невеликих) выглядел достаточно соблазнительно, чтобы не пытаться убеждать, что он ему не нужен. Джош Тёрнер вышел на улицу, зная, что вряд ли увидит там что-то неожиданное.
А вот – увидел. На деле, наверное, все же ничего особенного, но фигура девушки на скамейке привлекла его внимание. Может быть, что-то в позе – так сидят те, кто и правда устал или болен. Может быть, просто потому что неожиданно было увидеть ее именно тогда, когда он вышел. Джош не задумывался. К тому же, он все равно присел бы на ту же скамейку. Подойдя ближе, он заметил, что она и правда не очень-то выглядит. Красивая, но усталая, как будто весь день занималась изматывающим трудом.

- Эм… Мисс, с вами все в порядке? – Помогать другим было нормально. Люди здесь жили разные, но бросать кого-то в трудной ситуации было не в их обычае, уж точно не в обычае Джоша. Правда, он здорово стеснялся, общаясь с девушками, но ничего не поделаешь.

Отредактировано Renly la Britannia (2017-03-27 02:11:11)

0


Вы здесь » Code Geass » Альтернативы » Fate/endless eight