По любым вопросам обращаться

к Nunnally vi Britannia

(vk, y_kalyadina)

Code Geass

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass » Личные темы » Юфи vs Нана - ноябрь 2017


Юфи vs Нана - ноябрь 2017

Сообщений 241 страница 260 из 614

1

241

I'm drifting like a ghost on the sidewalk
https://66.media.tumblr.com/f6cbeb3b0ec1302b2e7de14ca3d0fd6a/tumblr_ntawv4XO261uckjo7o1_500.gif
Раунд VIII (сентябрь) - 9:11

+1

242

Light spot — 1

+

Нежный лебедь, отшатнувшись назад, смотрит на преградившего ей путь моряка сначала со страхом, а затем – справившись с эмоциями – со сдержанным раздражением. Ей уже доводилось принимать комплименты от простых людей и даже нищих, пропахших тухлой рыбой, и то, что по первому времени Винафрид принимала за разоблачение, всегда оказывалось всего лишь желанием привлечь внимание красивой горожанки. И, пожалуй, едва ли безымянного лорда-чайку интересовало при этом венчание под ликами Семерых.

Винафрид чуть хмурится, склоняет голову, высматривая окружение лорда-чайки. Но нет, он один – за его спиной не стоит жаждущей поддержать его команды. Разве что за дальним столиком притихли и поглядывают на него – и не вмешиваются. Так уверен в своих силах и обаянии или настолько безразличен товарищам по оружию?

Возвращается взглядом к его лицу – все неторопливо, нарочито спокойно. Из-под густых бровей на нее смотрят светлые глаза – такие же, как у нее самой, и держится лорд-чайка уверенно, даже дерзко отчасти, и улыбка у него – по-мальчишески добрая, открытая. В целом – весьма симпатичен и приятен глазу, но Винафрид осторожничает, не вполне уверенная, с каким огнем предстоит играть, и не стоит ли оставить этот жаркий уголь в камине. Никакой азарт, никакие чувства не заставят ее потерять голову и забыть о неизбежных рисках.

Отцу будет приятно знать, – лукаво улыбается она, опуская лицо и утирая чумазый нос рукой, – что я приглянулась лорду-чайке.

Цепляет юбку свободной рукой, неловко приседает, изображая приветствие как-бы-благородного господина – было бы даже изящно, но корзина мешает. Винафрид, перехватив ее поудобнее, пытается обойти мужчину, но он вновь заступает ей дорогу, и это злит леди.

Надеюсь, ваши друзья не привыкли помогать вам убеждать строптивых девиц, – щурится она, поднимая глаза, и теперь смотрит прямо, почти с вызовом.

0

243

Light spot — 2

+

Чувство юмора определенно делает ему честь, но одного его недостаточно, чтобы очаровать леди Мандерли, чье приданое граничит по богатству с придаными иных принцесс. Что стоит его смех, его внешность и шитый серебром пояс против благородной крови ее будущих детей? В Новом Замке и у нее, и даже у Виллы, на дух не переносящей богатых украшений, были платья, расшитые серебром от подола юбки до самого ворота, а для лорда-чайки, быть может, это была самая дорогая вещь во всей его жизни.

И все же он напорист – отгоняет посторонних и шагает ближе, вынуждая девушку к отступлению.

О, вы справитесь сами? – Насмешливо произносит Винафрид, и беззвучно смеется, расплывшись в широченной улыбке, но покорно отступает на шаг. – Как радостно мне это знать! Изволите заламывать руки или достанете клинок?

Других способов принудить ее Винафрид и помыслить не могла, а добровольно оставаться в сетях лорда-чайки в ее планы не входит, хоть именно это и происходит сейчас: мужчина оттеснил ее к стене, где ей его никак не обойти, и леди Мандерли чувствует себя пойманной рыбиной – за той лишь разницей, что ей хвостом бить не положено воспитанием. Краем глаза отмечает: трактирщик отослал служанку ко входу, за вышибалой. Что же, не первый и не последний раз – такое уж место.

Пустите меня, – велит она спокойно и сдержанно, с улыбкой. – Мне очень не хотелось бы, чтоб кто-то пострадал, – мягко стелет Винафрид, и добавляет все так же весело: – господин чаячий лорд.

А если нет – безмерно жаль, но кто-то все же пострадает.

0

244

Light spot — 3

+

Лорд-чайка говорит тихо, и улыбка едва не сползает с губ Винафрид. Она чуть заметно хмурится, одергивает подол платья, пряча носки сапог. Не то чтобы леди Мандерли не думала об обуви – но лишь однажды надев туфли своей служанки, Винафрид стерла все ноги в кровь и потом еще долго хромала, боясь попадаться матушке на глаза.

Их подарила мне моя госпожа, – перед мысленным взором встает во весь рост Вилла, охотно раздававшая челяди все то, что не приходилось ей по духу. Но пояснение скорее по привычке: лорд-чайка смотрит упрямо и самоуверенно, и Винафрид чувствует: даже появись здесь все Семеро, в один голос твердящие, что он не прав, он все равно не изменил бы своего мнения.

И от этой его самоуверенности разве что зубы не сводит – Винафрид фыркает, демонстрируя все свое пренебрежение к самой идее, что она может волноваться о ком-то вроде лорда-чайки. С чего бы? Какой наглый тип!

Видя, что здоровяк-вышибала уже приближается, Винафрид спешит ускользнуть – быть в самом центре трактирной драки ей совсем не улыбается, к тому же, она хочет покинуть это заведение независимо от ее, драки, итогов. Но не успевает она даже шагу ступить, как бесчувственного вышибалу прислоняют к стене прямо перед ней – там, куда она собиралась уходить. Отступая еще на шаг, Винафрид почти готова признать поражение. Почти.

Пока единственный мерзавец, которого эта красота привлекла – это вы, лорд-чайка, – чересчур громко цедит она, и только тогда понимает, что вокруг них тишина: люди повскакивали из-за столов, схватились за оружие – не только товарищи чайки, но и другие, кто решил сегодня поесть или нажраться до захода солнца.

Испуг и раздражение не красят леди: улыбка исчезает, брови сходятся к переносице, а в горделивой осанке читается стоическое нежелание признавать себя проигравшей. Винафрид смотрит по сторонам, изучает лица: кто из них вступится за нее? Много ли еще здесь людей, узнавших благородную даму? Переводит взгляд на моряка – уже в который раз все повторяется – и пытается понять, чего на самом деле он хочет. Выкупа, награды? Для простого комплимента он слишком далеко зашел.

И вместо того, чтобы закричать, леди молча вручает лорду-чайке корзину с караваями. Переступает через осевшего детину и следует к выходу. Пусть трактирщик сам разбирается со взбудораженной толпой, а уж с одним охотником за наживой она как-нибудь сама справится.

0

245

Light spot — 4

+

Винафрид тихо фыркает себе под нос, не глядя уже на лорда-чайку. Комплимент, достойный медведя, быть может, и тронул бы чьи-то чувства, но явно не старшей Мандерли. Она видела и знает, что отнюдь не мужское сердце трепещет от вида девичьей красоты, а потому и слова моряка немедля были оценены как глупые и неприятные.

Под взглядами толпы они чинно и мерно покидали трактир. Честно сказать, Винафрид до последнего надеялась, что лорд-чайка передумает - или хотя бы потеряет ее в толпе, кишащей на Площади Рыбонога, но куда уж там! Прицепился как клещ, так еще дверь перед ней распахнул с изяществом настоящего герольда. Просто совпадение?..

- Вы уже переросли в неприятность, - глухо отвечает она, запоздало подумав о том, что в таком гуле ничего не будет слышно. А еще среди пестрящей разномастной толпы практически невозможно найти гвардейца - а если и найти, то к нему еще нужно протолкнуться. Протискиваясь между двумя застывшими зеваками, Винафрид мстительно подумала о том, что лорд-чайка мог бы очень удачно застрять здесь с корзиной. Обернулась, чтобы убедиться в досадном факте - не застрял.

Вдоль моря, на портовых улицах, гвардейцев встретить проще - в ожидании многочисленных гостей стража там была усилена по приказу деда, так что Мандерли здраво рассудила, что именно туда и следует пройти. Один из солдат посадит ее на лошадь, и пусть лорд-чайка попробует вступить в схватку с хранителями Белой Гавани!

Идти она старается быстро, то и дело обгоняя моряка там, где маленькой леди проскользнуть будет проще, чем крупному мужчине - протолкнуться, но он неизменно догоняет, и Винафрид в итоге раскраснелась, запыхалась. Застыв возле очередного переулка, она развернулась лицом к своему сопровождающему: на крошечной улочке, ведущей прямо к портовым районам, никого не было, и если лорд-чайка замыслил недоброе, то лучшего момента ему не представится. Собственные беспомощность и страх злят леди Мандерли.

- Чего вы хотите от меня? - Едва сдерживая гнев, призывает к ответу она. - Почему бы вам не оставить меня в покое и не вернуться на свой корабль?

И уплыть восвояси, коль говорит, что не местный. Подумав об этих его словах, Винафрид рассудила, что и акцент у него отличный от северного, да и манеры отличаются. Те, кого тогда видела леди, были много грубее. Тон старшей Мандерли чуть смягчился.

- Мой жених не оценит, если кто-то скажет ему, что меня видели в городе с... - затрудняясь точно назвать статус навязчивого гостя, Винафрид запнулась, да так и не произнесла последнего слова.

0

246

Light spot — 5

+

Ах, какая жалость, что не может он действительно сгореть на месте. Леди Мандерли кровожадностью не отличалась, но ее раздражает все: его дерзость, его веселость, его сила, продемонстрированная в трактире. Конечно же, ей такая дана не была, и если кого из сестер и наделили бы Семеро таким даром, то это была бы Вилла, но никак не изнеженная, капризная Винафрид.

Его слова больше похожи на брачный обет, на торжественную клятву, и леди вновь гневается – ей ни к чему обещания от пропахших морем капитанов. О, эти его странные понятия о чести! Почему именно за нее ухватился этот надоедливый тип, а не за проскользнувшую только что мимо горожанку? Только из-за дорогих сапог?

Я здесь, – цедит она, откидывая косу за спину. – В полной. Безопасности. – Гордый взгляд и прямая спина, да отсутствие ответа - не обязана леди перед каждым моряком отчитываться в своих планах.

Я, кажется, поняла, – задумчиво тянет она, ступая на безлюдную улочку. – Вы вообразили себе, что я благородная леди – одна из девиц Мандерли, наверное? И теперь вы хотите получить за меня награду у моего лорда-отца? – Со смехом говорит она. – Вас ждет ужаснейшее разочарование, лорд-чайка.

..хотя бы по той причине, что ее лорд-отец в плену и, очевидно, никому за нее платить не сможет. А вот лорд Виман, конечно, не поскупится за жизнь и здоровье внучек – хвала Семерым, прибывший в Гавань моряк не Ланнистер и не Баратеон, чтобы делать из этого остро-политический, а не сугубо финансовый вопрос.

Позвольте же поинтересоваться, сколько оленей вы намерены выручить за меня? Или, быть может, вы оценили меня в драконах? – Насмешливо произносит Винафрид. Уверенно и неторопливо ступая по улочке, леди не оборачивается на провожающего, но слышит его шаги. Какой он все-таки упрямый.

0

247

Light spot — 6

+

Винафрид бросает на моряка короткий взгляд: ей кажется, что он над ней смеется, ведь никто в здравом уме не откажется от такого количества золота. И тут же находит она покой в простом объяснении: все это лишь громкие слова, сказанные лишь затем, чтобы произвести впечатление на красивую девицу, не более.

Впрочем, ему удалось ее удивить, и Винафрид, преисполненная загодя приготовленного негодования, что ее кто-то посмел, хоть и с ее же провокации, оценить подобно портовой девке, проглатывает все колкости, которыми хотела осыпать лорда-чайку. Румянец красит девичьи щеки, когда она думает о том, что цену он ей все-таки назвал – и что ее, похоже, эта цена удовлетворила.

Упрямо молчит, недовольная собой, и рефлекторно ведет плечом, стремясь сбросить руку с плеча, когда лорд-чайка ее останавливает. В этот момент внутри что-то сжимается от страха, будто невидимая рука хватает за горло чрезмерной гордыней, не позволяющей закричать. На мгновения ей кажется, что она допустила страшную ошибку, когда шагнула с ним на эту улочку, – но лорд-чайка отпускает ее и указывает рукой на людей, от чьих лиц леди бросает в дрожь. Она в самом деле не замечала их, и Винафрид одновременно страшно и словно бы легче, будто верить в недобрые помыслы лорда-чайки ей не хотелось.

Она не отвечает, переводит взгляд на лицо моряка, всматривается в смеющиеся голубые глаза. Поджимает губы, сглатывает, разворачивается, шагая дальше – но уже не стремится оторваться от своего сопровождающего, безмолвно смирившись с его опекой. Леди должна уметь признавать свои ошибки.

Хотя, конечно, не преследуй он ее, ноги бы ее не было в портовых кварталах.

Вилена, – говорит она глухо. Не улыбается, неохотно поддаваясь ухажеру. – Мой отец выслужился перед Домом Мандерли, и лорд Вилис дозволил мне получить воспитание вместе с его дочерьми. – Лжет как на духу Винафрид. Вернее, история-то была настоящей – Вилена, дочь рыцаря, была ее служанкой, и леди Мандерли всего лишь примеряла чужие одежды к своему плечу. – А что до вас, лорд-чайка?

На улице, куда они вышли, людно, пусть и не так сильно, как на площади Рыбонога. Запахи рыбы и тины, шум прибоя, доносящиеся издалека грохот и крики – рядовой день в порту Белой Гавани не нарушает череды обыкновенных событий, и присутствие здесь благородной особы ничего не меняет в жизни простых людей.

Здесь влажно и зябко, и Винафрид кутается плотнее в свой куцый плащ. Впереди на некотором отдалении она видит гвардейца, но идти к нему не торопится.

0

248

Light spot — 7

+

Из Сумеречного Дола, – вторит Винафрид лорду-чайке, словно пробует на вкус название далекого, почти южного города. Для Стеффона это дом, а для леди Мандерли, не бывавшей дальше Трех Сестер, – это другой конец света. Война, должно быть, коснулась Сумеречного Дола куда сильнее, чем Белой Гавани, – думает она, повернувшись спиной к лорду-чайке и созерцая безмятежность морских вод. Они стальные, опасные, недружелюбные – как и грузное, затянутое по-зимнему мрачными тучами небо. Как и весь мир вокруг. Винафрид никогда не желала иной судьбы или путешествий в дальние страны, но ее невольно охватывает зависть к стоящему рядом человеку, способному бросить родной дом в час беды ради какой-то мелочи – например, чтобы привезти в Гавань одного единственного человека.

Об эту мысль Винафрид спотыкается – чересчур романтично и бессмысленно. Разве есть в Вестеросе такие вольные странники? Она поворачивает голову, желая увериться в абсурдности подобной идеи, когда тяжелый плащ накрывает плечи, а сильные мужские руки обхватывают ее. Леди Мандерли застывает в растерянности и смятении: тепло окутывает ее жаром чужих объятий, которых в самом деле нет – Стеффон не задерживает рук, отпуская девушку в тот же миг, как щелкает пряжка. Винафрид отстраняется, разрывая дистанцию, а сердце бьется в висках. Она благодарна и напугана одновременно, и хотела бы вернуть моряку накидку, но так в самом деле теплее.

..выходит, вот как чувствует себя девица, отданная замуж? Укрытой, согретой, защищенной чуждой ей силой... и абсолютно беспомощной. Она словно теряет власть над самой собой, возможность принимать решения и действовать так, как сама посчитает нужным. Она не желает чувствовать себя слабой. Настолько слабой.

Вилла бы сказала, что ее, Винафрид, мужу сказочно не повезет с супругой. Сама же старшая Мандерли могла лишь надеяться, что под ликами Семерых плащом ее укроет тот, кто будет считаться с ее мнением. Кто-то совершенно непохожий на настойчивого и самоуверенного лорда-чайку.

Не стоило, – вместо благодарности. Отворачивается, вновь смотрит на море, ища душевного покоя. Искать в Стеффоне черты будущего супруга, конечно же, неправильно. И винить его за несвойственную северянам галантность – тоже. Но будь у нее в самом деле жених, он был бы в ярости, пожалуй, хоть укрыта она и не церемониальным плащом.

Скоро начнет темнеть, – делится она опасениями. В Новый Замок лучше бы вернуться затемно, для ее же блага. – В сумерках я никого уже не найду. – Винафрид и не намеревалась, но и игру бросить не может. – Я искала свою госпожу Виллу.

О Вилле, наверное, даже в Сумеречном Доле слышали, – думает с легкой улыбкой старшая Мандерли, оборачиваясь лицом к лорду-чайке. Или нет?

Вы можете проводить меня до Замковой лестницы. Дальше путь безопасен. – Городских стражей там не меньше, чем порту.

0

249

Плио: Ветер перемен — 1

+

Вилла недовольно дует губы, окруженная заботой со всех сторон. Девушку тяготит подобное отношение лишь для тех, кто привык видеть препирания младшей Мандерли со всеми, кто старше и хочет добра. Сегодня небольшая победа остается за девушкой, а  то платье она определенно выбросит на корм рыбам.
Ловкие пальцы Винафрид быстро управляются с выбившимся поясом, пока Вилла старается сохранить на лице выражение оскорбленной невинности. Леди Леона не сдерживалась в воспитании детей и, пусть покорить старшую не удалось, на младшей она отыгрывалась с лихвой. Вилла зачастую подозревала, что стоило поступить как Винафрид — прогнуться под воспитание, дабы потом засиять куда ярче. Но пока всё шло не так, как ей бы хотелось — любой разговор с матерью приводил к потрясающей по разрушительной силе ссоре.
— Я его выброшу, — Вилла недовольно кривит губы, шипит сквозь зубы, даже не пытаясь скрыть от семьи своё недовольство. Лицо кажется даже чуть бледнее из-за легкой боли в стянутых волосах — в этот раз убрать шевелюру Виллы удалось в немыслимое количество косичек, что стоило определенного количества уговоров и ворчания со стороны матушки. И лишь румянец оттеняет щеки, последствие вспыхнувшего внутри раздражения,  позволяя предположить, что девушка отнюдь не утопленница из ближайших вод.
Суматоха с самого утра накрыла и чертог, и прилагающие к замку постройки. Указания, розданные дедушкой, не скупились на ложь. Вилла и сама приняла участие в маленькой авантюре, прячась весь вечер в замке. Ей не следовало даже шептать что-то, одно её не появление среди народа вопреки обычным вечерним прогулкам говорило в пользу слов слуг о том, что лорду нездоровится.
И все приготовления пошли коту под хвост. Дорнийцы заявились в порту под стягами Мартеллов и это было даже несколько смешно. Дорнийцы прибыли как дорнийцы, а ведь лорд Мандерли именно этот факт пытался так усиленно скрыть, что даже притворился больным, вызывая ненужные волнения среди народа Белой Гавани.
Вилла хмыкнула в тон своим мыслям — чертоги были убраны цветами в честь прибытия, стража обряжена в торжественные одежды и сохраняла постные мины, а её саму приодели. И зачем же вся эта скрытность? Какая нелепая политика, — цокнула Вилла языком, стоило ей ещё с утра завидеть на горизонте стяг Мартеллов, сияющий своими цветами на Севере особенно ярко. Отлично скрыли визит, ничего не скажешь.
Гости её интересуют. В Белой Гавани не так уж и часто бывают столь почетные гости, чтобы к их приему готовили чертог. И ещё с меньшим количество людей Вилле удается пообщаться — в порт, во время прибытия экзотичных торговых судов, её не пускают. Вилла склоняет голову к плечу, спокойно разглядывая гостей и не может удержать улыбки, когда самая младшая из них первой начинает говорить.
Чувствуя руку Винафрид на своей, Вилла лишь кривит уголок губ, возвращая себе ту самую постную мину, успешно сворованную у матушки. Сестра не дремлет, остепеняя младшую в эмоциях. Впрочем, Вилла рада. Краткое прикосновение Винафрид куда лучше, чем нотации матушки и септы после. А то, что они последуют, Вилла и не сомневается. Послушно молчит, пока представляются, пока дедушка реагирует на слова гостьи, и не улыбается сама, пусть в глазах и скачут смешинки. Послушно опускается в реверансе.
Слоны, как читала Вилла, массивные и большие животные. Определенно под стать дедуле, что располнел чуть больше от плохих новостей и переживаний за сына. Вилла и сама располнела бы от стресса, не бегай она столь часто по всей Белой Гавани. Однако младшая Мандерли предусмотрительно молчит, не выказывая столь явного интереса — хватило того, как одернула её сестра, заприметив радость на её лице.
Стоит затихнуть неловкому смеху, совсем не упростившему ситуацию, как Вилла немедля нарушает и данное себе слово, и все правила приличия, особенно громко произнося заинтересовавшее её:
— Выдержат ли их корабли? —И сама же с трудом сохраняет чопорный вид, терпеливо снося тычок локтем в бок. Ей отлично видно краем глаз, что даже дядюшка Марлон сдерживается лишь благодаря своему положению и многолетней выдержке. Разрядит ли это атмосферу?

0

250

20.11.17. Still Breathing — 2

0

251

07.12.17. Proc-e-дура — 3

0

252

20.11.17. Warm wind of autumn, cold wind of winter — 4

0

253

07.12.17. Proc-e-дура — 5

0

254

20.11.17. Still Breathing — 6

0

255

Light spot — 8

+

Леди Вилла известна непокорным нравом, – поясняет Винафрид, исправляя обращение к сестре. – И за столько зим с ней ничего дурного не случилось.

Девушка говорит спокойно, хотя, конечно, об уверенности говорить не приходится: за Виллу она переживала, но прямо сейчас ей следовало позаботиться о собственной безопасности. Впечатление, произведенное галантностью и обходительностью лорда-чайки, не дает ей права обманываться и думать, будто с ним можно провести время до самой ночи.

А жениху я честно скажу, что впотьмах искала госпожу вместе со Стеффоном из Сумеречного Дола, который отбыл со своим судном тем же утром? – Коротко смеется она, направляясь вдоль набережной в сторону Замковой Лестницы. Выбрать можно было и более короткий путь, но леди не торопилась, поглядывая то на море, то на идущего подле нее лорда-чайку. – Вышел бы весьма досадный конфуз, а отец столько сделал ради этой помолвки.

В самом деле, лорд Вилис ничего не сделал для ее несуществующей помолвки. Почти не лжет. Все истории на грани между "было" и "было, только не со мной", каждое слово – осторожное и столь же правдивое, сколь пропитанное ложью насквозь.

Впрочем, какая разница моряку, что намерен покинуть порт Белой Гавани? И едва ли намерен возвращаться. Именно от этой мысли Винафрид все медлит с поворотом. В самом деле, можно пройти еще несколько кварталов до Замковой - но там уж никуда не деться, распрощаться навсегда. И унижаться, признавая собственную заинтересованность, спрашивая о планах лорда-чайки, она не станет. Не вернется и хвала Семерым, – успокаивает Винафрид гулко бьющееся сердце.

Вы не потеряли корзину, милорд? – Спрашивает она, уводя собственные мысли от неуютных тем. Судьба корзины ей безразлична – безразличнее прочих тем.

0

256

Light spot — 9

+

О да, конечно, перевернет. Пустая бравада лорда-чайки кажется ей глупой, но его плащ укрыл ее от ветра и холода, а сам он идет в одном камзоле – и едва ли камзол его греет. Винафрид бросает насмешливый взгляд, попутно оценивая статную, ладно скроенную фигуру моряка. Конечно, перевернет, как только вернется в Белую Гавань из Сумеречного Дола. Сегодня он здесь – доставил рыцаря к невесте, а завтра задержит отплытие, чтобы доставить девицу к отцу. Конечно.

Едва ли, – неопределенно ведет Винафрид плечами, отвечая разом и на все. Едва ли будет тосковать и едва ли кто-то ринется искать Стеффона во имя ее чести. Едва ли вовсе у нее остался бы жених, вернись она с вестями о своих вечерних похождениях. И едва ли это все хоть как-то касается лорда-чайки, вольного выбирать любой из восьми ветров – каждый из них может стать ему попутным.

Тогда оставьте ее себе, – серьезнеет леди. Там под хлебом, у самого дна плетеной корзинки лежит небольшой мешочек – в нем немного оленей да тонкий, витый ободок серебра, украшенный бирюзовым камнем. Дорогая игрушка в тон цветов дома Мандерли была ее гарантией, что всякий гвардеец, даже не видевший леди Винафрид в лицо, сопроводит ее в Новый Замок, возникни у нее такая нужда. И она принимает решение, приседая в шутливом реверансе перед лордом-чайкой, что его обаяние и смешливый нрав стоят такого подарка.

Перед прощанием она смотрит во все глаза: запоминает до последней детали и пряжку ремня, и потрепанный камзол, и мятую рубаху, и пляшущего в его глазах Неведомого. Он проводил бы до самого Чертога, но Винафрид упряма и слишком умна, чтобы позволить это, а вот тепло Стеффона останется с ней. Очарованная, она уже думает о том, что расскажет сестре о странном знакомстве.

Прощайте, – легко говорит Винафрид, улыбаясь, а после ускользает, устремляясь по Лестнице к дому.

Она сбережет воспоминание об их короткой встрече. Так пусть же и он насладится разлукой.

Или продаст кольцо и купит себе новый плащ.

0

257

09.11.17. Отцы и дети — 10

+1

258

20.11.17. Still Breathing — 7

+1

259

» Game of Thrones ∙ Bona Mente » Личные эпизоды » Cherry wine — 8

Джулиан

Холод гуляет в Белом замке, подобно недружелюбному хозяину. Жарко натопленные покои для гостей выстывают к утру. При пробуждении Джулиану кажется, что ему не хватит никаких сил покинуть теплое пристанище шкур. И даже мимолетно допускает мысль спросить, какие же животные пошли на подобные одеяла.
Опустив босые ноги на каменный пол, Кворгил немедля жалеет о своем решении. Привыкшим к теплому песку ступням неприятен камень и ещё немного, как захрустит иней. Это вздорно, но Джулиан почему-то уверен в этом. Север не балует гостей и улыбается лишь своим жителям.
Горячая вода для умывания появляется немедля после его пробуждения и после всех процедур слуги передают весть спуститься в столовый зал. Впрочем, Кворгил и так чувствует — время здесь иначе следует своему ходу. И он наверняка опоздал.
Беспокоится он лишь о том, что заплутает, но его смиренно дожидается один и слуг, пропускающий вперед. Нелепость, по мнению Кворгила, ведь ему следует указать путь, а не следовать за ним. Он не преступник, всего лишь гость и замирает лишь на миг, полагаясь уже на свою память. Не ведает он о правилах в этом выстуженном ветром замке.
К завтраку он и правда опоздал, в трапезной лишь старшая девушка из представленных вчера. Старшая, потому что её голова не похожа на финиковую пальму. Впрочем, Джулиан почему-то не сомневается — проблем от младшей Мандерли не меньше, чем от бес-травы.
— Доброе утро, — тихо приветствует хозяйку Замка, не сомневаясь и в том, что девушка занимает положение куда более выгодное, чем её родная мать. Было слишком очевидно при встрече: по умению держаться, по взгляду и тому, что одергивать младшую удавалось лишь ей. — Похоже я сильно запоздал?..
Джулиан тревожно осматривает небольшую трапезную. Прятаться здесь негде и ему приходится удручающее признать — Сильва действительно отправилась на прогулку, приглашенная младшей Мандерли. За Элию не стоило беспокоиться, она всегда была легка на подъем. Иных в замок или не привели, или они предпочли разбрестись — глупость, остаться сейчас одному, когда его миссия сопровождать девушек. Джулиан вздыхает, они могут о себе позаботиться. И всё же гадает, почему же его не разбудили.

0

260

20.11.17. Still Breathing — 9

0


Вы здесь » Code Geass » Личные темы » Юфи vs Нана - ноябрь 2017